WWW.MASH.DOBROTA.BIZ
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - онлайн публикации
 

Pages:   || 2 | 3 |

«ОРДЕНА ТРУДОВОГО КРАСНОГО ЗНАМЕНИ ИНСТИТУТ ВОСТОКОВЕДЕНИЯ Ленинградское отделение ПИСЬМЕННЫЕ ПАМЯТНИКИ И ПРОБЛЕМЫ ИСТОРИИ КУЛЬТУРЫ НАРОДОВ ВОСТОКА XVII ГОДИЧНАЯ НАУЧНАЯ СЕССИЯ ...»

-- [ Страница 1 ] --

АКАДЕМИЯ НАУК СССР

ОРДЕНА ТРУДОВОГО КРАСНОГО ЗНАМЕНИ

ИНСТИТУТ ВОСТОКОВЕДЕНИЯ

Ленинградское отделение

ПИСЬМЕННЫЕ ПАМЯТНИКИ

И ПРОБЛЕМЫ ИСТОРИИ КУЛЬТУРЫ

НАРОДОВ ВОСТОКА

XVII ГОДИЧНАЯ НАУЧНАЯ СЕССИЯ

ЛО ИВ АН СССР

(доклады и сообщения) январь 1982 г .

ЧАСТЬ I

ИЗДАТЕЛЬСТВО «НАУКА»

ГЛАВНАЯ РЕДАКЦИЯ ВОСТОЧНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

МОСКВА 1983

АКАДЕМИЯ НАУК СССР

ОРДЕНА ТРУДОВОГО КРАСНОГО ЗНАМЕНИ

ИНСТИТУТ ВОСТОКОВЕДЕНИЯ

Ленинградское отделение

ПИСЬМЕННЫЕ ПАМЯТНИКИ

И ПРОБЛЕМЫ ИСТОРИИ К У Л ЬТУ РЫ

НАРОДОВ ВОСТОКА

ХУП ГОДИЧНАЯ НАУЧНАЯ СЕССИЯ ЛО ИВ АН- СССР

(доклады и сообщения) январь 1 9 8 2 г .

Часть 1 Издательство 'Н аук а ' Главная редакция восточной литературы Москва 1 9 8 3 '

Редакционная коллегия:

П.А.Грязневич, Н.В.Елисеева (секретарь), Г.А.Зограф, Е.И.Кычанов, Ю.А.Петросян (председатель), Э.Н.Темкин

ИСТОВВД ОТЕЧЕСТВЕН О ВО КО

Н ГО СТО ВЕДЕН Я

И А.Н.Кононов С В О Х.Д.ФРЕНЕ ЛО О (23.У.1782 - 16.УШ.1851) К 200-летию со дня рождения*3 Первое пятилетие XIX столетия ознаменовалось опубликованием двух документов - нового регламента ими.Академии наук 1803 г. и первого общего устава русских университетов 1804 г., - сыгравших важную роль в развитии отечественного востоковедения .

25 июля 1803 г. был утвержден новый регламент Академии наук, по которому в числе "наук, коих усовершенствованием Академия дол­ жна заниматься", перечисляются в числе прочих "история, статисти­ ка и экономия политическая"(§ 3 ); таким образом гуманитарные нау­ ки, изъятые из Академии по регламенту 1747 г., вновь заняли в ней свое место .

Несмотря на то, что в новом регламенте ни слова не сказано о востоковедении, тем не менее в число адъюнктов по восточным языкам и словесности был приглашен и зачислен с I сентября 1804 г. (прибыл в С.-Петербург в начале 1805 г. ) немецкий ученый Ген­ рих Ю лиус Клапрот (K lap ro th, 1783-1835), I I марта 1807 г., из­ бранный экстраординарным академиком.^ Приглашение Клапрота оказалось возможным на основании § 24 регламента АН 1803 г., в котором предусматривалась возможность "принять в число ординарных членов какого-либо известного учено­ го, упражняедегося в науке, в § 3 не означенной, есть ли найдет она (АН) выгодным присоединение сей науки к предметам обыкновен­ ных ее занятий" .

Научные интересы Клапрота были очень широки: языкознание и история, география и этнография; он изучал китайский, маньчжур­ ский, монгольский, тибетский, тюркские, грузинский, армянский и другие восточные языки .

–  –  –

I-:-: :.м8 - 3Клапрот за время своего семилетнего пребывания в России по­ дучил блестящую для ориенталиста возможность совершить путешест­ вия по Сибири и Кавказу. Однако его научная деятельность в России не оставила сколь-нибудь значительного следа .





5 ноября 1804 г. был утвержден общий университетский устав, по которому в преобразованном Московском и во вновь создаваемые Казанском и Харьковском университетах на отделениях словесных на­ ук учреждались кафедры восточных языков .

Первым из русских университетов, сумевшим заместить эту ка­ федру, был Харьковский (основан 17 января 1805 г. ) .

"При открытии лекций в университете к преподаванию восточной словесности был допущен в качестве адъюнкта, пастор Харьковского евангелического общества Барендт,^ занимавший слушателей своих еврейскою граадатикой® и переводами псалмов с присовокуплением более теоретического, нежели практического, курса под названием:

филология восточных языков".^ Со смертью Еарендта (3 декабря 1805 г. ) преподавание восточ­ ных языков в Харьковском университете надолго прекратилось, хотя еще в I 8 I I г. возник проект учредить должность адъюнкта "татар­ ско-маньчжурского языка", который, однако, не мог быть тогда осу­ ществлен.® Преподавание восточных языков в Харьковском университете удалось восстановить только в 1829 г. : в этом году кафедру вос­ точных языков занял известный впоследствии востоковед, академик Б.Л.Дорн, который преподавал арабский, персидский, древнееврей­ ский, санскрит, турецкий и эфиопский языки.® С переездом Дорна в С.-Петербург (1835) преподавание восточных языков (за исключени­ ем индийской филологии) в Харькове прекратилось и было восстанов­ лено только после Октябрьской революции.^ Казанский университет (основан 14 февраля 1805 г. ) по реко­ мендации О.Г.Тихсена пригласил на кафедру восточных языков Хрис­ тиана Даниловича Френа,® который "обучившись сперва в Ростовской гимназии, потом продолжал учение в Ростокском университете. Зани­ мался преимущественно богословиею и филологиею, наипаче восточны­ ми языками. Окончил учение в Гёттенгенском и Тюбингенском универ­ ситетах. Обучал в Пестолоциевом институте латинскому языку. Полу­ чил в Ростоке степень доктора философии и свободных наук".® Х.Д.Френ был зачислен в Казанский университет 3 августа 1807 г. ; прибыл в Казань 3 октября 1807 г .

-4Главным предметом преподавания Френа в течение десяти лет был арабский язык... Другою весьма любимою частью преподавания Френа была восточная нумизматика".10 П. С. Савельев утверждал, что Френ преподавал в Казанском уни­ верситете арабский, персидский и турецкий языки.*1 Однако факт преподавания Френом турецкого языка не подтверкдается .

В поле зрения такого пытливого ученого, каким был Френ, жившего к тому ж в Казани, центре татарской образованности, е должен был оказаться и татарский язык, уроки которого он мог брать у своего друга и помощника по кафедре (с 1812 г. ), препода­ вателя татарского языка Ибрагима Хальфина; это предположение подт­ верждается интересом Френа к сочинению Абу-льЕази"Родословная тю­ рок", а также еще и тем, что Френ и Ибрагим Хальфинв 1810 г. сос­ тавили учебное пособие по татарскому языку, которое, однако, не было издано, так как попечитель учебного округа отказал им в средствах на издание этого труда .

Х.Д. Френ по ряду субъективных и объективных обстоятельств не смог создать в Казани свою ш к о л у,Э т о позднее ему блестяще удалось в С.-Петербурге, куда он прибыл в сентябре 1817 г., где прожил до конца своих дней и где сумел заложить прочные основы русского научного востоковедения. 3 Попытки подготовить учеников в Казани Френ безусловно пред­ принимал. Его учеником, - кроме рано умершего (30 июля 1809 г. ) питомца 1-й Казанской гимназии по классу татарского языка Семена Кручинина, который был "юноша полный скромности, рвения и стара­ ния", - является Януарий Осипович Ярцов, питомец той ж гимна­ е зии, окончивший Казанский университет в 1812 г. и считавшийся "одним из первейших у нас знатоков татарских наречий".*^ Эти зна­ ния были приобретены Ярцоным в гимназии, в университете и у та­ тарских мулл. 19 мая 1816 г. Ярцов защитил диссертацию на тему "De origine vocabulorum rossicorum ex linguis orientalibus proрусских словах, происходящих из восточных языков) .

la t is " 25 мая того же года он был утвержден в ученой степени магистра шсточной словесности.В том же году Ярцов прочитал в Казанском университете пробную лекцию на тему "De indole et con silio poematis Seif-ul-lfulk" (0 специфических особенностях и муд­ рости поэм Сейф-ул-Мулка). Затем Ярцов, по ходатайству Френа, в составе русского посольства был командирован в Персию, где про­ был с января 1817 по январь 1818 г. Позднее Ярцов перевел на русский язык с казанского издания, осуществленного Френом, из­

-5вестный труд Абу-лвГаэи"Родословная тюрок", который также не был напечатан и, видные, пропал .

Его единственным напечатанным трудом является первое иссле­ дование о тюркских языках .

В 1818 г. Ярдов в звании адъюнкта по ходатайству Френа был причислен к Академии наук, но уже в следующем году перешел на службу в Министерство иностранных дел. Так был потерян для оте­ чественной тюркологии "первейший из знатоков татарских наречий" .

Но вернемся к Френу, который в 1815 г. был избран деканом Историко-филологического факультета Казанского университета .

"Путь, пройденный им в Казани, - писал И.Ю.Крачковский, - был очень нелегок во всех отношениях... Однако именно здесь он пре­ вратился из обычного на Западе семитолога-экзегета, каким прие­ хал из Германии, в первоклассного арабиста, которого в современ­ ной ему Европе решались сравнивать только с Сильвестром де Саси .

Здесь он положил начало своим, создавшим впоследствии эпоху, ра­ ботами над арабскими источниками для истории Гуси; здесь на бо­ гатом материале он стал расширять свою нумизматическую подготов­ ку, которая вскоре сделала его не имею им соперников знатоком".^ щ

Успех Френа привлекал внимание Петербургской Академии наук:

в 1814 и в 1816 гг. его приглашали осмотреть и привести в порядок нумизматическую коллекцию АН, которой раньше занимался Георгий Яковлевич Кер (1692-1740), скромный человек и великий труженик.^ В апреле 1816 г. Френ получил приглашение Ростокского уни­ верситета занять место его учителя Тихсена, скончавшегося в 1815 г .

В конце мая 1817 г. Френ выехал из Казани, в начале июня прибыл в Москву, где получил повторное приглашение приехать в С.-Петербург для работы в Академии наук .

Френ прибыл в Петербург и уже 10 июня 1817 г. приступил к работе над нумизматической коллекцией и восточными рукописями Академического музея .

24 сениября 1817 г. Х.Д.Френ на основании § 24 регламента АН 1803 г. (см. выше), был избран ординарным академиком по раз­ ряду восточной словесности .

Вся последующая жизнь Френа, вплоть до выхода на пенсию (1842), была связана с Азиатским музеем АН, учреждению которого предшествовала довольно длительная история .

Г.Я.Кер, "императорский профессор ориэнтальных языков" при Коллегии иностранных дел в 1733 г. Составил грандиозный по тем

-6временам проект "Академия, шш Общество восточных наук и языков, которое должно быть учреждено на благо и во сладу Российской им­ перии и управляемо автором сего проекта, обладавшего опытом 25летнего упражнения в этих науках". Этот проект осуществлен не был .

В 1810 г. молодой в ту пору дипломат Сергей Семенович Ува­ ров (1786-1855), позднее попечитель Петербургского учебного ок­ руга ( I 8 I I ), президент АН (I8I8-I855) и министр народного, про­ свещения, известный своими реакционными взглядами, составил "Проект Азиатской академии” .

В обоснование своего проекта*® Уваров выдвигал мысль, что "было бы полезно заведение такой Академии, которая могла бы слу­ жить посредницею между образованностью Европы и просвещением, скрывающимся в недрах Азии, и которая соединяла бы в себе все то, что может иметь некоторое отношение к познанию Востока".^ Академия мыслилась и как учебное заведение, которое "должно за­ ключать в себе: во-первых, курс языков; во-вторых, курс литера­ туры, и для каждого из сих курсов должны быть определены учите­ ля”. 1 Проект состоит из двух частей: первая часть наполнена общ и­ ми рассуждениями о Востоке, который "единодушно был признан ко­ лыбелью мировой цивилизации"; вторая часть посвящена общему об­ зору курса азиатских языков и литератур (индийская - санскрит­ ская; китайская; мусульманская - арабская, персидская, турецкая;

татарская; еврейско-библейская), для которых составлены краткие программы и списки необходимых пособий .

Проект Азиатской академии Уварова, не в пример проекту Кера, получил широкую известность: его перевел на русский язык В.А.Чуковский, к нему проявил интерес Наполеон, его идеям сочув­ ствовал знаменитый французский ориенталист Сильвестр де Саси, большое внимание уделял ему Гёте Однако, по компетентному заключению И.Ю.Крачковского, проект Уварова "был нереален в ус­ ловиях тогдашний России, уступая в этом отношении даже проекту Кера... Это было скорее общее рассуждение о важности изучения Востока, чем сколько-нибудь конкретное построение".^ Тем не менее этот и другие "востоковедные" проекты сыграли положительную роль тем, что привлекали внимание "власть предер­ жащих" и немногочисленных в ту пору ученых к проблемам организа­ ции востоковедных учебных заведений и изучения Востока .

По всей вероятности, как своеобразный реванш за нереализо­

-7ванный проект Азиатской академии следует рассматривать инициативу С.С.Уварова - в то время ухе президента Академии наук, - выражен­ ную в письме от I I ноября 1818 г. в Комитет правления Академии, в котором он писал "о необходимости устроить при Кунсткамере Ак»

демия особое отделение для медалей, рукописей и книг восточных под названием Восточного кабинета и хранителем оного определить г. академика Френа...".2* В письме Уварова речь шла о Восточном кабинете; в немецком переводе письма говорилось О "Morgenlandiaches (Asiatiaches) Kabinet" (Дорн, с.198). - Название "Азиатский музей" - "Das Asiatische Museum" - впервые употреблено в ответе Френа Комитету правления АН в декабре 1818 г. (Дорн, с.200) .

Так возник Азиатский музей - первое научно-исследовательское востоковедное учрелдение в России, сыгравшее ванную роль в исто­ рии отечественного востоковедения .

В историю Азиатского музея, равно как и в историю востокове­ дения в России первой половины прошлого века, навсегда вошло имя первого его директора (I8I8-I842) - ординарного академика по раз­ ряду восточных древностей Христиана Даниловича Френа .

Штат Азиатского музея состоял из директора (Френ) и его един­ ственного сотрудника (с 1826 г. ) арабиста Михаила Григорьевича Волкова (ум. в 1846 г. ), питомца СПб. университета (выпуск 1823 г. ), ученика Ж.Ф.Деманжа и 0.И.Сенковского.25 Азиатский музей быстро пополнялся книгами, рукописями и предметами материальной культуры народов Востока. ХД.Френ поло­ хил начало описанию рукописей на арабском, персидском и тюркских языках; он хе создал русскую школу восточной нумизматики и одним из первых обратил внимание на необходимость изучения восточных источников для истории России и блестяще это доказал своим трудом "Ибн Фоцлан (Фадлан) и другие арабские источники о русах древних времен" (СПб., 1823) .

Х.Д.Френ в СПб. университете не преподавал, но учениковстудентов этого университета в качестве "приватных" слушателей имел .

В СПб. университете в то время (с 1822 по 1847 г г. ) царил блестящий знаток трех ближневосточных языков О.И.Сенковский (1800-1858), литератор, писавший под псевдонимом Барон Брамбеус, редактор журнала "Библиотека для чтения".2® Говоря о педагогической деятельности Сенковского, И.Ю.Крачковский заметил: "Учеников у Сенковского по Университету в облас­

-8ти арабистика било иного, но - показательная черта - только го из них, которые попали в орбиту воздействия Френа, оставили след в науке, а иногда являлись й его продолжателями"; здесь названа

М.Г.Волков, В.В.Григорьев, П.С.Савельев,В.Г.Тизенгаузен. И далее:

"... лучшие ученики Сенковского, прикоснувшиеся к науке, могли уравновешивать легкомысленную манеру своего учителя фундаментальной школой Френа" .

Краткое поминальное слово о Х.Д.Френе мне представляется приличным закончить цитатой из сочинения его ныдалцегося учени­ ка, первого русского востоковеда-нумизмата Павла Степановича Са­ вельева (I8I4-I859):

"Вдва ли есть ориенталист в России, - писал П. С. Савельев, который бы не был ецу /Френу/ чем-нибудь обязан... были и до не­ го в Академии знапцие ориенталисты - скромный Кер и знаменитый Клапрот, но труды их не оставили даже следов в русской науке, а Френ привил свою науку к русской почве и оставил немало последо­ вателей и продолжателей" .

"Имя Френа, - по свидетельству Савельева, - одно ив сашх безукоризненных в истории науки. Ученейший арабист, основатель и князь восточной нумизматики, Френ оказал великие услуги и рус­ ской истории. Сорок четыре года живя в России, он сроднился с Россией и жил только для своей науки и приложения ее к России", (там же) .

2. Иоганн-Готфрид ( Иван Богданович) Барендт (Бэрендт). - 0 нем см. гТА.Рославский-Петровский, Об ученой деятельности имп.Харь­ ковского университета в первое десятилетие его существования .

- МНИ, 1855, ч.87, раздел У, с.4,5,23; А.Ковалевский, Изуче­ ние Востока в Харьковском университете и в Харькове в ХУш -ХХ веках. - В с б.: Антология литератур Востока, Харьков, 1961, с. 24 (на укр.яз.); ср. Веселовский, Сведения, с.18-19; М Ф Я ИВ, т. 1У, с.24 .

Барендт вел занятия на латинском языке (А.Ковалевский, ук .

3 .

соч., с. 24) .

4. А.Рославский-Петровский, ук. соч., с.23 .

5. А.Ковалевский, ук. соч., с.24-25 .

6. Однако А.П.Ковалевский (ук. соч., с. 27-30) среди языков, ко­ торые преподавал Дорн, не упоминает турецкого языка ( ! ) .

7. И.М.Фалысонич. К истории советского востоковедения на Украи­ не. - НАА, 1966, № 4, с.270-278; А.Ковалевский, ук. соч., с. 74 сл .

8. ББСОТ, с.279-281 .

–  –  –

13. см.: история Ah, Т.Х1, с.220-222. 1

14. М Ф Я т.17, с.25-26: Н.П.Загоскин, История имп. Казанского ИВ, университета..., с.226-227; Н.ЕУлич, ук. соч., с.166-169. в литературе встречается утверждение, что Ярцов принимал уча­ стие в воине 1812 г. Ярцов действительно обратился в Совет Казанского университета с просьбой разрешить ему поступить на военную службу, но ему в этом было отказано .

15. Ярлыки Тохтамыша и Сеадет-Герая в литографированных снимках работы К.Я.Троионина, с транскрипциею и переводом Я.0.Ярцова, с введением и примечаниями В.В.Григорьева, Одесса, 1844 .

16. И.Ю.Крачковский, Очерки по истории русской арабистики. U.-JI., 1950, с. 16 .

17. ЕБСОТ, с.185-186 .

18. Подробнее см.: А.Н.Кононов, История изучения тюркских языков в России. Дооктябрьский период. Л., 1972, с.33-45 .

19. S.O u v a ro ff, P ro je t d ’une Academie a s ia t iq u e. S t. - P b., 1810} Немецкий перевод: S.O u v aro ff, Ideen zu e in e r a sia tisc h e n. Akademie. Traduction du fra n q a is par Hauenschild, S t. - P b., 1811; TO же В KH.: Etudes de p h ilo lo g ie et de c r it iq u e par M.O uvaroff. s t. - P b., 1843, c.1 -4 8. (см. замечания на француз­ ском языке посланника Королевства Сардинии в России графа Жозефа де-Местра: там же, с.53-65); русский перевод проекта Уварова см.: 17 Мысли о заведении в России Академии Азиатской (за подписью "Ж", т.е. В.А.Жуковский). - Вестник Европы, I8 II, ч.55, Ж I. с. 27-52; Ж 2, с.96-120; 2) Азиатская Академия. За­ метки профессора Хаханова о проекте Кера и проекте графа Ува­ рова с критическими замечаниями Де-Местра. - Кавказский вест­ ник, 1902, Ж 8-9, с.49-89 .

20. Вестник Европы, I8 II, ч.55, Ж I, с.34 .

21. Там же, Ж 2, с.97 .

22. Крачновский, Очерки, с.97 .

23. Там же .

24. История АН, т.П, с.221. - Полностью письмо опубликовано:Дорн,

–  –  –

Последняя четверть прошлого - XIX - столетия ознаменова­ лась мощ м подъемом востоковедения в России .

