WWW.MASH.DOBROTA.BIZ
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - онлайн публикации
 

«ВОСТОКА Вып. XXVI СРЕДНЯЯ И ЦЕНТРАЛЬНАЯ АЗИЯ (География, этнография, история) Книга 3 Москва Главная редакция восточной литературы Т. И. Султанов И ЗВ Е С Т И Я «Ш Е Й Б ...»

СТРАНЫ И НАРОДЫ

ВОСТОКА

Вып. XXVI

СРЕДНЯЯ И ЦЕНТРАЛЬНАЯ АЗИЯ

(География, этнография, история)

Книга 3

Москва

Главная редакция восточной литературы

Т. И. Султанов

И ЗВ Е С Т И Я «Ш Е Й Б А Н И -Н А М Е *

МУХАММАДА САЛИХА О М ОГОЛАХ

(X V I в.)

История моголов \ игравших заметную роль в процессе

исторического развития народов Центральной и Средней Азии XIV—XVII вв., остается до настоящего времени гораздо менее изученной, чем это возможно по количеству и качеству доступ­ ных ориенталистам источников [2]. Главный источник для XIV—XVI вв. — «Тарих-и Рашиди», сочинение восточнотурке­ станского историка Мирзы (Мухаммада) Хайдара Дуглата, на­ писанное в 40-х годах XVI в. Немало существенных дополне­ ний и поправок к известиям Мирзы Хайдара Дуглата дают тимуридские источники, в особенности «Мунтахаб ат-таварих-и Му’ини» Му’ин ад-Дина Натанзи, «Зафар-наме» Иезди, «Матла ас-садайн» Абд ар-Раззака Самарканди и «Записки» Бабура [8, с. 79]. Значительный по объему материал о моголах содержит­ ся в так называемых сочинениях шейбанидского круга, т. е. в различных по форме и языку исторических произведениях, на­ писанных в начале XVI в. по поручению, одобрению или при прямом участии основателя государства Шибанидов в Средней Азии Мухаммада Шейбани-хана (ум. в 1510 г.): «Таварих-и гузида-йи нусрат-наме» анонимного автора, «Фатх-наме» Шади, «Шейбани-наме» и «Футухат'-и хани» Бинаи, «Шейбани-наме»

Мухаммада Салиха и др. И наконец, история Моголистана и Восточного Туркестана XVI—XVII вв. наиболее полно и после­ довательно отражена в «Хафт иклим» Амина б. Ахмада Рази, «Бахр ал-асрар» Махмуда б. Вали, «Хронике» Чураса, «Та­ рих-и Кашгар» анонимного автора XVIII в. [23, с. 112—138] .

В настоящей статье мы рассмотрим сведения «Шейбани-на­ ме» Мухаммада Салиха, характеризующие взаимоотношения моголов с узбеками Средней Азии в начале XVI в. Сочинение Мухаммада Салиха не привлекалось еще для изучения истории моголов, хотя оно является ценным источником, сохранившим важные сведения, которые отсутствуют у других авторов, как, например, сообщения о границах владений могольских ханов, о составе могольского и узбекского войск, об условиях освобож­ дения плененных могольских ханов и т. д. Сообщения Мухам­ мада Салиха о моголах дополнены нами рассказами Мирзы Хайдара Дуглата, повествующих о тех же сюжетах, но с иных позиций, политических и династийных .

Мухаммад Салих достаточно известная личность. Его имя упоминается в трудах ряда мусульманских авторов, писавших в XV—XVI вв. и позже, — Абд ар-Раззака Самарканди, Алише­ ра Навои, Бинаи, Бабура, Хондемира, Васифи, Хаджжи Лутфа Али-бека и др. Ему посвящена специальная работа на узбек­ ском языке советского тюрколога А. М. Акрамова [3] .

Мухаммад Салих происходил из служилой аристократии. Его предок Шах Малик был эмиром при Тимур-Гургане. Отец его, Нур Саид-бек, по происхождению хорезмиец, долгое время управлял областью от Чарджуя до Адака, «являлся полновласт­ ным и вполне самостоятельным владетелем при дворах облада­ теля счастливой судьбы Абу Саид-мирзы, Улугбека и Джукимирзы» [4, с. 174]. Он был также поэтом и писал стихи на фар­ си [4, с. 77]. В самом «Шейбани-наме» и в сочинении Хаджжи Лутфа Али-бека Мухаммад Салих назван просто «чагатайцем»





[18, с. 211; 25, с. 21]. По словам Бинаи, хорошо знавшего наше­ го автора, Мухаммад Салих происходил из племени билкут [17, с. 128]. По предположению Г. Вамбери, он родился в период между 1451 —1455 гг. Эта дата принята некоторыми современ­ ными исследователями [13, с. 290], хотя А. Н. Самойлович еще в 1908 г. высказал сомнение относительно ее верности [18, с. XIV]. Согласно сведениям Абд ар-Раззака Самарканди, в 872 г. х. (1467/68 г.) семью Мухаммада Салиха постигло не­ счастье, и его отец вынужден был покинуть Хорезм [18, с. X— XIII]. Об этом эпизоде сам Мухаммад Салих сообщает лишь несколько фраз [18, с. 18]. Вскоре отец его умер «от притесне­ ния» тимуридских владетелей [18, с. 211], и он «вырос в вели­ ком унижении, перенес много обид и огорчений» [18, с. 18] .

В 901 г. х. (1495/96 г.), когда Бабур в первый и последний раз видел Мухаммада Салиха, тот состоял на службе у Ходжи Яхьи [7, с. 51], младшего сына небезызвестного Ходжи Ахрара .

С приходом Шейбани-хана в Мавераннахр Мухаммад Салих пе­ решел к нему на службу .

Мухаммад Салих был не только свидетелем, но и активным участником тех бурных политических событий начала XVI в. в истории Средней Азии, которые привели к крушению империи Тимуридов и установлению в Мавераннахре власти Шибанидов .

Поддерживая Шейбани-хана, основателя новой династии, ме­ чом и пером, Мухаммад Салих быстро выслужился перед ним:

некоторое время он управлял Бухарой, позже, в 910 г. х. (1504/ 05 г.), Чарджуем [18, с. 197, 207—211], а в 1507 г. мы видим его в качестве верховного уполномоченного Шейбани-хана по куль­ турным делам в завоеванном кочевыми узбеками Герате 111 с. 66—67, 69—70]. ^ Мухаммад Салих оставался верным слугой Шибанидов до своей смерти. Согласно сведениям Хаджжи Лутфа Али-бека, ав­ тора XVIII в., он умер в 941 г. х. (1534/35 г.) [25, с. 21]. Эта же дата приводится и у Ризы Кулихана в его «Маджма’ ал-фусаха» [28, с. 56]. По «Музаккир-и ахбаб» [27, с. 313], у него был сын по имени Мирза Улугбек; он писал стихи на фарси и тюр­ ки; за какие-то заслуги Шейбани-хан отдал ему в удел кре­ пость Неса, но тот вскоре умер .

По словам Бабура, династийного и политического противни­ ка Шейбани-хана — покровителя Мухаммада Салиха, последний был человеком «по натуре своей злым, жестоким и безжалост­ ным» [7, с. 210]. Навои, напротив, характеризует Мухаммада Салиха как «деликатного молодого человека» склонности и дей­ ствия которого не соответствуют склонностям его отца, челове­ ка «крайне порочного по поступкам и характеру» [4, с. 174] .

«В его натуре много тонкости и вкуса, — говорится далее в „Маджалис ан-нафаис“, — и в каллиграфии он хорош» .

По призванию Мухаммад Салих был поэтом, еще в молодые годы в соответствии со своим именем избравшим тахаллус (поэтический псевдоним) «Салих» (букв, «праведный, честный, добрый»). Он принадлежал к тем тюркским по происхождению писателям, которые по своему воспитанию, окружавшей их культурной среде, по своей общественной и литературной дея­ тельности были двуязычными .

Навои и Хаджжи Лутф Али-бек приводят образцы его персидских стихов и не упоминают его тюркские стихи [4, с. 175; 25; с. 22]. У Бабура цитируются и персидские, и тюркские стихи Мухаммада Салиха [26, л. 76а, 181а, 252а]; причем отмечается, что «у него есть [персидские] газели со вкусом, но изящества [букв, «гладкости»] в них мень­ ше, чем вкуса. Есть у него и тюркские стихи; они написаны не­ дурно» [6, с. 277]. По мнению проф. М. Ф. Кёпрюлю, тюркские стихи Мухаммада Салиха были написаны, по всей вероятности, в период его службы у Шейбани-шаха в качестве придворного поэта [27, с. 312], т. е. после 905 г. х. (1499/500 г.). К этому же периоду относится и создание «Шейбани-наме» — самого круп­ ного сочинения Мухаммада Салиха на тюрки .

