WWW.MASH.DOBROTA.BIZ
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - онлайн публикации
 

«ВЕЛИКОКНЯЖЕСКАЯ * и ЦАРСКАЯ ОХОТА НА РУСИ i к ВЕЛИКОКНЯЖЕСКАЯ и ЦАРСКАЯ ОХОТА НА РУСИ съ X по XVI вкъ ИСТОРИЧЕСКИЙ ОЧЕРКЪ Николая Кутепова *\ ^ Изданіе иллюстрировало Профессоров В. М. ...»

2JPAVL Ш .

'i f i jjfc*1'

ВЕЛИКОКНЯЖЕСКАЯ

* и

ЦАРСКАЯ ОХОТА

НА РУСИ

i

к

ВЕЛИКОКНЯЖЕСКАЯ

и

ЦАРСКАЯ ОХОТА

НА РУСИ

съ X по XVI вкъ

ИСТОРИЧЕСКИЙ ОЧЕРКЪ

Николая Кутепова *\ ^ Изданіе иллюстрировало Профессоров В. М. Васпецовымъ и Академикомъ И. С. Самокишемъ С.-ПЕТЕРБУРГЪ

ЭКСПЕДИЦІЯ ЗАГОТОВЛЕНІЯ ГОСУДАРСТВЕННЬІХЪ БУМАГЪ

Печатано съ разршенія Министра ИМПЕРАТОРСКАГО Двора .

jL«*

БЛАЖЕННОЙ И ВЧНОЙ ПАМЯТИ

ВЕЛИКАГО ГОСУДАРЯ

АЛЕКСАНДРА III

БЛАГОГОВЙНО ПОСВЯЩАЕТСЯ СЕЙ ТРУДЪ,

П О ЕГО Ц А Р С Т В Е Н Н О М У Ж Е Л А Н Н О Н А Ч А Т Ы Й,

П О ЕГО М Ы С Л И ИСПОЛНЕННЫЙ .

Считаю себя обязаинымъ принести искреннюю и глубокую благодарность учрежденіямъ и лицамъ, содйствовавшимъ ми въ исполненіи трудной задачи составленія исторіи Великокняжеской и Царской охоты .

Документальныя свднія получены мною изъ архивовъ: Общаго Министерства Двора (въ Москв и Петербург), Министерства Юстиціи (въ Москв), Государственнаго (въ Петербург), Министерства Иностранныхъ Длъ (въ Москв), Патріаршей Ризницы (въ Москв) и Троице-Сергіевой Лавры, а равно изъ Императорской Публичной библіотеки .



Разныя свднія, справки и указанія благосклонно сообщены мн : Г. В. Есиповымъ, А.. Бычковымъ, И. А. Бычковымъ, В. В. Стасовымъ, С. Н. Шубинскимъ, Н. П. Лихачевыми, Г. И. Тимчснко-Рубаномъ, А. А. Фаворскими, С. Л. Шырясвымъ и М. И. Безсребрсниковымъ .

Особенной благодарностью обязанъ я П. Я. Дашкову, любезно предоставившему въ мое распоряженіе свое богатое собраніе гравюръ, изъ котораго и заимствованы для настоящаго изданія рдчайшіе старинные гравюры и рисунки, изображающіе охотничій бытъ .

ОГЛАВЛЕНИЕ

СТР .

Введеніе і—-і8 Г Л А В А I .

Е с т е с т в е н н ы й и бытовыя условія д р е в н е - р у с с к о й охоты .

Причины распространенности охоты въ древней Руси 19 — 22 Малое количество разд-ланной для пашни земли. Обиліе зврей и дичи.. 22 — 31 Дань мхами. Вншняя торговля мхами. Двоякій характеръ охоты на Руси (промыселъ, забава) 32—34 Дленіе зврей на промысловыхъ и

–  –  –

Заставка переплета — орнаментъ XII столтія. Тамъ же : изображеніе печати Великаго Князя Василія III Ивановича; въ круг герба надпись: «Володимерьски Московск. Новгородьскі Псковскі Тверскіи Югорскіи Перъскіи и многихъ земель господарь». Другая сторона этой медали съ изображеніемъ В. К. Василія Ивановича, поражающаго копьемъ дракона; вокругъ его надпись: «великии господарь васілеі Божіею милостию царь и гдрь всею Русіи великии князь». — Печать эта принадлежитъ къ 1514 году. Углы переплета: двуглавые орлы съ протазана 1687 г. На обратной сторон переплета: шестоперъ съ прорзными на перьяхъ о р л а м и — 1 6 8 7 г .

–  –  –

1— Наша родная старина привлекала и привлекаетъ к ъ себ многія силы. Благодаря трудамъ историковъ и археологовъ, многое изъ нашей далекой старины изслдовано, разработано и возобновлено;



однако, въ области старинно-русскаго быта, есть еще предметы и вопросы, мало затронутые въ изслдованіяхъ, и к ъ числу послднихъ относится вопросъ объ охот въ древней Руси .

Въ современныхъ обществахъ охота не иметъ такого широкаго и важнаго жизненнаго значенія, какое ей свойственно было повсюду во времена древнйшія. Но въ исторіи человчества охота представляетъ собою ф а к т ъ глубокой важности, потому что ею открывался путь для постепеннаго развитія человка въ общественномъ и личномъ отношеніи .

Охота одинаково свойственна и дикарю, и человку самаго высокаго развитія. Повсюду на земномъ шар, гд только живетъ человкъ, охота существовала и существуетъ. Исчезали съ лица земли племена и народы, вымирали учрежденія и обычаи, а охота не исчезла, но живетъ, лишь разнообразясь въ своихъ видахъ и пріемахъ, сообразно съ условіями территоріи и нравами населенія. Причину такой необыкновенной живучести охоты и ея распространенности слдуетъ искать, по нашему мннію, въ тхъ естественно - экономическихъ условіяхъ народнаго быта, которыя впервые вызвали къ жизни охоту, такъ сказать, создали ее .

Для древнйшихъ обитателей земли охота являлась жизненною необходимостью. Для дикаря жить значило охотиться: истребляя зврей, онъ тмъ самымъ длалъ свое существованіе боле обезпеченнымъ противъ трехъ главныхъ его враговъ — голода, холода и четвероногихъ хищниковъ. Охота, какъ борьба за существованіе, до послдней степени напрягала вс силы дикаря, постепенно развивала въ немъ способность наблюденія и умнье пользоваться результатами его, содействовала развитію въ немъ способности мышленія и, благодаря ей, отчасти, онъ получилъ первыя понятія о природ .

—2— Она разбудила спавшій геній человка, и человкъ изобрлъ копье, лукъ и стрлу — первый орудія, которыя цивилизовали человка .

Мало того, охота должна была дисциплинировать волю дикаря:

чтобы сразить звря, иногда нужно выждать моментъ, когда ударъ всего врне, и принять то положеніе, которое всего удобне .

Сообразительность и ловкость, настойчивость и выносливость — вотъ т навыки, какіе должны были образоваться въ борьб со звремъ, навыки, получившіе особенную цну впослдствіи, когда человку пришлось вести борьбу уже не со зврями, а съ себ подобными .

Такова первая ступень въ развитіи охоты .

Съ теченіемъ времени, когда человкъ научился побждать вредныхъ и страшныхъ зврей, а животныхъ полезныхъ съумлъ приручить и сдлать своими слугами, его мысль открыла способъ извлекать пользу изъ земли. Земледліе повлекло за собою осдлость, осдлость сократила районъ охоты. Съ этого времени человкъ до извстной степени прикрпляется к ъ земл, а раньше онъ свободно перемнялъ мста, и гд было много звря, гд былъ просторъ и приволье для охоты, тамъ было и его обиталище .

Когда человкъ сдлался землепашцемъ, охотничья добыча перестаетъ быть для него единственнымъ средствомъ существованія; матеріальное значеніе охоты съуживается, она становится у нкоторыхъ народовъ вспомогательнымъ или второстепеннымъ занятіемъ, но за то боле рельефно обозначается ея другая сторона — благороднаго занятія, искусства, обладателямъ котораго, если они отличаются храбростью и ловкостью, она доставляетъ славу, уваженіе и нердко даже самую власть. Извстно, что въ псняхъ дикарей прославляются отважные и искусные охотники и воспваются ихъ геройскіе подвиги;





и, безъ сомннія, въ первобытныхъ общественныхъ группахъ, какъ и у современныхъ дикарей, лучшіе охотники, отличавшіеся отвагою и удалью, становились главами и вождями племенъ .

–  –  –

угодьяхъ постороннимъ лицамъ, такъ какъ, вслдствіе постоянной охоты, количество дичи быстро уменьшалось, а оставшаяся неистребленной спшила убраться изъ неспокойныхъ мстъ. Это второй періодъ — исключительнаго права охоты .

Третій періодъ въ развитіи права охоты — это такъ называемая регалія оіоты, т. е. когда право охоты, на ряду съ другими промыслами, становится, ради фискальныхъ цлей, привилегіей государства. Регалія охоты возникла к ъ концу среднихъ вковъ и была широко распространена по всей Европ, но въ Россіи она не практиковалась. Средневковой регаліи у насъ на Руси отчасти соотвтствовали налоги, которые взимались съ охотничьей добычи .

Наконецъ, четвертый періодъ въ развитіи права охоты — это опять періодъ свободной охоты, но съ нкоторыми ограниченіями .

Въ этотъ періодъ право охоты обусловливается, съ одной стороны, частнымъ поземельнымъ правомъ (чья земля, того и охота), съ другой — правомъ государства имть высшій надзоръ за правильностью и своевременностью охоты. Налоги, взимаемые при этомъ съ охоты, имютъ не фискальное значеніе, но идутъ на организацію надзора за правильностью охоты .

Изобразивъ общій ходъ развитія охоты, бросимъ теперь бглый взглядъ на ея исторію въ древнемъ мір .

Въ преданіяхъ всхъ народовъ мы находимъ или прямое упоминаніе объ охот, или ясные намеки на нее. Въ литературныхъ памятникахъ древняго міра имются несомннныя указанія на боле или мене продолжительное существованіе охотничьяго быта. Животный эпосъ существовалъ у всхъ культурныхъ народовъ. Миы классическаго міра часто изображаютъ сцены охотничьей жизни. Въ Библіи и у Гомера любимыя и въ высшей степени поэтическія сравненія заимствуются изъ круга животнаго царства и охотничьяго быта .

Все это показываетъ, что у историческихъ народовъ древняго міра охота была существеннымъ дломъ жизни, на которомъ сосредоточивалась практическая мысль и поэтическое творчество .

Библія представляетъ намъ типъ страстныхъ охотниковъ въ лиц Измаила и въ особенности Исава. Намъ извстно, какъ младшій братъ его Іаковъ, съ помощью хитрости, получилъ, вмсто Исава, благословеніе отца и права первородства, воспользовавшись отлучкой Исава на охоту .

Въ Библіи же мы находимъ сказаніе о Нимврод, основател Вавилонскаго царства. Страстный и неутомимый охотникъ, онъ, по словамъ народнаго преданія, съ изумительной отвагой преслдовалъ хищныхъ зврей, опустошавшихъ страну. Собравъ вокругъ себя дружину охотниковъ, онъ впослдствіи сдлалъ изъ нихъ воиновъ, расширилъ съ ними предлы своихъ владній и, упрочивъ свои захваты, положилъ начало монархіи, столь славной въ древности. Въ т времена ничто такъ не обезпечивало человку уваженіе, высокій престижъ и авторитетъ, какъ отвага и опытность въ охот и — 6 — успхъ на войн. Нтъ ничего удивительнаго въ томъ, что цари и герои, о которыхъ восиоминанія сохранились въ вещественныхъ и литературныхъ памятникахъ древняго міра, характеризуются, какъ знаменитые охотники .

Семирамида, царица Ассирійская, велла изобразить на стнахъ своего дворца сцены леопардовой и львиной охоты. Стны древнихъ вавилонскихъ дворцовъ покрывались рельефами; нкоторые изъ нихъ изображаютъ царскую охоту. На ассирійскихъ монументахъ находятся барельефы, изображаюіціе большія царскія охоты на львовъ, кабановъ и буйволовъ. Ассирійскій царь Тулкатъ Гибаласаръ похваляется въ своихъ надписяхъ тмъ, что онъ убилъ 920 львовъ. Египетскій фараонъ Тутмесъ III, распространивши завоеванія египтянъ до рки Евфрата, охотился на слоновъ въ долинахъ Месопотаміи. Дарій, царь Персидскій, умирая завщалъ написать на его гробниц, что онъ былъ охотникъ. Артаксерксъ Лонгиманъ и Киръ были страстные охотники. Вообще персы видли въ охот серьезное занятіе и прекрасную школу, подготовлявшую къ боевой дятельности, тмъ боле, что въ т времена на войн употреблялось то же оружіе, что и на охот. Если признавать вполн достоврными свднія, сообщаемыя греческимъ историкомъ Геродотомъ, то оказывается, что воспитаніе у древнихъ персовъ состояло въ томъ, что молодежь пріучали здить верхомъ, стрлять изъ лука и говорить правду .

