WWW.MASH.DOBROTA.BIZ
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - онлайн публикации
 

Pages:     | 1 | 2 ||

«Федеральное государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования «НИЖЕГОРОДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ЛИНГВИСТИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ имени Н.А. ДОБРОЛЮБОВА» АЛЬМАНАХ ...»

-- [ Страница 3 ] --

Автор рекомендует сконцентрироваться на следующих задачах: поиск и перевод новых инскрипций, публикация оригинальных текстов параллельно с переводом, расширение масштабов археологических раскопок, практические эксперименты по проверке эффективности оружия и брони, проведение международных конгрессов по проблемам римской армии (p. 326-329). В приложении дается структура офицерского состава римской армии (p. 331-334) и глоссарий (p. 335-341) .

Рассматриваемая монография П. Саузерн, несомненно, может считаться лучшим пособием – из опубликованных за рубежом в последнее десятилетие – по изучению социальных основ и институциональной организации римской армии .

Эта работа намечает важные проблемы и подходы к их решению, поэтому, хотя теоретические результаты высокого уровня обобщения относятся не ко всем поставленным вопросам, она, безусловно, привлечет внимание специалистов .

–  –  –

Серия «Жизнь замечательных людей» интересна и важна не только тем, что она касается характеристики жизни и творчества выдающихся личностей. Весьма важно и то, что сочинения, посвященные этим личностям, появляются из-под пера ученых, уже сказавших свое слово в науке. К таким исследователям принадлежит И.Е.Суриков, автор книги о Геродоте. Симптоматично, что он избрал для себя тот же путь, который достаточно хорошо просматривается в сочинении Геродота. Главную свою тему Историю Греко-персидских войн и причины их возникновения он раскрывает на широком фоне истории эллинских и варварских народов и государств или «деяний эллинов и варваров», как эту мысль сформулировал сам великий историк .

И.Е. Суриков также свою главную тему жизни и творчества Геродота рассматривает в широком контексте, показывая, как формировались греческие полисы, в каких взаимоотношениях они находились как между собой, так и с соседними народами и государствами. Также как Геродот время своих странствований скрупулезно собирал информацию, так и И.Е. Суриков, внимательно вчитываясь в текст геродотовской Истории, привлекая другие источники и опираясь на новейшие достижения и выводы западноевропейских исследователей конца XX – нач. XXI вв., показывает объективную картину становления Геродота как историка с широким кругозором, которого интересовали не только и не столько военные и политические события, но также повседневная жизнь и культура эллинских и варварских народов .

Геродот в изображении И.Е. Сурикова предстает перед читателем не только как правдивый и добросовестный автор и исследователь со всеми достоинствами и недостатками, которые успешно раскрыл и объяснил английский историк Дж .

Майрс250, но и как величайший античный писатель и мыслитель, информацию которого можно интерпретировать с историко-философской и этно-культурной точки зрения .

Книга И.Е. Сурикова состоит из небольшого предисловия (от автора, с. 5в котором ученый намечает главные вехи своего исследования, подчеркивая, что его книга не только о Геродоте как писателе и исследователе, художнике слова и мысли, но и о его «Истории», а также и о его времени, и о том мире, в котором он жил и творил. Поскольку зрелость Геродота приходилась на время так называемого «греческого просвещения», то есть 479-431 гг. – время расцвета философской мысли, постановки бессмертных трагедий Эсхила и Софокла; время формирования риторики и политической мысли, поэтому И.Е. Суриков пытается понять то место, которое занимал Геродот в этом политическом и интеллектуальном горении .

Основная структура книги включает Пролог (С. 11-42), пять глав (С. 43-360) и Эпилог (С. 361-397). В Прологе, получившем название «Эллины и варвары», И.Е. Суриков характеризует их жизнь в сравнении. Рассматривая греков, которые изначально формировались как городская культура и цивилизация, автор совершенно справедливо указывает на такие важнейшие их особенности как наличие полисов, являвшихся гражданскими общинами и городскими центрами .





Для них были характерны самоуправление или прямое народоправство, реализующееся в народном собрании граждан, в совете, а также в выборности и сменяемости должностных лиц; дух соревновательности, о котором рассказывает Гесиод, рассуждая о доброй и злой Ириде .

В данном случае мне представляется, следовало бы дополнить мнение автора, отметив, что процесс развития греческих полисов был далеко Myres J.L. Herodotus Father of History. Oxf., 1953. P. 31 .

неоднородным. Ко времени Геродота в Греции существовали два могущественных полиса дорийская Спарта и ионийские Афины, различающиеся между собой особенностями дорийского и ионийского менталитета. Для Спарты характерным было тоталитарное устройство, в котором государство в лице двух царей, геронтов и эфоров держало в повиновении всех спартиатов, неполноправных периэков и рабов – илотов. Законы в Спарте приравнивались скорее к суровым обычаям .

Афины были демократическим полисом, в котором граждане являлись свободными в выражении своих мыслей и в своих действиях. Правда, свобода ограничивалась, прежде всего, самими гражданами мужского пола, которые осознавали недопустимость таких действий и высказываний, которые могли навредить как отдельным лицам, так и всему гражданскому коллективу. В Афинах также важнейшую роль играл закон, но в отличие от Спарты он являлся нормативным актом, имевшим юридическую силу .

И.Е. Суриков отмечает, что Геродот в силу уже сложившегося представления выделяет эллинов и варваров. Хотя последние являлись для него врагами, тем не менее, он не проводил между ними различия антагонистического характера. Именно по этой причине Плутарх назвал его «филобарбарос»

(любитель варваров). И.Е. Суриков совершенно прав, отмечая, что эллины первоначально варварами называли тех, кто говорил на чужом непонятном для них языке. Более близко эллины познакомились с варварами в процессе колонизации .

Однако интерпретация результатов этого знакомства побуждает к возражениям. Автор утверждает, что в архаическую эпоху не существовало принципиальной враждебности между эллинами и варварами, и Греция в это время еще не отделяла себя от грандиозного мира Древнего востока (С. 24сл.)251 .

Выделив и в целом правильно охарактеризовав важнейшие особенности мира эллинов, И.Е. Суриков нечетко и расплывчато изображает мир варваров, т.е .

Восток. Судя по описанию Геродотом Египта, Вавилонии, Персии и Индии, можно считать, что культура и цивилизация этих народов была изначально аграрной. Этим и объяснялось существенное различие между эллинами и народами Древнего востока в религиозном, социальном, общественнополитическом и правовом отношениях .

По крайней мере, греки не могли не обратить внимания на то, что царская власть в эллинских полисах имела тенденцию к ослаблению и к VII в. до Р.Х. она исчезла в большинстве из них, в то время как в древневосточных государствах она напротив усиливалась и В отечественной историографии эта идея была уже высказана К.К.Зельиным (см. его Борьба политических группировок в Аттике в VI в. до н.э. М., 1964) и В.П. Яйленко (см. его Архаическая Греция //Античная Греция. Т. I. М., 1983. С. 128-193), поддержавшими концепции современного скептического направления в западноевропейской историографии второй половины XX в. Об этом более подробно см. Фролов Э.Д. Рождение греческого полиса. Л.,

1988. С. 18сл., особ. С. 141 сл .

приобретала характер деспотической252. Геродот, несомненно, видел эти различия и, собирая материал о жизни этих народов, пытался понять и объяснить их. Также и вся совокупность источников о греко-варварских отношениях в период эллинской колонизации свидетельствует о том, что в большинстве районов Средиземноморья и Понта они были далеко не мирными253 .

В заключительной части Пролога И.Е.Суриков возвращается к идее сравнения эллинов с варварами и совершенно правильно отмечает, что в представлении Геродота варвары являлись полной противоположностью грекам, для которых основой их жизни были свобода и закон, в жизни же варварских народов господствовали рабство и произвол .

Недостаточно четко в Прологе объяснены и причины Греко-персидских войн, как их понимал Геродот (см. С. 28). «Отец истории», стремясь сохранить для потомков ценный человеческий опыт, подразумевал прагматическое понимание сущности истории как науки, то есть считал, что она способна учить людей извлекать уроки из ошибок прошлого. Но поскольку Геродот жил и творил в эпоху, когда религиозно-мифологическое мировоззрение сосуществовало с рационалистически-философским, это не могло не сказаться на взглядах историка. Он сочетал элементы религиозности (учение о роке, завистливости божества, провиденциализме; веру в чудеса, оракулы и предсказания) с рационалистическими суждениями о причинно-следственных связях. Это особенно заметно на примере его интерпретации причин и поводов Грекоперсидских войн. Руководствуясь традиционным представлением, связанным с религиозно-мифологической идеей божественного воздаяния, о том, что исторические события – это цепь взаимных обид () и возмездий (), Геродот перечисляет обиды, нанесенные друг другу эллинами и варварами, начиная с глубокой древности. Но особенно историк придавал большое значение Ионийскому восстанию и действиям Аристагора, которые, по его мнению, рассматривались персами как серия обид, требующих возмездия (Hdt. V. 28сл) .

Собранный Геродотом материал позволяет признать, что он различал общие и специфические причины войны. Общей причиной в представлении Геродота, по-видимому, была совокупность всех и. Конкретной же причиной или поводом () Геродот считал участие афинян и эретрийцев в Ионийском восстании (Hdt. V. 97; 105-106). Оценивая значение Ионийского восстания и его место в цепи исторических событий, Геродот полагал, что оно открывало новую главу в борьбе между эллинами и варварами, истоки которой он относил ко времени Креза. Эта борьба должна была вовлечь в конфликт с варварами всех греков, а не только тех, которые жили в Азии .

Наряду с религиозно-мифологической идеей о взаимных обидах и возмездиях у Геродота обнаруживается и рациональное объяснение возникновения Греко-персидских войн. Согласно этому объяснению, он считал, К этому см. «Зарождение древнейших классов обществ и первые очаги рабовладельческой цивилизации». Часть 1 и 2 / Под ред. И.М.Дьяконова. М., 1983-1988; История древнего мира .

Кн. 1-3 / Под ред. И.М.Дьяконова и др. М., 1983-1989 .

См. Фролов Э.Д. Ук. Соч. С. 157 .

что эти войны являлись результатом роста персидского могущества, обусловленного военной и политической активностью первых персидских царей из династии Ахменидов. Этот взгляд Геродота наиболее ярко отразился в знаменитом диалоге Ксеркса и Артабана (Hdt. VII. 50)254 .

В первой главе в соответствии с ее названием «Родина, большая и малая»

(С.43-82) И.Е Суриков описывает появление греков в южной части Балканского полуострова и на островах Эгеиды, рассказывает о районах расселения греков в процессе Великой греческой колонизации VIII- VI вв. до.Х. Особенно он выделяет территорию М. Азии, образно назвав ее «Перекресток культур», и завершает главу описанием малой родины Геродота Галикарнасса. И.Е Суриков очень кратко касается первой волны переселения греков-ахейцев, появившихся на юге Балканского полуострова в III-II тыс. до Р.Х., с которыми связано изобретение древнейшего письменного греческого языка (слоговое письмо «Б») и возникновение ахейской или микенской цивилизации. Он отмечает, что государственной структурой этой цивилизации были дворцовые царства, опиравшиеся на бюрократический аппарат, что сближало их с государствами Древнего Востока (С. 43сл)255 .

