WWW.MASH.DOBROTA.BIZ
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - онлайн публикации
 

Pages:     | 1 ||

«ПАЗДНИКОВА НАТАЛЬЯ ПАВЛОВНА МЕТОДОЛОГИЯ ПРОГРАММНО-ЦЕЛЕВОГО УПРАВЛЕНИЯ РЕГИОНАЛЬНЫМИ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИМИ СИСТЕМАМИ НА ОСНОВЕ ФОРМИРОВАНИЯ КОМПЛЕКСНОГО МОНИТОРИНГА ГОСУДАРСТВЕННЫХ ПРОГРАММ ...»

-- [ Страница 2 ] --

Методология формирования модели регионального мониторинга государственных программ базируется на теориях управления системами и менеджмента. В работах отечественных и зарубежных ученых отмечается важность изучения проблемы формирования модели регионального мониторинга, но наблюдаются значительные расхождения в толковании термина «региональный мониторинг», его сущности, составе и соотношении с другими процессными категориями. В одних случаях под региональным мониторингом подразумевается поступление необходимой информации о поведении объекта наблюдения; в других, - по мнению В.М. Родионовой, всеобъемлющий контроль над ситуацией в целом [286]; в-третьих, по суждениям И.В. Блауберга, — отслеживание состояния территории как системы и своевременное предупреждение о возникновение качественно - новых процессов, ведущих к изменениям территориальных подсистем .

Резюмируя, можно отметить, что региональный мониторинг выступает с разных сторон как:

- специфический инструмент «обратной связи» в управлении территорией, как отмечает Н. Н. Михеева, который обеспечивает социальноэкономическую устойчивость развития территориальных систем (подсистем) и гибкость управления в критических ситуациях [189];

- особый способ получения знаний о противоречиях и закономерностях социально - экономических процессов и формирования гражданского общества рассматривает А.Ю. Даванков;

основа отношений для выявления причин отклонения от запланированного хода плановых событий, для принятия необходимых управленческих решений, - объясняют Т.В. Ускова, Э.О. Прокофьева [279,280] .

Таким образом, представляется более конструктивным использовать концептуальную основу трактовки «мониторинг», принятую современной наукой, для толкования термина «региональный мониторинг в отношении к государственным программам», под которым понимается комплексная система наблюдения, оценки, анализа и прогноза реализации государственных программ во времени и пространстве, складывающаяся на территории субъекта Федерации и его местного самоуправления, с целью принятия управленческих решений региональными органами по ликвидации выявленных проблем и стимулированию сильных тенденций на основе оперативной диагностики реализации программы и эффективности расходования ресурсного обеспечения. 7 Следовательно, определим содержание регионального мониторинга государственных программ региона, которое, по мнению автора, заключается в превращении стратегических целей региона в государственные программы, организацию потоков информации, учет и отслеживание изменений под влиянием внутренних и внешних факторов в необходимом временном режиме и пространстве, координацию целенаправленной деятельности субъектов программы и ресурсного обеспечения с учетом подвижности социальноэкономической системы региона .

Прежде чем обратиться к методологии формирования модели регионального мониторинга государственных программ заметим, что результатом реализации любой программы всегда является создание новой консолидированной стоимости эффективности управления (в нашем случае программно-целевого управления), которая оценивается соотношением результатов и затрачиваемых ресурсов, причем эта стоимость может быть разной по своей природе: экономической, рыночной, социальной, социальноэкономической, остаточной. В отличие от других целевых программ, государственная программа ориентирована в основном на определение Составлено автором .

социально-экономической стоимости, что координально меняет подходы к моделированию мониторинга .





Исходя из вышеизложенного основной задачей системы регионального мониторинга государственных программ является: выявление проблем и корректировка деятельности участников программного процесса и ресурсного обеспечения до того, как эти проблемы перерастут в кризисную ситуацию .

Решение данной задачи связано: а) с определением фактического состояния реализации программ, их подпрограмм и ресурсного обеспечения; б) с прогнозированием состояния экономики в будущем; в) с заблаговременным определением места и причин отклонений плановых значений показателей, характеризующих реализацию программы как в целом, так и отдельных подпрограмм и мероприятий; г) с ресурсным обеспечением программ и ее направлений при наступлении (достижении) предельных значений показателей;

д) с поиском слабых и узких мест в реализации программ и ее направлений .

Результативность решения выявленных проблем во многом определяется тем, насколько правильно скоординировано управление на различных уровнях, грамотный выбор средств и методов управления. Своевременная адаптация субъекта к быстро меняющимся изменениям внешней среды обусловила необходимость такого управления, при котором основой стратегических решений становится выбор поведения региона в текущий момент, который при этом одновременно рассматривается и как начало будущего этапа. Без соответствующей координации, контроля и регулирования обеспечить возможность успешной реакции региона на изменения, которые произойдут в социально-экономической среде, не представляется реальным. Следовательно, второй задачей системы регионального мониторинга государственных программ является определение механизмов контроля и регулирования государственных программ .

Соответственно, сущность третьей задачи состоит в информационном сопровождении процесса программного планирования. Решение данной задачи связано:

а) с разработкой единых методик программного планирования для региона; б) с представлением необходимой информации для составления программ; в) с установлением допустимых границ отклонений фактических показателей эффективности и результативности от нормативных; г) с анализом причин и разработкой предложений для устранения полученных отклонений; д) с учетом соотношения затрат и результатов; е) с разработкой инструментария для планирования, контроля и принятия управленческих решений; ж) с определением системы стимулирования и наказания .

Реализация основных задач РМГП делает возможной подготовку к использованию будущих благоприятных условий, проясняет возникающие проблемы, подготавливает администраторов программы к внезапным изменениям во внешней среде, улучшает координацию действий между всеми участниками программы, и тем самым способствует эффективному программному управлению социально-экономической системы региона .

По мнению Е.В. Быковской, мониторинг предполагает не только контроль над ходом реализации программы, но и выполнение вспомогательных функций: информирование не только о конкретном проекте, но и о будущих проектах или о рынке продукции, товаров (услуг) вообще; предвидение возможных рисков и своевременное воздействие на администратора программы [94] .

Следовательно, вопрос о том, в какой степени задачи регионального мониторинга государственных программ должны приниматься во внимание в ходе процедуры пересмотра стратегии региона, может выражаться в функционально-целевых направлениях регионального мониторинга [221] .

В рамках приоритетных направлений государственной политики к функционально-целевым направлениям регионального мониторинга государственных программ автор относит:

1) мониторинг качества жизни населения;

2) мониторинг институциональной среды и модернизации экономики;

3) мониторинг эффективного и результативного управления;

4) мониторинг сбалансированного территориального развития;

5) мониторинг обеспечения безопасности общества .

Выделенные направления обусловлены стратегическими целями развития региона, достижением необходимого уровня конкурентоспособности и обеспечения требуемого вклада в решение региональных, межрегиональных и муниципальных проблем .

Мониторинг качества жизни населения предусматривает меры по наблюдению, оценке и прогнозу качества социальной и культурной среды, уровня жизни населения, кадрового потенциала, конкурентоспособности социальных сфер экономики. Данное направление охватывает среднесрочные и долгосрочные цели, приоритеты и основные направления демографической политики, политики модернизации здравоохранения, образования, пенсионной системы, культуры и других сфер .

Мониторинг институциональной среды и модернизации экономики предполагает оценку формирования институциональной среды, способствующей росту предпринимательской и инновационной активности, реализации имеющихся конкурентных преимуществ региона в основных отраслях и инфраструктуре, и создание новых конкурентных преимуществ, связанных с глобализацией экономического процесса .

Мониторинг эффективного и результативного управления обусловлен необходимостью своевременной оценки эффективности программно-целевого управления общественными ресурсами, в том числе в сферах организации государственного и муниципального имущества, региональных (муниципальных) финансов, юстиции, развития финансовых и страховых рынков, осуществления внешнеполитической деятельности региона .

Мониторинг сбалансированного территориального развития может выражаться комплексом мер по наблюдению, оценке и прогнозу обеспечения сбалансированного социально-экономического развития муниципальных образований (поселений) региона, реализации потенциала их развития, преодоления инфраструктурных ограничений, сокращения уровня межмуниципальной дифференциации в социально-экономическом развитии и качестве жизни .

Мониторинг обеспечения безопасности общества предусматривает мониторинговые меры предупреждения потенциальных угроз во всех сферах социально-экономической системы, информирование уполномоченных органов о негативных последствиях реализации конкретного воздействия на объект угрозы, соответствующих интересам населения и региона с целью их устранения или локализации .

На основе вышеизложенного, нами предлагается алгоритм формирования модели регионального мониторинга государственных программ с учетом территориальных особенностей (рисунок 3.6) .

Основными структурными блоками любой системы являются элементные составляющие: ресурсы, деятельность, продукты и результаты. С этих позиций рассмотрим модель регионального мониторинга государственных программ .

Под ресурсами регионального мониторинга государственной программы понимаем выделенные или потребленные государственной программой ресурсы, которые можно классифицировать на группы:

- финансовые — средства регионального (муниципального) бюджета, внебюджетные источники;

- социальные — продукты деятельности других программ и проектов;

- кадровые — администраторы, прямые и косвенные участники программы;

- инфраструктурные — транспорт, связь, телекоммуникации;

- инновационные — ресурсы, созданные в ходе инновационных преобразований;

- информационные – информация из внешних и внутренних источников .

–  –  –

Рисунок 3.6 - Алгоритм формирования модели регионального мониторинга государственных программ Блок «деятельность» определяет, как используются ресурсы в программах для достижения поставленных целей и задач .

Реализация государственных программ заключается в прохождении следующих организационных мероприятий:

1. Разработка паспортов программ и всех необходимых документов .

2. Предоставление услуг, намеченных мероприятиями программ .

3. Предоставление смежных услуг .

4. Кадровый мониторинг выполнения обязательств исполнителей программ .

5. Выявление ошибок и замечаний в ходе реализации программ .

6. Выработка предложений по устранению замечаний .

7. Внесение поправок и изменений в процесс реализации программ .

8. Сбор данных о результатах подпрограмм (мероприятий) программ и составление сводного отчета об исполнении программ в целом .

Программно-целевой характер регионального мониторинга определяется иерархией территориального пространства региона и системой исследования на базе функционального, кластерного и интеграционного подходов .

Продуктами регионального мониторинга государственных программ выступают продукты программной деятельности, которые выражаются в количественном исчислении: общее число участников программ, размер и количество предоставленных услуг в ходе реализации программ, количество смежных услуг, количество ошибок и замечаний, количество предложений по устранению замечаний и др .

Роль и место продуктов регионального мониторинга государственных программ заключаются в решении тактических задач управления экономикой регионов .

Горизонтальное и вертикальное взаимодействие программно-целевого управления, основанное на неконкурентном и продуктивном сотрудничестве элементов управления, и как следствие, интеграция ресурсов для достижения планируемых результатов. Результаты — это блага, которые получают участники в ходе реализации программ и после ее завершения. Результаты должны выражать как непосредственные результаты, так и конечные долговременные эффекты. Показатели непосредственного результата показатели, характеризующие объем выполненных или предполагаемых к выполнению в рамках мероприятий подпрограмм программ работ, напрямую связанных с финансовым обеспечением. Показатели конечного результата показатели, сформулированные для достижения цели программы и каждой задачи подпрограммы, причем решение задач и достижение цели программы непосредственно зависит от выполнения непосредственных результатов [70,71] .

Организационная схема, характеризующая последовательность действий по подготовке и организации РМГП представлено тремя блоками: первый блок включает в себя комплекс действий по разработке государственных программ, где происходит уточнение целей, задач, основных направлений мониторинга, выбор методов сбора информации. Параллельно с этим направлением должны идти работы по подготовке к анализу с предполагаемыми результатами мониторинга, обозначенными во втором блоке. Центральным звеном здесь является составление системы нормативных значений тех показателей, которые будут подлежать сравнительной оценке. Речь идет о нормативах, величина которых должна рассчитываться применительно к условиям конкретной территории. Блок третий включает в себя комплекс работ по сбору первичной информации (статистическая, бухгалтерская, социологическая и др.), ее анализу и оценке .

Для создания модели регионального мониторинга государственных программ (РМГП) предлагается следующий пошаговый алгоритм шагов [211] .

Шаг 1. Определение объектов мониторинга Сложность данного этапа состоит в том, что социально-экономическая система обладает особенностями открытых, саморазвивающихся систем и имеет набор свойств, которые характеризуют эмерджентность и подвижность системы, или ее способность эволюционировать. Необходимо учитывать все особенности системы в сложившейся ситуации, в частности: а) приоритеты стратегии социально-экономического развития региона; б) потенциальные и реальные возможности обеспечения реализации государственных программ; в) прогнозную оценку безопасности реализации программ; г) наличие методической и нормативно-правовой базы управления программами и др .

Шаг 2. Формулировка основной проблемы, целей и задач мониторинга государственных программ Формулировка основной проблемы, целей и задач мониторинга должна осуществляться на основе учета факторов воздействия на социальноэкономическую систему (СЭС) региона в определенной ситуации. По нашему мнению, развитие СЭС, как саморазвивающейся системы, предопределяет ее наибольшую зависимость от эндогенных факторов, чем от экзогенных .

Шаг 3. Определение источников информации Для определения источников информации надо учитывать доступность, объективность, единство и полноту получаемой информации. Соблюдение перечисленных принципов информирования требует создания единых форм отчетности для исполнителей программ и создания единого реестра источников .

Информационной основой системы РМГП могут быть:

данные бюджетной и ведомственной отчетности;

базы открытых данных федеральных органов исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления, учреждений и организаций (в том числе муниципальных);

специализированные (закрытые) базы данных наблюдения, ведение которых осуществляется федеральными и региональными министерствами и подведомственными организациями и учреждениями в регионах;

данные социологических опросов населения;

материалы анализа и обследований программ и проектов прошлых периодов и смежных им программ;

материалы средств массовой информации и др .

Шаг 4. Выбор методов получения информации Важным и необходимым условием мониторинга является создание системы информационного обеспечения [36]. Поэтому в целях оптимальной оценки полученной информации, на наш взгляд, необходимо применять вариативный подход при выборе наиболее обоснованного метода получения информации, который условно можно разделить на группы: расчетноаналитические методы, статистические методы и методы экспертных оценок, аналогов, комбинированный .

Шаг 5. Выбор системы целевых показателей мониторинга Логическая матричная таблица — это тот инструмент, который помогает в построении системы целевых показателей мониторинга государственной программы, сводя воедино все составляющие мониторинга. Матричная таблица состоит из трех компонентов: 1) вопросы, на которые нужно получить ответ, или основные цели программы; 2) измеряемые целевые показатели, или индикаторы каждой цели; 3) источники и методы сбора необходимых данных [123] .

Шаг 6. Выбор (разработка) методик оценки фактических значений показателей мониторинга и их непосредственная оценка К сожалению, в настоящее время отсутствуют единые методические базы оценки целевых показателей мониторинга государственных программ .

В мониторинге государственных программ регионами используются в основном методики оценки эффективности реализации программ с учетом особенностей установленной сферы, которые основываются на показателях уровня финансирования, интегральной результативности и эффективности управления программой .

Шаг 7. Формирование системы нормативов и определение отклонений фактических значений показателей от нормативов Основу формирования системы нормативов составляет интегральный подход, базирующийся на системе сбалансированных показателей, предложенный Р. Капланом и Д. Нортоном. Суть данной системы для РМГП состоит в определении норматива показателей, основанных на результатах показателей прошлых периодов [129] .

Шаг 8. Разработка методов анализа первичной эмпирической информации и анализ причин отклонений фактических значений показателей от нормативов В российской практике используются различные методы анализа первичной информации, рассмотренные в п. 1.2. В целях оптимального выявления причин отклонений фактических значений показателей от нормативов, на наш взгляд, необходимо применять вариативный подход в выборе методов анализа первичной эмпирической информации, основополагающими из которых являются: метод экспертных заключений и параметрические методы .

Любая государственная программа, вне зависимости от ее отраслевого назначения, может быть описана с помощью ряда параметров .

Сущностью параметрического анализа является выбор необходимой и достаточной совокупности целевых показателей, характеризующих в ходе мониторинга все исследуемые свойства системы программно-целевого управления и формирование зависимостей, характеризующих суммарный эффект от применения всей системы или ее элементов .

Параметрический метод можно отнести к наиболее объективным методам в сравнении с экспертными подходами, поскольку основывается на количественном и качественном выражении исследуемых свойств системы программно-целевого управления, установлении взаимосвязей между параметрами как внутри управляющей и управляемых подсистем, так и между ними. Это дает возможность на базе фактических данных определить форму зависимостей взаимосвязанных параметров и их количественное выражение .

Отметим, что зависимости параметров могут быть функциональными (проявляемые определенно и точно в каждом отдельно наблюдаемом случае – государственная программа) или корреляционными (определяемые на основе корреляционного метода) .

Каждая система, в том числе и система мониторинга программноцелевого управления, обладает рядом специфических свойств, позволяющих отличить ее от любых других. Свойство – это объективная особенность системы, проявляющаяся при ее создании и функционировании, а любое свойство системы можно охарактеризовать словесно, численно, графически, в виде таблиц, функций, то есть с помощью его признаков .

Методологическим инструментом выступают показатели - обобщенная характеристика свойств объекта или процесса, обеспечивающая возможность проверки теоретических положений с помощью эмпирических данных, а главное определяющий систему целеполагания, и направленная на реализацию одного из важнейших принципов методологии формирования и реализации программно-целевого управления - на декомпозицию цели, что способствует обоснованному принятию управленческих решений .

На рисунке 3.7. представлен адаптивно-функциональный подход к формированию эконометрической модели программно-целевого управления регионального развития, основной целью которой является выявление зависимостей эффективности программно-целевого управления регионального развития от основных факторов подвижности в кластерном разрезе, характеризующих суммарный эффект от применения всей системы мониторинга или ее элементов. Первоначально на основе выделенных критериев кластеризации в п.4.1 были определены шесть основных программных кластеров, выявлены наиболее весомые результативные индикаторы каждого кластера, характеризующие качественно-количественные целевые показатели государственных программ, отражающие изменение ситуации и достижение заявленной цели ее реализации, согласно Постановлению Правительства Пермского края «О разработке, формировании и реализации государственных программ». Всего было выделено и проанализировано 198 целевых показателей .

Для получения формализованного представления о концептуальной технологии реализации адаптивно-функциональной модели регионального мониторинга государственных программ предлагается определять эффективность управления государственными программами i-го кластера на основе факторной зависимости эффективности управления с помощью инструментов системы PROGNOZ. Так, веб-иструменты Prognoz Platform и Prognoz Data Portal позволили смоделировать совокупную эффективность программно-целевого управления регионального развития.

В общем виде, согласно принятым условным обозначениям, тип модели: множественная линейная регрессия, а уравнение модели совокупной эффективности программно-целевого управления регионального развития (Yпцу), полученная в ходе мониторинга, выглядит следующим образом:

Yпцу = f1 (Х1, Х2, Х3), (1) ((adj R; Fcтат.) Х1 = f2 (Z1), (2) где: Х1 – уровень финансирования государственных программ;

Х2 – интегральная результативность государственных программ;

Х3 – количество целевых показателей государственных программ;

Z1 – агрегированная бюджетная устойчивость;

adj R – скорректированный коэффициент детерминации;

Fcтат. – статистика Фишера .

Проверка статистических гипотез о значимости модели осуществляется с помощью t – статистик, которые в условиях справедливости нулевой гипотезы имеют распределение Стьюдента с n-m степенями свободы. Расчетные значения t– статистики временных рядов Х1, Х2, Х3 превышают табличное по абсолютному значению, следовательно, на уровне значимости 0,05 принимается гипотеза о значимости модели и ее коэффициентов. По коэффициентам регрессии обычно невозможно определить, какой из факторов подвижности оказывает наибольшее влияние на зависимую переменную, так как выбранные коэффициенты регрессии между собой несопоставимы (они, как правило, имеют различную размерность). Однако можно сделать вывод о корректном, с точки зрения экономического смысла, характере влияния значений факторов на значение целевого показателя .

Перед построением модели исходный ряд был проверен на стационарность с помощью расширенного теста Дики-Фулера (ADF-тест), результаты которого показали, что исходный ряд не стационарен, но дифференцированный ряд обладает свойством стационарности (приложение А) .

В качестве коэффициентов регрессии, показывающих статистическую гипотезу значимости/незначимости факторов для целевого показателя «эффективность программно-целевого управления» предлагается использовать скорректированный коэффициент детерминации adj R и показатель статистики Фишера F cтат. Скорректированный коэффициент детерминации adj R отражает оценку тесноты между эффективностью программно-целевого управления и факторами - интегральная результативность Х2 и количество целевых показателей государственных программ Х3. Формализованная форма расчета

adj R имеет следующий вид:

–  –  –

Можно сделать вывод, что объясняющие переменные Х1, Х2, Х3 значимы и прямо влияющие на изменение объясняемой переменной Yпцу .

Следовательно, результаты, полученные в ходе апробирования адаптивнофункциональной модели регионального мониторинга государственных программ:

- позволяют формировать систему сбалансированных показателей различных факторов подвижности, проявляющихся наиболее сильно в заданное время и в заданном месте,

- выявлять значимые/незначимые факторы влияния на Yпцу и определять интервал их допустимых значений для выработки комплекса мероприятий и управленческих решений, направленных на повышение эффективности программно-целевого управления .

Таким образом, модель регионального мониторинга государственных программ (РМГП) — это инструмент измерения показателей работы региональной власти, распределения общественных ресурсов и информирования субъектов управления, принимающих решения по вопросам программной политики. Моделирование системы регионального мониторинга государственных программ предусматривает четкое формулирование основных целей, задач, мероприятий, определение целевых индикаторов, сбор и анализ данных, а также составление отчетов по результатам мониторинга. Для этих целей должна быть создана методическая база анализа и оценивания программ, единое понимание смысла и расчета индикаторов результата, эффективности реализации и результативности программ, что, к сожалению, сегодня в большинстве регионов отсутствует .

4. МЕТОДИЧЕСКОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ СИСТЕМЫ МОНИТОРИНГА

ПРОГРАММНО-ЦЕЛЕВОГО УПРАВЛЕНИЯ РЕГИОНАЛЬНЫМИ

СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИМИ СИСТЕМАМИ

4.1. Методика технологии кластерного анализа программно-целевого управления регионального развития В теории управления социально-экономическими системами можно выделить несколько подходов к анализу и оценке эффективности управления социально-экономическим развитием территории .

Макроэкономический подход представлен расчетом показателя "Истинных накоплений"(Genuine saving), разработанного исследователями Всемирного Банка, суть которого состоит в определении благосостояние территории в более широком плане.

Цель показателя – определить стоимость чистого изменения потенциалов, определяющих социально-экономическое развитие территории:

производственный, природный, экологический, человеческий и др. Коррекция валовых внутренних сбережений производится на величину уменьшения (увеличения) потенциалов в относительных показателях .

GS = (GDS-CFC) + EDE-DRNR-DME, (4.1)

где GDS - валовые внутренние сбережения CFC - обесценивание произведенных активов EDE - величина расходов на образование DRNR - истощение природных ресурсов DME - ущерб от загрязнения окружающей среды Постоянные отрицательные результаты могут быть интерпретированы как факт того, что территория обладает неустойчивым социально-экономическим развитием, что может повлечь негативные эффекты в долгосрочной перспективе [30] .

Еще одним принципиальным положение анализа и оценки состояния СЭР является индексный подход Кобба и Дэли, представленный методикой расчета индекса устойчивого социально-экономического благосостояния (Index of Sustainable Economic Welfare). Данный показатель представляет собой размер ВВП на душу населения, скорректированный на сумму затрат на социальноэкономические и экологические факторы. При расчете ISEW учитываются частные переменные (стоимость загрязнения воды, воздуха, шумового загрязнения, потеря сельскохозяйственных земель, компенсации будущим поколениям за потерю невозобновляемых источников энергии и т.д.). Разработка данного индекса - это попытка построения агрегированного индекса с учетом важных факторов, которые отрицаются в других методах 40 .

В ряде развитых стран в анализе устойчивости социально-экономических систем используется целая система индикаторов, одна из самых известных была разработана Комиссией по устойчивому развитию ООН (UN CSD) в 1996 г. В основе методики были выделены четыре сферы: социальная, экономическая, экологическая и институциональная. Отбор индикаторов осуществлялся по схеме: предварительный, текущий и последующий контроль, что позволяет охватывать весь процесс 89 .

Еще одним подходом является инвестиционный подход, представленный методиками стратегического и конъюнктурного анализа .

Конъюнктурный анализ ориентирует на результаты, получаемые за счет обеспечения минимальной сбалансированности показателей текущего (краткосрочного) состояния социально-экономических систем. К данному подходу можно отнести рейтинговую методику и методику экспертных заключений 258 .

В то же время переход к среднесрочному и долгосрочному (стратегическому) планированию требует установления не только эффектов текущей реализации, но и эффектов, связанных с будущим преобразованием всей системы 90,91 .

Эволюция сложных систем позволила исследовать социальноэкономические процессы территорий с помощью системного подхода, применяемого в ситуациях, когда объект исследования нужно рассматривать во всех его связях и отношениях с другими объектами на условиях объективности, историзма, противоречия, единства анализа и синтеза и т.п .

Следовательно, можно утверждать, что существующие подходы к анализу и оценке социально-экономического развития территории в зарубежной и отечественной практике носят агрегированный и базисный характер .

Сложившаяся ситуация позволила продвинуться вперед экономической науке, и сегодня можно с большей точностью судить о факторном влиянии на результаты оценки состояния систем. Однако не следует дифференцированно рассматривать экономическую и социальную системы, необходимо социальноэкономическую систему исследовать как симбиоз двух систем на основе методик, наиболее полно отражающих не только основополагающие параметры и факторы, но и приоритеты региональной политики, основанной на особенностях функционально-целевого управления .

С переходом на новые механизмы управления социально-экономической системой региона в рамках институционализации и межотраслевого программного взаимодействия, на наш взгляд, для российских регионов результативным подходом анализа и последующей оценки социально-экономического развития является кластерный подход, а точнее, технологии кластерного анализа .

Вопросы теории кластеров и степень конкурентоспособности региона представлены в целом ряде работ М. Портера 230. В российской науке решение данных вопросов находится в начальной стадии .

Кроме того, как отмечает А.Н. Скиба, возросший в последнее время интерес к кластерной проблематике имеет, как минимум, три очевидных аспекта: теоретический, методологический и практический .

Научно-теоретический аспект определяется развитием кластерного анализа как совокупности многомерных статистических процедур, позволяющих классифицировать объекты по однородным группам. Термин «кластеры» вошел в экономический анализ и до сих пор используется в оценке результатов эмпирических исследований при описании объектов социальноэкономических систем, однородных по набору определенных признаков 259 .

Методологическое обеспечение регионального анализа экономики выступает как один из этапов формирования целевых программ (государственных программ) социально-экономического развития региона, что в настоящее время не находит достаточного отражения в научных публикациях, а, следовательно, находит слабое практическое применение 142 .

Одной из главных практических проблем, стоящих перед многими российскими регионами (и муниципальными образованиями) это неэффективная организация сбора информации ввиду огромного количества показателей, характеризующих социально-экономическое положение региона (муниципального образования) 130 .

По нашему мнению, можно выделить основные преимущества технологии кластерного анализа как результативного подхода оценки мониторинга программно-целевых механизмов регулирования социальноэкономического развития регионов (рисунок 4.1) .

Рисунок 4.1 - Обоснование результативности технологии кластерного анализа для оценки эффективности программно-целевых механизмов регулирования социально-экономического развития В целях проведения оценки эффективности мониторинга программноцелевых инструментов управления социально-экономической системой применим технологию кластерного анализа к группировке государственных программ Пермского края (рисунок 4 .

2) .

–  –  –

Рисунок 4.2 - Функциональная кластерная система государственных программ Пермского края Кластеризация государственных программ Пермского края осуществлялась на основе критериев эффективности – признак или совокупность признаков, на основании которых оценивается эффективность программно-целевого управления СЭС, а также отдельных управленческих решений .