Царь Камбизъ, преемникъ Кира, отличался мткостыо стрльбы изъ лука.

Одинъ изъ его приближенныхъ, нкто Прексаспъ, на вопросъ царя, какого мннія о немъ народъ, имлъ неосторожность отвчать:

«•Государь, народъ вообще прославляетъ тебя, твой умъ и твою доблесть; одинъ только недостатокъ находятъ въ теб: что ты не довольно умренъ въ употребленіи вина». Камбизъ вспыхнулъ гнвомъ и, въ эту самую минуту, случайно взглянувъ въ окно, замтилъ Прексаспова малолтняго сына, игравшаго съ другими дтьми на царскомъ двор. О н ъ схватилъ лежавшіе подл него лукъ и стрлу — 7— и пустилъ ее въ ребенка; к ъ несчастью, выстрлъ былъ очень удаченъ : стрла пронзила ребенка въ самое сердце. «Хорошъ ли выстрлъ? и могутъ ли такъ стрлять люди, неумренно преданные вину» ? съ злой усмшкой спросилъ царь дрожавшаго отъ ужаса Прексаспа. «Сами боги», проговорилъ несчастный отецъ : «не могли бы сдлать боле мткаго выстрла» .

Сезострисъ Египетскій, одинаково съ Артаксерксомъ Лонгиманомъ, систематически обучалъ охот своихъ сыновей .

Птоломей Евергетъ самъ занимался охотой, и оказывалъ ей широкое покровительство .

Изъ греческихъ царей особенно отличался страстью къ охот Александръ Македонскій. Извстно даже, что онъ поручилъ Аристотелю, своему воспитателю и учителю, написать трактатъ объ охот .

Въ греческой миологіи и поэзіи въ изобиліи воспроизведены черты охотничьяго быта, существовавшаго въ древнйшій періодъ греческой жизни. Веселый и бурный Вакхъ изображался въ тигровой шкур — эмблема его подвиговъ въ охот за тиграми.

Гераклъ (Геркулесъ) носилъ шкуру льва, котораго онъ убилъ въ Немейскомъ лсу; большая часть его подвиговъ носятъ охотничій характеръ:

таковы его побды надъ немейскимъ львомъ, эримантскимъ вепремъ, стимфaлійскими птицами, критскимъ быкомъ, надъ конями Діомеда и ланью, посвященной Артемид, которая считалась богиней лсовъ, ркъ и ручьевъ, покровительницею охотниковъ, a вмст съ тмъ и дичи. Артемид былъ посвященъ великолпнйшій храмъ въ Ефес, который, въ день рожденія Александра Великаго, сжегъ Геростратъ .

Изображалась она или въ длинномъ женскомъ одяніи, или съ приподнятымъ для удобства охоты хитономъ; обыкновенно у нея за плечами колчанъ, а въ рукахъ лукъ или факелъ. Аполлонъ, которому приписывается изобртеніе лука, также забавлялся охотой и былъ увнчанъ лаврами за убіеніе страшнаго дракона Пиона. Даже Афродита охотилась — изъ любви к ъ Адонису. По словамъ миа, въ которомъ разсказывается о нжной любви Афродиты к ъ Адонису, богиня покинула все для любимаго ею Адониса, забыла даже самое небо; не рядилась, не нжилась, но, до колнъ подобравъ одежду, бродила она съ юношей по горамъ и лсамъ, по скаламъ, поросшимъ колючими растеніями; съ собаками преслдовала ланей, зайцевъ и другихъ зврей, но мощнаго вепря, медвдя и волка она избгала и Адонису совтовала подальше держаться отъ нихъ .

–  –  –

.

Спартанскій законодатель Ликургъ, по свидетельству одного древняго автора, предписалъ спартанцамъ упражнять дтей своихъ въ разныхъ родахъ охоты, чтобы выработать въ нихъ ловкость, проворство п силу. Въ одномъ изъ произведет! римскаго поэта Виргилія, въ «Георгикахъ», находимъ, между прочимъ, указаніе на то, что спартанцы достигли въ охот величайшаго искусства и славились породой гончихъ и борзыхъ собакъ .

У грековъ мы находимъ и первое сочиненіе, спеціально посвященное охот. Оно принадлежитъ извстному греческому историку Ксенофонту. Сочиненіе о б ъ охот называется «Kynegetikos» — «похвала охот». К с е н о ф о н т ъ называетъ охоту «божественнымъ изобртеніемъ» и первыми охотниками считаетъ Аполлона и Діану; онъ описываетъ охоту на зайцевъ, оленей и кабановъ весьма подробно и любопытно; мене подробно говоритъ онъ о б ъ охот на львовъ, барсовъ и пантеръ; описываетъ дв породы существовавшихъ тогда собакъ, длаетъ имъ сравнительную оцнку и указываетъ способы натаскиванія собакъ и уходъ за ними. К с е н о ф о н т ъ — восторженный поклонникъ охоты и признаетъ за ней громадное значеніе. «Охотники этимъ занятіемъ», говоритъ онъ, «развиваютъ тлесную силу, — 10 —

–  –  –

12 — нявшихъ въ себ безграничную отвагу съ ловкостью и опытностью въ охот .

К а к ъ всегда и везд, и на Руси охота предупреждаетъ собою исторію. Исторія уже на первыхъ страницахъ бытописанія земли русской отмчаетъ существованіе охоты, какъ ф а к т а обычнаго и широко распространеннаго. Б е з ъ сомннія, и на нашей территоріи охота началась еще въ т времена, когда здсь впервые появились люди .

Везд возникая одновременно съ появленіемъ человка, она и здсь должна была возникнуть въ далекой непроглядной тьм вковъ .

Въ историческую же эпоху Руси мы уже находимъ охоту не только какъ промыселъ, но и какъ искусство. Если и теперь есть у насъ просторъ и живой матеріалъ для охоты на свер и юг, на запад и восток, то въ т отдаленныя времена, очевидно, его было слишкомъ достаточно. Тогда Русь, въ значительной части, была п о крыта исполинскими лсами, о которыхъ лишь слабое понятіе могутъ дать нын сохранившіеся лса на св.-вос. Россіи, по берегамъ Печоры и Камы. Въ нихъ было много простора и приволья для всякаго звря и для всякой птицы, и, слдовательно, много было разнообразнаго матеріала для охоты .

Первыя историческія извстія о народахъ, жившихъ въ предлахъ ныншней Россіи, х а р а к т е р и з у ю т ихъ, какъ охотниковъ .

Геродотъ, греческій историкъ и путешественникъ V в. до P. X., первый постилъ нашу страну и оставилъ свднія о ея. древнихъ обитателяхъ. Въ его время въ предлахъ южной Россіи жили скиы и сарматы, народъ кочевой, которому звроловство доставляло пищу и одежду, столь необходимую въ холодномъ климат. Въ юговосточной степной полос ( в ъ предлахъ ныншнихъ Воронежской, Саратовской, Симбирской и др. губерній) жили вудины; «за степью, поворотя боле к ъ востоку (т. е. въ пріуральскомъ пространств), обитали тисагеты, народъ многочисленный и особый, питающійся звриною ловлей ; по смежности съ ними жили ирки, тоже — 13 — ;

С .

звроловы». Описывая бытъ этихъ народовъ, Геродотъ замчаетъ, что вс они занимались охотой : «высмотрвъ звря съ вершины какого-либо дерева, они пускаютъ въ него стрлу, а потомъ, вскочивъ на коня, преслдуютъ его съ помощью собаки» .

Другія извстія, относящіяся уже к ъ христіанской эр и боле близкія к ъ началу нашей исторіи, передаютъ, что на свер Россіи жили роксоланы, занимавшіеся грабежемъ и охотой (Марцелинъ), а по берегамъ «міотійскихъ болотъ», въ бассейн Днпра и дале на с.-зап. жили унны или гунны, свирпое племя, занимавшееся исключительно охотой (Прискъ и Іорнандъ) .

Арабскіе писатели Ибн-Хордаббе и Ибн-Хаукаль говорятъ о б ъ обширной торговл пушнымъ товаромъ, которую жители Руси вели на Румскомъ (Черномъ или Средиземномъ) мор .

Еще боле убдительное и наглядное подтвержденіе охотничьяго быта древнихъ обитателей Россіи даютъ намъ археологическія находки, такъ называемой «Чертомлыцкой могилы». «Толстая» могила, названная по имени рчки Чертомлыцкой, представляетъ громадный курганъ, находившійся к ъ с.-з. отъ мстечка Никополя, лежащаго на самомъ Днпр (Екатеринославской губ. и узда). При раскопк этого кургана, въ Ма 1862 года, были открыты сложенные въ кучу, безъ всякаго порядка, различные предметы конскаго уздечнаго и др. прибора: перержаввшія желзныя удила (числомъ до 250), бронзовые баранчики, пуговицы, пряжки, запоны рзныя въ вид птичьей головы и наносники въ вид бюста какого-то животнаго .

Подъ удилами лежали различныя бронзовыя вещи, изображавшія зврей и птицъ. Въ могил найдено 5 мечей съ рукоятками, покрытыми чеканнымъ золотомъ; на четырехъ изъ нихъ грубой работой изображены грионы и олени, а на пятой превосходно вычеканено изображеніе охоты. Въ одномъ изъ подземелій были открыты золотыя украшенія, съ изображеніями на нихъ оленей, зайцевъ и др. ж и в о т ныхъ, и тутъ же найденъ полуистлвшій остовъ собаки, быть можетъ охотничьяго пса погребеннаго вождя. Въ глубин подземелья открыта серебряная ваза, съ изображеніемъ двухъ грифовъ, терзающихъ оленя, и украшенная горельефными вызолоченными изображеніями сценъ изъ быта скиовъ, занятыхъ уходомъ за своими конями. Безъ сомннія, здсь изображено самое существенное и важное дло изъ скискаго быта, именно покореніе дикаго коня. Эта мысль развита съ замчательнымъ искусствомъ, и изящным изображенія расположены въ томъ послдовательномъ порядк, какимъ всегда сопровождалось это скиское степное занятіе. Изображенія расположены вокругъ вазы и составляютъ два особые и равные отдла : передній и задній. Начальный пунктъ художественной мысли и самаго дла находится по середин этой задней стороны всей картины. Здсь дв лошади представлены еще на степной дикой свобод: он пасутся въ степи.

По сторонамъ изображёно первое дйствіе ихъ покоренія человку:

он уже пойманы на арканъ скиами, которые стараются удержать, остановить ихъ на мст. Фигуры лошадей и

–  –  –

— 15 стремятся убжать, скиы всми силами упираются, чтобы удержать ихъ. Такимъ образомъ, э т о т ъ задній отдлъ картины, и съ правой, и съ лвой стороны, существенно выражаетъ одно : ловлю степного дикаго коня. Съ передней стороны вазы, на самой средин, изображена картина усмиренія пойманной лошади, представлено усиліе трехъ скиовъ повалить на землю дикаго коня, чтобы взнуздать его. Два скиа, стоящіе впереди коня, тянутъ его веревками, одинъ за правую переднюю ногу, другой за об заднія ноги, повидимому спутанныя;

третій скиъ, стоящій позади, тоже тянетъ к ъ себ коня за лвую Покореніе дикаго коня, рельефъ на Никопольской серебряной ваз .

переднюю ногу. Группа слва показываетъ, что конь уже взнузданъ, и скиъ треножитъ его, подтягивая лвую переднюю ногу черезъ плечо коня к ъ правому поводу узды, съ цлью оставить его въ этомъ неестественномъ и неудобномъ положеніи, чтобы онъ самъ собою привыкъ слушаться узды. Группа справа показываетъ, что дикій конь уже спокоенъ, объзженъ, взнузданъ и осдланъ, и скиъ его треножитъ для отдыха .

Таковы данныя археологіи, которыя говорятъ намъ о древнйшей эпох русской охоты .

Судя по даннымъ лтописей и другихъ письменныхъ источниковъ, наши предки называли охоту «ловами»: «ловы дяти» значило охотиться, «обловитися» значило имть большой успхъ на охот .