Новая волна грекоязычных племен появилась в конце II тыс. до Р.Х .

«Пришельцы, – как отмечает автор, – сокрушили ахейскую цивилизацию, разрушили и сожгли дворцы. На их пепелищах несколько столетий спустя зародился полисный мир» (С. 44). Мне кажется, нецелесообразно противопоставлять две волны индоевропейского грекоязычного переселения .

Материальная и духовная культура Микенской цивилизации оказала серьезное влияние на формирование полисной структуры Древней Греции. И.Е Суриков приводит устоявшееся мнение о том, что предки греков были степными кочевниками (С. 44) и, оказавшись в новых географических условиях, им пришлось приспосабливаться к новому образу жизни. Не совсем понятно из текста, каких предков имеет в виду автор. Если же это были ахейцы, а скорее всего речь может идти о них, то они также были народом индоевропейского происхождения. Но считать, что они до прибытия на Балканский полуостров жили где-то в степях и были кочевниками маловероятно. В столь глубокой К вопросу об интерпретации Геродотом причин возникновения Греко-персидских войн см .

Доватур А.И. Ук. Соч. С. 113сл.; Фролов Э.Д. Факел Прометея. Очерки античной общественной мысли. Л., 1961. С. 104сл.; Строгецкий В.М. Возникновение и развитие исторической мысли в Древней Греции / на материале изучения Исторической библиотеки Доодора Сицилийского .

Учеб. Пособие. Горький 1985. С. 9-12; Он же. Ионийское восстание и позиция Спарты // ВДИ, 1973. №3. С. 134-144 .

Безусловно, дворцовые комплексы являлись важным фактором государственной структуры ахейской цивилизации. Но археологические данные свидетельствуют о том, что в XIV-XIII вв .

уже сложились два типа ахейских городов. Первый – это крупные города (Микены, Тиринф, Пилос), центры политической власти и разнообразного ремесленного производства; другой тип

– это небольшие города или городские поселения с развитой ремесленной деятельностью .

Особое внимание привлекает Милет, основанный еще критянами, а с XV в. ставший ахейским городом (Блаватская Т.В. Ахейская Греция. М., 1966. С. 115сл; Она же. Греческое общество II тыс. до н.э. и его культура. М., 1976. С. 60сл; Бартонек А. Златообильные Микены. М., 1991. С .

150сл .

древности в период господства примитивных традиционных культур кочевники оставались бы кочевниками и искали места поселения, соответствующие их образу жизни. Сегодня, к сожалению, ни одна из версий решения проблемы прародины индоевропейцев (степи Северного Причерноморья, Центральная Европа, Анатолия) не получила общего признания, тем не менее анатолийская теория, предложенная Т.В. Гамкрелидзе и В.В. Ивановым 256 мне кажется ближе всего к истине. И если предки греков были выходцами из М.Азии, то для ахейцев и для их потомков эллинов море, а не степи было их родной стихией. Поэтому морское дело для ахейцев и эллинов было важнейшим видом занятий .

Особое место, как уже отмечалось, автор уделяет малоазийскому побережью Эллады, в частности Ионии и Дориде. Первая стала местом рождения эллинской науки, философии и литературы, а вторая родиной Геродота .

Описывая родной город Геродота Галикарнас, Суриков отмечает, что историк очень мало говорит о своей малой родине. Он считает, что именно это характеризует «отца истории» как объективного ученого, лишенного «местечкового патриотизма». Но можно это объяснить и по-другому. М.Азия действительно была «перекрестком культур». И здесь людей со смешанным происхождением было гораздо больше, чем где-либо в Элладе. Геродот, как это подчеркивает автор в следующей главе, имел корни как эллинские, так и карийские. Литературная традиция сохранила много примеров того, как творчество человека развертывается не на его родине, а в том полисе, куда он переселился, либо гонимый внешними обстоятельствами, либо уехавший по своей воле. Нередко становились творцами люди или не имеющие эллинского происхождения, или родившиеся от смешанных браков257. К таким людям как раз и относится Геродот, поэтому для него не был свойственным полисный патриотизм .

Во второй главе книги «Поиски пути» (С. 82-183) И.Е.Суриков исследует родственные узы Геродота и их влияние на интеллектуальное творчество и мировоззренческие позиции будущего историка; рассматривает пребывание Геродота на Самосе, и объясняет, почему именно здесь он начал писать свою Историю (С. 96-117). Особенное значение И.Е.Суриков придает поездке Геродота в Дельфы (С. 117-152) и в Афины (С. 152-177). Смешанное происхождение Геродота могло послужить важным психологическим фактором, способствовавшим формированию творческого потенциала Геродота. Главной же причиной, безусловно, был его талант, раскрыться которому способствовал как его дядя или двоюродный брат Паниасид, выдающийся эпический поэт, так и то прекрасное образование, которое Геродот получил, как выходец из аристократической семьи. Паниасид, как считает автор книги, вовлек его в политическую деятельность. Паниасид и Геродот участвовали в заговоре против тирана Лигдамида. Это произошло, по мнению автора, в 468/467 г. до Р.Х .

Заговор не удался, Паниасид погиб, а Геродоту удалось бежать на Самос. Здесь Гамкрелидзе Т.В., Иванов В.В. Индоевропейский язык и индоевропейцы. Т. 1-2. Тбилиси,

1984. Особ. Т II. C. 859 сл .

Зайцев А.И. Культурный переворот в Древней Греции VIII-V вв. до н.э. Л., 1985. С. 39сл .

он, прежде всего, изучил ионийский диалект и затем обратился к написанию Истории. Геродот, своим воспитанием подготовленный к интеллектуальной деятельности, сознательно выбрал для себя путь историка-исследователя. Он решил, опираясь на сформулированную ионийской философией способность осмысленно воспринимать и понимать события и поступки людей с помощью наблюдений (), расспросов (), выслушиваний () выделить прямую и косвенную информацию, проверить ее достоверность и прийти к собственным умозаключениям ( или ). Эти способы, позаимствовав из эпической поэзии и ионийской философии, Геродот впервые решил применить к исследованию в области истории258. Таким образом, именно на Самосе Геродот нашел свой путь и поэтому в своей Истории он уделил этому острову значительное внимание .

Геродот был человеком религиозным, и для него паломничество в Дельфы имело не меньшее значение, чем для сегодняшнего мусульманина поездка в Мекку, а для православного – на Афон. Однако его пребывание в Дельфах было связано не только с религиозными, но и с познавательными целями. Он близко сошелся с дельфийским жречеством и, возможно, был допущен к знакомству со священными книгами ( ). Во всяком случае оракулярная традиция, идея провиденциализма и вера в высшую божественную истину заняли весьма важное место в его концепции историописания .

Геродот, образованный интеллектуал с философским складом ума, не мог не побывать в Афинах, которые ко времени его зрелости действительно превратились в школу всей Эллады. Правда, традиционная дата появления Геродота в Афинах в 445 г. вызывает целый ряд трудностей, которые отмечает И.Е.Суриков (С. 164сл). Поэтому его гипотеза о том, что историк установил тесные контакты с Афинами еще в 60-е гг. V в. и был связан скорее с кружком видных деятелей, группировавшихся вокруг Кимона, чем вокруг Перикла, вполне убеждает. Во всяком случае, эта гипотеза подтверждается тем, что отношение Геродота к Периклу было весьма сдержанным, если не сказать недружелюбным .

Как аристократ Геродот тяготел к демократии клисфеновского типа. Имперская политика Перикла как по отношению к Спарте и Пелопоннесскому союзу, так и в отношении к собственным союзникам в Афинском морском союзе вызывала враждебные чувства к Афинам, а у друзей Афин недоверие к Периклу .

В этой обстановке Геродот, оценивая роль Афин в Греко-персидских войнах, смело и объективно объявил Афины спасительницей Эллады. Так что вполне возможно, как считает И.Е.Суриков (С. 176), предложение о почестях, оказанных «отцу истории» в Афинах, исходило от группировки Филаидов, аристократического рода, враждебного Алкмеонидам. Но в 444 г. Фукидид, сын Мелесия – лидер Филаидов, подвергся остракизму, а Перикл одержал В современной историографии это мнение нашло отражение в работах следующих исследователей: Bakker E.J. The Making of History: Herodotus Histories apodexis // Bakker E.J.;

Jong I.J. F. De; Wees H. Van (ed) Brills Companion to Herodotus. Leiden, Boston. P. 3-32, besond .

15-19; Schepens G. History and Historia: Inquiry in the Greek Historians // A Companion to Greek and Roman Historiography. Vol. I / ed. By J. Marincola. Blackwell, 2007. P. 39ff .

окончательную победу. Поэтому Геродот покинул Афины, приняв участие в основании колонии Фурии .

В третьей главе своей книги (С. 184-230) И.Е.Суриков показывает, что коренное отличие Древней Греции от стран Древнего Востока заключалось в том, что в Элладе достаточно рано возникли развитые формы исторической памяти, имевшие тенденцию к постоянному совершенствованию от мифологии, которую уже Эвгемер рассматривал как отражение реальности, через эпическую и лирическую поэзию к логографам - ранним представителям античного историописания. Грекам также была чужда хронографически-летописная фиксация событий, присущая Древнему Востоку. К сожалению, И.Е.Суриков не дает этому четкого объяснения. Но оно вытекает из общего сравнения эллинского и варварского миров. Главной особенностью мышления эллинов были, прежде всего, его светский характер, рационализм и приоритет разума .

Важнейшим содержанием эллинского рационализма была секуляризация сознания и возникновение науки и философии, противостоящих религии,а также утверждение представления о космическом порядке, определяемом не волей бога

– властителя, а властью закона. Эта мысль была впервые выражена древнегреческим философом Гераклитом Эфесским (VI в. до н.э.), который утверждал, что «мир (космос) един, не создан никем из богов и никем из людей;

он есть огонь; закономерно воскресающий и закономерно потухающий». Поэтому эллинский историк, как справедливо замечает И.Е. Суриков, «не сродни своему древневосточному, византийскому и древнерусскому коллеге», которые были хронистами, а эллинский историк являлся исследователем, каковым и был Геродот (С. 204) .

Завершая эту главу, автор сравнивает Геродота и Фукидида (С. 225сл), но не со всеми его выводами можно согласиться. Так, И.Е. Суриков считает Геродота «смеющимся» оптимистически настроенным историком. Фукидид в его понимании напротив» плачущий историк, историк-пессимист». В действительности же мировоззрение Геродота проникнуто значительным пессимизмом. В его рассуждениях чаще всего звучит грустная нота .

Пессимистический взгляд на жизнь как на зло широко распространен у Геродота (Hdt I.31; II.108; V.9; VII.146) .

Четвертая глава книги посвящена странствованиям и путешествиям Геродота (С. 231-323). В современной научной литературе творчество Геродота оценивается с историко-философской и этно-культурной точки зрения. Эта вторая точка зрения находит свое подтверждение в описании Геродотом стран и народов варварского мира. Геродот, прежде всего, обращал внимание на обычаи и образ жизни .