Впервые «Шейбани-наме» Мухаммада Салиха был введен в научный обиход венгерским ориенталистом Г. Вамбери, осуще­ ствившим в 1885 г. полное издание единственно известного тог­ да списка этого памятника с переводом на немецкий язык, при­ мечаниями и введением [29]. В востоковедной науке давно счи­ тается установленным, что издание или перевод текста, сохра­ ненного одним списком и исключающего, таким образом, кри­ тичность издания и перевода, сопряжено с рядом специфиче­ ских трудностей текстологического порядка и известным риском дать повод специалистам к многочисленным поправкам печат­ ного текста и перевода. Так случилось и здесь. Последующее сличение текста издания с текстом рукописи показало, что в издании Г. Вамбери действительно содержатся ошибки. По­ скольку их оказалось весьма много, было решено переиздать сочинение Мухаммада Салиха. Новое, исправленное издание «Шейбани-наме», начатое П. М. Мелиоранским и завершенное А. Н. Самойловичем, вышло в свет в 1908 г. [18]. Оно содержит 225 страниц текста, две страницы предисловия, краткие сведе­ ния о «Шейбани-наме» и его авторе, а также указатели. Не­ смотря на то что в основу переиздания положена та же единст­ венная венская рукопись, оно отличается многими достоинства­ ми. Издатели проделали большую и сложную текстологическую работу по восстановлению правильного чтения неясных мест текста и достигли в том крупных результатов. В новом издании число непонятных слов и не совсем ясных стихов сведено до минимума; все такие случаи отмечены издателями в подстроч­ ных примечаниях. Таким образом, благодаря кропотливому тру­ ду двух крупнейших русских тюркологов мы имеем ныне впол­ не надежный печатный текст одного из важнейших памятников тюркской литературы XVI в .

По жанру «Шейбани-наме» — историческая поэма. Она со­ стоит из 76 глав, далеко не равнозначных как по значимости сообщаемых сведений, так и по размерам каждой главы. Самая маленькая глава заключает в себе лишь три стиха [18, гл. 13, с. 17], а самая большая — 414 стихов [18, гл. 47, с. 96—116] .

В печатном тексте поэмы всего 4435 стихов. Судя по тому, что в венском списке, легшем в основу двух изданий, имеются лаку­ ны, о чем будет сказано ниже, авторский текст поэмы содер­ жал не менее 4500 стихов или даже больше .

О мотивах, побудивших взяться за такой большой труд, сам автор сообщает в гл. 15, которая носит название «Причина со­ чинения книги» [18, с. 18—21]. Он пишет, что, когда волею все­ вышнего на его семью обрушилось несчастье и из рук его отца «ушла страна Хорезм — Хиван (Хива) и крепость Кят», он, Мухаммад Салих, долгое время скитался по Хорасану, пережил много злоключений пока, наконец, не попал к Шейбани-хану, который его обласкал и принял к себе на службу. По словам нашего автора, Шейбани-хан и впоследствии проявлял благо­ склонность к нему. В благодарность Мухаммад Салих решил сочинить месневи о ратных подвигах своего благодетеля и по­ кровителя. С этой мыслью он обратился к хану, Мухаммад Шейбани «одобрил его просьбу» .

В венском списке «Шейбани-наме», переписанном «рукой ра­ ба божьего грешного Касима в последний день джумади алаввал девятьсот шестнадцатого года» [18, с. 225], т. е. 4 сентяб­ ря 1510 г., дата написания сочинения не указана. Однако, при­ влекая данные самой поэмы, мы можем установить время ее составления достаточно точно. Так, в последней главе говорит­ ся о том, что раньше Шейбани-хану покорились Бухара, Са­ марканд, Ташкент, Хисар, Кундуз, Яссы, Сауран, а «теперь все­ вышний передал ему и Хорезм». Сделай так, пишет далее ав­ тор, обращаясь к всевышнему, чтобы Кермине и Хорасан, Иезд, Багдад и Исфахан, Египет и Сирия тоже покорились ему [18, с. 224]. Известно, что Хорезм был завоеван в конце лета 13 Зак. 337 193 1505 г., а в пределы Хорасана Шейбани-хан со своими силами вступил в мае 1507 г. Следовательно, время окончания поэмы можно датировать между второй половиной 911 и 912 гг. х., т. е .

второй половиной 1505 и 1506 гг .

Без выяснения источника исторических сведений, как свиде­ тельствует неоднократный исследовательский опыт, невозмож­ на правильная их интерпретация [9, с. 279]. Вместе с тем нель­ зя верно оценить достоверность источника без учета, в част­ ности, целей и задач, которые были поставлены при создании произведения, без выяснения классовой и политической тенден­ ции автора. В этой связи уместно отметить, что выявление источ­ ников «Шейбани-наме» не составляет особого труда. В поэме последовательно описываются военные походы Шейбани-хана и его сподвижников с 1500 по 1505 г. Из содержания поэмы со всей очевидностью вытекает, что ее автор не пользовался ка­ кими-либо письменными источниками, а описал события со слов непосредственных участников походов — шибанидских сул­ танов и на основе личных наблюдений. По словам поэта, глав­ ным его информатором был сам Шейбани-хан [18, с. 145] .

Естественно, что социальный состав информаторов и общест­ венное положение Мухаммада Салиха, как придворного поэта, во многом обусловили характер сочинения: поэма отличается откровенной династийной и политической тенденциозностью .

Это обстоятельство следует строго учитывать при использовании «Шейбани-наме» как исторического источника .

Турецкий ученый М. Ф. Кёпрюлю характеризует поэму Му­ хаммада Салиха как «сухую и пристрастную историческую хро­ нику» и заявляет, что в литературном отношении она не обла­ дает какими-либо достоинствами {27, с. 313]. Это мнение, несом­ ненно, основано на высказывании Бабура. «Позже, — отмечает он в своих „Записках" о Мухаммаде Салихе, — он отправился к Шейбани-хану. Одним словом, тот оказал ему покровительст­ во, а Мухаммад Салих написал в честь Шейбани-хана месневи на тюрки в размере рамаль шестистопный усеченный, т. е. в раз­ мере [поэмы Джами] „Четки". Это очень слабое и несовершен­ ное произведение. Человек, который его прочтет, теряет веру в поэзию Мухаммада Салиха» [26, л. 181а]2 .

Поэма, действительно, не богата замыслом, в ней нет худо­ жественного открытия. Более того, в изданном тексте по мень­ шей мере в двух местах отмечается нарушение размера стиха [18, с. 147, стк. 17, с. 197 стк. 68]. Встречаются и мелкие неточ­ ности. Так, в месневи говорится о том, что поход шибанидских султанов на Ура-Тепе состоялся «летом» [18, с. 88]; в действи­ тельности это событие произошло весной, да и в самой поэме после этого сообщения описывается весенняя картина. Анализ текста с полной очевидностью показывает, что отмечаемые в поэме мелкие неточности являются результатом поэтической вольности автора и что они были вызваны необходимостью со­ блюдать стихотворный размер сочинения. В этой связи небезын­ тересно отметить также употребление Мухаммадом Салихом старого топонима «Согд»3 там, где по контексту должно быть многослоговое «Мавераннахр» [18, с. 122 стк. 10, 11]. Есть в поэме и не совсем ясные стихи. Очевидно, месневи имеет и дру­ гие недостатки .

Тем не менее оценку Бабура, данную сочинению Мухаммада Салиха, нельзя признать соответствующей действительности .

Бабур был, конечно, большим знатоком поэтики и крупным поэ­ том, но здесь он явно не объективен. Резкость выпадов авто­ ра «Записок» (см. выше его характеристику самому Мухаммаду Салиху) вызвана, по всей вероятности, принадлежностью Сали­ ха к враждебному Тимуридам политическому лагерю и тем об­ стоятельством, что в месневи о действиях Бабура в Самарканде в 1500/01 г. говорится в осуждающем тоне [18, с. 47—64] .

Научная оценка достоинств и недостатков «Шейбани-наме»

как поэтического произведения нуждается в специальном иссле­ довании, и такого рода работу мы вправе ожидать от тюркологов-литературоведов. Для нашей задачи достаточно отметить, что месневи Мухаммада Салиха написан на хорошем чагатай­ ском языке с незначительным количеством арабизмов и фарсизмов. Повествование на всем протяжении поэмы живое, вырази­ тельное и отличается простотой стиля. Ясность стиля во многих местах сочетается с очевидным даже неспециалисту эстетиче­ ским изяществом и красотой стихов. Главное достоинство месневн состоит, на наш взгляд, в том, что там языком поэзии изо­ бражена действительная жизнь той эпохи в истории Средней Азии, которую Мирза Хайдар Дуглат называет в своем «Тарих-и Рашиди» «тревожным временем», стихами описано обыденное, все то, что окружало главного героя поэмы Шейбани-хана в реальности .