Стержнем критериев эффективности является «оценка», проблемы которой решаются с помощью анализа полученных результатов принимаемых решений .

Для Пермского края были предложены следующие критерии эффективности программно-целевого управления региональной СЭС:

- единство центров управления и регулирования (ориентация на функционально-целевое управление);

- единство целеполагания (ориентация на стратегические цели в долгосрочной перспективе);

- общая сфера деятельности (принадлежность к одному программному кластеру предполагает близость входящих в него программ по виду деятельности);

- взаимозависимость (наличие внутренних и внешних связей между программами и их участниками);

- инновационная значимость (ориентация программ на инновационное развитие и инновационные преобразования) .

Принимая во внимание выделенные критерии кластеризации, были определены шесть основных кластеров и один вспомогательный, выявлены наиболее весомые результативные индикаторы каждого кластера, характеризующие качественно-количественные целевые показатели государственных программ, отражающие изменение ситуации и достижение заявленной цели ее реализации, согласно Постановлению Правительства Пермского края «О разработке, формировании и реализации государственных программ». Всего было выделено и проанализировано 198 целевых показателей .

Кластер «Территориальное развитие»

Основная цель государственных программ, объединенных в данную кластерную группу — создание условий для обеспечения эффективного местного самоуправления и устойчивого социально-экономического развития муниципальных образований Пермского края. Определены три результативных индикатора (таблица 4.1).8 Таблица 4.1 - Индикаторы кластера «Территориальное развитие»

–  –  –

За период 2011 - 2013 гг. на территории Пермского края прошли преобразовательные процессы в муниципальных образованиях. К настоящему времени (2013-2014 гг.) число муниципальных образований сократилось до 339, в том числе: 8 городских округов, 40 муниципальных районов, 29 городских поселений и 262 сельских поселения .

По итогам 2013 года в 146 из 339 муниципалитетов края уровень дотационности бюджетов составляет 80%. Значительная часть местных бюджетов идет на содержание органов местного самоуправления, в 2013 году что по отношению к 2011 году на 6,8% больше, другие же расходные обязательства финансируются по остаточному признаку .

Постановление Правительства Пермского края от 01.10.2013 №1305-п «Региональная политика и развитие территорий»

Увеличение обеспеченности бюджетов муниципалитетов в 2013 г. по сравнению с 2011 г. на 16,8% связано с мероприятиями, нацеленными на развитие собственного налогового потенциала муниципальных образований .

С 1января 2013г. местным бюджетам дополнительно передано: налог на доходы физических лиц (5% - для городских округов, 15% - для муниципальных районов), 50% транспортного налога – в бюджеты поселений. Однако, обеспеченность бюджетов муниципалитетов остается на незначительном уровне, что отражается на эффективности исполнения полномочий муниципальными органами власти .

Кластер «Социальная политика» самый многочисленный по количеству государственных программ (восемь), поскольку стратегии развития всех российских регионов нацелены на социальную составляющую .

Цель кластера - создать условия для повышения благосостояния населения, определяемые результативными индикаторами (таблица 4.2) .

Таблица 4.2 - Индикаторы кластера «Социальная политика»

–  –  –

На 1 января 2014 года число жителей Пермского края составляло 2634,461 тыс. человек. Начиная с 2007 года в Пермском крае наблюдается устойчивая тенденция улучшения демографической ситуации, поскольку уменьшается показатель смертности населения, в том числе смертность населения в трудоспособном возрасте на 11,2% в 2013г. по сравнению с 2011г., и увеличения показателя рождаемости на 4,7%. Естественный прирост населения за несколько лет демографического кризиса в 2013 году имеет положительный баланс и составил 0,8 промилле на 1000 человек населения .

Это, в свою очередь, отразилось на показателе продолжительности жизни, который остается на одном уровне, а средняя продолжительность жизни в Пермском крае составила 68,2 лет и индекс долголетия 0,695 (63-е место среди регионов России). 9 10 Демографические показатели прямо пропорционально отражают состояние здоровья населения Пермского края. По уровню смертности Пермский край занимает девятое место из 14 в Приволжском федеральном округе (далее - ПФО), но по темпам ее снижения находится на третьей позиции .

В 2013 году сокращение показателя смертности составило 3,2% по отношению к 2011 году, при этом в ПФО - 2,9%, младенческая смертность выросла на 13,5%, как и в целом по России в связи с пересмотром критериев живорождения и системного мониторинга здоровья женщин и детей. 11 По состоянию на 1 января 2014 г. численность детского населения Пермского края в возрасте от 0 до 17 лет составляет 524,1 тыс. человек (19,9% от общей численности населения); женщин фертильного возраста - 669,9 тыс .

Пермский региональный сервер http://perm.ru Постановление Правительства Пермского края от 03.10.2013 №1324 «Развитие физической культуры и спорта»

Постановление Правительства Пермского края от 03.10.2013 № 1319-п «Развитие здравоохранение»

человек (47,0% от всего женского населения).12 В исследуемый период в Российской Федерации, в том числе в Пермском крае, немало сделано для улучшения работы системы здравоохранения .

Размеры государственного финансирования здравоохранения выросли за 2011гг. в 2,4 раза в номинальном выражении (в реальном - в 1,4 раза) .

Благодаря реализации в Пермском крае ПНП "Здоровье", значительно обновлено медицинское оборудование в медицинских организациях, увеличены объемы диспансеризации, профилактической работы. Кроме этого, существенно увеличился показатель средней заработной платы врачей к средней заработной плате в крае – в 2013 г., он составил 150,1%, что на 83% больше по отношению к 2011 году .

Система образования также испытывает существенные колебания .

Индекс образования в Пермском крае на 01.01.2014 составляет 0,924 (24-е место среди регионов России), который определяется грамотностью (99,6%) и долей учащихся (0,779) Благодаря реализации проекта «Новая школа» доля общеобразовательных учреждений, имеющих лицензии на образовательную деятельность, в 2013 году составила 97,34% (2011 г.-89,0%, 2012 г. – 92,1%) .

Однако остается доля образовательных учреждений, работающих без лицензии на осуществление образовательной деятельности .

Важной социальной проблемой остается нехватка мест в дошкольных образовательных учреждениях (организациях). В 2013 г. доля детей в возрасте лет, стоящих в очереди для получения места в дошкольном 3-7 образовательном учреждении составила 6,4%, что на 7,8% больше по отношению к 2012 году .

Заработная плата педагогов, работающих в образовательных учреждениях (организациях) по отношению к средней заработной плате в крае в 2013 году составила 102,3%, что на 3,6% выше по отношению к 2011 году .

Наблюдается стабильная динамика роста заработной платы учителей: средний размер заработной платы учителя к концу 2013 года составил 24791,3 руб. и Постановление Правительства Пермского края от 03.10.2013 №1318-п «Развитие образования и науки»

почти достиг уровня средней заработной платы Пермского края 24839,3 рублей .

Однако, это не решает вопросов привлечения молодых специалистов в отрасль образования их доля составляет 3-5 % .

Система общего образования характеризуется высокими результатами по академическим показателям. Об этом свидетельствует превышение среднего балла ЕГЭ по всем предметам в 2013 году – на 8 единиц (2011 г. – 3,8, 2012 г. –

4) в сопоставлении с общероссийскими показателями; рост числа выпускников, набравших по трем предметам ЕГЭ более 225 баллов к 2013 году этот показатель был уже на 39,3% больше чем в 2011 г. (1 529 выпускников против 1097). Доля выпускников государственных общеобразовательных учреждений, не сдавших ЕГЭ – 2,8% в общей численности выпускников государственных (муниципальных) общеобразовательных учреждений в 2013 г. против 2,6% в 2011 году .

На 1 января 2014 г. в Пермском крае насчитывалось 1543 учреждения сферы искусства и культуры, в которых были заняты 12355 сотрудников. С 2013 г. в системе Министерства культуры, молодежной политики и массовых коммуникаций Пермского края функционировала 81 школа искусств (из них 36

– в сельской местности), в которых ежегодно обучалось порядка 20 тыс .

человек (четверть из них в сельской местности) и работало около 2 000 педагогов (четверть – на селе). Также в системе Министерства образования и науки Пермского края функционировало 21 однопрофильное учреждение (из них 5 – в селе), где ежегодно обучалось около 7000 человек, из которых 1/10 часть – на селе). 13 Все это время уровень заработной платы работников сферы культуры и искусства был значительно ниже средней заработной платы в целом по региону. Так, в 2013 году отношение среднемесячной заработной платы работников государственных учреждений культуры и искусства к среднемесячной заработной плате в среднем по экономике составило 61,6%, что на 21,9% выше, чем в 2011 году .

Постановление Правительства Пермского края от 03.10.2013 №1317-п «Культура Пермского края»

Жителям Пермского края в рамках государственных программ предоставляется более 200 видов различных мер социальной поддержки, из которых около сотни мер оказывается на региональном уровне и охватывает 40 различных категорий граждан .

В 2013 г. численность граждан, получивших социальную помощь и поддержку через территориальные органы социальной защиты Министерства социального развития Пермского края, составила более 940 тыс. человек (каждый 4 житель края). В результате чего в 2013 г. отмечалась положительная динамика денежных доходов населения, а индекс дохода на 01.01.2014 составил 0,863 (17-е место среди регионов России) .

Среднедушевые доходы в месяц составили 25 729, 5 рублей. Рост денежных доходов по сравнению с прошлым годом составил 12,2 % (среднедушевые денежные доходы в 2011г.- 21 30; в 2012 г. - 22 920,6 руб.). 14 Уровень средней заработной платы в крае в 2013 г. составил 24839, 3 руб., что на 13,8 % больше, чем в предыдущем году (для сравнения: в 2011 г. руб.; в 2012 г. - 21 820,90 руб.). За первый квартал 2014 г. уровень среднемесячной номинальной заработной платы в крае равняется 25351, 5 руб .

Этот показатель ниже, чем по Российской Федерации в целом (первый квартал 2014 г. - 29 434,2 руб., 2013 г. - 27 384,2 руб.), но выше, чем по Приволжскому федеральному округу (первый квартал 2014 г. - 22340,0 руб., 2013 г. - 20350,53 руб.) .

Реальные денежные доходы населения по отношению к соответствующему периоду предыдущего года составили в 2013 г. 104,7%, а в первом квартале 2013 г. - 105,9 % (в 2012 г. – 97,13 %, в 2011 г. - 98,4 %) .

Доля населения Пермского края с денежными доходами ниже величины прожиточного минимума в 2013 г. составила 11,8 % от общей численности населения, в 2012 г. - 12,6 %. В среднем по Российской Федерации доля населения с денежными доходами ниже величины прожиточного минимума в Постановление Правительства Пермского края от 03.10.2013 №1321-п «Социальная поддержка граждан Пермского края»

2013 г. составила 11,1% от общей численности населения, в 2012г.-11,0% .

Величина прожиточного минимума выросла с 6 702,0 руб. в 2012 г. до 7361,0 руб. в четвертом квартале 2013 г. Сводный индекс потребительских цен и тарифов на все товары и услуги в крае в 2013 г. по отношению к предыдущему году составил 103,98, в декабре 2013 г. по сравнению с декабрем 2012 г.-106,5 .

На 1 января 2014 г. проживает 781 000 пенсионеров, что составляет 30,2 % от общей численности населения. Средний размер назначенных пенсий в регионе в 2013 г. составил 10550 руб., что на 17 % больше, чем в 2012 г., когда средний размер пенсии составлял 9 017,04 руб., и на 5% больше, чем средний показатель по Приволжскому федеральному округу (средний размер пенсии в 2011 г. - 7 839,10 руб., в 2012 г. - 8 672,20 руб.), но несколько меньше, чем показатель по Российской Федерации (2011 г. - 8 272,70 руб., 2012 г. - 9 153,60 руб.). 15 В результате реализации целевых программ количество детей, находящихся в социально опасном положении, сократилось на 14,1 % и на 01.01 2014 составило 7759, 00 чел. (соответственно 2011 г. – 9028, 2012 г. – 8 123 детей). На 15,8 % сократилось количество вновь выявленных детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей (соответственно 2011 г. – 3349 человек, 2012 г. – 2150 человек). Удельный вес детского социального неблагополучия (дети, находящиеся в социально опасном положении и детисироты, дети, оставшиеся без попечения родителей) в общей численности детского населения за период реализации программ снизился с 6,1 % до 5,1 % .

В течение последних лет сохраняется приоритет семейного устройства: в 2013 году 94% детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, были усыновлены, устроены в приемные семьи или на время переданы в семьи граждан, проживающих в Пермском крае. 16 Постановление Правительства Пермского края от 03.10.2013 №1316 «Доступная среда. Реабилитация и создание условий для социальной интеграции инвалидов Пермского края»

Постановление Правительства Пермского края от 03.10.2013 №1322-п «Семья и дети Пермского края»

В рамках реализации программ поддержки молодых семей ежегодно увеличивается количество многодетных семей, обеспеченных земельными участками, которые были переданы им в собственность - доля таких семей в общей численности многодетных семей, поставленных на учет составила 19,3% в 2012 году и уже 51% в 2013 году .

Средняя заработная плата социальных работников по региону выше средней по Российской Федерации за 2013 г. на 17 %, а соотношение уровня среднемесячной заработной платы к средней заработной плате территории выше на 12,4 % .

Таким образом, индекс развития человеческого потенциала в Пермском крае на 01.01.2014 составляет 0,827 (26-е место среди регионов России). Во многом благодаря этому сегодня Пермский край отмечен на российской карте как один из ярких культурных центров. 17 Кластер «Экономическая политика»

Цель кластера – повышение конкурентоспособности, рост качества жизни населения, формирование безопасной социальной среды, улучшение демографической ситуации, перевод экономики на инновационный путь развития (таблица 4.3) .

По объему сальдированной прибыли Пермский край занимает второе место среди регионов Приволжского федерального округа (на душу населения – первое), величина данного показателя увеличилась на 22,4% за последние три года. Индекс промышленного производства по организациям и предприятиям производителям промышленных товаров (с учетом индивидуальных предпринимателей) в январе-июне 2013 года по отношению к январю-июню 2012 года составил 96,8 %. 18 Доклад ПРООН 2013г. «Устойчивое развитие: вызовы РИО» URL: http://gtmarket.ru/news/2013/06/17/6014 Постановление Правительства Пермского края от 03.10.2013 № 1325-п «Экономическое развитие и инновационная экономика»

Таблица 4.3 - Индикаторы кластера «Экономическая политика»

№ Результативные индикаторы 2011 2012 2013 1 Прибыль до налогообложения, млн. руб. 158 882 186841 194 073

2. Фонд начисленной заработной платы по 204571,5 227232,8 255175,0 полному кругу организаций за период с начала отчетного года, млн. руб .

3 Среднемесячная номинальная начисленная 21 191,7 22 150 24 791 заработная плата работников сферы экономики, руб .

4 Численность занятых в частном секторе, 828,93 839,448 852,039 тыс. чел .

5 Уровень регистрируемой безработицы, % к 1,91 1,55 1,5 экономически активному населению 6 Доля сельскохозяйственной продукции 11,2 11,8 11,6 местного производства в расходах населения на продукты, % 7 Количество зарегистрированных субъектов 132 228 115 737 129 693 малого и среднего предпринимательства, ед .

8 Доля конкурентоспособных 52,8 61 70 сельскохозяйственных предприятий, % 9 Объем инвестиций по полному кругу 133 921 158 314,4 188 714,0 предприятий, млн. руб .

10 Количество созданных технологических 30 34 5 стартапов, ед .

11 Оборот продукции (услуг), производимой 661, 9 700, 9 749, 9 малыми предприятиями, в том числе микропредприятиями, и индивидуальными предпринимателями, млрд. руб .

12 Реальные денежные доходы населения, % 97,3 100,2 102,2 Фонд начисленной заработной платы по полному кругу организаций за 2013 год увеличился на 24,7% по отношению к 2011 году. Среднемесячная начисленная заработная плата в январе-мае 2013 года составила 22 932,1 рублей и по сравнению с январем-маем 2012 года выросла на 11,9 %. Реальная заработная плата, рассчитанная с учетом индекса потребительских цен, в январе-мае 2013 года выросла на 3,6 % по отношению к аналогичному периоду прошлого года. Среднемесячная начисленная заработная плата по организациям, не относящимся к субъектам малого предпринимательства, в январе-мае 2013 года составила 25866,5 рублей и по сравнению с январем-маем 2012 года выросла на 13,7 % .

В структуре экономики Пермского края преобладают экспортно ориентированные отрасли: нефтяная, химическая, титаномагниевая, целлюлозно-бумажная промышленность. Доминирующую роль в этих отраслях играет крупный бизнес как федеральный, представленный ОАО «Нефтяная компания «ЛУКойл», так и региональный – химическая компания ОАО «Уралкалий», один из ведущих производителей бумаги в стране ОАО «Соликамскбумпром», а также ОАО «Корпорация «ВСМПО-АВИСМА», производящее губчатый титан и магний для ведущих мировых авиастроительных компаний. При этом топливная и химическая отрасли развиваются преимущественно на местной сырьевой базе .

Доля экспорта во внешнеторговом обороте составила 91,2 %, доля импорта – 8,8 %. В пятерку основных партнеров края вошли: Нидерланды (27,6 %), Китай (14,7 %), Бельгия (9,1 %), Бразилия (4,9 %), Турция (3,9 %) .

Товарооборот с этими странами образует 60,2 % внешнеторгового оборота Пермского края .

За 2013 год предприятиями в основной капитал инвестировано 188, 7 млрд. руб., в сопоставимых ценах прирост составил 40,9 % к 2011 году. В январе-марте 2013 года предприятиями и организациями края на развитие экономики и социальной сферы было использовано 25893,6 млн. рублей инвестиций в основной капитал, что составило 119,8 % (в сопоставимых ценах) к соответствующему периоду предыдущего года .

Численность занятых в частном секторе выросла в 2013 году на 2,7% по отношению к 2011 году и по состоянию на 1 января 2014 года осуществляли деятельность 129 693 субъектов малого и среднего предпринимательства, из них свыше 84 525 – индивидуальные предприниматели. Традиционно большая доля предприятий малого и среднего бизнеса развивается в сфере торговли (44,7 %), операций в сфере недвижимости и услуг (15,1 %), транспорта и связи (9,9 %).19 К сожалению, в сельском хозяйстве наблюдается снижение посевных площадей во всех категориях хозяйств за 2009-2013 годы посевные площади сократились на 172,4 тыс. га. Производство зерна в 2013 году по сравнению с 2008 годом снизилось на 114,8 тыс. тонн, производство картофеля и зерна увеличилось на 18,8 и 46,7 тыс. тонн соответственно. Такое существенное падение объемов производства зерна в 2011-2012 гг. отмечено в связи с экстремальными погодными условиям.20 Повышения доли конкурентоспособных сельскохозяйственных предприятий на 32,5% (с 52,8% до 70%) не решает проблему увеличения доли сельскохозяйственной продукции местного производства в расходах населения на продукты питания, уровень которого снизился в 2013 году на 2% по отношению к 2012 году .

Основной причиной является отсутствие реализации значимых инвестиционных проектов с применением современных технологий в связи с низкой доходностью сельхозтоваропроизводителей и слабой государственной поддержкой инвестиционных проектов данной сферы .

Кластер «Природопользование и инфраструктура»

Цель кластера - повышение эффективности использования природных ресурсов и обеспечение комфортных условий жизнедеятельности населения, определяемых результативными индикаторами (таблица 4.4) .

Общая площадь жилых помещений, приходящаяся в среднем на одного жителя Пермского края, в 2013 году составила 22,6 кв. м., это меньше, чем в ПФО на 4,3% и в РФ на 4%, причем ввод общей площади жилья увеличился в 2013 году на 34,1% по отношению к 2011 году и составил 1,7% к общей площади жилищного фонда.21 Постановление Правительства Пермского края от 03.10.2013 №1315-п «Содействие занятости населения»

Постановление Правительства Пермского края от 03.10.2013 №1320-п «Развитие сельского хозяйства и регулирование рынков сельхозпродукции»

Постановление Правительства Пермского края от 03.10.2013 №1331-п «Обеспечение качественным жильем и услугами ЖКХ населения Пермского края»

Таблица 4.4 - Индикаторы кластера «Природопользование и инфраструктура»

№ Результативные индикаторы 2011 2012 2013 1 Ввод общей площади жилья, тыс. кв. м 748,8 825,4 1 004,1 2 Удельный вес введенной общей площади жилых 1,3 1,47 1,7 домов по отношению к общей площади жилищного фонда, % 3 Барьеры роста совокупной платы граждан 12,1 5,6 5,4 за коммунальные услуги, % 4 Общая площадь расселенного аварийного и 85,9 42,67 60 ветхого жилищного фонда, тыс. кв. м 5 Доля автомобильных дорог регионального значения, 24,2 55,3 57,0 соответствующих нормативным и допустимым требованиям к транспортно-эксплуатационным показателям по сети автомобильных дорог общего пользования регионального значения, % 6 Доля автомобильных дорог местного значения, 45,0 45,7 47,5 соответствующих нормативным и допустимым требованиям к транспортно-эксплуатационным показателям по сети автомобильных дорог общего пользования местного значения, % 7 Доля отходов потребления, направляемых на 2 5,4 14 переработку с целью извлечения вторичного сырья, от массы образующихся твердых бытовых отходов, % 8 Количество населенных пунктов, 322 333 343 газифицированных природным газом, ед .

9 Доля населения, обеспеченного питьевой водой, 85,9 87,4 88,7 отвечающей санитарным требованиям, % 10 Покрытие сотовой связью территории края в, % 91,4 92,4 94 11 Покрытие территории края сетью Интернет, % 93,3 94,3 95,3 12 Плата за использование лесов, млн. руб. 264,7 289,9 303,3 13 Доля субъектов хозяйственной и иной 82 84 86 деятельности, не превышающих нормативы предельно допустимых выбросов загрязняющих веществ, от общего количества субъектов хозяйственной с установленными нормативами выбросов загрязняющих веществ, % 14 Предотвращение потенциального ущерба от 522 1697,8 1424,0 негативного воздействия поверхностных вод и аварий на ГТС, млн. руб .

Объекты коммунальной инфраструктуры Пермского края находятся в изношенном состоянии, на 01.01.2014 износ объектов коммунальной инфраструктуры составляет 58,8%, в разрезе муниципальных образований составляет от 50% до 100%. Общая площадь расселенного аварийного и ветхого жилищного фонда на конец 2013 года составила 60 тысяч квадратных метров, это 5,9% от всего жилищного фонда, при этом по сравнению с 2011 годом данный показатель ухудшился (11,4%) .

Доля населения, обеспеченного питьевой водой, отвечающей требованиям санитарного законодательства, в целом по Пермскому краю на конец 2013 г. составила 88,7%, в том числе сельского населения - 71,0%, городского населения - 93,5%. Объем сетевого газопотребления на территории края превышает 16 млрд. куб. м. газа в год, в том числе коммунально-бытовыми предприятиями – 0,7 млрд. куб. м газа, населением - 0,4 млрд. куб. м. в год, при этом 344 населенных пункта газифицированы природным газом в 2013 году .

Покрытие сотовой связью и сетью Интернет территории края в местах жизнедеятельности населения в 2013 году составили 94% и 95,3% против 91,4% и 93,3% в 2011 году .

Дорожная сеть края в настоящее время не в полной мере соответствует социально-экономическим потребностям общества, более 42 % автомобильных дорог регионального значения не отвечают нормативным и допустимым требованиям к транспортно-эксплуатационному состоянию и около 52 % автомобильных дорог местного значения. 22 Пермский край практически полностью обеспечен электроэнергией собственного производства. Суммарная генерирующая мощность электростанций в Пермском крае - 6,2 млн. кВт (12-е место по России).23 По оценкам специалистов в крае каждый год образуется около 40 млн .

тонн отходов, из них не менее 1% - отходы древесины, которые служат в качестве альтернативного топлива для небольших котельных, поэтому растет Постановление Правительства Пермского края от 03.10.2013 №1323-п «Развитие транспортной системы»

Постановление Правительства Пермского края от 03.10.2013 №1329-п «Энергосбережение и повышение энергетической эффективности Пермского края»

доля отходов потребления, направляемых на переработку с целью извлечения вторичного сырья от массы образующихся твердых бытовых отходов, 15% в 2013 году против 2% в 2011 году.24 Кластер «Общественная безопасность»

Цель кластера – обеспечение безопасности населения Пермского края в сферах: охраны собственности и общественного порядка, борьбы с преступностью, предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций природного, техногенного характера мирного и военного времени, обеспечение пожарной безопасности, безопасности людей на водных объектах, определяемых результативными индикаторами (таблица 4.5). 25 Таблица 4.5 - Индикаторы кластера «Общественная безопасность»

–  –  –

По итогам 2013 года по сравнению с 2011 годом в крае число преступлений, совершенных в общественных местах и на улицах, увеличилось на 59,8 %, при снижении уровня преступности на 10 тыс. населения на 3,1% и численности несовершеннолетних, совершивших преступления на 6,2% соответственно. Одной из причин роста числа преступлений, совершаемых в общественных местах и на улицах, является недостаточное использование потенциала информационных технологий в охране общественного порядка, а также потенциала добровольных формирований по охране общественного порядка .

Поскольку в крае более 63% площадей занимают леса, поэтому важным фактором устойчивого социально-экономического развития Пермского края Постановление Правительства Пермского края от 03.10.2013 №1329-п «Энергосбережение и повышение энергетической эффективности Пермского края»

Постановление Правительства Пермского края от 03.10.2013 №1328-п «Обеспечение безопасности жизнедеятельности населения Пермского края»

является обеспечение необходимого уровня пожарной безопасности и минимизация потерь вследствие пожаров. Пожарная обстановка в Пермском крае в 2013 году по сравнению с 2011 годом характеризуется снижением количества пожаров на 1,58 %. При этом их количество в регионе в 2013 году составило более 2,6 тыс. пожаров, а количество погибших и травмированных в результате пожаров более 500 человек .

Кластер «Эффективное управление»

Цель кластера обеспечение сбалансированного экономического развития и устойчивости бюджета, повышение эффективности и качества управления государственными финансами, имуществом и земельными ресурсами (таблица 4.6) .

Таблица 4.6 - Индикаторы кластера «Эффективное управление»

–  –  –

Пермский край в рейтинге «РИА Рейтинг») социальноООО экономического положения субъектов Российской Федерации занимает стабильно высокие позиции. Так, в 2010 году Пермский край занимал 15 место среди регионов РФ, в 2011 году – 14, в 2012 году – 10, в 2013 году – 11 .

Прирост валового регионального продукта региона в 2013 году составил 103,7 % (в текущих ценах), что на 3% больше по отношению к 2012 году .

Экономика Пермского края преимущественно индустриальная, доля промышленности в ВРП достигает 43 % (в Российской Федерации – 31 %) .

Количество инновационно-активных организаций в 2013 году по отношению к 2011 году увеличилось на 6,6 % и доля продукции высокотехнологичных и наукоемких отраслей в валовом региональном продукте составила 29,8%. Наибольший удельный вес организаций, занимавшихся инновационной деятельностью, пришелся на промышленное производство, а именно 75,3 % от общего количества инновационно активных организаций, 11,3 % – на научные исследования и разработки, по 5,2 % – на услуги связи и деятельность, связанную с использованием вычислительной техники и информационных технологий, 3,0 % – на предоставление прочих видов услуг. Вся сумма затрат (99,4 %), была использована на технологические инновации и лишь 0,6 % на маркетинговые и организационные .

Уровень поступлений платежей за землю в консолидированный бюджет Пермского края ежегодно сохраняется на стабильно высоком уровне .

В период с 2011-2013 гг. поступления от платы за землю в консолидированный бюджет Пермского края увеличились на 15,7% .

Колебания экономики пропорционально отражаются на налоговых поступлениях в краевой бюджет, прирост которых составил в 2013 году 29,04% по отношению к 2011 году, а реальные располагаемые денежные доходы населения на 2,2% к соответствующему периоду предыдущего года .