–  –  –

какихъ обстоятельствахъ. Если для «ловца» важенъ обильный уловъ зврей или птицъ при наименьшей затрат силъ, то для «охотника», напротивъ, важенъ не матеріальный, количественный успхъ охоты, но т ея условія, которыя даютъ пищу догадливости и проницательности охотника, его ловкости и смлости, и которыя обращаютъ охоту въ источникъ наслажденія ; чмъ больше препятствій, тмъ пріятнй для охотника успхъ и выше его качество, а количественное выраженіе этого успха для истиннаго охотника на второмъ план. Но если это такъ, то замна въ названіяхъ и должна была произойти въ то время, *когда охота обратилась въ искусство, цль котораго было не столько удовлетвореніе первыхъ нашихъ нуждъ, к а к ъ - т о доставленіе себ пищи и одежды, сколько удовлетвореніе «г свойственной человческой душ потребности въ наслажденіи. Правда, въ былинахъ Владимірова цикла встрчается названіе «охоты»: такъ, калики перехожіе, подходя к ъ Кіеву, встрчаются съ княземъ Владиміромъ, который «здитъ за охотою»; но вдь извстно, что въ язык былинъ, какъ и въ ихъ содержаніи, наблюдается цлый рядъ наслоеній позднйшаго происхожденія. Во всякомъ случа замна слова « л о в ы » словомъ « о х о т а » произошла не раньше XV вка; а к ъ этому, приблизительно, времени, повидимому, относится замтный упадокъ охоты, какъ промысла съ одной стороны, и возникновеніе нкоторой организаціи въ княжескихъ и царскихъ охотахъ съ другой .

XV — XVI в., вообще говоря, можно считать временемъ, когда охота княжеская измняетъ свой первоначальный характеръ добычливаго промысла и становится развлеченіемъ и забавой для князей .

–  –  –

'хота и охотничій промыселъ искони существовали на Руси. Неизвстно, когда наши предки исключительно занимались охотою, и въ какую пору они научились воздлывать землю .

Устные и письменные источники нашей исторіи свидтельствуютъ о событіяхъ той эпохи, когда охота и земледліе у восточныхъ славянъ существовали уже совмстно. Въ виду прямыхъ и косвенныхъ свидтельствъ о б ъ охот, находимыхъ нами въ лтоиисяхъ, былинахъ, въ грамотахъ и актахъ различнаго содержанія, а также въ сказаніяхъ нкоторыхъ иностранцевъ, въ качеств пословъ или гостей, постившихъ Россію въ XVI и XVII вв., едва ли возможно сомнваться въ томъ, что въ раннюю пору з* — 19 — русской жизни охота за зврями и птицами была широко распространена по всей территоріи древней Руси. Охота давала нашимъ предкамъ средства удовлетворять ихъ несложнымъ и неприхотливымъ потребностямъ въ пищ и одежд, и она же положила первое начало ихъ экономической дятельности .

ГІо словамъ лтописи, наши предки жили въ лсахъ и питались птицами и зврями: «Древляне живяху звриньскимъ образомъ ядяху вся нечисто.... И Радимичи и Вятичи и Сверъ одинъ обычай имяху: живяху въ лс, якоже всякій зврь, ядуще все нечисто» ') .

Въ этомъ отношеніи наши предки-славяне мало чмъ отличались отъ своихъ безпокойныхъ сосдей, полудикихъ кочевниковъ-Половцевъ, о которыхъ лтописецъ выражается такъ: «Ядуще мертвечину и всю нечистоту, хомки и сусолы» ) .


Въ лтописномъ преданіи о б ъ основателяхъ Кіева разсказывается, между прочимъ, о томъ, что они ловили зврей въ тогдашнихъ густыхъ днпровскихъ лсахъ. «И быша три брата, единому имя Кій, а другому Щ о к ъ, третьему Хоривъ, а сестра ихъ Лыбедь... и... сотвориша себ градокъ во имя брата своего старйшаго, якоже и бысть, и нарекоша имя ему градъ Кіевъ .

И бяше же около града того лсъ и боръ великъ и бяху ловяще зврь» ). И такъ, по словамъ лтописнаго преданія, первые поселенцы Кіева занимались охотой. Многія лтописныя извстія положительно устанавливаютъ т о т ъ фактъ, что охота и звроловство въ IX—XVI вв. производились повсюду на всемъ пространств отъ Благо моря до Днпра и отъ западныхъ границъ Руси до Урала и за Ураломъ. Угрюмый житель свера былъ такимъ же страстнымъ охотникомъ - звроловомъ, какъ и подвижной южанинъ. Несознательный выборъ или личныя склонности длали нашихъ предковъ охотниками, но властныя, хотя и безмолвныя, указанія природы, спорить съ которой у нихъ еще не было ни силъ, ни средствъ .

Природа древней Руси во многомъ отличалась отъ ныншней. Теперь страна наша — земледльческая, и ея безчисленныя пашни, рас

–  –  –

Нашимъ предкамъ поневол приходилось жить среди лсовъ .

Въ лсу они родились, въ лсу жили, въ лсу и умирали. О н ъ ихъ кормилъ и одвалъ, давая имъ все, что только могъ дать. Но за то они были во власти лса, такъ же какъ ныншній крестьянинъ во

–  –  –

УУ и лсъ снова бралъ верхъ надъ пашней: изъ «сыраго корня» быстро выростала молодая поросль, заглушала ниву и губила труды земледльца, Т а к ъ посл разоренія Курска, «окрестности и весь уздъ его веліемъ древесемъ проростоша и многимъ зврямъ обиталища быша» 8 ) .

Вкладывая въ пашню массу труда и неусыпно блюдя за ней, земледлецъ, однако, не могъ быть увренъ въ томъ, что плоды ея д о станутся ему. Въ древнее время часто нивы и села были жертвой набговъ половецкихъ или татарскихъ. Подъ 1093 годомъ лтописецъ говоритъ: «Се бо на ны Б о г ъ попусти поганыя... сынове Измаилеви (т. е. Половцы) пожигаху села и гумна и многи церкви огнемъ запалиша... города вси опустша, села опустша ; перейдемъ поля, идеже пасома бша стада конь, овця и волове, все тоще нын видимъ, нивы поростше звремъ жилища быша» ). При такихъ условіяхъ вполн естественно, что наши предки тяготли боле к ъ лсу, чмъ к ъ пашн. Въ лсу стоило имъ закинуть тенета, поставить на путик кляпцы или насторожить пругла, и зврь или птица попадались въ ловушку. Въ тогдашнихъ лсахъ и болотахъ привольно было жить и плодиться всякому зврю и всякой птиц, и повсюду ихъ было великое множество. Ходили даже разсказы о томъ, что въ нкоторыхъ мстахъ зври падаютъ на землю изъ тучи, и простодушные предки врили такимъ разсказамъ. «Еще мужи старіи ходили за Югру и Самоядь, яко видивши сами на полунощныхъ странахъ, спаде туча, и въ той тучи спаде вверица млада, аки топериво рожона, и възростъши и расходится по земли, и паки бываетъ другая туча, и спадаютъ оленци мали въ ней, и възростаютъ и расходятся по земли. Сему же ми есть послухъ посадникъ ГІавелъ Ладожскій и вси Ладожане» ). Чтобы дать представленіе о б ъ изобиліи зврей въ древней Руси, мы приведемъ свидтельства о звряхъ свера и юга, востока и запада .

На сверо-востокъ отъ Новгорода и Москвы лежали земли, богатыя пушными зврями : Югра, Печора, Заволочье и Пермь .

–  –  –

Мха зврей, массами истреблявшихся на ловляхъ и охотахъ, составляли главное богатство народа: за удовлетвореніемъ личныхъ потребностей, все остальное количество добывавшихся мховъ частію шло на уплату дани, a частію на торговые обороты .

Мховую дань предки наши платили вначал Варягамъ и безпокойнымъ кочевникамъ юга, затмъ собственнымъ князьямъ и впослдствіи завоевателямъ-татарамъ. «Имаху дань Варязи, приходяше изъ Заморья на Чуди и на Словенхъ и на Мряхъ и на всхъ и

–  –  –

Несомннно, однако, что самая громадная часть мховой добычи употреблялась на продажу. Въ средніе вка въ Европ господствовала мода на мховыя одежды; поэтому спросъ на мха былъ очень большой .

Русскіе продавали мха и въ Европу, и азіатскимъ народамъ .

«Скора» или шкуры зврей были главнымъ предметомъ нашего вывоза и мновой торговли: черезъ Новгородъ мха' шли въ Ганзейскіе города; по великому пути «изъ Варяйъ въ Третей», т. е. по Днпру въ Дарьградъ, мха отправлялись въ Грецію;

по такъ называемому «залозному пути», лежавшему по Днстру и черезъ Галицію, мха продавались въ Венгрію и Богсмію;

по «солоному» пути черезъ Д о н ъ въ Крымъ мха доставлялись въ г. Судакъ, куда съзжались купцы разныхъ странъ, наконецъ, по Волг мха шли въ Болгары и Итиль, а отсюда развозились въ Берду, Дербентъ, Багдадъ и дале въ Азію .

Въ обмнъ на свои мха, Русскіе получали изъ Европы преимущественно серебро, золото, шелковыя ткани, одежды и пряности, изъ Азіи оружіе, атласныя ткани, камки, иногда хлбъ и рдкія овощи и пряности. О размрахъ мхового вывоза можно судить по слдующему ф а к т у : въ царствованіе царя еодора Іоанновича, т. е .

во времена боле или мене позднйшія, за границу отпускали до і о. о о о к о ж ъ лосьихъ, оленьихъ и др. ежегодно 3 5 ), а общая стоимость мхового вывоза достигала тогда солидной суммы 500.000 рублей .

Мховая дань и мховая торговля существовали, благодаря охот за зврями; но, въ свою очередь, он вліяли на охоту, длая ее повсемстной, возбуждая к ъ ней энергію русскаго народа. Такимъ образомъ, малочисленность пахатныхъ земель, безмрное обиліе зврей и птицъ, мховая дань и торговля мхами—вотъ причины повсемстной охоты въ древней Руси. Охотились мужчины и даже женщины. Въ древнюю пору русская охота имла характеръ преимущественно промысловый, добычливый ; но съ теченіемъ времени, когда человкъ сталъ побждать двственную русскую природу, когда дичь стала — 34 — уменьшаться въ количеств, охотникъ-промышленникъ начинаетъ уступать свое мсто охотнику-любителю. Впрочемъ, и въ древнюю пору, на ряду съ охотой «прибытка ради» ), существовала также и охота ради удовольствія и забавы : русскіе князья и тогда уже охотились «утху себ творяще» ) .

Соотвтственно этимъ двумъ типамъ охотниковъ, можно и зврей древней Руси раздлить на дв группы : промысловыхъ и охотничьихъ ;

за первыми охотились ради ихъ дорогихъ мховъ, за вторыми — по страсти къ сильнымъ ощущеніямъ, какими сопровождалась всегда эта охота .

Первая группа состояла изъ слдующихъ зврей: соболи, куницы, бобры, лисицы, выдры, песцы и зайцы, горностаи, хорьки, медвди, волки, рыси, барсуки, россомахи, векши (вверицы), норки, сурки («хомки»); а ко второй групп принадлежали: вепри или кабаны, лоси, олени, дикія козы, серны, сайгаки (иначе называвшіеся солгаками и сейгаками), зубры, туры и дикіе кони. Чтобы полне представить картину древне-русской фауны, перечислимъ здсь также и птицъ, существовавшихъ на Руси и имвшихъ отношеніе къ охот : соколы, кречеты и ястреба были ловчими птицами, и съ ними охотились на лебедей, журавлей, гусей, утокъ, чернедей (чирковъ), гоголей (или гагъ), тетеревовъ, рябчиковъ, крастелей и перепелокъ .

Въ теченіе вковъ русская фауна, конечно, должна была измниться. Прошли т времена, когда Владиміръ Мономахъ могъ ловить по і о и 20 дикихъ коней или охотиться на туровъ, когда бобры возводили свои замысловатыя постройки на ркахъ почти всей Руси .

Воспоминаніе о б ъ этихъ животныхъ сохранилось только въ названіяхъ ркъ, селъ и городовъ : напр., рка Тура, гор. Туровъ, Бобровъ, Бобруйскъ, рка Бобръ, Бобрина и т. п .

Хотя зврями и птицами были богаты вс мста древней Руси, однако, у каждой породы зврей были свои излюбленныя мста, наиболе отвчавшія, по своимъ условіямъ, природ, нравамъ и образу б*

–  –  –

XVI в. соболи, стоившіе въ Перми ю рублей за сорочекъ, въ Холмогорахъ продавались по 25 рублей. Собольи хвосты цнились отъ з алтынъ 2 денегъ до ю алтынъ за штуку или отъ 6 до 18 р .

за сорочекъ ) .