Источниковедческое значение сочинения Мухаммада Салиха неоднократно отмечалось в трудах отечественных и зарубежных ориенталистов. Так, В. Г. Розен, определив «Шейбани-наме» как «первостепенный источник для описываемой им эпохи», писал еще в 1886 г.: «Мы поэтому усердно рекомендуем нашим зна­ токам и ревнителям джагатайского языка и среднеазиатской истории новый памятник» [19, с. 52]. О высокой оценке специалистами-тюркологами поэмы Салиха красноречиво свидетель­ ствует ее переиздание в 1908 г., о котором говорилось выше .

Как исторический источник «Шейбани-наме» продолжает при­ влекаться и теперь. Однако исследования, специально посвя­ щенного «Шейбани-наме», нет4. Между тем сочинение Мухам­ мада Салиха интересно во многих отношениях [17, с. 129—130;

5, с. 20—21], и изучение его вполне отвечает одной из задач во­ стоковедной науки — сделать доступным для широкого круга главные литературные памятники и исторические источники на языке народов Востока .

В «Шейбани-наме» систематизация материала проведена по тем же принципам, что и в подавляющем большинстве сочине­ 13* 195 ний мусульманских авторов, а именно: материал сгруппирован по событиям, а описание событий расположено в хронологиче­ ском порядке. Мухаммад Салих нигде не приводит конкретной даты. Время того или иного события обычно обозначается в поэме выражениями «с наступлением лета», «весной», «зимой того года, когда», «спустя столько-то месяцев после такого-то события» и т. п. Стоит также отметить, что в месневи Мухам­ мад Шейбани-хан чаще именуется титулом^«Имам аз-заман халифе-и ар-рахман». Верховный правитель моголов тех лет Махмуд-хан и его младший брат Ахмад-хан почти всегда именуют­ ся в поэме своими прозвищами, соответственно «Ханике-хан» и «Алача-хан» .

Связное изложение событий, где фигурируют собственно мо­ голы — подданные Махмуд-хана, начинается в «Шейбани-наме»

с гл. XLII, которая называется «Поход на моголов и ограбление Шахрухие, вилайета Ханике-хана, имевшие место зимой того года, когда Имам аз-заман халифе-и ар-рахман овладел Са­ маркандом» [18, с. 85—881 5В середине зимы [т. е. зимой 907 г. х. (1501/02 г.)], пишет Мухаммад Салих, Шейбани-хан отдал приказ по улусам, чтобы султаны и бии собрались в Самарканде. Когда все военачаль­ ники прибыли на назначенное место сбора со своими отряда­ ми, хан уведомил их, что намерен идти походом на моголов .

Многочисленное войско в сопровождении большого обоза со свитой и приближенными хана двинулось в сторону крепости Дизак. Миновав крепость, устроили привал. Оттуда шеститы­ сячный отряд во главе с младшим братом хана Махмуд-султаном отправился вперед на Шахрухие. Перед отрядом была по­ ставлена цель переправиться через Сырдарью, атаковать мого­ лов и блокировать Шашскую и Сайрамскую дороги до прибы­ тия основных сил во главе с Шейбани-ханом. Вместе с Махмудсултаном отправились Тимур-султан, Хаджжи-Гази, Джан Вефа-бий, Канбар-бий, Шейх-Марид .

Та зима, говорится далее в месневи, выдалась очень холод­ ной 6, так что султаны и «карачины» были одеты кто в куньи шубы, а кто в шубы из меха красных лисиц. Поскольку Сыр­ дарья замерзла, «словно камень», отряд Махмуд-султана легко переправился на другой берег реки и подступил к крепости .

Могольские военачальники не решились «выйти из кургана» и дать бой. Воины султана рассыпались по окрестностям и в те­ чение двух дней занимались грабежом и разбоем. Тем време­ нем Ханике-хану доложили, что с той стороны прибыли войска неприятеля. Ханике держал совет со своими беками. Совет вое­ начальников счел целесообразным не выступать против Шибанидов. Скоро прибыл сам Шейбани-хан и расположился на бере­ гу Сырдарьи, решив, что произойдет большое сражение. По­ скольку моголы не выступили, последовал приказ, чтобы Махмуд-султан присоединился к хану. Воины султана прибыли, отягощенные награбленным. Еще один день провели в ожидании неприятеля, затем двинулись на Молкент, оттуда на Самар­ канд. Там воины разошлись по «своим местам» .

С наступлением лета7, пишет Мухаммад Салих в следую­ щей главе [18, с. 88—92], хан вновь отдал приказ собрать войска. Местом сбора был назначен Дешт-и Сабат. Когда войска собрались, хан и султаны провели несколько «заседа­ ний», где было решено идти на Ура-Тепе. Хакимом Ура-Тепе, говорится в месневи, был в то время Мухаммад Хусейн. Он приходился зятем Ханике-хану и «процветал в его меджлисе» .

В среде моголов его род называли «оглат» (так! что соответст­ вует у узбеков племени «конграт»). Он располагал почти дву­ мя тысячами нукеров. Крепость была хорошо укреплена и об­ несена снаружи двумя рядами рвов, заполненных водой. Шейбани-хан не стал осаждать Ура-Тепе, а решил взять ее измо­ ром. Его воины блокировали выходы и подступы к крепости и в течение пяти дней грабили окрестные села. Положение осаж­ денных стало ухудшаться с каждым днем, и через несколько дней Мухаммад Хусейн запросил мира. Хан принял предложе­ ние; был составлен «Сулх-наме». В это время прибыл некто и доложил, что Хусрав-шах — единомышленник Ханике-хана — находится в Хузаре. Шейбани-хан отбыл в Хузар. Мухаммад Хусейн подался к Ханике-хану, доложил ему о случившемся и стал уговаривать идти на Танбала. Танбал — один из нукеров ваших, говорил он, нынче является самостоятельным правите­ лем Андижанской области. Он почитает нас слабыми и посто­ янно грабит наши эли. Если вы согласуете ваши действия с Шейбани-ханом, то мы быстро покончим с ним. Эта мысль по­ казалась всем разумной, и она была принята к действию. Ханике-хан написал письмо Шейбани-хану .

Содержание письма, которое приводится в следующей гла­ ве поэмы [18, с. 92—93], очевидно, сильно переработано Му­ хаммадом Салихом. Во всяком случае, по стилю письмо мало напоминает послание суверенного государя. Махмуд-хан назы­ вает себя здесь «старинным слугой» Шейбани-хана. «С тех пор как вы овладели Туркестаном, — говорится в письме, — я не щадил себя ради вас: когда брали крепости, я был вашим другом-товарищем; был подмогой-помощью в дни битв и сраже­ ний»8. Теперь, писал хан моголов, Самарканд стал вашим и вы перестали обращать внимание на меня, предали забвению мою службу. Он просит Шейбани-хана не относиться к нему как к «чужаку». Что касается Бабура, то «не печальтесь — его дела подошли к концу. Если я и оказал ему поддержку, то сде­ лал это из-за наговоров ничтожных людей». Далее автор письма призывает к великодушию и сообщает, что ему досаж­ дает Танбал и ставит в трудное положение. «Если бы вы заклю1 чили мир со мной или сами выступили на Хисар, я бы напра­ вил свою конницу, на Танбала отправился бы я» .

Письмо Махмуд-хана было получено, когда Шейбани-хан прибыл в Самарканд.

Оно не имело ожидаемых последствий:

мир не был достигнут и отношения между двумя государями оставались натянутыми. Махмуд-хан отправился в поход на Танбала без поддержки Шейбани-хана [18, с. 114]9 .

Некоторое время спустя Шейбани-хан вновь собрал войска и пошел на моголов [18, с. 116—121]. Когда прошли Ура-Тепе, получили известие, что в Ходженде находится шахзаде Джихангир и с ним Гариб барлас. Также стало известно, что Хайике-хан отправил на поддержку Джихангира своего бека по имени Санджар. Шейбани-хан повернул на Ходженд. Узнав о приближении хана, Джихангир бежал в горы. В крепости оста­ лись Гариб барлас и Санджар с шестью тысячами воинов. Хан подступил к крепости и предложил сдать город, но получил от­ каз. Началась осада. После нескольких атак крепость была взя­ та приступом. По приказу Шейбани-хана его воины устроили «всеобщую резню» и под конец подожгли дома. «Огонь охватил город, — пишет Салих, — не осталось ничего, что не сгорело бы в том пламени». Покинув разграбленный горящий город, хан направил поводья в свою столицу, Самарканд .

Новый поход на моголов состоялся через месяц после ходжендских событий [18, с. 121—125]. В оправдание похода автор «Шейбани-наме» выдвигает два мотива: 1) моголы Ханике-хаha вот уже в течение двух лет беспрестанно грабят и разоряют «эль Согда» (население Согда); 2) Алача-хан, прибывший из Турфана на помощь брату, произнес «хвастливую речь», кото­ рая привела в сильный гнев Шейбани-хана .

