WWW.MASH.DOBROTA.BIZ
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - онлайн публикации
 

««Борьба за несуществование» В 1925 г. в Париже вышло две поэтических книги, которые являются не только главными книгами 1925 г., но и вехами в истории русской зарубежной ...»

Федор Федоров (Даугавпилс)

Система парадигм в книге Б. Божнева

«Борьба за несуществование»

В 1925 г. в Париже вышло две поэтических книги, которые

являются не только главными книгами 1925 г., но и вехами в истории русской зарубежной поэзии — это «Моих тысячелетий»

Довида Кнута и «Борьба за несуществование» Бориса Божнева .

Книги Кнута и Божнева смыкаются в некоторых сегментах,

но в основе своей противоположны; два различных голоса третьего,

молодого поколения первой эмиграции .

Книга Кнута, состоящая из двух частей — ветхозаветной и парижской, — это утверждение нации, ее существования — посредством восстановления национальной прапамяти, национальной истории, национальной идеи, обретения Слова, которое объединит нацию. Книга открывалась стихотворением, программным не только для книги «Моих тысячелетий», но и для всего творчества Кнута .

Я, Довид-Ари бен Меир, Тысячелетия бродившее вино, Остановился на песке путей, Чтобы сказать вам, братья, слово Про тяжкий груз любови и тоски — Блаженный груз моих тысячелетий.1 Книга Божнева, название которой парадоксально в контексте одного из основных европейских тезисов, восходящих к Чарлзу Дарвину и Герберту Спенсеру («борьба за существование»), — книга не «тысячелетий», но сегодняшнего дня, в котором историFedor Fedorov, 2010 © TSQ 34. Fall 2010 (htp://www.utoronto.ca/tsq/) Кнут Довид. Собрание сочинений: В 2 т. Иерусалим, 1997. Т. 1. С. 78 .

ческое прошлое не только не является предметом острой рефлексии, но и отсутствует вообще. Но важно, что в противовес «борьбе за существованье», в качестве нормы утверждается «борьба за несуществованье». И это главный тезис книги. Он провозглашен названием, он провозглашен заключительным стихотворением. Тем самым пространство книги замкнуто в круге несуществованья .



И есть борьба за несуществованье, За право несуществовать — борьба… О, неживое мертвое названье, О, неживая мертвая судьба .

Существованье слабым не под силу .

И вот — борьба, чтоб несуществовать… Я побежден… Меня не подкосило На непохолодевшую кровать.2 «Несуществованье» декларируется не как исключительность, наоборот, каждый сегмент текстового бытия информирует о несуществованьи, утверждает его и по горизонтали, и по вертикали; непонятливому читателю, как в толковом словаре, объясняет, что несуществованье — это смерть: «О, неживое мертвое названье, / О, неживая мертвая судьба», 3 благодаря и синонимии, и стиховому повтору возводит смерть в квадрат. И действительно, если существование не под силу, то необходимо не существовать, с другой стороны, несуществованье требует усилий — поскольку человек создан для жизни, для существованья. Борьба за несуществованье — великий парадокс современности, можно сказать, антихристианский, но можно сказать, античеловеческий по своей сущности .

Тем не менее два последних стиха корректируют как название книги, так и заключительные постулаты. В борьбе за несуществованье лирический субъект («я», человек) терпит поражение:

«Я побежден… Меня не подкосило / На непохолодевшую кровать»,4 и человек существует, и его кровать, которая есть топос Божнев Борис. Борьба за несуществование: Собрание стихотворений .

СПб.: ИНАПРЕСС, 1999. С. 106 .

Там же .

Там же .

жизни и истории, поскольку кровать — топос воспроизводства .

Поэтому в любом случае она не может «похолодеть» — и в борьбе за несосуществованье и в борьбе за существованье. Точка, не мифологическая, а обычная пунктуационная, Божневым не поставлена; и отсутствие точки можно понимать двояко: как продолжение существованья, но и как продолжение борьбы за несуществованье. Короче говоря, процесс не закончен .



Тем не менее идеологема, провозглашенная в названии, как и в философии книги, оказалась вещей. Хотя Гете и противопоставил слову дело, ветхозаветная идентификация Слова и Дела оказалась более истинной. После успеха двух первых книг — скандального успеха «Борьбы за несуществование» и положительного, хвалебного успеха «Фонтана» (1927), второй божневской книги, наступила почти десятилетняя пауза. В 1936 г. Божнев издал две книги, одна из которых — поэма «Silentium Sociologicum» — была 10-страничной брошюрой и получила почти единодушную отрицательную оценку рецензентов, в том числе Г. Адамовича, который высоко оценил «Борьбу за несуществование», а вторая книга была «отрецензирована» полным молчанием, как и три книги, вышедшие в свет в 1939-1940 гг .