Несмотря на кризисные явления в экономике, и, как следствие, значительное уменьшение доходной части краевого бюджета, Пермский край – один из немногих регионов, который смог не только профинансировать свои бюджетные обязательства, не прибегая к кредитам кредитных организаций, но и сократить объем государственного долга за 2012 год более чем на 40 % (с 851516 до 490794 тыс. руб.) .

Таким образом, общие принципы, позволяющие более детально подойти к кластерному анализу программно-целевого управления регионом, включают:

учет непрерывного взаимодействия всех кластеров программноцелевого управления региональными СЭС;

включение в анализ показателей, учитывающих идеологию мониторинга, ориентированного на результат и интересы всех экономических агентов;

учет количественных и качественных процессов, в рамках которых формируются и развиваются отношения между всеми экономическими агентами, а также взаимодействие формальной и неформальной форм проявления институциональных отношений;

использование системного подхода при анализе программных кластеров, учитывающего неравномерность развития сфер СЭС региона;

необходимость учета факторного воздействия на СЭС региона, учитывающего неразрывную связь экономики с множеством социальных институтов .

Как было указано ранее, к числу наиболее важных показателей мониторинга программно-целевого управления относятся индикаторы результативности социально-экономического развития, а основой мониторинга программно-целевого управления является тот факт, насколько сбалансировано подобрана система показателей, Это позволило разработать и предложить оптимальную систему целевых показателей социально-экономического развития, отражающих стратегические цели развития региональной экономики Пермского края [311] .

Однако существуют проблемы, которые являются тормозом развития кластерного анализа программно-целевого управления региональной СЭС, решение которых должны взять на себя органы управления:

отсутствие правовой основы к системной организации процесса стратегического планирования;

отсутствие долгосрочного прогноза социально-экономического развития и долгосрочной бюджетной стратегии Российской Федерации, а также методических указаний о разработке долгосрочного прогноза социальноэкономического развития и долгосрочной бюджетной стратегии (финансового плана) для субъектов Российской Федерации;

не до конца проработаны вопросы встраивания в государственные программы уже существующих инструментов программно-целевого планирования (федеральные и ведомственные целевые программы, «дорожные карты» и т.д.), а также соотношение государственных программ с отраслевыми и межотраслевыми документами стратегического планирования .

4.2. Методика оценки влияния бюджетно-ресурсного обеспечения на эффективность программно-целевого управления регионального развития Реформирование общественного сектора в Российской Федерации относится к числу наиболее актуальных вопросов регионального управления, прежде всего, это связано с тем, что проблемы и трудности, обусловленные трансформацией и глобализацией социально-экономических процессов, отражаются на регионах с выраженной спецификой и особенностями протекания. В этих условиях важнейшей задачей государственного управления является необходимость повышения уровня социально-экономического развития, которое требует применения новых, более качественных механизмов управления .

Еще в начале 2000 г. в регионах начался процесс подготовки и реализации в общественном секторе ряда фундаментальных реформ, ориентированных на результат. Потребность в этих реформах была вызвана тем, что эффективная система управления общественными ресурсами является важнейшим фактором устойчивого экономического роста и качества человеческого потенциала [226]. Более того, существовавшую до начала реформы региональные социально-экономические системы трудно было назвать эффективной в большинстве случаев, даже если рассматривать понятие «эффективность» в узком смысле – то есть как соотношение результатов к затраченным ресурсам. Наиболее существенным недостатком региональных экономических систем конца ХХ в. была прямая зависимость между объемами бюджетного финансирования по отдельным направлениям развития и конечными целями государственных программ, что нашло свое отражение в отсутствии финансовой прозрачности расходов региональных бюджетов, в нецелевом (неполном) расходовании средств и низком уровне бюджетной ответственности .

В большинстве развитых стран давно применяется программно-целевой метод управления (система БОР). Государственные программы субъекта Российской Федерации являются специфической формой расходования средств территориального бюджета, а их правовой статус регулируется соответствующими законами субъектов Российской Федерации .

Передавая роль программно-целевого метода, следует отметить, что основное значение отводится комплексному мониторингу использования ресурсов и достижения абсолютных (результативность) и относительных (эффективность) результатов в рамках всего программного цикла .

Мониторинг реализации программных бюджетов регионами (муниципалитетами) сталкивается с рядом проблем, которые обусловлены в первую очередь отсутствием единой регламентирующей методической базы оценки эффективности, в частности, порядок проведения и критерии оценки эффективности реализации программы [120, 277] .

На современном этапе существует множество методик, которые позволяют с разных сторон оценить уровень эффективности расходования средств. Наиболее часто используются абсолютные значения показателей или же коэффициенты, которые сравниваются с заранее установленными и утвержденными критическими значениями. Также широко применяется балльная система оценки. При этом различные по своим экономическим параметрам регионы используют разные методики, ориентируясь, прежде всего, на особенности своей социально-экономической системы .

Проблема оценки эффективности программно-целевого управления общественными ресурсами региона существует и в Пермском крае, позиционирующего как субъект Российской Федерации, в котором осуществляется процесс социально-экономического развития, направленный на поступательный рост качества жизни населения за счет повышения эффективности использования ресурсов .

Создание универсального подхода к оценке эффективности реализации государственных программ территориального значения предоставляет возможности для анализа и сопоставления результатов оценки между регионами. В то же время нужно помнить и то, что каждый регион характеризуется своими особенностями, которые обязательно нужно учитывать при анализе. Совместимые требования могут быть успешно и бесконфликтно реализованы в рамках предлагаемого автором методического обеспечения, апробированного в субъекте РФ - Пермский край .

Методическое обеспечение мониторинга программно-целевого управления социально-экономической системой региона .

Для оценки эффективности программно-целевого управления социальноэкономической системой региона в первую очередь необходимо, оценить влияние бюджетно-ресурсного обеспечения на эффективность реализации государственных программ. При этом важно: а) проанализировать и оценить расходную часть программного бюджета; б) исследовать происхождение источников доходов бюджета; в) сопоставить дефицит бюджета с установленной законодательством нормой; г) определить резервные фонды. К примеру, регион может обладать высокой эффективностью расходования средств на реализацию государственных программ, но не иметь резервного фонда на случай возникновения высоких бюджетно-программных рисков [76] .

Также он может иметь низкую собираемость налоговых доходов и высокую зависимость от государственных дотаций, что позволяет охарактеризовать состояние бюджетного потенциала как «проблемное».

Поэтому, предлагаемый комплекс методического обеспечения имеет двухуровневую структуру:

I уровень: методика оценки влияния бюджетно-ресурсного обеспечения на эффективность программно-целевого управления, основанная на кластеризации государственных программ приоритетных направлений социально-экономического развития региона .

II уровень: методика оценки качества бюджетного менеджмента программного управления, основанная на оценке устойчивости бюджетнопрограммного потенциала.(п.4.3) .

Комплекс методического обеспечения позволяет оценить влияние ресурсной базы, устойчивости бюджетно-программного потенциала на интегральный показатель эффективности программно-целевого управления в регионе, и в итоге сделать вывод об эффективности/неэффективности функционирования социально-экономической системы в целом .

Методика оценки влияния бюджетно-ресурсного обеспечения на эффективность программно-целевого управления, основанная на кластеризации государственных программ приоритетных направлений социальноэкономического развития региона .

Оценка бюджетного финансирования с учетом применения технологии кластеризации государственных программ по приоритетным направлениям социально-экономического развития региона основана на принципах системы сбалансированных показателей (ССП), разработанной Д.Нортоном и Р .

Капланом в 90-х. годах ХХ века. В авторской методике предлагается перенести принцип ССП на уровень управления государственными программами региона .

Государственные программы (далее ГП) Пермского края группируются в кластеры на основе критериев эффективности, рассмотренных в п. 4.1, что позволяет первоначально оценить степень влияния бюджетного финансирования на эффективность функционирования отдельных программных кластеров, на основе оценки степени достижения целей, задач отдельных государственных программ в зависимости от уровня достижения показателей конечных результатов и показателей непосредственного результата. Оценка осуществляется с учетом степени освоения запланированных бюджетных средств. Интегральная оценка эффективности использования бюджетно-программных расходов каждым кластером будет производиться по фактической степени достижения/недостижения целей каждой государственной программой, степени решения задач подпрограмм, входящих в программу .

–  –  –

Результаты кластеризации государственных программ свидетельствуют о высокой социальной направленности программного бюджета (71%) и низкой доли экономической безопасности региона (доля - 1,86%) (рисунок 4.4) .

Шаг 2. Выделение целевых показателей конечного и непосредственного результата интегральной эффективности реализации государственных программ Для каждого программного кластера необходимо выделить целевые показатели конечного и непосредственного результата реализации ГП, причём показатели непосредственного результата определяются абсолютными значениями, а показатели конечного результата - относительными, набор которых может варьироваться в зависимости от различных факторов и особенностей социально-экономического развития региона. При этом всем целевым показателям присваивается статус «позитивный» или «негативный» в зависимости от их социальной значимости и влияния .

Рисунок 4.4 - Структура программной кластеризации социальноэкономической системы Пермского края Если рост целевого показателя отражает благоприятные для общества тенденции, то данный показатель характеризуется как «позитивный», и наоборот .

К примеру, рост объёма выпуска промышленной продукции позитивный показатель, а рост уровня преступности – негативный и т.п. [210] .

Система целевых показателей эффективности реализации ГП Пермского края представлено 198 показателями и может быть значительно расширена или изменена (приложение Б). Экспертная оценка позволила выделить качественные и количественные показатели эффективности отдельной ГП и сформировать систему показателей для каждого кластера (рисунок 4.5) .

Шаг 3. Построение интервала допустимых значений целевых показателей ГП Для каждого целевого показателя требуется построение эконометрической модели, которая бы описывала зависимость от различных факторов, в том числе и от объема финансирования соответствующего кластера (каждой ГП) .

Рисунок 4.5 - Количественная структура целевых показателей программных кластеров Пермского края Результаты реализации ГП, как правило, сложно спланировать со стопроцентной точностью, так как они зависят от множества факторов, которые не могут быть учтены полностью .

Поэтому, оценивая пределы допустимых отклонений, были использованы методы теории вероятности и статистического анализа. Значение по любому целевому показателю программы необходимо рассматривать как случайную величину .

Оценивая существенность отклонений, необходимо руководствоваться «правилом трех сигм», в соответствии с которым все значения запланированных показателей реализации ГП укладываются в интервал:

– 3 Хi + 3, (4.2) где:

— среднее значение анализируемого целевого показателя за три прогнозных будущих периода;

Х i — фактическое значение целевого показателя i;

— среднеквадратическое отклонение (СКО) по целевому показателю:

. (4.3) Таким образом, определяется интервал допустимых значений для всех целевых показателей. Попадание значения конкретного показателя в данный интервал по фактическому исполнению является той целью, которую предполагается достичь [227] .

Оценивая отклонения фактических целевых показателей от запланированных, нужно руководствоваться следующими критериями:

отклонения нормальны, если разница между фактическим значением и запланированным по целевому показателю не превышает значения СКО;

отклонения не существенны, если разница между планом и фактом находится в интервале от 1 до 2 СКО;

отклонения существенны и требует вмешательства программного менеджмента, если расхождение фактических и плановых показателей в два раза превышает значение СКО .

Из шести блоков с преобладанием существенных отклонений оказались два блока – «Природопользование и инфраструктура» и «Вспомогательный блок». Остальные блоки относятся к разряду с нормальным отклонением показателей .

Шаг 4. Установление шкалы оценки В рамках исследования определяется разница между нижней и верхней границей интервала допустимых значений. Полученная разница делится на 10 для тех показателей, которые измеряются в относительных величинах и на 1000 для тех показателей, которые представлены абсолютными значениями. В результате, для каждого целевого показателя устанавливается вес одного балла .

Шаг 5. Оценка эффективности реализации программных кластеров В конце очередного финансового года требуется рассчитать целевые показатели и сравнить с интервалом допустимых значений, полученных ранее, что обеспечивается на основе полученной статистической отчетности.

По результатам оценки возможны следующие ситуации:

фактическое значение целевого показателя попадает в интервал пороговых значений, определённый на основе прогнозов – в этом случае показателю присваивается 0 баллов, которые означают, что цели полностью достигнуты, а уровень финансирования соответствует поставленным целям;

фактическое значение целевого показателя не попадает в интервал пороговых значений – в этом случае необходимо определить величину отклонения (Отк), что производится следующим образом:

Отк = фактическое значение (Фi) - верхняя граница/нижняя граница (4.4) интервала допустимых значений Отк находится близко от верхней границы, то есть фактическое значение превышает верхнюю границу интервала: Отк 0 .

Отк находится близко от нижней границы, то есть фактическое значение превосходит нижнюю границу интервала: Отк 0 .

Для определения количества баллов необходимо разделить полученное отклонение на вес 1 балла данного показателя. Знак баллов определяет статус показателя (таблица 4.8) .

–  –  –

Рассчитаем баллы для всех целевых показателей каждой ГП. Чтобы оценить эффективность реализации каждого программного кластера (Эпк), полученные совокупные баллы оценки эффективности государственных программ кластера складываются с учётом их знаков .

Эпк = ( +/- Эпi) + (+/- Эпi+1) …………….

+ (+/- Эпn), (4.5) где:

Эпi - эффективность i государственной программы .

Выводы об эффективности бюджетного финансирования государственных программ по каждому кластеру формализованы в следующей таблице (таблица 4.9) .

–  –  –

Шаг 6.

Интегральная оценка эффективности Определим интегральную эффективность бюджетного финансирования программно-целевого управления СЭС региона с учетом эффективности каждого кластера, нужно умножить долю каждого кластера в совокупных расходах бюджета на соответствующую эффективность кластера и сложить полученные значения с учётом их знаков:

–  –  –

Следует отметить, что в результате апробации предлагаемой Методики было установлено:

из 22 государственных программ Пермского края низкой эффективностью обладает пять программ (22,7%), наиболее слабой является программа «Обеспечение качественным жильем и услугами ЖКХ населения Пермского края», поскольку, по мнению экспертов, на сегодняшний день рынок ЖКХ еще не способен удовлетворять возрастающие потребности населения;

- в то же время государственные программы с высокой эффективностью тоже незначительное количество – семь программ (31,8%), что, безусловно, связано с внедрением в 2014 году новых механизмов (государственные программы) в практику программного управления региональной социальноэкономической системой;

- существенная доля государственные программы имеют нормальное состояние эффективности (45%), что подтверждает тенденции не только роста спроса на услуги данных сфер, но и снижения пика неопределенности сложившейся ситуации в отраслях;

- в целом эффективности бюджетного финансирования программноцелевого управления социально-экономической системы Пермского края можно рассматривать как нормальное состояние эффективности с вектором на повышение .

4.3. Согласование качества программного управления и устойчивости бюджетно-программного потенциала региона Вторым уровнем методического обеспечения мониторинга программноцелевого управления социально-экономической системой региона, представленной в п. 4.2, является методика оценки качества программного управления, основанная на оценке устойчивости бюджетно-программного потенциала .

Усиление качественных сторон управленческих решений, принимаемых органами власти в отношении программно-целевого управления, является важнейшей стратегической задачей повышения эффективности использования общественных ресурсов. Для ее решения необходимо знать устойчивость бюджетно-программного потенциала региона, будущие прогнозы, основанные на методике оценки показателей устойчивости конкретного бюджета, согласованные с особенностями протекания программного управления данной территории .

Наиболее существенное влияние на формирование теоретических и практических исследований экономистов в области методологии устойчивости бюджетов и оценке эффективности управления государственными фондами оказали труды таких российских ученых, как: Панфилова В.С.[214], Сенчагова В.К., Грязновой А.Г., Галухина А.В., Бабича А.М. Региональный аспект исследуемого вопроса рассматривается в научных трудах Бескоровайной С.А., Демченко И.А., Домбровского А.Н., Зенченко С.В., Игнатьевой Е.Д., Климанова В.В. [101, 102, 75, 131] .

Представители взглядов такого направления соглашаются с тем тезисом, что единая методология оценки эффективности управления государственными объясняется тем, что значительная часть предлагаемых услуг находится на стыке интересов триады «государства – общества – бизнеса» .

В этой связи в схему методики (далее - Методика) оценки качества программного управления, основанной на оценке устойчивости бюджетнопрограммного потенциала, предлагается перенести принципы бюджетного менеджмента, ориентированного на эффект импульсации .

Рассмотрим основные шаги Методики более детально, алгоритм которой представлен на рисунке 4.6 .

–  –  –

Результаты методической оценки:

АО -1,5 - отрицательный эффект расходования средств .

Бюджетная устойчивость и независимость от привлеченных источников доходов, однако расходование средств на государственные программы не приводит к достижению желаемых результатов (целей), что заставляет пересматривать финансирования определённых программ, механизмов распределения бюджетных средств и усиление ответственности уполномоченных лиц .

АО -1,5 - положительный эффект расходования средств .

Бюджет не в состоянии обеспечить свою доходную часть собственными источниками, испытывает необходимость в финансовых вливаниях извне. Однако получаемые средства расходуются рационально. Региону с бюджетом такого типа следует обратить внимание на источники получения собственных доходов, возможно, найти не реализованные до этого возможности получения таковых, для того чтобы постепенно снижать долю заёмных средств в расходной части .

АО 1,5 - отрицательный эффект расходования средств .

Проблемное состояние бюджета. Регион не только вынужден прибегать к внешним источникам доходов, но и полученные таким путём средства расходуются неэффективно. В данном случае, возможно, следует более точно определять объёмы финансирования по программам, исключить излишки и т. д .

АО 1,5 - положительный эффект расходования средств .

Устойчивое, сбалансированное состояние бюджета. Доходная часть бюджета пополняется преимущественно из собственных источников. Израсходованные средства на реализацию программ приносят положительный ффект для общества и экономики региона Рисунок 4.6 - Мультипликативная модель, позволяющая дать агрегированную оценку уровню устойчивости бюджета Шаг 1.Определение эффекта импульсации управления государственными программами. Под импульсацией управления государственными программами автор понимает побуждение к однократному или многократному изменению текущих характеристик ГП, обусловленных воздействием внешних и внутренних регуляторов. Эффект импульсации ГП установленной сферы необходимо определять, как закономерные частоты внесения изменений в характеристики государственных программ и их саморегуляции посредством изменения притока информации, вносимого управленческими решениями .

Чем сильнее воздействие на государственные программы, тем выше эффект импульсации, который должен отражаться в сценариях развития устойчивости бюджета (пессимистический, оптимистический, наиболее вероятный). Эффект определяется экспертным методом на основе изучения предшествующих и прогнозных показателей сценариев бюджета. В исследуемом объекте был определен пессимистический вариант бюджета и нормальный эффект импульсации .

Шаг 2. Выбор показателей устойчивости бюджета .

Анализ устойчивости бюджета является важной составляющей оценки экономического состояния региона (муниципального образования), при котором определенная структура и объем бюджетных ресурсов создают возможности для реализации установленных социально-экономических целей и задач программно-целевого управления в определенном периоде .

Для определения количественных и качественных характеристик устойчивости бюджета используют расчетно-аналитические методы: метод коэффициентов, метод факторного анализа и метод экспертных оценок .

Характеристики, выражаемые с помощью коэффициентных показателей и факторных изменений, отражают положение региона в определенный период при соответствующем состоянии социально-экономической системы .

Механизмы количественной оценки устойчивости бюджетов рассматривались в работах многих ученых-экономистов. Одной из универсальных методик является методика, предложенная академиком Г.Б. Поляком, основанная на расчете бюджетных коэффициентов. По его мнению, бюджет как общественный фонд может иметь четыре формы устойчивости: абсолютно устойчивое состояние, нормальное состояние, неустойчивое состояние и кризисное состояние .

Для установления способности территориального образования приспосабливаться к внешним изменениям экономической среды, добиваться мобилизации дополнительных финансовых ресурсов в бюджетные фонды, а также получать информацию о характеристиках устойчивости бюджета, которые не выражаются в цифровом представлении, применяют метод экспертной оценки на основе балльной системы, что позволяет проводить сравнение с другими регионами .

В Методике, предложенной автором, учитывается, прежде всего, принцип программно-целевого управления региональной социально-экономической системой. На основе проведенного анализа различных методических подходов к оценке устойчивости бюджетного потенциала, реализуемого на принципах программно-целевого управления, выделен перечень 13 показателей, учитывающих законодательные требования и региональные особенности программно-целевого управления социально-экономической системой (приложение В) .

Шаг 3. Блочная систематизация показателей и их агрегированная оценка Все оцениваемые индикаторы устойчивости бюджета Пермского края для простоты расчета, систематизируются в четыре блока индикаторов на основе следующих критериев: 1) учет результативности исполнения бюджета и его дефицитность; 2) оперативность реакции на возникающие отклонения в расходной части бюджета; 3) окупаемость бюджета; 4) эффективность исполнения расходов на государственные программы .

Значения индикаторов показывают не только уровень устойчивости программного бюджета, но и величину отклонений от норматива, определяемую как некий резервный потенциал эффективности будущего управления общественными ресурсами социально-экономической системы .

Расчет осуществляется с учетом степени фактического использования бюджетных средств (рисунок 4.7) .

Рисунок 4.7 - Значения интегральной оценки блочных индикаторов устойчивости бюджетно-программного потенциала Пермского края в 2014 г .

Интегральная оценка четырех блоков индикаторов определила высокий уровень бюджетной окупаемости и низкий уровень – бюджетной результативности .

Шаг 4. Определение интервала допустимых значений блочных индикаторов устойчивости бюджетно-программного потенциала (АО) Интервал допустимых значений индикаторов устойчивости бюджетнопрограммного потенциала определяется на основе предшествующих периодов, по аналогии, с помощью «правило трех сигм», рассмотренное ранее в пункте 4.2. (таблица 4.11) .

–  –  –

Наиболее прагматично выглядят индикатор бюджетной окупаемости и индикатор бюджетной устойчивости, значения которых находятся в пределах допустимого интервала. Значения блоков, не попавших в предел допустимых значений, - индикатор бюджетной результативности и индикатор программной обеспеченности, демонстрируют последствия происходящего перехода от традиционного управления бюджетно-программным потенциалом к «управлению результатами» .

Шаг 5. Агрегированная оценка уровня устойчивости бюджета На основе значений индикаторов, представленных в таблице 4.11, необходимо создать мультипликативную индексную модель, позволяющую дать агрегированную оценку уровню устойчивости бюджетно-программного потенциала.

Такого рода оценка удобна при анализе и сопоставлении бюджетов различных регионов.26 Произведем соответствующее моделирование агрегированной оценки устойчивости регионального бюджета:

АО=I1*I2*I3*I4………..*In, (4.7) Приказ Минфина Российской Федерации "О порядке оценки кредитоспособности и качества управления бюджетами субъектов Российской Федерации и муниципальных образований" от 18.02.2003 № 41 .

где In – индикаторы устойчивости бюджетно-программного потенциала .

Обращаясь к «Кодексу лучшей практики», эксперты МБРР рекомендует принимать допустимые значения показателя АО на интервале (0; 1,5]. 27 Верхняя граница интервала представляет собой случаи, когда все используемые в модели индикаторы принимают свои крайние допустимые значения. Если агрегированный коэффициент бюджетной устойчивости принимает значение больше 1,5, можно сделать вывод о том, что бюджетнопрограммный потенциал устойчивостью не обладает .

Критерии агрегированной оценки устойчивости регионального бюджета представлены в таблице 4.12 .

Таблица 4.12 - Шкала качества программного управления

–  –  –

Апробировав данную Методику для Пермского края, было установлено, что устойчивость бюджетно-программного потенциала является сбалансированной с АО1,5 (0,162), что позволяет сделать вывод о достаточном качестве программного управления социально-экономической системой региона, переход был определен социально-ориентированный вариант развития .

Таким образом, достоинствами предлагаемого комплекса методического обеспечения являются: во-первых, данная модель основана на опыте развитых стран; во-вторых, позволяет оценивать исполнения по ресурсам, сферам и степени ответственности исполнителей; в-третьих, простота в расчете; вчетвертых, некоторые рассчитываемые показатели имеют рекомендуемые значения, что упрощает процесс вычислений; в-пятых, позволяет обеспечить информационную и коммуникационную поддержку процессов программноцелевого управления .

5. МЕТОДИЧЕСКИЙ ИНСТРУМЕНТАРИЙ ОЦЕНКИ

ЭФФЕКТИВНОСТИ ПРОГРАММНО-ЦЕЛЕВОГО УПРАВЛЕНИЯ

РЕГИОНАЛЬНЫМИ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИМИ

СИСТЕМАМИ

5.1. Оценка эффективности реализации конкретной государственнойпрограммы региона

Попытки использования механизмов анализа и оценки эффективности государственных программ совершались в Государственных Инспекциях Труда (ГИТА) некоторых стран Европы с 1960-х гг. На формирование теории оценочных исследований, основанной на методиках количественного анализа данных, влияние оказали более ранние разработки ученых из нескольких научных областей – политэкономии, социологии, психологии, образования .

Среди них можно назвать П. Лазарсфельда, К. Левина, Р. Тайлера [163, 48] .

Начиная с 70-х гг. методическая база анализа и оценки эффективности государственных программ углублена и определятся с помощью методов оценки эффективности бюджетных целевых программ, используемых как в зарубежных странах, так и в России (таблица 5.1) .

–  –  –

Современная нучно-методическая база основана на методах: а) анализа соотношения затрат и выгод, предложенного К. Вейссом, а позднее — М .

Скривеном; б) анализа соотношения затрат и результатов, предложенного М .

Пэттоном; в) учета показателей доходов будущих периодов, предложенных В .

Коссовым, В. Лившицем, А. Шахназаровым, а позднее доработанных П .

Виленским, В. Лившицем, С. Смоляком; г) интегральной оценки эффективности, учитывающей весовые значения направлений реализации программы, предложенных М. Афанасьевым и И. Кривороговым .

Наиболее интересным с точки зрения масштаба управления представляется метод суммирования эффектов от реализации программы, предложенный Б. Мининым, В. Радиным, В. Серебрянниковым, А. Тереховым, Р. Тихоновым. Суть метода состоит в определении организационного эффекта исполнителями государственной программы, который можно рассчитать на основе балльной оценки организационной эффективности органов власти по двум группам. Первая группа показателей отражает прямую зависимость между динамикой целевого показателя и организационной эффективностью деятельности органов государственной власти (исполнителей программы) (5.1), вторая группа показателей отражает обратную зависимость (5.2) .

–  –  –

где:

X j - значение показателя в j-м органе государственной власти;

Xmin - минимальное значение показателя для совокупности органов государственной власти;

Xmax - максимальное значение показателя для совокупности органов государственной власти .

Соответственно, для органов государственной власти первой группы, имеющих максимальное значение показателя, балльная оценка равна 0. Для остальных исполнителей программ оценка находится в интервале от 1 до 0. Для органа государственной власти второй группы, имеющих минимальное значение показателя, балльная оценка равна 1, а для иных исполнителей программ, имеющих максимальное значение показателя, балльная оценка равна

0. Для остальных исполнителей программ балльная оценка имеет значение в интервале от 1 до 0 .

Таким образом, при оценке эффективности процесса управления государственными программами необходимо использовать инструменты программных теорий .

Для оценки эффективности процесса управления государственными программами в регионе необходимо использовать систему показателей, характеризующих оценку степени достижения целей реализуемых государственных программ; оценку степени решения задач подпрограмм, входящих в программы; оценку степени достижения показателей программ с учетом степени освоения бюджетных средств; оценку степени освоения планового объема финансирования программ .

Процесс оценки эффективности управления государственными программами в регионе можно представить в виде последовательных этапов: «центральная проблема - цель программы - задачи программы – задачи подпрограммы мероприятия подпрограммы – результат - риски». Целесообразно выделить две системы показателей оценки эффективности процесса управления государственными программами в регионе .

Первая методика основана на системе показателей, оценивающих эффективность функционирования территориальной системы управления государственными программами (программное управление), характеризующее степень удовлетворения гражданами программными услугами, позволяющая оценивать уровень развитие социально-экономической системы (п.4.2 и 4.3) .