Особый интерес у отечественных исследователей вызывает рассказ Геродота о его путешествии к берегам Черного моря и в Северное Причерноморье. Наиболее ценным для читателей нашей страны является материал Геродота об истории Скифии. И.Е. Суриков дает краткую характеристику описания путешествия Геродота «К Северным пределам ойкумены» (С. 290-299), к сожалению не привлекая, несомненно, важный и ценный материал, прокомментированный Б.А. Рыбаковым, А.И. Доватуром, Д.П. Каллистовым и И.А. Шишовой259 .

Неразрешенной загадкой, как справедливо отмечает И.Е.Суриков, является то, что Геродот совершенно не упоминает о Фуриях – его новом отечестве, ставшем важной вехой в его биографии (С. 299-310). Как уже отмечалось, Геродоту не свойственно было чувство полисного патриотизма, а учитывая, что он за свою жизнь поменял много городов и, путешествуя, подолгу жил в разных местах, то оно у него не могло и сформироваться. Вместе с тем проживание в Фуриях и знакомство с Великой Грецией позволило Геродоту собрать и сохранить для современной науки ценную информацию, в частности о переговорах афинян и спартанцев с сиракузским тираном Гелоном о предоставлении помощи грекам и его возможном участии в Греко-персидских войнах .

Последнюю пятую главу книги автор неслучайно назвал «Наследник Одиссея» (С. 324-360). Во-первых, Геродот был воспитан на прекрасном знании эпической поэзии. Он и в своей Истории постоянно обращается к Гомеру и цитирует его. Во-вторых, Одиссей предстает перед читателем как хитроумный и весьма любознательный гомеровский персонаж. Своим любопытством и рассудительностью Геродот нисколько не уступает Одиссею. Любопытство побуждает человека к удивлению, а вместе они заставляет его задумываться, задаваться разными вопросами и поисками возможных вариантов ответа. Именно это имел в виду Гераклит, призывавший «подвергать все сомнению и доискиваться до истины». Геродот успешно применил это ионийское философское наследие в своей Истории .

Проблема религиозности Геродота является важной темой в науке .

И.Е. Суриков рассматривает ее, пытаясь найти место Геродоту в мире людей и богов (С. 336сл). Геродот, безусловно, религиозный человек, но будучи исследователем, он таковым, как справедливо отмечает автор, предстает и по отношению к религии. Вместе с тем И.Е. Суриков правильно подчеркивает, что Геродота нельзя сближать с Протагором. В том, что касается религии и богов, Геродот не был скептиком. Однако я бы не согласился с утверждением автора книги, что Геродота следует назвать консервативным религиозным мыслителем (С. 344). В противном случае пришлось бы Фукидида считать прогрессивным мыслителем, так как боги в его картине мира практически отсутствуют и тогда создалось бы впечатление, что мировоззрение Геродота было более отсталым и примитивным, чем у Фукидида. Такой подход сегодня уже не может считаться правильным. Ведь невозможно же утверждать, что мировоззрение академика Гинзбурга более прогрессивно, чем мировоззрение доктора А. Швейцера только потому, что первый – атеист, а второй – человек верующий, хотя они оба Рыбаков Б.А. Геродотова Скифия / Историко-географический анализ. М., 1979; Доватур А.И., Каллистов Д.П., Шишова И.А. Народы нашей страны в истории Геродота. Тексты .

Перевод. Комментарий. М., 1982. Правда, названия данной работы уже давно не соответствует реальности. После распада СССР Украина, Грузия, Армения и республики Средней Азии стали самостоятельными, независимыми государствами .

лауреаты Нобелевской премии. Просто мировоззрение у них разное. Столько же разными были Геродот и Фукидид .

Наиболее известные античные историки были также и политическими мыслителями. С этим соглашается И.Е. Суриков и поэтому называет Геродота самым ранним политическим мыслителем. В связи с этим, завершая свою последнюю главу книги, автор задается вопросом какое же, с точки зрения Геродота, государство лучше. Автор обращается к рассмотрению наиболее дискуссионного сообщения Геродота, передающего рассуждения персов о трех формах правления после свержения в 522 г. узурпатора мага Гауматы. И.Е .

Суриков утверждает, что исследователи единодушны в том, что персидские вельможи не могли вести такие споры и что дискуссия – плод вымысла самого Геродота. Конечно, манера изложения и терминология, используемая Геродотом, являются типично греческими. Тем не менее, ряд отечественных и зарубежных исследователей считают, что рассказ Геродота основан на подлинной персидской традиции260, да и комментарий, которым Геродот снабжает свое сообщение, высказан в такой форме, что побуждает считать его слова искренними (Hdt .

III.80) .

Отвечая на вопрос какое государство, согласно Геродоту, лучше, можно согласиться с автором книги, что для Геродота таким государством должен быть полис. Но И.Е. Суриков неправ, когда утверждает, что для Геродота безразлично каким должен быть полис: олигархическим, монархическим или демократическим. Рассуждения Геродота склоняют меня к мысли, что Геродот считал лучшим тот полис, в котором демократическое устройство соответствовало бы эпохе Клисфена или Кимона .

Что же касается тирании, то, безусловно, И.Е.Суриков прав, отношение Геродота к ней было неоднозначным. Но, безусловно, к жестокости тиранов он относился отрицательно. Однако замечание, которое высказывает автор, о том, что «тираны были жестокими потому, что жестоким было само время, породившее их (С. 358), я считаю недопустимым, ни по отношению к древним, ни по отношению к современным тиранам. Жестокими жизнь и время становятся не сами по себе. Такими их делают жестокие и кровожадные тираны или диктаторы. Подобные высказывания, которыми оправдывается древняя тирания, сегодня можно услышать и из уст тех, кто стремится обелить преступления Ленина, Сталина и их соратников, по вине которых погибли миллионы невинных людей .

Свою книгу И.Е. Суриков завершает эпилогом, назвав его «Геродот в веках» (С. 361-397). Отмечая, как оценивали Геродота в древности, автор подчеркивает, что он рано стал восприниматься как «отец истории», но также рано – если не раньше – в нем стали видеть «отца лжи», выдававшего сказочные выдумки за истину (С. 378). Одним из первых критиков Геродота, по мнению М.А. Дандамаев (Политическая история ахеменидской державы. М., 1985, С. 80) отмечает, что отечественные исследователи В.В.Струве, А.И.Доватур, И.М.Дьяконов и некоторые западные ученые считают, что рассказ Геродота основан на подлинной персидской традиции и вовсе не является вымыслом историка .

И.Е. Сурикова, был Фукидид. Противопоставляя свой труд сочинениям логографов, Фукидид, как считает автор, под видом абстрактных логографов имеет в виду конкретного писателя, каковым был именно Геродот (С. 374) .

С этим утверждением никак нельзя согласиться. Как известно, о логографах сообщает Дионисий Галикарнасский в трактате «О Фукидиде» (гл. 5). Это сообщение Дионисия И.Е. Суриков цитирует, но также как и его предшественник В.Г. Борухович, он приводит этот текст не полностью, опуская весьма важную заключительную его часть, где Дионисий указывает на коренное отличие Геродота от логографов. Для большей убедительности целесообразно привести здесь полный перевод этой заключительной части пятой главы.

Дионисий пишет:

«Но Геродот Галикарнасский, который родился незадолго перед Персидскими войнами и дожил до Пелопоннесской войны, предложил разумный и более ясный план (…,…). Он решил не писать историю одного города или одного народа, но собрать вместе мнения о многих и различных событиях, которые произошли в Европе и Азии и объединить их в едином всеобъемлющем сочинении. Отправной точкой в своей работе он делал повествование о Лидийском господстве и довел свой рассказ до Персидских войн, включив в единое изложение все важные события, которые произошли в Греции и варварском мире, он добавил к своему стилю качества, которыми прежние историки пренебрегли ( ) .

Итак, если бы Фукидид причислял Геродота к логографам, то, учитывая характеристику, данную Дионисием Геродоту, я полагаю, что он обязательно использовал бы это в своих критических замечаниях по отношению к Фукидиду .

Поэтому, негативно оценивая творчество логографов, Фукидид, скорее всего, имел в виду только этих ранних историков. Не называет же их он по имени только потому, что их действительно было много. Главная причина, почему Фукидид совершенно не упоминает Геродота, прежде всего, заключается в том, что он ставил перед собой совершенно другие цели, а также выдвинул свою собственную историческую концепцию, отличную как от Геродота, так и тем более от логографов. Это подтверждает и Дионисий, отмечая, что Фукидид придумал свой собственный язык и стиль, чтобы таким образом отделить себя от всех предшествующих историков (De Thucydid. 50-51) .

Что же касается эллинистических авторов, то парадокс заключался в том, что они, находясь под влиянием Геродота, читали его и смотрели на мир его глазами. Критикуя «отца истории» и обвиняя его во лжи, они стремились таким образом утвердить свою сомнительную независимость от геродотовского повествования и убедить читателей в том, что их информация, их способ изложения лучше, чем у Геродота. Но на поверку оказывалось, что их критика чаще всего была субъективной, а сведения далеко не всегда являлись надежными и достоверными .

В Римский период, особенно начиная с эпохи Августа, несмотря на критическое отношение к Фукидиду Дионисия Галикарнасского его История стала образцом для подражания историков этого времени вплоть до А. Марцеллина .

В средние века как древнегреческие авторы и Геродот были забыты, так и древнегреческий язык вышел из употребления. Только с эпохи Ренессанса и возвращения древнегреческого языка в Европу стал возрождаться интерес к древнегреческой литературной традиции. С этого времени и до сегодняшнего дня имя Геродота не сходит со страниц книг и статей западноевропейских ученых .

В отечественной историографии Геродот и его История становились не столь часто объектом глубокого и серьезного исследования. И.Е. Суриков отдает дань уважения и высоко оценивает труды своих предшественников Ф.Г .

Мищенко, С.Я. Лурье, А.И. Доватура и др. Но приходится с сожалением признать, что с момента их написания прошло достаточно много времени. Так последняя из упомянутых работ, книга А.И. Доватура («Повествовательный и научный стиль Геродота. Л., 1957) была издана 53 года тому назад. Поэтому книга И.Е. Сурикова является весьма своеобразной, необходимой и востребованной, прежде всего для российского читателя .

Заключительный раздел своей книги И.Е. Суриков неслучайно назвал «Геродот – наш современник». «Современность» Геродота, которого волновали, так называемые «структуры повседневности», открыли ученые XX в. и прежде всего французские исследователи школы Анналов. Они обнаружили, что концепция историописания Геродота вполне отвечала тем целям и задачам, которые они ставили перед собой. «Их влекло к себе понимание истории того или иного социума как целостной системы, для постижения которой нельзя выпячивать одни стороны бытия за счет других (например, экономики, политики или идеологии – В.С.), а нужно стремиться увидеть в ней некое единство, уловить внутренние имманентные связи» (С. 394) .

В конце XX – в нач. XXI вв. «История» Геродота стала импульсом для появления новых интереснейших исследований, авторы которых обнаружили у Геродота важные наблюдения, связанные с возникновением исследовательского подхода в области истории, а также его попытку восприятия и понимания окружающего мира через призму межкультурных контактов и коммуникаций .