Въ домашнемъ обиход мха соболей употреблялись на шубы, шапки и одяла. Въ 1328 г. Иванъ Калита завщалъ своему сыну «бугай соболій съ наплечки». О собольихъ одялахъ мы узнаемъ изъ посланія Даніила Заточника неизвстному князю ( і 199): (можно догадываться, что это былъ Новгородскій князь Ярославъ Владиміровичъ, княжившій съ 1182 по 1199 г.) «егда ляжеши на мягкихъ постеляхъ подъ собольими одялы, а мене помяни, господине, подъ — 38 — елинымъ платномъ лежаще, зимою умирающе и каплями дождевыми, яко стрлами, пронизающе». Ибн-Фоцланъ видлъ, какъ Русскіе при погребеніи на мертваго надвали соболью шапку ). Въ былинахъ щеголь Владиміръ описывается въ такомъ наряд : «кунья шубонька на одно плечо, шапочка соболья на одно ушко» ). Собольими хвостами украшались иногда головы лошадей .

Боле распространеннымъ пушнымъ звремъ, чмъ соболь, была куница, которая водится какъ въ хвойныхъ, такъ и въ лиственныхъ лсахъ, тогда какъ соболю нуженъ хвойный лсъ. Куница водилась въ средней части бассейна Днпра, въ лсахъ по берегамъ Зап. Буга, Бобра, Нарева, по берегамъ Нмана, Березины и Припети, по верховьямъ Зап. Двины, въ бассейн Суры и Мокши и въ волжскихъ лсахъ и спускалась на юг до границы лсовъ ). К ъ XVI вку границы распространенія ея начинаютъ съуживаться, и куницъ становится все меньше и меньше. Лучшими куницами считались башкирскія; въ торговл куницы раздлялись на лсныхъ и каменныхъ .

Куньи мха въ XVI в. продавались также сороками, въ вид цльныхъ шкурокъ, и только куньи хвосты продавались отдельно; цна сорочку куницъ была 13 рублей. Въ раннюю пору куньи шкурки служили ходячей монетой; куньи мха употреблялись на шубы, преимущественно въ сред людей небогатыхъ, но достаточныхъ. Впрочемъ, куньи шубы носились и богатыми; проповдникъ XII в.

такъ обличаетъ богача:

«ты облачишися и ходиши въ паволоц и въ кунахъ, а убогый руба не имать на тлеси» ) .

Бобры, уцлвшіе нын только въ Минской губерніи, въ древней Руси водились повсюду. Въ лтописяхъ и въ особенности въ жалованныхъ грамотахъ и въ писцовыхъ книгахъ часто упоминаются «бобровые гоны» и «зеремяна», т. е. мста поселенія, колоніи бобровъ. Бобры водилсь по рк Сур, т. е. въ предлахъ ныншнихъ губерній Нижегородской, Пензенской, Симбирской, въ бассейн З а падной Двины, т. е. въ Полоцкой и Смоленской областяхъ, и въ — 39 — бассейн Дона; на юг, такимъ образомъ, бобры спускались до границы лсовъ. Бобры раздлялись на настоящихъ и кошлоковъ, а по цвту были черные, чернокаріе, каріе и рыжіе; лучшими считались черные .

Въ торговой книг XVI в. обычная рыночная цна черному бобру показана два рубля. Продавалась также бобровая струя, имвшая медицинское употребленіе, и пудъ ея въ XVI в. стоилъ 3 р.; кром того, изъ бобровъ вычесывали шерсть, которую продавали во Францію, гд изъ нея длали шляпы.

Изъ шкуры бобровъ въ старину длали колчаны («тулы бобровые»); ими же отдлывались женскія шубки, какъ это можно видть изъ плача Ярославны въ «Слов о Полку Игорев» : «полечу зегзицею (лсной голубкой) по Дунаеви, омочу бебрянъ рукавъ въ Каял рц, утру князю кровавыя его раны на жестоцмъ его тл» ), или какъ это передано въ русскомъ стихотворномъ перевод :

–  –  –

Лисицы были распространены по всей Россіи; но лучшія чернобурыя водились въ Мордовской земл. Въ продаж существовало семь сортовъ лисицъ : черныя, чернобурыя, черночерёвыя, бурыя, сиводушчатыя, блыя ) и красныя. За мхъ чернобурой лисицы въ XVI в. платили отъ 30 до 40 червонцевъ, какъ объ этомъ свидтельствуетъ Рафаэль Барберини, жившій въ XVI в. по торговымъ дламъ въ Москв. Простыя лисицы продавались сотнями, и сотня въ XVI в. стоила только два рубля. Лисьи мха на Руси были въ большемъ употребленіи и въ особенности на мужскія шапки .

Охота на блокъ, съ рисунка А. Брандта, начала XVII столтія. Собраніе П. Я. Дашкова .

–  –  –

длину 20 верстъ и въ ширину 14; здсь-то, вроятно, и видлъ ихъ Герберштейнъ. О н ъ такъ описываетъ ихъ: «бизонтъ съ гривой; шея и плечи косматыя ; борода висящая съ подбородка ; волоса пахнутъ мускусомъ ; голова короткая ; глаза большіе, впалые, какъ бы пылающіе; лобъ широкій; рога по большей части расположены такъ, что въ промежутк между ними могутъ уссться три хорошо сложенныхъ человка... Спина зубра приподнимается въ вид горба, такъ что передняя и задняя части животнаго ниже середины» 5 '). Неизвстный авторъ письма, сохранившагося въ бумагахъ Флорентинскаго архива,

–  –  –

ствительнаго быта, а изъ литературнаго источника, какъ и сравненіе со львомъ. Два другія свидтельства изъ лтописи говорятъ о подаркахъ пардусами. Въ 1147 году Юрій Долгорукій звалъ к ъ себ въ Москву князя Святослава Ольговича Сверскаго: — «Святославъ же ха к ъ нему съ дтемъ своимъ Ольгомъ, в мал дружин, пойма съ собою Володимера Святославича ; Олегъ же ха напередъ к Гюргеви и да ему пардусъ» ) .

Въ 1159 году Ростиславъ Кіевскій и Святославъ Ольговичъ съхались для обсужденія плана дйствій противъ общаго врага Изяслава Даниловича: «бысть же създъ сей на великую любовь. Тогда же Ростиславъ позва Святослава к ъ соб на обдъ, Святославъ же ха к ъ нему безъ всякаго извта (т. е. измны), и бысть радость въ т ъ день межю има и дарови мнозь, да бо Ростиславъ Святославу собольми, и горностайми, и черными куны, и песцы, и блыми волкы и рыбьими зубы ; на заутріе же позва Святославъ Ростислава к ъ соб на обдъ и тако быста весела паче вчерашняго

–  –  –

Изображеніе 3ij6pa, съ гравюры на дерев, конца XV столтія. Путешествіе Герберштейна по Россіи .

князья дарили другъ друга, какъ лучшимъ и дорогимъ подаркомъ» ) .

Въ новйшее время высказано предположеніе ), что дарились не шкуры барсовъ, а живые, выдрессированные для охоты, барсы .

Извстно, что въ Азіи, у монгольскихъ хановъ, охота съ дрессированными леопардами въ старину практиковалась довольно широко;

леопарды притравливались натаской и ими травили зврей, какъ и теперь еще травятъ гепардомъ въ Индіи. Говорятъ, что наши предки могли перенять способъ барсовой охоты отъ Монголовъ сначала черезъ Половцевъ, впослдствіи черезъ Татаръ-завоевателей. Но о существо

–  –  –

— 51 — поверже». Подъ «лютымъ звремъ» въ этомъ отрывк обыкновенно разумютъ волка, основываясь на томъ, что въ древней письменности «лютый зврь»— синонимъ волка; но хорошо извстно всякому, даже не охотнику, что волкъ — большой трусъ, одинъ-на-одинъ никогда не бросится на коннаго охотника и едва ли въ силахъ опрокинуть коня и всадника; поэтому боле вроятнымъ кажется видть здсь въ «лютомъ звр» не волка, а барса, какъ это длаетъ проф .

Усовъ ). Разумется, шкуры такихъ рдкихъ зврей могли служить очень приличнымъ подаркомъ при существовавшему между князьями обыча обмниваться дарами .

Древняя Русь была еще боле богата птицами. Дикія птицы не особенно прихотливы въ отношеніи климатическихъ условій, поэтому въ древней Руси он водились повсюду, разселяясь или въ лсахъ, или въ болотахъ. Но ловчія птицы: соколы, кречеты и ястребы селились почти исключительно на крайнемъ свер, въ предлахъ Двинской Земли и Печорскаго края .

Отдавая охот трудъ и время, наши предки не отказывали себ въ удовольствіи пользоваться всми плодами охоты ; мы видли, какое употребленіе они длали изъ мховъ краснаго звря, теперь скажемъ нсколько словъ объ употребленіи дичи въ пищу. Мясо дикихъ птицъ, равно какъ и зврей, употреблялось на Руси въ пищу съ самыхъ древнихъ временъ. Т а к ъ какъ мясо нкоторыхъ зврей, по церковнымъ правиламъ, считалось нечистымъ и не разршалось въ пищу, то духовенство съ ранняго времени борется съ этимъ и энергично обличаетъ нашихъ предковъ въ употребленіи недозволенной пищи. Еще Лука Ж и д я т а ( в ъ 1036 г.) убждалъ Новгородцевъ не сть нечистой дичи: «братія, не ядите скверна». Но жизнь и ея нужды дйствовали на нашихъ предковъ сильне этихъ убжденій и обличены ; не взирая на церковное обличеніе, предки наши всегда ли разнообразное мясо, и въ списк ихъ кушаній дичь занимала не послднее мсто. tie пропадали даромъ и перья добываемыхъ охотою

–  –  –

ли уже при Владимір Святомъ, что видно изъ обличеній проповдниковъ. Въ «Слов о богатомъ и убогомъ», относящемся к ъ XII в., есть описаніе обда богача, изъ котораго видно, что въ XII в .

употреблялось въ пищу мясо зайцевъ, оленей, кабановъ, а изъ птицъ :

тетеревовъ, рябчиковъ, журавлей и куропатокъ, надъ приготовленіемъ которыхъ трудились «множъство сакачіи (поваровъ) работающе и длающе съ потъмь» ). Описывая обды Василія Іоанновича III, Герберштейнъ говоритъ, что жареные журавли въ мясодъ подаются — 53 гостямъ первымъ блюдомъ. Трехъ изъ поставленныхъ передъ нимъ князь рзалъ ножикомъ, пробуя который изъ нихъ лучше и предпочтительне другихъ... «сюда подливали уксусу, прибавляли соли и перцу, ибо употребляли это вмсто соусу или похлебки» ° 8 ) .

Въ 1597 году отпускали къ столу Австрійскаго посла изъ кормоваго дворца : восемь блюдъ лебедей, восемь блюдъ журавлей съ прянымъ зельемъ, нсколько птушковъ разсольныхъ съ инбиремъ, курицъ безкостныхъ, тетеревей съ шафраномъ, рябчиковъ со сливами, утокъ съ огурцами, гусей съ пшеномъ срацинскимъ, зайцевъ въ лапш и въ рп, мозги лосьи и прочее ) .

О т ъ XI и XII вв. дошли до насъ извстія о б ъ употребленіи въ пищу медвжатины ) и вверичины (векшины) ). Въ «Домостро»

(XVI в.) мы находимъ очень длинный списокъ блюдъ, приготовлявшихся изъ дичи: въ различныхъ видахъ и съ различными приправами приготовлялись тогда кушанья изъ журавлей, лебедей, цаплей, утокъ, гусей, тетеревовъ, рябчиковъ, куропатокъ и жаворонковъ, изъ заячьяго и лосинаго мяса. Ш а ф р а н ъ и перецъ, уксусъ, лукъ и соль, въ большихъ дозахъ, служили любимой приправой для кушаній нашихъ предковъ. Иностранцамъ русская кухня не нравилась, и Флетчеръ (XVI в.), напр., называетъ ее грубою .

Т а к ъ какъ охота играла очень видную и важную роль въ общемъ стро древне-русской жизни, то естественно, что русскіе пастыри не могли въ своихъ проповдяхъ иногда не затрогивать этой стороны быта. Въ отношеніи охоты древне-русское духовенство обнаруживало нкоторую двойственность .

Въ одной древней рукописи ) взглядъ духовенства на охоту выраженъ въ форм слишкомъ строгой: «аще кто медвдя или иная животная различная игралища прехищряя и ловитвамъ прилжаяй..., то сихъ въ слабость едино запрещеніе имать, еже сихъ съ эпитеміею каятися и престати отъ таковыхъ». Авторъ «Домостроя» разражается противъ охоты цлой филиппикой, ставитъ ее, такъ сказать, на одну — 54 — линію съ блудомъ и другими т я ж кими грхами, и грозитъ «творящимъ таковая» шестилтнимъ запрещеніемъ, а въ случа упорства даже и отлученіемъ отъ церкви. «Аще кто не по Боз живетъ и не по христіанскому житію» — говоритъ онъ между прочимъ — «...и перевсы и всякое угодіе неправдою и насиліемъ творитъ... или ловы творитъ съ собаками и со птицами и съ медвди самъ государь и его дти и христіане тако творятъ, а государь о томъ не возбраняетъ... вси вкуп будутъ во ад, a зд прокляты» ) .