В настоящее время, говорится в этой главе месневи, пади­ шахом моголов является Ханике-хан, человек «способный и рас­ судительный» [18, с. 78] 10. Столица его — город Ташкент. Ему принадлежали также Шахрухие, Ура-Тепе и «множество» дру­ гих крепостей. «На одной стороне его владений Сайрам, а на другой — Дизак и Иургам». «У него до сорока тысяч мого­ лов»,— уверяет Мухаммад Салих. Тем не менее Махмуд-хан не мог справиться с Шейбани-ханом и призвал на помощь своего младшего брата Алача-хана. Мухаммад Салих характе­ ризует Алача-хана как храброго воина и мужественного человек и. Далее сообщается, что резиденцией его является город Турфан и что он постоянно враждует с калмаками .

На этот раз Шейбани-хан издал приказ, согласно которому «все султаны, карачины и огланы» должны были явиться на место сбора с домочадцами, ибо «пока дело моголов не завер­ шится, ни один султан не вернется в свое владение». Когда войска собрались, Шейбани-хан отправил тем двум ханам свою газель, где он называет их непокорными и грозится наказать их [18, с. 123—124]. Получив послание предводителя кочевых узбеков, ханы стали готовиться к войне: собрали все свое воин­ ство, приготовили необходимое снаряжение, раздали войсковой провиант и т. д. На состоявшемся совете военачальников была выработана программа действий. Могольские ханы и сановни­ ки решили, что будет разумнее не скрещивать оружие с Шейбани-ханом в открытом бою. В кургане Ура-Тепе и крепости Наррату, рассуждали они, которые находятся на пути узбекско­ го войска, до 5 тыс. воинов. Взять эти хорошо укрепленные кре­ пости неприятелю будет нелегко, а не захватив их, враг не дви­ нется вперед. Пока Шейбани-хан будет осаждать крепости, могольские ханы намеревались отправиться с войском на Анди­ жан и отвоевать его у Танбала. Чтобы Шейбани-хан не разга­ дал их замысла, ханы отправили ему посла с предложением мира. Сами тотчас же снялись с места и в осуществление плана двинулись в сторону Андижана. По дороге атаковали крепость Ахси, но не смогли взять ее. Совершив оттуда несколько пере­ ходов, устроили привал в местности «Архиан, что между Ахси и Андижаном» .

Посол прибыл к Шейбани-хану, когда тот «пересек воды Кухака», и доложил о предложении могольских ханов [18, с. 126—128]. Разговор был коротким. Хан объявил послу, что до тех пор, пока его войска не достигнут Ура-Тепе и не займут крепость, о перемирии не может быть и речи. Тем временем вои­ ны Шейбани-хана «захватили языка». Он рассказал, что Ханике-хан и Алача-хан с войском направились на Андижан. Узнав таким образом истинные намерения моголов, Шейбани-хан по­ вернул на Андижан. Достигнув берегов Сырдарьи, устроили при­ вал. Ночью двухтысячный конный отряд разведчиков перепра­ вился через Сырдарью и двинулся на Шахрухие. Вблизи кре­ пости захватили в плен «около десяти всадников». Из их слов стало известно, что могольские ханы на пути в Андижан, что в кургане 'Шахрухие оставлен только Ахмад-бек. С этим извести­ ем отряд возвратился к Шейбани. Хан держал совет с султа­ нами: было решено всех «худых коней» и тяжелый груз оста­ вить в Ходженде. Согласно высочайшему повелению, каждый воин должен был взять с собой в предстоящий поход четырех* дневный запас провизии, двух коней, а из защитных средств только латы и шлем. После недолгих сборов Шейбани-хан под­ нял войска и выступил с берегов Сырдарьи .

Одновременно был отправлен гонец к Танбалу с сообщенйё'м;

что Шейбани-хан спешит на помощь и выручку «своего с л у г и »

[18, с. 129] .

Гонец, сообщается в следующей главе [18, с. 129—136], до* стиг пределов Маргинана и доложил обстановку старшему бра­ ту Танбала по имени Тильбе. Последний отослал посыльного тс Танбалу, а сам поспешил навстречу Шейбани-хану с подарками .

Поблагодарив хана за его благородные намерения, он доложил* что Ханике-хан и Алача-хан, по его сведениям, миновали Ахси и теперь пребывают в «городе Архиан». Чтобы ускорить оконча­ ние «дела моголов», Тильбе-бек предложил Шейбани-хану от* правиться в Ахси, где имелись готовые суда для переправы,=а для постройки плотов камыш. Хан согласился. К ночи достигли берегов Сырдарьи. После утреннего намаза началась перепра* ва. Первыми переправились на плотах воины, затем «хан, сул­ таны и мирзы» на имевшихся четырех судах. Тот же час из Ахси прибыли «казн, муфти и даруга» с подарками и сообщили, что Ханике-хан и Алача-хан в пяти йигачах 1 пути от крепости .

Шейбани-хан расположил свою ставку на правом берегу Сыр­ дарьи, на расстоянии одного йигача от Ахси: утомленные задень воины отдыхали перед грядущей битвой. Скоро поступил высо­ чайший указ: «Утром бой; в полночь выступаем на ханов» .

Воины «похлебали талкан» 1 и стали готовиться к предстояще­ му сражению: кормили коней (кто «ячменным зерном», а кто «мукой, разбавленной водой»), мыли и расчесывали им гривы, точили сабли и копья, проверяли луки и стрелы, готовили бе­ лые и красные боевые значки. В назначенный час знаменосец поднял белое ханское знамя, и армия тронулась в поход .

Наступил решительный день. Могольские ханы, приготовив свои войска к бою, стояли в ожидании неприятеля. Под знаме­ нем Алача-хана собрались 10 тыс. калмаков (?!) и около 10 тыс. моголов. Во главе другого отряда стоял сам Ханикехан; с ним находились два сына Алача-хана и Бабур с 1000 воинов. «Было калмаков и моголов тридцать тысяч, а с челядинцами и слугами тысяч сто». По словам Мухаммада Са­ лиха, внешний вид могольского войска представлял «диковин­ ное зрелище»: «дивоподобные воины» в странных головных убо­ рах и одеждах; кони, покрытые разноцветными попонами и украшенные котасами 1 из «хвостов павших лошадей», и т. п .

Кто был из них из «страны калмаков», кто «уроженцем Турфана», кто «выходцем из Хотана», чьей-то «родиной был ИссыкКуль», а кому-то «домом приходился могольский Аксу». Все они стояли в ожидании, приняв боевой порядок .

Грозный час битвы приближался .

Шейбани-хан не заставил себя ждать долго [18, с. 136—141] .

Он прибыл на ожидаемое место сражения на рассвете, когда еще солнце только восходило на востоке. С ним явились 10 тыс .

воинов. Мухаммад Салих отмечает, что «большинство его лю­ дей составляли шибановцы (шибанлык), [племена], издревле его роду причисленные». Далее приводится родо-племенной состав узбекского войска в следующем порядке: сихиут, кыйат (слав­ ные своими качествами), конграт (всеми уважаемые за свои качества), буркут (воинственные и мужественные), мангыт, найман (достойные благодеяния), дурман (беспредельно преданные Шейбани-хану), уйсун (помощники-пособники хана),, кушчи (привязанные искренной дружбой и преданностью), джалаир, карлук, сулдуз, нукуз, тама, татар, адгу, адлу-оглы, ички, ойрат .

Во главе конгратов стоял Хусейн Али, человек здравого ума и рассудительный, мангытов и адгу уругу — Хаджжи Гази .

адлу-оглы — Хамза-бий. Одним отрядом племени кушчи (300 че ловек) предводительствовал Купек-бий, а другим отрядом это­ го же племени — Иакуб-бек, «страшный выдумщик и острослов, доблестный воин». Он был кукельташем (молочным братом) Шейбани-хана и приходился младшим братом «Карачин Дива­ ну». Во главе найманов (до 700 человек) стоял сын Карачина Канбар-бий — бек левого крыла. Он был верным слугой Шей­ бани-хана и его кукельташем. Хан очень почитал Канбар-бия .

Предводителем дурманов являлся «потомок Каджу Мергена»

Джан Вефа-бий — военачальник правого крыла. Отважный ру­ бака, он был одним из самых почитаемых беков среди прибли­ женных хана. Под его началом находилось около 1000 человек .

У племени ички было несколько предводителей — Абукоч, Джалбаш, Баубек. Их ополчение насчитывало «четыре тысячи узбеков, каждый из которых был другому брат и товарищ» .

Воины многотысячной армии Шейбани-хана, составленной из различных племен, были выстроены в боевой порядок. Они сле^ довали старинному обычаю разделения на правое и левое кры­ ло. В частности, правое крыло составляли ополчения племен конграт, кыйат, мангыт, дурман, уйсун, ойрат. Во главе крыла стоял Махмуд-султан, младший брат Шейбани-хана. С ним на­ ходились Урус-бий, Алмеджук — пехлеван-единоборец и др .