Итак, И.Е. Суриков одним из первых отечественных исследователей отметил важность и значимость новых подходов в оценке античной историографии, сложившихся в европейской науке к началу XXI в .

Исследователи стали рассматривать творчество Геродота с историкофилософской и этно-культурной точек зрения .

–  –  –

СНЕГ НЕ СКРИПЕЛ…

Снег не скрипел, — был мороз слишком мал: минус пять или даже меньше. И с веток берез снег спадал, но опушкой лебяжьей снег по дубовым ветвям, и на стыках стволов, и на крыльях елей лепился и там был готов, несмотря на усилья хвои его отрясти, меж иголок зеленых остаться вплоть до весны. По пути утомленных к нему наклоняться так и тянуло. Но он был повсюду — и сверху, и снизу:

на поле — по горизонт, и грудою или карнизом — там, где за рощей простор опускался в долину; а в небе он же сплошные простер пелены .

*** Половину в пробеге рвавшихся снегом дойти до излучины речки в долине вымотал морок пути, и измученной той половине — лучшей — казались смешны усилия тех, кто пытался вычертить ровно лыжни: беспричинный их смех раздавался чаще и чаще, — они запросили привала. Поляну в смешанной чаще за миг до того покрывала стеклянным куполом зимняя тишь, а теперь снег сметен был с упавшей ели, и сели без лыж утомленные, и, запыхавшись, всё не могли совладать ни с дыханьем, ни с приступом смеха .

Но тишины благодать в сочетании с гулкостью эха скоро приелась. Тогда стали хворост сносить, расчищали место костра, и еда появилась, и скоро пылали сучья, коптя котелок запотевший с водой снеговою .

*** Я отошел: я не мог налетевшей тоски успокоить .

«Полно, да что за беда? Ну, останемся здесь!», — но бежали лыжи (и знали куда) неустанно. Прогалин скрижали Юрий Анатольевич Шичалин – доктор философских наук, профессор Свято-Тихоновского университета, директор Греко-Латинского кабинета, Москва .

жалили взор, — для меня были явственны их указанья:

чаща, за ней косогор; влево взяв, удлиню расстоянье, но обойду бурелом и справа по кромке оврага выберусь к дубу; потом — за кустами канава, но — шагом, медленней, не торопись: наст не выдаст и выдержит; ближе к соснам держаться и — вниз: вот он, выезд, — и замерли лыжи, и онемела душа. Задохнусь. Опереться на палки .

Я ведь тут не был. И пусть. Та ведь — в детстве. Другая. А жалко .

Та. Или кажется? Нет: несомненно она, та долина .

Таяли наледи лет. И сквозь годы ко мне беспричинно радость вернулась. Размяв рукавицы, крепленья поправив, вниз устремляюсь стремглав, и крупицы сомненья — не вправе их отмести без суда — отметаю взмывающим строем сосен, — и пусть никогда, снег взрывая, я этой горою прежде не мчался, она — и куда хороша, и знакома .

*** Тут я увидел его... — Как его не приметил я сразу? — И на снегу до того был он светел, что краешком глаза я, не косясь, за взгляд и лицо зацепился, — смятенье сблизило нас; я назад не спешил, но, оцепененье преодолев, повернулся, — а тот все стоял неподвижно я осмелел и шагнул, и вперед зашагал, и на лыжный след ступил, оставленный мной, — все равно возвращаться я уж решил — да и время — домой: начинало смеркаться .

Вдруг я узнал — не его, а себя, вдруг вспышкою вспомнил:

я опоздал, я отстал от ребят, но меня вдруг наполнил странный покой, я остался один, я господствовал в мире;

я над рекой, я реки господин во всей ее шири белой и снежной; за нею — леса, и — ширью безбрежной — поле, а между стогов полоса дороги, проезжей только зимою — в мороз, а летом — луга и болота.. .

В этот покой я как врос, но следом заметил, что кто-то темною тенью скользнул меж сосен в долину по склону:

стал, назад повернул, взор бросил, вдали удивленно замер… *** Но мне уже время домой: начинало смеркаться, я уж решил своей же лыжней дотемна возвращаться .

Сумерки — словно черта короткого дня светового, сыпаться снег перестал, и цвета обнаружились снова:

рдяный и чуть синевы, и лазурь с позолотой закатной, серая муть и лиловая хмурь в неподвижности ватной .

Стало морозить сильней. Я люблю состязание с тьмою!

Розовый снег все синей, шаги тороплю, а зимою — это особенный ток в мороз пламенеющей крови, иней вкруг рдеющих щек, белесые волосы, брови, шарф, воротник, и шапка, и всё, куда, вылетая, выдоха жар проник... Пересек без труда я по краю длинную тень перед самым уже поселком — тут в рыжем зареве кончился день, но солнца осколком над крышей дыма ствол догорал .

*** Сквозь шелк абажура мерцала лампа, и ужин уже призывал за стол, дав жар, догорала печь. Я вошел: блаженство тепла, уюта, покоя... — как хорошо прогулка прошла, но что-то такое произошло, чем был я смущен, а впрочем, пустое.. .

Ах, как тепло... — тот лыжник, но он... — нет, право, не стоит думать о нем... После ужина — чай и бабушкин хворост, тьма за окном... «Отогрелся, я чай? Уж спишь, или хворость одолевает?» — «Ничуть, просто я разомлел...». «Что ж, бывает .

Хочешь соснуть?» — «Я б хотел рассказать...». — «Эк, щеки пылают...» .

Я б не спеша рассказал по порядку, но, споря с рассказом, сон, смежавший глаза, растворял согревшийся разум негой нахлынувших грез, я дремал, и в сонном мираже — снег не скрипел, был мороз слишком мал, минус пять или даже меньше.. .

–  –  –

О России много говорить не надо .

Что о ней, России, говорить?

Сергей Дмитриевич Муратов – православный священник, педагог, музыкант. В 1991 г. был призван к служению в Русской православной церкви. В 2005 году окончил Нижегородскую духовную семинарию, защитил дипломную работу по православной педагогике .

Вот дожить бы, брат, до листопада, Чтоб по жёлтым листьям походить .

Может, скажет кто: «Нашёл забаву.. .

Вон в Китае лист ещё желтей» .

Нет. Ты подавай-ка мне: дубраву, Белые берёзки; пескарей – В речке Вязовке, что помню с детства, Чтоб забросить удочку с моста;

В церковку зайти, что по соседству – Приложиться к образу Христа.. .

Подавай не подавай, нескоро Окажусь я у родных ворот, Только вот я вряд ли слёзы скрою На пороге дома, где живёт Дух отеческой любви и нежность мамы, Братьев смех и детская возня, Дедом сделанные окон рамы.. .

Сколько ж лет всё было без меня?

Господи, дай время и возможность Прикоснуться к ангелам в саду .

К ним неслышно, очень осторожно, С умиленным сердцем подойду – Чтоб калитки скрип их не встревожил, Я её тихонько отворю .

Только дай, Всемилостивый Боже, Вновь увидеть Родины Зарю .

О России много говорить не надо .

Что о ней, России, говорить?

Кто-то ищет земли Эльдорадо, Нам же, брат, в России надо жить .

Благословение Как-то в детстве заглянул я в сундучок, Где хранились вещи, сердцу дорогие. – Смотрит на меня с дощечки старичок, А глаза живые, грустные такие .

На главе как будто - царская корона, Звёздочки по краю, книга на руке, Буковки видны какие-то в сторонке, А на обороте - дырочка в доске .

И спросил я маму о своей находке:

Что это такое? Что за старичок?

Отвечала мама:

Николай Угодник, Прижимая крепко к сердцу образок .

Он такой хороший, нам он помогает.. .

Видишь, он десницей всех благословляет?

И тебя, сыночек, я благословлю Этой вот иконкой на всю жизнь твою .

Скоро полстолетний встречу день рожденья – Николай Угодник и сейчас со мной .

Мамина иконка, как благословенье .

Чувствую касанье я руки родной Сочельник (песня) Я - перед иконой Древней, намоленной .

Огонёк лампады, От свечи зажжённый, Будто капля света – В золото одета .

На душе так тихо, Словно песня спета .

Так же тихо в храме, А в оконной раме Показались звёзды .

Говорю я маме, Что прошёл Сочельник, Сладко пахнет ельник, И кружит снежинки Ветерок-затейник .

Лица просветились – И сердца забились .

Фейерверком звёзды Будто преклонились .

И явилось Слово, И встречаем снова Вечный праздник Жизни – Рождество Христово .

*** Как горько и обидно мне за тех, Кто по крещенью как бы православен .

Но, словно яд, течёт их сатанинский смех С поганых уст, - из-под рубахи камень Готовы бросить Церкви в огород Не иноверцы - нашенский народ .

А с виду все они благообразные И любят рассуждать о гуманизме .

Конечно, темы их бесед бывают разные:

О милосердье, хлебе, терроризме.. .

Как мир спасать, решают круглый год Не иноверцы - нашенский народ .

И всё вокруг своим аршином мерят, В чужом глазу малу соринку видят, Спроси у них о Боге - все в душе, мол, верят, Попов же, как известно, ненавидят .

Муть разглядят и среди чистых вод Не иноверцы - нашенский народ .

Не думают, что время истекает .

Живут как все: не пьют и не воруют. – Грехи?! Так как без них?

Они у всех бывают .

Вон дети - эти тоже озоруют .

И как бы невзначай лягнут Синод Не иноверцы - нашенский народ .

Одним мы миром мазаны, собратья .

Безумство Хама - скорбное событие .

Друг друга сколько ж будем грязью обливать-то?

По вере нашей будет наше житие .

Пока печальный ждёт нас всех исход, Не иноверцев - нашенский народ .

Подходим все под общий знаменатель – Не каемся, а только согрешаем .

Но всё же к благу волен обратить Создатель Те мерзости, что люди совершают, Когда, собравшись вместе, наш народ Начнёт свой покаянный Крестный ход Молитва (песня) Господи!

Отчего ж мы душою ветшаем?

На вопрос этот нет мне ответа .

Мы и Книгу Твою не читаем, И не ждём за ночами рассвета .

Ты пришёл и принёс нам надежду, Но ведь мы не стоим пред Распятьем – Ни о «брачной», ни «ветхой» одежде Нет у нас никакого понятья .

Всё равно - Ты прости нас, мой Боже, Наши души, как мрачные тени.. .

А Распятье Голгофы, быть может, Призовёт нас упасть на колени .

Ты прими нас, как Блудного сына, Как смоковницу, нас не отвергни .

Чтобы с брачного пира нас в спину Не погнали - и в тьму нас не ввергли .

Ты прости нас, детей окаянных, Хоть того мы, конечно, не стоим .

Костенеем в грехах постоянных, Маршируем к погибели строем .

Дерзко, дерзко просить снисхожденья, Когда в лености бьём мы баклуши.. .

Пусть же Свет Твоего Воскресенья Просветит наши тёмные души!