Вторая методика базируется на системе показателей, оценивающих эффективность реализации отдельно-взятой государственной программы, объясняющих приращение отдельных отраслей (кластеров) и степень их изменения (рисунок 5.1) .

Рисунок 5.1 - Модель оценки эффективности управления государственными программами Рассмотрим следующую методику .

Методика. Для оценки эффективности реализации отдельно-взятой государственной программы необходимо опираться не столько на величину ресурсов конкретной программы, сколько на процесс преобразования ресурсов в результаты. В рамках предлагаемой динамической модели управления государственной программой каждый базовый этап характеризуется комплексом оценочных показателей, позволяющих качественно различать и количественно оценивать процессы формирования, реализации, достигнутый результат .

Причем оценка эффективности реализации программы осуществляется в три этапа (рисунок 5.2) .

Рисунок 5.2- Этапы оценки эффективности государственных программ

Каждый компонент системы показателей оценки эффективности включает в себя иерархические группы показателей, степень достижения которых является критериями оценки эффективности реализации программы – интегральные показатели эффективности управления программой (ИП), показатели конечного результата цели государственной программы (ПКРц), показатели конечного результата задач подпрограмм (ПКРз), показатели непосредственного результата мероприятий подпрограмм (ПНР) и показатели рисков программы (ПК) .

Интегральный показатель - это величина, позволяющая оценивать достижения целей программы и эффективность реализации подпрограмм, определяемых по среднеарифметической составляющей действующих целевых показателей (ПКР), объединенных в группу по конкретным признакам .

В общем виде уравнение интегральной оценки, составленной для панельных данных, будет выглядеть следующим образом (5.3):

ИОП = Оцп * 0,6+Оэпп * 0,4, (5.3), где:

ИОП - интегральная оценка государственной программы;

Оцп - оценка достижения целей программы;

Оэпп - оценка эффективности реализации подпрограмм;

0,6 и 0,4 - весовые коэффициенты оценки достижения целей программы и оценки эффективности реализации подпрограмм .

Для обозначения границ интегрального показателя была введена переменная характеристики эффективности реализации государственной программы, принимающая значение от 1,5 до 3. Если ИОП в текущем финансовом году в пределах от 2,85 до 3,00, то эффективность государственной программы высокая, значение в пределах от 2,1 до 2,84, соответственно, средняя эффективность реализации государственной программы, значение менее 2,1 при низкой эффективности и менее 1,5 при неэффективной реализации программы .

Первым этапом методики является оценка эффективности реализации подпрограмм программы, которая определяется показателями конечного результата выполнения задач подпрограмм и показателями непосредственного результата мероприятий подпрограмм.

Поскольку оценка данных показателей является средней величиной оценок достижения плановых значений всех ПНР подпрограммам каждой задачи, относящихся (и не относящихся) к целевым показателям деятельности органов управления, то оценку эффективности реализации подпрограмм государственной программы можно представить следующим образом (5.4):

Оэпп = ((( Опнрзц* Ккп )/m)*0,6+((Опнрз*Ккп)/m)*0,4)/t, ( 5.4 ) где:

Опкрзц - оценка достижения отдельного ПКР цели подпрограммы, относящегося к целевым показателям деятельности органов управления;

Опнрзц - оценка достижения отдельного ПНР цели подпрограммы, относящегося к целевым показателям деятельности органов управления;

Опкрз - оценка достижения отдельного ПКР цели подпрограммы, не относящегося к целевым показателям деятельности органов управления;

Опнрз - оценка достижения отдельного ПНР цели подпрограммы, не относящегося к целевым показателям деятельности органов управления;

Ккп - коэффициент качества планирования, учитывающий изменения, внесенные в программу в течение отчетного периода;

m - количество ПНР данной задачи подпрограммы;

t - количество задач подпрограммы;

0,4 и 0,6 - весовые коэффициенты оценки ПКР и ПНР задачи подпрограммы .

Для расчета достижения плановых значений показателей конечного результата целей программы и задач подпрограммы, а также показателей непосредственного результата, являющихся целевыми показателями деятельности органов власти, учитывается влияние внесенных изменений в программу в отчетном периоде на достижение данных показателей .

Источником данных для оценки влияния внесенных изменений в программу в отчетном периоде на показатели программы является информация, представленная в годовом отчете органов власти .

В случае изменения плановых значений или исключения из программы показателей конечного результата целей и задач и (или) показателей непосредственного результата, являющихся целевыми показателями деятельности органа власти, при внесении изменений в программу в отчетном периоде, оказавших влияние на снижение эффективности реализации программы, для расчета оценки достижения плановых значений показателей рекомендуется применять коэффициент качества планирования, равный доверительному интервалу бюджетных рисков 0,95 .

Коэффициент качества планирования не применяется при расчете оценки достижения плановых значений показателей в следующих случаях внесения изменений в программу:

- приведение показателей конечного и непосредственного результата программы, являющихся целевыми показателями деятельности органа власти, в соответствие с целевыми показателями деятельности органа власти, утвержденными решением законодательно-представительного органа региона;

- исключение полномочий, в рамках которых реализуется программа, из состава полномочий, отнесенных к компетенции исполнителя программы или участника программы;

- изменение объема финансирования по причинам, не зависящим от исполнителя программы;

- ошибочные правки .

Оценка достижения планового значения каждого ПКР одной задачи подпрограммы, являющегося целевым показателем деятельности органа власти (или не относящегося к целевым показателям деятельности органа власти), определяется в зависимости от степени достижения планового значения соответствующего ПКР по таблице 5.2 .

–  –  –

Следующим этапом является оценка показателей достижения конечного результата целей государственной программы, которые определяются средней величиной оценки достижения плановых значений всех ПКР цели, относящихся (и не относящихся) к целевым показателям деятельности органов управления, с учетом внесения изменений в программу в отчетном периоде и рассчитывается по формуле (5.5):

Оцп = (((О пкрц*Ккп)/п)*0,6+((Опкр*Ккп)/п)*0,4)/х, (5.5)

где: Опкрц - оценка достижения отдельного ПКР цели программы, относящегося к целевым показателям деятельности органов управления;

Опкр - оценка достижения отдельного ПКР цели программы, не относящегося к целевым показателям деятельности органов управления;

n - количество ПКР цели программы;

x - количество целей программы .

0,4 и 0,6 - весовые коэффициенты оценки достижения целей программы и оценки эффективности реализации подпрограмм .

По результатам оценки эффективности реализации программы (интегральной оценки) определяется характеристика эффективности реализации программы по шкале таблицы 5.4 .

–  –  –

Рассчитанная регрессия данных по зависимости величины интегральной эффективности и результативности программы (рисунок 5.3) доказывает следующую гипотезу: если программа обладает достаточной эффективностью, то результативность программы низкая, и наоборот. Чем больше поставлено целей и задач в программе, тем меньше вероятность получить высокую результативность, что никак не зависит от объемов финансирования .

Таким образом, достоинствами предлагаемой методики эффективности реализации отдельновзятой государственной программы являются: во-первых, можно использовать для оценки муниципальных программ; во-вторых, позволяет оценивать исполнения по достижению целей и задач программы; втретьих, простота в расчете; в-четвертых, некоторые рассчитываемые показатели имеют экспертные значения, что упрощает процесс вычислений; впятых, позволяет определять виновных по невыполненным показателям ответственных органов .

Платформа безопасности программно-целевого управления 5.2 региональными социально-экономическими системами При оценке эффективности процесса управления государственными программами в индустриальном регионе, с точки зрения безопасности социально-экономической системы, производится оценка показателей конечного результата (ПКР) достижения цели и задач программы, основанных на оценке показателей непосредственного результата (ПНР) выполнения программных мероприятий. Оценка системы показателей «ПКР-ПНР» должна учитывать условия внедрения программно-целевого управления в социальноэкономическую систему и отражать особенности изменения вектора развития региона, его кластерную политику. Именно ПКР являются не только индикаторами эффективности реализации программы, но и индикаторами безопасности, показывающими степень влияния программ на уровень изменения установленной сферы, отрасли, кластера общественных отношений .

Один из наиболее распространенных подходов оценки безопасности программного управления СЭС основывается на анализе процессов управления, затрачиваемых ресурсов и полученных результатов. С точки зрения процессносистемного подхода в качестве меры эффективности следует оценивать достигнутую степень реализации мероприятий, предполагаемых к реализации в установленном периоде. В рамках оценки процессной эффективности исследуются управленческие действия в отношении государственных программ, измеряется фактический результат за определенный промежуток времени. Соотношение запланированных и фактических результатов позволяет оценить уровень реализации программы и сделать вывод об эффективности/неэффективности программного управления [185] .

На примере Пермского края оценим безопасность программно-целевого управления для СЭС региона, на основе модели, представленной нижеследующим алгоритмом:

Во-первых, начиная с 2012 г. в Пермском крае осуществляется переход на программный бюджет, поэтому период оценки был выбран с 2012 по 2013 гг .

Исполнение краевого бюджета в разрезе управленческой структуры осуществляется через бюджет текущих расходов и бюджет развития. При этом важной составляющей в бюджете развития составляют целевые программы, плановый объем средств, которых был освоен на 80% и 78,5% соответственно в 2012 – 2013 гг .

Во-вторых, оцениваемые программы – это предгосударственные программы: а) существовавшие до внедрения государственных программ в бюджетный процесс; б) срок их реализации свыше года; в) охватывали все виды существующих программ того периода (федеральные, долгосрочные, ведомственные, краевые), реализуемые на территории региона .

В период 2012-2013 гг. на территории края реализовывалось 32 и 39 соответственно программ, из них к предгосударственным можно отнести 25, что составляет 78,1% и 64,1% соответственно от общего количества программ .

За исследуемый период осуществлялась реализация следующих предгосударственных программ:

- 20 долгосрочных целевых программ (80%);

- 3 ведомственные целевые программы (12%);

- 2 краевые целевые программы (8%) .

В-третьих, для определения эффективности программного управления Пермского края в рамках функционально-целевых направлений, выделены шесть кластеров стратегического целеполагания: территориальное развитие, социальная политика, экономическая политика, природопользование и инфраструктура, общественная безопасность и эффективное управление.

Все исследуемые программы сгруппированы по кластерам на основе критериев:

целеполагание программы, структура управления и ответственный исполнитель, ожидаемые результаты .

В-четвертых, система оценки эффективности предгосударственных программ проводится на основе методики, используемой для государственных программ, и включает три показателя:

St - показатель затрачиваемых ресурсов – уровень финансирования:

–  –  –

(5.5) где:

Pit - индекс результативности по i-му показателю в год t;

m - количество показателей программы

Эt - процессный показатель – эффективность управления программой:

–  –  –

Результаты, приведенные в таблице 5.5, систематизируют относительную эффективность программного управления и всех сопутствующих показателей по шести кластерам социально-экономического развития. Установлены следующие особенности .

Региональным законодательством в период 2012-2013 гг. утверждено финансирование 32 и 39 целевых программ на общую сумму 7286505,1 и 7975142,2 тыс. руб. соответственно, а фактическое исполнение составило 74,9% и 79,5%. Оценивая уровень финансирования предгосударственных программ Пермского края, можно отметить ежегодный, стабильный, но невысокий уровень – 71,7% в 2012 г. и 68,9% в 2013 г. По итогам 2013 года в крае общий уровень финансирования снизился на 2,8% по сравнению с 2012 годом, что объясняется подготовительной ситуацией внедрения государственных программ .

Диапазон уровня финансирования варьируется в 2013 году от 0 - 85,4%, а в 2012 году от 0 - 99,5%. Самый низкий уровень финансирования сложился по следующим трем программам: ДЦП «Энергосбережение и повышения энергетической эффективности Пермского края на 2010-2020 годы» - 21,6 ДЦП «Комплексный инвестиционный план модернизации города Чусового Пермского края на 2010-2015 годы» - 31,3 – 0%, ДЦП «Развитие и использование минерально-сырьевой базы Пермского края на 2012-2020 годы»

- 17,1- 75% .

Это, в свою очередь, отразилось на состоянии кластеров и программном управлении в целом (рисунок 5.3) .

Рисунок 5.3 - Уровень финансирования предгосударственных программ 2012-2013 гг .

Невысокий уровень финансирования объясняется тем, что из шести кластеров наибольший уровень финансирования программ в период 2012 – 2013 гг. приходится на программы кластера: «Эффективное управление», а наименьшее финансирование произошло по кластерам: «Развитие территорий», «Природопользование и инфраструктура» и в 2013 году «Экономическое развитие» .

Адаптиционно-функциональные модели для каждого функционального кластера представлены в Приложение Б .

Кластер «Развитие территорий»

На реализацию двух программ профинансировано 55,6% и 44,6% соответственно в 2012-2013 гг. Наименьшее освоение средств по ДЦП «Комплексный инвестиционный план модернизации города Чусового Пермского края на 2010-2015 годы» - 31,3%, при чем в 2013 году финансирование не осуществлялось вообще (0%). Но при этом интегральная результативность достигнута на 125% в 2012 году и 104,3% в 2013 году [213] .

Кластер «Природопользование и инфраструктура»

На реализацию пяти программ профинансировано 52,9 и 71,5% соответственно. Существенно недофинансированы ДЦП «Энергосбережение и повышения энергетической эффективности Пермского края на 2010-2020 годы» - 21,6/25,9% и ДЦП «Развитие и использование минерально-сырьевой базы Пермского края на 2012-2020 годы» - 17,1/75%, однако интегральная результативность варьируется от 128 до 88%. Высокий уровень результативности наблюдается и по ДЦП «Охрана и воспроизводство объектов животного мира, отнесенных к охотничьим ресурсам, и среды их обитания в Пермском крае на 2012-2016 годы» - 93,3/449,8% .

Таким образом, при нулевом и минимальном финансировании программ наблюдается высокий уровень интегральной результативности, что свидетельствует о необъективном проведении мониторинга, либо существенном завышении программных расходов при их планировании .

Кроме того, следует отметить, что отсутствуют программы, которые полностью финансированы, но результативность оставляет желать лучшее .

Рисунок 5.4 - Интегральная эффективность предгосударственных программ 2012-2013 гг .

Из вышесказанного следует заметить, что финансирование ряда ДЦП с низким уровнем финансирования осуществлялся за счет средств регионального фонда софинансирования расходов (РФСР), что указывает на низкую эффективность использования средств фонда при применении программноцелевого метода планирования и исполнения бюджета. Кроме того, одной из причин низкого уровня финансирования можно назвать межведомственное взаимодействие, которое усложняет процесс работы с программами .

Как видно из рисунков 5.4 - 5.6 интегральная результативность в исследуемый период 2012-2013 гг. превышает 100% и составляет 101,7% и 102,7% соответственно, но при этом можно установить следующие взаимоувязки по большинству кластеров: хаотичность интегральной результативности во времени, то есть обратная зависимость одних и тех же показателей во времени; чем меньше уровень финансирования программы, тем выше показатели интегральной результативности .

–  –  –

Согласно полученным результатам, показатель эффективности программного управления (Эt) за период 2012-2013 гг. находится на стабильно высоком уровне 181,5% -150,8%, без существенных скачков и падений по всем исследуемым кластерам, за исключением кластера «Эффективное управление» .

Однако в 2012 году эффективность управления программами (Эt) пяти кластеров выше по сравнению с 2013 г., и данный показатель варьируется от 104,4% для кластера «Экономическое развитие» (2013г. 83,3%) до 286,7% «Природопользование и инфраструктура» (2013 г. 245,6%) .

Как видно из рисунков 5.7 - 5.8 наблюдается тесная взаимосвязь показателей: эффективность, уровень финансирования и интегральная результативность программы, но в период 2012-2013 гг. степень влияния их друг на друга отличается .

Рисунок 5.7 - Взаимосвязь уровня финансирования, интегральной результативности и эффективности управления предгосударственными программами в 2012 году Обратная зависимость показателей эффективности управления от уровня финансирования в 2012 году координально меняется на прямую зависимость всех трех показателей в 2013 году, т .

е. чем больше уровень финансирования программы, тем выше результативность и эффективность, за исключением кластера «Эффективное управление», где достаточное финансирование отразилось только на результативности, но эффективность исполнения низкая .

Рисунок 5.8 - Взаимосвязь уровня финансирования, интегральной результативности и эффективности управления предгосударственными программами в 2013году

–  –  –

Проведенная оценка безопасности программно-целевого управления для СЭС Пермского региона за исследуемый период 2012-2013 гг. показала высокий уровень эффективности исполнения предгосударственных программ в 68% случаях; в 20% случаях и 12% соответственно, запланированный уровень эффективности; в 4% случаях и 12% соответственно, слабоэффективный, и в 8% случаях - неэффективный.

В целом, данные факты свидетельствуют о достаточной эффективности управления предгосударственными программами, однако основные причины неэффективного освоения средств носят субъективный характер:

- несвоевременное проведение конкурсов, отсутствие заявок на финансирование от МСУ; - сокращение лимитов бюджетных обязательств; - отсутствие НПА о порядке использования бюджетных средств и др .

Все анализируемые программы, в широком смысле, можно отнести к социальным, поскольку конечным потребителем выступает население. В этой связи, для более полной оценки эффективности управления предгосударственными программами необходимо оценить и социальную эффективность программ (рисунок 5.9) .

Рис.5.9 Уровень эффективности управления предгосударственными программами 2012-2013 гг .

Одной из важных задач при оценке безопасности программного СЭС региона является оценка социальной эффективности, которая связана с определением конечного социального эффекта для общества в целом или определенной части населения, полученного в результате реализации предгосударственных программ. Для этого необходимо наличие совокупности качественных и количественных показателей, отражающих выполнение функций или задач, а также характеризующих запланированные социальные результаты. Отсутствие необходимых показателей требует исследования и выбора критериев, на основе которых необходимо оценивать социальную эффективность использования государственных средств на реализацию программ .

По мнению И.П. Денисовой и С.Н. Рукиной, существующий опыт показывает, что чаще используются относительные показатели для такого рода оценки, например, число школ, вернувшихся к функционированию с помощью реконструкции здания, количество учреждений здравоохранения, получивших лицензию. В качестве показателей социальной результативности можно использовать степень удовлетворенности потребителей услугой, оказанной учреждением. Динамика этих показателей за период реализации программ служит основанием для определения социального эффекта использования государственных средств [114] .

Кроме того, надо учитывать, что социальный эффект не всегда связан с реализацией государственных программ, поскольку он может быть получен в результате влияния внешних факторов, степень и характер воздействия которых нередко бывает трудно определить. Например, снижение уровня преступности в регионе может быть результатом профилактических мероприятий, осуществляемых Министерством здравоохранения региона, но могут оказывать влияние внешние факторы, такие как рост благосостояния населения и улучшение политической ситуации [63] .

Следует подчеркнуть, что определение социальной эффективности является не только одной из главных задач СЭС региона, но и должно быть составной частью агрегированной оценки эффективности программно-целевого управления региона .

Таким образом, методической основой мониторинга социальной эффективности реализации предгосударственных программ является оценка влияния программ на динамику социально-экономического развития региона. В частности, оценка социальной эффективности базируется на степени влияния программ на показатели: а) социально-экономического развития; б) повышения уровня качества жизни; в) инвестиционного потенциала территории в целом .

Сложность и противоречивость используемых показателей социальной эффективности обязывает проводить агрегированную оценку частных показателей социальной эффективности (таблица 5.7) .

–  –  –

Результаты агрегированной оценки социальной эффективности предгосударственных программ демонстрируют противоречивые тенденции, а именно:

- согласно результатам относительных изменений, незначительный рост одних показателей и существенное падение других (внешнеторговый оборот на 15,9%) характеризуют низкоэффективное состояние социально-экономической системы;

- высокоэффективный уровень демонстрирует интегральный показатель группы «качество жизни», поскольку все основные показатели испытывают тенденции роста. Особенно значимы: естественный прирост, ввод общей площади жилья, среднедушевые доходы населения и уровень преступности;

- значение интегрального показателя группы «инвестиционный потенциал»

определено на уровне средней эффективности .

Агрегированную оценку социальной эффективности предгосударственных программ за 2012-2013 гг. в целом можно характеризовать как среднеэффективную, но с определенными проблемами в СЭС .

В п.1.3 проанализированы различные подходы к оценке эффективности программно-целевого управления социально-экономической системой региона .

В связи с этим, на наш взгляд, результирующим индикатором оценки платформы безопасности программно-целевого управления СЭС в текущий период времени (2013-2014 гг.) должна выступать добавленная стоимость программ в стоимости ВРП. ВРП – главный показатель развития социальноэкономической системы региона, признанный и используемый при оценке исследователями во многих странах мира. ВРП представляет собой один из важнейших макроэкономических показателей, выражающий исчисленную в рыночных ценах совокупную стоимость конечного продукта, созданного в течение финансового года внутри региона с использованием факторов производства [305] .

Разработка метода оценки добавленной стоимости программ в стоимости

ВРП в разрезе кластерной градации позволит:

сформировать агрегированный социально-экономический индикатор программно-целевого управления;

на основе расчета данного параметра регулярно проводить мониторинг состояния программно-целевого управления и принимать корректирующие решения;

проводить сопоставления программно-целевого управления с другими регионами-аналогами;

определять кластерную структуру экономики и прогнозировать структурные сдвиги и тенденции;

решать проблемы сопоставимости данных на муниципальном и поселенческом уровнях, что позволит нивелировать разрывы при анализе между информацией на разных уровнях [152];

дать органам управления, обществу, бизнесу точную информацию о качестве программно-целевого управления для принятия решений об участии в действующих или новых программах .

Автором предложен метод подсчета добавленной стоимости государственных программ в стоимости ВРП в разрезе кластерной градации, представленный следующей формулой:

, (5.7) где:

– объем финансирования государственной программы кластера;

– общий уровень финансирования государственных программ на территории, где реализуется программа .

Предложенный метод основан на официальных статистических данных, находящихся в открытом доступе, что повышает объективность и простоту расчетов. В результате исследования были получены расчетные таблицы для каждого кластера программно-целевого управления (таблица 5.8) .

Данный подход основан на распределительном методе подсчета ВРП и является модификацией метода Кендрика-Джейкокса, основанного на гипотезе неизменности структуры добавленной стоимости территории региона .

Эффективность метода была доказана А. Нейми, который показал, что погрешность метода составляет около 5% для 70% выборки [31, 37] .

Таблица 5.8 - Добавленная стоимость кластеров программно-целевого управления в стоимости ВРП (923,4 млрд .

руб.), 2014 г .

–  –  –

Таким образом, комплексная оценка платформы безопасности программно-целевого управления Пермского региона позволила дать оценку с позиции экономической и социальной эффективности предшествующих целевых программ (предгосударственные программы) государственным программам 2014 года, определить добавленную стоимость государственных программ в стоимости ВРП и обобщить следующие следствия:

процесс оценки платформы безопасности программно-целевого управления СЭС региона для текущего периода необходимо сопоставлять с результатами оценки эффективности исполнения программного управления предыдущего периода для выявления основных тенденций и проблем;

- оценку экономической эффективности программно-целевого управления необходимо осуществлять с учетом поставленных задач и целей программ, достижение которых определяется результативностью целевых показателей;

- поскольку значительная часть программ имеет социальную значимость для региона, обязательна оценка социальной эффективности, которая не представлена универсальными методами в научных трудах отечественных и зарубежных ученых, что затрудняет данную оценку;

- результирующим индикатором оценки платформы безопасности текущего программно-целевого управления социально-экономической системой региона должна выступать добавленная стоимость текущих государственных программ в стоимости ВРП .

Прогнозные сценарии реализации государственных программ на 5.3 .

основе оценки бюджетно-программных рисков Для представления полной картины реализации предгосударственных программ в Пермском крае за период 2012-2013 гг. целесообразнее исследовать всю сферу безопасности и те условия, в которые были погружены программы в процессе их реализации .

В обстановке постоянной трансформации социально-экономических процессов механизм принятия управленческих решений органами власти осуществляется в условиях неопределенности достижения планируемых результатов программ, а это требует применения новых, более эффективных инструментов управления. В этой связи бюджетный менеджмент следует рассматривать с учетом бюджетно-программных рисков, без оценки которых невозможно эффективное планирование программных процессов социальноэкономической системы региона [132] .

Процесс управления бюджетно-программными рисками обладает специфическими чертами, тем не менее он всецело подпадает под действие общей теории риска и включает в себя следующие этапы: идентификация, оценка, управление. Экономическая природа бюджетно-программного риска также проявляется через важнейшие принципы: вероятность наступления неблагоприятных событий в условиях неопределенности .

В первую очередь требуется теоретическая и методологическая идентификация, а также тщательный отбор и анализ бюджетно-программных рисков, характерных для предгосударственных (государственных) программ социально-экономической системы Пермского края .

В настоящее время в законодательстве Российской Федерации и экономической литературе единого определения понятия «бюджетнопрограммный риск» не существует. Понятие риска применительно к бюджетной системе чаще всего встречается при исследовании понятий бюджетной устойчивости и сбалансированности. Изучению данной проблемы посвящены работы многих учёных, как: P. Ахметова, С. Г. Аюповой, А .

Баранникова, И. П. Грудинова, Т. Дорониной, И. Дрожжиной, М. Калинчикова, Т. Ковалевой, О. Лебедевой, Ш. Лозовского, А. Никифоровой, С. Подобряева, Н. Перко, Г. Поляка, Б. Райзберга, Е. Стародубцевой, А. Улюкаева, Н. Яшиной и др. [73, 261, 111] Изучению проблем риска, применительно к целевым программам посвящены труды: А.П. Альгина, М.Э. Буяновой, А.Г. Гранберга, Д.А .

Лапченко и др. [60, 93, 112, 164] .

Широкий круг научных подходов относительно устойчивости бюджетных систем, их сбалансированности и эффективности программного бюджета порождает различные подходы и к понятию бюджетно-программного риска .

Большинство ученых под бюджетно-программным риском понимают риск недофинансирования или несовпадения факта с планом исполнения бюджетных программ .

В современной теории управления системами, можно выделить несколько научных подходов к определению сущности бюджетно-программного риска, которые выражены в концептуальных взглядах как отечественных, так и зарубежных ученых .

Представители функционального подхода рассматривают бюджетнопрограммный риск как некую функциональную единицу управления, выраженную вероятностью недополучения денежных средств из бюджета любого уровня, а, следовательно, риска недофинансирования, взаимодействующую с внешней средой, свойства которой обусловлены характером функциональных возможностей субъектов управления [151] .

Сторонники структурного подхода определяют бюджетно-программный риск как вероятность действий, направленных на достижение определенной цели, что сопряжено с угрозой опасности и потерь, связанных с проявлением отношений между системообразующими программными элементами и бюджетной системой .

Казуальный подход воспринимает бюджетно-программные риски как сложные видоизменяющиеся явления, а единство процессов принятия потерь бюджета от реализации программ и необходимость использования элементов предпринимательства обеспечивает устойчивость бюджета и социальноэкономической системы региона в целом [154] .

В настоящее время существует множество классификаций бюджетнопрограммных рисков. Эффективность определения и учета бюджетнопрограммных рисков во многом зависит от сложности бюджетного и программного процессов, представлений факторов неопределенности, многообразие которых определяется четким представлением классификации бюджетно-программных рисков, которая позволит структурировать риски, осуществлять их выбор и определять последовательность управленческих решений по предотвращению и устранению причин на основе тщательной оценки рисков .

Синтезируя концептуальные количественные и качественные подходы к сущности бюджетно-программных рисков, необходимо сконцентрироваться на теории и эмпиризме возможных видов рисков бюджетных программ Пермского края. Предложенная классификация была уточнена и дополнена автором новыми составляющими, которые позволяют получить более полное представление о сущности бюджетно-программных рисков (таблица 5.9) .

Таблица 5.9 - Классификация форм бюджетно-программных рисков на основе синтеза концептуальных подходов

–  –  –

Соглашаясь с вышеизложенными позициями диссертанта, дополним, что бюджетно-программный риск, по нашему мнению, можно трактовать как в узком, так и широком понимании. В узком смысле - это вероятность возникновения потерь в программных бюджетах различных уровней. В широком понимании – это недофинансирование вследствие возникновения дефицита программного бюджета и неисполнения его в полном объеме, что влечет за собой снижение уровня качества жизни населения .