Но въ томъ же «Домостро» мы видимъ длинный рядъ блюдъ изъ дичи, рекомендуемый имъ для домашняго обихода .

Весьма любопытно это противорчіе между взглядомъ на охоту и практическимъ отношеніемъ к ъ ней. Не одобряя охоту, какъ забаву, духовенство, однако, хорошо понимало ея практическія выгоды и всегда съ болыиимъ удовольствіемъ принимало отъ князей пожалованія охотничьими угодьями. Если въ словахъ и проповдяхъ духовенства слышалось рзкое обличеніе охоты, то объясненіе этому нужно искать въ самомъ характер древне-русской проповди: долгое время она рабски слдовала византійскимъ образцамъ и, назидая слушателей, совершенно игнорировала дйствительныя условія жизни и ихъ быта. Но какъ только вопросъ переносился на практическую, жизненную почву, само духовенство просто и цлесообразно разршало недоумнія въ области той же охоты. Такъ, на вопросъ Кирика Новгородскому епископу Нифонту (около 1156 г.): «можно ли въ праздникъ убивать птицъ, рыбъ и другихъ земныхъ животныхъ?» — данъ епископомъ такой отвтъ: «въ день Господень человкъ долженъ идти въ церковь, потому что это праздникъ; однако-жъ, если того требуютъ людскія нужды, то можно убивать» ) .

–  –  –

— 56 — дло гршное и вредное, но нужное и важное. И эту мысль народное творчество не разъ впослдствіи высказало въ поэтической форм и въ былинахъ, гд оно рисуетъ богатырей-охотниковъ, и въ замчательномъ литературномъ памятник XII в. — въ Слов о Полку Игорев, гд картинныя сравненія, взятыя изъ охотничьяго быта, дышатъ жизнью и сообщаютъ всему произведенію яркія краски .

Въ народномъ представленіи охота и богатство объединялись внутреннею причинною связью; это прекрасно подтверждается слдующимъ охотничьимъ заговоромъ или заклятіемъ, сохранившимся въ Новгородской земл отъ временъ язычества: «Пойду я въ чистое поле, въ чистомъ пол младъ мсяцъ находился, отъ млада мсяца — младъ молодецъ: сидитъ на ворономъ кон по колна ноги въ золот, по локоть руки въ серебр, на буйной голов вс кудри въ золот .

Держитъ молодецъ золотую кису, золотой топоръ и булатный н о ж ъ ;

въ золотой кис лежитъ мясо, счетъ мясо молодецъ булатнымъ ножемъ и бросаетъ на мой волокъ... Возговорилъ добрый молодецъ:

гой еси лисицы черноухія, черноусыя, лисицы бурыя, рыси и россомахи и сдые волки, сбгайтеся на мой волокъ, на мою отраву, днемъ по солнцу, а ночью по мсяцу. Ключъ да замокъ!» ) .

Но если охота въ общемъ стро древне-русской жизни была дломъ первой важности, то естественно спросить : какое вліяніе оказывала она на складъ народнаго характера, на міросозерцаніе народа ?

Народъ — охотникъ по необходимости, полагается всего больше на личную предпріимчивость и предусмотрительность ; подверженный риску и неожиданностямъ, онъ естественно вырабатываетъ въ своемъ характер стойкость и безстрашіе передъ опасностью. Конечно, прослдить на отдльныхъ примрахъ вліяніе охоты на характеръ нашихъ предковъ нтъ никакой возможности, потому что исторія застаетъ уже совмстное существованіе охоты и земледлія въ древнйшую эпоху Руси. Оба эти занятія, безспорно, вліяли въ равной — 57 — мр на образованіе нашего народнаго характера; но если земледльческій трудъ воспиталъ въ русской душ наклонность к ъ спокойной и вдумчиво-серьезной мысли, то на счетъ вліянія охоты нужно о т нести такія качества русскаго духа, не разъ удивлявшія міръ, какъ безстрашіе и стойкость, о которыя, какъ волны о скалы, разбивались былыя бды и бури .

Ознакомившись съ общими условіями охоты въ древней Руси, мы перейдемъ теперь к ъ х а р а к т е р и с т и к представителей древне-русской охоты — великихъ князей .

–  –  –

В-ъ древней Русн и князья, и народъ вели жизнь простую, незатйливую ; много было общаго и сходнаго въ ихъ привычкахъ и занятіяхъ, въ трудахъ и развлеченіяхъ.

Несложна была старинная жизнь и не отличалась она большимъ разнообразіемъ развлеченій:

веселая пирушка, псня и пляска, единоборство и наздничество и, наконецъ, охота, вотъ чмъ тшилъ себя древне-русскій человкъ .

Всеобщій историческій опытъ показываетъ, что развлеченія становятся тмъ разнообразне по формамъ и выше по качеству, чмъ развите въ умственномъ и нравственномъ отношеніи длается человкъ и чмъ разнообразне становится его внутренняя жизнь. Но древній періодъ нашей исторіи — Кіевскій — весь былъ полонъ постоянной напряженной борьбы : вншней — съ воинственными сосдями кочевниками, внутренней — удльной борьбы князей между собою. Этому 8* — 59 — бурному и мятежному времени вполн по характеру соотвтствовали и удовольствія того времени, шумныя, разгульныя, воинственныя. Пиры и охоты составляли любимйшее развлеченіе Кіевскихъ князей, за которымъ они отдыхали отъ заботъ и тревогъ, столь обычныхъ въ то неспокойное время. Впрочемъ, правильне сказать, что охота въ жизни великихъ князей была не отдыхомъ, но лишь перемной занятій; это былъ трудъ, увлекательный, но очень не легкій и нердко весьма опасный: «а се труждахося ловы дя», говоритъ о своей охот Владиміръ Мономахъ .

Итакъ въ быту великихъ князей Кіевскаго періода охота составляла постоянную принадлежность княжеской жизни и отражала на себ особенности времени и личный характеръ того или другого князя .

Можно сказать, что въ этотъ періодъ вся жизнь князей протекала или въ ратномъ пол, или въ отъзжемъ; лишь только наступалъ мирный промежутокъ времени, князья спшили «на ловы» и отдавались имъ съ такимъ увлеченіемъ, что забывали порою о возможной опасности со стороны враговъ. Должно замтить, что такое же увлеченіе ловами было свойственно и князьямъ Московской Руси;

вотъ примръ: въ 1378 г. въ княженіе Димитрія Донскаго, когда русскій отрядъ былъ за ркою Пьяной и мало остерегался татаръ, «князи и бояре старйшіе, вельможи и воеводы, ти вс похаша, ловы дюще, утху себ творяще, мнящеся яко дома» ) .

Тмъ оживленне, шире и значительне была княжеская охота, чмъ энергичне былъ личный характеръ князя: ршительный и неутомимый Владиміръ Мономахъ отдавалъ всего себя охот, пробовалъ себя во всхъ ея видахъ и, казалось, намренно искалъ въ охот наиболе рискованныхъ и опасныхъ случаевъ; спокойный Ярославъ Мудрый, склонный къ созерцательности, предпочиталъ сидть съ «удицей» на берегу рки, чмъ гоняться за звремъ. Несмотря, однако, на различіе въ характерахъ и личныхъ свойствахъ, вс Кіевскіе князья были охотниками, боле или мене рьяными, какъ объ этомъ свидтельствуютъ отрывочныя и неполныя, но частыя свднія, разбросанныя по лтописямъ и другимъ источникамъ .

Первый изъ князей, о которомъ упоминается, какъ объ охотник*;, былъ Игорь Рюриковичъ ( 9 1 2 — 9 4 5 г.). Ж и в я въ Кіев, при опекун своемъ, язычник Олег, Игорь постоянно занимался ловами и пристрастился к ъ нимъ. ГІровиднію угодно было обратить ловы Игоревы въ спасительное средство для просвщенія Кіевской Руси — 61 — Молодой Великій Князь Святославъ Июревичъ .

христіанствомъ, такъ какъ съ его ловами тсно связана его женитьба на Ольг, бывшей, по выраженію лтописца, «денницею и луною спасенія». Не довольствуясь охотой близъ Кіева, Игорь отправился «дять ловы» во Псков (Плесков) и его окрестностяхъ. Въ одинъ день Игорь, въ сопровождены ловчей дружины, халъ на кон на ловы к ъ селу Выбутскому и, при възд въ село, встртилъ прекраснейшую двицу, пріостановилъ коня и заговорилъ съ нею;

поселянка отвчала скромно и умно. Игорь плнился ея умомъ и красотой и избралъ ее своею супругой ). Но даже и счастливый бракъ не охладилъ въ Игор страсти к ъ охот. По возвращеніи въ Кіевъ Игорь попрежнему съ увлеченіемъ занимался охотой. Таковъ у ж ъ былъ духъ того времени, что удаль и сила не мирились съ тихой и мирной обстановкой семейныхъ радостей, но искали сильныхъ ощущеній и любили развернуться во всю свою мощь на простор полей и въ приволь лсовъ. Нердко Игорь бралъ съ собою на охоту малолтняго сына Святослава, чтобы съ дтства пріучить его ко всмъ трудностямъ и опасностямъ охоты. Вообще надо замтить, что въ древнія времена охота была лучшей школой для подготовленія воиновъ к ъ боевой жизни. И это воспитательное значеніе охоты было хорошо понято какъ Игоремъ, такъ и Ольгой. По смерти мужа Ольга продолжала воспитывать Святослава въ томъ же дух, лично показывая ему примръ храбрости и выносливости на войн и охот. Лтописецъ говоритъ о ней: «Иде Вольга по Деревьстй (древлянской) земли съ сыномъ своимъ и съ дружиною уставляющи уставы и уроки; суть становища с и ловища... ловища ея суть по всей земли... и по Днпру перевсища и по Десн» ). «Ловища» — мста наиболе удобныя и выгодныя для охоты; посщая ихъ, дружина Ольги, конечно, пользовалась случаемъ вдоволь поохотиться, a вмст съ дружиной, безъ сомннія, «ловы дяла» и сама княгиня. Хотя нтъ никакихъ прямыхъ указаній въ письменныхъ источникахъ, которыми можно было бы подтвердить наше предположеніе, но тмъ не мене мы не можемъ сомнваться въ томъ, что Ольга принимала иногда участіе въ охот, которая устроивалась въ тхъ мстностяхъ, гд находились «ловища ея и перевсища» .

Если Ольга не боялась подвергать себя риску и опасностямъ похода противъ древлянъ, к о торымъ она жестоко отмстила за смерть мужа, то чего ради она 63 — уклонялась бы отъ охоты, гд опасностей меньше, a удовольстві-я и наслажденія много? Она должна была раздлять съ дружиной удовольствія охоты, какъ раньше длила съ ней вс опасности похода, а сыну она замнила при этомъ погибшаго отца, его перваго учителя и руководителя на поприщ охоты. И это какъ нельзя боле отвчаетъ твердому чисто мужскому характеру Ольги. Пусть о х о т а — « м у ж е с к о е дло», какъ выражается Владиміръ Мономахъ, но она не могла быть чужда Ольг, мужеству которой могли бы позавидовать самые мужественные мужи даже тхъ героическихъ временъ .

Святославъ ( 9 5 7 — 9 7 2 ) унаслдовалъ основныя черты характера своихъ родителей и въ особенности ихъ страсть к ъ охот. Воспитанный своимъ отцомъ на охот, съ дтства свыкшійся съ трудами и опасностями ловли звриной, Святославъ выработалъ въ себ твердый и непреклонный характеръ и даже въ условіяхъ того времени является типомъ поистин богатырскимъ. Несмотря на девять вковъ, отдляюшихъ насъ отъ Святослава, и теперь еще нельзя не восхищаться удивительною мощью его духа и величавой простотой его привычекъ .

Будучи еще мальчикомъ, онъ умлъ уже ловко пустить стрлу въ звря, мчавшагося на него, лихо здилъ верхомъ и пробовалъ уже владть копьемъ. Когда въ 946 г. Ольга пошла на Древлянъ, чтобы отмстить за смерть Игоря, Святославъ былъ съ нею и первый открылъ битву съ Древлянами: «суну копьемъ Святославъ Древляны и копье лет сквоз уши коневи, удари въ ноги коневы, б бо дтескъ» ) .

Лтописецъ такъ обрисовалъ воинственный и суровый характеръ возмужавшаго Святослава: «князю Святославу възрастшю и возмужавшю, нача воя совокупляти многы и храбры, б бо самъ хоробръ и легокъ .