ны Востоковедение в Академии наук (АН) в это время представля­ ли выдающиеся ученые: В.Р.Розен, В.П.Васильев, К.Г.Залеман, В.В .

Раддов, позднее в разряд восточной словесности 3-го Отделения Академии наук вошли: С.Ф.Ольденбург, Н. Я. Марр, В.В.Бартольд, П.К.Коковцов, Ф.И.Щербатской .

Второй петербургский центр востоковедения - Факультет вос­ точных языков (ФВЯ) СПб университета, имевший в своем составе ряд блестящих востоковедов: П.М.Мелиоранский, В.Д.Смирнов, В.А .

Жуковский, Н.А.Медников, А.Э.Окладт, В.Л.Котнич, А.А.Фрейман, В.М.Алексеев, Б.Я.Владимирцов, А.Н. Самойлович и др .

Общепризнанным лидером петербургских востоковедов и "осно­ вателем новой школы русского востоковедения" был академик В.Р .

Розен (1849-1908), объединивший востоковедов АН и Ф вокруг со­ ВЯ зданного им журнала "Записки Восточного отделения Русского ар­ хеологического общества" (ЗВОРАО); им была, по словам И.Ю.Крачковского "заложена прочная база для подготовки научных кадров"II - в течение десяти лет он был деканом Ф (1893-1902). Деятельность ВЯ Розена имела, исключительное значение; по словам Н.Я.Марра, он был нашего востоковедения .

S p ir it u s movens Приведенная справка совершенно необходима, т.к. только при строгом учете состояния петербургского востоковедения в целом и справедливой оценке вклада петербургских востоковедов в развитие отечественной ориенталистики можно с достаточной объективностью определить и оценить долю И.Ю.Крачковского в блестящих успехах нашей арабистики .

И. Ю.Крачковский, окончив в 1901 г. Виленскую гимназию с золотой медалью, с августа 1901 по декабрь 1906 гг. состоял студен­ том СПб университета по ФВЯ, где он занимался арабским языком и словесностью у А.Э.Икидта, Н.А.Медникова, В.Р.Розена, историей Востока у Б.В.Баргольда, персидским языком - у В.А.Жуковского, тюркскими языками у В.Д.Смирнова и П.М.Мелиоранского, арамейским языком - у Д.А.Хвольсона, эфиопским языком, историей и литерату­ рой Абиссинии у Б.А.Тураева. Креме того, И.Ю.Крачковский слушал лекции на историко-филологическом факультете СПб университета, занимался испанским и португальским языками .

За сочинение на тещу "Царствование халифа ал-Мехдия по араб­ ским источникам" Игнатий Ю лианович был награжден Ф золотой ме­ ВЯ далью. И. ЮКрачковский кончил курс Ф с дипломом первой степени .

. ВЯ В январе 1906 г. И.Ю.Крачковский был оставлен при СПб уни­ верситете по кафедре арабской словесности для приготовления к профессорской деятельности, руководителем его был В.Р.Розен, о занятиях с которым впоследствии он писал: "...двухлетняя, с гла­ зу на глаз с В.Р.Розеном работа над текстами (преимущественно поэтическими и грамматическими) по окончании Университета откры­ ла мне постепенно всю научную арабистику того времени в полном объеме и я имею основания считать его своим основным учителем по специальности" (В.И.Беляев, И.Н.Винников. Памяти академика И.Ю .

Крачковского (16. Ш 1883-24.1Л951). - Палестинский сборник* ЕЫпуск .

1(63). М.-Л., 1954, с.92.).В это ж время Игнатий Юлианович зани­ е мался древнееврейским языком у П. К. Коковцова .

С июля 1908 по июль 1910 гг. Игнатий Ю лианович путешествовал по Сирии и Египту. Слушал в Бейрутском и Каирском университетах лекции по арабской литературе, лекции по истории Мухаммеда,' зани­ мался древнееврейским языком, овладел арабским разговорным языком .

В июле 1910 г. Игнатий Ю лианович был зачислен в СПб универ­ ситет в должности приват-доцента. С этого времени начинается его служба в Университете .

- 12 В 1910 г. И.Ю.Крачковский приступил к преподаванию на Ф ВЯ С б университета; за 40 лет преподавательской деятельности КрачП ковским б а л о прочитано значительное число курсов. Его вступитель­ ная лекция (2 ноября 1910 г. ) "Исторический роман в современной арабской литературе" ознаменовала начало нового этапа в арабисти­ ке - современная арабская литература впервые в мировой арабистике стала предметом университетского преподавания. Вторым его новым начинанием оказалось введение в преподавательскую практику курсов по арабским диалектам Сирии, Палестины, Египта, Северной Африки .

С 1920 г. по 1938 г. Игнатий Юлианович - профессор и заве­ дующий Кафедрой арабского языка в Ленинградском Восточном инсти­ туте (ЛВИ), где читал курсы по истории современной арабской лите­ ратуре, по арабской диалектологии, по текущей прессе арабских стран .

Научная, преподавательская, организационная и общественная деятельность И.Ю.Крачковского в течение всей его жизни была тес­ нейш образом связана с обоими центрами петербургско-петрохрадим ско-ленинхрадского востоковедения: Азиатский музей АН (с 1916) и Ф Я - позднее преобразованный в Факультет общественных наук (ФОН) В

- затем Восточный факультет (с 1944 г. ) .

После Октябрьской революции сфера его научной, преподаватель­ ской и общественной деятельности значительно расширилась: избра­ ние (9 ноября 1921 г. ) по представлению Бартольда, Марра, Ольден­ бурга, Коковцова, молодого, 38-летнего И.Ю.Крачковского в число действительных членов АН, навсегда, теснейшим образом, связала его с академическим востоковедением; однако И. Ю.Крачковский, сле­ дуя примеру своего учителя, В.Р.Розена, для которого он был люби­ м м учеником, подобный библейскому Вениамину, не порывал с препо­ ы давательской деятельностью, заведуя Кафедрой в Университете и в Ленинградском Восточней институте .

В течение всей своей жизни и до конца дней своих И.Ю.Крачковский, как и его старшие по возрасту коллеги - Марр, Бартольд, Ольденбург - считал нужным и, более того, обязательным выступать в качестве организатора научных предприятий самого различного пла­ на: он активный член Русского Археологического общества, русского Географического общества (позднее - его вице-президент), Палестин­ ского общества, Неофилалогического общества при СПб университете, хранитель Восточного семинария имени В.Р.Розена, секретарь ФВЯ, академик-секретарь Отделения гуманитарных наук АН, член Правления АН и т.д. и т.п .

- 13 И. Ю.Крачковский организовал в 1934 г. при Институте востоко­ ведении (ИВ) АН Ассоциацию арабистов, провел две сессии Ассоциа­ ции в 1935 и 1937 гг. Игаатий Ю лианович организовал работу по подготовке свода переводов арабских источников по истории Восточ­ ной Европы, Кавказа и Средней Азии. В I94I-I942 гг. - председа­ тель Комиссии по делам ленинградских учреждений АН. В июне 1942 г. Президиум АН СССР поручил И. ЮКрачковскоыу общее наблюдение .

за деятельностью учреждений АН в Ленинграде .

В декабре 1943 г. организовал Московскую группу И АН СССР, В в 1944-1946 гг. - председатель Библиотечной комиссии при Прези­ диуме АН СССР .

При необходимости можно было бы назвать и другие комиссии, комитеты, общества, организации, в которых участвовал И.Ю.Крачковский на правах председателя, заместителя председателя, члена, но, пожалуй, и перечисленных вполне достаточно, чтобы представить со всей очевидностью диапазон его организаторской и общественной деятельности .

йшешнее поколение востоковедов имеет возможность судить о внешности И.Ю.Крачковского только по его живописным портретам и фотографиям, а потому позволю себе представить эскизный словесный портрет И.Ю.Крачковского .

Впервые я увидел Игнатия Юлиановича в середине 20-х годов в Ленинградском Восточней! институте, профессором и заведующим Араб­ ской кафедрой, которым он состоял с ноября 1920 г. ; среднего рос­ та, с тонной бородой a l a Henri IV, тщательно подстриженной, с темными волосами на голове, зачесанными назад и тоже аккуратно подстриженными, в темном, без претензий, но хорошо сшитом костюме;

иногда он появлялся на лекциях в хорошо сидевшей на нем курткефренче, которая тогда была в моде. Спокойный, сосредоточенный взгляд голубых глаз, благородная осанка человека уверенного в се­ бе, говорили в пользу признания внутренней сосредоточенности это­ го, тогда молодого по возрасту, профессора: ему было немногим больше сорока лет .

Позднее мне посчастливилось часто наблюдать Игнатия Ю лиано­ вича в заседаниях Ученого совета ИВ, на лекциях в университете, слушать его доклады в Арабском кабинете ИВ .

Спокойная, благородная манера говорить - в любой ситуации не повышая голоса действовала самым разительным образом на его иногда не в меру горячих - оппонентов. На первый взгляд он казал­ ся сухим и строгим педантом. Н эго было первое и неверное впечат­ о

- 14 ление: он бил -душ евным и учтивым человеком. Дона он был радушным хозяином .

Самообладание никогда не покидало его даже в труднейшее вре­ мя блокады Ленинграда. Помню два случая, которые, как нельзя луч­ ше, характеризуют гордую выдержку Игнатия Юлиановича .

В октябре 1941 г. я встретил его у Университета и, поздоро­ вавшись, пошел с ним по направлению к мосту лейтенанта ПЬшдта, Начался, как обычно, артиллерийский обстрел. Не прибавляя шага и не пытаясь найти убежище, он пошел к своему дому на 7-ой линии .

И второй случай: 29 декабря 1941 г. -- сашй трудный период блокады - в 12.00 было назначено заседание Ученого совета ИВ, по­ священное 500-летию со дня рождения А.Навои; председательствовал Игнатий Юлианович, он же произнес вступительное слово .

Фашисты, как обычно, начинали артиллерийский обстрел. Так было и на этот раз. На самом верху, на 4 этаже Библиотеки Акаде­ мии наук, где тогда помещался ИВ, было особенно опасно .

Игнатий Юлианович, ни на минуту не меняя позы, не обращая внимания на грохот канонады, продолжал вести заселение .

Может быть, кто-нибудь посчитает сказанное мелочью, но нет!

Это надо было видеть и прочувствовать, надо было видеть как ака­ демик вместе с молодыми востоковедами ест дрожжевой суп и пьет горячую воду, ничем не заправленную, и не страшась опасностей, поджидавших всюду, и дома и на улице, гордо делает свое дело. Не­ смотря на все тяготы и лишения, работа в И во время блокады про­ В должалась: 24 ноября 1941 г. П.П.Иванов (погибший в феврале 1942 г. ) защищал докторскую диссертацию "Архив хивинских ханов XIX в. " на которой первым официальным оппонентом выступал И.Ю.Крачковский .

По диапазону своих научных интересов Игнатий Ю лианович дол­ жен быть бесспорно причислен к востоковедам-универсалам, к ученым энциклопедистам, о д н а к о основной областью его изысканий была литература .

Прежде всего Игнатий Юлианович был филологом, ибо только вос­ точная филология во всех ее многосложных проявлениях делает восто­ коведа востоковедом, что не всегда достаточно ясно понимают в на­ ш время .

е Однаж перед Беликой Отечественной войной Игнатий Юлианович, ды выступая с докладом, темы не помню, сфохмулировал одно из карди­ нальных условий образующих востоковеда: "Надо, - сказал Игнатий Ю лианович, - непременно пройти через описание восточных рукописей, составление критического текста и сделать перевод издаваемого тек­ ста, снабдив его историко-филологическими примечаниями" .

- 15 Это воззрение на элементы, формируадие востоковеда, разделя­ лось большинством востоковедов старшего поколения .

"Востоковедение, - писал В.М.Алексеев, - есть комплексная наука или, точнее, комплекс равных наук, изучающих восточные стра­ ны!: при помощи восточных текстов - изучение этих стран без помощи восточных языков не есть востоковедение. Таким образом, востоко­ ведение расшифровывается как наука Востока и Запада о Востоке, а не только наука одного лишь Запада о Востоке” (В.М. Алексеев. Нау­ ка о Востоке. Статьи и документы. М., 1982, с.191) .

Одним из важных методических приемов апробации новой работы Игаатий Ю лианович считал изустную проверку ее путем чтения в кру­ гу специалистов. Следуя этой методе два его поздние по времени издания "Очерки по истории русской арабистики" и "Арабская геогра­ фическая литература" почти полностью прошли изустную стадию. При­ чем следует заметить, что "Арабская географическая литература", по крайней мере, ее первая половина была прочитана во время блока­ ды, и мы с упоением слушали чтение Игнатия Юлиановича, - его ров­ ный, спокойный голос вселял в нас, голодных и холодных, уверен­ ность в неизбежность грядущей победы, и мы забывали наши невзгоды .

"Очерки по истории русской арабистике" прошли изустную стадию пос­ ле Великой победы .

&ше было сказано, что Игнатий Ю лианович был востоковедомэнциклопедистом. И тем не менее, основным направлением, генераль­ ной линией его исследовательской деятельности была История араб­ ской литературы, с особым вниманием к истории арабской литературы в новое и новейшее время. Его работы в этой области - новой араб­ ской литературы - принесли ему славу п е р в о о г к р ы в а т е д я .

В журнале' Die Welt des Islam s, 1930, Bd. IX/2-4 О Игнатии Юлиановиче были напечатаны следующие слова: "Профессор Крачковский, великий русский востоковед, первый на Западе систематически изучавший современную арабскую литературу" .

Наиболее полно эта тема была представлена в книге: "Арабская литература в XX веке" (Л., 1946, 63 с. ). "С особым чувством удов­ летворения, - писал Игнатий Юлианович, - я вспоминаю теперь, как мне посчастливилось "открыть" некоторых современных писателей еще в ту пору, когда их почти никто не знал, - конечно, не в Европе, где тогда вообще не знали новой арабской литературы, но и у себя на Родине. Теперь все они - классики, признанные всем арабским ми­ ром" (И.Ю.Крачковский. Над арабскими рукописями. Изд,- 4-ое. М., 1965, с. 62) .

- 16 Арабская литература и арабистика в Испании нашла в лице Иг­ натия Ю лиановича преданного исследователя; этой теме он посвятил, начиная с 1923 г., ряд исследований: "Ибн Зейдун, поэт Андалузии" (1923), "Полвека испанской арабистики" (1928), "Арабская культура ь Испании" (1937), "Арабская поэзия в Испании" (1940) .

Восточное литературоведение Игнатий Юлианович не мыслил без собственной текстологической pa­ r о т ы; из крупных текстологических публикаций следует отметить t издание дивана арабского поэта из Сирии X в. Абу-л-Фараджа ал-Вава Дамасского, представленной и успешно им защищенной на ученую степень м а г и с т р а арабской словесноет и (30.У.1915. Ф Пгр.ун-та) .

ВЯ В 1926-1935 гг. были изданы основные текстологические груды Игнатия Юлиановича, посвященные критическому изданию средневеко­ вы арабских филологических исследований .

х 14 декабря 1916 г. Игнатий Ю лианович приступил к работе в Азиатском музее (AM) АН, позднее (с 1919 г. ) он заведывал Мусуль­ манским отделом AM АН. Здесь,естественно, основным занятием Игна­ тия Ю лиановича было описание арабских рукописей. В этой области он создал два типа исследований: описание коллекций и единичных укземпляров, отдавая предпочтение этому - второму - т.е. моногра­ фическому описанию рукописей; в этом жанре им написано свыш трех е десятков мастерски исполненных исследований .

К истории арабской литературы близко примыкают две, казалось бы далекие друг от друга гемы: географические сочинения на араб­ ском языке и Коран .

Для Игнатия Ю лиановича и географические сочинения и Коран 'или превде всего памятниками арабской литературы. "Арабская ге­ ографическая литература", вошедшая в ЗУ том "Избранных сочинений" Л.Ю.Крачковского, и Коран (М., 1963), являющиеся крупным достиже­ нием отечественной арабистики, были изданы после кончины Игнатия Ю лиановича .

О днаж осенью 1949 г., зная, что Игнатий Ю ды лианович давно работате над переводом Корана, я спросил,когда ж будет издан Коран е и его переводе, так нужный всем "мусульманисгам"; он с нескрывае­ мой грустью ответил: "А кому он сейчас нужей?". В этих словах Иг­ натия Ю лиановича прозвучала оценка того пренебрежения к изучению ислама, которое долго мешало развитию исламоведения в нашей науке .

М ожет быть этот проникнутый пессимизмом ответ объясняет, по­ сему задуманный Игнатием Юлиановичем новый (после Г.С.Саблукова)

- 17 перевод Корана, к которому он готовился едва ли не всю свою пред­ шествующую жизнь, был выполнен лишь в п р е д в а р и т е л ь ­ ном, р а б о ч е м варианте, и не б ы л им завершен .

Арабское я з ы к о з н а н и е, казалось бы на пер­ вый взгляд, не вселило в круг научных непосредственных интересов Игнатия Юлиановича. Однако, и в этой сугубо специальной области Игнатий Ю лианович сумел сказать свое - не рутинное - слово, при­ мером тому могут служить: Предисловия (22 стр.) И.Ю.Крачковского к "Грамматике литературного арабского языка" Н.В.Юлианова (Л.,

1928) и к "Арабско-русскому словарю" Х.К.Баранова (Л., 1940-1946;

2-е изд. М., 1957) .

Как специалист по арабскому языкознанию и диалектологии Иг­ натий Юлианович заявил себя составлением предисловий и редактиро­ ванием ряда учебных пособий: "Начальная арабская хрестоматия" (Л.,

1926) К.В.Оде-Васильевой; ее же: "Образцы ново-арабской литерату­ ры 1880-1926" (Л., 1928), "Образцы ново-арабской литературы .

1880-1928. П. Словарь" (Л., 1929); "Образцы ново-арабской литера­ туры (1880-1947) (М., 1949); "Хрестоматия разговорного арабского языка (сирийское наречие); (Л., 1929) Д.В.Семенова; "Арабская хрес­ томатия" (Л., 1950) Л.З.Писаревского .

Глубокие знания в специальной области - в арабской лексико­ графии и языкознании - позволила И.Ю.КрачковскомУ отозваться об­ стоятельной рецензией на "Арабско-русский словарь" М.И.Аттая, на "Арабскую хрестоматию" П.2(узе и его же "Арабский синтаксис" .

К лингвистическому направлению работ Игнатия Юлиановича при­ мыкают три его статьи по э ф и о п и с т и к е и сабе­ и с т и к е. Здесь же следует упомянуть - единственную в своем роде - книгу "Введение в эфиопскую филологию", посмертно изданную Ленинградским университетом (1955) .

Истории изучения Востока в России уделяли особое внимание многие выдающиеся русские востоковеды: Б.А.Дорн, В.В.Григорьев, П.С.Савельев, Н.И.Веселовский, В.В.Бартольд, С.Ф.Ольденбург, А.Е .

Крымский и др .

И.Ю.Крачковский и в этой области русского востоковедения ос­ тавил весьма заметный след .

Игнатий Ю лианович считал необходимейшим элементом своей по­ вседневной исследовательской работы откликаться на все более или менее важные события в науке: он пишет статьи по поводу юбилейных дат, некрологи востоковедов, русских и иностранных. Из русских ученых Игнатий Ю лианович помянул добрым словом: Розена, Гиргаса,

- 18 Медникова, Березина, Тураева, Шмидта, Бартольда, Веселовского, Ольденбурга, Марра, Крымского, Рифтина, Юлианова, Кузьмина, Ко­ ковцова, Роэенберга, Виленчика, Минаева, Лебедева и др. Из ино­ странцев этой чести удостоились: Игн.Гольдциер, Ш ейх Тантавн, Л.Ронзевалль, Г.Нёльдеке, Г.Горман, Таха Хусейн, Игн.Гвиди, Хр .

Снук Хюргронье и др .

Опы отдельных портретных зарисовок русских востоковедов и т характеристик отдельных этапов русской арабистики оказался весь­ ма полезным при написании обстоятельного труда "Очерки по истории русской арабистики" (М.-Л., 1950; Избранные сочинения академика И.Ю.Крачковского, т.У. М.-Л., 1958, с.7-192). Эта книга была от­ мечена Государственной премией СССР .

Своеобразным приложением к "Очеркам" является книга И.Е .

Крачковского "Над арабскими.- рукописями. Листки воспоминаний о книгах и людях", выдержавшая шесть изданий, переведенная на араб­ ский, немецкий, польский, английский, чешский и французский (час­ тично) языки .

Эта книга по словам ее автора, представляла собою "попытзд обрисовать на отдельных примерах значение арабистики для истории мировой культуры и познакомить неспециалистов с приемами филоло­ гической работы в нашей области... для начинапцих арабистов она может послужить как бы предварительным "введением в науку"" (И.Ю .

Крачковский, Избр.соч., т.У, с.186) .

Изустную проверку первый цикл этой книги прошел на заседании Арабского кабинета И 13 мая 1941 г. Главы из других разделов этой В книги (десять докладов) были прочитаны (в течение июня-октября 1943 г. ) в Москве в различных академических учреждениях. Эта кни­ га произвела исключительно сильное впечатление не только на восто­ коведов; пожалуй, наиболее восторженный отклик она получила у ш и­ рокой читающей, публики .