–  –  –

5 августа 2010 года исполнилось 70 лет одному из создателей кафедры культурологи, истории и древних языков НГЛУ им. Добролюбова, заведовавшему ею с 1996г., ныне профессору кафедры, доктору исторических наук, заместителю директора СГЛК ПФО РФ, Владимиру Михайловичу Строгецкому. Ректорат, Ученый совет, сотрудники и преподаватели, аспиранты и студенты НГЛУ поздравили в этот день авторитетного ученого-антиковеда, талантливого организатора, мудрого руководителя, педагога по призванию с замечательным юбилеем! Владимир Михайлович - автор более 200 научных публикаций, в том числе 10 монографий, научный редактор сборников научных статей, авторитетный знаток истории образования, традиций отечественной педагогики, известный ученый, специалист в области античной истории, культурологии и Римского частного права .

К этой дате Владимир Михайлович издал автобиографическую исповедь «Путь сквозь тернии», фрагменты которой публикуются в этом выпуске Альманаха .

*** «Я родился 5 августа 1940 года в г. Черкассы под Киевом. Здесь же учился в средней школе. В городе была хорошая библиотека и прекрасные библиотекари .

Я учился в 8 классе, когда одна из сотрудниц библиотеки собрала ребят, которые часто наведывались в библиотеку и начала с нами заниматься. Она учила нас правильно читать книги и стихи. Объясняла, как правильно писать эссе, рефераты, доклады. Как собирать необходимый материал. Мой первый доклад, который я подготовил под ее руководством, был о возникновении Донецкого угольного бассейна. Благодаря этой женщине я уже к 10 классу знал, что обязательно буду историком .

Окончил я школу в 1958 году. Отец устроил меня на почту радиомонтером .

Но работая радиомонтёром, затем помощником турбиниста на местной электростанции, я не оставил своего желания поступить на исторический факультет Ленинградского университета .

Поступив в 1960 г. на исторический факультет ЛГУ, я стал специализироваться по кафедре истории Древней Греции и Рима. Когда мы стали слушать лекции, наступил настоящий духовный пир. Читая книги по истории, готовясь к вступительным экзаменам, я встречал имена многих ученых, которых теперь я увидел воочию. Нам читали лекции В.В. Мавродин, К.М. Колобова, Н.Н. Залесский, А.И. Доватур, Д.П. Каллистов, М.А. Гуковский, Н.А .

Корнатовский и многие др. Был 1960 год – расцвет хрущевской «оттепели» .

Многие преподаватели только недавно вернулись из сталинских лагерей. Они хотели с лихвой восполнить то время, которое у них отобрали сталинские палачи Ежов, Берия и их приспешники. У меня до сих пор хранятся записи лекций К.М .

Колобовой, Н.А. Корнатовского, М.А. Гуковского .

Помня свою городскую библиотеку в Черкассах, в которой, мне казалось, было так много книг, я поразился богатством литературы, которую хранила и хранит научная библиотека ЛГУ. Привыкший к запаху книг и тишине читального зала, я после занятий пропадал в библиотеке. Благо она тогда работала до 10 часов вечера. Жили мы рядом с историческим факультетом и Пушкинским домом. Нужно было только перейти мост Строителей и дальше начиналась Мытнинская набережная, где и стояло наше общежитие. До 1917 года это была знаменитая на весь Питер Зоологическая гостиница. С общежития открывался прекрасный вид на Неву, на Зимний дворец, Дворцовый мост. Жизнь студенческая была великолепной и прекрасной. Но беда в том, что все, что прекрасно, часто недолговечно. Незаметно подошёл 4-й курс. Нужно было задумываться, как жить после окончания университета. Прежде всего, нужно было подумать о личной жизни. В 1964 году я женился. Моей избранницей стала Светлана Яковлевна в девичестве Томашевская .

После окончания университета я должен был бы отправиться учительствовать по государственному распределению в Ленинградскую область .

Но я, поступая в университет, не хотел быть учителем в школе. В результате переписки с вузами мне пришли два приглашения на работу в Хабаровский и Уссурийский пединституты. Я выбрал Уссурийск. В Уссурийске я был приписан к кафедре философии, так как в то время в Уссурийском пединституте исторического факультета не было, и я, работая на кафедре философии, читал и философию и историю. Кроме того, на факультете французского языка преподавал латинский язык. Воспользовавшись случаем, я попросил у руководства института направление в целевую аспирантуру в ЛГУ .

Приехав в Ленинград, я с радостным волнением отправился на родную кафедру. Меня встретили на кафедре, как родного человека. Здесь я сдал главный кандидатский экзамен, и моим научным руководителем стала К.М. Колобова доктор исторических наук, профессор, заведующая кафедрой истории Древней Греции и Древнего Рима. И вот в сентябре 1967г. я снова вернулся на родную кафедру уже в качестве аспиранта. Тема диссертации определилась: «Внешняя политика Спарты в VI в. до н.э.». Я стал собирать материал и читать литературу, я снова окунулся в творческую ауру читальных залов ленинградских библиотек. Но теперь у меня появились и серьёзные семейные обязанности .

Жизнь казалось, наладилась, но трудности возникли с моим научным руководителем. К.М. Колобова серьёзно заболела. Конечно, без научного руководителя писать диссертацию труднее, но мне никто не отказывал в помощи .

Это дало возможность познакомиться поближе с такими выдающимися учеными, как Э.Д. Фролов, Ю.В. Андреев, А.И. Доватур, А.И. Зайцев, Д.П. Каллистов, М.А. Дандамаев, и др .

Три года аспирантуры пролетели тоже быстро. Я собрал материал, прочитал много книг и статей. До сих пор у меня хранятся конспекты моих штудий .

Подготовил текст диссертации, но до защиты диссертации было еще далеко .

Аспирантура у меня была целевая, и я должен был вернуться в Уссурийск, где я продолжал работать над диссертацией и даже послал первые несколько статей в центральный журнал Вестник Древней Истории (ВДИ) .

Случилось так, что, расставшись с Уссурийском после трёх лет работы, я избрал город Горький, где я стал работать в ГГУ им. Н.И. Лобачевского с 1971г .

Кафедра оказалась достаточно интересной по своему составу. Здесь были представители московской школы, например, М.С. Садовская, к сожалению, ныне покойная. Она была ученицей московского проф. Дьякова. Представителями еще петербургской школы были Н.П.Соколов и Т.М. Червонная - выпускница кафедры средних веков ЛГУ, ныне покойные. Были также выпускники историкофилологического факультета Горьковского госуниверситета - ученики проф .

С.И. Архангельского и Н.П. Соколова: Е.В. Кузнецов, Е.Д. Воробьева, В.М. Меженин, В.С. Павлов и другие .

Я близко сошелся с Н.П. Соколовым и попросил его организовать семинар, подобный тем, которые были и в старой Петербургской школе и в то время, когда я учился на кафедре Истории Древней Греции и Древнего Рима. Речь идет о семинарах, в которых под руководством научного руководителя читали, переводили и комментировали произведения античных авторов. В 1971 – 1973 гг .

у меня вышла целая серия статей в журнале «Вестник древней истории». К этому времени я уже полностью закончил свою кандидатскую диссертацию, и в 1973 г .

успешно ее защитил в Совете Исторического факультета ЛГУ .

Работа на кафедре всеобщей истории ГГУ меня вдохновила. Со времени окончания ЛГУ в 1965 г. я впервые стал читать курсы по античной истории, вёл семинары и специальные курсы. После защиты кандидатской диссертации мое положение на кафедре изменилось. Уже в 1974 г. я стал старшим преподавателем .

Затем встал вопрос о создании кафедры истории Древнего мира и Средних веков и кафедры Новой и Новейшей истории. Кафедру истории Древнего мира и Средних веков возглавила Е.Д. Воробьева, специалист по истории Средних веков, а кафедру Новой и Новейшей истории возглавил сначала приезжий профессор, Мерцалов. Но он недолго проработал и уехал, а кафедру стал возглавлять В.М. Марченко, мой очень близкий друг, с которым мы вместе учились на истфаке ЛГУ, к соэжалению очень рано ушедший из жизни. 1977 г., после того как Е.Д. Воробьева по болезни ушла с заведывания кафедрой, я возглавил кафедру истории Древнего мира и Средних веков .

Я впервые возглавил коллектив преподавателей и сотрудников. Хотя и небольшой, но люди там были разные, они формировались как преподаватели и ученые под влиянием разных научных школ и традиций. Поэтому необходимо было выработать правила руководства таким коллективом. Жизненный опыт, пусть и небольшой, подсказывал, что главные гуманистические принципы должны быть в следующем: не мешать, помогать и заботиться о преподавателях и сотрудниках кафедры. Большую помощь мне оказывала старший лаборант кафедры В.А. Новожилова, которая и сейчас успешно трудится в деканате исторического факультета ННГУ. Я установил дружественные отношения сотрудничества не только с ленинградской кафедрой истории Древней Греции и Древнего Рима, где я и так чувствовал себя родным, но и с кафедрой Древнего мира МГУ, где тогда кафедрой руководил профессор В.И Кузищин. В ЛГУ кафедрой истории Древней Греции и Древнего Рима после смерти К.М. Колобовой стал руководить профессор Э.Д. Фролов. В.И. Кузищина и Э.Д. Фролова я приглашал на историко-филологический факультет университета им. Н.А. Лобачевского читать лекции, выступать перед преподавателями, аспирантами и студентами .

Итак, я, будучи воспитанником ленинградской школы, смог найти общий язык со всеми коллегами нашей кафедры. Со своими первыми студентами в Горьком я познакомился в 1971 г. на «картошке», то есть сельхозработах, куда посылали преподавателей и студентов местные партийные и государственные власти. Я узнал их во время лекций и семинаров. Поэтому, когда С.К. Сизов, В.А. Блонин, Г.В.Воронкова окончили университет, я принял участие в том, чтобы они остались на кафедре и поступили в аспирантуру. С.К. Сизова я рекомендовал в аспирантуру к Э.Д. Фролову в Ленинград. Благодаря моим стараниям окончила аспирантуру у Э.Д. Фролова и Н.А. Касаткина. Я предложил начать издавать кафедральный сборник «Из истории античного общества», первый выпуск которого вышел в 1975 г. Этот сборник и сейчас кафедра истории Древнего мира и Средних веков успешно издает .

Казалось, в моей жизни все стало складываться вполне благополучно. Я возглавил кафедру истории Древнего мира и Средних веков. Стал заниматься деятельностью, непосредственно связанной с моим образованием и квалификацией. Мои научные интересы тоже определились. Занимаясь переводом и комментарием книг Диодора Сицилийского его «Исторической библиотеки», я избрал важный период в истории Древней Греции классического времени: так называемый период Пентеконтаэтии, т.е. пятидесятилетия между Греко-персидскими и Пелопонесской войнами (480-430 гг. до Р.Х.). Меня интересовали межполисные отношения этого периода, особенно отношения Спарты и Афин и возникновение различных форм их имперской политики .