В 1940 г. Божнев уехал в Марсель, его связи с русской эмиграцией были прерваны, средой его обитания стала всецело французская среда. Божнев настолько выпал из жизни и сознания русской эмиграции, что после войны, если вспоминали его первые книги, что было чрезвычайной редкостью, то отмечали: год смерти неизвестен.

Лазарь Флейшман писал:

«Обладавший несомненным инстинктом литературного лидерства и тягой к организации, к собиранию вокруг себя поэтов и художников, Божнев отличался в то же время крайней замкнутостью и подолгу и неожиданно “выпадал” из литературной жизни. Ближайшие друзья теряли его на долгие годы; он так же объявлялся, как необъяснимо исчезал с их горизонта. Он не любил представлять своих знакомых друг другу; многие из них не догадывались, что Божнев — их общий приятель. Они ничего не знали о его семейной, домашней жизни, о том, женат он или нет; до-эмигрантское его прошлое было для них окутано тайной .

Если бы не неповторимо-индивидуальные черты творчества Божнева да скупые обмолвки о поэте в прессе, то современный читатель мог бы решить, что самое существование поэта Божнева было всего лишь литературной мистификацией, розыгрышем».5 Если забвение считать смертью, то все было правильно, хотя Божнев умер в 1969 г., через 30 лет после того, как он покинул Париж, в 70-летнем возрасте. Но как утверждал булгаковский Воланд, «все будет правильно». В «борьбе за несуществованье» Божнев все-таки действительно оказался побежденным. Возрождение Божнева произошло в 1987—1989 гг., когда в США, в Беркли, вышло его 2-томное «Собрание сочинений», под редакцией Лазаря Флейшмана, им же инициированное, с его предисловием .

Итак, «Борьба за несуществование», первая книга Божнева, 1925 год .

Что же собой представляет художественное пространство, которое сформировало книгу и которое воплотилось в книге?

Это многоаспектное авангардное пространство: 1) это русский футуризм в его хлебниковско-бурлюкском варианте, но, как кажется, в той трансформации, которую осуществил первый парижский призыв русских авангардистов — времен войны и революции; это — поколение, родившееся в конце 1880-х — в начале 1890-х годов: Илья Зданевич (1894-1975), Валентин Парнах (1891— 1951), Марк Талов (1892—1969), Сергей Шаршун (1888—1975) и т .



д.; 2) это парижский дадаизм и особенно сюрреализм (Тцара, Элюар, Бретон, Реверди и др.); 3) наконец, французская и русская авангардная живопись (Сутин, Леже, молодой Терешкович) и музыка. И, естественно, вся послевоенная атмосфера Парижа .

Скорее всего, на Божнева и его поколение существенное влияние оказал Валентин Парнах. Александр Бахрах писал: «Вместе с Божневым и Гингером он был одним из столпов “Палаты поэтов”, вероятно, первого зарубежного содружества, созданного в те дни, когда русских поэтов в Париже можно было перечислить по пальцам. Впрочем, у Парнаха перед его коллегами было одно преимущество — он был, кажется, единственным, имевшим в своем багаже уже несколько поэтических сборничков — “СлоФлейшман Л. О Борисе Божневе // Божнев Б.

Собрание стихотворений:

В 2 т. Berkeley, 1987. Т. 1. С. 6—7 (Мodern Russian Literature and Culture .

Studies and Texts. Vol. 23). См. также републикацию: Флейшман Л. О Борисе Божневе // Флейшман Л. От Пушкина к Пастернаку: Избранные работы по поэтике и истории русской литературы. М.: НЛО, 2006. С. 229—239 .

водвиг”, “Самум”, к которым чуть позже прибавился “Карабкается акробат”».6 Валентин Парнах — важная и большая тема. И важен был он и как поэт, и как теоретик, и как профессиональный танцор .