При оценке бюджетно-программного риска используется математический аппарат и среди наиболее распространенных, является концептуальный подход теории вероятностей. Вероятность наступления неблагоприятного события и случайный ущерб относятся к математической модели, они малоизвестны, их можно оценивать по результатам наблюдений. В вероятностной модели оценка возможности наступления нежелательного события сводится к вычислению вероятности от 0 до 1.

Возможная величина ущерба, связанного с риском, описывается функцией распределения:

F(x) = P (X x), (5.8) где:

x – действительное число;

P (X x) – вероятность случайного события (X x) .

С целью оценки случайной величины (величины ущерба) рассматривают различные ее характеристики:

– математическое ожидание ;

– медиана ;

– дисперсия ;

– среднее квадратическое отклонение ;

– коэффициенты вариации;

- коэффициенты корреляции и др .

Вероятность бюджетно-программного риска проявляется в возможности его возникновения, а уровень вероятности определяется совокупностью факторов, воздействующих на процесс реализации программ и бюджетный процесс в целом. В зависимости от вероятности наступления, считаем целесообразным группировать риски на: допустимый (0-30%), приемлемый (30критический (60-80%) и катастрофический (более 80%). Критерии такого деления весьма условны, в зависимости от цели и условий оценки риска .

Кроме того, существенной характеристикой бюджетно-программного риска следует считать и его спекулятивность, заключающуюся в том, что отклонения от планируемой суммы могут быть в сторону, как уменьшения, так и увеличения результатов исполнения программного бюджета относительно плановых показателей. Чем сложнее программно-бюджетный процесс, тем большее значение приобретает фактор неопределенности, в зависимости от которого риски можно разделить на чистые и спекулятивные (исполнение программы в размере 20% от плановых показателей является примером чистого риска, а 125% - спекулятивного) .

На практике доказано, что на уровень бюджетно-программного риска оказывают влияние многочисленные факторы, как внешние, так и внутренние .

Внешние факторы – это факторы, которые не зависят от действий органов власти и субъектов бюджетно-программного процесса (макроэкономическая ситуация; географическое положение; степень включенности в систему глобальных товарных, информационных и финансовых потоков;

межнациональные отношения и др.). Внутренние факторы – это, прежде всего, ресурсы и потенциал, на базе которых территория определяет стратегию развития и реагирует на изменения внешних факторов (природно-ресурсный потенциал; демографическая ситуация и человеческий потенциал; плотность и система расселения населения; инфраструктура; кластерная структура экономики; уровень квалификации государственных служащих; коррупция и др.). Этот список факторов может быть существенно дополнен .

Утверждение центральной предельной теоремы теории вероятностей, что «поскольку величина ущерба зависит от многих факторов, то она имеет нормальное распределение», не всегда верно [52]. Всё зависит от способа взаимодействия факторов. Если факторы действуют аддитивно, вызванные ими эффекты складываются, то действительно есть основания при оценке риска использовать нормальное распределение Гаусса. Если же факторы оказывают мультипликативное действие, то вызванные ими эффекты перемножаются .

Поэтому, на наш взгляд, необходимо применять вариативный подход при выборе наиболее обоснованного метода оценки бюджетно-программного риска (таблица 6.0) .

Таблица 6.0 - Методы оценки бюджетных рисков Уровень риска Методы оценки расчетно-аналитические методы допустимый статистические методы приемлемый критический, метод экспертных оценок, метод аналогов, катастрофический комбинированный Далее на примере Пермского края оценим бюджетно-программные риски на основе предложенной автором методики, представленной следующим алгоритмом:

Во-первых, с 2014 г. осуществляется исполнение программного бюджета, которое представлено 22 государственными программами Пермского края, и на основании выделенных ранее критериев эффективности автором была осуществлена кластеризация программного бюджета на период 2014-2016 гг .

(см. п. 4.1). Выделены основных шесть кластеров: территориальное развитие, социальная политика, экономическая политика, природопользование и инфраструктура, общественная безопасность и эффективное управление. 28 Во-вторых, были определены наиболее весомые результативные индикаторы, характеризующие качественно-количественные целевые показатели государственных программ, отражающие изменение ситуации и достижение заявленной цели ее реализации, согласно Постановлению Правительства Пермского края «О разработке, формировании и реализации государственных программ». Всего было выделено 198 целевых показателей .

В-третьих, для оценки эффективности и зависимости программ от объемов финансирования воспользуемся методом корреляционнорегрессионного анализа. Определим будущую эффективность реализуемых государственных программ за 2014 – 2016 гг. в Пермском крае с помощью О бюджете Пермского края на 2014 г. и на плановый период 2015 и 2016 гг. Аналитическая записка к проекту закона Пермского края [Электронный ресурс]. Доступ из правовой системы «КонсультантПлюс»

коэффициента ранговой корреляции Кендалла, который показывает силу линейной корреляционной зависимости между ранжированными элементами, при условии, что первым признаком для всех показателей являются расходы консолидированного бюджета Пермского края на кластерные программные направления, а вторым признаком результативные показатели государственных программ (5.9):

–  –  –

Приведенные в таблице 6.1. результаты систематизируют относительную эффективность бюджетных расходов на реализацию государственных программ по шести кластерам края. Можно установить следующую взаимосвязь: чем больше объем финансирования программы, тем сильнее зависимость эффективности программ от объема бюджетных ресурсов .

В-пятых, определяем, что коэффициент ранговой корреляции Кендалла для генеральной совокупности значим на уровне 5% для всех целевых показателей, следовательно, результативные показатели программ связаны с расходами консолидированного бюджета следующей типологической связью (таблица 6.2) .

–  –  –

Следовательно, на основании таблицы можно сделать вывод о том, что в зону высокого бюджетно-программного риска попадают два кластера «Природопользование и инфраструктура» и «Общественная безопасность», поскольку высокая зависимость эффективности исполнения от расходов консолидированного бюджета. В зону умеренного бюджетно-программного риска попали кластеры «Социальная политика» и «Эффективное управление», программы которых диверсифицированы по объемам финансирования. К зоне со средним риском отнесены «Экономическая политика» и «Территориальное развитие», где программы незначительны по объемам финансирования, но наблюдается увеличение бюджетных средств .

Таким образом, предложенная методика оценки бюджетно-программных рисков Пермского края на 2014-2016 гг. показала, что эффективность реализуемых государственных программ изначально запланирована умеренноэффективная с умеренными рисками. Для достижения высокой эффективности, необходимо составлять более долгосрочные программы с последующим разделением их на среднесрочные подпрограммы .

Следуя гипотезе о том, что бюджетно-программный риск – это вид финансового риска, автор полагает, что к управлению такого рода рисками вполне применимы методы управления финансовыми рисками. Так, например, в последнее время в РФ стремительно набирает популярность метод стресстестирования. Стресс-тестирование - это общий термин, объединяющий группу методов оценки воздействия на финансовое положение субъекта неблагоприятных событий, определяемых как «исключительные, но правдоподобные (возможные)» — exceptional but plausible [159] .

На сегодняшний день за рубежом стресс-тестирование признано необходимым методом управления рисками. В рамках этого метода рассчитывается ряд вероятностных показателей, которые используются для оценки и анализа рисков. Для наиболее вероятных событий с «ожидаемым»

риском применяются классические методы оценки (табл. 2). Далее оценивается Value at Risk (VaR) - стоимость, подверженная риску. Это величина потерь при умеренно неблагоприятном, то есть возможном в рамках нормальной конъюнктуры сегмента сценарии, именуется «неожиданным риском»29. В свою очередь стресс-тестирование включает анализ чрезвычайных событий, которые характеризуются низкой вероятностью и высоким воздействием – Low probability high impact (LPHI) events. Эти события в силу катастрофических убытков не могут быть исключены из анализа, хотя очень сложно поддаются статистической оценке и прогнозированию. При анализе исключительных событий применяется специальный инструментарий – теория экстремальных значений Extreme Value Theory (EVT) [171] .

По мнению С.Е. Шипицыной применение метода стресс-тестирования при управлении бюджетно-программными рисками региона более чем допустимо. Это поможет оценивать готовность органов региональной власти к различным кризисным ситуациям, выявлять слабые стороны, разрабатывать различные сценарии поведения программного бюджета. В силу существующей специфики и ограничения применения большинства традиционных методов управления рисками из теории риск-менеджмента при управлении бюджетноВпервые концепция рисковой стоимости VaR стала использоваться Д. Везерстоуном, председателем совета директоров банка J.P. Morgan, который хотел каждый день в 16:15 получать отчет о максимальных потерях по всем позициям в банке. Этот отчет получил известность как «Отчет 415». В 1993 г. термин «Value at Risk»

впервые появился в публичном документе, в докладе Derivatives: practices and principles, подготовленном J.P .

Morgan В октябре 1994 г. банк J.P. Morgan опубликовал систему RiskMetrics™ и разместил в Интернете в открытом доступе ее подробное описание .

программными рисками субъектов РФ, метод стресс-тестирования может служить как дополнение к методам лимитирования и резервирования, которые Бюджетным Кодексом РФ встроены в бюджетный процесс [209] .

Оценим бюджетно-программные риски на примере Пермского края методом стресс-тестирования, для этого рассчитаем Value at Risk (VaR). Для программного бюджета основными рисками являются риски снижения доходной части бюджета, как основного источника финансирования, и, как следствие, риски снижения расходной части, превышение расходов над доходами (дефицит) выше нормативного значения (установленного законодательством) и низкое фактическое исполнение программного бюджета в полном объеме. Как показывают данные таблицы 6.2, эффективность исполнения доходной части значительно выше, чем расходной. Если в период 2009-2013 гг. доходная часть соответствовала высокой эффективности исполнения (98,9-103,9%), то эффективность расходной части можно определить как низкую (91- 76,5%) .

Таблица 6.2 - Основные показатели структуры бюджета Пермского края за 2009 – 2016 гг .

, млрд. руб .

Годы Дефицит/ Доходы Расходы профицит план фактисполнен план факт исполнен план факт % % 2009 63, 036 65, 514 103,9 83, 508 73, 824 88,4 -20, 473 -8, 309 2010 61, 361 62, 705 102,2 85, 368 65, 308 76,5 -24, 007 -2, 604 2011 77, 529 78, 695 101,5 88, 734 79, 869 90,0 -11, 205 -1, 174 2012 93, 928 90, 217 96,0 104, 503 93, 089 89,1 -10, 575 -2, 872 2013 89, 896 88, 897 98,9 105, 574 96, 050 91,0 -15, 678 -7, 153 2014 101, 002 - - 113,714 - - -12,712 Наглядно соотношение планируемых и фактических показателей бюджета Пермского края показано на рисунке 6.0 .

Кроме того, бюджет Пермского края на протяжении анализируемого периода планировался и прогнозировался с дефицитом. Наличие дефицита допускается бюджетным законодательством, но величина его не должна превышать нормативное значения - 15% утвержденного общего годового объема доходов бюджета субъекта Российской Федерации без учета утвержденного объема безвозмездных поступлений. 30 Рисунок 6.0 - Динамика показателей планирования и эффективности исполнения бюджета Пермского края за 2009-2016 гг. (млрд. руб.) Однако сопоставление показателей планируемого и фактического размера дефицита выявили, что на стадии планирования величина дефицита в некоторые годы определялась по верхней планке нормативного значения: в 2009 г. – 31%, 2010 г. - 39% (таблица 6.2).

Это можно объяснить рядом причин:

во-первых, очевидно – влияние последствий финансового кризиса 2008 г., во – вторых, хуже складывается исполнение «бюджета развития», значительную Бюджетный кодекс Российской Федерации от 31.07.1998 N 145-ФЗ. Консультат плюс .

долю в котором составляют целевые программы, в–третьих, снижается качество управления бюджетным процессом .

Рисунок 6.1 - Динамика планируемого и фактического дефицита бюджета Пермского края 2009 – 2016 гг .

(млрд. руб.) Как видно на рисунке 6.1, в процессе исполнения бюджета фактический размер дефицита сокращается по сравнению с планом. Это объясняется тем, что расчёт планируемых потребностей бюджетных ассигнований определяется с нарушением методики планирования и доминирования пессимистического сценария, как правило, при исполнении бюджета исключению подлежат расходы, предлагаемые без надлежащего оформления расходныехобязательств .

Для оценки риска и расчета Value at Risk (VaR) в качестве вероятностного показателя примем размер дефицита бюджета Пермского края как производной переменной от доходов и расходов бюджета. VaR для бюджетного риск - это ожидаемый наибольший размер дефицита, который с заданной вероятностью может выдержать бюджет Пермского края .

Существуют несколько методов расчета VaR: дельто-нормальный метод (параметрический), метод исторического моделирования и метод Монте-Карло .

Для апробирования воспользуемся параметрическим – подходом RiskMetrics .

Показатель VaR рассчитывается по следующей формуле (6.0):

–  –  –

Основными компонентами для вычисления VaR являются временной интервал и доверительный уровень. Для целей наших расчетов рисковой стоимости временной период примем равным финансовому году (с 1 января по 31 декабря), а доверительный интервал для оценки финансового риска по методике RiskMetrics рекомендуется на уровне 95% .

Для расчёта рисковой стоимости дефицита бюджета на примере Пермского края вначале определим стандартное отклонение (данные таблицы 6.3):

–  –  –

(6.2) Полученный результат оценки бюджетно-программных рисков резюмирует следующие тенденции и особенности управления предгосударственными и государственными программами (далее - ПиГП) региона:

- плановая эффективность реализуемых ПиГП программ - умеренноэффективная с умеренными бюджетно-программными рисками;

- в течение прогнозируемого периода 2014-2016 гг. более крупный дефицит бюджета, чем VaR (, может случиться только с 5% вероятностью – это безопасная ситуация для края, в 95% случаев, при неблагоприятном стечении обстоятельств заданный порог преодолен не будет;

- в случаях роста и превышения дефицита бюджета над VaR, возникает ситуация абсолютной небезопасности региона, которая требует разработки антикризисных мер;

текущий сценарий, применяемый к бюджетному процессу и программно-целевому управлению можно использовать в будущем, с учетом необходимых корректировок, вызванных внешними и внутренними факторами .

Таким образом, по нашему мнению, современный процесс управления безопасностью программно-целевого управления не должен ограничиваться только выполнением бюджетного законодательства и соблюдением нормативов. Бюджетный менеджмент и механизм оценки бюджетнопрограммных рисков должен базироваться на научных методах оценки, законах математики, теории вероятности и математической статистики с использованием передовых технологий в сфере управления безопасностью .

В завершении данной методики для всесторонней оценки бюджетнопрограммных рисков региона и бюджетной безопасности в целом необходимо провести консолидированную экспресс-оценку всех муниципальных образований, расположенных на территории региона. Следует заметить, что использование методической базы должно основываться на возможностях, иметь целевую направленность и отвечать на основной вопрос: какова цель оценки?

Произведем оценку бюджетных рисков муниципальных образований края с целью определения «подушки бюджетной безопасности» для программноцелевого управления, основанную на статистических методах оценки и представленную следующим алгоритмом .

Во-первых, на начало 2014 г. на территории Пермского края насчитывалось 48 муниципальных образований, из них 8 городских округов и 40 муниципальных районов. Воспользуемся отчетными данными фактического исполнения бюджетов муниципальных образований за 2012-2014 гг .

Во-вторых, примем, что для бюджетного процесса основными бюджетными рисками являются: риски снижения доходной части бюджета, превышение расходов над доходами (дефицит) и низкое фактическое исполнение расходной части бюджета. В этой связи, оценивать будем три индикатора: 1) показатели фактического формирования доходной части бюджета; 2) показатели фактического исполнения расходной части; 3) фактические показатели дефицита бюджета [205] .

В-третьих, для оценки рисков и зависимости устойчивости бюджета от фактических показателей бюджета воспользуемся статистическим методом оценки. Для этого определим коэффициенты вариации по 48 муниципальным образованиям за 2011- 2013 гг., отражающие сравнительную оценку единиц совокупности (таблица 6.4) .

Таблица 6.4 - Статистические показатели оценки бюджетного риска

–  –  –

На основе полученной информации был составлен временной ряд, и с помощью статистических показателей были найдены коэффициенты вариации для каждого муниципального образования Пермского края .

В-четвертых, для детального анализа причин возникновения бюджетных рисков необходимо провести кластеризацию муниципальных образований по полученным данным коэффициентов вариации на основе шкалы оценки для доходной и расходной частей бюджетов (таблица 6.5) .

–  –  –

В результате исследования определены три кластера: высокий, средний, низкий уровень риска, которые необходимо визуализировать по территории региона .

На основании рисунка 6.2 можно сделать вывод о том, что расходная часть бюджетов имеет большую вариативность, приводящую к большей доли муниципальных образований с высокой степенью риска - 53,6% (против 16,7% доходной части). При этом доля муниципальных образований с низкой степенью риска расходной части (31,3%) также уступает доли по доходной части (58,4%). Средний уровень риска для расходов незначительно выше (37,5%), чем для доходов (25%) .

–  –  –

Рисунок 6.2 - Территориальное расположение кластеров доходнорасходных рисков бюджетов муниципальных образований Кроме того, для доходно-расходных рисков наблюдается следующая зависимость: в «кластер высокого риска» попадают в основном муниципальные районы с низкой устойчивостью бюджета, что говорит о необходимости усиления бюджетного менеджмента .

В кластер низкого риска попали городские округа (за исключением города Березники) и муниципальные районы края с высокой бюджетной устойчивостью .

В-пятых, поскольку дефицит бюджета является производной переменной от доходов и расходов бюджета, для завершения оценки бюджетных рисков произведем кластеризацию муниципальных образований на основе полученных данных коэффициента вариации фактического и нормативного значения дефицита местных бюджетов, регулируемого бюджетным законодательством (10% доходной части бюджета за исключением безвозмездных поступлений) (рисунок 6.3) .

–  –  –

Заметим, что в процессе исполнения местных бюджетов на протяжении 2011-2013 гг. фактический размер совокупного дефицита имеет тенденции к сокращению, что объясняется ростом безвозмездной помощи (бюджетные дотации) практически всем сорока восьми муниципальным образованиям и нарушением методики бюджетного планирования. Стоит отметить тот факт, что общая сумма бюджетного дефицита сорока восьми муниципальных образований Пермского края имеет мультипликативный эффект, отражающий тенденции исполнения доходов и расходов бюджетов .

Как видно из рисунка 2, не имеют бюджетного дефицита только пять муниципальных образований (Карагайский, Красновишерский, Ординский, Очерский и город Кудымкар); 10,4% относятся к кластеру высокого риска бюджетного дефицита, и значительная часть муниципальных образований относится к кластеру низкого риска – 70,3%. Полученный результат показывает, что в период 2011 - 2013 гг. более крупный дефицит имеют муниципалитеты с низкой долей безвозмездных поступлений из краевого бюджета, доказывающий обратную зависимость дефицита бюджета от дотаций из краевого бюджета .

Предложенная методика консолидированной экспресс-оценки бюджетных рисков региона достаточно проста, основана на статистическом методе и обладает рядом преимуществ: позволяет измерить риск через показатели отклонений, а значит и потерь, которые может получить носитель риска за определенный период времени с определенной вероятностью;

универсальность методики расчёта, визуализация точек роста риска территории, что позволяет принимать соответствующие управленческие решения по их минимизации .

Таким образом, по нашему мнению, современный процесс оценки бюджетно-программных рисков региона должен осуществляться на консолидированной территории, учитывая особенности протекания бюджетного процесса каждого муниципального образования, и не должен ограничиваться только оценкой бюджета самого региона. Соответственно, механизм оценки бюджетных рисков должен базироваться на научных методах оценки, позволяющих использовать современные технологии в сфере бюджетного менеджмента .

ЗАКЛЮЧЕНИЕ Разработанная и обоснованная в диссертационной работе целостная методология формирования системы мониторинга программно-целевого управления регионального развития отличается от предыдущих комплексной реализацией инструментов системно-динамического, структурноиерархического, адаптационно-функционального, кластерного подходов к формированию системы мониторинга государственных программ регионального развития социально-экономических систем .

Новые задачи социально-экономического развития, связанные с выбором функциональных доминантов повышения эффективности функционирования региональных социально-экономических систем на основе результативноориентированных методов исследования интегральной эффективности развития региона, требуют решения новых задач и в области программно-целевого управления территориального развития за счет формирования иной системы мониторинга, основанного на новых концептуальных основах и методологии .

Такой основой выступает комплексная система мониторинга, включающая внутренний и внешний мониторинг (общественный мониторинг) .

В рамках настоящего исследования и с учетом современных требований к условиям регионального развития определены концептуальные основы программно-целевых механизмов развития социально-экономических систем на основе сформулированных теоретических положений мониторинга государственных программ территориального значения путем исследования иерархии эволюции научных суждений в рамках теории региональной экономики, управления экономическими системами и менеджмента .

Несмотря на наличие многочисленных трудов зарубежных и отечественных специалистов по теории программно-целевого управления системами, наблюдается незавершенность концептуальных основ, проявляющаяся в отсутствии четкого представления системы базовых компонентов программно-целевого управления, терминологическом разнобое и фрагментарности. Для уточнения концептуальной сущности «программноцелевое управление» для социально-экономической системы региона автором были использованы анализ категорий, соотношение родственных понятий и эволюционный подход. Проведенные исследования позволили уточнить и разграничить такие родственные понятия как программно-целевое управление, программно-целевой подход, программно-целевой принцип, программноцелевой метод, программно-целевое финансирование, которые многие исследователи используют как синонимы, но которые различаются между собой. На самом деле речь идет о разных по своей природе явлениях, хотя и взаимосвязанных друг с другом, но находящихся в определенной субординации .

Рассмотренные в диссертации эволюционные этапы типологизации мониторинга государственных программ территориального значения представлены тремя периодами.

Первый этап характеризуется формированием теоретических знаний о мониторинге, рассматривающих его с трех позиций:

как систему отношений, позволяющих удовлетворить социальноэкономические, политические и глобальные потребности общества; как инструмент правоотношений; как инструмент управления. Второй этап – развитие знаний о сущности мониторинга целевых программ, который показал отсутствие единой концептуальной основы и оттенок наблюдательной теории .

Третий этап – формирование зачатков развития теории управления по результатам, применительно к государственным программам .

В связи с этим эволюция взглядов выделяет пять концептуальных подходов к сущности категории «программно-целевое управление»: проблемноориентированный; ресурсный; процессный; функциональный и системный. Это позволило выявить ряд фундаментальных проблем, свидетельствующих, вопервых, об отсутствии единой трактовки и выделении единой элементной составляющей программно-целевого управления; во-вторых, не учитывается специфика программно-целевого управления как отдельного вида управления, отражающего своеобразие конкретного объекта управления; в-третьих, отсутствие реального опыта и представлений об организации процесса программно-целевого управления как подвижной самостоятельной системы .

Новый функциональный подход раскрывает экономическое содержание понятия «мониторинг государственных программ территориального значения»

с иной позиции, а именно: как комплексную концепцию управления, целью которой является увязка системы программного планирования, прогнозирования и мониторинга, ориентированной на конкретную цель (результат) с четко заданными структурно - функциональными элементами, ресурсном обеспечении и учетом факторов подвижности. Содержательная база должна основываться на системных принципах и формах мониторинга государственных программ с учетом элементного подхода: целенаправленность, релевантность, устойчивость, срочность, контролируемость, своевременность, автоматизация, инновационость, приоритетность., отражения фактов, системность, интегральная эффективность .

Преимущества мониторинга государственных программ территориального значения отличает от иных форм контроля тем, что его основой является продуктивное партнерство триады «общество-властьбизнес» и демаркационность с позиции различных групп пользователей, а именно предложенная модель базируется на интегральном подходе к оценке согласования интересов и получаемых эффектов власти, общества и бизнеса от реализации мониторинга государственных программ .

В рамках мониторинговых мероприятий можно выделить продуктивное ядро – группу заинтересованных участников во взаимосвязанных действиях, нацеленных на результат (точки роста) и их окружение, необходимое для функционирования ядра – ресурсы, программы-субституты, программыкомплименты и др. От окружения зависит эффективность деятельности ядра и, наоборот, рост эффективности ядра оказывает положительное влияние на окружение, «подтягивая» его до необходимого результативного уровня .

Следовательно, в процессе мониторинга государственных программ проявляется эффект мультипликации, что делает функционирование эффективных программ полюсами роста социально-экономической системы региона .

В диссертации предложена концептуальная модель формирования системы регионального мониторинга государственных программ, основанная на идеологии многофункциональности внутренних и внешних структурных составляющих и создании добавочной стоимости программно-целевого управления в кластерном разрезе, оцениваемой соотношением результатов и затрачиваемых ресурсов .

В основу методологии внутреннего мониторинга положена интеграция последовательных процедур: 1) определение приоритетов, целей развития социально-экономической системы и ее безопасности с четкой системой показателей, оценивающих результативность и эффективность пошаговой реализации государственных программ; 2) получение своевременной и объективной информации о реализации программных мероприятий, взаимоувязанных по задачам, срокам и ресурсам; 3) выявление факторов, вызывающих положительную и негативную подвижность исполнения программ в текущий период времени и в долгосрочной перспективе на территории региона; 4) обеспечение доступности информации для всех участников мониторинга с целью согласованности принятия управленческих решений. В соответствии с методологическим подходом модель регионального мониторинга государственных программ основывается на идеологии структурных составляющих: «деятельность-инструменты; безопасность-предмет;

ответственность-объект; оценка результатов-результат» .

В рамках парадигмы «государство-территория», и учитывая иерархию вертикали власти, можно выделить систему иерархии мониторинга государственных программ территориального значения (МГПТЗ) для России, под которой предлагается рассматривать: федерацию, межрегиональные объединения регионов и непосредственно регионы (субъекты РФ), опирающиеся на субрегиональные объединения муниципальных образований и локальные территории (муниципальные образования), которые в свою очередь опираются на сублокальные объединения городских и сельских поселений и непосредственно поселения. Предложенная система МГПТЗ отражает результаты теоретических и эмпирических исследований развития различных форм и видов мониторинга государственных программ, проявляющихся на различных этапах жизненного цикла государственных программ. В диссертации предложена классификация форм и видов мониторинга государственных программ на основе эволюционного синтеза теоретических и эмпирических подходов .

Нерешенной проблемой до сих пор остается задача формирования и развития регионального мониторинга государственных программ на основе общественного участия в социально-экономическом процессе. Практически неисследованными являются возможности и необходимость создания системы мониторинга со стороны общественности в программно-целевом управлении социально-экономическим сектором, а также перспективность развития данного института. Это предопределило возникновение нового типа мониторинга – общественного мониторинга как части единой системы мониторинга государственных программ и нового институционального элемента, в основе которого лежат взаимоотношения по поводу выполнения прав и интересов граждан и социальных групп в управлении общественными ресурсами .

Методологическая основа концептуальной модели общественного мониторинга государственных программ территории, базирующаяся на авторском понимании экономической сущности термина, представлена моделированием следующих подходов: системно-синергетический, функционально-дифференцированный, ситуационный и казуальнодиалектический. Кроме того, выбор реализации вектора мониторинговых решений общественности должен обеспечивать максимизацию социальноэкономических эффектов на основе согласования интересов общественности с реализацией бюджетных ресурсов в рамках программно-целевого управления .

Адаптивно-функциональная модель формирования системы регионального мониторинга государственных программ была предложена с использованием инструментов кластерного анализа государственных программ субъекта РФ и экономико-математического моделирования, включающая критерии кластеризации и алгоритм формирования модели. Ключевыми блоками формирования и функционирования модели являются: 1) применение технологий кластерного анализа к группировке программ с учетом стратегии социальноэкономического развития региона; 2) выбор источников получения данных, методов их получения, форм и способов хранения; 3) мероприятия программы, сформированные под цель и задачи; 4) взаимосвязь с другими программами; 5) оценка показателей конечных результатов цели, задач и непосредственных показателей мероприятий; 6) эффективность программно-целевого управления .