Легко ходя акы пардусъ, войны многи творяше. Ходя возъ по себ не возяше, ни котла; ни мясъ варя, но потонку изрзавъ конину ли, зврину ли, или говядину, на углехъ испекъ ядяше; ни шатра имяще, но подкладъ ( п о т н и к ъ ) пославъ и сдло въ головахъ; такоже ь0 и прочіе вой его вси дяху» ) .

— 64 — По смерти Святослава, между тремя его сыновьями:

Ярополкомъ, Олегомъи Владиміромъ вскор началась междуусобная вражда, черезъ пять лтъ завершившаяся возстановленіемъ единодержавія въ лиц Владиміра .

Весьма любопытный фактъ, что ближайшимъ поводомъ этой усобицы послужило событіе, тсно связанное съ исторіей княжескихъ лововъ .

Покидая Русь для Болгаріи, Святославъ, какъ извстно, раздлилъ между сыновьями свои русскія владнія такъ: старшій сынъ, еще мальчикъ лтъ і і —12, Ярополкъ, княжилъ въ Кіев; второй сынъ, Олегъ, сидлъ въ Древлянской земл, a младшій, Владиміръ, былъ отпущенъ княжить, подъ опекой дяди его Добрыни, въ Новгородъ. Въ Кіев, при малолтнемъ Ярополк, былъ въ большой сил Свнельдъ, одинъ изъ самыхъ отважныхъ витязей Святославовой дружины, возвратившійся въ Кіевъ посл смерти Святослава. Въ 97 5 г., сынъ ) этого Свнельда, по имени Лютъ, похалъ изъ Кіева на охоту; увлекшись погоней за звремъ, онъ нечаянно захалъ въ лса, принадлежавшіе къ волости Олега, древлянскаго князя. Случайно въ это же время охотился здсь и сахмъ Олегъ .

Замтивъ, что кто-то сторонній гонитъ по зврю въ его лсахъ, Олегъ спрашиваетъ: «Кто это такой» ? — Дружина отвчала: «Свнельдичъ». Олегъ нагналъ Люта и убилъ его, вроятно, обиженный такимъ явнымъ нарушеніемъ территоріальныхъ правъ охоты. Свнельдъ глубоко затаилъ въ себ ненависть къ Олегу, убійц его единственнаго и любимаго сына, и ршилъ отмстить ему; для этой цли онъ воспользовался своимъ вліяніемъ на Ярополка, и, разжигая его властолюбіе, постоянно твердилъ ему: «пойди на брата своего, отними у него власть и княжи себ одинъ». И онъ достигъ, чего хотлъ .

Черезъ два года посл того, Ярополкъ пошелъ войной на Олега и разбилъ его. Олегъ бжалъ к ъ Вручаю (Овручь Волынской г.), но на одномъ мосту былъ, въ общей суматох, смятъ и на смерть растоптанъ толпою спасавшейся бгствомъ дружины. Ярополкъ горько оплакивалъ смерть брата; указывая на его обезображенный трупъ, не безъ упрека онъ сказалъ Свнельду: «смотри, исполнилось твое желанье». Но, начавъ усобицу, Ярополкъ вскор и самъ сдлался ея жертвой; во время перемирія съ Владиміромъ онъ былъ предательски убитъ двумя подкупленными варягами, пронзенный подъ мышки варяжскими мечами. Съ его смертью усобица кончилась, и Владиміръ сталъ единодержавнымъ княземъ ( 9 8 0 — 1 0 1 5 г.) .

Былъ ли Владиміръ Святославичъ страстнымъ охотникомъ, часто ли «дялъ онъ ловы», являлъ ли на ловахъ подвиги ловкости и смлости, объ этомъ мы не имемъ достоврныхъ извстій. Лтопись совершенно даже умалчиваетъ объ охот князя Владиміра. Быть можетъ, это молчаніе нужно объяснить тмъ, что все вниманіе лтописца было поглощено событіемъ величайшей важности — крещеніемъ Руси • - и тми перемнами, какія оно вносило въ міросозерцаніе, жизнь и нравы народа: что въ сравненіи съ этимъ значили ловы, — явленіе обычное и повседневное ! Но, можетъ быть, лтописецъ умолчалъ о ловахъ Владиміра и потому, что ничмъ особеннымъ въ этой области Владиміръ не отличался, что не возвышался онъ, такъ сказать, надъ среднимъ типомъ князя-охотника .

Принимая въ разсчетъ исторически-извстный характеръ Владиміра, мы должны дать мсто этому соображенію, хотя оно и идетъ со

–  –  –

— 68 — 7 % Другой эпизодъ касается охотничьихъ безчинствъ Чурилиной дружины. Чурило Пленковичъ — зазжій богатырь. И самъ онъ, и дружина его вели себя вольно. На Чурилову дружину такъ жаловались люди Владиміру: приходить к ъ Владиміру толпа людей въ триста человкъ и говорятъ ему: «Свтъ Владиміръ князь: мы здили по чистому полю вверху рки Череги, въ твоемъ государевомъ займищ .

Ничего мы не нахали въ пол и не видали ни звря прыскучаго, ни птицы перелетной. Мы нахали въ чистомъ пол на толпу молодцовъ, человкъ за пятьсотъ; они зврей повыловили и повыгнали и насъ избили, изранили. Нтъ теб, государю, добычи, а отъ тебя намъ, государь, жалованья нтъ». Вслдъ за этою толпою приходить другая толпа, человкъ за пятьсотъ; это охотники-рыболовы; они избиты, изранены и тоже творятъ жалобу Владиміру: «Свтъ Владиміръ князь! Іэздили мы по ркамъ, по озерамъ, на твое княженецкое счастье, ничего не поймали. Встртили мы людей, человкъ за пятьсотъ; повыловили они блую рыбицу, щукъ, карасей и мелкую рыбешку. Намъ нтъ добычи, государь, a теб приносу, а отъ тебя, государь, намъ жалованья нтъ; дти и жены по міру пошли» .

Приходятъ затмъ к ъ Владиміру съ такою же жалобой кречатники и сокольники: «Свтъ Владиміръ князь! здили мы по полю чистому, вверху Череги, по твоему государеву займищу, на потшныхъ островахъ, на твое княженецкое счастіе. Ничего не видали, не видали сокола и кречета перелетнаго. Нахали мы только на молодцовъ за тысячу человкъ. Они соколовъ ясныхъ всхъ похватывали, блыхъ кречетовъ повыловили, а насъ, государь, избили, изранили; называются дружиною Чуриловою» .

По сказанію былинъ, ловчая дружина Владиміра охотится или по собственной вольной волюшк, или по приказу ласковаго князя Владиміра добыть к ъ его столу гусей, лебедей, перелетныхъ срыхъ уточекъ. За охотой слдовалъ пиръ среди двора, въ княжеской гридн, убранной трофеями охоты : покрышка гридни изъ сдыхъ — 70 — Снимокъ съ фрескъ Кіево-Софійскаго собора, XI столтія (рис. I) .

бобровъ, потолокъ изъ черныхъ соболей ; на пиру богатыриохотники пьютъ зелено - вино чарами въ полтора ведра и сладкій медъ изъ турьихъ роговъ въ полтретья ведра. Такова, по былинамъ, картина охотничьей жизни при двор князя Владиміра. Историческая дйствительность въ ней украшена поэтическимъ вымысломъ. Строгонаучный анализъ содержанія былинъ вскрываетъ въ нихъ наслоеніе чертъ, принадлежащихъ къ разнымъ эпохамъ, вслдствіе чего невозможно пріурочить содержаніе былинъ исключительно к ъ эпох Владиміра Святославича. Выдляя изъ былинъ фантастическій элементъ, историки находятъ въ нихъ общую картину древняго княжескаго быта, которую нельзя, однако, отнести к ъ той или другой, хронологически определенной, исторической эпох .

Владиміръ былинъ — не Владиміръ Святославичъ, но лишь художественный типъ древняго князя вообще, — типъ, котораго отдльныя черты мы можемъ наблюдать какъ у Владиміра Святославича и Владиміра Всеволодовича — 71 — I Мономаха, такъ и у многихъ другихъ князей древней Руси... Твердо стоя на почв фактовъ, исторія отнимаетъ у Вдадиміра Святославича ореолъ, какимъ окружили его былины, и характеризуетъ его иначе .

Это былъ князь вовсе не воинственный и ршительный, и не особенно присуща была ему личная удаль и отвага. О н ъ не походилъ на отца своего; казалось даже, ни одной черты не унаслдовалъ онъ изъ отцовскаго характера, но, быть можетъ, уродился весь въ мать. Его мать была рабыня Малуша, ключница Ольги; что привлекло к ъ ней сердце богатыря Святослава, объ этомъ въ лтописи нтъ намека; одно несомннно, что ненасытная жажда нги и женской ласки въ характер ея сына составляла основную черту .

Владиміръ-язычникъ «б побжонъ похотью женскою» и весь безраздельно отдавался этому чувству, «приводя къ себ мужьскыя жены и двицы» ). Сильная страсть к ъ охот едва ли могла бы мириться съ женственно-мягкимъ и изнженнымъ характеромъ Владиміра, и вотъ почему нельзя, вслдъ за былинами, признавать въ немъ охотника, равнаго его предшественникамъ .

Владиміръ имлъ двнадцать сыновей ; но только о двухъ изъ нихъ сохранились извстія, относящіяся къ исторіи княжескихъ лововъ, — о Мстислав и Ярослав. Это были характеры, мало похожіе одинъ на другой. Если Ярославъ до извстной степени унаслдовалъ миролюбивый характеръ своего отца, то Мстиславъ, напротивъ, весь вышелъ въ дда-Святослава : та же физическая богатырская сила ; та же мощь духа, въ спокойствіи величавая, въ гнв грозная и ужасающая; тотъ же стальной характеръ и, наконецъ, то же благородство сердца. Этому богатырю «съ краснымъ лицомъ и грозными глазами» сила, казалось, не давала покоя : то онъ идетъ на крымскихъ Хазаръ, то, грозный и непобдимый, тснитъ прикубанскихъ Косоговъ и въ единоборств побждаетъ ихъ великана Редедю ; если не въ битв, то на пиру съ любимой дружиной; не на пиру, такъ на ловахъ, но везд эта сила проры

–  –  –

і не приходитъ раньше, какъ въ урочный, Богомъ положенный, часъ;

выносливость, которая не признаетъ усталости и нужды въ поко, пока не справлено дло, и самодеятельность, которая создаетъ индивидуальность и въ человк вообще, и въ частности въ охотник, девизъ которой: «все самъ — ничего чрезъ другихъ». Этими чертами отмчена вся жизнь Владиміра Мономаха, исполненная непрестанныхъ трудовъ и подвиговъ и частыхъ серьезныхъ опасностей .

Тринадцати лтъ отъ роду, Мономахъ принялся за занятія, которыя, по тогдашнимъ понятіямъ, были приличны княжескому званію: за войну и охоту. Большую часть жизни провелъ онъ вн дома, большую часть ночей проспалъ на сырой земл; однихъ дальнихъ путешествій совершилъ онъ 83. Дома и въ дорог, на войн и охот, длалъ все самъ, не давалъ себ покоя ни днемъ, ни ночью, ни въ холодъ, ни въ жаръ; до свта поднимался съ постели, садился думать съ дружиною, или оправливалъ (судилъ) людей, или шелъ на охоту .

К ъ охот Мономахъ привыкъ и пристрастился съ дтства, когда еще съ отцомъ, Всеволодомъ, ходилъ ловить всякаго звря, и съ тхъ поръ страсть к ъ охот стала въ душ Мономаха господствующею, и, казалось, опасности, которыми охота была богата, только сильнй разжигали въ Мономах увлеченіе къ ней. О н ъ охотился, «не блюдя живота своего, не щадя головы своей»; много разъ на всемъ скаку падалъ съ коня, дважды голову разбивалъ, ранилъ руки и ноги .

А опасности отъ зврей были и еще страшне: туръ сильными рогами металъ его вмст съ конемъ два раза, a встртиться съ рогами разъяреннаго тура почти то же, что встртиться съ смертью;

то олень, то лоси пробовали на немъ крпость своихъ копытъ и роговъ; вепрь оборвалъ мечъ у него на бедр, медвдь у самаго колна прокусилъ подкладъ (потникъ подъ сдломъ), лютый зврь вскочилъ к ъ нему на бедра и повалилъ его вмст съ конемъ, но,— говоритъ Мономахъ,— «Богъ невредимымъ меня сохранилъ». Въ этихъ бдахъ и напастяхъ Мономаху много помогала его богатырская сила — 79 — и ловкая охотничья снаровка, о которыхъ можно судить по одному тому, что собственными руками онъ вязалъ въ пущахъ по ю и 20 дикихъ коней. Не забавой, не княжеской потхой была для него охота, но серьезнымъ, жизненнымъ дломъ, которое для своего успха требуетъ строгаго порядка, систематичности и постояннаго вниманія к ъ самымъ мелкимъ подробностямъ .