Численность войска левого крыла составляла «на взгляд»

1500 человек. Общее командование ополчениями племен этого крыла осуществлял Хамза-султан .

Каждый воин был с запасным конем, в шлеме, латах, рас1 писанных стихами Корана; у всех были наготове «бухарский лук и черкесские стрелы» .

Дальнейшее изложение рассказа Мухаммада Салиха о похо­ де Шейбани-хана на моголов требует разъяснения. Дело в том, что в стихах 77—80 [18, с. 140] рассматриваемой главы гово­ рится о смотре войска левого крыла, устроенного перед боем Хамза-султаном, а в следующих стихах, которые занимают в ру­ кописи лист Г37а, о том, как поступить с оказавшимися в пле­ ну могольскими ханами. Таким образом, в единственной венской рукописи «Шейбани-наме» и соответственно в издании отсутст­ вует описание самого сражения и обстоятельств пленения двух могольских ханов 15 .

Итак, военное счастье оказалось на стороне Шейбани-хана:

могольская армия была разбита наголову и оба предводителя моголов — Ханике-хан и Алача-хан — были пленены. На совете военачальников армии-победителя решался вопрос, как быть со знатными пленниками. По мнению Шейбани-хана, их следовало отпустить с миром. Такой поступок, убеждал он присутствую­ щих на высоком совете, обернется благом, так как станет из­ вестным повсюду, все будут рассказывать, что-де два таких-то хана замышляли зло против такого-то хана, но по воле всевыш­ него оба они оказались побежденными на поле сражения, а тот, что один, — победителем. Все будут говорить, что победитель не вспомнил тогда о плохих поступках тех двух, а освободил их, проявив благородство. Затем привели пленных ханов. Шейбайи приветствовал их и сообщил, что он не намерен убивать их .

«Я отказываюсь от вашей крови, — сказал он, — от немощных ваших душ отказываюсь. Будьте свободными от мысли о смер­ ти, будьте спокойны душой». Чтобы ханы не сомневались в правдивости его слов, Шейбапи-хан публично поклялся на Ко­ ране .

Через некоторое время шибанидские султаны вновь собра­ лись на совет, чтобы окончательно решить участь ханов [18, с. 146—149]. Совет проходил бурно. Одни твердили, что Алачахан опасен: «Он умен и дерзок, он слишком отважен и деяте лен». Не будет от него нам покоя, не раскается он в содеянном .

У него на родине большое войско. Если Ханике-хан объединит­ ся с ним, они смогут принести нам много хлопот и неприятно­ стей. Другие напоминали присутствующим, что Шейбани-хан поклялся на Коране отпустить ханов с миром. Затем с речью выступил сам Шейбани-хан. Он напомнил султанам, что Хани­ ке-хан не раз оказывал им услуги. Превратности судьбы неве­ домы, наставлял он, и мы не знаем, что будет с нами завтра .

Сегодня же мы совершим доброе дело: владения Ханике-хана приберем к рукам, а самих ханов отправим на родину, в Моголистан .

Совет султанов закончился. Судьба ханов была решена .

По указанию Шейбани Ханике-хан должен был содержаться в ставке Махмуд-султана, а Алача-хан — в ставке Тимур-султана. Перед отправлением в ставки шибанидские султаны сооб­ щили ханам об условии их освобождения. Согласно решению совета, сказали они, войска и владения Ханике-хана перейдут в наше распоряжение, а затем оба вы будете освобождены. Од­ нако до тех пор, пока «Ташкент не отворит ворота и тамошние гуляки не сгинут прочь», вы будете содержаться у нас в оковах .

Если вы хотите вернуть себе свободу, продолжали султаны, на­ пишите письмо в Ташкент, чтобы ваши люди разрушили крепо­ стные стены и покинули город. Город должны покинуть все мо­ голы, в том числе и Ахмад-бек со своим отрядом. Причем Ахмад-бек должен увести с собой и сына Ханике-хана. Мать Ха­ нике-хана и ее дочери пусть остаются в кургане. Мы скоро при­ дем туда, сообщили в заключение султаны, и устроим той .

«В противном случае дело ваше затруднится: хан опять при­ дет в ярость» .

Ханы приняли условия освобождения. Султаны доложили об этом Шейбани-хану. Он повелел, чтобы письмо Ханике-хана бы­ ло доставлено адресату одним из нукеров Махмуд-султана .

Содержание письма Ханике-хана матери приводится в сле­ дующей главе поэмы [18, гл. 56, с. 149—151]. В этом письме он сообщает, что его армия разгромлена, он с Алача-ханом в пле­ ну и что Шейбани-хан поклялся на Коране сохранить им жизнь .

«Вот что вам надлежит сделать», — писал он матери. Пусть люди улуса моего сына и люди других улусов, находящиеся в Ташкенте, покинут город вместе с Ахмад-беком и отправятся в Моголистан. Вы с принцессами оставайтесь в крепости: они бу­ дут выданы за шибанидских султанов, состоятся свадьбы. Д а­ лее Ханике просит не беспокоиться и пишет, что он прибудет в город вместе с Шейбани-ханом. «Если вы желаете лицезреть меня, не переиначивайте это мое слово. Отправленному гонцу преподнесите подарки, из сердца вырвите тернии печали. Мир вам и поклон. Окончено письмо» .

Гонец с письмом Ханике-хана отбыл верхом из окрестностей Ахси в Ташкент, имея запасного коня [18, с. 152—156]. Он при­ был в город и передал письмо. Все было исполнено так, как в нем предписывалось. Сын Ханике-хана, Ахмад-бек и все мого­ лы покинули город, предварительно «разрушив здешние свои дома». В полуразрушенном городе остались мать хана и ее до­ чери. Л Первыми из Шибанидов в Ташкент прибыли Тимур-султан и Джанибек-султан с несколькими тысячами воинов. Вскоре по­ доспел и сам Шейбани-хан. Состоялись три свадьбы: Шейбанихан женился на самой младшей дочери ханши, Тимур-султан — на средней, а Джанибек-султан — на старшей. Через несколько дней, в течение которых дома горожан и дворец Ханике-хана подверглись грабежу, Шейбани-хан направился в Самарканд* передав управление Ташкентом в руки Джанибек-султана .

Пере-, правившись через р. Чир, он отдал приказ освободить ханов из оков и доставить их к нему в ставку. Джан Вефа-бий отправил­ ся в город и доставил Ханике-хана и Алача-хана. С пленников «сбили оковы» и привели к Шейбани-хану. Предводитель узбе­ ков приветствовал их и советовал не огорчаться тем, что они потеряли здесь свои владения. «Еще падут много элей и улу­ сов, — утверждал хан. — Если голова будет цела, будет все»* В заключение аудиенции Шейбани-хан сказал: «Я потомок Иуджи (т. е. Джучи. — Г. С.), а вы оба — потомки Чагатая;

Очевидно всем, что мы дети одной матери-прародительницы ц Чингис наш общий предок». Со времен Иуджи-хана и Чагатайт хана, продолжал Шейбани, между нашим родом и вашим ро­ дом не было крови; каждый самостоятельно правил в своемвладении. И теперь пусть между нами не будет крови, а будет* согласие и верность.

Пусть Алача-хан первым отправится в свой улус, а ты, «Улуг-хан», отправляйся вслед за ним со своими до-:

мочадцами. С этими словами Шейбани-хан дал разрешение Алача-хану тронуться в путь, подарив ему коней и снаряже­ ние. Через два дня разрешил отбыть в Моголистан и Ханикехану. Он также получил верблюдов, коней и снаряжение. Про­ водив с миром двух могольских ханов, Шейбани-хан поднял свои войска и отбыл к себе в столицу .

Описанием поражения Махмуд-хана (Ханике-хана) и Ахмадхана (Алача-хана) под Ахси сведения «Шейбани-наме» о мого­ лах исчерпываются. В следующей главе поэмы содержится краткое сообщение о том, что зимой (909/1503-04 г.), когда Шейбани-хан стоял лагерем под Балхом, прибыл гонец из Таш­ кента и доложил, что Танбал со своими моголами напал на Ташкент и осадил Джанибек-султана. Хан отправил на помощь осажденным Суйунджук-султана с отрядом, а сам двинулся на Кундуз, оттуда на Балдахшан [18, гл. 58, с. 161—162] .