Этим я и стал серьезно заниматься. Появилось довольно много моих статей во ВДИ, в сборниках кафедры истории Древней Греции и Древнего Рима ЛГУ в изданиях Ассоциации антиковедов СССР, публикуемых Институтом Всеобщей истории, и в сборнике «Из истории античного общества». Поэтому я мог просить деканат факультета и ректорат университета перевести меня на должность старшего научного сотрудника для подготовки докторской диссертации. Но к концу 70-х гг. историко-филологический факультет ГГУ охватили кризисные явления. С одной стороны, они явились результатом той политики и тех принципов руководства коллективом, которых придерживался Е.В. Кузнецов. С другой – фактически отражали общий нравственный экономический и политический кризис в стране, который предвещал конец созданного Лениным и Сталиным изначально нежизнеспособного государства Советский Союз .

Подошел 1982 год. Я получил возможность перейти на должность старшего научного сотрудника, уехал в Ленинград и там стал заниматься подготовкой докторской диссертации. К 1985 году текст диссертации был готов .

Докторскую диссертацию я защитил на Историческом факультете ЛГУ. Я проработал в ГГУ им. Н.И. Лобачевского с 1971 г по 1987 г. При всех трудностях и перипетиях это были интересные годы. Я здесь вырос от ассистента до доцента .

Работая на историко-филологическом факультете, я защитил две диссертации, кандидатскую и докторскую. У меня сложились твёрдые мировоззренческие и научные взгляды. Хорошие отношения сложились с профессором И.Е. Куровым, проректором по учебной работе ГГУ .

И в этом же 1987 году я ушел из ГГУ. Начался новый этап в моей жизни. Я пришел работать в пединститут, где ректором в это время как раз стал И.Е .

Куров. Перейдя в пединститут, я стал работать доцентом кафедры всеобщей истории под руководством В.М. Марченко. Деканом был В.М. Меженин. В это время И.Е. Куров стал формировать команду, целью которой была разработка комплекта документов и программ, необходимых для перехода пединститута в статус педагогического университета. В эту команду вошли педагоги, психологи, преподаватели естественнонаучных и гуманитарных кафедр. В эту команду включили меня и В.М. Марченко. Работа предстояла весьма кропотливая, но интересная. В вузе было немало сопротивляющихся и сомневающихся. Но время показало, что проделанная нашей командой во главе с И.Е. Куровым работа себя оправдала. В 1991г. Нижегородский пединститут получил статус педагогического университета .

Работа в составе команды во главе с И.Е. Куровым оказалась весьма интересной, поучительной и полезной для моей будущей деятельности, когда я стал работать в НГЛУ. Я узнал, что такое учебный план вуза, какова его структура, как он составляется. Не все было гладко на этом пути. Далеко не все преподаватели пединститута поддерживали идею превращения пединститута в университет. Их можно было понять. Они привыкли работать в обычном ритме и в тех традициях, которые сложились в пединституте со времени его основания .

Мы же хотели сделать вуз соответствующим современным требованиям и условиям. Приходилось многих убеждать, выступать на различных собраниях и совещаниях, доказывая, как важно укреплять роль кафедры, превращения ее в alma mater для студентов, развивать научную и научно-педагогическую деятельность .

Будучи выпускником Ленинградского университета и специалистом в области античной истории и культуры, глубоко вникая в вопросы образования, я понял, сколь велика роль классического образования, которое сложилось в России во времена Александра I и получило свое дальнейшее развитие во время проведения Великих реформ Александром II. Я стал заниматься проблемами классического образования как раз в то время, когда в 1987–1990 гг. менялась система образования в стране. Наметился отказ от единой общеобразовательной политехнической школы, которая начала складываться с конца 50-х гг. при Хрущеве. Возникло многообразие форм образования и образовательных учреждений. Появились гимназии, лицеи, которые и должны были стать главными звеньями в системе образования. Только одни школы стали называться гимназиями и лицеями (хотя с подлинными гимназиями и лицеями исторической России они не имели ничего общего), другие же учебные заведения остались просто школами .

В это время в городе по благословению митрополита Нижегородского и Арзамасского Николая возродилась Нижегородская духовная семинария, существовавшая в Н. Новгороде с XVIII века. Одним из первых ректоров ее был епископ Дамаскин (Семенов-Руднев). Он окончил Геттингенский университет .

Тогда, в XVIII в. этот университет был одним из ведущих в Европе, где утверждалась система классического образования. Семенов-Руднев, став ректором семинарии, развивал в ней принципы этого образования. Семинария просуществовала до установления в 1917 г. диктатуры большевиков и утверждения в стране господства воинствующего атеизма .

И только в 1993 году она вновь была открыта. Ректором семинарии стал бывший в то время настоятелем Благовещенского монастыря Игумен Кирилл (Покровский). В ней, естественно, преподавались церковно-славянский, греческий, латинский, русский и иностранные языки, составляющие основной элемент классического образования. Сегодня ректором Нижегородской духовной семинарии является Архиепископ Нижегородский и Арзамасский Георгий. По его благословению коллектив преподавателей семинарии во главе с проректором доцентом протоиереем Александром Мякининым продолжает и умножает традиции классического образования, заложенные ректором Архиепископом Дамаскиным и его последователями. Церковно-славянский язык стала преподавать в гимназии доктор филологических наук профессор истории русского языка НГГУ Л.П .

Клименко. Она и предложила отцу Кириллу пригласить меня работать в Нижегородскую духовную семинарию .

В Нижегородском пединституте мои идеи возрождения классической системы образования разделяли далеко не все. Дух вульгарного рационализма, реализма и атеизма, пропитанный догматической марксистко-ленинской идеологией, еще был господствующим в обществе. Горьковский, а с 1991года, Нижегородский пединститут получил статус университета. Команда во главе с И.Е. Куровым была настроена возродить классическую гуманитарную систему в созданном университете. Она предполагала объединение исторического и филологического факультетов в единый историко-филологический департамент .

Я был избран руководителем этого департамента. В это же время возникла кафедра теории культуры, которую возглавил В.М. Марченко, а я, будучи руководителем историко-филологического департамента НГПУ, стал заведовать также кафедрой Всеобщей истории .

В составе департамента возник ряд направлений и специализаций, которые студенты выбирали, начиная со второго курса. Одно из таких направлений, предполагающее объединить интересующихся студентов, как историков, так и филологов, и называлось «Древние языки, античная история и культура». О жизнеспособности этих идей говорит и тот факт, что и в настоящее время это направление сохраняется при кафедре Всеобщей истории .

Итак, началась кропотливая и серьезная работа по возрождению в системе историко-филологического департамента классического образования .

Сопротивление, конечно, продолжалось. Многие хотели возвращения к традиционной структуре исторического и филологического факультетов, сложившейся в советский период .

В 1992 г. умер мой близкий друг, с которым мы дружили, начиная со второго курса ЛГУ, В.М. Марченко. Его смерть для меня была тяжелым ударом .

За год до этого я был утвержден ВАК в должности профессора. Мы с В.М .

Марченко планировали выпустить ряд работ в серии «Человек и общество». Две первых части мы подготовили. Свой материал он успел написать, но книги были опубликованы только через два года после его смерти .

После смерти И.Е. Курова В.К.Глуздов стал исполнять должность ректора .

Он отказался от многих начинаний, которые были осуществлены командой под руководством И.Е. Курова. Я уже не мог оставаться в университете, тем более, что и другие представители нашей команды покинули НГПУ .

Я попрощался со своей кафедрой, которую возглавлял с 1992 г. и в составе которой начал работать с 1987 г. На кафедре Всеобщей истории оставались мои ученики. А.В. Хазина, под моим руководством защитившая диссертацию и являющаяся сейчас заведующей кафедрой Всеобщей истории НГПУ, готовит к защите докторскую диссертацию, Г.В. Воронкова-доцент этой кафедры. Она в свое время тоже ушла из ННГУ. Л.В. Софронова кандидат исторических наук, доцент сейчас готовится к защите своей докторской диссертации. С.А. Доманина, доцент, кандидат исторических наук, которая писала кандидатскую диссертацию у М.С. Садовской на кафедре истории Древнего мира и средних веков, но завершала диссертацию и защитилась под моим руководством .

C 1995 года я перешел в НГЛУ им.Н.А.добролюбова. Сначала я работал профессором на кафедре латинского языка и античной культуры, а с 1997 года стал возглавлять кафедру теории культуры, возникшую еще в 1994 году. Бывший в тот период ректором НГЛУ Г.П. Рябов знал, понимал и в большинстве случаев поддерживал мои идеи по развитию и укреплению классического образования в университете. По крайней мере, по моей инициативе возникла в НГЛУ кафедра культурологии, истории и древних языков. У нас преподается годовой курс латинского языка для всех лингвистических специальностей, а также нелингвистических специальностей (экономика и право) для студентов, занимающихся по программе Российско–французского университета. Эта программа, согласно которой студенты получают подготовку в ННГУ по специальным предметам экономики и права, а у нас в НГЛУ по иностранным языкам и латыни, функционирует на переводческом факультете .

Преподавание латинского языка и античной культуры было поставлено на хороший научно-методический уровень кандидатом филологических наук доцентом В.К. Кочетковой, в настоящее время, к сожалению, уже ушедшей из жизни. Её традиции продолжают и развивают на нашей кафедре доцент Е.В .

Соболева и доцент кандидат исторических наук А.М. Брагова, а также аспирантка кафедры Н.В. Костенюк. Кафедра наша обеспечивает преподавание общеобразовательных дисциплин культурологи и истории на всех факультетах университета, в том числе на заочном и вечернем отделениях. Преподают эти дисциплины учёные высшей квалификации доктор исторических наук профессор О.Н. Сенюткина, доцент кандидат философских наук О.К. Шиманская, доцент кандидат исторических наук М.П. Самойлова, ныне заведующая кафедрой, доцент кандидат философских наук Д.А.Скопин, доцент кандидат исторических наук Б.А. Ночвина .

За время работы в качестве заведующего кафедрой культурологии, истории и древних языков под моим руководством защитили кандидатские диссертации М.П.Самойлова и А.М. Брагова. Когда я возглавил кафедру,в её составе кроме меня больше не было докторов наук. Я убеждал членов кафедры, прежде всего доцентов среднего возраста, писать статьи и собирать материал, чтобы можно было получить должность старшего научного сотрудника для подготовки докторских диссертаций, доказывал, как важно и для кафедры и для университета иметь высококвалифицированных специалистов – докторов наук. Мне удалось добиться выделения 5 ставок старших научных сотрудников для О.Н.Сенюткиной, А.Н. Донина, Е.В. Курбаковой, Г.Л. Гуменной и О.К.Шиманской. Первые три сотрудника уже защитились, двое из них О.Н. Сенюткина и А.Н. Донин утверждены в ученой степени доктора наук, а Е.В. Курбакова защитилась в январе 2010 года. Успешно готовит докторскую диссертацию М.П. Самойлова Итак, на кафедре у нас сейчас три штатных доктора наук вместе со мной .

О.К. Шиманская ждет 7 работ в журналах, курируемых ВАК .