Многие идеи, высказанные им о джаз-банде, вызвали широкий резонанс. Три тезиса: 1) «Несложная, лихая, лукавая, плотская мелодия — аккомпанемент диссонансов, иронизирующих над наивностью темы. Новый пафос, не уступающий радениям хлыстов и дервишей, воскрешает удары корибантийской меди»; 7 2) «Эксцентрическая мимика»; «Вся современная рабочая жизнь, равно как и острая система черт, поз, жестов, поворотов и орнаментовок в искусствах Востока, дает богатый материал эксцентрической мимике»,8 «Библия формулирует эксцентризм — одновременно древнейшее и новейшее начало человеческого духа»;9 3) «Аэстетная элегантность»: «Множественное преодоление тяжести и усталости духа. Создание новой аэстетной элегантности».10 «Борьба за несуществование» породила абсолютно противоположные мнения .

1) Г. В. Адамович, хотя и с оговорками, книгу оценил высоко:

«Все, что он говорит, — говорит он по-своему, и книга его, как всякая книга, написанная умело и искренно, открывает читателю новый мир. Мир этот очень печален и убог. Вяч. Иванов назвал, кажется, последователей Анненского “скупыми нищими” жизни .

Эти слова применимы к Божневу. …. Он не выдумывает своих стихов. Это как бы записи его дневника. Это — “стихи из подполья”. Они недостаточно убедительны, чтобы стать — как Анненский! — “кошмаром” для тех, кто хотел бы жить спокойней, проще, веселей и радостней. Но, конечно, есть люди, которые Божнева поймут с полуслова и, может быть, даже полюбят».11 Бахрах А. Бунин в халате и другие портреты. По памяти, по записям .

М.: Вагриус, 2005. С. 327 .

Парнах В. Жирафовидный истукан: 50 стихотворений. Переводы .

Очерки, заметки, эссе. М., 2000. С. 151 .

Там же. С. 153 .

Там же. С. 152 .

Там же. С. 153 .

Адамович Г. Собр. соч.: Литературные беседы. Книга I («Звено»: 1923— 1926). СПб.: Алетейя 1998. С. 166 .

Через три года, в 1928 г., Адамович написал кратко и без оговорок: «это единственный “мастер” среди молодых парижан, самый опытный и взыскательный из них. Его сальерические стихи всегда умны».12

2) Е. А. Зноско-Боровский безусловен в отрицании книги:

«То там, то тут натыкаешься на отдельные строчки или на целые вещи, изобличающие то же грязное воображение, тот же неразделенный болезненный эротизм. … Бессильная, больная, безликая розановщина, писсуарная поэзия, говоря стилем автора».13

3) С. Яблоновский занял позицию компромиссную, можно сказать, диалектическую: он не приемлет божневский антиэстетизм, но и понимает его природу: «… убогое, главным образом убогое приносит нам Божнев. Рваное белье, рваный костюм, рваную душу... Он в жизни отмечает будни. Поэзию- праздник, поэзию-сказку показывали все …. А чем же не тема — поэт, расплачивающийся с жизнью там, где сорваны последние покровы какой бы то ни было поэзии. И он тычет нас, как тычут щенят, в самое грязное и позорное …».14 Но в целом книга Божнева не была прочитана, или была прочитана весьма поверхностно, перелистана, не более того .

Принципиально важно, что книга не была прочитана как текст, как система парадигм. А это в высшей степени структурированная книга .

Первая сфера книги: христианско-художественная .

И в этом первом — во­первых .

Рецензенты не обратили внимания на странное, на первый взгляд, посвящение, а если обратили, то как на бессмысленный «выпендреж».

Книга посвящена трем хорошо известным лицам:

Гансу Андерсену, Чарльзу Диккенсу и Франсису Жамму, из которых жив был только Жамм .

Об Андерсене и Диккенсе говорить не буду, о Франсисе Жамме несколько слов скажу .

Жамм, едва ли не всю жизнь проживший в Пиренеях, в своих бесхитростных стихах создал гармоническую картину Адамович Г. Собр. соч.: Литературные беседы. Книга II («Звено»: 1926— 1928). СПб.: Алетейя 1998. С. 334 .

Флейшман Л. О Борисе Божневе // Божнев Б. Собрание стихотворений: В 2 т. Berkeley, 1987. Т. 1. С. 10 .

Там же. С. 11 .