Мономахъ самъ доходилъ до всхъ подробностей охотничьяго дла: «и въ ловчихъ ловчій нарядъ держалъ, и въ конюхахъ, и о соколахъ и о ястребахъ» заботился; что слдовало длать отроку, то длалъ онъ самъ, показывая примръ, что всякое дло спорится, когда всякій выполняетъ свою долю въ немъ точно, строго, своевременно. Эту простоту нравовъ и эту строгость въ отношеніи своихъ обязанностей онъ завщалъ (въ своей «Духовной») и дтямъ, и въ особенности совтывалъ имъ не бояться смерти: «Смерти, дти, не бойтесь, ни отъ рати, ни отъ зврей, но творите мужеское дло, какое кому Богъ пошлетъ; ничто не повредить вамъ, если того Б о г ъ не попустить, а если отъ Бога смерть, то ни отецъ, ни мать, ни братья не отнимутъ васъ у нея» ). Таковъ былъ этотъ князь труженикъ; въ народ твердо сохранялась память о немъ, и долго онъ питалъ особенное расположеніе к ъ «племени Владиміра» .

Великокняжеская охота во времена Мономаха, какъ это показываетъ его «Духовная», стояла на высокой степени развитія. Благодаря обилію зврей, она была разнообразна и давала большой просторъ для личнаго выбора предметовъ охоты. Существовала охота соколиная и ястребиная и, возможно полагать, псовая, хотя о собакахъ Мономахъ не упоминаетъ ни слова. Но, самое главное, это была уже охота упорядоченная, организованная: существовалъ ловчій нарядъ, т. е. спеціальный, служебный персоналъ охоты; к ъ сожалнію, въ «Духовной» Мономаха не указано подробно, изъ какихъ именно служащихъ состоялъ ловчій нарядъ, и какъ распредлялись между ними занятія, и на какія спеціальности распадалась служба ловчаго

–  –  –

— 85 — \ Около i l 6 6 года, по поводу прізда греческаго императора Андроника Комнина, Ярославъ Галицкій устроилъ большую охоту на туровъ, въ которой принимали участіе Ростиславъ Мстиславичъ, князь Кіевскій, и другіе Русскіе князья. Андронику такъ понравилась княжеская охота, что, возвратясь на родину, онъ ршилъ завести охоту при своемъ двор ) .

Во второй половин XIII вка, на Галицкомъ княжеств сидлъ Даніилъ Романовичъ, очень выдающійся князь-охотникъ, какъ это можно видть изъ слдующаго факта. Въ 1255 году, провожая свое войско до Грубешова, Даніилъ по дорог собственноручно убилъ рогатиной трехъ кабановъ, да отрокъ трехъ, и мясо убитыхъ кабановъ Даніилъ далъ «воемъ (войску) на путь» ). Съ охотою Даніила Романовича связана исторія основанія города Холма. Въ 1259 году, охотясь въ отъзжемъ пол, Даніилъ сдлалъ привалъ на одномъ крайне живописномъ холм, покрытомъ лсомъ. Мстность эта чрезвычайно ему понравилась, и онъ ршилъ основать здсь городокъ, давъ ему то же имя, какое мстные жители издавна усвоили этой живописной мстности—Холмъ ). Племянникъ Даніила Романовича, князь Владиміръ Васильевичъ Волынскій достойно замыкаетъ собою рядъ князей-охотниковъ южной Руси. По выдержанности характера и по своему чисто-охотничьему темпераменту, Владиміръ Волынскій живо напоминаетъ Владиміра Мономаха. Въ немъ та же отвага и страсть к ъ охот, что и въ Мономах, и тотъ же закалъ, по которому легко отличить охотника по натур, охотника настоящаго, отъ случайнаго любителя охоты. Если послдняго успхъ радуетъ тмъ сильне, чмъ легче онъ достался, то для перваго, напротивъ, успхъ только тогда и иметъ значеніе, когда онъ купленъ цною риска, борьбы и труда, когда онъ даетъ охотнику случай глубоко почувствовать свою силу и отвагу, сознать свою ловкость и энергію; словомъ, охотнику по натур важенъ не столько результатъ охоты, сколько самый процессъ ея и его отдльные моменты. Это различіе охотничьихъ — 86 — «

–  –  –

— 89 I того, она представляла особенный удобства для болынихъ правильныхъ охотъ .

Въ отношеніи охоты, южная Русь больше давала простора, приволья и разнообразія, чмъ Русь сверо-восточная. Однако и здсь были на лицо вс условія, благопріятныя для охоты. Новгородъ и впослдствіи Москва выставили своихъ князей-охотниковъ, не мене типичныхъ и рьяныхъ, чмъ ихъ собратья съ дальняго юга. Случалось даже, что у Новгородскихъ князей увлеченіе охотой переходило всякій предлъ, мшало имъ добросовстно исполнять свои прямыя обязанности по управленію областью и открыто нарушало установившаяся права и границы частной охоты. На этой почв между князьями и Господиномъ Великимъ Новгородомъ возникали весьма любопытныя столкновенія. Исторія знаетъ два такихъ случая. Въ 113 5 году, посл пораженія Новгородцевъ на Ж д а н о в о й гор Суздальцами и Ростовцами, Новгородцы задержали своего князя Всеволода Мстиславича и, недовольные его поведеніемъ, посадили его подъ крпкую стражу .

«А се вины его творяху : почто не блюде черныхъ людей ; почто восхот ссти въ Переславли, почто восхот ити на Суждальцы и Ростовцы и пошедъ; почто не крпко бися и почто напередъ всхъ побжалъ, и почто возлюби играти и утшатися, а людей не управляше, и почто ястребовъ и собакъ собра, а людей не судяше и не управляше» " ). Другой случай произошелъ въ 1270 году, въ княженіе великаго князя Ярослава Ярославича, и сопровождался еще боле сильнымъ взрывомъ народнаго негодованія. Новгородцы устали терпть неправды и утсненія, чинимыя княземъ ; чуткіе к ъ своимъ исконнымъ правамъ, они не въ силахъ были мириться съ его произвольными захватами ихъ охотничьихъ угодій по Волхову и въ другихъ мстахъ,— «заратились» (взбунтовались) Новгородцы, избили пріятелей и совтниковъ князя, дворы ихъ разграбили, а к ъ самому князю отправили на Городище посольство съ письмомъ. «Ты, княже, неправду почто чинишь», писали они ему, «и многи ястребы и соколы

–  –  –

— 92 — Великій Князь Иванъ III Василіевичъ, изъ книги „ Титулярника" Царя Алекся Михаиловича .

всей Руси. За этотъ долгій періодъ она пережила вс невзгоды татарскаго ига и вынесла сильную борьбу съ сосдними областями :

Рязанью и Тверью, Псковомъ и Новгородомъ. При Иван III и Василі III процессъ собиранія Руси подъ единой державой Москвы заканчивается : Русь собралась, Москва стала ея сердцемъ, a Московскіе князья — самодержцами всея Руси. Съ XII по XV в. Москва не выдвинула ни одного князя-охотника, который могъ бы идти въ сравненіе съ знаменитыми князьями-охотниками южной Руси. И за это время не сохранилось почти никакихъ извстій о личной охот Московскихъ князей, хотя, разумется, нельзя думать, что они вовсе и не охотились. Но если правильно-организованная придворная охота повсюду является врнымъ признакомъ прочно установившагося государственнаго порядка, то, очевидно, нельзя ее искать тамъ, гд государственный порядокъ только устанавливается, борется за свою организаиію и подверженъ всмъ случайностямъ борьбы. Вотъ почему до XV—XVI в. мы не находимъ въ Москв признаковъ широкой постановки великокняжеской охоты. Первые Московскіе князья интересуются охотой больше съ фискальной точки зрнія, какъ важной статьей государственнаго бюджета, чмъ съ точки зрнія забавы, до извстной степени, благодаря традиціямъ, обязательной для князей и царей. Иванъ Калита, Симеонъ Гордый, Димитрій Донской ревниво оберегаютъ свои «сокольничьи и ловчіи пути». Вс болыніе скопидомы, они едва ли даже способны были на крупные расходы по постановк великокняжеской охоты въ широкихъ размрахъ. Въ XV—XVI в., подъ вліяніемъ частыхъ сношеній съ европейскими дворами, сказалась уже прямая нужда поставить охоту на ту же высоту, на какой она стояла при дворахъ европейскихъ государей. Этого требовали обычаи международныхъ сношеній и интересы собственнаго достоинства: для престижа Московскихъ государей было бы убыточно красн е т ь передъ чужими людьми за убожество придворныхъ удовольствій и развлеченій .

–  –  –

зайцевъ. Стономъ стонетъ окрестность отъ лая собакъ, отъ крика и шумныхъ восторговъ, когда затравленъ заяцъ. Весело охотникамъ внимать этому шуму охоты; любо имъ, съ трепетнымъ замираніемъ сердца, слдить за своими собаками, чья больше затравить, чья п о

–  –  –

— 106 — Царь еодоръ Ивановичъ, изъ книги „ Титулярника" Царя Алекся Михаиловича .

14* вдями опальныхъ монаховъ, и вотъ описаніе этой казни, составленное чужестранцемъ (англичаниномъ Горсеемъ) : Грозный приказалъ привести болыпихъ дикихъ медвдей,. свирпыхъ и голодныхъ, въ Александровскую слободу, въ пространное мсто, обнесенное высокою стною; ввели, одного за другимъ, семь степенныхъ толстыхъ чернецовъ, съ крестомъ и четками въ одной рук, а въ другой, по великой милости царя, каждый держалъ для защиты копье въ пять футовъ длины. Выпустили дикаго медвдя, и тотъ, чутьемъ заслышавъ жертву, съ открытою пастью бросился к ъ стн, свирпо наскочилъ на чернеца, смялъ, растерзалъ и пожралъ его, какъ добычу. Въ вид забавы тлохранители застрлили этого медвдя .

Потомъ ввели другого чернеца и новаго медвдя, и такъ дале, пока вс семеро не были растерзаны, какъ первый. Только одинъ догадливый наставилъ такъ ловко свое копье, прочно всадивъ его въ землю, что разъяренный медвдь наскочилъ и напоролся; но и этотъ монахъ не избжалъ растерзанія .

Въ такомъ вид представляется въ исторіи охота Грознаго °) .

Ему первому пришла дикая мысль соединить охоту съ казнями; но безпристрастіе требуетъ сказать, что бои съ медвдями,. забава грубая, начались еще при его отц и продолжались при его преемникахъ .

Царь еодоръ Ивановичъ, подобно своему отцу и дду, чрезвычайно любилъ тшиться зрлищемъ медвжьихъ потхъ и боевъ съ медвдями. Иногда для его развлеченія устроивались травли и на другихъ зврей, напр., волковъ и лисицъ. Русскіе источники мало говорятъ объ охотахъ еодора Ивановича ; есть свидетельства, что иногда онъ охотился съ соколами близъ селъ: Братошина и Т о н и н скаго. Посолъ Римскаго императора, Николай Варкачъ, разсказываетъ, что въ Октябр 1593 г. еодоръ Ивановичъ два дня кряду охотился на лосей и при этомъ собственными руками поймалъ черную лисицу .

Въ его царствованіе составъ Царской охоты пополнился породами — 108 — Царь Борись еодорошчъ Годуновъ, изъ книги „ Титулярника" Царя Алекся Михаиловича .

Арчакъ Царя Бориса Годунова, хранящійся въ Московской Оружейной Палат .

(XIII в.) въ составъ королевской охоты входили: оберъ-егерь (venator), сокольникъ (falconarius) и бобровникъ (castorarius) .

Въ XIV в. отличался сильною страстью к ъ охот Ягелло, а въ XVI в .

Сигизмунды: I, II и III. По свидетельству литовскаго историка Стриковскаго (Hist. Pol. кн. X, стр. і і б ), Гедеминъ, прозванный нашими лтописиами первымъ великимъ княземъ Литовскимъ, поселился въ построенномъ имъ город Троки, названномъ такъ отъ множества зврей, убитыхъ и второченныхъ на семъ мст Гедеминовскими охотниками. Въ другой разъ забавлялся этотъ князь ловлею на берегахъ Виліи, покрытыхъ тогда густыми лсами; онъ со всмъ дворомъ пріхалъ к ъ берегу Виліи и собственноручно убилъ тура на гор, которая и донын называется Туровою. Рога этого звря, обложенные золотомъ, долго хранились въ княжеской сокровищниц .