Разработанный алгоритм адаптивно функциональной модели формирования и функционирования модели регионального мониторинга государственных программ в обязательном порядке должен учитывать территориальные особенности. Реализацию предложенной модели обеспечивают соответствующие элементы структурных блоков: ресурсы, деятельность, продукты и результаты. Исходя из этого строится система оценки эффективности государственной программы .

В рамках вышеизложенного была определена последовательность шагов формирования модели регионального мониторинга государственных программ:

1) формулировка основной проблемы, цели и задач мониторинга государственных программ; 2) выбор объекта мониторинга в рамках государственной программы; 3) определение источников информации для проведения мониторинга; 4) подбор методов сбора информации; 5) определение системы показателей мониторинга; 6) выбор методов оценки собранных данных и проведение оценки фактически полученных значений показателей; 7) определение нормативов критических значений индикаторов и расчет отклонений фактических значений показателей от нормативных; 8) подбор методов анализа первичной информации, оценка причин отклонений фактических значений показателей от нормативных .

Реализация модели регионального мониторинга государственных программ, по мнению автора, должна основываться не только на оценке социально-экономического развития территории, но и на эффективности программно-целевого управления ею в предшествующем периоде. В диссертации предложен методический подход к оценке эффективности процесса программно-целевого управления социально-экономической системой в Пермском крае в период 2012-2013 гг., основанный на функциональной кластеризации стратегического развития и интегральной оценке эффективности .

В рамках институционализации межотраслевого взаимодействия, а также сокращения транзакционных затрат и выявления проблем на ранних стадиях, на наш взгляд, для российских регионов результативным подходом оценки программно-целевых механизмов регулирования социально-экономического развития является кластерный подход .

На основе выделенных критериев кластеризации, были определены шесть основных программных кластеров, выявлены наиболее весомые результативные индикаторы каждого кластера, характеризующие качественноколичественные целевые показатели государственных программ, отражающие изменение ситуации и достижение заявленной цели ее реализации, согласно Постановлению Правительства Пермского края «О разработке, формировании и реализации государственных программ». Всего было выделено и проанализировано 198 целевых показателей .

Для получения формализованного представления о концептуальной технологии реализации адаптивно-функциональной модели регионального мониторинга государственных программ предложено определять эффективность управления государственными программами i-го кластера на основе факторной зависимости эффективности управления от уровня финансирования, интегральной результативности и количества целевых показателей. В качестве критериев выбора значимых/незначимых факторов для эффективности программно-целевого управления предлагается использовать скорректированный коэффициент детерминации и показатель статистики Фишера .

Результаты, полученные в ходе апробирования адаптивнофункциональной модели регионального мониторинга государственных программ позволяют формировать систему сбалансированных показателей различных факторов подвижности, проявляющихся наиболее сильно в заданное время и в заданном месте, а также выявлять значимые/незначимые факторы влияния на эффективности программно-целевого управления регионального развития и определять интервал их допустимых значений для выработки комплекса мероприятий и управленческих решений, направленных на повышения эффективности программно-целевого управления .

Выделена основная проблема внутреннего мониторинга государственных программ недостаточный уровень нормативно-методической, организационной и теоретической поддержки, реализации и оценки эффективности государственных программ. В первую очередь стоит обратить внимание на то, что методики оценки эффективности государственных программ не позволяют получать точные оценки качества их реализации .

Кроме того, не проработан и не закреплен нормативно-методический механизм взаимосвязи уровня финансирования основных мероприятий с целевыми показателями эффективности управления подпрограммами .

В диссертации разработан комплекс методического обеспечения системы мониторинга программно-целевого управления регионального развития, включающий две взаимодополняющие методики оценки: методика влияния бюджетно-ресурсного обеспечения на эффективность программно-целевого управления, основанная на функциональной кластеризации приоритетных направлений социально-экономического развития региона, и методика оценки согласования качества бюджетного менеджмента программно-целевого управления с устойчивостью бюджетно-программного потенциала региона .

Определены границы и типы влияния бюджетно-ресурсного обеспечения на эффективность реализации государственных программ региона. Комплекс позволяет обеспечить информационную и коммуникационную поддержку процессов программно-целевого управления – от предварительной оценки ресурсного обеспечения до последующей оценки исполнения программ по задачам, срокам, ресурсам, сферам и степени ответственности исполнителей .

Методика была апробирована на примере Пермского края. Установлено, что интегральная оценка эффективности является сбалансированной, что свидетельствует о достижении целей за счет достаточного финансирования государственных программ, а в рамках соответствующей системы индикаторов была использована мультипликативная модель, позволяющая дать агрегированную оценку уровню устойчивости бюджета. Полученное значение 0,162 (АО1,5) для Пермского края свидетельствует о сбалансированном состоянии бюджета и о том, что израсходованные средства были использованы на программы эффективно .

Основными достоинствами предлагаемого комплекса методического обеспечения являются: 1) данная модель основана на опыте развитых стран; 2) позволяет оценивать исполнения программ по задачам, срокам, ресурсам, сферам и степени ответственности исполнителей; 3) простота в расчете; 4) некоторые рассчитываемые показатели имеют рекомендуемые значения, что упрощает процесс вычислений; позволяет обеспечить информационную и 5) коммуникационную поддержку процессов программно-целевого управления .

Разработанный комплекс методического обеспечения мониторинга программно-целевого управления социально-экономической системой региона соответствует современным вызовам и основывается на методическом инструментарии .

В основу методического инструментария системы мониторинга программно-целевого управления региональной социально-экономической системой заложены показатели, учитывающие платформу безопасности и оцениваемые на основе бюджетно-программных рисков, классификация которых должна быть конкретизирована с учетом критериев и факторов подвижности .

Широкий спектр научных подходов относительно бюджетнопрограммных рисков позволил выделить наиболее выраженные в концептуальных взглядах как отечественных, так и зарубежных ученых и синтезируя данные подходы к сущности бюджетно-программных рисков, автор предложил классификацию возможных форм, возникающих в программно-целевом управлении .

Уточнено понятие бюджетно-программный риск, под которым автор рассматривает недофинансирование программ вследствие возникновения дефицита программного бюджета и неисполнения его в полном объеме, что влечет за собой снижение уровня и качества жизни населения. Предложено при оценке бюджетно-программного риска использовать математический аппарат, среди которого наиболее распространенным, является концептуальный подход теории вероятностей .

Автором доказано, что на уровень бюджетно-программного риска оказывает влияние способ взаимодействие многочисленных факторов. Если факторы действуют аддитивно, вызванные ими эффекты складываются, и есть основания при оценке риска использовать нормальное распределение Гаусса .

Если же факторы оказывают мультипликативное действие, то вызванные ими эффекты перемножаются. По мнению диссертанта, необходимо применять вариативный подход при выборе наиболее обоснованного метода оценки бюджетно-программного риска. Методический подход к оценке бюджетнопрограммных рисков в диссертации основывается на корреляционнорегрессионном анализе и включает следующий алгоритм: 1) кластеризация программного бюджета на период 2014-2016 гг.; 2) систематизация наиболее весомых результативных индикаторов, характеризующих качественноколичественные целевые показатели государственных программ; 3) оценка эффективности и зависимости программ от объемов финансирования с помощью метода корреляционно-регрессионного анализа; 4) расчет среднего значения коэффициентов ранговой корреляции Кендалла по каждой государственной программе, по каждому кластеру; 5) определение типа влияния финансирования на реализацию государственных программ и уровня риска соответственно .

Автор полагает, что к управлению такого рода рисками вполне применимы методы управления финансовыми рисками. Предложен метод стресс-тестирования для управления бюджетно-программными рисками. Для оценки риска и расчета Value at Risk (VaR) в качестве вероятностного показателя принят размер дефицита бюджета Пермского края как производной переменной от доходов и расходов бюджета. Для апробирования использовался параметрический подход - RiskMetrics. Определено, что в 95% случаев, при неблагоприятном стечении обстоятельств заданный порог для региона преодолен не будет .

По мнению автора, современный процесс управления безопасностью программного бюджета не должен ограничиваться только выполнением бюджетного законодательства и соблюдением нормативов .

Список литературы

Официальные материалы

1. Конституция Российской Федерации [Текст]: офиц. текст [с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 № 6-ФЗ, от 30.12.2008 № 7-ФКЗ] // Собрание законодательства Российской Федерации. - 2009. - №4. - Ст. 445 .

2. Гражданский кодекс Российской Федерации [Электронный ресурс]: федер .

закон от 18.12.2006 № 230-ФЗ .

3. Бюджетный кодекс Российской Федерации [Текст]: офиц. текст. [федер .

закон: принят Гос. Думой 17.07.1998: одобр. Советом Федерации 17.07.1998] // Собрание законодательства Российской Федерации. – 1998. – №31. – Ст. 3823

4. Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации [Текст]: [федер. закон: принят Гос. Думой 22.09.1999: ред. от 11.01.2011] // Собрание законодательства Российской Федерации. - 1999. - № 42. - Ст. 5005 .

5. О Концепции перехода Российской Федерации к устойчивому развитию:

[Указ Президента Российской Федерации от 1 апреля 1996 г. № 440] // Собрание законодательства РФ. - 08.04.1996. - № 15. - ст. 1572 .

6. О Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 года (вместе с «Концепцией долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 г.») [Текст]: офиц. текст: [Распоряжение Правительства Российской Федерации от 17 ноября 2008 года № 1662-р (ред. от 8.08.2009] // Собрание законодательства РФ. - 24.11.2008. - № 47. - ст. 5489 .

7. О стратегическом планировании в Российской Федерации [Электронный ресурс]: федер. закон от 28.06.2014 № 172-ФЗ .

О разработке проекта государственной стратегии устойчивого развития 8 .

Российской Федерации [Текст]: офиц. текст: [Постановление Правительства Российской Федерации от 8 мая 1996 года № 559] // Собрание законодательства РФ. - 13.05.1996. - № 20. - ст. 2351 .

9. О бюджете Пермского края на 2014 г. и на плановый период 2015 и 2016 гг .

Аналитическая записка к проекту закона Пермского края [Электронный ресурс]. Доступ из правовой системы «Консультант Плюс» .

10. Постановление Правительства Пермского края от 01.10.2013 №1305-п «Региональная политика и развитие территорий» .

11. Постановление Правительства Пермского края от 03.10.2013 № 1319-п «Развитие здравоохранение» .

12. Постановление Правительства Пермского края от 03.10.2013 № 1325-п «Экономическое развитие и инновационная экономика» .

13. Постановление Правительства Пермского края от 03.10.2013 №1315-п «Содействие занятости населения» .

14. Постановление Правительства Пермского края от 03.10.2013 № 1316 «Доступная среда. Реабилитация и создание условий для социальной интеграции инвалидов Пермского края» .

15. Постановление Правительства Пермского края от 03.10.2013 №1317-п «Культура Пермского края» .

16. Постановление Правительства Пермского края от 03.10.2013 №1318-п «Развитие образования и науки» .

17. Постановление Правительства Пермского края от 03.10.2013 №1320-п «Развитие сельского хозяйства и регулирование рынков сельхозпродукции» .

18. Постановление Правительства Пермского края от 03.10.2013 №1321-п «Социальная поддержка граждан Пермского края» .

19. Постановление Правительства Пермского края от 03.10.2013 №1322-п «Семья и дети Пермского края» .

20. Постановление Правительства Пермского края от 03.10.2013 №1323-п «Развитие транспортной системы»

21. Постановление Правительства Пермского края от 03.10.2013 №1324 «Развитие физической культуры и спорта» .

22. Постановление Правительства Пермского края от 03.10.2013 №1328-п «Обеспечение безопасности жизнедеятельности населения Пермского края» .

23. Постановление Правительства Пермского края от 03.10.2013 №1329-п «Энергосбережение и повышение энергетической эффективности Пермского края» .

24. Постановление Правительства Пермского края от 03.10.2013 №1329-п «Энергосбережение и повышение энергетической эффективности Пермского края» .

25. Постановление Правительства Пермского края от 03.10.2013 №1331-п «Обеспечение качественным жильем и услугами ЖКХ населения Пермского края» .

26. Приказ Минфина Российской Федерации "О порядке оценки кредитоспособности и качества управления бюджетами субъектов Российской Федерации и муниципальных образований" от 18.02.2003 № 41 .

27. О проведении ежемесячного мониторинга социально-экономического развития регионов. Распоряжение Правительство РФ от 20.12.1997 № 1773-р .

28. Порядок разработки, реализации и оценки эффективности государственных программ Российской Федерации утв. Постановлением Правительства РФ от 2 августа 2010 г. N 588 .

29. Методика расчета социальной, экономической и бюджетной эффективности инвестиционных проектов. Утв. Приказом главного управления экономики Пермской области от 1 октября 2004 г. № 16-03 .

Научная литература

30. Adams, R. Perfomans indicators for sustainable development, Accounting and Business [Text] / R. Adams – London, 1999. – 236p .

31. Albert, Neimi Jr., A Re-examination of the Kendrick-Jaycox Method of Estimating Gross State Product [Text] / Jr. N. Albert Review of Regional Studies 1972: P.123–131 .

32. Bertalanfy, L. von. Ceneral System Theory. Foundations, Development Applicationc [Text] / L. Bertaianfy – N.Y.: Braziller, 1969. – 345p .

33. Florida, Richard Global Metropolis: The Role of Cities and Metropolitan Areas in the Global Economy [Text] / R. Florida, Ch. Mellander, T. Gulden - Martin Prosperity Institute. – 2009. - p. 3 .

34. Gosling, W. The Design of Engineering Systems [Text] / W. Gosling – London:

Heywood, 1962. – 432 p .

35. Horton, S. New public management: its impact on public servant’s identity [Text] / S. Horton - An introduction to this symposium. University of Portsmouth, Portsmouth Hants, UK. / International Journal of Public Sector Management Vol. 19 No. 6. 2006 .

36. Kendrick, John W. The Concept and Estimation of Gross State Product [Text] / J .

Kendrick, С. Milton Jaycox // The Southern Economic Journal, 1965. - p. 153-168 .

37. Kuzmin, E. Evaluation Capacity Building Strategy: Towards a Mature Profession [Text] / E. Kuzmin // National evaluation capacities: proceedings from the international conference, 15–17 december, 2009. P.112-118 .

38. Lee MacDonald et al. Monitoring Guidelines to Evaluate Effects of Forestry Activities on Streams in the Pacific Northwest and Alaska [Electronic resource] / L .

MacDonald - EPA/910/9-91-001. May 1991. P23-28 .

39. Meadows, D.H. The limiting to growth [Text] / D.H Meadows, D.L Meadows N.Y., J. Randers, W.W. Behrens: Potomac, 1972. – 267 p .

40. hUallachin B. Regional Growth in a Knowledge-based Economy [Text] / B .

hUallachin // International Regional Science Review, Jul 2007; 30. р. 221 – 248 .

41. Ouchi, W. Theory Z: How American Business Can Meet the Japanese Challenge [Text] / W. Ouchi – Boston: Harvard Business School Press, 2005. - 283 p .

42. Patton, M. Utilization-focused evaluation: the new century [Text] / by Michael Quinn Patton. 3rd edition. - Newbury Park, CA : Sage Publications Inc., 1997.-431 p .

43. Patton, M.Q. Utilization-Focused Evaluation [Text] / Michael Quinn Patton .

Thousand Oaks, CA: Sage Publications. - 1997. – 123 p .

44. Pazdnikova, N.P. The development of the concession project management mechanisms in regions [Text] / Z. Mingaleva, N. Pazdnikova, E. Mitrofanova //Journal «Asian Social Science». – 2014. - Issue 24. – P. 257-262 .

45. Robert, S. Using the Balanced Scorecard as a Stra-tegic Management System [Text] / S. Robert, D. Kaplan, P. Norton // Harvard Business Review, JanuaryFebruary 1996, р.76 .

46. Taylor, D. Critical policy evaluation and the question of values: a psychosocial approach [Text] / D. Taylor // Critical Social Policy. 2006. - Vol. 26 (1). - P. 243-267 .

47. Wallerstein, I. The Heritage of Sociology [Text]/ I. Wallerstein - Presidential Address, XIV-th World Congress of Sociology, Montreai, Juiy 26, 1998. part 2 .

48. Weiss, C. Evaluation Research: Methods for Assessing Program Effectiveness .

Englewood Cliffs [Text] / C. Weiss - NJ: Prentice-Hall Press. – 1972; Scriven M. The Logic of Evaluation/ Inverness, 1980 .

49. Weiss, C. Evaluation: methods for studying programs and policies[Text] / Carol H. Weiss. 2nd edition. - Prentice Hall, 1998. - 372 p .

50. Weyl, Н. Bulletin of the American Mathematical Society [Text] / H. Weyl, D .

Hilbert - 1970, t. 50, p. 612—54 .

51. Абалкин, Л.И. Политическая экономия и экономическая политика [Текст] / Л.И. Абалкин. - М.: Мысль, 1970. - 232с .

52. Абалкин, Л.И. О новой концепции долгосрочной стратегии [Текст] / Л. И .

Абалкин // Вопросы экономики. - 2010. - № 6. - С. 4-9 .

53. Авагян, М.Ю. Оценка институционально-сетевого развития банковского сектора региона [Текст] / М.Ю. Авагян, А.А. Полиди // Экономический анализ:

теория и практика. - 2009. - № 26 (155). - С. 13-22 .

54. Агафонов, В.А. Роль целевых программ в повышении эффективности социально-экономического развития региона [Текст] / В.А Агафонов // Инновации. 2014. № 4(186) С. 87-93 .

Ажлуни A.M. Программно-целевое управление региональным социальноэкономическим развитием в условиях конкуренции. [Текст] / A.M. Ажлуни, Е.В. Николаева // Интеграл. 2007. № 4. С. 66-67 .

56. Акофф, Р. Планирование в больших экономических системах. [Текст] / Р .

Акофф. – М.: Советское радио, 1972 .

57. Аксенова, Т.Н. Инновационные основы устойчивого развития современной экономики [Текст] / Т.Н. Аксенова, С.Б. Болдырева // Экономический журнал. – 2012. №2 (№ 26). - С. 1-10 .

58. Александрова, А.Л. Мониторинг социальных программ: практические примеры. [Текст] / А.Л. Александрова, И.В. Беляков и др.– М.: Фонд «Институт экономики города», 2005. – 112 с .

59. Альгин, А.П. Риск и его роль в общественной жизни. [Текст] / А.П. Альгин .

– М.: Мысль, 1989. – 225 с .

Асмус, О.В. Внедрение современных инструментов в систему управления 60 .

развитием аграрного сектора депрессивных регионов. [Текст] / О.В. Асмус //Вестник Самарского государственного экономического университета. 2008. №

4. С. 5-8 .

61. Анализ расходов федерального бюджета на судебную власть и уголовноисправительную систему при поддержке Международного развития США .

Отчет Агентства Международного развития США. – МОСКВА - 2001. – 456 с .

62. Андреев, С.Н. Особенности поведения потребителей некоммерческих продуктов [Текст] / С.Н. Андреев // Маркетинг и маркетинговые исследования .

2011.- №1 (91). - С.68-74 .

63. Андрейчиков, А.В. Анализ, синтез, планирование решений в экономике [Текст] / А.В. Андрейчиков, О.Н. Андрейчикова. – М.: Финансы и статистика, 2000. - 368с .

64. Андронникова, Н.Г. Модели и методы оптимизации региональных программ развития [Текст]: препринт / Н.Г. Андронникова, С.А. Баркалов, В.Н .

Бурков, A.M. Котенко. - М.: Институт проблем управления РАН, 2001,- 60 с .

65. Анимица, Е.Г. Качество жизни населения крупнейшего города [Текст] / Е.Г .

Анимица, А.М. Елохов А.М., В.А. Сухих. – Екатеринбург, 2000. 207с .

66. Ансофф, И. Стратегическое управление [Текст] / И. Ансофф. – М.:

Экономика, 1989. – 89 с .

Антонова, Н.Б Теория и практика государственного управления: учеб .

67 .

пособие [Текст] / Антонова Н.Б., Л.А. Самусевич – Минск: Академия управления при президенте республики Беларусь, 2010. - 192 с .

68. Антосенков, Е. Мониторинг социально-трудовой сферы [Текст] / Е .

Антосенков, О. Петров // Экономист. 1998. - №4. - С.34-46 .

69. Афанасьев, В.А. и др. Российское общество и радикальные реформы:

Мониторинг социальных и политических индикаторов [Текст] / В.А .

Афанасьев. - М.: 2001. - 234 с .

70. Афанасьев, М.П. Бюджет и бюджетная система: учебник [Текст] / М.П .

Афанасьев, А.А. Беленчук, И.В. Кривогов; под ред. М.П. Афанасьева - М.: Издво Юрайт, 2010. - 777 с .

71. Ахутин, А. В. Эксперимент и природа [Текст] / А.В. Ахутин. - СПб.: Наука, 2012. - 660 с .

72. Аюпова, С.Г. Бюджетный риск в условиях финансового кризиса в российской экономике [Текст]: автореф. дис….канд.экон.наук: 08.00.05 / С.Г .

Аюпова - 2011г. - 28 с .

73. Бабашкин, А.М. Государственное регулирование национальной экономики [Текст]: учеб. пособие / А.М. Бабашкин. - М.: Финансы и статистика, 2005. – 480 с .

74. Бабич, А.М. Государственные и муниципальные финансы [Текст] / А.М .

Бабич, Л.Н. Павлова. - М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2012. -703 с .

75. Барбаков, О.М. Новый поход к трактовке понятия "Туристский регион" [Текст] / О.М. Барбаков // Управление экономическими системами .

Электронный журнал. Отраслевая экономика. - УЭкС, 2010. - № 4. - С. 34 .

76. Белова, Н.П. Программно-целевой подход в управлении социальноэкономическим развитием региона [Текст] / Н.П. Белова, Г.В. Калинина, А.М .

Калинин / Вестник Чувашского университета. - 2009. - № 3. - С. 380-386 .

77. Бережная, Е.В., Бережной В.И. Математические методы моделирования экономических систем [Текст]: учеб. пособие. — 2-е изд. / Е.В. Бережная, В.И .

Бережной. - М.: Финансы и статистика, - 2006. - 432 с .

78. Бир, С. Кибернетика и управление производством [Текст] / С. Бир. - М.:

Госиздат,- 1963. - 304с .

79. Блауберг, И.В. Проблемы целостности и системный подход [Текст] / И.В .

Блауберг. - М.: Эдиториал УРСС, - 1997. - 323 с .

80. Блохин, А.А. Методология внутреннего мониторинга реализации государственных программ [Текст] / А.А. Блохин, Н.В. Тулинова, И.А .

Яременко // Финансовый журнал / Financial journal. - 2013. - №2. – С.67-74 .

81. Бобрышев, А.Н. Совершенствование системы мониторинга социальноэкономического развития региона: микро - и мезоэкономический аспект [Текст]: монография / А.Н. Бобрышев, М.Ю. Казаков. – Ставрополь: АльфаПринт, - 2011. – 203 с .

82. Богданов, А.А. Всеобщая организационная наука [Текст] / А.А. Богданов. – М.: Экономика, - 2004. - 205 с .

83. Болдырева, С.Б. Кластерный подход в стратегии инновационного развития региона в условиях модернизации экономики [Текст] / С.Б. Болдырева // Финансы и кредит – 2013. - №6 (февраль). - С.56-64 .

84. Бондарев, А.Е. Мониторинг социально-экономического развития региона [Текст] / А.Е. Бондарев // Регион: экономика и социология. - 2010. - №4. С.187-202 .

85. Борисов, А.Б. Большой экономический словарь [Текст] / А.Б. Борисов. — М.: Книжный мир, - 2003. - 895 с .

86. Боташева, Л.С. Стратегические цели социально-экономического развития региона: Региональная экономика [Электронный ресурс] // Электронный журнал. - УЭкС. - 2011. - № 3. – С. 45 .

87. Боумен, К. Основы стратегического менеджмента [Текст] / К. Боумен. – М.:

ЮНИТИ. - 1997. – 398 с .

88. Боумен, К. Основы стратегического менеджмента: пер. с англ. [Текст] / К .

Боумен. - М.: Банки и биржи: ЮНИТИ, - 2007. - 175 с .

Бунчиков, О.Н. Развитие перспективных направлений программноцелевого управления в системе регионального менеджмента. [Текст] / О.Н .

Бунчиков, Н.Ф. Илларионова, В.И. Гайдук, Н.В. Гайдук //Труды Кубанского государственного аграрного университета. 2012. № 39. С. 7-12 .

90. Буянова, М.Э. Риски развития макрорегионального хозяйства: выявление и регулирование [Текст] / М.Э. Буянова. - Волгоград: Изд-во ВолГУ, - 2008. с .

91. Быковская, Е.В. Мониторинг в системе обеспечения качества реализации инновационных программ [Текст] / Е.В. Быковская // Вопросы современной науки и практики. - Университет им. В.И. Вернадского. - 2011. - № 1. - С. 198Василенко, И. Новые подходы к разработке государственных программ:

рекомендации экспертов ООН [Текст] / И. Василенко // Государственное управление. – 2003. - № 6. - с. 45 .

93. Васильев, С.Н. Геоинформационная система управления территорией [Текст] / С.Н. Васильев, А.К. Черкашин, И.В. Бычков [и др.] - Иркутск: Изд-во ин-та географии СО РАН, 2002. - 151 с .

94. Васильева, М. В. Финансовый контроль и аудит в государственном секторе [Текст] / М.В. Васильева // Финансы и кредит. 2009. - № 18 (354).- С.5–15 .

95. Визгалов, Д.В. Методы оценки муниципальных программ [Текст] / Д.В .

Визгалов. - М.: Фонд «Институт экономики города», 2009. - 97 с .

96. Галухин, А. В. К вопросу о бюджетных рисках региона [Текст] / а.В .

Галухин // Проблемы развития территории. - 2014. - № 2 (70). - С. 105-114 .

97. Галухин, А.В. Устойчивость как базовый принцип ответственной бюджетной политики [Текст]/ А.В. Галухин // Экономические и социальные перемены: факты, тенденции, прогноз. - 2014. - №2(32). - С. 225-238 .

98. Гапоненко, А.Л. Стратегическое планирование социально-экономического развития регионов и городов [Текст] / А.Л. Гапоненко//Управленческие науки .

- 2012. - № 2 (3). - С. 85-90 .

99. Гвоздецкий, В. План ГОЭЛРО. Мифы и реальность [Электронный ресурс] /

В. Гвоздецкий // Наука и жизнь. - 2001. - №5, Режим доступа URL:

http://www.nkj.ru/archive/articles/5906/ .

100. Гегедюш Н.С. Программно-целевого подхода к развитию институтов гражданского общества в системе регионального управления. [Текст] / Н.С .

Гегедюш // Ответственность власти перед гражданским обществом: механизмы контроля и взаимодействия Саратов, 2014. С. 159-165 .

101. Глущенко, В.В. Исследование систем управления: социологические, экономические, прогнозные, плановые, экспериментальные исследования [Текст]: учеб. пособие для вузов/ В.В. Глущенко, И.И. Глущенко. г. Железнодорожный, Моск. обл.: ООО НПЦ «Крылья», 2004. - 416 с .

102. Горбунов, А.Н. Государственные программы: новая идея управления?

[Текст] / А.Н. Горбунов // ООО Издательский Дом "Бюджет", - 2011. - № 8. с .

103. Грачева, Н.В. Реализация программно-целевого планирования в инновационном управлении [Текст] / Н.В. Грачева, И.В. Гаврева //Вестник Брянского гос. ун-та. - 2011. - № 3. - С. 18-20 .

104. Гринів, Л. С. Регіональні цільові програми : навчальний посібник [Тext] / Л. С. Гринів. – Львів, 2010. – 156 с .

105. Грудинова, И. П. Управление рисками финансово-бюджетного развития региона (муниципального образования) [Текст] / И.П. Грудинова, Н.В. Перко // Вестник МГТУ. - Том 15. - 2012. - №1. - С.161-170 .