В личном архиве И. ЮКрачковского хранится 45 писем (на пер­ .

вое издание), 75 писем - на второе, 51 - на третье издание. Успех исключительный. 0 книге с восторгом отзывались: геоботаник, русистлитературовед, классик, писательница, профессор-терапевт, психолог, два ученика 8-го класса средней школы, студент, архитектор.. .

К числу работ Игнатия Юлиановича по истории востоковедения в России непосредственное отношение имеет книга "Шейх Тантави, про­ фессор С.-Петербургского университета (I8 I0 -I8 6 I)", вошедшая (вто­ ры изданием) в пятый том избранных сочинений И.Ю.Крачковского м (с. 229-299), написанная с обычной для Крачковского научной стро­

- 19 гостью в отношении фактов и дат,с уважением и симпатией по отно­ шению к личным качествам арабского ученого .

По инициативе и в основном по материалам И.Ю.Крачковского сотрудник И Григорий Григорьевич Гульбин (погибший осенью 1941 В г. во время блокады Ленинграда), начиная с конца тридцатых годов, трудился над подготовкой "Библиографического словаря русских и советских арабистов", задуманный Крачковским "по тому ж образцу, е как известный словарь русских писателей С.А.Венгерова, но со зна­ чительным расширением биографической части... Наличие его (т.е .

Словаря, - А.К.) надвигает наряду С’ крупными, известными и теперь в науке фигурами, средних и мелких деятелей, часто не известных или совершенно забытых, число которых превышает 300. Когда все эти материалы станут доступными для общего пользования, тогда явится возможность дать не только Внеш ю описательную историю ню нашей арабистике, но проследить и ее внутреннюю эволюцию на фоне всей культуры и общественной жизни. Сделать осталось много, - пи­ сал И.Ю.Крачковский, - но серьезное основание уже заложено, и на­ до только поддержать ведущуюся работу "(И.Ю.Крачковский, Избр.соч., т.У, с. 160; см. еще с.184).* Эти слова И.Ю.Крачковского обращены непосредственно к совре­ менным арабистам, к его мюридам, которые,хочется надеяться, хотя и с большим опозданием, откликнутся на призыв своего шейха .

Начиная с Г.Я.Кера и Хр.Д.Френа, российские востоковеды М.А.Казем-Бек, В.В.Григорьев, Н.И.Веселовский, В.Р.Розен, В.В.Баргольд, В.П.Тизенгаузен, А.А.Семенов, А.Ю.Якубовский, П.П.Иванов, одной из основных задач отечественного востоковедения считали из­ дание и перевод восточных источников, освещающих историю нашей Родины .

Игнатий Ю лцанович, следуя этой патриотической традиции, вы­ ступил с проектом "0 подготовке свода арабских источников, для ис­ тории Европы, Кавказа и Средней Азии" (ЗИВАН, 1932, I, 55-62) .

Значение арабских источников для этой темы освещены И.Ю.Крачков­ ским в статье "Арабистика и история народов СССР" (ВАН СССР, 1938, 5, 52-61) .

И.Ю.Крачковский не только выступал инициатором и руководите­ лем этого патриотического начинания, но и сам принимал непосредст­ * Машинописные копии Словаря сданы на хранение в Библиографи­ ческий отдел ШБ им. М.Е.Салтыкова-Щедрина (Ленинград), в сектор Ближнего Востока Л0 И АН СССР, в Архив востоковедов Л0 И АН СССР .

В В Один экземпляр копии находится в составе библиотеки И.Ю.Крачков­ ского в ГПБ им. М.Е.Салтыкова-Щедрина .

- 20 венное участие в публикации, переводах и исследованиях арабских письменных памятников, имевших отношение к освещению истории Рос­ сии: "Описание путешествия Макария Антиохийского как памятник арабской географической литературы и как источник для истории России в ХУЛ веке" ("Советское востоковедение", У1, 1949, с.185Важное значение для освещения некоторых вопросов истории Азербайджана, Армении, Ирана имеет опубликованная И.Ю.Крачковским "Вторая записка Абу Дулафа в географическом словаре Йанута" (Изв. АН Аз. ССР 1949, № 8, 185-198) .

И.Ю.Крачковский и В.А.Крачковская представили дешифровку и историческую интерпретацию арабского документа 718-719 г. н.э .

из Совдианы, "Древнейший арабский документ из Средней Азии" ("Согдийский сборник. Л., 1934, с. 52-90), имеющ большое значе­ ий ние для изучения истории Средней Азии .

Истории движения Шамиля Игнатий Ю лианович посвятил, начиная с 1933 г. пять статей, под его редакцией и его заботами был из­ дан арабский текст, подготовленный А.М.Барабановым (погибшим в сентябре 1941 г. под Ленинградом), "Хроника Мухаммада Тахира алКарахи о дагестанских войнах в период Шамиля" (Л., 1946); ранее (в 1941 г. ) был издан перевод арабского текста этого сочинения с предисловием И.Ю.Крачковского. В 1939 г. по инициативе и под ре­ дакцией Игнатия Ю лиановича был опубликован перевод, комментарий и исследование "Путешествие Ибн Фадлана на Волгу", выполненный А.П.Ковалевским. Позднее этот труд был вторично опубликован с указанием автора перевода и комментариев А.П Ковалевского .

"Материалы по истории туркмен и Туркмении"(т.1, М.-Л.,1939) в основной своей части состояли из фрагментов, извлеченных из арабских источников, переведенных В.И.Беляевым, С.М.БогдановойБерезовской, С.Л.Волиным, А.П.Ковалевским, И.Н.Лемановым под ре­ дакцией И.Ю.Крачковского и Д.В.Семенова .

При изучении жизни и разнообразной - научной, организатор­ ской, общественной - деятельности И.Ю.Крачковского бросается в глаза его удивительная - пронизывающая всю его жизнь - целеуст­ ремленность, строго сочетавшаяся с умением держать в поле своего зрения все важное для развития нашей арабистики и, более того, определять основные направления развития отечественной арабистики, Игнатий Ю лианович отчетливо сознавал необходимость сплочения советских арабистов с целью координации и кооперации усилий для выполнения первоочередных исследований, выдвигаемых требованиями

- 21 жизни. В 1928 г. Игнатий Ю лианович организовал научный кружок ле­ нинградских арабистов; в 1929 г. И.Ю.Крачковский подал в Президи­ ум АН СССР записку "К вопросу о положении арабистики в Академии наук (об учреждении Кабинета арабской филологии)". Кабинет араб­ ской филологии удалось создать в 1930 г. при организации Институ­ та востоковедения АН СССР. Во главе Арабского кабинета был постав­ лен И.Ю.Крачковский .

йппе было сказано, что Игнатий Ю лианович создал Ассоциацию арабистов. Целеустремленная научная и организаторская деятельность И.Ю.Крачковского проявилась также в определение первоочередных за­ дач, специфики присущих отечественной арабистике .

В Арабском кабинете И АН СССР (1930-1950 г г.) систематичес­ В ки велась работа: " I ) по изучению источников на арабском языке для истории народов СССР и Восточной Европы, 2) по изучению ранних па­ мятников литературы народов советского Востока на арабском языке,

3) по изучению ново-арабской литературы ХГХ-ХХ нв. и выяснению влияния на нее русской классической и советской литературы, 4) по изучению арабских диалектов, сохранившихся у арабистов населения Средней Азии, 5) по изучению современных арабских диалектов Сирии, Ливана и Палестины и составление словарей этих диалектов и 6) по исследованию вопросов истории русской и советской арабистики" (В.И.Беляев, И.Н.Винников, указ. соч., с.94) .

К этому впечатляющему списку проблем, привлекавших присталь­ ное внимание Игнатия Ю лиановича и его сотрудников - его учеников, следует добавить подготовку учебных пособий для нужд преподавания арабского языка в Ленинградском Восточном институте и Ленинградс­ ком университете .

Многочисленные ученики И.Ю.Крачковского были, как и их учи­ тель, филологами широкого плана как по своей учебной подготовке, гак и по исследовательской практике .

Из числа учеников Игнатия Юлиановича, специализировавшихся по арабскому языкознанию можно назвать только Я.С.Виленчика (1902Д.В.Семенова (1890-1943), Н.В. Ю лианова (1896-1946). Я.С.Виленчик-специалист по фонетике и арабской диалектологии, сосредото­ чивший свои усилия в последние годы на подготовке "фундаментально­ го словаря сиро-палестинского наречия живого арабского языка" .

Д.В.Семенову принадлежит полезная хрестоматия образцов арабс­ кого диалекта Сирии (Л., 1929) и синтаксис современного арабского литературного языка (Л., 1941) .

Н.В.Юпманов,семитолог и африканист, специалист по вопросам

- 22 исторической грамматики и фонетики арабского языка, автор первой солидной "Грамматики литературного языка" (Л., 1928) .

Конец двадцатых начало тридцатых годов текущего столетия оз­ наменовалось важ ным событием в истории арабистики в России - "от­ крытием" языка среднеазиатских арабов, в изучение которых наибо­ лее солидный вклад внесли семитолог-лингвист Г.В.Церетели и семи­ толог-этнограф И.Н. Винников (подробнее см.: И.Ю.Крачковский, Избр .

соч., г.1, с.165-166) .

15 апреля 1936 г. И.Ю.Крачковский выступил в Арабском кабине­ те И с докладом "Некоторые данные о диалекте среднеазиатских ара­ В бов" .

Игнатий Ю лианович успешно занимался популяризацией арабской литературы путем ее переводов на русский язык. В качестве актив­ ного члена-эксперта "Всемирной литературы" (руководимой А.М.Горьким), И.Ю.Крачковский выступал и как переводчик, и как редактор, и как автор предисловий. К примеру назовем: Амин Рехани. Избранные произведения. Перевод и примечания И. ЮКрачковского. Игр., .

1917; "Калила и Димна". Перевод с арабского И.Ю.Крачковского и И.П.Кузьмина. Статья и примечания И.Ю.Крачковского (М.-Л., 1934, 374 с. ) ; "Книга тысячи и одной ночи". Перевод и комментарии М.А .

Салье под редакцией акад.И.Ю.Крачковского. 1-У гт. М.-Л., 1929И 1939; "Тысяча и одна ночь". Избранные сказки.Предисловие М.Горь­ кого. Перевод с арабского, вступительная статья и комментарии М.А .

Салье. Редакция перевода И.Ю.Крачковского (Л., 1936, 639 с.) и ряд других .

Игнатий Юлианович разработал, - теперь общепризнанную науч­ ную транскрипцию арабского алфавита на основе русской графики(см.:

Материалы к унификации библиотечной транскрипции письмен восточных народов. - Восточный сборник, I. Л., 1936) .

В течение своей 40-легней научной и преподавательской деятель­ ности, которая протекала, преимущественно, в ЛГУ и ЛВИ, через его аудиторию прошли сотни студентов, многие из которых оставили заметг ный след в науке .

К числу его учеников, которые пройдя выучку в школе И.Ю.Крач­ ковского, сами имели учеников, относятся: Ю.Н.Марр, И.П.Кузьмин, Н.В.Юшманов, Я.С.Виленчик, В.И.Беляев, М.А.Салье, И.Н.Винников, Г.В.Церетели, А.А.Быков, Д.В.Семенов, А.П.Ковалевский, А.П.Пифтин, В.А.Эбехман, X.И.Кильберг, М.В.Чужаков, А.М.Барабанов, А.И.Михай­ лова и др .

Игнатий Ю лианович был арабистом-универсалом, его ученики представители другой эпохи - как правило, были узкими специалиста­ ми. Это - знамение времени .

- 23 И.Ю.Крачковский пролил, по современным меркам, сравнительно недолхую жизнь,- он умер на 68 году, - оставив большое число на­ учных трудов, создал школу арабистов, которую теперь представляют ученики его учеников .

И.Ю.Крачковский за свою многогранную деятельность при жизни получил признание отечественных и иностранных коллег, почтивших его избранием в число членов цвлого ряда научных обществ .

Президиум Верховного Совета СССР указом от 17 мая 1944 г .

"за самоотверженную работу по сохранению в условиях блокада г.Ленинграда научных и культурных ценностей в институтах, музеях и библиотеках Академии наук СССР, являющихся национальным богатст­ вом страны" наградил И.Ю.Крачковского орденом Ленина .

Вторым орденом Ленина И.Ю.Крачковский награжден 10 июня 1045 года "за выдающиеся заслуги в развитии науки, в связи с 220-летием Академии наук СССР". 8 декабря 1944 г. И.Ю.Крачковский награжден медалью "За оборону Ленинграда", 6 июня 1945 г. награж­ ден медалью "За доблестный труд в Великой Отечественной войне I94I-I944 г г."

За нашими арабистами числится долг: необходимо в серии "Рус­ ские путешественники и востоковеды" издать монографию о жизни и деятельности И.Ю.Крачковского; он вполне достоин этой высокой чести, помня при этом, что гражданин в Игнатии Юлиановиче Крачковском был равновелик ученому .

ПН1рт! ПРОБЛЕШ

–  –  –

В С К В Д ЛО ИВ АН СССР И В С КО ЕД И

О ТО О Е Ы О ТО В ЕН Е

В РЕСПУБЛИКАХ СРЕДН АЗИИ И ЗАКАВКАЗЬЯ*

ЕЙ Одной из важных традиций отечественного востоковедения явля­ ется его глубокий интерес к истории и культуре тех наших братских республик, которые составляют в настоящее время понятие Советский Восток. Изучение этого Востока было начато трудами таких выдаю­ щихся востоковедов как В.В.Бартольд, Н.Я.Марр, И.А.Орбели, А.А .

Семенов и их учеников и коллег. После победы социалистической ре­ волюции и образования СССР советские востоковеды внесли большой вклад в развитие науки и культуры в молодых советских республиках Средней Азии и Закавказья. Эта тема не раз освещалась в научной литературе. Что же касается востоковедных центров республик, пос­ тепенно складывающихся в 20-50-х гг. и ставших сегодня крупными центрами советского востоковедения, то в процессе их формирования ленинградские востоковеды принимали столь деятельное участие, что можно говорить о широком использовании опыта ленинградских ученых в создании научных програш и выработке организационных фор» вос­ токоведных центров в республиках. Ленинградские востоковеды, имев ш более чем вековой опыт работы во многих областях востоковеде­ ие ния, сумели вовремя и должным образом передать этот опыт формиро­ вавшимся молодым отрядам республиканского востоковедения, смогли стать добрыми наставниками и учителями тех национальных востоко­ ведных кадров, от уровня знаний и ответственности которых зависе­ ло все дело .

Сказанное относится к поре, от которой нас уже отделяют де­ сятилетия. Сегодня институты востоковедения в Армении и Азербай­ джане, Грузии и Узбекистане, Таджикистане известны широко в нашей

- 25 стране и. за рубежом фундаментальными работами но истории и куль­ туре народов Ближнего и Среднего Востока, Среднее и Центральной Азии, Индии и Лакеитана. В этих центрах сосредоточены богатейшие рукописные и книжные фонды. Здесь трудится крупные ученые и та­ лантливая востоковедная молодежь. М но сказать, что востоковед­ ож ная карта нашей страны с 30-х гг. невероятно изменилась. И она продолжает меняться. Крепнут востоковедные силы в Алма-Ате и Ка­ зани, Ашхабаде и Фрунзе, Махачкале и Сухуми. Появляются новые востоковедные секторы и отделы, кафедры и группы .

Итак, перемены большие. Как ж отразились они на связях ле­ е нинградских востоковедов с учеными и научными коллективами респуб­ ликанских востоковедных центров? Эти перемены принципиально изме­ нили характер наших связей, ибо от помощи в подготовке кадров и определении отдельных направлений научных исследований, мы переш­ ли к взаимодействию во многих областях нашей деятельности, в том числе к совместной разработке узловых проблем истории и культуры народов Средней Азии и Закавказья. Сегодня должно говорить о пло­ дотворном сотрудничестве, опирающемся на давние и прочные тради­ ции научных связей ленинградских востоковедов и их республиканских коллег. Началом поры активного сотрудничества были 60-е годы, ког­ да был создан Научный Совет по координации научно-исследовательс­ ких работ в области востоковедения при Отделении истории АН СССР, который возглавлял академик Б.Г.Гафуров- горячий поборник объеди­ нения усилий советских востоковедов разных центров для решения крупных научных проблем .

Последние два десятилетия насыщены множеством интересных со­ бытий и фактов, относящихся к многостороннему сотрудничеству вос­ токоведов ЛО И АН с республиканскими востоковедными центрами. Оно В проявляет себя, главным образом, в следующих областях: совместная разработка древней и средневековой истории народов Средней Азии и Закавказья, изучение и издание письменных памятников, подготовка кадров через аспирантуру, стажировка, научные консультации, чтение циклов лекций .

Сотрудничество с востоковедами из республик проявляется уже на стадии обсуждения тех общих научных проблем, которые разрабаты­ ваются научными коллективами в Ленинграде и в республиканских цен­ трах. Это относится, прежде всего, к теоретическим проблемам ис­ следования исторического и культурного прошлого народов Востока, восточной текстологии, тюркского, арабского и иранского языкозна­ ния. Востоковеды из республики Средней Азии и Закавказья внесли

- 26 немалый вклад в организацию и проведение на базе Ж) И АН СССР В Всесоюзных совещаний по изучению истории культуры Востока (1967 г. ) и исследованию актуальных проблем древней и средневековой ис­ тории народов Востока (1981 г. ) № плодотворно сотрудничали с на­ ш ими республиканскими коллегами в редакционной коллегии серии "Памятники письменности Востока", которой руководит академик А.Н .

Кононов. В этой серии среди изданных за годы ее существования 120 книг более 30 изданий подготовлено наш ими республиканскими коллегами .

Тюркологи ЛО ИВ АН СССР во главе с академиком А. Н. Кононовым внесли значительный вклад в разработку основных направлений дея­ тельности тюркологов нашей страны и координацию их работы. Этому весьма способствовали Всесоюзные тюркологические конференции, ко­ торые семь раз созывались в ЛО И АН СССР с 1967 по 1975 г. и со­ В бирали каащнй раз от 50 до 100 представителей республиканских тюр­ кологических центров. Не будет преувеличением сказать, что именно эти научные встречи создали необходимые предпосылки для создания Советского комитета тюркологов, объединяющего сегодня всех много­ численных тюркологов нашей страны. С 1966 г. на базе ЛО ИВ АН СССР регулярно издаются "Тюркологические сборники". К настоящему време­ ни издано десять сборников, в которых публикуются статьи, имею ие щ общее значение для изучения истории и культуры тюркоязычных наро­ дов СССР. Среди авторов статей немало республиканских тюркологов .

Издание " Тюркологических сборников" - чяигний результат сотрудниче­ ства тюркологов СССР, в котором особенно заметен труд сотрудников Сектора тюркологии и монголистики ЛО И АН СССР. По инициативе В тюркологов ЛО ИВ АН начата коллективная разработка вопросов эконо­ мической истории Османской империи в эпоху нового времени, имеющ их немалое значение для изучения исторических судеб различных народов Закавказья и Передней Азии. В авторский коллектив входят туркологи Москвы, Ленинграда, Баку, Еревана и Тбилиси .

Многие из исследований, проводимых сотрудниками ЛО И АН, В представляют собой заметный вклад в изучение исторического и куль­ турного прошлого народов Средней Азии и Закавказья. Не одно поко­ ление узбекской интеллигенции овладевало тонкостями родного языка по "Грамматике современного узбекского литературного языка" (I960 г. ), созданной академиком А.Н.Кононовым. Подготовленный А.Н.Кононовым и его учениками " Биобиблиографический словарь отечествен­ ных тюркологов" (1974 г. ) сегодня настольная книга каждого совет­ ского тюрколога. Значительную роль для развития тюркского языко­

- 27 знания в наших союзных республиках имеют и труды А.Н.Кононова по истории отечественной тюркологии. Тюркологи ЛО ИВ АН не раз учас­ твовали и в подготовке обобщающих трудов по истории отдельных со­ юзных республик Средней Азии, Так, С.Г.Кляшторннй и Т.И.Султанов написали ряд разделов в опубликованной пятитомной "Истории Казах­ ской ССР”. С.Г.Кляшторннй - автор одной из глав подготовленной к печати "Истории Киргизской ССР”. Цикл работ С.Г.Кляппгорного по изучению памятников древнетюркской рунической письменности явля­ ется значительным вкладом в изучение истории тюркоязычных народов нашей страны .

Весьма плодотворным является научное сотрудничество иранис­ тов ЛО И АН с их республиканскими коллегами. Говоря об этой об­ В ласти нашей совместной деятельности, следует, прежде всего, ска­ зать о многолетней научной и педагогической деятельности в Таджи­ кистане сотрудников ЛО И АН профессора В.А.Лившица и безвременно В ушедшего от нас доктора филологических наук И.М.Оранского. За го­ ды работы в республике эти яркие представители ленинградской вос­ токоведной школы сделали очень многое для подготовки республиканс­ ких кадров, создания ряда вяжинт научных направлений. И после их вовзращения в Ленинград научные связи сохранились. Они проявля­ лись в постоянной подготовке аспирантов и стажеров, в регулярном чтении лекций и докладов в научных центрах и вузах Таджикистана, в бесчисленных научных консультациях, участии в подготовке ряда научных трудов по проблемам иранского и таджикского языкознания .