За время работы в НГЛУ по моей инициативе и при активном участии были лицензированы и развиваются три специальности «Журналистика», «Теория и история изобразительного искусства» и «Культурология». Специальность «Журналистика» функционирует на дневном, вечернем и заочном отделениях НГЛУ. Всего у нас обучается по этой специальности более 200 студентов. При этом в отличие от ННГУ, где также есть эта специальность, наши студентыжурналисты специализируются по проблемам международной журналистики, овладевают двумя и более иностранными языками и могут получить второй диплом о высшем образовании с квалификацией «Переводчик в сфере профессиональной коммуникации по специальности «Журналистика». Эту специальность курирует доцент кафедры Е.В. Курбакова, недавно защитившая докторскую диссертацию. Журналисты издают учебную газету «Лингвист» под редакцией доцента кафедры В.Н. Романовой, там печатают свои материалы студенты, начиная с 1 курса. Уже в течение нескольких лет работает студенческое радио «Радио-лингва». Редактором является доцент кафедры А.А. Якименко .

Специальность, а теперь направление бакалавриата, «Теория и история изобразительного искусства» функционирует пока только на вечернем отделении. По этой специальности, где обучается более 40 студентов, уже было два выпуска. Курирует эту специальность член Союза художников России, в прошлом директор Нижегородского художественного музея, специалист высокого уровня по русскому искусству XIX – XX вв., В.Н. Кривова .

Преподавание основных дисциплин обеспечивают преподаватели высокого класса искусствоведы кандидат педагогических наук, член Союза художников России Н.В. Квач, преподаватели Н.В. Свирина, Т.В. Зуйкова, А.В. Творогова, С.С. Акимов и другие. Ректорат университета выделил помещение для изостудии, где под руководством известных нижегородских художников П.К.Рыбакова и Т.В. Быковой, преподавателей Нижегородского художественного училища, студенты изучают рисунок и живопись, и делают свои первые шаги в этой области искусства .

Кафедра тесно сотрудничает с музеем истории университета, который был создан В.К. Романовой, ныне, к сожалению, покойной. В.К. Романова – выпускница нашего университета, участница Великой Отечественной войны, преподавала в университете и до последнего времени возглавляла музей .

Виктория Константиновна была человеком очень коммуникабельным, она пользовалась большим авторитетом. Вокруг неё всегда собирались студенты и преподаватели. Она была организатором так называемых «Салонов», где собирались представители городской интеллигенции, студенты, преподаватели не только нашего вуза. Различные проблемы обсуждались на этих «салонах», но главная тема, которая волновала В.К. Романову – это сохранение исторического облика нашего города, его памятников. В настоящее время музей переоборудован, расширился, приобрёл современный вид. Большое внимание музею сегодня уделяет О.Н. Сенюткина, по совместительству являющаяся научным руководителем музея .

Кафедра сотрудничает также с Российским культурным центром, созданным в своё время М.А. Горелик, в настоящее время возглавляющей Совет ветеранов университета. Традиции, начало которым положила М.А. Горелик, продолжила Е.В. Тихомирова – организатор и художественный руководитель молодежного народного ансамбля «Синий лен», а в настоящее время руководителем Российского культурного центра преподаватель искусствовед Т.В.Зуйкова. Кафедра совместно с Российским культурным центром при активной поддержке П.К. Рыбакова и Т.В. Быковой проводит выставки нижегородских художников в специально оборудованной выставочной галерее .

Кафедра гордится тем, что в её дружном и прекрасном коллективе работает доцент, заслуженный деятель искусств, художественный руководитель и дирижёр студенческого академического хора НГЛУ, лауреата многих зарубежных и отечественных конкурсов В.И. Сладченко. Прекрасно развивает студенческую театральную студию, которую курирует также наша кафедра талантливый актёр Нижегородского театра комедии и режиссер В.П.Еруков .

С 1961г. наш университет, тогда Горьковский государственный пединститут иностранных языков, стал носить почетное имя Н.А. Добролюбова .

С этого времени установились тесные дружественные и научно-практические отношения с Нижегородским литературно-мемориальным музеем Н.А. Добролюбова. С середины 70-х гг. стали издаваться сборники научных трудов, посвященные исследованию Н.А. Добролюбова и его окружения. До 2003 года было выпущено 27 выпусков сборников. Возрождение ежегодных тематических конференций, посвященных памяти Н.А. Добролюбова, началось с момента установления дружественных и научных связей кафедры культурологии, истории и древних языков с руководством музея Н.А. Добролюбова и, прежде всего, с заместителем директора музея по науке Г.А. Дмитриевской и нынешним директором музея Л.Ю.Моториной. Эти конференции отличаются от предшествующих более широкой географией участников, в том числе представителей из зарубежных государств.

Разнообразной стала и тематика докладов, что позволило в программах конференций создавать секции:

музееведения и краеведения, философии, культурологии, русской и зарубежной литературы, истории отечественной и всеобщей, античной истории и культуры, теории изобразительного искусства .

Мне иногда кажется, что идеи, направленные на внедрение классического образования в средней и высшей школе, Господь открыл Владыке Архиепископу Нижегородскому и Арзамасскому Георгию. И пока я без особого успеха пытался реализовать свои мысли в светских школах, Владыка Георгий открыл уже 10 православных гимназий в городе и области, из которых несколько, приближаются к статусу классических .

И, наконец, в 2007 году произошло событие, которое я не могу не назвать чудом. По инициативе бывшего в то время полномочного представителя президента в ПФО А.В. Коновалова, ныне Министра юстиции РФ, и при поддержке Владыки Георгия и ректора НГЛУ Г.П. Рябова ныне Президента НГЛУ при кафедре культурологии, истории и древних языков открылся Славяногреко-латинский Кабинет (СГЛК) ПФО РФ. Кабинет призван осуществлять повышение квалификации учителей православных классических гимназий по церковно-славянскому, латинскому, греческому, русскому и иностранным языкам, а также по отечественной истории и русской литературе. Руководителем Кабинета стал Президент НГЛУ Г.П. Рябов, я являюсь заместителем Г.П. Рябова и организатором работы Кабинета. У истоков создания Кабинета стали доценты Е.В. Соболева, Т.Д. Маркова, М.П. Самойлова, Д.А. Скопин, а также директор Ресурсного центра истории и древним языкам Е.Ю. Борисова и библиотекарь – лаборант И.Г. Мещанинова .

За три года функционирования СГЛК ПФО РФ были изданы два выпуска Альманаха, ставшего печатным органом Кабинета. Содержание Альманаха состоит из трех составных частей. Прежде всего, в нём отражаются проблемы педагогического менеджмента, а также вопросы методики и практики преподавания в православных гимназиях дисциплин классического цикла .

Следующей частью содержания Альманаха является публикация научных статей и материалов, составляющих сущность классической филологии в широком смысле слова, то есть так, как она понималась в науке до начала XX в. Поэтому в Альманахе публикуются статьи по проблемам языка, литературы, истории, философии, культурологии и права. В третьей части публикуются рецензии, переводы и образцы творчества: стихи, проза и прочее .

В 2010 г. СГЛК выиграл конкурс, объявленный Фондом Преподобного Серафима Саровского, и получил грант. Средства пойдут на организацию и проведение занятий по курсам повышения квалификации учителей православных классических гимназий ПФО РФ, проведение семинаров и консультаций. В перспективе планируется создание сайта СГЛК ПФО РФ, а также проведение научно-практических конференций, конкурсов гимназистов по языкам, литературе и истории. В 2012 г. СГЛК выиграл в третий раз грант Фонда Серафима Саровского и мы сейчас готовимся к очередному туру курсов повышения квалификации учителей православных гимназий и школ и к изданию третьего и четвёртого выпуска Альманаха .

Главная цель, которую я вижу в развитии классического образования в православных гимназиях, заключается в том, чтобы выпускники их отличались высоким уровнем нравственности, чувством сознательного понимания важности служения отечеству в различных сферах жизни общества, также обладали хорошими знаниями и умением их самостоятельно применять и совершенствовать там, где им придется трудиться или продолжать дальнейшую учебу. Православные классические гимназии должны составить здоровую конкуренцию средней светской школе. Такие гимназии должны открываться по всей стране, и тогда эта конкуренция или соревнование помогут вывести современную систему среднего образования, а затем и высшего, из того состояния кризиса, в котором они сейчас находятся .

Завершая свою автобиографическую исповедь, хочу сказать и о своей семье. Выдающийся древнегреческий философ Аристотель считал семью важнейшим институтом общества, основой государства. Семья должна быть самостоятельной социально-экономической ячейкой общества. Это возможно только тогда, когда в обществе существует законодательно защищенная частная собственность и господствует приоритет частного права над публичным .

Поэтому в исторической России до 1917г. не только сельская, но и городская семья была такой ячейкой, и в российских семьях было до 3-5 детей. После захвата власти большевиками и установления коммунистической диктатуры частная собственность была отменена, в стране повсеместно установилось господство государственного публичного права, семья утратила свою естественную роль социально- экономической ячейки общества .

Но по традиции до конца 50-х гг. в стране ещё были семьи, где растили и воспитывали до трёх детей. Правда, нужно иметь в виду фактор войны. В 1945гг. в семьи вернулись выжившие в войне мужчины от 25 до 45 лет. Поэтому на 50-е гг. пришелся период роста рождаемости. Но затем в силу ухудшающихся материальных и социальных условий жизни рождаемость стала сокращаться, и число детей в семьях стало уменьшаться. Поэтому моя семья в количественном отношении оказалась меньше, чем семья моих родителей. Они вырастили троих детей. У меня есть еще младшие родные брат и сестра. Мы же со Светой вырастили только одну дочь Оксану. Сейчас она работает в НИРО, защитила кандидатскую диссертацию и продолжает работать над докторской диссертацией .

Она стала активной верующей и в православном духе воспитывает дочь Ксению, нашу внучку. Таким образом, мы со Светланой Яковлевной можем гордиться, что воспитали прекрасную дочь. Оксана выбрала нелегкий путь женщины, занимающейся науко стране. Она вышла замуж.

У нее двое детей, наших внуков:

Денис успешно закончил наш лингвистический университет по специальности «Финансы и кредит и работает в Санкт-Петербурге и готовится к поступлению в магистратуру. Внучка Ксюша – школьница, учится в девятом классе. Теперь и Оксана Владимировна убеждается, что семьи как самостоятельной социальноэкономической ячейки по-прежнему нет в нашей стране. Без помощи родителей она не смогла бы успешно заниматься наукой и воспитывать двоих детей .

Наконец, подошла очередь рассказать и о том значении, которое имеет в моей судьбе Светлана Яковлевна Томашевская, ставшая моей женой. Как я уже говорил, мы познакомились вскоре после окончания школы. До женитьбы мы дружили около 6 лет большей частью заочно, так как в то время как я учился в Ленинграде, Света окончила фармацевтический техникум в Курске и, став фармацевтом, работала в городе Павлово Горьковской области. Мы стали мужем и женой в 1964г. Свадебный обряд состоялся в Ленинградском дворце бракосочетания. Рождение нашей семьи мы скромно отметили в общежитии, где я тогда жил, в кругу моих студенческих друзей. После этого мы опять расстались .