Приведем теперь в русском переводе сообщения историогра­ фа могольских хаканов Мирзы Хайдара Дуглата о прибытии Ахмад-хана в Ташкент на помощь Махмуд-хану и о совместных действиях двух братьев против Шейбани-хана. Сравнение дан­ ных «Шейбани-наме» и «Тарих-и Рашиди» интересно во многих отношениях: авторы принадлежали к различным политическим и династийным лагерям; в «Шейбани-наме» Мухаммада Салиха мы имеем описание, составленное буквально «по горячим сле­ дам» событий, а в «Тарих-и Рашиди» — рассказы, слышанные Мирзой Хайдаром Дуглатом от своего отца, могольских эмиров и других «достойных доверия лиц» и записанные им спустя 40 с лишним лет после самих событий. Сравнение позволяет вы­ явить в обоих сочинениях места, которые подверглись тенден­ циозной обработке со стороны или самих авторов, или их интер­ претаторов. В совокупности эти источники дают возможность установить подробности того драматического для моголов со­ бытия, которое разыгралось под Ахси, и вместе с тем точнее определить время самой битвы, которое нигде конкретно не указано .

И з п ер в о го д а ф т а р а « Т ар и х -и Р а ш и д и »

«Рассказ о Султан Ахмад-хане, сыне Йунус-хана....Когда таким образом минул год, пришло известие о ратных победах Шахибек-хана (т. е. Шейбани-хана. — Т. С.) над Султан Махмуд-ханом, его любимым братом. Султан Ахмад-хан отправился в путь для того, чтобы оказать службу старшему брату. Мансурхана, старшего сына своего, он оставил вместо себя и повелел величать его ханом. Двух других своих сыновей — Султан Абу Саида и Бабаджак-султана — он привел с собой в Ташкент .

Свидание двух ханов состоялось в Ташкенте. Изложение раз­ личных обстоятельств, имевших место в то время, содержится во втором дафтаре. Словом, ханы обсудили дело Шахибек-хана .

В конец концов между ханами и Шахибек-ханом произошла битва при Ахси. Ханы потерпели поражение: оба они были пле­ нены. Шахибек-хан, не переступая законов [справедливости], обошелся с ними достойным образом: он отпустил ханов с тем, чтобы они удалились в Моголистан. Большую часть людей могольского улуса, что находилась в тех краях, он задержал. Эти два хана отправились в Моголистан .

Ту зиму они провели в Аксу. Султана Ахмад-хана поразил тяжкий недуг. Усилия лекарей оказались напрасными, и в кон­ це зимы девятьсот девятого года (февраль—март 1504 г.) Сул­ тан Ахмад-хан скончался» [16, В-648, л. 67аб; С-395, л. 836— 84а; D-71, с. 102] .

И з в то р о го д а ф т а р а « Т ар и х -и Р аш и д и »

«...Когда известие [о трудном положении Махмуд-хана] до­ шло до высокого слуха Алача-хана, в подвластных ему райо­ нах Моголистана население бунтовало и устраивало беспорядки .

Он сделал все от него зависящее для того, чтобы усмирить бунтовщиков. Затем, посадив на свое место своего старшего сына, Мансур-хана, он отправился ко двору старшего брата .

Солнце Небес Халифства и Полнолуние Славы сблизились при благоприятном расположении звезд, в девятьсот седьмом году [1501/02 г.] .

...Шахибек-хан, которому столь опрометчиво оказал под­ держку Султан Махмуд-хан, завоевал Самарканд, Бухару и нанес поражение тимуридским султанам, в особенности Бабурпадишаху, который приходился [Махмуд-хану] племянником [по сестре] и был ему подобно сыну. Отныне Шахибек-хан сменил дух преданности и дружбы на мишуру высокомерия и самона­ деянности и стал открыто бить в барабан ослушания .

Тем временем Султан Ахмад Танбал, который находился на службе у Омар Шейх Мирзы, хотя он и принадлежал по про­ исхождению к могольским эмирам, поднял мятеж в Андижане, воспользовавшись нерешительностью хана. Придя к власти, он стал метать стрелы неповиновения, целясь в мишень султан­ ства. Чтобы отразить его, ханы Еыступили вдвоем. Султан Мах­ муд-хан оставил в Ташкенте своего сына Султана Мухаммадсултана с многочисленным и сопровождаемым большим обозом войском, чтобы упредить вероломство врагов. Моего отца оста­ вил в Ура-Тепе, чтобы он также противостоял Шахибек-хану .

Ханы полагали, что последний не пройдет между двумя этими войсками. Между тем Шахибек-хан усмотрел в этих действиях благоприятный случай и воскликнул: „Пожалуй, никогда не за­ стану впредь этих ханов с таким малочисленным войском!" Он выступил без обоза и направился из Самарканда в Фергану .

Следуя своим путем, он достиг Ура-Тепе. Люди крепости поду­ мали, что он прибыл для осады, и занялись делами обороны .

Между полуднем и закатом солнца неприятель расположился лагерем в непосредственной близости от города. После того как вселенная лишилась величественного сияния солнца и на гла­ за земных созданий опустилась чернота ночи, он [Шахибек] снял свой лагерь и тронулся в путь так спешно, что пока люди, находящиеся в крепости, выясняли, в каком направлении уходит неприятель, он удалился на расстояние нескольких фарсангов .

Когда достоверно было установлено, что неприятель движется в сторону Ферганы, [из крепости] отправили друг за другом не­ сколько вестников, чтобы они известили [Махмуд-]хана о его приближении. Оба, вестник и неприятель, прибыли в одно и то же время. Ни войска Ташкента, ни войска Ура-Тепе не имели времени выступить. Вместе с ханами находилось около 15 тыс .

человек. Причиной этого было то, что в начале года они уже ходили походом на Танбала и изрядно потрепали его, так что у того не было прежней силы и могущества. Потому ханы бы­ ли уверены, что на этот раз он предпочтет бегство сопротивле­ нию. Бабур-падишаха они взяли с собой, чтобы после бегства Танбала посадить на трон его отца, а самим вернуться обратно .

Ханы не достигли еще Андижана. В Ахси, одной из сильно укрепленных крепостей того вилайета, укрывался брат Танбала, Шейх Баязид. Он повел переговоры об условиях подчинения;

поэтому [ханы] расположились лагерем вблизи крепости. При таком стечении обстоятельств прибыл Шахибек-хан с 30-тысяч­ ным отборным войском, сопровождаемый султанами, как, на­ пример, Кучум-султан, Суйунджук-Султан, Джанибек-султан и пр. Таким образом, оставалось слишком мало времени, что­ бы принять боевой порядок. Каждая враждующая сторона со­ вершила несколько нападений и притворных отступлений. По­ скольку в армии неприятеля было много [талантливых] воена­ чальников, а численность их [войска] была превосходящей, ха­ ны потерпели поражение .

Стих:

И впрямь, кто одолел слабого, Тот сам потерпел поражение .

Кони ханов обессилили от усталости, и оба хана были схва­ чены в плен. Бабур-падишах бежал к южным отрогам Ферган­ ских гор. Шахибек-хан проявил великодушие: после присоеди­ нения к своим владениям Ташкента он напомнил ханам о сде­ ланном благодеянии и отпустил их на волю. Он сказал: „Я до­ стиг своего могущества благодаря вашему вспомоществованию .

Я захватил вас в плен, но не умертвил. Позволяю вам уда­ литься4. 4...Словом, когда весть о пленении ханов достигла Ташкента, Султан Мухаммад-султан поднял всех своих людей, семейство свое, людей могольского улуса и удалился в Моголистан. Мой отец и дядя [по отцу] собрали из нажитого ими то, что могли увезти, и тоже последовали за ними .

Во время пребывания ханов в неволе Шахибек-хан сказал им: „Моим давнишним заветным желанием было связать себя [с вашим родом] брачными узами, но до сих пор [судьба] не жаловала меня. В осуществлении этого желания ныне устроим три бракосочетания4. Самая младшая сестра [Махмуд-]хана, по имени Давлат Султан-ханым, которая упоминалась выше, при перечислении детей Йунус-хана, сочеталась браком с Тимурсултаном, сыном [Шахибека]. Себе он взял Айше Султан-ханым, известную как Могол-ханым, а Джанибек-султан женился на Кутлук-ханым. Обе [последние] принцессы 'были самыми добро­ детельными из всех добродетельнейших женщин, целомудренны­ ми, яркими, как солнце, и непорочными, как лунный свет. Не­ которые из их детей живы и теперь и заняты в Мавераннахре заботами правления .

По возвращении ханов на родину, в Моголистан, младший хан заболел: его разбил паралич. [Вскоре] он сменил престол ханского достоинства на ложе погребальных носилок и пересе­ лился из сада земных владений в цветник рая. Это случилось в конце девятьсот девятого года» [16, В-648, л. 886—906; С-395, л. 108а, 109а—1106; D-71, с. 133—136] .

После этих рассказов сочинитель «Тарих-и Рашиди» приво­ дит красочную легенду о причине болезни Ахмад-хана. Неожи­ данная болезнь и скорая смерть находившегося в расцвете лет хана [ему было неполных 39 лет, когда он умер], отличавшего­ ся крепким телосложением и отменным здоровьем, казались загадкой его современникам и ближайшему поколению его ро­ дичей. А там, где неизвестность, рождается легенда. Родилась она и тут, и в свете той характеристики, которую дают Ахмадхану мусульманские авторы, легенда эта выглядит правдоподоб­ ной. Вот она в передаче Мирзы Хайдара Дуглата .