Исследование И. М Оранского открытого им диалекта парья в Таджики­ .

стане умножило мировую славу советских иранистов. Личные дружес­ кие связи И.М.Оранского с малочисленными носителями диалекта парья, которыми он столь дорожил - одно из многочисленных прояв­ лений глубокого уважения к культуре восточных народов нашей стра­ ны, которое столь характерно для нашей востоковедной науки. В не­ малой мере умножило ее славу издание и исследование В.А.Лившицем парфянских, согдийских и других источников по истории древней Средней Азии .

В последние годы традиционными стали встречи иранистов в рамках межвузовских всесоюзных конференций по актуальным пробле­ мам иранской филологии. Они проходили в Ленинграде и Ташкенте, Душанбе, Баку и Тбилиси. В их организацию вложен большой груд вос­ токоведов союзных республик. Иранисты ЛО И АН - неизменные дея­ В тельные участники этих научных конференций, весила содействующих расширению и углублению тематики и укреплению творческих связей иранистов из различных научных центров .

- 28 Вряд ли необходимо обосновывать положение о том, что труд наших иранистов-гекстологов принес немалые плоды в области иссле­ дования истории и культуры народов Средней Азии. Достаточно обра­ титься к примеру работы группы, подготовившей извлечения из вос­ точных источников по истории киргиз и Киргизии (О.Ф.Акимушкин, З.Н.Ворожейкина, М.А.Салахегдинова, В.А.Рсмодин, Н.Н. Туманович) .

Этот труд издан в 1973 г. О.Ф.Ахицушкин и М.А.Салахетдинова участ­ вовали в подготовке "Материалов по истории казахских ханств ХУХ Ш вв.", изданных в 1969 г. Для первого издания1"Истории Киргиз­ У ской ССР” выполняли переводы материалов из китайских источников и наши китаеведы, в частности Е.И.Кычанов, написавший один из раз­ делов упомянутого труда. Самостоятельные публикации и переводы письменных памятников, выполненные иранистами Д И АН, обычно ОВ также становятся полезным вкладом в изучение истории и культуры народов Средней. Азии иЗакавказья. В их числе публикация и перевод сочинения Ходжа Самандара Термези "Дастур ал-цудук" (Назидание го­ сударям), выполненные М.А.Салахетдиновой (изданы в 1971 г. ) и име­ ю ие немалое значение для исследования истории Бухары в ХУЛ в. и щ изучения литературных процессов в Средней Азии в этот период. Из публикаций последнего времени выделяется подготовленное О.Ф.Акимушкиным издание перевода уникальной хроники Ш Махмуд Чураса ах (ХУЛ в.), открывшее совершенно новые страницы политической истории народов Средней Азии .

Многоплановым является сотрудничество арабистов ДО ИВ АН с республиканскими востоковедами. Совместно с узбекскими востокове­ дами В.И. Беляев и А. Б. Халидов подготовили и издали в 1963 г. пере­ вод одного из важнейших трудов ал-Еируни "Индия". А.Б.Халидов со­ вместно с узбекскими востоковедами подготовил публикацию "Бухар­ ский вакф Х в." (опубликована в 1979 г. ). Совсем недавно в Инсти­ Ш туте востоковедения АН Узбекской ССР передан подготовленный к пе-?

чати совместно 0.Г.Большаковым и А.Б.Халидовым перевод "Истории" Табари, выполненный В.И. Беляевым. Он будет опубликован как совме­ стное издание ИВ АН СССР и И АН Уз. ССР как источник по комплекс­ В ной программе "Этногенез народов Средней Азии". Исследования О.Г .

Большакова по истории среднеазиатского города в эпоху средневе­ ковья также являются существенным вкладом ленинградских историковвостоковедов в изучение истории Средней Азии .

В 1981 г. группа ленинградских арабистов под руководством А.Б.Халидова издала сборник статей, посвященный жизни и творчест­

- 29 ву великого ученого Средне! Азин Ибн Сннн в свези с его 1000-леп ш юбилеем. Материалы сборника содержат новые сведения о твор­ ческой биографии Ибн Сннн, списках его сочинений в ленинградских рукописных хранилищах, освещают некоторые социальные и вдльтурные аспекты жизни общества, в котором жил и творил Ибн Сива. Издание этого сборника - полезный вклад в изучение культурного наследия народов Средней Азии* Ifaorne годы М.И.Воробьева-Десятовская сотрудничала с таджик­ скими и узбекскими историками и археологами, изучая уникальные памятники индийских письменностей, найденные в 60-70 гг. на тер­ ритории Средней Азии. Недавно она совместно с армянскими учеными принимала участие в подготовке публикации дневника армянского куп­ ца Н У в., совершившего путешествие в Лхасу через Индию .

Область изучения письменного наследия народов Востока долгие годы будет оставаться сферой сотрудничества ленинградских востоко­ ведов и их республиканских коллег. Объединить возможности и опыт ученых Матенадарана к Института рукописей Грузии, текстологов и хранителей рукописей из Институтов востоковедения Академий наук Таджикской и Узбекской ССР, Рукописного Фонда Азербайджанской ССР и многих других центров хранения и изучения восточных рукописей эта задача цродолжает быть одной из важных целей координации рабо­ ты советских востоковедов. Возможно,в ближайшие годы в центре сов­ местной работы востоковедов-рукописников будет "Сводный каталог восточных рукописей СССР”, необходимость которого сегодня призна­ ется многими учеными. Коллектив рукописников ЛО И АН аккумулиро­ В вал свой опыт в двухтемном исследовании "Рукописная книга в куль­ туре народов Востока”, находящимся в печати. Авторский коллектив этой книги, в составе которого и ученые Института рукописей АН Груз. ССР, стремился своей работой содействовать, в частности, и дальнейшему углубленному исследованию письменной традиции народов Средней Азии и Закавказья. Шесте с тем, м сами постоянно опира­ ы лись и опираемся в нашей работе на опыт работы текстологов-исследоватедей рукописной книги из республиканских хранилищ восточных рукописей .

Взаимообогащающим является сегодня наш сотрудничество во е многих областях востоковедения. Примечательно, что даже крайне ма­ лочисленное кавказоведение ЛО ИВ АН продолжает оставаться активным участником процесса научного взаимодействия с учеными республик Закавказья. Во всяком случае ленинградская кавказоведческая школа не стала историей. В 1964 г. Кавказский кабинет ЛО ИВ АН органи­

- 30 зовал большую научную сессию с широким привлечением ученых из Закавказья. Все крупные научные мероприятия по кавказоведению, проводившиеся в республиках, проходят с участием ученых К ИВ АН .

К.Н.Юзбашян не раз участвовал в организации и издании в Армении сборников по арменистике и византиноведению, он хе является чле­ не» редколлегии сборников "Кавказ и Византия”, издаваемых Акаде­ мией наук Арн.ССР. Исследования К.Н.Юзбашяна по истории армянско­ го народа и его культуры представляют собой важный вклад ленин­ градских востоковедов в изучение истории народов Закавказья .

Важной областью нашего сотрудничества является подготовка научных кадров для республиканских исследовательских центров. АО ИВ АН по праву считается центром притяжения востоковедной молоде­ ж из республик. Очень часто их посылают на учебу в Ленинград те, и кто сам прошел востоковедную школу в Ленинграде и стал со време­ нем крупным ученым и организатором науки в своей республике. Дол­ гие годы возглавляла Институт востоковедения АН Уз. ССР профессор С.А.Азиаджанова.; учившаяся у видных ленинградских востоковедов .

Директор Института востоковедения АН Арм. ССР чл-корр. АН Арм.ССР Г.Х.Саркисян тоже считает своими учителями ленинградских ученых .

Многолетнее сотрудничество связывает директора Института Ближнего и Среднего Востока АН Азл ССР, академика З.М. Бунинтова с ленинград­ скими арабистами, старшее поколение которых было и в числе его учителей. В Ленинграде учился у наших известных иранистов и пер­ вый директор Института востоковедения АН Тадж.ССР, академик А.М .

Мирзоев. Эти примеры можно было бы продолжить. Они особенно наг­ лядно свидетельствуют о самых тесных профессиональных связях вос­ токоведов республик Средней Азин и Закавказья с ленинградскими учеными. Постоянно расш иряющаяся подготовка республиканских востокведннх кадров через аспирантуру и институт стажеров при ЛО ИВ АН - важнейшая часть нашего сотрудничества сегодня .

Обратимся, прежде всего, к цифрам. За последние два десяти­ летия в ЛО И АН обучалось и повышало квалификацию 60 молодых во­ В стоковедов из республик. 48 человек обучалось в аспиранутре, 12 научных сотрудников работало в ЛО ИВ АН в качестве стажеров-исследователей. Наибольшее число аспирантов и стажеров направляли в ЛО ИВ АН Армения (20 человек), Азербайджан (9 человек), Таджи­ кистан (7 человек), Казахстан (5 человек), Узбекистан (5 человек) .

У нас учились н работали также молодые ^специалисты из Киргизии и Туркмении, Украины и Литвы, Бурятии и Дагестана, из научных цент­ ров Казани. К аспирантам и стажерам следует добавить соискателей,

- 31 которые неоднократно работали у нас под руководством ведущих уче­ ных ЛО ИВ АН. Как видно, объем педагогической и научно-методиче­ ской работы весьма значительный. Подавляющее большинство нашит воспитанников успешно трудится в качестве научных сотрудников ре­ спубликанских институтов. Более тридцати из них стали кандидатами наук, а некоторые защитили уже и докторские диссертации. Есть сре­ ди них и заведующие секторами и отделами, руководители кафедр в вузах .

С точки зрения истории нашей науки интерес представляет про­ блематика диссертационных исследований и стажировки республиканс­ кой научной молодежи. Она свидетельствует о теш, что специалисты ЛО И АН, прежде всего, готовили республиканские научные кадры В для разработки древней и средневековой истории народов Средней Азии и Закавказья, исследования процессов их культурного взаимо­ действия, а также для изучения исторических и литературных памят­ ников на восточных языках. Залогом успешной подготовки в аспиран­ туре или в период стажировки всегда были и остаются те авторитет­ ные научные руководители - сотрудники ЛО И АН, которые с большим В вниманиям ж ответственностью выполняли сложные обязанности науч­ ных руководителей аспирантов и стажеров. Немало сил отдали своим многочисленным ученикам из республик академик А.Н.Кононов, доктор истор. наук И.М.Дьяконов, профессор В.А.Лившиц, многие другие сот­ рудники ЛО И АН, в том числе и те, кто безотказно консультирует В научных сотрудников республиканских научных центров, которые в не­ малом числе приезжают в ЛО И АН ежегодно, работают в нашей биб­ В лиотеке, рукописном хранилище и архиве. Нередко эти консультации перерастают в рецензирование или редактирование завершенных работ .

Говоря о роли ленинградского востоковедения в развитии восто­ коведной науки в республиках, мы помним о профессорах и преподава­ телях Восточного факультета Л1У,.востоковедах - сотрудниках Отде­ ла Востока Государственного Эхмигажа, ленинградских Отделений ин­ ститутов этнографии и языкознания АН СССР. Их значительный вклад в дело развития научного сотрудничества ленинградских востоковедов и их республиканских коллег заслуживает, конечно, отдельного рас­ смотрения .

В последние годы Президиум АН СССР регулярно направляет в республиканские научные центры ведущих ученых из головных институ­ тов Академии наук. Во все республики Средней Азии и Закавказья много раз выезжали наиболее авторитетные специалисты ЛО ИВ АН СССР .

Эти поездки ценны не только тем, что дают возможность максимально

- 32 конкретно организовать консультационна и лекционную работу ле­ нинградских востоковедов. Не менее важно, что они позволяют на месте изучать богатый опыт востоковедных учреждений республик, предметно рассмотреть вопросы кооперации и координации. В свою очередь, все это способствует лучшей реализации общих планов На­ учного Совета по координации научно-исследовательских работ в об­ ласти востоковедения, который ныне возглавляет директор ИВ АН СССР, академик Б.М.Примаков .

Опыт 60-70-х гг. наглядно свидетельствует о том, что сот­ рудничество ленинградских востоковедов с учеными-воетоковедами республик Средней Азии и Закавказья успешно развивается как в плане обмена научными идеями и информацией, так и в важной облас­ ти подготовки молодых востоковедных кадров. Научные и педагогиче­ ские результаты этого сотрудничества являются значительным вкла­ дом в развитие советского востоковедения. Тем самым ленинградские востоковеды 60-70-х г г., продолжая дело своих учителей, вносят свой вклад в. развитие многонациональной культуры народов СССР .

–  –  –

П Б М СОЩ

РО ЛЕ Ы АЛЬНО-ЖОНШ ИЧВСКОЙ ИСТОРИИ

СРЕДНЕВЕКО ГО Б Ж Е ВОСТОКА И ИРАНА1

ВО ЛИ Н ГО

Основные социально-экономические закономерности развития еди­ н для всех человеческих обществ, но, изучая их на материале како­ ы го-то одного общества, м не можем быть гарантированы от опаснос­ ы ти принять индивидуальные особенности.развития за всеобщие. До сих пор мы вольно или невольно цринимаем европейский путь развития за эталон, черты которого стремимся найти в истории средневекового Востока, хотя правильнее было бы рассматривать докапиталистичес­ кую историю Европы не как эталон, а как частный случай неизмеримо большего целого .

К сожалению, на этом пути лежит огромное препятствие: почти полная неизученноегь социально-экономической истории Востока, в частности Ближнего Востока и Ирана, о которых далее пойдет речь .

х В основу данного текста положен доклад, прочитанный на все­ союзной конференции "Актуальные проблемы и основные направления исследования истории древнего и средневекового зарубежного Восто­ ка" 9.12.1981 г .

- 33 Долгое время его история сводилась к политической истории, которую в той или иной степени иллюстрировали примерами из облас­ ти экономики. При этом вслед за средневековыми авторами предпоч­ тение отдавалось впечатляющим рассказам о гигантских доходах и расходах халифов и других властителей, преувеличенным сведениям о численности населения и размерах городов и т.д. Анализ повсе­ дневной экономической жизни был недоступен из-за недостаточной изученности подлинных документов, но немалую роль играло также отсутствие у востоковедов вкуса к изучению социально-экономичес­ ких отношений .

Советские историки уже в 30-40-х годах пытались подойти к проблемам изучения социально-экономической истории этого региона, но из-за узости источниковедческой базы, на которую они опирались, их выводы оказывались нередко приблизительными или чисто деклара­ тивными. Отчасти эго объяснялось преимущественным вниманием к За­ кавказью и Средней Азии, о которых имеетсялиало документальных сведений экономического характера, но известную роль сыграло и общее состояние изученности экономической истории Ближнего и Сред­ него Востока вообще .

Возникшая тогда концепция, несколько дополненная (но не изме­ ненная) материалом, господствует в наш востоковедении по сей ем день. Здесь нет нужды говорить о вкладе отдельных исследователей в ее создание и нюансах ее индивидуального истолкования, попробу­ ем резюмировать ее в изложении двух лучших университетских учеб­ ников, в которых представлены взгляды основных школ востоковедовисториков, тем более, что в таких учебниках обычно излагаются ус­ тоявшиеся точки зрения .

Согласно этой концепции, феодальные отношения на Ближнем и Среднем Востоке (исключая византийские провинции, выпадающие из поля зрения во'стоковедов) зарождаются в Ш вв. н.э. В сасанидской

-У державе это выражается в утверждении "государственной феодальной собственности на землю"^ и возникновении феодально-зависимого кре­ стьянства, складывавшегося из разорявшегося свободного крестьянст­ ва и посаженных на землю рабов.^ Превращение феодального способа производства в господствующий способствовало росту производительных сил: увеличивается произво­ дительность труда, расширяется площадь обрабатываемых земель,со­ вершенствуется система орошения, растет население. Начавшееся от­ деление ремесла от сельского хозяйства приводит к возникновению феодального города. Ремесленники, зависившие сначала от феодалов,

- 34 в XI в. освобождаются от зависимости, усиливается роль цехов, на­ чинаются восстания горожан против засилья феодалов .

Спецификой феодализма в этом регионе бнло господство госу­ дарственной собственности на землю; взимаемой с нее поземельный налог являлся коллективной рентой класса феодалов, воплощенного в государстве. Развитие феодальных отношений состояло в постепен­ ной передаче государственных земель или права на получение нало­ гов с них феодалам за службу. Это условное землевладение имело тенденцию к превращению в безусловное и наследственное, с которой постоянно боролось государство в меру своих сил и возможностей.4 Все это очень напоминает ход развития феодализма в Западной Европе (кроме степени распространения государственного землевла­ дения), но противоречит многим фактам конкретной экономической и социальной истории Ближнего Востока и Ирана, т.н. авторы строят эту концепцию социальных отношений умозрительно и к тому же, от­ давая приоритет социальным и юридическим установлениям перед эко­ номической основой, на которой они строились .

Сказанное в значительной мере относится и к другим регионам Востока, поэтому представляется преждевременной попытка исследова­ ния типологии обществ средневекового Востока методом субъективных оценок специалистов® - суша частных ошибок не может быть досто­ вернее слагаемых .

Действительно, если беспристрастно подойти к существующей концепции развития социально-экономических отношений в Иране и на Ближнем Востоке, то окажется, что основные понятия, на которых она построена, до сих пор не имеют точных определений .

I. Утверждение о господстве государственной собственности на землю покоится на факте взимания поземельного налога (хараджа) и пожаловании права сбора его за службу, приравниваемого дарению права собственности на землю. Но а)когда государство в других странах взымает налоги с каких-то видов частной собственности, то они не объявляются на этом основании государственной собствен­ ностью; б) государство нередко меняло систему налогообложения (то переводило ушровие земли в хараджные, то - наоборот) от чего со­ вершенно не нарушались прежние отношения собственности. Кроме то­ го, имеются нес синенные свидетельства взимания налога с мильковых земель, следовательно, поземельный налог не обязательно является доказательством государственной собственности на землю и необходи­ мо искать недвусмысленные критерии определения государственных земель .

- 35 Указанные здесь противоречия принятой концепции пытается объяснить тем, что земли, принадлежавшие отдельным лицам, находи­ лись не в их собственности, а во владении, право ж собственности е на земле принадлехало все-таки государству. Но если земли, кото­ рые могли быть куплены и проданы и переданы по наследству, счи­ тать находящимися не в собственности, а во владении, то что хе такое собственность?

3. Сами сторонники этой концепции признает, что фонд земель, находившихся в условном владении, то расширялся, то сокращался, и, добавим, что если брать период с УП по ХУЛ в в., то никаких су­ щественных изменений в системе социально-экономических отношений не произошло, - менялась больше терминология (если не считать рез­ кого ограничения свободы при монголах), чем сущность институтов .

Поэтому неясно, в чем заключалось развитие феодализма .

Поскольку хе есть сомнение в тем, что государственное нало­ гообложение является признаком собственности государства на землю, то рушится вся стройность концепции. Прежде чем говорить о госу­ дарственной собственности на землю, надо решить, в чем она заклю­ чается. Но и без этого ясно, что на мусульманском Востоке сущест­ вовал значительный фонд негосударственных земель5. Необходимо тща­ тельное исследование терминологии, обозначающей различные катего­ рии собственности и владения, с учетом того, что в разных источни­ ках в разные периоды один и тот хе термин мохет означать разные понятия .

Только договорившись о терминах м смохем подойти к более ы конкретным осязаемым вещам, поддающимся физическому изучению и измерению. Однако и сейчас многие, казалось бы очевидные и принятые всеми истины, можно признать неверными или недоказанны­ ми .

Так,требует более веских доказательств, действительных для всего нашего региона, утверждение об уменьшении общественно-полез­ ного труда рабов цри переходе к феодализму, хотя найти прямые сви­ детельства подобного рода будет очень трудно .

Зато, рассматривая вопрос о прогрессе производства в этот пе­ риод, мы мохем рассчитывать на недвусмысленный объективный матери­ ал. Насколько мы мохем сейчас судить, в Ш -У1 вв. не происходит за­ метного совершенствования сельскохозяйственных орудий и агротехни­ ки. С еще большей уверенность можно сказать, что площадь обрабаты­ ваемых земель с переходом к феодализму в целом не увеличилась (что не исключает изменений в отдельных районах). В Египте, по прямым

- 36 свидетельствам письменных источников, с ХП по нач. П Х в. она ос­ тавалась неизменной, а по косвенным данным - она была таков ж и е в У1-УП вв. В Сцрии и Палестине и Ираке, с 1У по З вв. шло неко­ Ш торое сокращение обрабатываемых земель (далее монгольские разгром нанес тяжелый удар и сокращение площади обрабатывавшее земель про­ изошло не в силу естественных внутренних причин). Сообщения исто­ риков о проведении новых каналов, на которых основываются утверж­ дения о расширении площади орошаемых земель, фиксирует случаи вос­ становления ранее обрабатывавшихся земель и не мохут использовать­ ся для доказательства расширения посевов. Нет у нас дяиннт и о за­ метном прогрессивном изменении агротехники; все доводы в пользу этого основаны лишь на факте появления новых культур, точнее рао^ пространения их из одного региона в другой в условиях халифата .