сельского мира, французскую буколику. «Благочестивость была обручена здесь с обожанием природы, восхищение заведенным исстари уютом — с робкой мечтой о дальних странствиях, достоверность наблюдений — с одушевлением вещей, добросердечием и мягкой шуткой. Глоток свежего воздуха во французской лирике рубежа XIX—ХХ веков, зарисовки Жамма были для нее едва ли не первым за долгую историю настоящим — пусть по преимуществу пасторально-бытовым — открытием деревенской обыденности».15 Андерсен, Диккенс, Жамм — это не просто посвящение в знак уважения и любви; это принятие той нормы жизни и этики, которую они утверждали и в контексте которой Божнев строит картину современного мира. И это прежде всего важно .

Во­вторых. Книга, называющаяся «Борьба за несуществование», открывается стихотворением, которое так же неожиданно, как эпиграфы.

Оно начинается картиной творения мира:

–  –  –

Potes franais XIXe—XXe sicles. Anthologie. Moscou: Progrs, 1982 .

p. 337 .

Божнев Борис. Борьба за несуществование: Собрание стихотворений .

СПб.: ИНАПРЕСС, 1999. С. 31—32 .

Неожиданно, но факт: первое, т. е. программное, стихотворение книги Божнева функционально близко стихотворению Кнута, открывающему книгу «Моих тысячелетий»:

–  –  –

«Я» Кнута — это я Давида, персонифицированной нации;

его функция — сказать нации слово, которое ее и возродит, и вернет на прародину .

Начальное стихотворение Божнева поддержано многочисленными христианскими знаками, атрибутами. Ранее всего вторым, исповедальным стихотворением.

От метафизической декларации Божнев движется к декларации внутреннего «я», к его «душе»; а душа — это и есть Божье начало в человеке:

–  –  –

В этот же христианский контекст вводится и микромотив слез. Третье стихотворение начинается и заканчивается строфой о слезах .

Кнут Довид. Собр. соч.: В 2 т. Иерусалим, 1997. Т. 1. С. 77 .

Божнев Борис. Борьба за несуществование: Собрание стихотворений .

СПб.: ИНАПРЕСС, 1999. С. 33 .

Там же. С. 101 .

–  –  –

«Борьба за несуществование» — хорошо структурированная книга .

И целый ряд других константных христианских мотивов:

страданья, смерти, любви, совести,24 святости, неба, ада, ангелов, наконец, чуда:

–  –  –

С христианским рядом органически связан ряд художествен­ ный, начатый посвящением книги Андерсену, Диккенсу, Жамму и продолженный посвящениями отдельных стихотворений, например, Сергею Есенину, Сергею Прокофьеву и т. д .

–  –  –

Пространство иронии, парадоксов, сарказмов, — это середин­ ное пространство, своего рода чистилище, по-марксистски — единство и борьба противоположностей .

Третья сфера — сфера абсолютного низа, та сфера, которая в классической культуре была табуирована и которая была введена в культуру натурализмом и окончательно закреплена авангардом .

Начну с простейшего — с «писсуара», который не то что бы поразил критиков, но стал своего рода символом абсолютного низа как наиболее приличный его знак .

–  –  –

Но писсуар, даже будучи сопряженным со смертью, т.е .

онтологической границей, переход которой требует последней исповедальной акции — причащения, — это верхний слой, к тому же слой едва ли не бахтинский, карнавальный, где «смерть и обновление неотделимы друг от друга»,41 или скажу так: смерть и жизнь взаимопроницаемы и в высшей степени толерантны даже в писсуарном дне .

Там же. С. 96—97 .

Там же. С. 93 .

Там же. С. 46—47 .

Бахтин М. Творчество Франсуа Рабле и народная культура средневековья и Ренессанса. М., 1965. С. 58—59 .

Остальные слои только назову: наркомания,42 онанизм43 [культ Онана получил достаточно широкое распространение в литературных описаниях начала ХХ века; Парнах говорил: «словодвиг»; здесь можно сказать: физиосдвиг, связанный с этикосдвигом, или, может быть, точнее, «нормосдвигом»]; разного рода описания эротических актов — орального секса, 44 гомосексуальных отношений,45 тем более, если в сомнительные отношения ставится Иоанн Креститель и Господь («мыльный голубь»46) .

Процитирую еще раз Бахтина: «Материально-телесный низ продуктивен. Низ рождает и обеспечивает этим относительное историческое бессмертие человечества».47 Используя тезис Бахтина, можно сказать так: дух потому и дух, что он не может быть низом; став же низом, он «обеспечивает» не бессмертие, а гибель человечества .

С низовым рядом связаны «перевернутые отношения», согласно которым верх объявляется низом .