Витольдъ обыкновенно пилъ изъ нихъ на пирахъ и подарилъ одинъ въ 1429 году королю Венгерскому Сигизмунду во время славнаго създа государей и князей въ Луцк ) .

При двор Сигизмунда III, какъ извстно, былъ принятъ Димитрій Самозванецъ ). Человкъ несомнннаго ума, энергичный и предприимчивый, въ то же время большой цнитель утхъ жизни, Л ж е

–  –  –

димитрій съ иервыхъ же дней царствованія сталъ пріучать русское общество, дотол скучавшее въ душныхъ теремахъ, к ъ европейской шумной, открытой жизни. Музыка, танцы и охота, прогулки и скачки сдлались чуть не ежедневными развлеченіями двора. Некрасивый,

–  –  –

— 113 — малолтняго сына Михаила и дочь отправили на Блоозеро. еодоръ Никитичъ, въ монашеств Филаретъ, томился разлукой съ семьей и очень тосковалъ въ монастыр. «Бда на меня, жена да дти», — говаривалъ о н ъ, — « к а к ъ вспомнишь, такъ словно рогатиной въ сердце толкаетъ». Въ Март 1605 года, вслдствіе доноса пристава Воейкова, Годуновъ писалъ Іон, игумену Антоніева монастыря, слдующія строки: «а живетъ старецъ Филаретъ не по монастырскому чину, всегда смется невдомо чему и говорить про мірское житіе, про птицъ ловчихъ и про собакъ». Въ этомъ извстіи имется опредленное

–  –  –

ея матеріальное значеніе не исчезаетъ еще совершенно, но только отодвигается на задній планъ .

Охота, кром того, имла нкоторое значеніе для развитія сношеній Руси съ иноземными правителями. Съ древнйшихъ временъ вошло въ обычай дарить чужеземныхъ пословъ цнными мхами .

Еще Игорь (X в. ), утвердивъ миръ съ Византіей, на отпускъ одарилъ греческихъ пословъ русскими товарами, между которыми на первомъ мст стояли дорогіе мха. Во время татарскаго ига, ханы, помимо дани, получали отъ князей еще и подарки то цнными мхами, то ловчими птицами. Такіе подарки, бывшіе въ нкоторомъ род обязательными, носили названіе «поминокъ» и были въ обыча даже посл татарскаго ига, особенно при сношеніяхъ съ Крымскими ханами, Турецкими султанами и Персидскими шахами. Въ 1494 году, при заключены союза съ Крымскимъ ханомъ Менгли-Гиреемъ, нашему послу, боярину Никит Беклемишеву, Іоаннъ III приказывалъ, въ случа 117 — Выздъ охотниковъ изъ г. Москвы, съ нмецкой гравюры начала XVII столтія .

неотступнаго ханскаго требованія, согласиться на слдующее добавленіе к ъ договору: «Ты, великій князь, обязанъ слать ко мн, царю, поминки или дары ежегодные». Этотъ Менгли-Гирей любилъ дары, просилъ кречетовъ и соболей для Турецкаго султана, и великій князь Іоаннъ III давалъ. Въ извстномъ описаніи путешествія въ Индію купца Аанасія Никитина есть указаніе, что посолъ Менгли-Гирея возвращался отъ Іоанна съ цлой партіей кречетовъ въ количеств 90 экземпляровъ :

«А язъ ждахъ», говорить Аанасій Никитинъ, «въ Новгород дв недли посла татарскаго Ширвашина Асамбга, a халъ съ кречеты о т ъ великаго князя Ивана, а кречетовъ у него девяносто». Трудно согласиться съ этимъ свидтельствомъ Аанасія Никитина, потому что въ немъ указано невроятно большое количество кречетовъ : они цнились весьма дорого, дарились обыкновенно въ немногихъ экзем

–  –  –

« ж О bS При Иван Грозномъ начались оживленныя сношенія съ Англіей, • и опять дло не обошлось безъ подарковъ ловчими птицами. По иолитическимъ разсчетамъ и личнымъ соображеніямъ, Грозный упорно стремился к ъ союзу съ Англіей, и былъ чрезвычайно радъ случаю завязать сношенія. Когда въ 1556 г. въ Холмогоры зашелъ англійскій купеческій корабль, съ капитаномъ Ченслеромъ, то Грозный отправилъ съ нимъ к ъ Елизавет Англійской своего посла Іосифа Непею Вологжанина и иослалъ ей дары ; но корабль у Шотландскихъ береговъ потерплъ крушеніе, дары погибли, и Непей могъ предъявить королев только списокъ подарковъ, среди которыхъ значились 4 живыхъ соболя съ цпями и ошейниками и блый кречетъ съ серебрянымъ барабаномъ и съ вызолоченной сткой ).— Въ 1595 г. Рудольфу Римскому, вмсто денегъ, въ вид пособія для борьбы противъ Турецкаго султана, былъ отправленъ громадный транспортъ различныхъ мховъ, который пражскіе купцы оцнили въ 400.000 руб., причемъ з сортамъ лучшихъ соболей они не съумли положить цны по ихъ дороговизн ). — Роль княжеской охоты въ сфер вншней политики еще ярче выясняется тмъ фактомъ, что послы чужеземные обыкновенно приглашались участвовать въ княжескихъ охотахъ: мы уже знаемъ, что Герберштейнъ охотился съ Василіемъ III, Горсей — съ Годуновымъ. Было также въ обыча оказывать посламъ вниманіе, посылая имъ въ даръ часть добычи съ царской охоты: напримръ, въ 1593 г. еодоръ Іоанновичъ послалъ «съ своимъ егермейстеромъ Васильевичемъ» римскому послу Варкачу 7 болынихъ лосей, да еще большого медвдя, его сыну лося и черную лисицу, собственноручно пойманную царемъ, и двоимъ дворянамъ, состоявшимъ въ посольств, по одному лосю ). Въ связи съ такого рода обычаемъ въ посольскихъ книгахъ отмченъ любопытный случай, происшедшій при Грозномъ: прізжалъ отъ государя к ъ литовскимъ посламъ «псовникъ»

съ государскимъ жалованьемъ отъ Государевой потхи — съ зайцами;

послы подчивали псовника виномъ, но не подарили ничмъ; пристава — 124 — почли своею обязанностью послать спросить пословъ, зачмъ они за государское жалованье псовника не отдарили. Тогда послы отправили отъ себя 4 золотыхъ, да отъ дворянъ своихъ 2 золотыхъ, причемъ посланный съ деньгами сказалъ псовнику: «послы тебя жалуютъ, а дворяне челомъ бьютъ». Псовникъ взялъ 2 золотыхъ отъ дворянъ, а 4 посольскихъ не взялъ: обидлся выраженіемъ «жалуютъ» ) .

Намъ извстенъ, между прочимъ, случай охоты иностраннаго принца — 125 — въ предлахъ Россіи. Въ 1602 г. герцогъ Іоаннъ, братъ Датскаго короля Христіана и женихъ Ксеніи Годуновой, халъ на Москву и дорогою, по Волхову и инымъ ркамъ, тшился, стрлялъ изъ самопаловъ, билъ утятъ; натшившись, пріхалъ въ городъ поздно и былъ очень веселъ и доволенъ ) .






Похожие работы:

«Июнь 2017 Привет, друзья! Даже если питерское солнце не спешит раскрыть объятия, мы знаем, как поднять вам настроение. В новом номере St.Scalpelburg Times вас ждут неизменно теплые новости, истории ярких и интересных людей, самые стильные украшения и множество полезных лайфхаков из мира красоты и любви к себе! Inside the Industry: Юлиана Ральф Новость...»

«Центр научной политической мысли и идеологии (Центр Сулакшина) РОССИЯ И МИР Российский мировой проект Том II Москва Наука и политика УДК 316.334.3:321(066) ББК 60.032.61 Р 76 Авторы: Сулакшин С.С., Багдасарян В.Э., Балмасов С.С., Безруков А.Э., Белов П.Г., Богда...»

«Институт восточных рукописей Российской академии наук Российское историческое общество Посвящается 200-летнему Юбилею Азиатского музея/Института восточных рукописей РАН Всероссийская научная конференция АКАДЕМИК В.П. ВАС...»

«Бессмертный полк ПСПбГМУ имени академика И.П. Павлова Внучка Маслова Евсеева София Александровна Татьяна 4.08.1924-6.11.2006 Ветеран ВОВ, житель блокадного Ленинграда. Вячеславовна, старший преподаватель русского языка Правнук Ходосевич Ходасевич Сергей Григорьевич Александр Сергеевич, 1907-07.11.1941 Ленинградский фронт. гр.487 Десантник. стомат...»

«Министерство образования Российской Федерации Уральский государственный университет имени А. М. Горького Кафедра истории философии Уральское философское общество В. С. СОЛОВЬЕВ: Ж И ЗН Ь, У Ч Е Н И Е, Т Р А Д И Ц И И М атериалы I Всероссийской научной заочной конференции Екатеринбу...»

«© 2012 г. Э.В. Рунг ТИССАФЕРН И ГИДАРНИДЫ В КОНТЕКСТЕ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ИСТОРИИ АХЕМЕНИДСКОЙ ДЕРЖАВЫ в V в. до н.э. В статье рассматриваются ключевые аспекты политической карьеры персидского сатрапа Тиссаферна и рода Гидарнидов в целом в контексте политической истории Ахеменидской державы. Исследуе...»

«АКАДЕМИЯ НАУК СССР БЮЛЛЕТЕНЬ КОМИССИИ ПО ИЗУЧЕНИЮ ЧЕТВЕРТИЧНОГО ПЕРИОДА № 45 ИЗДАТЕЛЬСТВО " НАУКА" Москва 1976 АКАДЕМИЯ НАУК СССР КОМИССИЯ ПО ИЗУЧЕНИЮ ЧЕТВЕРТИЧНОГО ПЕРИОДА БЮЛЛЕТЕНЬ КОМИССИИ ПО ИЗУЧЕНИЮ ЧЕТВЕРТИЧНОГО ПЕРИОДА № И З Д А Т Е Л Ь С Т В О "НАУКА" Москва 1976 УДК 551.79 Очередной...»

«Вестник Томского государственного университета. Филология. 2017. № 46 УДК 821.161.1 DOI: 10.17223/19986645/46/13 В.А. Суханов А.П. ЧЕХОВ В ТВОРЧЕСКОМ СОЗНАНИИ Ф. ГОРЕНШТЕЙНА: ПИСАТЕЛЬ КАК ЧИТАТЕЛЬ В ЭССЕ "МОЙ ЧЕХОВ ОСЕНИ И ЗИМЫ 1968 ГОДА" В статье рассматриваются причины обращения Ф. Го...»

«УДК 1(091) Р. Мних ФИЛОСОФ ДМИТРИЙ ЧИЖЕВСКИЙ (полемические заметки) Настоящие заметки о философском творчестве Дмитрия Ивановича Чижевского (1894–1977) — прежде всего повод к общим размышлениям, касающимся наследия этого удивительного ученого...»

«В. И. ГРЕЧИ Н МИОЦЕНОВЫЕ ОТЛОЖЕНИЯ ЗАПАДНОЙ КАМЧАТКИ АКАДЕМИЯ Н А У К СССР ОРДЕНА ТРУДОВОГО КРАСНОГО ЗНАМЕНИ ГЕОЛОГИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ В. И. Г Р Е Ч И Н МИОЦЕНОВЫЕ ОТЛОЖЕНИЯ ЗАПАДНОЙ КАМЧАТКИ (СЕДИМЕНТАЦИЯ И КАТАГЕНЕЗ) Труды, вып. 282 И ЗД АТЕЛЬСТВО "Н А У К А " М ОСКВА УДК 552.55 551.782 (571.66) Academ y of Sciences of the...»

«НАУЧНАЯ ХРОНИКА "Ази т ко-Ти о ке н кийре и н: ас хо ас го кон у ен иякультур,го у арств,идей": кр ц сд обито ахXVВсе ос ий койкон е ен ии г рсс фр ц мо о ыхучё ых 1 лд н В апреле 2016 г. в Институте истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока...»

«ЧАСТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ "РУССКАЯ ХРИСТИАНСКАЯ ГУМАНИТАРНАЯ АКАДЕМИЯ" ПРОГРАММА ДИСЦИПЛИНЫ Б3.Б.8.2 "ИСТОРИЯ ТЕАТРА" ОСНОВНАЯ ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ПРОГРАММА ПОДГОТОВКИ БАКАЛАВРА по направлению 50.03.01(035300.62) ИСКУССТВА И ГУМАНИТАРНЫЕ НАУКИ Квалификация (степень) выпускника БАКАЛАВР...»




 
2019 www.mash.dobrota.biz - «Бесплатная электронная библиотека - онлайн публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.