В свете этого не кажется странным,что тщательный анализ све­ дений письменных источников о количестве городов и их размерах, о соотношении городского и сельского населения в Египте и Сирии по­ казывает, что сколько-нибудь ощутимых демографических изменений также не происходит. Апелляция к размерам мировых столиц,вроде Багдада, неубедительна, тем более, что нередко используется явно завышенные оценки населения .

Таким образом оказывается, что появление новой системы соци­ альных отношений, феодальных, не повлекло за собой принципиальных изменений в производительности труда, как следовало бы ожидать, если считать, что социально-экономические формации отличается не только системой присвоения прибавочного продукта и социально-поли­ тическими институтами, но и уровнем производительности труда .

Остается предполагать, что принципиальные изменения следует искать в сфере эксплуатации, для чего необходимо проследить изме­ нения в нормах эксплуатации различных категорий трудящихся, в пер­ вую очередь - крестьян, составлявших не менее 90$ трудового насе­ ления. Но здесь мы снова сталкиваемся с нечеткостью терминологии и разнобоем даже в употреблении таких кардинальных понятий, как прибавочный и необходимый продукт, поскольку нет ясности, являет­ ся ли последний величиной неизменной или зависит от среднего уров­ ня жизни данного общества; а без этого рассуждения о том, присваи­ вали феодалы только прибавочный продукт или прихватывали и часть необходимого, повисают в воздухе .

Рассмотренной концепции развития феодализма на Ближнем Восто­ ке противостоит ныне точка зрения одного из лучших знатоков эконо­ мической истории мусульманского средневековья, согласно которой

- 37 мусульманский Восток в X в. по уровню экономического развития подошел к капитализму» но его развитию воспрепятствовала мусуль­ манская система наследования, мешавшая концентрации капитала, и коммерческая деятельность государства и государей. Последовавшие затем политические неурядицы и связанные с ними голодовки и эпи­ демии привели к депопуляции Ближнего Востока, выразившейся в со­ кращении числа деревень и городского населения. Следствием этого явилось снижение цен на хлеб и рост реальных заработков грудящих­ ся. Произошло также сокращение площади обрабатываемых земель и до­ ходов государства .

При Бундах прекапитализм сменяется феодализмом, который в от­ личие от Европы складывается не в эпоху наибольшего упадка эконо­ мики, а в условиях развитого "прекапиталисгического" общества."Бо­ лее того, новый режим был привнесен на Ближний Восток со стороны .

Маркс и Энгельс утверждали, что феодализм был порожден производи­ тельными силами тех стран, в которых он устанавливался. Здесь ж е мы имеем пример строя, наложенного на прекапиталисгическую эконо­ мику, на которую он повлиял чрезвычайно разрушительно"® Городская буржуазия в течение нескольких веков пыталась бороться с феодала­ ми, но была побеждена, "и эта борьба в течение трех веков была од­ ним из лейтмотивов истории Востока".^ Отвергать возможность столь раннего зарождения капитализма на мусульманском Востоке только на том основании, что этого не мог­ ло быть теоретически, никак нельзя, тем более, что Аштор опирается на большой фактический материал. К.Маркс решительно возражал про­ тив теоретической предвзятости, указывая на приоритет конкретных исследований.8 Факты показывают, что ряд выводов Аштора неверен: неверно заключение о депопуляции Ближнего Востока после X в., неточны вы­ воды о колебанйи цен на основные продукты питания и соответствую­ щ изменении жизненного уровня. В действительности ж цены и жиз­ ем е ненный уровень колебались в зависимости от конкретных условий в од­ них и тех ж пределах с У Л по ХУ в. ; численность населения не пре­ е Т терпела заметных изменений, также как число городов и их средние размеры, видимо, не сократилась и площадь обрабатываемых земель (по крайней мере в Египте). Следовательно,нет оснований говорить о более высоком "прекапигалистическом” уровне экономики в X в., коль скоро м не находим его в последующие века. Главная ошибка ы Э.Аштора и других сторонников этой точки зрения заключается в ото­ ждествлении купеческого капитала с капитализмом как способом произ­ водства .

- 38 Это не снимает необходимости полит экономической характеристи­ ки общества средневекового Ближнего Востока, основанной на конк­ ретных фактах экономической истории, а не на умозрительных пост­ роениях, основанных на заданной идее. Именно в угоду таким пост­ роениям родились утверждения о появлении феодальных городов на 1лижнем Востоке и вИране вследствие развития разделения труда меж ­ ду ремеслом и сельским хозяйством, хотя на самом деле это разде­ ление произошло на заре классового общества, когда и возникли го­ рода, а дальнейшее их развитие зависело от конкретных обстоятель­ ств, которые и следует исследовать. Это, конечно, не исключает то­ го, что в отдельных районах могло происходить первичное образова­ ние городов, нельзя только частные случаи делать общим законом .

Усиление полит экономического исследования социально-экономи­ ческой структуры средневекового общества требует более широких и всесторонних нумизматических исследований. У нас ж пока только е среднеазиатская нумизматика находится на должном уровне, а обшир­ ны материал Ближнего Востока и Ирана, который можно хорошо увя­ й зать qo сведениями письменных источников, исследуется только в связи с отечественной историей. Отстает и сама методика исследо­ ваний .

Сложной, но необходимой задачей является исследование произ­ водительности земледелия в средние века, без чего трудно всерьез анализировать уровень эксплуатации в сельском хозяйстве и судить о преимуществах различных форм организации труда и отчуждения при­ бавочного продукта. Немыслимо без этого и решение вопроса о причи­ нах замедленности экономического развития этого региона в средние века .

Не менее важно сейчас суммировать весь объективный материал, характеризующий социально-экономические отношения для всего перио­ да средневековья, чтобы понять общую линию их развития и избежать генерализации тенденций, характерных для отдельных этапов, чтобы не потерять в разнообразии разновременных терминов одни и те ж е явления .

1. История стран Азии и Африки в средние века. М., 1968, с.94 .

2. История стран Азии, с. I I : История стран зарубежной Азии в сред­ ние века, л., 1970, с.П 5 .

3. История стран Азии. 124, 127, 258, 294, 296; История стран за­ рубежной Азии, с. 147, 344 .

4. История стран Азии, с.112-119, 266, 271; История стран зарубеж­ ной Азии, с.141-142, 342-344, 360-361, 375-376 .

- 39 Л.Б.Алаев. Ошт типологии средневековых обществ Азии. - В сб .

Типн общественных отношении на Востоке в средние века, М., 1982 .

6. E.Ashtor, A social and economic history of the Near East. L., 1976, 181 .

7. Тан xe, c.114 .

8. К.Маркс, Ф.Энгельс, Сочинения, иад. 2, т.19, с.120-121 .

–  –  –

"Главное, что требовали правила этики и морали "ли” от зако­ на "лпй", - пишет японский историк Китая дроф. Миядзаки Итисада,

- это, чтобы в семье и обществе был выделены социальные группы и были бы скурпулезно определены права старших в отношении младших и обязанности младших в отношении старших". Правоспособность лиц определялась их социальным статусом: "чтобы быть лицом, человек должен... раньше обладать статусом, - писал великий немецкий фи­ лософ Гегель, и "право есть поэтому во всяком случае не право лица, как такового, а лишь право особенного лица", т.е. лицо оп­ ределенного социального статуса, для средневековья всегда и везде принадлехавшего к тому или иному сословию .

Не имея своей, по выражению К.Маркса, "собственной истории" и отражая систему общественных отношений, право средневековых обще­ ств своими средствами посредством установленных государством пра­ вовых норм отражало облик социальной организации общества. О был н закреплен в сословиях по определению "Советской исторической эн­ циклопедии" " социально-цравовых грушах, каздая из которых отлича­ лась своим юридическим положением".^ Таким образом, сословия ре­ ально отражали структуру социальной организации данного общества на момент ее закрепления в праве, соцшльную организацию, базирую­ щуюся в том числе и на производственных отношениях, отношениях эко­ номических и отношениях собственности. Если даже генетически вхож­ дение в то или иное сословие имело основания личного порядка, само формирование социальных груш, из которых произошли сословия, было основу данного текста положен доклад, прочитанный на всесоюз­ ной конференции "Актуальные проблемы и основные направления исслефоцния ^стории древнего и средневекового зарубежного Востока"

- 40 теснейший образом связано с имущественной, социальной дифференци­ ацией общества (функциональная дифференциация - воины, землепашцы, жрещ и т.п. тоже были связана с имущественной, социальной) и с правом собственности одних членов общества на других. Сословия, имея формубытования,закрепленную прежде всего в праве, не были и не могли быть обязаны своим происхождением только праву. В дока­ питалистических обществах, - указывал В.И.Ленин, - "различие клас­ сов фиксировалось в сословном делении населения, сопровождалось установлением особого юридического места в государстве для каждо­ го класса.... Деление общества на классы обще и рабскому, и фео­ дальному, и буржуазному обществам, но в первых двух существовали классы-сословия; а в последнем классы бессословные".4 Таким обра­ зом, В.И.Ленин прямо говорил о том, что сословное деление докапи­ талистических обществ "фиксировало различие классов", именно оно "устанавливало особое юридическое место в государстве для каждого класса", ибо существовали "классы - сословия", т.е. сословия, рав­ нозначные классу, и, наконец, одно из принципиальных отличий добуржуазных обществ от обществ буржуазных состоит в том, что пер­ вые имели сословно-классовое деление, а последние только классо­ вое. Значит сословное деление фиксировалось в тесной связи с клас­ совым делением общества. Число сословий было больше числа классов, что определялось "разнообразием форм и методов внеэкономического принуждения".® Далее. Марксистско-ленинское учение о классах признает нали­ чие различных групп и слоев общества внутри одного класса, т.е. не считает классы за нечто монолитно однородное, признает наличие промежуточных прослоек между классами и выделяет в данном обществе на данный подвергающийся анализу период, развития классы основные и неосновные. Те классы, существование которых "непосредственно вы­ текает из господствующей в данной общественно-экономической форма­ ции способа производства", следует считать основными.® Это деле­ ние объясняется реальной сложностью социальной структуры того или иного общества, в котором наряду с основными классами, определяе­ мыми формационной принадлежностью общества, существуют классы, от­ раж щ бытование или прежних способов производства, или зарожде­ аю ие ние новых .

Следовательно, нет никаких методологических оснований рассмат­ ривать сословия только как социальные группы, выделенные действую­ щ в данном обществе правом. Их закрепление в праве в конечном им счете есть отражение многообразия форм производственных отношений

- 41 в данном обществе, признаваемых и зафиксированных данным общест­ вом. Сословное деление не только может (вопреки критике в мой ад­ рес Л.С.Васильева^), оно должно служить одним из важнейших крите­ риев при анализе деления докапиталистического общества на классы .

Подход к сословиям и классам как к "двум принципиально различным делениям",® подход, которым руководствуется В.П.Илюшечкин, как м ы только что показали выше, исходя из ленинской трактовки взаимо­ связи сословий и классов в добуржуазных обществах, является мето­ дологически неверным по-сущесгву. В.П.Илюшечкин отвергает и как неправомерное"определение антагонистических классов... по гос­ подствующей форме эксплуатации"® только на основании справедливо­ го с его стороны неприятия "эталонного подхода" - все древние об­ щества рабовладельческие, все средневековые - феодальные, хотя вряд ли можно спорить с тем, что господствувдая форма эксплуата­ ции и именно она определяет основные антагонистические классы дан­ ного общества, и дело в тем, что ее трудно выделить и, гем более, определить, а не в эталонном подходе, к которому, кстати, авторов нередко и подталкивают практические трудности анализа .

Не вступая в полемику с В.П.Илшечкиным об истинном понимании того, что является классом, это уже дело специалистов по политэко­ номии и историческому материализму, я думаю, что его определение классового деления "по различному отношению членов общества к час­ тной собственности на средства производства в процессе производст­ ва и распределения"*® грешит узостью подхода. Заметим, что ленин­ ское определение класса не оперирует понятием "частная собствен­ ность". Частная собственность понятие историческое как понятие соб­ ственности вообще. В разных обществах и разных системах права оно имело различные объемы по отношению к тому, что мы понимаем под собственностью, в том числе и частной, по близким нам римскому праву и праву буржуазному. В.И.Ленин говорил лить об "отношении... к средствам производства", что, как мне представляется, отнкщь не равнозначно отношению к частной собственности, да и ленинское определение класса, позволю себе напомнить его - "классами называ­ ются большие группы лвдей, различающиеся по их месту в исторически определенной системе общественного производства, по их отношению (большей частью закрепленному и оформленному в законах) к средст­ вам производства, по их роли в общественной организации груда, а следовательно, по способам получения и размерам гой доли обществен­ ного богатства, которой они располагают. Классы, эго такие группы лхщей, из которых одна может присваивать себе труд другой, благо­

- 42 даря различию их места в определенном укладе общественного хозяй­ ства" - требует от нас для выделения того или иного класса уче­ та гораздо большего числа признаков, чем "отношение членов обще­ ства к частной собственности на средства производства". Это и ис­ торизм в подходе, установление особого места данной большой груп­ пы людей в исторически определенной системе общественного произ­ водства, учета того, как закреплено и оформлено законом отношение данной группы лнщей к средствам производства, их роли в обществен­ ной организации труда. И эта роль, что очень важно для анализа до­ капиталистических обществ, а не только отношение к средствам про­ изводства, определяют способ получения и размер той доли общест­ венного богатства, которой располагает данный класс .

Бубличное противопоставление моего подхода к сословно-классо­ вому анализу общества средневекового Китая и подхода В.П.Илшечкина, предпринятое Л.С.Васильевым, вынуждает меня сделать вышеизло­ женные и нижеследующие замечания. Решение той или иной проблемы с принятых автором позиций при строгом следовании содержанию основ­ ных понятий, выдвинутых за таковые данным автором, всегда в прин­ ципе полезно. Да и любое дело имеет часто много сторон. В этом смысле полезна и интересна и работа В.П.Йлюшечкина.

Но ее резуль­ тат, выявление в старом Китае трех классов:

1. Эксплуататорского класса частных собственников,

2. Эксплуатируемого класса частнозависимых (лишенных целиком или частично собственности) и

3. Промежуточного класса мелких собственников1^ хотя и заслуживает бесспорно внимания, но не дает полного и в дос­ таточной мере адэкватного представления о классовой структуре об­ ществ старого Китая. Оно лишено динамики, которая на деле была присуща китайскому обществу. Автор пишет, что с У1-У нв. до н.э .

вплоть до второй половины XIX века антагонистическими классами традиционного китайского общества "являлись, с одной стороны, круп­ ные земледельцы-рентополучагели, а с другой - эксплуатируемые ими рентосоздатели, т.е. крестьяне-арендаторы и несвободные работники (рабы, крепостные и оброчные невольники), занятые в сфере производ­ ства'.' 13 jja деле арендные отношения оформились и затем стали ведущи­ ми в Китае только с Х1-ХП вв. н.э., с династии Сун, явившейся сво­ еобразным водоразделом в социально-экономической истории старого Китая. Как нам кажется, применительно к Китаю еще не пришла пора делать большие обобщения. Следует детально исследовать на разнооб­ разном материале сословно-классовое деление Китая по отдельным ди­

- 43 нас тлям к эпохам, хотя бы таким, как до Хань (до П в. до н. э. ), при Хань (П в. до н.э. - П в. н.э.), этой династии и этим четырем векам принадлежит исключительная роль в сформировании облика тра­ диционного Китая, от Хань до Тан (Ш-У1 вв.) в этот период чрезвы­ чайно важ ным является появление надельной системы и появление вместе с ней многих трудных для нас вопросов, именно с этого пе­ риода Китай стал влиять на социальные структуры стран Дальнего Востока - государства Кореи и Японию, период правления династии Тан и Пяти династий (УП-Х вв.), исключительно важный период Сун (Х1-ХШ в в.), период Юань - время первого всекитайского господст­ ва некитайской династии (ХШ -Х1У вв.), период М (ХЗУ-ХУП вв.) и ин период Цин - период второго всекитайского господства некитайской династии. В принципе только после этого могут быть сделаны дос­ таточно основательные обобщения для всего старого, так называемо­ го традиционного Китая .

В данном сообщении автор не претендует на создание какой-то генеральной схемы. Речь пойдет о сословно-классовом делении китай­ ского общества УП-Х вв. и о том, как сословно-классовая структура Китая, благодаря рецепции китайского права, оказала весьма сущест­ венное влияние на формирование сословно-классовой структуры Кореи и Японии в данный период. Моя задача облегчается тем, что летом этого года был опубликован мой доклад "Проблемы сословно-классово­ го деления общества Тан УП-Х в в. ", ^ прочитанный мною три или че­ тыре года назад на одной из годичных сессий ЛО И АН СССР .

В В танском Китае различалось около 10 сословий, для обозначе­ ния которых в праве употреблялось слово "с э", имевшее значение "цвет", "вид", "категория". Очень возможно, что употребление сло­ ва "сэ" для обозначения социальной стратификации, в частности, со­ словия, не было исконно китайским, и имело индо-иранское происхож­ дение. Уж очень велико совпадение его с древнеиндийским "варна" качество", цвет", "категория", и по значению и употреблению с иранским эпохи сасанидов "пишгра". Современный тайваньский иссле­ дователь Дай Яньхуй полагает,, что "употребляемый в законах-люй знак "сэ" выражает понятие класса".15 В представлении самого китайского общества УП-Х вв.,отражен­ ием в праве, все члены общества делились на две большие социальные группы: людей добропорядочных, лично свободных, не находившихся в собственности частного лица или государства - лянжэнь, и людей "подлых", лично несвободных, находившихся в собственности или част­ ного лица или государства - цзяньжэнь.

Разделение фактически по принципу - несостоящие в чьей-то собственности и состоящие в чьейто собственности, и по форме идеологического отражения этого раз­ деления в общественном сознании эти лтупт были расквалифицированы по принципу оценки их моральных качеств, считавшихся врожденными:

добродетельности и благородства и подлости и низости натурн. Сос­ тояние личной несвободы, низости натуры было наследственным .

Круг лично несвободных лвдей в Китае УП-Х вв. четко очерчен .

Это рабы-нуби, и частные и казенные, частные лично несвободные лхди буцюй и кэнюй и казенные лично несвободные лтрт тун-мастеро­ вые, юэ-музыканты, гуаньху, цзаху, тайчан иньшэнкэнь - музыканты Палаты жертвоприношений Тайчан: и так называемые "чанчжу" - "по­ стоянно живущие", люди принадлежавшие буддийской сангхе. Здесь нет возможности характеризовать детально каждое из этих сословий, в принципе нет и особой необходимости, так как желахщие могут оз­ накомиться с их характеристикой из опубликованных статей Е.М.Козиной, которая подготовила по этому вопросу диссертацию. * Лично несвободные люди-цзяньжэнь образовывали самый низший, эксплуатируемый класс китайского общества УП-Х вв. Этот класс де­ лился на восемь сословий, перечисленных выше, в зависимости от объема прав, представленных тему или иному сословию, определяемых непосредственными способами их эксплуатации и внеэкономического принуждения. Таково было "различие их... места в определенном укладе общественного хозяйства" у лично свободных лянжэнь и лично несвободных цзяньжэнь, что первые "присваивали себе труд" вторых, целиком или частично. Лично несвободные получали лишь ту долю об­ щественного богатства, которую позволяли им получать лично свобод­ ные. Лично несвободные были или целиком лишены средств производст­ ва (музыканты, рабы, состоящие в услужении, ремесленники казенных мастерских, гуаньху, во время работы на казенных полях) или на не­ ясных условиях могли иметь средства производства или были наде­ лены ими и, будучи прикреплены к ним как люди лично несвободные, отдавали казне или хозяину большую долю своего труда или продук­ тов своего труда, чем такой же лично свободный производитель вы­ плачивал в качестве налога государству. Они не играли никакой ро­ ли в общественной организации труда. Некоторые сословия этих лю­ дей, с большими, чем рабы-буцкй, кэнюй, гун, юэ, гуаньху, цзаху, тайчан иныпэнчжэнь правами, исчезли к Х в. Это было связано с тем Ш коренным поворотом в экономике Китая при Сун, который привел к ут­ верждению в земледелии и землепользовании арендных отношений, от­ ношений арендатора, нередко лишенного своей земли и прикрепленно­ го к земле хозяина, и крупного землевладельца, сдававшего землю в

- 45 аренду. Однако рабство, возникшее на заре китайской истории, про­ существовало в Китае до XX века, по крайней мере, дважды при мон­ гольском и маньчжурском завоеваниях получая импульсы для своего дальнейшего существования извне .

Можно предполагать, что в правосознании китайцев до X века различие между людьми лично свободными и лично несвободными было основным, эго отчасти подтверждается и художественной литературой .

В ганских новеллах вы практически не встретите упоминания о крес­ тьянине, зато там нередки упоминания о рабах .