Когда Божнев пишет: «Пишу стихи при свете писсуара…», то в контексте стихов небесного ряда «свет писсуара» — это не только и даже не столько лампа в писсуаре, и не только и не столько свет луны и звезд, сколько небесный свет, но тогда небо обретает форму и статус писсуара .

Но нет необходимости в логических акциях. 43-е стихотворение свидетельствует о тотальном отрицании небесных ценностей .

–  –  –

И небо пухнет надо мной, И падаль чувствую дыханьем, Божнев Борис. Борьба за несуществование: Собрание стихотворений .

СПб.: ИНАПРЕСС, 1999. С. 84 .

Там же. С. 64—65 .

Там же. С. 72 .

Там же. С. 43 .

Там же. С. 38—39 .

Бахтин М. Творчество Франсуа Рабле и народная культура средневековья и Ренессанса. М., 1965. С. 411 .

–  –  –

Последним стихом стихотворение Божнева входит в мифологию крика, начатую Эдвардом Мунком .

Но существенно, что эта последняя строфа декларирует мотив самоанализа и самосуда .

Путь самоанализа и самосуда — трудный путь .

–  –  –

Божнев много пишет в книге о своем земном отце. О земном отце говорится в I-й строфе, но особенно отчетливо — в первом Божнев Борис. Борьба за несуществование: Собрание стихотворений .

СПб.: ИНАПРЕСС, 1999. С. 91—92 .

Там же. С. 58 .

полустишии II-ой строфы: «Я своего отца почти не помню, / увы, не он меня так наказал...» Но самоанализ завершается небесным знаком во втором полустишии, отделенном от первого лишь запятой, и это знак Отца небесного:

–  –  –

Но об Отце небесном Божнев, как правило, пишет с прописной буквы, здесь же она — строчная. Скорее всего, это совмещенный голос отца земного и Отца небесного, перед которым и исповедуется ребенок. И итог:

–  –  –

«Я мою руки…» — повествование ведется от имени Понтия Пилата, но оно ведется не от имени Пилата, а от имени одного из апостолов, что становится очевидным в последнем стихе, в котором апостолы объявляют себя «чистыми», а вслед за тем утверждаются в качестве Варрав .

50-е стихотворение — декларация «золотой середины»:

–  –  –

Итак, пространство книги Божнева — это пространство трех органично связанных сфер. Во-первых, это пространство духовных ценностей, в большей или меньшей степени поставленных под знак христианства. Во-вторых, это пространство телесного низа, органически связанного с аморализмом, т. е. пространство антихристианское в своей основе. Наконец, это серединное пространство. И в этом плане пространство Божнева в качестве «мерцательного» подтекста имеет «Божественную комедию» Данте, с той лишь весьма серьезной разницей, что это — не метафизическое пространство инобытия, а пространство европейского послевоенного мира, а также пространство нерешенного исхода, хотя и открытого в сторону добра .

И последнее .

Книга Божнева — это книга не только о жизни и о мире, это книга, в которой значительное место занимает авторская ars poetica, авторская «поэтическая» (от «поэтика») рефлексия .

Принципиально важным с этой точки зрения является 4-е стихотворение .

–  –  –

Суть в данном случае — не в содержании пишущихся лирическим субъектом стихов, в которых и грешники для ада, и праведники, и терзающиеся на лире, и страшный суд .

–  –  –

Суть в том, что это — непроизвольный, так сказать, самосозда­ ющийся текст, текст, который создавала некая высшая сила, создавала «Музе вопреки», а на долю «я» оставалась только простейшая арифметическая акция: счет строк .

И уже в этом контексте: суть в том, что эти самосоздавшиеся стихи — стихи о страшном суде, о преступлении и наказании .

Второе. Мир, созданный Богом, «великим зодчим» — мир «мудрого и простого чертежа», и именно божественный «чертеж» — первопричина спасения .

–  –  –

«Круг», начертанный «великим зодчим», — это, естественно, знак неба, небесной сферы, совершенства, это знак и внутреннего единства, так сказать, внутренней сферичности. И в этом плане начертанный «великим зодчим» круг и вошедший в этот круг с «безмерным ликованием» лирический субъект, т. е. вошедший в божественную сферу, — это и есть спасение от смерти, от современной деструкции .