106. Даванков А.Ю. Методологические аспекты планирования регионального социо-эколого-экономического развития [Текст] / А.Ю. Даванков, Я.В. Рипка, В.Р. Ключникова / Вестник Челябинского государственного университета. С. 69-73 .

107. Движение регионов России к инновационной экономике [Текст] / под ред .

А.Г. Гранберга, С.Д. Валентея. – М.: Наука, 2006. - 402 с .

108. Де Брюйн, Х. Управление по результатам в государственном секторе / Пер. с англ. [Текст] / Х. Де Брюйн. - М.: Институт комплексных стратегических исследований, 2005. - 192 c .

109. Денисова, И.П. Оценка эффективности и результативности целевых программ при переходе к «программному бюджету [Текст] / И.П. Денисова, С.Н. Рукина // Фундаментальные исследования. - 2013. - № 8-2. - С. 399-404 .

110. Джеймс, П. Всевозможные миры. История географических идей [Текст] / П. Джеймс. – М.: Прогресс, 1988. – 672 с .

111. Джонсон, Р., Каст Ф., Дж. Розенцвейг Системы и руководство [Текст] / Р .

Джонсон, Ф. Каст, Дж. Розенцвейг. - Советское радио, 1971. - С. 648 .

112. Дмитриев А.В. Государственное управление региональным социальноэкономическим развитием посредством применения программно-целевых методов. [Текст] / А.В. Дмитриев //Стратегия устойчивого развития регионов России. 2013. № 14. С. 60-63 .

113. Дорошенко, С.В. Саморазвитие региона в контексте экономического эволюционизма [Текст] / С. В. Дорошенко // Журнал экономической теории. – 2009. - № 3. - С.3 .

114. Друкер, П. О профессиональном менеджменте [Текст] / П. Друкер. - Издво: Вильямс, 2006. – С. 320 .

115. Друкер, П.Ф. Управление, нацеленное на результаты [Текст] / П.Ф .

Друкер: пер. с англ. - М.: Прогресс, 1992. - 199 с .

116. Елохов, А.М. Повышение эффективности программирования социальноэкономического развития города [Текст] / А.М. Елохов // Теория и практика корпоративного менеджмента. Выпуск 5. Пермь: ПГУ, 2006. - С. 180 – 193 .

117. Закутнев, С. В. Организация мониторинга реализации целевых бюджетных программ [Текст] / С.В. Закутнев // Вестник Московского университета им. С.Ю. Витте. Серия 1: Экономика и управление. 2013. С. 45-51 .

118. Занг, В.Б. Синергетическая экономика: Время и перемены в нелинейной экономической теории [Текст] / В.Б. Занг.- М.: Мир, 1999.- 335 с .

119. Зацман, И.М. Методы верифицируемого оценивания целевых программ научных исследований [Текст] / И.М. Зацман, С.К. Шубников / Системы и средства информатики. - 2010. Т. 20. - № 2. - С. 23-48 .

120. Зейгарник, Б.В. Проблема опосредования и саморегуляции [Текст] / Б.В.Зейгарник // Вестник Московского университета. Серия 14. Психология. – 1981. - № 2. – С.65-72 .

121. Зуб, А. Т. Стратегический менеджмент: учебник для студентов вузов, обучающихся по управленческим специальностям [Текст] / А.Т. Зуб. - МГУ им. М.В. Ломоносова. - 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Проспект: ТК Велби, 2008. – 432 с .

122. Зубаревич, Н. В. Агломерационный эффект или административный угар?

[Текст] / Н. В. Зубаревич // Журнал «Российское экспертное обозрение». Центр стратегических разработок «Северо-Запад». - 2007. - №4-5 (22). - С.11-13 .

123. Зубрицкий, А.А. Программно-целевое управление социальноэкономическим комплексом [Текст]: автореф. дис…докт. эконом. наук:

08.00.05. / А.А. Зубрицкий. - СПб: Санкт-Петербургская инженерноэкономическая академия, 1999. – 35 с .

124. Ивченко, Б.П. и др. Управление в экономических и социальных системах .

Системный анализ. Принятие решений в условиях неопределенности. [Текст] / Б.П. Ивченко. - СПб. : Нормед – Издат, 2000. – 332 с .

125. Игнатьева, Е.Д. Методический подход к анализу устойчивости регионального развития с использованием самоорганизующихся карт [Текст] / Е.Д. Игнатьева, О.С. Мариев // Экономика региона. - 2008. - №2. - С. 116-129 .

126. Изотова Г.С. Методы обеспечения безопасности бюджетной системы региона [Текст]: дис....канд. экон. наук: 08.00.10 / Г.С. Изотова. - СПб., 2004.c .

127. Ильенков, Э. В. Диалектика абстрактного и конкретного в «Капитале»

Маркса [Текст] / Э.В. Ильенков. - М., 1960. - 2847 с .

128. Институт проблем гражданского общества: [Электронный ресурс]. Режим доступа: URL: http://inpgo.ru/about/ .

Исакин, М.А. Подходы к мониторингу и оценке целевых программ 129 .

[Текст] / М.А. Исакие, Е.А. Шакина // Экономический анализ: теория и практика. - 2008. - № 10.- 56-61с .

130. Ищенко, М.М. Региональное управление неоднородными социальноэкономическими системами [Текст] / М. М. Ищенко. - М.: Изд-во «Экономика», 2011. - 187 с .

131. Калина А.В. Формирование пороговых значений индикативных показателей экономической безопасности России и ее регионов. [Текст] / А.В .

Калина, А.И. Савельева //Вестник Южно-Уральского государственного университета. Серия: Экономика и менеджмент. 2014. Т. 8. № 4. С. 15-24 .

132. Карпенко, Т.В. Мониторинг уровня социальной напряженности населения в системе формирования целей социально-экономического развития муниципального образования [Текст] / Т.В. Карпенко, Н.В. Карасева, Л.И .

Пилипенко, О.А. Чернова // Мониторинг общественного мнения:

экономические и социальные перемены. - 2013. - № 6 (118). - С. 51-59 .

133. Карпов, А.В. Психология менеджмента [Текст]: учеб. пособие / А.В .

Карпов. - М.: Гардарики, 2005. - 584 с .

134. Катан, Р., Нортон, Д. Сбалансированная система показателей: пер. с англ. 2-е изд., испр. и доп. [Текст] / Р. Катан, Д. Нортон. - М.: Олимп-Бизнес, 2005. - 408 с .

135. Катасонов, Ю.В. США: военное программирование [Текст] / Ю.В .

Катасонов. - М.: Наука, 1972. - 413 с .

136. Катькало, В.С. Эволюция теории стратегического управления [Текст]:

автореф. дис. докт. эконом. наук: 08.00.05/ В.С. Катькало.- С.-Петерб. ун-т экономики и финансов, Санкт-Петербург, 2007. - 45 с .

137. Кластерные политики и кластерные инициативы: теория, методология, практика [Текст]: колл. монография / под ред. Ю.С. Артомоновой, Б.Б .

Хрусталева – Пенза: ИП Тугушев С.Ю., 2013 - 230с .

138. Клейнер, Г.Б. Эволюция институциональных систем [Текст] / Г. Б. Клейнер. - М.: Наука, 2004. - 240 с .

139. Клейнер, Г.Б., Голиченко Г.О., Зацман И.М., Основные принципы разработки системы мониторинга функционирования исследовательских организаций [Текст] / Г.Б. Клейнер, Г.О. Голиченко, И.М. Зацман И.М. - М.:

ЦЭМИ РАН, 2007. – 492 с .

140. Клиланд, Д., Кинг В. Системный анализ и целевое управление [Текст] / Д .

Клиланд, В. Кинг. - пер. с англ. - М.: Сов. радио, 1974. - 280 с .

141. Климанов, В. В., Михайлова А. А. Внедрение программного бюджета:

что ожидать регионам [Текст] / В.В. Климанов, А.А. Михайлова // Бюджет. — 2012. — № 12. – С.98-101 .

142. Климанов, В. В. Региональные системы и региональное развитие в России [Текст] /В. В. Климов / Изд. 2-е. – М.: Едиториал УРСС, 2004. – 296 с .

143. Ковалева, Т.М. Организация бюджетного менеджмента в субъекте РФ [Текст] / Т.М. Ковалева // Финансы и кредит. - 2008. - №6 (120) - С. 41-47 .

144. Когут, А.Е. Информационные основы регионального социальноэкономического мониторинга [Текст] / А.Е. Когут, В.Е. Рохчин. - СПб – М .

1995. - С. 87 .

145. Козлов, А.В. Программа развития Арктической зоны Российской Федерации на основе комплекса региональных индикаторов. [Текст] / А.В .

Козлов, С.С. Гутман, И.М. Зайченко //Вестник Забайкальского государственного университета. 2014. № 11. С. 110-120

146. Козлова, О.А. Вопросы моделирования пространственной организации российских регионов [Текст] / О.А. козлова // Международный журнал прикладных и фундаментальных исследований. - 2013. - № 5. - С. 154-156 .

147. Козлова, О.А. Теоретические основания развития механизма государственно-частного партнерства [Текст] / О.А. Козлова, С.А. Суспицын, Л.И. Власюк, А.А. Петровская // Журнал экономической теории. - 2013. - № 3 .

С. 254-258 .

148. Козырев, В.В. Сущность современной конкуренции территорий:

маркетинговый подход. [Текст] / В.В. Козырев, Ю.В. Савельев //Ученые записки Петрозаводского государственного университета. Серия:

Общественные и гуманитарные науки. 2010. № 3. С. 86-90 .

149. Козырева, Г.Б. Социально-экономическое поведение домохозяйств приграничного региона как индикатор трансформации общества. [Текст]/ Г.Б .

Козырева, Т.В. Морозова, Р.В. Белая //Региональная экономика: теория и практика. 2015. № 22 (397). С. 2-20 .

150. Колечков, Д.В. Валовой муниципальный продукт в управлении муниципальной экономикой [Текст]: дис.. канд.эконом. наук: 08.00.01 / Д.В .

Колечков. - Ин-т народнохоз. прогнозирования РАН. - Москва, 2013. - 138 с .

Комков, Н.И. Программно-целевое управление: возможности и 151 .

перспектива адаптации к условиям переходной экономики [Текст] / Н.И .

Комков, Я.В. Маркова // Проблемы прогнозирования. - 1998. - № 3. - С.41-47 .

152. Королева, Е.Н. Стратегическое управление развитием муниципальных социально-экономических систем в условиях глобализации: теоретикометодологические аспекты [Текст]: монография / Е.Н. Королева. – М.: Всеросс .

гос. нал. акад. 2006. – 167 с .

153. Кохужева, С.Н. Программно-целевой метод как инструмент государственного управления социально-экономическим развитием региона [Текст] / С.Н. Кохужева // Новые технологии. Выпуск 4. - Майкоп: Изд-во ФГБОУ ВПО «МГТУ», 2011. - 34-45 с .

154. Криворотов В.В. Научно-методические основы исследования экономической безопасности в системе устойчиво-безопасного социальноэкономического развития территорий. [Текст] / В.В. Криворотов, А.В. Калина, С.Е. Ерыпалов //Вестник УрФУ. Серия: Экономика и управление. 2014. № 5. С .

121-132 .

155. Криворотов В.В. Методический подход к оценке конкурентоспособности территориально-производственных комплексов. [Текст] / В.В. Криворотов, А.В .

Калина, А.Ю. Байраншин //Вестник УрФУ. Серия: Экономика и управление .

2011. № 3. С. 81-91 .

156. Криворотов В.В. Прогнозирование развития региональных производственных комплексов. [Текст] / В.В. Криворотов, А.В. Калина, А.И .

Савельева, А.Ю. Байраншин //Вестник УрФУ. Серия: Экономика и управление .

2011. № 4. С. 99-111 .

157. Криворотов В.В. Исследование устойчиво-безопасного социальноэкономического развития территорий. [Текст] / В.В. Криворотов, А.В. Калина //Организатор производства. 2010. Т. 44. № 1. С. 86-94 .

158. Кривошеева, М.Ю. Стратегия социально-экономического развития региона на основе программно-целевых методов управления. [Текст] / М.Ю .

Кривошеева. - Воронеж, 2005. - 213 с .

159. Кривошеева М.Ю. Особенности применения программно-целевых методов управления для целей регионального развития. [Текст] / М.Ю .

Кривошеева, Ю.И. Кривошеев, Н.И. Рогачева //Регион: системы, экономика, управление. 2008. № 2. С. 115-121 .

160. Кропачев, С.В. Программно-целевое управление решением научнотехнических проблем [Текст] / С.В. Кропачев, Е.А. Наумов. - Новосибирск:

Наука, 2006. - 215 с .

161. Ксенофонтов В.И. О применении программно-целевого подхода в управлении региональным развитием. [Текст] / В.И. Ксенофонтов //Труды Кубанского государственного аграрного университета. 2011. № 28. С. 19-22 .

162. Кудрявцева, М. Что тестирует стресс-тест? [Текст] / М. Кудрявцева // Рынок ценных бумаг. - 2006. - №2(303). - С. 54 – 56 .

163. Кузьмин, А. Мониторинг программы [Текст] / А. Кузьмин / Оценка программ: методология и практика. / Под ред. А.И. Кузьмина, Р. О'Салливан, Н.А. Кошелевой. - М.: Издательство «Престо-РК», 2009. - 396 с. - С. 88-98 .

164. Куклински, Э. Региональное развитие — начало поворотного этапа [Текст] / Э. Куклински // Региональное развитие и сотрудничество. - 1997. - № 10. - С. 3 .

165. Кушлина, В. И. Научно-технический потенциал России и его использование [Текст] / В.И. Кушлина, А.Н. Фоломьева. - М.: ЮНИТИ, 2001. с .

166. Лапченко, Д.А. Оценка и управление экономическим риском [Текст] / Д.А. Лапченко. - Минск: Амалфея, 2007. - 148 с .

167. Лапыгин, Д.Ю. Развитие региона методом программно-целевого планирования [Электронный ресурс] / Д.Ю. Лапыгин //Экономика региона:

электронный журнал ВлГУ, 2007. - № 18 .

168. Левада, А.Ю. Социально-пространственная структура российского общества: центр и регионы [Текст] / А.Ю. Левада // Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены. - М.:ВЦИОМ .

- 1996. - 329 с .

169. Лексин, В. Н. Государство и регионы: Теория и практика государственного регулирования территориального развития [Текст] / В. Н .

Лексин, А. Н. Швецов. – М.: УРСС, 1999. - 368 с .

Лексин, В.Н. О формировании государственной системы мониторинга 170 .

социально-экономической, национально-этнической и политической ситуации в регионах российской федерации [Электронный ресурс] / В.Н.Лексин, В.Е.Селиверстов, А.Н.Швецов. Режим доступа: http://www.ieie.nsc.ru .

171. Лексин, В.Н. Региональная политика России: концепции, проблемы, решения [Текст] / В.Н. Лексин, E.H. Андреева, А.И. Ситников и др. // Российский экономический журнал. 2009.- №9.- С. 15 .

172. Лексин, В.Н. Системный анализ процессов реформирования региональной экономики, становления федерализма и местного самоуправления: методология и практика исследований территориальных систем [Текст] / В. Н. Лексин, А. Н. Швецов. - Российская акад. наук, Ин-т системного анализа. Москва, 2011. - 342 с .

173. Лукашев, А.В. Риск-менеджмент и количественное измерение финансовых рисков в нефинансовых корпорациях [Текст] / А.В. Лукашев // Управление рисками. - 2005. - № 5 (11). - С. 43 -60 .

174. Львов, Д.С. Институциональная экономика [Текст]: учеб. пособие для вузов/ Д.С. Львов. – М.: ИНФРА-М, 2001. - 318с .

175. Магданов, П.В. Проблемы и область применения финансовых целей в процессе стратегического планирования [Текст] / П.В. Магданов // Вестник Тихоокеанского государственного университета. - 2009. - №3(14). - С. 165-174 .

176. Макашева, З.М. Исследование систем управления [Текст] / З.М .

Макашева. - М.: КНОРУС, 2009. - С. 15 .

Малышев, Ю.А. Теория и методология развития институциональных 177 .

отношений в инновационной сфере региона [Текст] / Ю.А. Малышев. - Пермь:

ОАО «НИИУМ», 2009. – 330с .

178. Малышев, Ю.А. Формирование системы мониторинга [Текст] / Ю.А .

Малышев, Г.В. Кутергина, В.Ю. Аввакумов //Аудит и финансовый анализ. С.1-15 .

179. Марков, С.Н. Анализ методик оценки эффективности бюджетных расходов на образование [Текст] / С.Н. Марков // Современный финансовый рынок РФ. - 2011. - С. 63 - 68 .

180. Мартынов, С. Н. Новые парадигмы экономической науки [Электронный ресурс] / С. Н. Мартынов. – Режим доступа: http://smartpage.narod.ru .

181. Маршалова, А.С. Управление экономикой региона: управление [Текст]:

учеб. пособие для вузов / А.С. Маршалова, А.С. Новоселов. - Новосибирск.:

ИЭОПП СО РАН, 2001. - 404 с .

182. Мендельсон, Э. Введение в математическую логику [Текст] / Э .

Мендельсон. - М.: Наука, 1971. - С. 36 .

183. Микулинский, С.Р., Попов Х.Г. Программно-целевой поход в управлении. Теория и практика. Пер. с болгар. [Текст] / С.Р. Микулинский, Х.Г .

Попов. - М.: Прогресс, - 1975. - 198 с .

184. Мингалева, Ж.А. Мониторинг результативности проектов государственно-частного партнерства [Текст] / Ж.А. Мингалева, Н.П .

Паздникова // Экономика и предпринимательство. – 2013. - № 4. - С. 140-144 .

185. Минченко, О.С. Подходы к оценке целевых программ в российской практике [Электронный ресурс] / О.С. Минченко. Режим доступа:

http://vestnik.uapa.ru/ru-ru/issue/2012/04/02/ .

186. Митерев, М.А. Программно-целевые методы планирования как инструмент государственного управления развитием социально-экономических систем [Электронный ресурс] / М.А. Митерев // Труды МЭЛИ: электронный журнал. Режим доступа: http://www.e-magazine.meli.ru

187. Митракова, О.В. Методика и технология создания информационноаналитических систем мониторинга [Текст] / О.В. Митракова. - Москва, 2011. с .

188. Митрофанова, И.В. Программно-целевой подход к управлению территорией: анализ современного отечественного опыта [Текст] / И.В .

Митрофанова // Региональная экономика: теория и практика. 2006. - № 5. С. 42-46 .

189. Мишин, В.М. Исследование систем управления [Текст]: Учебник для вузов/ В.М. Мишин. - М.: ЮНИТА-ДАНА, 2003. - 527 с .

190. Мозголин, Б.С. Программно-целевое управление региональным развитием: проблемы и перспективы [Текст] / Б.С. Мозголин // Известия томского политехнического университета. - 2007. - Т. 311. - № 6. - С .

51-54 .

191. Мониторинг и оценка. Методические рекомендации [Текст] / Международный альянс ВИЧ/СПИД. - К., 2004. - 112 с .

192. Мониторинг и оценка в условиях программно-целевого управления региональным развитием [Текст] / Д.В. Визгалов и др. / Фонд "Агентство развития Том. обл." - Томск, 2004 .

193. Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены [Текст]: материалы опроса / ВЦИОМ. - 1999. - № 1. - 37 с .

194. Мониторинг реализации региональных программ [электронный ресурс]:

статья. Режим доступа: http:// www.pandia.ru/764748/

195. Мониторинг социальных программ: практические примеры [Текст] / А .

Александрова, И. Беляков, Л. Никонова. - М.: Институт экономики города, 2005. – С. 112 .

197. Море, К. Эффективные решения в экономике переходного периода:

Аналитические инструменты разработки и реализации социально-экономической политики [Текст] / К. Море, Р. Страйк, А.С. Пузанов. - М.: Айрис-пресс, 2007. с .

198. Морозова, Т.В. Региональная экономическая политика на рынке жилья муниципальных образований Карелии. [Текст] / Т.В. Морозова, Г.Б. Козырева, И.В. Тимаков //Региональная экономика: теория и практика. 2013. № 19. С. 46Морозова, Т. Г. Муниципальный менеджмент [Текст] / Т. Г. Морозова. – М.: ЮНИТИ, 1997-234с .

200. Мохов, И.В. Реализация программно-целевого подхода в системе управления занятостью в регионе [Текст] / И.В. Мохов // Регулирование социально-трудовых отношений в современных условиях хозяйствования:

материалы Межд. науч.-практ. конф. - Ижевск, 2009. – С.93-98 .

201. Мыльник, В.В. Исследование систем управления: учебное пособие для вузов [Текст] / В.В. Мыльник, Б.П. Титаренко, В.А. Волчиенко. - 3-е изд. – М.:

Академический проект: Трикста, - 2004. – 361 с .

Никлас, Луман Социальные системы: очерк общей теории [Текст] / Л .

202 .

Никлас. - Санкт-Петербург. Наука, 2007. - С.32-33 .

203. Никонов О.И. Методологический подход к исследованию устойчивобезопасного социально-экономического развития территорий. [Текст] / О.И .

Никонов, В.В. Криворотов, А.В. Калина // Известия высших учебных заведений. Горный журнал. 2011. № 2. С. 36-43 .

204. Новая философская энциклопедия [Текст] / Под редакцией В. С. Стёпина .

- М.: Мысль, 2001. - 456с .

205. Озеров П.В. Использование программно-целевого подхода в развитии поляризованного экономического пространства. [Текст] / П.В. Озеров //Вестник Университета (Государственный университет управления). 2011. № 22. С. 180Ольсевич, Ю.Я. Трансформация хозяйственных систем [Текст] / Ю. Я .

Ольсевич. - М.: Институт экономики РАН, 1994. - 220 с .

207. Организация административного мониторинга социальных программ на региональном и местном уровнях [Текст] /А. Шанин, А. Александрова, Б .

Ричман; под ред. А. Александрова. – М.: Институт экономики города, 2002. - С .

52.Орлов, А.И., Пугач О.В. Подходы к общей теории риска. [Текст] / А.И .

Орлов, О.В. Пугач // Управление большими системами. Выпуск 40. С. 49-82 .

209. Паздникова, Н. П. Методические аспекты оценки бюджетных рисков региона [Текст] Н.П. Паздникова, А.А. Кочарян Российское / // предпринимательство. - 2014. - № 15 (261). - С. 4-12 .

210. Паздникова, Н.П. Методическое обеспечение мониторинга эффективности социально-экономической системы региона [Текст] / Н.П. Паздникова // Экономика и менеджмент систем управления. - 2015. - № 2(16) - С. 60-66 .

211. Паздникова, Н.П. Мониторинг результативности программы социальноэкономического развития региона [Текст] / Н.П. Паздникова // Вестник Пермского университета. Серия политологии - Пермь, 2007. - № 1. - С. 158-162 .

212. Паздникова, Н.П. Оценка эффективности ресурсного обеспечения мониторинга целевых программ социально-экономического развития регионов [Текст] / Н.П. Паздникова, Ж.А. Мингалева // Экономика региона. - 2009. – № 4 (20). - С. 211-215 .

213. Паздникова, Н.П. Стресс-тестирование в управлении бюджетными рисками региона [Текст] / Н.П. Паздникова, С.Е. Шипицына // Экономика региона. - 2014. - № 3(39). – С. 208-217 .

214. Паздникова, Н.П. Формирование системы мониторинга реализации программы социально-экономического развития региона [Текст]: дисс…канд .

эконом. наук 08.00.05 / Н.П. Паздникова. - Перм. гос. ун-т. Пермь, 2007. - 174с .

215. Паздникова, Н.П. Эффективность использования общественных фондов социально-экономической системы региона [Текст]: монография / Н.П .

Паздникова. - Пермь: Изд-во Перм. нац. исслед. политех. ун-та, 2015. - 185 с .

216. Паздникова, Н.П., Методологические подходы к оценке эффективности стратегических программ в субъекте российской федерации [Текст] / Н.П .

Паздникова, С.А. Филимонова // Журнал «Национальные интересы:

приоритеты и безопасность». - 2014. - № 48 (285). - С. 2-10

217. Панфилов, В.С. Финансовая политика России в перспективном периоде [Текст] / В.С. Панфилов, О. Дж. Говтвань // Проблемы прогнозирования. - 2012. С. 35-51 .

218. Парсонс, Т. Система современных обществ [Текст]/ Под ред. М.С .

Ковалевой. - М.: Аспект Пресс, 1998. - 270с .

Парфенова, И.С. Социальная эффективность профессиональной 219 .

переподготовки безработных: опыт социолого-управленческого анализа [Текст]: дис. канд. социол. наук: 22.00.08 / И.С. Парфенова. - Екатеринбург, 2005. - С. 21 .

220. Переходько, М.Н. Интеграция программно-целевого планирования в теорию и практику современного реформирования экономики [Текст] / М.Н .

Переходько //Экономический вестник РГУ. Том 3, часть 2. Ростов на Дону:

Изд-во РГУ. - 2007. - 234 с .

221. Переходько, М.Н. Модернизация программно-целевого планирования муниципального экономического развития [Текст] / М.Н .

Переходько, Т.В. Игнатова Т.В. // Местное самоуправление в России и Германии: история и современность (на примере Юга России): материалы междунар. научно-практ. конф. Ростов-на-Дону: Изд-во СКАГС, 2010. - С. 160 .

222. Пермский региональный сервер http://perm.ru

223. Перский, Ю.К. Иерархический анализ экономики: методы и модели [Текст] / Ю. К. Перский, Д. Н. Шульц - Российская акад. наук, УроИЭ .

Екатеринбург, 2008. - 247 с .

224. Перцов, Л.В. Внедрение государственных программ субъектов РФ и муниципальных программ в практику управления: вопросы и ответы. [Текст] / Л.В. Перцов. - Издательский Дом "Бюджет". Государство. - 2012. - №10. - 206с .

225. Петренков, А. О. Адаптация зарубежных практик аудита эффективности государственных финансовых ресурсов к российским условиям [Текст] / О.А .

Петренко // Финансы и кредит. - 2009. - № 33. - С.65–69 .

226. Петров, А.П., Угольникова О.Д., Угольников В.В. Государственночастное партнерство как условие конкурентного развития экономики [Текст] / А.П. Петров, О.Д. Угольникова. - СПб: Изд-во СПбГУСЭ, 2013. - 179 с .

227. Пилясов, А. Экономические и политические факторы развития российских регионов [Текст] / А. Пилясов //Вопросы экономики. - 2003. - №5. С. 67-82 .

228. Пирогова, О.А. Эффективность финансового обеспечения государственных услуг [Текст] / О.А. Пирогова // Научно-аналитический журнал «Инновации и инвестиции». - 2013. - №4. - С. 84 - 88 .

229. Плисецкий, Д. Система мониторинга финансового сектора экономики [Текст] / Д. Плисецкий // Банковское дело, 2004. - № 9. – С. 51-58 .

230. Подольская, М.Н. Квалиметрия и управление качеством: лабораторный практикум. Ч. 2. Аналитические методы и комплексные инструменты качества / М.Н. Подольская. - Тамбов: Изд-во ФГБОУ ВПО «ТГТУ», 2011. - 96 с .

231. Поляк, Г.Б. Бюджетная система России: учебник для студентов вузов [Текст] / Г.Б. Поляк. – М.: ЮНИТМ-ДАНА, 2007. - 703 с .

232. Портер, М. Конкуренция: пер. с англ. [Текст] / М. Портер. - М.: Вильямс, 2002. - 250 с .

233. Пособие по мониторингу и оцениванию программ регионального развития [Текст] / М. Лендьел, Б. Винницкий, Ю. Ратейчак, И. Санжаровский;

под ред. И. Санжаровского, Ю. Полянского. - К.: К.І.С., 2007. - 80 с .

234. Природопользование. Словарь-справочник [Текст]. - М., Мысль, 1990, 637 с .