Сложнее ответить на вопрос, кто считался лично свободным до­ бропорядочным человеком лянжэнь? Это связано с тем, что есть сом­ нения в объеме этого понятия, связанные прежде всего с вопросом о том, включались ли в число тех, кто именовался лянжэнь, чиновникигуань, или ж это понятие относилось только к простолюдинам - байе син.*А.Ю.Тюрин полагает, что понятие лянжэнь и байсин были тожде­ ственны друг другу. Его утверждение базируется на неточном тол­ ковании одного из общих положений кодекса Тан, гласящего в ряде статей, что если за то или иное преступление в кодексе не указана точная мера наказания для некоторых сословий лично несвободных лю­ дей, то они при наказании за данное преступление приравниваются к лянжэнь и получают ту ж меру наказания, что и простые люди бай­ е син. Тексты таких статей как раз свидетельствуют о том, что поня­ тие лянжэнь было ш ире понятия байсин, ибо лянжэнь за один и тот же проступок наказывались неодинаково, прежде всего в зависимости от того, был ли этот лянжэнь - лично свободный чиновник - пуань или простолвдин-байсин и закон точно указывает, что если цзяньжэнь в наказании за данное преступление приравниваются к лянжэнь, то из числа лянжэнь они наказываются за данное преступление так, как на­ казываются простолюдины-байсин. Здесь нет нужды приводить другие тексты, из их анализа становится очевидным, что под лянжэнь - лич­ но свободными понимался любой лично свободный человек, независимо от его сословной принадлежности в рамках лянжэнь, т.е. независимо от того, был ли он чиновником-гуань, простолюдином-байсин или мо­ нахом, в первую очередь буддийским или даосским. Любопытно отме­ тить, что из работы А.Г.Периханян по сасанидскощу праву стало очевидным, что близкая проблема существует и там. Раннесасанидское право знало понятие азатов (азатан), значившее "благородный" и представляющее ообой прямую аналогию китайскому лянжэнь. Многие иг следователи считают азаг словом, обозначавшим лично свободных лю­ д е й в противоположность рабам. Именно в этом значении оно попало

- 46 в древнеармянский язык и использовано в армянской переводе "Биб­ лии" для передачи слова лично свободный, а греки сравнивали иран­ ских азатов со своими свободными. Сама А.Г.Дерюсанян не совсем со­ гласна с этим и полагает, что термин азат прежде всего означал "члена знатного рода". Еле истина, решат специалисты, нам важно подчеркнуть сходство иранского и китайского терминов и сходство нерешенной проблемы .

Сослаться на возможные связи индо-иранских социальных струк­ тур и социальных структур Китая I тыс. н. а., представится еще и третий случай. Однако следует сразу сказать, что спецификой Китая и Дальнего Востока в целом явилось то, что не жрецы, аристократия и воины в их сословном оформлении составили костяк господствующего класса и господствующее сословие лично свободных людей, а люди действительно состоявшие или считавшиеся на государственной служ­ бе, чиновники, наделенные должностями, рангами и титулами, почет­ ны и и титулами знатности. Сословие чиновничества-гуань отнюдь не м ограничивалось самими чиновниками и членами их семей. Благодаря особому виду патронажа и привилегий, получившему в средневековом Китае наименование "тени" (ин ь), оно включало их родственников и свойственников различных степений близости, определяемых законо­ дательно установленными сроками ношения траура в случае смерти друг друга, при этом»-чем выш общественное положение лица, отбра­ е сывающего "тень", тем большее число родственников укрывалось в этой "тени". В это ж сословие была введена и клановая аристокра­ е тия, которая, как отмечает В.В.Малявин, не добилась "адекватного выражения своих привилегий в сфере политики и законодательства" а была адаптирована бюрократией, произошло ее, как выразился Д .

Джонсон, "огосударствливание". Это "огосударствливание" аристо­ кратии через чиновничьи должности, ранги, почетные титулы и титу­ лы знатности, инкорпорированные в общую систему рангов бюрократии, способствовали и подъему значимости самой бюрократии. Система "те­ ни" гарантировала при этом сохранение основ аристократизма - родо­ витости. "Тень, - по определению автора тех лет Лу Сюаяь-гуна, это возможность в соответствии со значимостью ранга оказывать про­ текцию и защиту своим сыновьям, а также внукам и правнукам".^ Экономически господство бюрократии как могучей основы господе гвующего класса зиждилось на том, что служба - должность и чин опреде­ ленного разряда (ранга) гарантировала твердый доход и уровень со­ стоятельности, выражавшийся в жалованьи, свободном от уплаты налога и отработок в пользу государства по грудповинности. Титул знатнос­

- 47 ти также гарантировал установленный законом земельный надел. Ро­ довитые аристократические семьи, местные кланы, поставлявшие го­ сударству чиновников, ж ие при бытовании патронимии по несколь­ ивш ку поколений шесте (9 поколений, клан Чж Гун-и при Тан), при ан условии, что они еще, помимо земель за титул знатности и чины по службе,имели земли в частной собственности, концентрировали огром­ ные земельные богатства, получившие при Сун наименование "чжуан юань" - поместья. Именно из аристократии и чиновничества, обладав­ ш поместьями с династии Сун начал складываться социальный слой их китайских пом ещ иков.№ не будем более подробно описывать далее сословие чиновников, детальные характеристики его могут быть най­ дены в опубликованных статьях В.М.Рыбакова и его диссертации .

Вторым сословием лично свободных лхщей было сословие простолвдинов-байсин. Это сословие составляли крестьяне,ремесленники, торговцы, получившие образование, но не состоящие на государствен­ ной службе люди-ши. Большинство в сословии байсин принадлежало крестьянам. Байсин представляли и большинство населения старого Китая. Их было и больше, чем людей, относящихся к классу лично не­ свободных людей-цзяньжэнь. По документу, относящему к 762 ц,в окру­ ге Ш оу на 87 человек лично свободных людей приходилось четыре ачж раба, т.е. I раб на 22 лично свободных человека, по материалам из Сичжоу (Турфан) 12 лично несвободных - 5 рабов и 7 буцюй приходи­ лось на 65 человек лично свободных, т.е. примерно один лично не­ свободный на. 5 лично свободных. По данным на 775 г.тяглые налого­ плательщики, т.е. в первую голову именно не чиновники и не лишен­ ные личной свободы люди составляли 60$ от общей численности всех ОС людей, занесенных в списки населения округов и уездов .

К сословию байсин относились и образованные люди, не состо­ явшие на государственной службе (ши). Поступив на государственную служоу, они становились чиновниками. Право поступления на государ­ ственную службу, т.е. при наличии минимума образованности, требо­ вавшейся для этого, перехода в сословие гуань, помимо ш имели и и, крестьяне - нун. Ремесленники-гун и торговцы-тан как люди, по тра­ диционным китайским представлениям, занимавшиеся своим делом с целью извлечения барыша, были лишены права сдавать государственные экзамены и поступать на государственную службу .

Сословие байсин дает повод сказать об исторически различных соотнесенностях понятий сословия и класса в средневековых общест­ вах. Сословие могло равняться классу (существовали "классы-сосло­ вия", В.И.Ленин) - сословие лично несвободных лвдей-цзяньжэнь, в

- 48 овос очередь делившееся на более мелкие сослоних соответствовало эксплуатируемому классу лично несвободных лвдей. Сословие могло быть ухе понятие класса, например, сословие рабов в классе лично несвободных лвдей или сословие чиновников-гуань в составе господ­ ствующего класса. И, наконец,с ословив могло быть шире понятия клас­ са, это сословие байсин в Китае I тыс. н.э., сословие, даже суперсословие лянжэнь, включавшее в свой состав два класса, как третье сословие во Франции, включавшее представителей двух классов крестьянства и буржуазии. Богатые землевладельцы, не имевшие чи­ нов, богатые крестьяне, имевшие достаточно земли, чтобы эксплуа­ тировать чухой труд, экономически принадлежали к госпсдствущему эксплуататорскому классу, хотя и относились к сословию простых лю­ дей, Это в равной мере касалось богатых купцов и ремесленников, эксплуатировавших чухой труд .

Отметим, что в сасанидском Иране в 7 в. земледельцы, ремес­ ленники и торговцы также входили в одно сословие .

"Одно из отличий класса от сословия”, - указывал В.И.Ленин,

- состояло в том, что классы отличаются один от другого не юриди­ ческими привилегиями, а фактическими условиями”. Тяглые, лично свободные крестьяне-земледельцы, платившие государству поземельный налог, выполнявшие трудовую повинность и служившие в армии, не эк­ сплуатировавшие чужого труда шесте с обязанными налогом и грудповинносгью ремесленниками и торговцами составляли второй эксплуати­ руемый класс китайского общества УП-Х вв. Господствующий класс ки­ тайского общества этого времени включал в себя значительную часть сословия гуань (бюрократии) и богатых, эксплуатировавших чужой труд землевладельцев, торговцев и ремесленников из сословия байсин .

Третьим сословием, кроне гуань и байсин, в числе лично сво­ бодных людей были монахи. Их зажиточная часть тоже принадлежала к господствующему классу. Характеристикой класса является и извест­ ная неоднородность по социальному положению входящих в данный класс людей. Поэтому социальные границы класса менее четки, более расплывчаты,^ чем строго регламентированные законом границы сосло­ вий .

Хорошо известна активная, формирующая роль права. Такую роль сыграло китайское танское право после рецепции его в Корее и Япо­ нии. Под прямым его воздействием сословно-классовое деление обще­ ств Кореи и Японии на значительный период приобрело сходство с ки­ тайским при династии Тан .

- 49 В У-УП вв. в Корее в корейском государстве Когурё исследова­ тели выделяют следующие сословия: знать, родовая по происхождению, из пяти основных старых родоплеменных групп, основавших это корей­ ское государство, чиновничество, крестьянство-хахо и рабов-ноби?^ Точно такое же сословное деление было в 1У в. в другом корейском государстве Лэкче: знать, чиновники, делившиеся на 16 классов, крестьяне-минхо и рабн-ноби, казенные и частные.2® Таксе лишь тер­ минологически и в частностях отличались в принципе сословия и в третьем корейском государстве Силла. Это были правящий род и аристократия, подразделявшаяся на пять разрядов, чиновники, прос­ той народ-пхёнхо и рабн-ноби.2® В 755 г. Корея была объединена под властью одного государства Силла .

№ ухе имеем свидетельство источников о наличии в Силла клас­ са презираемых, лично несвободных людей - чхо (кит. дзянь). В нем различаются сословия рабов-ноби, пугок (буцюй), хян и со, сущест­ во которых и китайские параллели, если они имелись, нам не ясны .

В числе лщей лично свободных в полном соответствии с китайской моделью выделяются чиновники, получавшие за службу земельные на­ делы нопш, аристократы господствующих групп Сонголь и Чингояь, подразделявшиеся на 9 категорий крестьяне и монахи.2''' Корея периода Корё (Х-Х1У вв.) дает еще большее сходство с китайской моделью. Общество делится на людей лично свободных-рянинов (кит. лянжэнь) и людей лично несвободных - чхонинов (кит .

цзяньжэнь). В класс лично несвободных людей входили рабы-ноби, принадлежавшие как государству - конноби, так и частным лидам саноби, и, что составляло корейскую специфику, представители не­ которых "презираемых" профессий - мясники, бродячие актеры и т.п .

Эта была та социальная группа, которая имелась и в Японии и дожи­ ла до наших дней, образовав и ныне презираемую группу японского об­ щества - так называемых буракумин .

Основу господствующего класса составляла бюрократия - чинов­ ники янбан (кит. лянбань), терцин означал две основные группы бю­ рократии - гражданских чиновников - мунгван и военных чиновников мугван. В сословие янбан была инкорпорирована и аристократия. Со­ словие простых людей, именовавшееся лично свободными добропорядоч­ ными людьми-рянин, в полном соответствии с китайской моделью сос­ тояло из крестьян, ремесленников, купцов и получивших образование неслужилых людей .

В Японии в Ш -УП вв. господствовала клановая система удзи. В кланах выделялась их аристократическая часть, организованная в

- 50 иерархию особых званий кабанэ и рядовые члены кланов удзибито .

Наряду с этим имелись рабы, а также лишенные личной свободы члены так называемых корпораций, бэ^® (иероглиф бу из китайского буцюй), бэ делились на гомобэ (кит. пиньбу) и какибэ (кит. буцюй). С 646 г., начиная с реформ Тайка, общество было разделено на лично сво­ бодных людей - рёмин (кит. лянминь), "общее полноправное населеОП ние", по определению проф. Хоцдзё Эйдзиро, и лично несвободных лщей - сзммин(кит. цзяньжэнь). Аристократия и чиновничество., по мнению советского историка О.Длетнера, не входили в число рёминов .

О относит рёминов к "социальным низам".Полноправное лично сво­ н бодное население именовалось еще такие - комин. Часть прежних лич­ но несвободных "корпорантов" была освобождена и переведена в число простонародья - комин, часть из них, прежде всего ремесленники, была попрежнецу лишена личной свободы и образовала особое сословие дзацуко, кальку китайского цзаху. Положение дзацуко было лучшим, чем у рабов, что отвечало и китайской схеме, поэтому японские ис­ торики менуют их "полусвободными”. ^ В классе лично несвободных людей Японии У и последующих веков мы находим сословие канко Ш (кит. гуаньху), сословие рёко (кит. линху), несвободных людей, охраняющих императорские могилы. Это сословие не существовало в танском Китае, но известно до Тан. Это были казенные и частные рабы; казенные конухи и частные - синухи. Существовало также сос­ ловие частных лично несвободных людей кэнин (кит. цзя жэнь), неиз­ вестное в Китае. Поскольку исследователи полагают, что "их положе­ ние было несколько лучше, чем положение... синухи",®® можно в из­ вестной мере сравнить японских кэнин с китайскими буцюй и кэнюй .

Количество рабов, определяемое в пределах от 5 до 20$ населения Японии,®4 в отдельных районах страны было достаточно велико. По спискам населения деревень Кумоноуэ и Кумоносига уезда Огаги про­ винции Ямасиро в этих деревнях проживало лично свободных тяглых мужчин и ж ин 161 человек, на них приходилось' 78 рабов и рабынь®* енщ (726 г. ). В уезде Кагэ, в деревне Хабури из 44 членов одной семьи было 13 рабов, в деревне Кавабэ провинции Тикудзэн упоминается в документах семья, которая имела 39 чел. рабов. (702 г.).®® В 701 г. по китайскому образцу в Японии была введена надельная система хандэн. С X в. в Японии, как и в Китае, стало активно формировать­ ся система поместий - сёэн (кит. чжуанюань). Последующие социаль­ ные процессы в Японии, связанные с утверждением поместной системмы, характеризовались, как и в Китае, с одной стороны исчезновени­ ем ряда сословий лично несвободных людей-сэммин, кроме рабов, и,

- 51 что определило специфику Японии, возникновением особого военного сословия буси. Лоди ряда презираемых профессий - хинин (актеры и нищие), зта (кожевники и т.п.) выделяются в особую социальную группу, от которой позднее происходят современные буракумин .

1. Мицзаки Итисада, Co-Эн дзидай-но хоси-то сайбан кико, отд.от.,

2. Гегель, Философия права. Перевод Б.Столпнера. М.-Л., 1934, с .

67 .

3. СИЭ, т.13, 1971, с.347 .

4. В.И.Ленин, Сочинения, том 5, с.З П, примечание .

5. БСЭ, Сословие, т.24(1), с.199 .

6. БСЭ, Классы, т.12, с.281 .

7. Социальные организации в Китае. М., Наука, 1981, предисловие, с.6 .

8. В.П.Ишошечкин, Сословиях и классовая структура обществ в древ­ нем и средневековом Китае, - Социальные организации в Китае, с.125 .

9. Там же .

ТО. Тем же, с. 128 .

11. В.И,Ленин, Сочинения, т.39, с. 15 .

12. Социальные организации в Китае, с. 142, 6

13. Т&м же, с. 154 .

14. Б.И.Кычанов, Проблемы сословно-классового анализа общества Тан (УП-Х в в.), - Социальные организации в Китае, с.43-52 .

15. Дай Янь-хуй, Тан люй тун лунь, Тайбэй, 1964, с.72 .

16. ^KLTnpgH, Фрр*шро1^ )^ е фе^альн о-зависимого крестьянства в

17. О "тени" см. статью В. М Рыбакова, Правовые привилегии и понятие .

тени, - Общество и государство в Китае. М., Наука, 1981, с.58В.В.Малявин, Аристократия раннесредневекового Китая и ее исто­ рическое значение, - Социальные организации в Китае, с.38 .

19. D.Johnson, The medieval Chinese Oligarches, Boulder, 1977, p.19«

20. tfeT.jno С^^бэСи^ ^ о, Рицурё-о тюсин-госита Ни-Тю канкэй си-но 2J. Ы и Tien-wai, Some Thoughts on the Development of Chuang Yuan in the Medieval China, p •19 •

22. Ikeda On, T'ang Household Registers and Related Documents, Per­ spectives on the T'ang, New Haven - London, 1973, p.109,146 .

23. В.И.Ленин, Сочинения, т.2, c.475 .

24. М.Н.Пак, Очерки ранней истории Кореи. М., 1979, с.166-167 .

25. Там же, С.Г74-Г75 .

26. Там же, с.188-189 .

–  –  –

. Там асе, с.211-216 .

JV. Ю.В.Ванин, Феодальная Корея в ХШ -ХЛУ вв. М., Наука, 1962, с.43-49 .

C i со со со со со о о ьн cnj со ^. М.В.Воробьев, Япония в И1-УП вв. М., Наука, 1980, с.124-137 .

N. Хондзё Эйдзиро, Социальная история Японии, М., 1927, с.31 .

. О.Плетнер, К изучению японского феодализма, отд.отт.,с.Г?8 .

. Хондзё Эйдзиро, Социальная история Японии, с.34 .

. Там же, с.37 .

. СИ т.16, с. 907-908 .

Э,

35. Хани Горо, История японского народа, М., 1957, с. 44-45 .

36. Хондзё Эйдзиро, Социальная история Японии, с.39 .

–  –  –

РЕЛИГИИ, "УЧЕНИЯ" И ГОСУДАРСТВО НА ДАЛЬНЕМ ВО КЕ

СТО

В СРЕДН Е ВЕКА1

И В данном сообщении речь пойдет о существовании на Дальнем Востоке в средние века особого типа культуры, единственного в контексте всего мирового средневековья типа культуры, свободного от теологической доминанты. Думаю, что одного этого обстоятельст­ ва вполне достаточно для того, чтобы уделить данному аспекту ду­ ховной культуры стран Восточной Азии достаточно серьезное внима­ ние. Вот та первая проблема, на которой бы хотелось остановиться .

Но к этому надо еще добавить, что все страны, в которых культура подобного типа получила распространение, подверглись влиянию ми­ ровой религии, располагавшей богатейшим духовным арсеналом и спо­ собной дать свой ответ на любые запросы и потребности человека средних веков, начиная от самых отвлеченных философских построе­ ний и кончая самыми примитивными суевериями. Но буддизму, а речь идет, конечно, о нем, не удалось на Дальнем Востоке приложить на практике все свои возможности, нё удалось, превде всего, навязать теологическую доминанту культуре Китая и уничтожить влияние этой культуры в сопредельных с Китаем странах. Попытаться выяснить при­ чины такой стойкости - вот вторая проблема нашего сообщения. И, наконец, особенности положения религий в странах подобной культу-* * В основу данного текста положен доклад, прочитанный на всесоюзной конференции Актуальные проблемы и основные направле­ ния исследования истории древнего и средневекового зарубежного Востока" 9.12.1981 г .

- 53 ры и возможность возникновения там официальных систем воззрений, достаточно свободных от теологии - это третья проблема, которой нам бы хотелось коснуться, хотя бы в нескольких словах .

Может быть не лишним будет оговориться, что те особенности исторического развития стран Дальнего Востока, о который идет речь в данном сообщении, ярче всего проявились в сфере духовной культуры, а потому и рассматриваются нами преимущественно в этом плане, что отнюдь не означает, что эти особенности ограничиваются лишь сферой духовной культуры, и гем более не означает, что они порождены и сформированы данной сферой. Хочется подчеркнуть, что применительно к культуре Дальнего Востока, и, прежде всего, куль­ туре Китая, рассматриваемой в общеисторической ретроспективе, мк вынуждены или, в другой модальности, мы имеем паяное право гово­ рить именно об ином типе культуры, а не о_каких-то культурных осо­ бенностях, которым, как правило, ни один историк, занятый "серьез­ ными проблемами", не придает никакого значения.

Основные отличия этого типа культуры от культуры европейского образца, как нам пред ставляется, можно свести к следующим, логически связанным между собой, чертам:

1) Главенство государства над религией, вплоть до жесткого адми­ нистративного контроля .

2) Прагматический подход к религиям .

3) Отсутствие теологической доминанты в духовной культуре .

Остановимся несколько подробнее на последнем моменте.

Отсутствие теологической доминанты, в свою очередь, обусловливает три важ­ нейшие характерные особенности культур данного типа:

а) светский характер идеального сообщества людей, на которое куль­ тура сориентирована,

б) светский характер доминирующего в данной культуре типа личности, ее агента и ее носителя,

в) светский характер доминирующих видов культурной продукции .

Несколько слов о каждой из этих черт на материале самой влиятель­ ной на Дальнем Востоке культуры, культуры Китая .