«Раз я слушал раба божьего Ходжа Таджж ад-Дина Мухам­ мада, — пишет он, — который унаследовал от своих предков должность шейх-уль-ислама этой страны (и который действи­ тельно был благородным и почитаемым человеком, одаренным многими достоинствами). Вот что соизволил он рассказать .

,,Во время болезни хана, будучи однажды с ним наедине, я сказал ему:,,Ходит молва, будто Шахибек-хан подложил отра­ ву в вашу пищу. Если ваше величество того же мнения, я до­ буду испытанное противоядие, которое поступает к нам из Ки­ тая, и займусь лечением4. Хан отвечал: „Да, Шахибек-хан дей­ * ствительно отравил меня. Он отравил тем, что возвысился из низкого положения до таких высот, что захватил нас, двух братьев, в плен, а затем отпустил на волю. Причина моего не­ дуга— этот позор. Если есть элексир от недуга подобного ро­ да, только он поможет мне4» [16, В-648, л. 906; С-395, л. 1106;

D-71, с. 136] .

Нет надобности выделять здесь особо пункты расхождения в сообщениях придворного поэта Шейбани-хана и рассказах могольского историка Мирзы Хайдара Дуглата: для вниматель­ ного читателя они очевидны сами собой. Уточним только время сражения при Ахси. По словам Мухаммада Салиха, спустя ме­ сяца два после захвата Ташкента Шейбани-хан выступил из Са­ марканда на Балх против Бади аз-Замана. Пока узбекские вой­ ска осаждали Балх и другие крепости, прошло еще четыре ме­ сяца и наступили зимние холода [18, с. 157—161]. Из чего мож­ но уверенно заключить, что битва при Асхи между Шейбани-ханом и двумя могольскими ханами произошла в конце 908 г. х., т. е. в конце весны — начале лета 1503 г. 16. Эта дата вполне согласуется с сообщением Мирзы Хайдара Дуглата, согласно ко­ торому освобожденные из плена могольские ханы отбыли из Ташкента в Моголистан, зиму 909 г. х. провели в Аксу, а в кон­ це зимы Ахмад-хан скончался .

Резюмируя приведенный материал, в заключение скажем следующее. На рубеже XV—XVI вв. кочевые узбекские племе­ на Восточного Дешт-и Кыпчака под предводительством Мухам­ мада Шейбани-хана направили свои усилия на овладение тер­ риторией, принадлежащей Тимуридам. Предприятие это в силу ряда объективных причин (см. [20; 14, с. 377—385]) оказалось удачным, и в течение 1500/01 г. Шейбани-хан завоевал Бухару и Самарканд. При занятии этих крупнейших центров Мавераннахра значительную военную помощь оказал ему верховный правитель моголов Махмуд-хан 17. Мирза Хайдар Дуглат харак­ теризует эту помощь хана как «опрометчивый» поступок, т. е .

как поспешный, необдуманный шаг, не предусматривающий воз­ можной опасности для самих моголов в будущем. Действитель­ но, обосновавшись в среднеазиатском Междуречье, Шейбани-хан вскоре направил оружие против вчерашнего покровителя и со­ юзника. Уже зимой 1501/02 г., спустя лишь несколько месяцев после занятия Самарканда, он предпринял поход на вилайет Шахрухие, подвластный Махмуд-хану. Весной 1502 г. нападению узбеков подверглась крепость Ура-Тепе. Однако успехи, достиг­ нутые Шейбани-ханом в рядовых походах на отдельные могольские города-крепости, не удовлетворяли его, и он искал слу­ чая дать Махмуд-хану генеральное сражение, чтобы раз и на­ всегда покончить с «делом моголов», т. е. выдворить моголов из среднеазиатских городов и крепостей .

Верховный предводитель моголов Махмуд-хан, отличавший­ ся нерешительным характером и начисто лишенный военных способностей, не смог справиться с натиском Шейбани-хана и призвал на помощь своего младшего брата Ахмад-хана, слыв­ шего храбрым воином и грозой калмаков. Враждующие сторо­ ны сошлись в решающем сражении в начале лета 1503 г. при Ахси. Шейбани-хан не только одержал победу, но и взял в плен обоих братьев. Ханы были скоро отпущены на волю с ус­ ловием, что оба они покинут Туркестан и отправятся в свои наследственные улусы, в Моголистан. Все среднеазиатские вла­ дения Махмуд-хана перешли в руки победителя; кроме того, Шейбани-ханом была задержана большая часть могольского воинства. В числе принадлежавших Махмуд-хану, следователь­ но отнятых Шейбани-ханом, городов и крепостей в поэме Му­ хаммада Салиха упоминаются следующие: Ташкент, Сайрам, Ура-Тепе, Шахрухие, Дизак, Иургам, Наррату .

Таковы известия о моголах, содержащиеся в «Шейбани-наме» Мухаммада Салиха .

Они, как это видно, раскрывают мно­ гие немаловажные подробности исторических событий XVI в. и в ряде случаев существенно дополняют имеющиеся в научной литературе сведения о взаимоотношениях моголов и узбеков в 1501—1503 гг. Особого внимания заслуживают сведения исто­ рико-этнографического характера, в частности сведения о родо­ племенном составе узбекского войска во время битвы при Ах­ си. Список, приводимый Мухаммадом Салихом, тем более це­ нен, что в нем указывается численность отрядов ряда племен, участвовавших в завоевательных походах Шейбани-хана. Эти данные могут быть использованы при освещении вопроса о ко­ личественном составе ушедших вместе с Шибанидами из степи родов и племен. Стоит также отметить здесь замечание Мухам­ мада Салиха о том, что у Махмуд-хана «до сорока тысяч мого­ лов», т. е. около 40 тыс. воинов. В этой связи любопытно, что и Мирза Хайдар Дуглат отличает моголов от остального насе­ ления Моголистана и Восточного Туркестана и нередко также приводит число, например, уведенных в плен или оставшихся ко­ чевать в Кашгарии моголов (см. [1, с. 6—11]). В трактовке тер­ мина «могол», как известно, нет единого мнения. Одни исследо­ ватели считают моголов конгломератом тюркских и монголь­ ских племен, другие — сословием на службе у ханов Чагатаидов, третьи — этническим коллективом, народностью. Возможно, эти замечания Мухаммада Салиха и Мирзы Хайдара Дуглата (и подобные приведенным историко-демографические мате­ риалы о моголах, содержащиеся в других источниках) указы­ вают на то, что название «могол» в то время относилось не ко всему населению страны, а только к военному сословию обще­ ства .

1 О термине «могол» и этнических связях моголов с соседними народами см. [24, с. 52—65] .

2 В издании Н. Ильминского [6, с. 227—228] текст этого отрывка пред­ ставлен не полностью: в нем отсутствует сообщение о размере месневи .

3 От топониме «Согд» см. [10, с. 487—488] .

4 В статье Л. А. Зимина приводится перевод двух небольших отрывков из сочинения Салиха, касающихся похода Шейбани-хана против Карши [12, с. 205—206]. В книге «Хрестоматия по литературе народов СССР» [22, с. 412— 420] опубликованы выдержки из трех глав «Шейбани-наме» Мухаммада Са­ лиха в переводе Л. Пеньковского, с кратким предисловием .

5 Время окончательного покорения Шейбани-ханом Самарканда относится к началу осени 1501 г. (см. [7, с. 112—113]) .

6 Бабур, находившийся в то время в Ходженде, также отмечает, что «бы­ ло очень холодно» и «стужа достигала такой степени, что за эти два-три дня погибло от холода два-три человека» [7, с. 114] .

7 Согласно Бабуру, поход Шейбани-хана на Ура-Тепе состоялся весной [7, с. 115] .

8 О помощи Махмуд-хана Шейбани-хану говорится во многих сочине­ ниях: «Нусрат-наме», «Фатх-наме» Шади, «Шейбани-наме» Бинаи и т. д. (см .

[15, с. 32, 85, 126, 208]) .

9 Мухаммад Салих только упоминает об этом событии. Подробности по­ хода сообщает Бабур, лично участвовавший в нем [7, с. 117—119] .

1 По словам Бабура, Махмуд-хан, подобно своему отцу Иунус-хану, был «одаренным человеком и сочинял стихи, хотя законченных газелей у него было немного» [7, с. 116; 8, с. 89] .

1 По описанию его племянника Бабура, Алача-хан был самовластным и смелым человеком, предпочитавшим саблю всякому другому оружию [7, с. 121—122]. Таким же образом характеризует Ахмад-хана и Мирза Хайдар Дуглат в своем «Тарих-и Рашиди» [16, В-648, л. 676] .