Света уехала в Павлово, а я завершал учебу в университете. И когда затем я сообщил ей, что нам придется ехать на Дальний Восток и работать в Уссурийске, она без колебаний поехала со мной. И с этого времени все тяготы нашей жизни она безропотно переносила. Ей пришлось многим пожертвовать фактически ради моей карьеры. Начав учиться заочно в Ленинградском химико-фармацевтическом институте, она вынуждена была оставить его. Я всегда помню и ценю самоотверженность и преданность Светланы Яковлевны нашей семье, мне, дочери и нашим внукам. Так же как когда-то Сократ сказал: «Если бы у меня не было моей Ксантиппы, я не стал бы философом», я могу утверждать, что, если бы у меня не было моей Светы, я не стал бы историком, доктором исторических наук, профессором. Когда же наша дочь стала заниматься научной деятельностью, Света стала также помогать ей, как она помогала мне. Ей пришлось раньше времени оставить работу в аптеке, где ее очень ценили как очень хорошего и ответственного специалиста. Она стала домохозяйкой и взяла на себя главную ношу: воспитание и обучение внуков, так как сегодняшние гимназии таковыми являются только по названию .

Светлана Яковлевна тщательно хранит очаг семьи нашей и, если я нахожусь где-либо вдали от нее, хочется скорее возвратиться домой. Поэтому драгоценные слова ветхозаветного Библейского текста лучше всего отражают то неизмеримое значение, которое занимает Светлана Яковлевна в моей жизни, в жизни нашей дочери и наших внуков. Вот эти золотые слова: «Кто найдет добродетельную жену, цена ее выше жемчугов. Уверено в ней сердце мужа. Она воздает ему добром, а не злом во все дни жизни своей… Она делает ковры и покрывала, виссон и пурпур одежда ее. Уста свои она открывает с мудростью и кроткое наставление на языке ее. Она наблюдает за хозяйством в доме своем и не ест хлеба праздности. Муж ее известен. Встают дети и ублажают ее, муж хвалит ее: много было жен добродетельных, но ты превзошла всех их» .

Вот я и перелистал страницы моей жизни. В ней было немало радостей и горестей. Но такова жизнь любого человека, который живет не ради получения одних только удовольствий и наслаждений. А выбирает путь подобно Гераклу, отказавшемуся от заманчивых посул некой дамы по имени Гедоне (удовольствие), но сознательно, вступив на трудный путь, указанный другой женщиной по имени Эвдемония, что значит Счастье .

В заключение хочу также сказать, как постепенно менялось моё мировоззрение, и чем это было обусловлено. Я, как и любой человек, родившийся в советской стране, где господствовала коммунистическая идеология, и воинствующий атеизм, в детстве был пионером, в юности комсомольцем и некоторое время состоял в КПСС. Пионером я стал сознательно. И до сих пор помню клятву пионера, где есть слова: «Как повяжешь галстук, береги его и т.д.». Помню также, когда за какой-то проступок меня хотели публично наказать и снять галстук, я очень плакал и просил прощения. В комсомол я вступал уже в соответствии со стадным чувством. В пионерском отряде и комсомольской организации я особой активностью не отличался .

Никаких должностей типа председателя пионерского отряда или дружины, комсорга или члена комитета комсомола ни в школе, ни в университете я не исполнял. Запомнилась мне линейка в школе в связи со смертью Сталина. В то время смерть Сталина воспринималась как ужасная утрата, вызывавшая у советских людей страх перед будущим. Эти чувства взрослых передавались и детям. Но странным мне сегодня кажется, что я этих чувств не испытывал .

Поэтому, когда на линейке вся школа – учителя и дети плакали навзрыд – у меня это вызывало удивление и непонимание. Но я рос в семье, где отец был коммунистом, он вступил в партию еще в годы войны. Мама, хотя и ходила иногда в церковь, но меня никогда к религии не привлекала. Тем не менее, в раннем возрасте она меня привела в церковь, где я был крещен и долго помнил своих крестных отца и мать. Отец никогда не высказывал своего отношения к религии: ни положительного, ни отрицательного. О своем отце, моем дедушке Гасоне, который был диаконом, он говорил мало, но иногда, когда в гостях пел, а голос у него был неплохой, он мог вспомнить, что дедушка обладал хорошим для диакона голосом .

В ЛГУ сомнения, и критическое отношение к действительности у меня возникли под влиянием лекций профессоров и чтения античной литературы. И уже к IV курсу я вполне сложился как пассивный и скрытый скептик и антикоммунист. Как и большинство думающих тогда людей я не афишировал свои взгляды. В отношении религии я оставался атеистом. Однако со второго курса, когда я уже более-менее узнал Ленинград, я любил после весенних экзаменов пройтись пешком по Невскому и Староневскому проспекту и гулять в Александро-Невской Лавре .

И вот, через много лет, когда я начал работать в Горьковском пединституте, я был приглашен на работу в семинарию. Не сразу, но много лет спустя, когда стал задумываться, как я попал в Нижегородскую семинарию, я вспоминал свои попытки проникнуть в семинарию в Александро - Невской Лавре и уже объяснение моё не носило рационалистического характера. Я нередко заходил и в храм в Лавре, смотрел и слушал службу. Запах ладана в храме мне нравился. Он успокаивающе действует на сознание и создает в храме особый психологический настрой. Запомнилась мне и женщина, которая, заметив моё частое появление в храме, заговорила со мной, посоветовала принять участие в обряде елеопомазания, и слова её я запомнил. Она сказала, что в молодости своей она «грех как мёд пила, а придя к Господу, стала совершенно другим человеком». Но тогда меня эта иррациональная сторона жизни не очень затронула. Я руководствовался, прежде всего, чувством любопытства .

Тем не менее, когда я снова оказался в Ленинграде, я вспомнил о своих посещениях Лавры и снова стал туда приходить. Иногда я заходил и в другие храмы города. И вот, уже работая в пединституте, занимаясь проблемами классического образования, я стал задумываться о некоторых событиях в моей жизни. Искал я объяснения, например, тому, каким образом в моей ранней юности встретилась мне прекрасная женщина, специалист – библиотекарь, которая помогла пробудить во мне интерес к истории, и этой наукой я стал заниматься всю жизнь. И, когда я был приглашен работать в Нижегородскую Духовную семинарию, которая располагается в Благовещенском монастыре, я окончательно понял, что вся моя, да и не только моя жизнь – это путь, предначертанный Господом. И уж совсем я в этом убедился, когда начал работать в Нижегородском государственном лингвистическом университете. Г.П. Рябова, тогдашнего ректора, нынешнего Президента нашего университета, я не знал, но слышал о нем. Он оказался человеком высокой культуры и гуманистических убеждений, т.е. человеком, близким мне по духу. Он также, как и я, тяготеет к православной вере. Поэтому неслучайно А.В. Коновалов, тогдашний Полномочный представитель президента в ПФО РФ и Владыка Георгий, Архиепископ Нижегородский и Арзамасский, предложили Г.П. Рябову открыть при кафедре культурологи, истории и древних языков Славяно-греко-латинский кабинет ПФО РФ .

** Перед Вами автобиографическая исповедь. Жанр исповеди подразумевает эмоциональность, некоторый субъективизм и предельную искренность .

Это мое отношение к людям, с которыми столкнула меня судьба, и моё отношение к жизни» .

–  –  –

ВИ – Вопросы истории КЕЭ – Краткая Еврейская Энциклопедия УЗЛГУ – Учёные записки Ленинградского государственного университета HSCPh – Harvard Studies in Classical Philology

АЛЬМАНАХ

СЛАВЯНО-ГРЕКО-ЛАТИНСКОГО КАБИНЕТА

ПРИВОЛЖСКОГО ФЕДЕРАЛЬНОГО ОКРУГА

–  –  –

ВЫПУСКИ 3-4 Печатается в авторской редакции Редакторы: Л.П. Шахрова А.О. Кузнецова Лицензия ПД № 18-0062 от 01.02.12_____________________________________________

Подписано в печать Формат 60х90 1/9

–  –  –

Цена договорная______________________________________________________________



Pages:     | 1 | 2 ||


Похожие работы:

«Родительский лекторий в 6 классе на тему: "Новое время новые дети". Здравствуйте, уважаемые родители. Сегодня мы поговорим о роли семьи в воспитании современных детей. Что собой представляют современные дети? Каковы их психологические особенности, отличающие их от детей прошлых поколений? За...»

«1 1.7. Функцией контроля и оценки является определение педагогом уровня обученности и личностного развития учащихся.2. Содержание и организация безотметочной системы контроля и оценки предметных знаний, умений и навыков 2.1. Безотмет...»

«93 Сентябрь 2011 С ЮБИЛЕЕМ, Л И Ц Е Й ! лет Школа №130 была сдана в эксплуатацию 30 августа 1960 года. ПРИКАЗ № 278 По Кировскому РАЙОНО от 24/VIII – 1961г. В целях организованного комплектования уч-ся школ на 1961 – 1962 учебный год П Р И К А З Ы В А Ю:...»

«РДР № 3545 от 13.10.2015г. ДОПОЛНЕНИЕ № ДЭ 133-1 на специальные транспортные средства Урал-32551-5013-71/73, Урал-32551-5020-71/73, Урал-3255-5013-71/73, Урал-3255-5020-71/73, Урал-3255-5022-71/73, Урал-32552-5013-71/73, Урал-32552-5020-71/73, Урал-325512-5013-71/73 к руководству по эксплуатации "Автомобили...»

«УДК [159.98:781(076) ББК 53.574.9 Т19 Рекомендовано к печати решением Ученого совета Луганского областного институ та последипломного педагогического образования (Протокол № 6 от 30 октября 2013 года).Рецензенты: Милютина Е....»

«Муниципальное общеобразовательное учреждение средняя общеобразовательная школа №7 города Алексеевки Белгородской области Рассмотрена на заседании районного Утверждено решением экспертного совета методического объединения учителей управления образования и науки изобразите...»

«ВЕСТНИК ПОЛОЦКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО УНИВЕРСИТЕТА. Серия Е УДК 78:37.01 ФОРМИРОВАНИЕ ДИРИЖЕРСКОЙ УСТАНОВКИ БУДУЩЕГО УЧИТЕЛЯ МУЗЫКИ Е.Е. РОМАНОВИЧ (Белорусский государственный педагогический университет им. М. Танка, Минск) Рассматривается структура дирижерско-хоровой подготовки как педагогической системы....»

«ПОЛКОВОДЦЫ ПОБЕДЫ Г. К. ЖУКОВ И К. К. РОКОССОВСКИЙ интеллектуальная игра для учащихся среднего и старшего школьного возраста О. В. Путенко, методист, педагог дополнительного образования Дворца детского творчества г. Курска Оборудование и оформление: иллюстративный...»

«pa OarpB[eBHa Aro,Iq[,Ifl c AP-KPflIIIEH: BOrrPOqbr oft opraruagAUtarl BYK I4CKyCCTTIO Работа выполнена в ФГБОУ ВО "Казанская государственная консерватория имени Н. Г. Жиганова" Научный руководитель: кандидат искусствоведения Сарварова Лилия Илдусовна Офи...»

«Психология, педагогика Влияние опыта жизни в сиротском учреждении на развитие ребенка 1 Р. Ж. Мухамедрахимов, доктор психологических наук, профессор СПбГУ Помещение детей от рождения до трех лет из групп риска отставания в развитии, сирот и оставшихся без попечения,...»







 
2019 www.mash.dobrota.biz - «Бесплатная электронная библиотека - онлайн публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.