Если в Европе средних веков цель и предел развития сообщест­ ва людей мыслился в виде "Града Божия" и его земной ипостаси церкви, а светские власти никак не могли поднять свой статус выше оправдательной формулы "от бога" и никогда не могли искоренить глубокого убеждения, что настоящему христианину государство не требуется (см. Лютер), то в Китае все образованные люди считали общественным идеалом классическую античность (прежде всего, время

- 54 царствования императора Но) и даже идеология наиболее радикальных революционных дтюжяшгй (например,, Тайпиндао) не выходила из этих этатистских рамок .

Влесто идеала средневековой Европы - человека праведной жиз­ ни - доминирующее положение в данной культуре занимал конфуциан­ ски, то есть светски, образованный человек, высш видом деятель­ им ности для которого являлось служение государству, что ближе евро­ пейской античности, чем средневековью. Этот же конфуциански обра­ зованный человек являлся и основным деятелем культуры. Неразрыв­ ное единство культурной и государственной деятельности мыслилось не только как нормальное, но и как необходимое и наиболее плодот­ ворное состояние, что нашло четкую формулировку у Чж Си: "лишь у учась и занимаясь управлением /людьми, можно достичь/ полного про­ никновения в суть дел". Чж Си был убежден в том, что те, кто при­ у обрел с помощью учения "ясность ума Яо и Щуня", в силу этого смо­ гут совершить дела, достойные Яо и Щщя. Невиданное в Европе "единство" культуры и власти нашло, пожалуй, наиболее странное воплощение в типичной для Китая фигуре чиновника-поэта. Причем, необходимо подчеркнуть, что это единство было-органичным. Так, гениальному поэту сунского времени Су Дун-по вряд ли пришло бы в голову сетовать на то, что служба отрывает его от "творчества", ибо настоящим и главным виде»* творчества для него было служение государю в качестве "великого сановника", хотя и как поэт, и как мыслитель он прекрасно знал себе цену, но, будучи верным последо­ вателем доктрины "совершенномудрых" в данном вопросе, полагал,что остальными видами творчества следует заниматься лишь тогда, когда нет возможности заниматься главным или когда необходимо отдохнуть от него .

Характер доминирующего типа личности естественно отражался и на характере основных видов культурной деятельности, которые зако­ номерно оказывались лишенными столь характерной для Европы сред­ них веков теологической доминанты. Если говорить о памятниках пи­ сьменности этого периода, то в них можно выделить три главные те­ м : а) история, понимаемая в Китае как история своего, "срединно­ ы го", государства, а в истории - смена периодов "порядка и беспо­ рядка", б) комментирование классических текстов, в которых домини­ ровала та ж гема, по которой вся конфуцианская доктрина иногда е называлась учением "о порядке и беспорядке" (так, вся средневеко­ вая китайская образованность могла быть определена как знание о "порядке и беспорядке, о Лао и Чжуане и о Шакьямуни"), в) литера­ 4 -4 298

- 55 турно-художественные произведения, где наиболее знаменательным отличием от Европы средних веков будет, пожалуй, не только о т с у т ­ ствие литературно-художественных произведений с геологической на правленносгью, но и наличие невиданного количества по эт ич ес ко й продукции, в которой главное место принадлежало лирической п о э ­ зии, воспевающей природу. Если Европа средних веков видела п р е к ­ расное и возвышенное в разнообразных победах духа над плотью, то Китай того же времени полагал, что красота открывается, п р е ж д е всего,при лицезрении космической панорамы природы, коцца о с о б е н ­ но наглядным становится величие двух основных частей миро зд ан ия Неба и Земли - и когда проницательный взор улавливал "скрытую к р а ­ соту эфиров и предметов" (ци сян чжи мяо). Все это, естественно, нашло отражение и в поэзии того времени .

В соответствии с двумя главными опорами - космосом и г о су да р­ ством - дальневосточный тип культуры выработал две главные м о д е л и времени, весьма резко отличавшиеся от европейских. Ш е е то евроиен ской теологической линейности, получившей в европейской ку ль ту ре наибольшее развитие в результате воздействия христианства, н а Дальнем Востоке м ы сталкиваемся либо со спокойнйм "космологичес­ ким" циклом, либо с историческим, "государственным", временем, членившим историю на династии и отдельные царствования, а э т и по­ следние - на отрезки, различающиеся по девизам правления, которые, на самом деле, были скорее идеальной программой, чем просто п р о и з ­ вольно выбранным обозначением определенного отрезка правления. На­ личие этих девизов правления является одним из наиболее ха ра к т е р ­ ных признаков культуры дальневосточного типа, культуры, ли ше нн ой теологической доминанты .

Столь тесно связанная с государством, с политической ис то ри­ ей модель времени вкупе со столь же непосредственной зависимостью от судеб государства жизни и творчества чиновников-литераторов оп­ ределили и традицию - по династиям (а иногда и более дробную, по девизам отдельных царствований) - периодизацию литературы, которая доставляет столько хлопот некоторым ее современным исследователям, предпочитающим членить литературный процесс на основе более фу нд а­ ментальных соображений, более глубоких закономерностей общественно­ го бытия, чем политическая история. Все упомянутые выше отличия духовной культуры Дальнего Востока от Европы средних веков со ве р­ шенно явно зависят от двух факторов: государства и религии, ми р о ­ вой религии, в первую очередь. Взаимоотношения между религией и государством в этом регионе резко отличались от привычных нам огошений европейского типа. Естественно возникает вопрос, в чем ж е «включена причина этого отличия, в характере государства или ми­ ровой религии, влиянию которой подверглись страны данного типа культуры. На этот вопрос можно ответить вполне определенно, ибо развитие культуры в сфере действия одной и той ж мировой религии, е и данном случае речь идет о буддизме, могло принимать весьма раз­ личные фохмы, в чем можно убедиться, сравнив определенные моменты истории буддизма в трех странах: в Китае, Японии и Тибете. СЬшсл и правомерность подобного сравнения основана, прежде всего, на том, что все три страны в сопоставимые отрезки времени.испытали на себе воздействие одной и той же мировой религии - буддизма и что взаимодействие автохтонной культуры с буддизмом привело в »тих странах к образованию трех весьма отличных друг от друга культур, культур с различной исторической судьбой, и,что особен­ но бросается в глаза, с различными возможностями и различными спо­ собами перехода от традиционной культуры средних веков к новому времени, где бы этот порог ни расположила для них история. Две из них - китайская и японская - могут быть отнесены, при всем их раз­ личии, к одному типу культуры, характерной чертой которого являет­ ся отсутствие теологической доминанты, в го время как тибетская по типу своему оказалась намного ближе к культуре Европы средних веков.

Используя уже приведенный нами набор признаков, тибетскую культуру можно охарактеризовать следующим образом:

1) Главенство религиозной организации над политической, нашедшее наиболее полное воплощение в теократии .

2) Прагматический подход церкви к политической организации .

3) Полное господство теологии в духовной культуре, что нашло выра­ жение и в совершенно противоположном характере трех выделенных нами выш для дальневосточной культуры признаков:

е

а) духовный характер идеального сообщества людей, на который дан­ ная культура сориентирована,

б) духовный характер доминирующего в данной культуре типа личности, ее агента и ее носителя,

в) духовный характер доминирующих видов культурной продукции,

г) теологическая интерпретация смысла исторического процесса, трак­ туемого, прежде всего, как история распространения буддийской "доктринырлополненная соответствующей моделью времени и соответствующей хронологической системой - "данцзий реумиг" го есть "хронологией доктрины", обусловившая и наиболее распространенный вид историчес­ ких сочинений - "чжой чжун" то есть сочинений о возникновении и раз­ витии учения П удды .

- 57 Несомненно, определенные периода проникновения и развития буддизма в этих: трех странах имеют много общего: патронах двора и смена его государственными гонениями, сложные взаимоотношения с представителями местных религиозных традиций, оппозиция аристокра­ тии дворцовым начинаниям,монументальное строительство, призванное в наглядной форме продемонстрировать торжество новой религии, сос­ тавление соответствующих официальных документов, закрепляющих ста­ тус новой религии в общества. Эти документы отличались иногда уди­ вительным, текстуальным сходством. Исследователи давно обратили внимание на поразительные текстологические совпадения двух важней­ ш государственных документов - так называемой "Конституции" их принца Сётоку и кодекса общественной жизни, приписываемого тибет­ скому царю Сронгцзангамбо. Вторые статьи обоих документов, совпа­ дая почти текстуально, предписывают почитание "трех драгоценнос­ тей" буддизма. Что ж привело к столь резким отличиям в культуре е этих стран?

Политическая история трех стран подсказывает такой ответ: они были обусловлены различной судьбой государства в этих трех стра­ нах. В Тибете после смерти гонителя буддизма царя Лангдармы (IX в.) наступает длительный период раздробленности. Затем государственное единство воссоздается ламами Сакья (ХП-ХШ вв.) уже на совершенно иных началах. За этот период Китай и Япония пережили много полити­ ческих потрясений, но ни та, ни другая страна не знали столь дол­ гого периода раздробленности на столь мелкие части, а главное - не знали воссоздания государства на иной основе. Остановимся несколь­ ко подробнее на этом моменте. Ко времени проникновения буддизма в Китай, Тибет и Японию в каждой из этих стран институт монархии располагал определенным сакральным фондом, который выполнял функ­ цию легитимации высшей власти. О Японии в этом плане говорить мно­ го не приходится. Потомки богини Амагэрасу перестали быть таковыми на нашей памяти. Относительно добуддийской сакрализации монархии в Тибете после работ Дж.Туччи, Р.Стейна и А.Макдональд не должно возникать никаких сомнений. Наименее нагляден этот фонд в Китае, ибо там он прикрыт во многих отношениях более заметной конфуциан­ ской доктриной, столкновения которой с буддизмом могут показаться полностью исчерпывающими проблему взаимоотношений этой религии с местной культурой. Но это, по нашему мнению, не совсем так. Что же относится к сакральному фонду китайской монархии? Это, кроме хорошо известного культа Неба и Земли, поклонение "ста духам" или "массе духов", то есть всей совокупности духов природы, о которой

- 58 говорится еще в классическом конфуцианском тексте "Щуцзин” ("Книга документов", гл. "Каноны Щуня"). Надо сказать, что в Китае и Япо­ нии, где поклонение важнейшим из "ста духов" было первейшей обя­ занностью государя, введение буддизма было воспринято некоторыми сторонниками местных верований как практика с точки зрения госу­ дарственных интересов весьма сомнительная. Любопытно, что несмот­ ря на все несходство местных верований китайская и японская антибуддийская "государственная" реакция на введение буддизма имела весьма сходный характер и даже, как свидетельствуют прямые заимст­ вования в японской летописи "Нихон-еёки" из китайского сочинения "Лян гаосэн члуань" ("Жизнеописания выдающихся монахов, составлен­ ны при династии Лян"), могла быть выражена одними и теми же сло­ е вами. Нежелание местных тибетских "демонов" примириться с религи­ ей Шакьямуни придали истории распространения буддизма в Тибете весьма драматический характер, поделив ее на два периода: раннее распространение и позднее распространение. Местные верования, на которые опиралась монархия, держались довольно долгое время. Ин­ тересно, что в преамбуле китайско-тибетского договора, заключенно­ го в 821-822 годах, как показал Р.Стейн, при описании происхожде­ ния и характера власти, несомненно, "божественной власти", тибет­ ского государя невозможно обнаружить каких-либо следов влияния буддизма, тогда как со времени деятельности первого распространи­ теля буддизма в Тибете - Сронщзангамбо - прошло к тому времени почти двести лет. Но во время политической раздробленности связь между высшей властью и местными верованиями была полностью утраче­ на и патриархи Сакья, как уже упоминалось выше, приступили к объе­ динению страны, опираясь уже исключительно на "ученье Шакьямуни" .

Иной была история взаимоотношений буддизма с местными верова­ ниями в Японии. Несмотря на го, что по временам буддизм добивался на японских островах официально более высокого положения, чем мест­ ная религия (синто), несмотря на то, что буддизм предпринял колос­ сальные усилия, чтобы совместиться с синто и заменить его (доктри­ на "Хон-дзи суйдзяку"), синто отстояла свою самостоятельность, благодаря чему институт монархии сохранил свой независимый от буд­ дизма сакральный фундамент, свой независимый от буддизма сакраль­ ны статус, что позволило ему сохранить и независимость своих дей­ й ствий по отношению к буддизму. В некоторые периоды истории Китая буддизм был близок к тому, чтобы стать государственной религией .

К таким периодам обычно относят династию Лян (502-557). Сада можно добавить и годы царствования императрицы У-хоу, когда буддийская

- 59 ориентация монархии оказалась закрепленной в почетном титуле им­ ператрицы (Ц ш вегу тянь цэ цзинь лунь ш юань хуан-ди - Святой ыи зн и божественный император, вращ щ золотое колесо: и получивший аю ий небесное назначение, Майтрея, превзошедший древность) и в назва­ нии ее годов правления "тянь шоу", то есть "данное Небом" (690 г.) .

Под "данным Небом" имелся в виду буддийский апокриф, в котором содержалось предсказание прихода к власти "совершенномудрой импе­ ратрицы". Но подобные взлеты буддизма были преходящим явлением в долгой истории существования доктрины Шакьямуни в Китае. Более закономерным был утилитарный подход государства к буддизму, И, хотя влияние буддизма на общественную жизнь в Китае трудно пере­ оценить - это учение воистину обладало удивительным свойством проникать повсюду - буддизму не удалось проникнуть в сакральный фундамент китайской монархии. Культ сакрализованного космоса, представленный на низших ступенях административной иерархии алта­ рями божеств Земли и Злаков, ветра, облаков, грома, дождя, гор и рек и всех остальных духов природы (специальный алтарь литань),а на высш - императорскими жертвоприношениями Небу, Земле и всем их тал духам, которые самим ж этим государством и были выделены из е огромной совокупности народных верований и включены в официальный государственный пантеон, этот культ, не обладавший, по сути дела, никакой мало-мальски разработанной теоретической базой, оказался совершенно непроницаемым для буддизма. Именно эта система верова­ ний и служила в первую очередь сакральным фундаментом.государства, именно она-го и оказалась для буддизма неприступной крепостью, ко­ торою он гак и ж смог овладеть .

е Государства, обладавшие как в Китае и Японии независимым сак­ ральным фундаментом и занимавшие по уровню сакральное ти более вы­ сокое положение, чем проникшая туда мировая религия, наложили свой отпечаток на историю религии в своих странах. Среди наиболее ха­ рактерных черт истории религии в этих странах можно упомянуть:

1) Диспуты о статусе различных религий, о достоинства и недостат­ ках различных религий, о выборе религий для императорского пат­ ронажа и о трактовке одних и тех ж проблем различными религиями. .

е

2) Выбор и утверждение из всей совокупности народных верований оп­ ределенного числа божеств для официального, "государственного" пан­ теоны. Награждение этих божеств почетными титулами и званиями и их разжалование .

3) Сосуществование различных религий, из которых ни одна не могла претендовать монопольно на прихожан, что в результате приводило к

- 60 отсутствию в этих странах такого важнейшего для Европы средних веков понятия, как "вероисповедание" .

М не останавливаемся здесь специально на жестком административ­ ы ном контроле над церковными организациями со стороны государства, посколы^ это не относится непосредственно к сфере духовной куль­ туры .

Непосредственная сакрализация государства и прагматический подход его к религиям как к одному из вспомогательных средств уп­ равления породил в этом регионе весьма необычное для мирового средневековья явление - официальное мировоззрение, лишенное тео­ логической доминанты, представленное прежде всего доктриной "со­ вершенномудрых". В этом есть своя логика: если государство "десакрализует" религии, трактуя их всего лишь как учения,если оно само по себе сакрально, если оно утверждает и подтверждает свою сакральноегь в официальном культе, то у учений обязательность включения в свою систему воззрений сакрального элемента отпадает .

Конфуцианство, по нашему убеждению, не потому совершенно не инте­ ресуется религиозными проблемами, что китайцы по своей природе были склонны к атеизму уже в средние века, а потому, что государ­ ство удачно отделило "государственный культ" от "государственного" мировоззрения", а точнее будет сказать, от учения об управлении государством. То, что речь в данном случае идет именно о разделе­ нии различных сфер, а не о противостоянии мировоззрений, можно продемонстрировать на подходе конфуцианцев к культовым функциям .

Последователи совершенного мудреца из княжества Ду охотно занима­ лись по долгу службы различными утвержденными государством жертво­ приношениями и написали огромное количество текстов, предназначен­ ных для этих целей, но к элементам культа в рамках своей доктрины относились очень настороженно. Нечего и говорить о различных на­ родных верованиях, не получивших государственного одобрения. Н о основное свое внимание, как м уже говорили выше, конфуцианцы уде­ ы ляли практической государственной деятельности, всячески способст­ вуя достижению эры "совершенного правления" и наступлению годов "великого спокойствия". Здесь, разумеется, мы имеем в виду вырабо­ танные в сфере культуры модели поведения, а не конкретную социаль­ ную реальностью .

Итак, отделение "государственного культа" от "государственно­ го мировоззрения" позволило последнему обходиться без теологичес­ кой проблематики, а господство этого мировоззрения в образовании

- 61 и повседневной государственной деятельности привело к уникальному для мирового средневековья явлению - возникновению и развитию в ряде стран Восточной Азии средневековой духовной культуры, лишен­ ной теологической доминанты .

ИСТОЧНИКОВЕДЕНИЕ

–  –  –

"ТРАКТАТ О КАЛЛИГРАФАХ И ХУД Ж И

О Н КАХ"

КАЗН АХМАДА КУШ. ПЕРВАЯ РЕДАКЦИЯ

35 лет тому назад проф.Б.Н.Заходер опубликовал русский пе­ ревод "Трактата" Казн Ахмада Ибрахими Куми. * Спустя 12 лет в Ва­ шингтоне вышел из печати английский перевод этого хе сочинения, выполненный проф.В.Ф.Мкнорским.^ Этот замечательный груд сразу хе привлек к себе внимание специалистов, которые с тех пор ш ирокс используют его в своих исследованиях по истории персидской миниа­ тюры, каллиграфии и искусству рукописной книги. Сведения, содер­ жащиеся в "Трактате" значительно расширили наш представления о и масштабах книхного дела и объеме книжной продукции, о престиж­ ности труда мастеров рукописной книги и о степени популярности ху­ дожественной рукописи в Иране и сопредельных странах в средние века .

Нельзя сказать, чтобы имя Казн Ахмада не было известно спе­ циалистам до выхода в свет указанных переводов: о нем и его двух сочинениях ("Трактате" и исторической хронике "Хуласат аг-таварйх” ) говорилось с разной степенью полноты в статьях В.Хинца (1935 г. ), Клары Эдвардс (1939 г. ), Зохры Да'и-заде, Ш.Кадири и Г.Сарвара (1938, 1939, 1943 г г. ), Х.Нахчевани и А.Хансари-Сухайли (1938 и 1939 г г. ). В наш хе дни после издания переводов, а и особенно после публикации текста "Гулистан-и хунар" (Розарий та­ ланта)^ - второй редакции трактата Казн Ахмада о мастерах калама и кисти - интерес историков и источниковедов все более стало при­ влекать его историческое сочинение "Хуласат аг-таварйх" (Краткая суть летописей). Этот труд был частично издан в исследованиях Х.Мюдлера (I960, 1964 г г. ) и Эрики Глассен (1970 г. ) в ФРГ, как источник он был рассмотрен в статьях 0.Атаева (1975 г. ), Ш.К.Ас­ керовой (Мамедовой и 0.А.Эфендиева (1976, 1977 г г.) в СССР и Э.Эшраки (1975 г. ) в Иране .

- 63 В настоящее время "Трактат" Казн Ахмада представлен тремя списками первой редакции (Музей Салар-Джанг в Хайдарабаде, Ш ИНВ в Москве, Л0 И АН СССР вЛенинграде) н шестью списками второй В (Музей Салар-Джанг в Хайдарабаде, в частных собраниях А.Икбала, Х.Нахчевани, М Байани, А.Хансари-Сухайли и А. 1Улчина-Ма* ани в .

Иране). Попутно отметим, что из пяти "иранских" списков три по­ следних являются копиями с рукописи из собраниях X. Нахчевани .

Казн Ахмад Ибрахими Куми б.Мир мунш Ш и араф ад-Дин ал-Хусайн ал-Хусайниал-1йгмш (род. в Думе 17 раби I 953/18 мая 1546 г. ) происходил из весьма почтенной семьи потомственных государствен­ ных чиновников, представители которой (как с отцовской, так и ма­ теринской стороны) из поколения в поколение с рождения готови­ лись к чиновничьей карьере и, шагая по ступеням иерархии, зани­ мали высокие посты в бюрократическом аппарате. Такая ж судьба е была уготована Казн Ахмаду, и он весьма успешно продвигался по запрограммированному жизненному пути. Казн Ахмад не был, как по­ лагал Б.Н.Заходер, литератором, сочетавшим творческую работу с рутинной службой мелкого чиновника. В средневековом Иране (осо­ бенно в период правления династии Сефевидов) многие чиновники его ранга не без успеха обращались к литературному труду, потому что, готовясь к карьере мунши, они основательно штудировали сти­ листику, логику и риторику, а также были хорошо знакомы с труда­ ми своих предшественников .