1 И и г а ч — путевая мера длины, именуемая также «фарсанг», «санг», «таш» и приблизительно равная 9 км (см. [21, с. 72, 120]) .

1 Т а л к а н — кушанье, приготовленное из толокна и масла .

1 К о т а с (кутас) — бахромчатое украшение из волос яка или коня, на­ вешиваемое на шею лошади .

14 З э к. 337 209 1 Указанный эпизод не единственный пропуск в венской рукописи. Судя по резкому переходу, лакуна имеется и после листа 236 [18, с. 25]. Любопытно, что отмеченные здесь пробелы приходятся в рукописи на листы recto, из чего можно заключить, что причина лакун — утеря листов. Таким образом, венская рукопись «Шейбани-наме» не полная: в ней отсутствует какое-то количество листов .

1 В сводном труде «История Узбекской ССР» [14, с. 385] неверно указано что Шейбани-хан разбил моголов в «кровопролитном бою» и пленил Махмудхана зимой 1501 г. (I) .

1 По сведениям Бинаи, во время похода Шейбани-хана на Самарканд Махмуд-хан выделил ему в помощь двух своих эмиров с 5 тыс. вооруженных воинов (см. [15, с. 126]) .

Л итература

1. Акимушкин О. Ф. Моголистан, моголы и киргизы в первой половине XVI века (Заметки по политической истории региона).— XI годичная на­ учная сессия ЛО ИВ АН СССР. Ч. 1. М., 1975 .

2. Акимушкин О. Ф. Персоязычные источники по истории Восточного Турке­ стана.— Филология и история тюркских народов (тезисы докладов). Тюр­ кологическая конференция: АН СССР, ЛО ИВ АН СССР; ЛГУ, Восточ­ ный факультет. Л., 1967 .

3. Акрамов А. М. Мухаммад Солих. Тошкент, 1966 .

4. Алишер Навоий. Мажолисун нафоис. Илмий-танкидий текст. Тошкент, 1961 .

5. Ахмедов Б. А. Государство кочевых узбеков. М., 1965 .

6. Бабер-намэ, или Записки Султана Бабера. Изданы в подлинном тексте Н. И[льминским]. Казань, 1857 .

7. Бабур-наме. Записки Бабура. Пер. М. Салье. Таш., 1958 .

8. Бартольд В. В. Очерк истории Семиречья.— Сочинения. Т. 2. Ч. 1. М., 1963 .

9. Бартольд В. В. [Рец. на:] Е. Blochet. Introduction...— Сочинения. Т. 8. М., 1973 .

10. Бартольд В. В. Согд.— Сочинения. Т. 3. М., 1965 .

11. Болдырев А. Н. Зайнаддин Васифи. Таджикский писатель XVI в. (Опыт творческой биографии). Сталинабад, 1957 .

12. Зимин Л. А. Нахшеб, Несеф, Карши. Их история и древности.— В. В. Бар­ тольду туркестанские друзья, ученики и почитатели. Таш., 1927 .

13. История Самарканда. Т. 1. С древнейших времен до Великой Октябрьской социалистической революции. Таш., 1969 .

14. История Узбекской ССР. Т. 1. Кн. I. Таш., 1955 .

15. Материалы по истории Казахских ханств XV—XVIII веков. (Извлечения из персидских и тюркских сочинений). А.-А., 1969 .

16. Мирза (Мухаммад) Хайдар Дуглат. Тарих-и Рашиди, рук. ИВ АН СССР, В-648, С-395, D-71 .

17. Мукминова Р. Г. О некоторых источниках по истории Узбекистана начала XVI в.— Труды Института востоковедения АН УзССР. Вып. 3. Таш., 1954 .

18. Мухаммед Салих. Шейбани-намэ. Джагатайский текст. Посмертное изда­ ние проф. П. М. Мелиоранского. Под наблюдением и с предисловием прнв.доц. А. Н. Самойловича. СПб., 1908 .

19. Р[озен] В. [Рец. на:] Die Scheibaniade...— ЗВОРАО. Т. I. 1886. СПб., 1887 .

20. Семенов А. А. Шейбани-хан и завоевание им империи Тимуридов.— Ма­ териалы по истории таджиков и узбеков Средней Азии. Труды Института истории, археологии и этнографии АН ТаджССР. Т. 12. Вып. I. Сталин­ абад, 1954 .

21. Хинц В. Мусульманские меры и веса с переводом в метрическую систему — Давидович Е. А. Материалы по метрологии средневековой Средней Азии .

М., 1970 .

22. Хрестоматия по литературе народов СССР. Сост., коммент. и снабдил очерками Л. И. Климович. М., 1947 .

23. Шах-Махмуд ибн Мирза Фазил Чурас. Хроника. Критический текст, пер., коммент., исслед. и указ. О. Ф. Акимушкина. М., 1976 .

24. Юдин В. П. О родо-племенном составе моголов Могулистана и Могулии и их этнических связях с казахским и другими соседними народами.— Из­ вестия АН КазССР. Серия обществ, наук. 1965, вып. 3 .

25. The Atesh Kedah, or Fire-Temple, by Hajji Lutf Ali beg, of Isfahan. Now first edited from the collection of all the known Mss., N. Bland. L., 1844 .

26. The Babar-nama, being the autobiography of the emperor Babar, the founder of the Mohul dynasty in India... (Facsimile) edited with a preface and in­ dexes by Annette S. Beveridge.— E. J. W. Gibb Memorial, series, Vol. 1 .

Leyden—London, 1905 .

27. Kopriilii M. Fuad. (Jagatay edebiyatl.— Islam Ansiklopedisi. Cilt 3, ciiz 24 .

Istanbul, 1945 .

28. Rieu Charles. Catalogue of the Turkish Manuscripts in the British Museum .

L., 1888 .

29. Die Scheibaniade. Ein ozbegisches Heldengedicht in 76 Gesangen von Prinz Mohammed Salih aus Charezm. Text, Obersetzung und Noten von Hermann Vavbery. Wien 1885 .

–  –  –






Похожие работы:

«АКАДЕМИЯ НАУК СССР ОРДЕНА ТРУДОВОГО КРАСНОГО ЗНАМЕНИ ИНСТИТУТ ВОСТОКОВЕДЕНИЯ Ленинградское отделение ПИСЬМЕННЫЕ ПАМЯТНИКИ И ПРОБЛЕМЫ ИСТОРИИ КУЛЬТУРЫ НАРОДОВ ВОСТОКА XXIII ГОДИЧНАЯ НАУЧНАЯ СЕССИЯ ЛО ИВ АН СССР Материалы по истории отечественного востоковедения Часть III Москва НАУКА 'лавная редакция восто...»

«О партии ТЕЧЕНИЕ "ХИЗБ АТ-ТАХРИР": ИСТОРИЯ, ЦЕЛИ, СТРУКТУРА Партия "Хизб ат-тахрир" была образована в 1953 году Такыюддином Ан-Набаhаний. Некоторые наблюдатели считают ее боевой организацией так называемой "Ассоциации братьев-мусульман". Однако сами ее представители заявляют о, якобы, н...»

«ШАБУНИН Вадим Владимирович МИССИОНЕРСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ В КОНЦЕ XIX – НАЧАЛЕ XX ВВ. Специальность 07.00.02 – Отечественная история АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук Москва – 2013...»

«Лекции АВТОМОБИЛИ (Конструкция) Каф. АИАХ А.Н.Моисеев; А.Л.Гусев; Р.Д.Закиров 15.02.2010 Оглавление ВВЕДЕНИЕ ТЕМА 1 История развития автомобилей ТЕМА 2 Назначение, классификация и общая компоновка автомобиля. 14 2.1. Назначение 2.2. Клас...»

«Фиденко Юлия Леонидовна ГИМН AURORA CAELUM PURPURA В СОВРЕМЕННОЙ ПРАКТИКЕ РИМСКО-КАТОЛИЧЕСКОЙ ЦЕРКВИ РОССИИ В статье рассматривается латинский гимн амвросианской традиции, переведенный на русский язык после реформ Второго Ватиканского Собора. Автор отмечает,...»

«УТВЕРЖДАЮ Директор МБОУ гимназия имени И. А. Бунина _ Е.Л.Жигалова _ 2017 г. Учебные планы МБОУ гимназия имени И. А. Бунина на 2017 – 2018 учебный год           Пояснительная записка к учебному плану платных образовательных услуг МБОУ гимназия имени И.А. Бунина на...»

«Социологические исследования, № 10, Октябрь 2008, C. 46-51 О СТАНОВЛЕНИИ И РАЗВИТИИ СОЦИОЛОГИИ В КЫРГЫЗСТАНЕ Автор: К. Б. БЕКТУРГАНОВ БЕКТУРГАНОВ Кубан Бектурганович доктор социологических наук, профессор, заведующий кафедрой социологии Кыргызского национального унив...»







 
2019 www.mash.dobrota.biz - «Бесплатная электронная библиотека - онлайн публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.