235. Прогнозирование, стратегическое планирование и национальное программирование: учебник [Текст] / Б.Н. Кузык, В.И. Кушлин, Ю.В. Яковец. е изд., перераб. и доп. - Москва: Экономика, 2011. - 604 с .

236. Программно-целевое планирование развития городов и регионов. АН

СССР. Ин-т. социально-экон. проблем [Текст] / под ред. И.И. Сигова. - М.:

Наука, 1987. - 198 с .

237. Программно-целевой метод в планировании [Текст] / под ред. Н. П .

Федоренко. - М.: Наука, 1982. - 156 с .

238. Райзберг, Б.А. Программно-целевое планирование и управление [Текст] / Б.А. Райзберг, А.Г.Лобко. - М: Инфра-М, 2007. - 436 с .

239. Райзберг, Б.А. Современное состояние и проблемы программно-целевого планирования и бюджетирования в России [Текст] / Б.А. Райзберг// Известия московского государственного технического университета МАМИ. Т. 3. - № 2. - с. 165-172 .

240. Райзберг, Б.А. Сущность и роль программно-целевого планирования и управления в реализации государственной социально-экономической политики [Текст] / И.В. Райзберг, Е.Ю. Доценко // Вопросы экономических наук. - 2007. С. 113-119 .

241. Райзберг, Б.А., Лозовский, Л.Ш., Стародубцева, Е.Б. Современный экономический словарь [Текст] / Б.А. Райзберг, Л.Ш. Лозовский, Е.Б .

Стародубцева. - 2-е изд., испр. М.: ИНФРА-М, 1999. - 479 с .

242. Рамзаев В.М. Конкурентоспособность как синергетическая характеристика кластерного развития социально-экономических систем [Текст] Чумак В.Г., Рамзаев В.М., Кукольникова Е.А., Шестова Н.С .

/ Альманах современной науки и образования. - 2011. - № 1. - С. 173-177 .

243. Рапопорт, B.C. Объективные предпосылки и основные положения целевого управления: учеб. пособие [Текст] / В.С. Рапопорт, Л.В. Родионова. М.: Мысль, 2008. - 299 с .

244. Растворцева, С.Н., Фаузер В.В., Задорожный В.Н., Залевский В.А .

Социально-экономическая эффективность регионального развития [Текст] / отв. ред. д.э.н., доцент С.Н. Растворцева. - М.: Экон-Информ, 2011. - 136 с .

245. Регионы России. Социально-экономические показатели. 2013: Стат. сб. / Росстат. М., 2013. - 990 с .

246. Решетников, М.Г. Отраслевой и функционально-отраслевой подход. Две грани государственного управления [Текст] / М.Г. Решетников, И.В. Быков. Пермь: Астер, 2007. - 154 с .

247. Рикардо, Д. Начала политической экономии и налогового обложения .

[Текст] / Д.Рикардо. Сочинения. - М., 1995. - Т.1. - 344с .

248. Рисин, И.Е. Принципы мониторинга социально- экономического развития региона [Текст] /И.Е. Рисин, И.А. Шлеките // Актуальные проблемы развития территорий и систем регионального и муниципального управления. Вып. 3, Воронеж, 2007, - С. 29-32 .

249. Рой, О.М. Экономическое районирование муниципальных образований:

на пути к новой статистической классификации [Текст] / О.М. Рой // Проблемный анализ и государственно-управленческое проектирование - 2013 .

Т. 6. - № 3 (29). - С. 43-52 .

250. Руководство по мониторингу проектов, программ, политик [Текст] / Г .

Подготов, А. Маматкеримова, А. Болотбаев [и др.]. Программа ПРООН по политическому и административному управлению на центральном уровне. – Бишкек, 2002. - 56 с .

251. Руководство по управлению общественными финансами на региональном и муниципальном уровне: в 7 т. [Текст] / под общ. ред. А. М. Лаврова. - М.: ИД «Деловая и профессиональная литература», 2008. - 234 с .

252. Савельев Ю.В. Региональная экономическая политика и структурные сдвиги в экономике российских регионов. [Текст] / Ю.В. Савельев //Известия Русского географического общества. 2013. Т. 145. № 2. С. 9-24 .

253. Савельев Ю.В. Основание и выбор стратегий повышения конкурентоспособности российских регионов. [Текст] / Ю.В. Савельев //Федерализм. 2011. № 4 (64). С. 17-30 .

254. Савельев Ю.В. Региональная экономическая политика в приграничном регионе: постановка исследовательских задач. [Текст] / Ю.В. Савельев //Региональная экономика: теория и практика. 2010. № 13. С. 23-29 .

255. Савельев Ю.В. Теоретические основы современной межрегиональной конкуренции. [Текст] / Ю.В. Савельев //Журнал экономической теории. 2010. №

2. С. 86 .

256. Самохин, А.Д. Методы программно-целевого подхода [Текст] / А.Д .

Самохин / Экономика и математические методы:Т.10, Вып. 5. - М., 2007.- 436 с .

257. Самуэльсон, П. Э. Экономика [Текст] / П. Э. Самуэльсон, В. Д. Нордхаус .

- М.: Вильямс, 2008. - 1360 с .

258. Селивестров, В.Е. Региональный мониторинг как информационно управленческая основа региональной политики и стратегического планирования [Текст] / В.Е. Селиверстов // Регион: экономика и социология. С.3-40 .

259. Селигмен, Б. Основные течения современной экономической мысли, пер с англ. [Текст] / Б. Селигмен. - М., 1968. - 205 с .

260. Сериков, А. В. Эффективность хозяйственной деятельности: определение, измерение, синергетическое управление [Текст] / А.В. Сериков // Економічний вісник Донбасу. - 2011. - № 2 (24). - С. 212-219 .

261. Сизов, В.С. Стратегическое управление воспроизводственным процессом [Текст] / В.С. Сизов. - М.: Экономистъ, 2004. – 198 с .

262. Скиба, А.Н. Кластеры: реализация системного принципа в пространственно-институциональной организации производства [Текст] / А.Н .

Скиба // Региональная экономика: теория и практика, 2011. - № 10. - С.39-47 .

263. Солодкая, М.С. Надежность, эффективность, качество систем управления [Текст] / М.С. Солодкая. - «Credo». - 1999. - № 5 (17). – С. 75-82 .

264. Степанова, Е.А. Управление рисками изменения доходов территориальных бюджетов [Текст]: автореф. дисс….канд. экон. наук. 08.00.10/ Е.А. Степанова. Краснодар, 2011. - 20 с .

265. Стефанов, Н.Г. Программно-целевой подход в управлении. Теория и практика: Учебник [Текст] Пер. с болг. / Н.Стефанов, К.Симеонов, К.Костев, С.Качаунов. - М: "Прогресс", 1975. – 198 с .

266. Стюарт, Маклеод. Государственное бюджетирование [Текст] / С .

Маклеод. Программа Европейского Союза EUROPEAID 113768/ D /SV /RUС.6 .

267. Тажитдинов, И.А. Концептуальная модель формирования региональной интегрированной контрактной системы [Электронный ресурс] / И. А .

Тажитдинов, Д. А. Гайнанов, А. Г. Атаева // Современные проблемы науки и образования. – 2012. – №4. Режим доступа: http://www.science-education.ru/104Тарханова, Е.Г. Методы оценки эффективности деятельности некоммерческих организаций [Текст] / Е.Г. Тарханова // Известия ИГЭА. – 2011. - №4. - С.110-114 .

269. Татаркин, А.И. Саморазвивающиеся территориальные экономические системы: диалектика формирования и функционирования [Текст] / А.И .

Татаркин, Д. А.Татаркин // Вестник Челябинского государственного университета. 2010. - № 3. С. 5-12 .

270. Татаркин, А. И. Модернизация социально-экономического развития муниципальных образований [Текст] / Под общ. ред. А. И. Татаркина. – М.:

ЗАО «Издательство «Экономика». Т.1, 2006. - 446 с .

271. Татаркин, А. И. Модернизация социально-экономического развития муниципальных образований [Текст] / Под общ. ред. А. И. Татаркина. – М.:

ЗАО «Издательство «Экономика». Т. 2, 2006. – 483 с .

272. Терентьева, Н.Ю. Проблемы реализации программно-целевого метода управления на региональном уровне [Электронный ресурс] / Н.Ю.Терентьева // Региональная экономика и управление: электр. науч. журн. 2007. - № 4 (12). Режим доступа: http://region.mcnip.ru .

273. Терехов, А.Г. Аудит эффективности проектов, программ, изобретений и открытий [Текст] / А.Г. Терехов, Б.А. Минин, В.Б. Радин, В.В. Серебрянников [и др.]. - М.: Экономика, 2009. - 366 с .

274. Ткачев С.А. Особенности реализации программно-целевого подхода к управлению региональным социально-экономическим развитием в республике Коми. [Текст] / С.А. Ткачев //Вестник Коми республиканской академии государственной службы и управления. Серия: Теория и практика управления .

2007. № 5 (10). С. 78-83 .

275. Толстогузов О.В. Программно-целевой подход в управлении развитии региональной экономики. [Текст] / О.В. Толстогузов //Экономика и управление .

2009. № 1 S4. С. 35-38 .

276. Тренев, В.Н. Механизмы управления региональным социальноэкономическим развитием на основе программно-целевого подхода. [Текст] / В.Н. Тренев, Т.В. Тренева, С.В. Леонтьев //Вестник научно-технического развития. 2012. № 12 (64). С. 26-30 .

277. Урсул, А.Д. Проблема эффективности в современной науке .

Методологические аспекты [Текст] / А.Д. Урсул. - Кишинев, 1985. - С. 256 .

278. Урсул, А.Д. Глобальные процессы, безопасность и устойчивое развитие // [Текст] / А.Д. Урсул // Век глобализации. - 2008. - № 1. - С.17-22

279. Усков, И.В. Бюджетная программа — основа программно-целевого планирования [Текст] / И.В. Усков // Вестник финансового университета. С. 33-42 .

280. Ускова, Т.В., Прокофьева Э.О. Мониторинг программ развития [Текст] / Т.В. Ускова, Э.О. Прокофьева. – М.: ЮНИТИ, 2003 .

281. Ускова, Т. В. Теория и методология управления устойчивым социальноэкономическим развитием региона [Текст]: автореферат дис.... докт. экон .

наук: 08.00.05 / Т. В. Ускова. - Вологда, 2010. - 36 с .

282. Устойчивое развитие: вызовы Рио: доклад ПРООН [Электронный ресурс] .

2013. Режим доступа http://gtmarket.ru/news/2013/06/17/6014 .

283. Федорова Е.Н. Метод программно-целевого управления региональным развитием. [Текст] / Е.Н. Федорова, О.Н Ананьева. //Актуальные проблемы экономической теории и региональной экономики. 2014. № 1 (13). С. 104-109 .

284. Федорова О.Б., Чижевская Е.Л. Использование программно-целевых технологий в управлении региональным развитием. [Текст] / О.Б. Федорова, Е.Л. Чижевская //Электронный научный журнал Нефтегазовое дело. 2006. № 2 .

С. 98 .

285. Фетисов, Г.Г., Орешин В.П. Региональная экономика [Текст] / Г.Г .

Фетисов, В.П. Орешин. - М.: Инфра-М, 2006. - С.186

286. Филиппов, Ю.В., Авдеева Т.Т. Основы развития местного хозяйства:

учеб. пособие. [Текст] / Ю.В. Филиппов. - Москва, 2011. - 234 с .

287. Филиппова, М.Ф. Сущность программно-целевого планирования и управления социально-экономическим развитием [Текст] / М.Ф. Филиппова // Государственное и муниципальное управление в XXI веке: теория, методология, практика [Текст] / М.Ф. Филиппова. - 2011.№ 2. С. 58-63 .

288. Финансовый менеджмент: Учебник для вузов [Текст] /под ред. Г. Б. Поляка М.: ЮНИТИ, 2002. - 487 с .

289. Финансы [Текст] / Под ред. В.М. Родионовой. – М.: Финансы и статистика, 1993. – 459 с .

290. Фрейдина, Е.В. Исследование систем управления [Текст]: Учеб. пособие для вузов. Серия Высшая школа менеджмента / Е.В. Фрейдина. - М.: Омега-Л, 2008. - 367 с .

291. Ханалиев, Г.И. Концепция использования программно-целевого управления для обеспечения сбалансированного развития регионального транспортного комплекса. [Текст] / Г.И. Ханалиев //Terra Economicus. 2011. Т .

9. № 2-2. С. 161-164 .

292. Хасаев, Г.Р. Развитие региональных социально-экономических систем сборник научных трудов [Текст] / под ред. Г.Р. Хасаева. - Самарский гос. экон .

ун-т. Самара, 2009. - 232 с .

293. Хасаев, Г.Р. Новые парадигмы регионального развития и демографическая политика региона [Текст] / Г.Р. Хасаев // Вестник самарского государственного экономического университета. - 2013. № 9 (107) - с. 119-123 .

294. Хасанов, Р. Н. Проблемы оценки эффективности целевых программ на стадии их отбора и реализации [Текст] / Р.Н. Хасанов // Проблемы современной экономики: материалы международной научной конференции. Челябинск: Два комсомольца, 2011. - С. 45-48 .

295. Хатри, Г.П. Мониторинг результативности в общественном секторе: Пер .

с англ. [Текст] / Г.П. Хатри. – М.: Фонд «Институт экономики города», 2005. – 276 с .

296. Хемди, А. Имитационное моделирование - Введение в исследование операций [Текст] / А.Хемди. - М.: «Вильямс», 2007. - 737с .

297. Цвикилевич, А.В. Управление развитием муниципального образования на основе программно-целевого метода [Текст]: дисс….канд. экон. наук: 08.00.05/ А.В. Цвиликевич. Пермь, 2005. - 180 c .

298. Черников, Д. Макроэкономическая теория [Текст] / Д. Черников // Российский экономический журнал. - 1995.- № 9. - С.74-79 .

299. Чечулина, Н.А. Полипарадигмальный подход как теоретическая база создания полезных образовательных продуктов для высшего профессионального образования [Текст] / Н.А. Чечулина, Э.Г. Скибицкий, А.С .

Лихачев //Наука о человеке: гуманитарные исследования. - 2013. - № 4 (14). С. 92-101 .

300. Шалаев, И.К. Научные основы мотивационного программно - целевого управления [Текст] / И.К. Шалаев. - Барнаул: Изд-во БГПУ, 1995. - 72 с .

301. Швецов, А. Управление социально-экономическими системами:

развертывание методолго - теоретических и прикладных исследований [Текст] / А. Швецов, Е. Андреев // РЭЖ, 2006. - №3. - С. 28-35 .

302. Швецова, Г.Н. Методология исследования программно-целевого управления региональной образовательной системой [Текст] / Г. Н. Швецова / Начальная школа: проблемы и перспективы: материалы III Межд. Науч.-практ .

конф. - Йошкар-Ола: Марийский гос. пед. ин-т им. Н.К. Крупской, 2007. - С. 3Швецова, Г.Н. Программно-целевое управление региональной образовательной системой [Текст]: автореф. дисс… докт. пед. наук:/ Г.Н .

Швецова. Чебоксары, Чувашский государственный педагогический университет им. И.Я. Яковлева. 2009. - 47 с .

304. Шедько, Ю.Н. Программно-целевое управление в регионах России в условиях перехода к антропоцентрическому обществу. [Текст] / Ю.Н. Шедько //Стратегии бизнеса. 2014. № 5 (7). С. 23-27 .

305. Шичиях, Р.А. Совершенствование методических подходов к разработке целевых индикаторов региональных программ развития промышленного плодоводства [Текст] / Р.А. Шичиях, И.Н. Путилина // Новые технологии. Вып.2 – Майкоп: Изд-во МГТУ, 2011. - С.140 - 142 .

306. Шувалова, Ю.Ю. Совершенствование мониторинга социальноэкономического развития региона [Текст]: автореф. дисс… канд. эконом. наук:

08.00.05/ Ю.Ю. Шувалова. - Санкт- Петербург, 2012. - 32 с .

307. Шурдумова, Э.Г. Стратегические методы управления региональной экономикой. [Текст] / Э.Г. Шурдумова, Б.В. Казиева, А.Б. Нагоев // Фундаментальные исследования. 2015. № 2-1. С. 104-108 .

308. Щербаков, В. Н. Система экономических отношений в России [Текст] / В.М. Агеев, В.Н. Щербаков. - Моск. гос. соц. ун-т, Ин-т экономики - 1998.-450с .

309. Щукина, Н.П. Потенциал и проблемное поле публичной социологии во взаимодействии с властью и общественностью [Текст] / Н.П. Щукина // Вестник Самарского государственного университета. - 2013. - № 8.2 (109). - С .

211-218 .

310. Экономика и право: словарь-справочник [Текст] / Л. П. Кураков, В. Л .

Кураков, А. Л. - М.: Вуз и школа. 2008. – 309 с .

311. Экономический словарь [Текст] / Под ред. А.И. Архипова. – М.:

Проспект, 2010. - 672с

312. Эльдиева, Т.М. Совершенствование программно-целевого метода решения проблем регионального АПК [Текст] / Т.М. Эльдиева // Экономика сельскохозяйственных и перерабатывающих предприятий. - 2011. - № 10 - С.12Эмерсон, Г. Двенадцать принципов производительности Управление это наука и искусство [Текст] / Г. Эмерсон. - М: Экономика, 1992. - 234с .

314. Эффективность российских банков [Текст] / Центр экономических исследований. Центр МФПА. Москва. 2007. – 498 с .

315. Якобсон, Л.И. Государственный сектор экономики: экономическая теория и практика: Учебник для вузов [Текст] / Л.И. Якобсон. - М.: ГУ ВШЭ, 2000. С.35 .

316. Ярошенко, Т.П. Методика оценки эффективности реализации долгосрочных и ведомственных целевых программ [Электронный ресурс] / Т.П .

Ярошенко// Управление экономическими системами, 2011. - № 10, Режим доступа: http://uecs.ru/uecs-34-342011/item/705-2011-10-20-07-30-00 .

317. Ярошенко, Т.П. Совершенствование оценки эффективности реализации ведомственных целевых программ (на примере комитета по здравоохранению администрации г.Сургута). [Текст] / Т.П. Ярошенко //European Social Science Journal. 2013. № 3 (31). С. 499-506 .

Приложение А Адаптивно-функциональная модель кластеров программно-целевого управления Рисунок 1. Эконометрическая модель кластера «Экономическое развитие»

Рисунок 2. Эконометрическая модель кластера «Общественная безопасность»

–  –  –

Рисунок 4. Эконометрическая модель кластера «Развитие территорий»

Рисунок 5. Эконометрическая модель кластера «Природопользование и инфраструктура»

–  –  –

Прогноз зависимости эффективности управления программами от

Pages:     | 1 ||



Похожие работы:

«Я.А. Полушкина (Ульяновск, Ульяновский государственный технический университет) РОЛЬ ПРОФИЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ В ФОРМИРОВАНИИ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ОРИЕНТАЦИИ УЧАЩИХСЯ ЛИЦЕЯ ПРИ УЛГТУ Современное российское общество рассматривает образование как главный, ведущий фактор социального и...»

«База нормативной документации: www.complexdoc.ru РОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ КОНЦЕРН РОСАВТОДОР ЦЕНТРАЛЬНОЕ БЮРО НАУЧНО ТЕХНИЧЕСКОЙ ИНФОРМАЦИИ АВТОМОБИЛЬНЫЕ ДОРОГИ НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКИЕ ДОСТИЖЕНИЯ И ПЕРЕ...»

«МЕЖДУНАРОДНАЯ ЭЛЕКТРОТЕХНИЧЕСКАЯ КОМИССИЯ О ТЧ ЕТ М Э К ПУБЛИКАЦИЯ 411—2 Первое издание СИЛОВЫЕ ПРЕОБРАЗОВАТЕЛИ ДЛЯ ЭЛЕКТРИЧЕСКОЙ ТЯГИ Ч а с т ь 2. ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ТЕХНИЧЕСКАЯ ИНФОРМАЦИЯ ажурный воротник МЕЖ...»

«Требования к уровню подготовки, необходимому для освоения образовательной программы На обучение по специальности 53.03.02 музыкально-инструментальное искусство, профиль подготовки "Фортепиано", принимаются лица, имеющие образование, подтвержденное документом о среднем общем...»

«Электронный журнал "Труды МАИ". Выпуск № 68 www.mai.ru/science/trudy/ УДК 537.862; 621.396.677.33 Исследование рупорно-линзовой ТЕМ-антенны как элемента кольцевой антенной решетки Ефимова Н. А. Московский технический университет связи и информатики, МТУСИ, ул....»

«Секция 8. КОСМОГЕОЛОГИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ 483 Алексеева М.Н., Ященко И.Г., Перемитина Т.О. Оценка состояния и динамики восстановления растительного 4. покрова нефтедобывающих территорий с использованием космических снимков // Н...»

«Комплекс Гранит-24 сертификат соответствия с блоком индикации и управления с ТФТ C-RU. ПБ01.В.00876 РУКОВОДСТВО ПО ЭКСПЛУАТАЦИИ САПО.425513.080РЭ ИСО 9001 СОДЕРЖАНИЕ 1 ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ 1.1 Назначение и состав комплекса Гранит-24...»

«Информационное руководство АБР для этапа консультаций Механизма отчетности ”Мы слушаем людей и сообщества, подвергнувшихся отрицательному воздействию проектов, осуществляемых при содействии АБР” @ 2005 г. Азиатский Банк Развития Взгляды, выраженные в этом проспекте, принадлежат авторам и не обязательно отражают взгляды...»

«АБДУЛЛОЕВ УМАРДЖОН ХАБИБУЛЛОЕВИЧ ФОРМИРОВАНИЕ И РАЗВИТИЕ РЕГИОНАЛЬНОГО СТРОИТЕЛЬНОГО КЛАСТЕРА (на материалах Центрального Таджикистана) Специальность: 08.00.05 Экономика и управление народным хозяйством (реги...»

«ХАРЬКОВСКИЙ ОРДЕНА ЛЕНИНА ФИЗИКО-ТЕХНИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ АН УССР ХФТИ 76-2 БЛ.БАРАННИК ПРОЦЕССЫ УПРУГОГО РАССЕЯНИЯ И АННИГИЛЯЦИИ ПРИ ВЗАИМОДЕЙСТВИИ НЕЙТРИНО С ЛЕПТОНАМИ В МОДЕЛИ ВАЙНБЕРГА Харьков I976 ХАРЬКОВСКИЙ ОРДЕ...»

«ГОСТ Р 50655-94 (МЭК 5 9 8 2 2 0 8 2 ) ГОСУДАРСТВЕННЫЙ СТАНДАРТ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ГИРЛЯНДЫ СВЕТОВЫЕ ОБЩИЕ ТЕХНИЧЕСКИЕ УСЛОВИЯ Издание официальное БЗ 5—93/396 ГОССТАНДАРТ РОССИИ Москва экспертиза сооружений Предисловие 1 РАЗРАБОТАН И ВНЕСЕН Техническим комитетом (ТК 332)...»

«ООО Юниконт СПб Аналоговый репитер курса DR-309 Руководство по эксплуатации (309-4-11052012) г. Санкт-Петербург ООО Юниконт СПб Руководство по эксплуатации DR-309 Содержание ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ. 1. КОМПЛЕКТНОСТЬ ИЗДЕЛИЯ 2. ТЕХНИЧЕСКИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ. 3. ПРИН...»

«Серия 11 Нормативные документы по безопасности, надзорной и разрешительной деятельности в металлургической промышленности В ы п у с к 12 ПРАВИЛА БЕЗОПАСНОСТИ В ПРОИЗВОДСТВЕ БЛАГОРОДНЫХ...»

«SHELKIT ПРИВОД ГАРАЖНЫХ ВОРОТ Инструкция и меры предосторожности по установке и использованию СОДЕРЖАНИЕ ОБЩИЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ И МЕРЫ ПРЕДОСТОРОЖНОСТИ ШАГ 1 При работе соблюдайте требования безопасности! Меры предосторо...»

«Государственный стандарт Союза ССР ГОСТ 18410-73 Е Кабели силовые с пропитанной бумажной изоляцией. Технические условия (утв. постановлением Госстандарта СССР от 8 февраля 1973 г. N 311) Power paper insulated cabl...»

«1402762 ЛАЗЕРНЫЙ ЦЕНТР ЛАЗЕРНЫЕ ГРАВЕРЫ СЕРИИ Speedy 300 LASER CENTER trotec laser engraving technology ЛАЗЕРНЫЙ ГРАВЕР С С02 ЛАЗЕРОМ Speedy 300 s Peedy300* сверхвысокие скорости лазерной гравировки прецизионная механика ^'Hffw полная защита подвижных механизмов от пыли отсутствие быстроизнашиваемых деталей высочайшая надежность сертифицирован...»

«Московский физико-технический институт Гидростатика. Методическое пособие по подготовке к олимпиадам.Составитель: Паркевич Егор Вадимович Москва 2014 Введение. Гидродинамика является основой многих прикладных наук, в том числе связанных с проектированием и эксплуатацией водного тра...»

«Классификации профессий Мир профессий разнообразен и динамичен: одни профессии исчезают, другие появляются. Знаете ли Вы, кто такой "Бакенщик", а кто "Андеррайтер"? Многие из Вас сейчас воспользуются интернетом, для того чтобы получить информ...»

«Веерпалу Денис Вячеславович РАЦИОНАЛЬНОЕ УПРАВЛЕНИЕ СТРОИТЕЛЬСТВОМ ОБЪЕКТОВ СЕТИ ЦИФРОВОГО ТЕЛЕРАДИОВЕЩАНИЯ 05.13.10 – "Управление в социальных и экономических системах" АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата технических наук Волгоград – 2018 Работа...»

«СЕКЦИЯ 5. ГЕОФИЗИЧЕСКИЕ МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ ЗЕМЛИ И ПОИСКОВ И РАЗВЕДКИ МЕСТОРОЖДЕНИЙ ПОЛЕЗНЫХ ИСКОПАЕМЫХ. ГЕОИНФОРМАЦИОННЫЕ СИСТЕМЫ В ГЕОФИЗИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЯХ ПЕТРОФИЗИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПОРОД МЕСТОРОЖДЕНИЯ АКШ...»

«МЕЖГОСУДАРСТВЕННЫЙ СОВЕТ ПО СТАНДАРТИЗАЦИИ, МЕТРОЛОГИИ И СЕРТИФИКАЦИИ (МГС) INTERSTATE COUNCIL FOR STANDARDIZATION, METROLOGY AND CERTIFICATION (ISC) ГОСТ МЕЖГОСУДАРСТВЕННЫЙ 28622СТАНДАРТ Грунты МЕТОД ЛАБОРАТОРНОГО ОПРЕДЕЛЕНИЯ СТЕПЕНИ ПУ...»

«Бестраншейный ремонт трубопроводов систем теплоснабжения Р. Беркель1, Р. Бюссинг2, Ю.С. Захаров3 Компания Berkel Rohrtechnik GmbH, Германия, 45968 Гладбек, Францштрассе, 25. (E-mail: info@berkel-rohrtechnik.de) Компания SB Projektentwicklung, Германия, 58313 Хердеке, Оберен Ааленбергвег, 8а. (E-mail: info@sb...»

«Тепловизионные камеры для диагностики электромеханического оборудования Все области применения Содержание 1. Вступление 2 . Тепловизионная камера: как она работает 3. Почему стоит использовать тепловидение? 4. Электромеханическое оборудование. стр. 10 5. Слово нашим покупателям 6. FLIR Sy...»

«УДК 622.235.38:622.235.4 ИССЛЕДОВАНИЕ ПЕРЕДАЧИ ДЕТОНАЦИИ МЕЖДУ ПАТРОНАМИ ВВ В РАССРЕДОТОЧЕННОМ ЗАРЯДЕ С.А. Калякин, К.Н. Лабинский ДонНТУ, 83000, г. Донецк, ул. Атрема, д. 58 yglenit@gmail.com, bootor@gmail.com В статье исследован механизм передачи детонации ме...»







 
2019 www.mash.dobrota.biz - «Бесплатная электронная библиотека - онлайн публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.