С этим связано и другое значительное стихотворение, переводящее Божественный ряд в ряд культурный, романтический во второй половине книги:

–  –  –

Ламартин — это, естественно, романтизм, лирика, эмоция, исчерпавшая себя культура. Декарт — это, естественно, рационализм, «премудрость». Ламартин — это стихия, разрушительная в своей основе смерть. Декарт — это спасительный разум, Декарт — это земной продукт «точного циркуля» «великого зодчего», своего рода посредник между Богом с его разумным делом и людьми, склонными к неразумной стихии. Ламартин — хаос, Декарт — космос, сфера, круг .

И два программных стихотворения .

–  –  –

Я упомянул Данте: в отличие от логической последовательности, утверждаемой Данте, у Божнева — абсолютная рассредоточенность программных семантик, космос в хаосе, среди хаоса .

И последнее: книга Божнева абсолютно выведена из зоны сюрреалистической стиховой структуры, это классическая силлабо-тоника с единичными тоническими «сбоями», что в высшей степени значимо для понимания книги как целостности .

Там же. С. 51 .

Там же. С. 63 .

Пространство книги Божнева: двойничество, замкнутое в круге .

Новалис говорил: «Всякий метод есть ритм. Отними у мира р и т м, отнимешь и мир».58 Суть книги Божнева — борьба мира и антимира, которая ведется на языке не аритмии, а ритма .

Музыкальная эстетика Германии XIX века: В 2 т. М.: Музыка, 1981 .

T. 1. С. 312 .






Похожие работы:

«Банкиры, которые изменили мир Москва, Содержание Предисловие от партнера Предисловие ДЖОВАННИ 17 ДИ БИЧЧИ МЕДИЧИ (1360–1429) КОЗИМО МЕДИЧИ 20 (1389–1464) ЯКОБ ФУГГЕР 24 (1459–1525) УИЛЬЯМ ПАТЕРСОН 28 (1658–1719) РОБЕРТ МО...»

«Annotation Известная английская романистка Мэри Стюарт воссоздает события английской истории V века, мрачный период междоусобных войн и распрей, который предшествовал правлению легендарного короля Артура. История в книге облека...»

«1. Планируемые результаты освоения учебного предмета Личностные результаты Ученик научится: • Формировать основы российской гражданской идентичности, чувства гордости за свою Родину;• Формировать образ мира как единого и целостного при разнообразии культур, национальностей, религий, воспитание доверия и уважения к истории и культуре всех народов;•...»

«Ямало-Ненецкий автономный округ Научный центр изучения Арктики Уральская экспедиция на Обдорском Севере Приполярная перепись 1926–1927 гг. Екатеринбург УДК 39 ББК Т521(=665.1) У686 Редакторы...»

«ЗАДАНИЯ ОЛИМПИАДЫ СПБГУ ПО ЖУРНАЛИСТИКЕ "ПРОБА ПЕРА" В 2016-2017 УЧ. ГОДУ Задание отборочного этапа олимпиады СПбГУ "Проба пера" Участникам отборочного этапа было предложено выполнить задание, состоящее из двух частей. Первая часть – тес...»

«МИНУВШЕЕ ИСТОРИЧЕСКИЙ АЛЬМ АНАХ ATHENEUM ФЕНИКС М О С К В А С.-П Е Т Е РБ У РГ ИЗ ПЕРЕПИСКИ В.И. ИВАНОВА С А.Д. СКАЛДИНЫМ Публикация М. Ваятеля Долгие годы имя и творчество Алексея Дмитриевича...»

«Сценарий праздника по теме "Духовнонравственное воспитание"Преподобный Сергий Радонежский – игумен земли русской". Цель праздника: воспитание интереса подрастающего поколения к великому служению Родине на примере жития Преподобного Сергия Радонежского, к традициям и...»

«1. Игра Черный Принц ". Карточная игра " Черный Принц " открывает серию игр, посвященных разным великим сражениям эпохи xолодного оружия. Игра предназначена для двух игроков. Игра " Черный Принц " посвящена сражениям эпохи Столетней войны. Поэтому в ней представлены армии Франции и...»

«ОБРАЗ РОССИИ В СТРАНАХ АТР УДК: 3275 DOI: 10.24411/10268804201800017 Китай в общественном мнении жителей Тихоокеанской России (по итогам опроса 2017 г.) Виктор Лаврентьевич Ларин, доктор исторических наук, членкорреспондент РАН, главный научный сотрудник, заведующий Центром азиатскотихоокеанских и...»




 
2019 www.mash.dobrota.biz - «Бесплатная электронная библиотека - онлайн публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.