Казн Ахмад как по своему происхождению, так и по постам, которые он занимал, принадлежал если не к элите сефевидской бю­ рократии, то, несомненно, входил в близкий к ней разряд высших чиновников: после гибели его патрона Сулган-Ибрахима-мирзы в 984/1576 г. мы встречаем его в окружении шаха Исма*ила П (984г г. ), который поручил ему написать историю правления дома Сефевидов от Исма*ила I (907-930/I50I/I524) до его дней включительно; после смерти шаха он в числе приближенных Хамзамирзн (ум. 994/1586г.) - второго сына Мухаммада-Худабанде (985г г. ) - сопровождает его в многочисленных военных предприятиях; в месяце зу-л-хвдджа 988/январь-февраль 1581 г. он получил пост везира при главном садре империи и должность началь­ ника департамента шариатских сборов, которые сохранялись за ним до начала месяца сафара 1007/начало сентября 1598 г., когда Аб­ бас I (995-I038/I587-I629) сместил его по навету клеветника .

Согласно колофону автографа первой редакции "Трактата"(ныне в собрании Музея Салар-Джанг, ш р T -K.I.), Казн Ахмад завершил иф

- 64 его после двух лет работы 9 зу-л-хидджа 1004/4 августа 1596 г .

Судя по приписке, сделанной рукой автора на форзацном листе этой рукописи, 5 сафара 1005/28 сентября 1596 г. он был принят Аббасом I и преподнес патрону копию сочинения. В результате Казн Ахмад получил должность калан тара. Таким образом логический вывод Б.Н.Заходера о дате завершения сочинения в 1005/1596-97 г. оказал ся почти безошибочным .

Все сохранившиеся списки этой редакции подтверждают, что Ка­ зн Ахмад не дал названия своему труду, оно появилось лишь во вто­ рой редакции. Обиходное название - "Трактат о каллиграфах и ху­ дожниках" - чисто описательно-атрибуционное и опирается на автор­ ское высказывание в дибаче .

Композиционно "Трактат" построен по следующей схеме, отрабо­ танной уже в сочиненияхего предшественников: авторское предисло­ вие (дибаче), введение (мукаддиме) о появлении калама и создании письма, глава (фасл) I о мастерах почеркового стиля сулс и тех почерках, что с ним соотносятся; глава П о почерке та*лик; глава Шо почерке наста*лик; заключение (хатиме): биографии художников, позолотчиков, оформителей книги и переплетчиков .

По своему содержанию и назначению "Трактат" является биогра­ фическим словарем творцов рукописной книги, в который Казн Ахмад включил сведения о традиционно наиболее известных мастерах прош ­ лого, добавив к ним своих современников - тех, чьи произведения ещ при их жизни пользовались наибольшей популярностью среди це­ е нителей, знатоков и профессионалов. Заметим при этом, что архи­ тектоника "Трактата" в его первой редакции очень близка структуре предисловий к альбомам (муракка'), содержавших отдельные образцы (кит* а) художественного письма и миниатюры, практика составления которых получила широкое распространение среди элитарных слоев Сефевидского государства. Создается впечатление, что "Трактат" Казн Ахмада представляет собой как бы детальное и пространное предисловие к никогда не составлявшемуся альбому .

В ш отмечалось, что нам пока известны три списка первой ые редакции сочинения. К сожалению, все они имеют дефекты. Автограф (X) имеет лакуну в два листа после л.1. Список ШШВ(М) содержит лакуну в один лист,после л. 72 в нем оборван последний лист с текстом авторского колофона и пометой переписчика. Больше всех пострадала рукопись В4722 из собрания И АН СССР(Л). В ней нет В полностью дибаче и почти всего мукаддиме (от него осталось толь­ ко 8 слов), нет заключения, после л. 19 лакуна в три листа и перебиты листы (правильный порядок: л л.1 7 а -1 9 б,1 5 а -1 6 б,1 а -б, З а-7б, 2 а -б,2 0 а -8 4 б,8 а -1 4 б ). В целом, в списке отсутств ует 16$ текста сочинения .

Наличие автографа, казалось бы, полностью снимает все вопро­ сы, связанные с изданием текста первой редакции. Однако, сопостав­ ля я текст этой редакции, представленный в списках Х,М,Л, мы выяс­ нили, что Казн Ахмад, поднеся экземпляр сочинения А ббасу I, не поставил гем самым последнюю точку в "Трактате”. Он продолжал ра­ ботать над ним, пополняя е го новыми сведениями и материалами до сафара 1007/ сентября 1598 г., когда он и з - з а навета Мир Садр а д Дина Мухаммада Казвини попал в опалу, был снят со всех своих пос­ тов и поневоле уе х а л в свой родной 1(ум^огкуда перебрался в Индию .

Если в рукописи X имеются заметки о 140 каллиграфах и 35 х у ­ дожниках, то в рукописях М и Л, которые идентичны по порядку сл е ­ дования представленных в них биографических заметок, их число со­ ответственно возрастает до 154 и 37, т. е. на 16. Кроме того Казн Ахмад почти полностью инкорпорировал в своем труде стихотворный трактат Султан-Али Машхади (ум. 926/1520 г. ) об искусстве художе­ ственного письма. Последний, согласн о публикации Г.И.К осты говой,4 содержит 273 бейта, вариант нашего автора насчитывает 269. Вместе с тем поразительно, что список Л, весьма близкий по своему тексту к рукописи М, содержит особые дополнения к ней помимо общих для нее и М дополнений к X. Так, в рукописи Л на л л.7 3 а -7 5 а помещены рассказы о шести мастерах калама, начиная с ЭДухаммад-Хусайна и кончая Мир Имадом ал-Хасани, о которых также говорится в рукопи­ си М ( с.1 2 0 -1 2 3 ). Однако в Л имеются более поздние уточнения и дополнения, отсутствующие в М .

В этой связи встает вполне закономерный вопрос: сам ли Кази Ахмад внес эти последовательные дополнения в свой труд и где га ­ рантии тому, что этого не сд елал какой-либо мунши, не менее его осведомленный в данном вопросе? Вторая редакция труда, названная автором "1Улистан-и хунар" и завершенная, видимо, в 1015/1606-07 г., подтверждает, что. все уточнения, дополнения и исправления, которые мы наблюдаем в тексте рукописей М и Л по сравнению с ав­ тографом X и в Л по сравнению с М, носят авторский характер и всесохраняются в тексте второй редакции (рукопись Т -К.2, Хайдарабад, музей Салар-Джанг) за очень редким исключением .

В этой связи можно представить хронологическую п оследов атель­ ность работы Кази Ахмада над текстом первой редакции "Трактата" в следующем виде: автограф X, затем текст рукописи М и,наконец,

- 66 текст рукописи Л. Эта ра бота, видимо, заняла у н его около двух лет .

Вновь обратившись к своему труду вдали от двора,в Индии, он создал вторую редакцию, основательно переработав первую. Перера­ ботка выразилась в следующем: I. Сочинение получило название Гулистан-и х у н а р ". 2. Казн Ахмад снял пассаж из введения, в ко­ тором он восхвалял Аббаса I и в котором сочинение было адресова­ но последнему (факт редчайший в истории персидской сре,дневековой с л о в е с н о с т и !). 3. Было снято также посвящение Фархад-хану Кара­ мзину (убит по приказу Аббаса I 27 адухаррама 1007/30 августа 1598 г. сипахсаларом Ирана Аллахверди хан о м ). 4. Композиционные изменения: снято дибаче; при этом несколько расширен текст мукаддиме; добавлена четвертая гла в а (ф а с л ), которая по своему содер­ жанию представляет собой прежнее заключение; написано новое за­ ключение, содержащее рецепты составления красок, туши, цветных чернил и т.п. 5. К биографическим заметкам было добавлено еще 20 биографий мастеров калама и кисти, 6 же биографий из прежней редакции было опущено. Всю эту работу Казн Ахмад проделал между 1007/1598-99 и I0 I5 / I6 0 6 -0 7 г г .

Таким образом, принимая во внимание изложенное выше, при издании текста первой редакции труда не представляется возможным ограничиться только автографом - рукописью X, поскольку в ней ин­ тересующий нас текст не представлен в окончательно завершенном беловом авторском варианте. По-видимому, в тех случаях, когда, при работе над тем или иным текстом мы располагаем рядом списков со­ чинения, которые (расположенные в хронологическом порядке) последо­ вательно дополняют и уточняют т ек ст, представленный в предшест­ вующем по времени списке, то функцию опорного, или основного спис­ ка издания будет выполнять либо автограф последн его варианта сочи­ нения, либо копия с н его. Автограф же первого (и ли промежуточных) варианта будет иметь отн осительное значение, бесспорно важное, но не решающее. В подобной ситуации такой автограф явится осно­ вой д ля изучения движения и изменения текста сочинения в после­ дующих е го вариантах, от первоначального к конечному, т. е. к та­ кому беловому экземпляру, который автор сч ел окончательным и бо­ лее к нему не обращался .

Анализ имеющихся в нашем распоряжении списков показал, что рукопись Л, содержащая текст "Трактата” с последними по времени авторскими дополнениями, не может быть положена в основу издания и з -з а своей дефектности. В этой связи предпочтение было отдано

- 67 рукописи М небольшая лакуна которой в один лист целиком воспол­, няется по рукописи Л. Получившийся в результате сводннй текст первой редакции "Трактата” м полагаем наиболее блияким к послед­ ы нему авторско е варианту а™* радатпута .

Текст является сводник потому, что в текст рукописи М да ввели все дополнения текста рукописи Л .

Что ие касается второй редакции, то Казн Ахмад, видимо, под­ готовил ее сразу и более к ней не обращался, т.н. дошедшие до нас шесть ее списков дают стабильный и устойчивый текст сочине­ ния с незначительными разночтениями, обычными для рукописных книг.1

1. Казн Ахмад, Трактат о каллиграфах и художниках. 1596-97/1105 .

Введение, перевод и комментарии проф.Б.Н.Заходера. М., 1947 .

Перевод неполный: опущены семь страниц текста из дибаче и мукаддиме. Справедливости ради отметим, что еще в 1919 г. проф .

А.А.Семенов написал статью "Персидский Вазари ХУ1 в", к сожа­ лению, не увидевшей света, посвятив ее рукописи "Трактата" из собрания московского музея Are Asiatics (ныне - ГШНВ), куда она поступила в составе коллекции К. Ф. Некрасова. См. Б.А.Литвинский, Н.М.Акрамов. Александр Александрович Семенов. М., 1971, с.70-71 .

2. C a llig ra p h e rs and P a in te rs. A t r e a t is e Ъу Qadi Ahmad, son o f Mlr-Munshl ( s i r c a A.H. 1015/A.D. 1606). TranSlatSd from the P ersia n by V.Minorsky.Washington, 1959 .

3. 1Улисган-и хунар талиф-и Казн М Ахмад М и Нуми. Ба тасхих ир унш

- ва ихтимам-и Ахмад Сухайли-Хансари, Тихран, 1352/1973 .

4. Трактат по каллиграфии Султан-Али Мешхеди. - Труды ГПБ им. М Е .

.

Салтыкова-Щедрина, 2/5/. - Восточный сборник. Л., 1957, с. 103

–  –  –

АРДБО-САСАНВДСКАЯ БУЛЛА ИЗ С Б И

О РАН Я

ГОСУДАРСТВЕН О Э И Ж

Н ГО РМ ТА А

В отделе Востока Государственного Эрмитажа булла с инв. Ж 1083 имеет следующие данные: наибольший диаметр - 18 мм, наимень­ ш - 16 мм. Она представляет собой сплющенную с обеих сторон ий свинцовую пластинку толщиной около 2 да, через которую проходит сквозное отверстие - "канал". В месте входа и выхода канала края буллы выщерблены. Известно, что булла вместе с другими материала­ ми поступила в Эрмитаж из русского археологического общества в Константинополе. Как и многие другие буллы этого собрания, она

–  –  –

5 -4 2П8

- рис. I дает в транскрипции hasan и может обозначать либо и.с .

Хасан, если допустить, что "алеф" в тексте написан по неграмот­ ности резчика матрица, либо - и.с. Хусейн, которое графически могло изображаться двояко (ср. с двояким написанием средневеко­ вого топонима Нагё через C f j ® и ^ \/ ) ? При любом чте­ нии арабской легенды перед нами булла с именами иранца-зороастрийца и мусульманина (последний мог быть либо арабом, либо иран­ цем) .

Два разных имени на одной булле могли означать, что булла принадлежала двум лицам, осуществлявшим какие-то совместные дело­ вые операции. Сквозное отверстие в теле буллы означает, что она использовалась в качестве пломбы, закреплявшей концы шнура от де­ лового доздмента, мешка с товаром или клада .

Практика изготовления двухсторонних булл чужда сасанвдскому Ирану. В Арабском халифате также не применялись двухсторонние буллы. Но в Византии такая практика известна на протяжении многих веков. Свинцовые печати-моливдовулы были распространены в разных сословиях византийского, общества, имели разные текст, форму и степень тщательности изготовления. Они выполнялись специальными ножницеобразными щипцами (буллотирием). ® Нащ буллу-печать по палеографическим признакам можно дати­ у ровать концом УП 1 в. В У в. появляются и чисто мусульманские

-УИ Ш буллы с куфическим текстом.® По единственной известной арабо-сасанидской булле невозможно судить о месте ее изготовления. Но поскольку существует ряд сирий­ ско-византийских булл, можно полагать, что она была сделана гдето в Междуречье или в Сирии, где развитые экономические связи между разными конфессиональными группами располагали к этому.1 5

1. За предоставленную мне возможность опубликовать эту буллу вы­ ражаю глубокую признательность В.С.Шандровской, Б.Н.Мещерской и А.В.Пайковой .

2. Ph.Gignoux,Catalogue des aceaux, camees e t b u lle s aasanldes de l a B ib lio th e q u e R ationale e t du Миаёе du Louvre. I I. Lea aceaux et b u lle s i n s c r i t s. P a r is, 1978, p.23, p i. I V, p.37, p l.X .

3. И.М.Дьяконов и B.A.Лившиц, Документы из Нисы I в. до н.э. М., I960, с. 107, Л 1427 .

4. М.Н.Боголюбов и О.И.Смирнова, Согдийские документы с горы % г .

Вщуск Ш Хозяйственные документы. М., 1963, с.67 (А2. 5 }, 99 .

,

5. Ph.Gignoux, Les c o lle c t io n s des sceaux et de b u lle s sassan ides de l a B iblio th e q u e R ationale de P a ris e - La P e r s ia n e l Medioevo. Нота, 1971, p.536 .

<

–  –  –

7. О возможности двоякого чтения n L ~ высказывался M.H.Бого­ любов .

6. В.С.Шацд^овская, Византийские печати всобрании Эрмитажа. Л., например, /J •G•/ Stickel. Zu den morgenlandischen Bleisiegeln. - ZBHG, Bd.49, Leipzig, 1895, S.63-72 .

–  –  –

О Н О ЛЕ И НА РУСИ ЗН И О ВОСТОКЕ В П О

АК П Н И АН И ЕРИ Д

МОНГОЛО-ТАТАРСКОГО ИГА

Вопрос о взаимосвязи монголо-татарского нашествия с тем, что м называем предысторией отечественного востоковедения, специаль­ ы но не разрабатывался ни историками России, ни востоковедами. Ис­ следование этой проблемы потребует участия представителей несколь­ ких смежных отраслей знания. В настоящем сообщении впервые сделана попытка обобщения материалов на русском языке, связанных с этой темой. Изучение опубликованных источников (летописей, ханских яр­ лыков русским митрополитам), а также литературы, так или иначе касающейся российской истории ХШ -ХДУ вв., позволило выявить от­ дельные разрозненные факты, которые, несмотря на их относительную немногочисленность, дают возможность судить о характере культурно­ го взаимоотношения Руси и Золотой Орды. Разработку этой сложной темы можно вести в двух аспектах: I ) изучение русскими самих монголо-тагар и 2) накопление на Руси в условиях монголо-татарского ига сведений о Востоке в целом .

С установлением над Русью монголо-татарского господства (1240 г. ) в течение двух с половиной веков русские люди разных званий обязаны были вступать в контакты со своими завоевателями, как у себя на родине, так и во время поездок в Золотую Орду. По­ скольку существовал языковый барьер, требовались переводчики. Они стали называться толмачами. Именно с этого времени должность тол­ мача на Руси стала постоянной.^ Очень скоро русские поняли, что гораздо безопаснее и выгоднее иметь переводчиками соотечественни­ ков, выучивших язык врагов. В литературе в связи с этим было выс­ казано интересное предположение о теш, что лица, служившие толма­ чами и часто ездившие в Орду, назывались ордынцами: селясь в од­

- 71 ном районе Москвы, они дали название известной московской Ордын­ к е.3 Некоторые из толмачей н астолько овладевали монгольским и тюркскими языками, что могли д ела т ь письменные переводы официаль­ ных документов. Пример тому - так называемые ханские ярлыки р у с­ ским митрополитам, освобождавшие русскую церковь от поборов, суда и повинностей перед правителями Золотой Орды. Эти важнейшие исто­ рические памятники дошли до нас благодаря тому, что были сразу переведены на русский язык и в виде переводов сохранились в л е т о ­ писных текстах .

Находки, сделанные в последние годы на м естах золотоордынс­ ких поселений, неопровержимо доказывают, что и в самой Орде по­ д о л гу жили русские: князья, духовные лица, купцы, военные, рабы .

Эти люди в какой-то мере осваивали чужой язык, знакомились с об­ разом жизни и историей м естного народа. Те из них, которым удава­ л о с ь вырваться из плена, передавали приобретенные знания другим людям, и некоторые из этих сви д етельств очевидцев попали в пись­ менные источники.® Насильственно навязанное жителям Руси длительное общение с монголо-тагарами способствовало увеличению числа ориенгализмов в русском языке.® Некоторые следы м он голо-та та р ск ого влияния оста ­ ли сь также в характере официальных церемоний и в обычаях р у сск и х.7 Особый интерес представляют д ля нас рассказы современников о том страшном времени, о набегах врагов, о разрушениях, о поезд­ ках русских в Орду, сохранившиеся в летоп и ся х, составлявшихся в разных городах Руси. Записи летоп и сц ев, несмотря на то, что они создавались в самых неблагоприятных услови ях, содержат объективо ную оценку событий .

Фольклорные произведения эт о го времени в сочетании с другими источниками также заслуживают внимания историков, поскольку в них отразились общенародный приговор историческим фактам и лицам, от­ ношение русских к завоеванию страны как явлению временному и их твердая вера в освобождение родины от м он голо-татарского и г а.9 Все сказанное выше подтверждает, что суровая действительность подневольного существования, независимо от субъективных стремле­ ний, за ставляла русских приобретать и накапливать сведения о сво­ их в рагах, причем сведения, актуальные именно в той обстановке .

Если же говорить о накоплении на Руси в ХШ-ХЕУ вв. знаний о Востоке в целом, го в этом плане влияние м он голо-татарского наше­ ствия было исключительно негативным. Именно оно повлекло за собой ряд явлений, которые свели почти к нулю процесс ознакомления рус­ ских с восточными народами .

Киевская Р усь с незапамятных времен имела политические, тор­ говые, культурные сношения с такими восточными странами и облас­ тями, как Иран, Крым, Северный Кавказ, Поволжье, Сибирь, Средняя Азия. Эти исторически сложившиеся связи с наступлением м онголотатарского ига были резко нарушены и на д о л го е время прерваны .

Атмосфера постоянной опасности, угрозы, тревоги не создавала условий д ля духовного развития страны, д ля культурного общения с восточными и другими народами. По словам М.Н.Карамзина, в го вре­ мя, когда в Европе развивалось просвещение и возникали универси­ теты, "в сие время Россия, терзаемая монголами, направляла силы свои единственно д ля т о г о, чтобы не и с ч е з н у т ь ". ^ 3 огне пожарищ безвозвратно гибли библиотеки рукописных книг, в частности, с ма­ териалами о В остоке. В условиях гн ета и зависимости резко изме­ нился характер летописания. Краткость, разрозненность повествова­ ния, преобладание жизненно важных д ля страны тем (о действиях врагов и обо всем связанном с этим) - все это привело к почти полному отсутствию в анналах сведений о соседних странах, как Востока, гак и Запада .

С Х1У в. началось возрождение Руси. Увеличивалась территория госуда р ства ; границы е г о приблизились к странам Востока; в состав е г о вошли Сибирь, Поволжье; ширились разнообразные связи с вос­ точным миром. Все это сп особствовало тому, что от века к веду стало расти количество русских материалов, связанных с Востоком .

Эго - документы П осольского и других приказов, бумаги дипломати­ ческих и религиозных миссий, описания путешествий, своеобразные словари - "глоссари и -азбуков н и к и ", торговая документация, пере­ писка и т.д. Наличие подобных материалов, оседавших в архивохра­ нилищах и со временем ставших ценными первоисточниками, было од­ ной из важнейших предпосылок перехода от предыстории отечествен­ ного востоковедения к следующему этапу - к зарождению в России в начале ХУШ в. научного изучения Востока .

I. В.В.Б артольд, История изучения Востока в Европе и России. Изд .

2. Л., 1925, с.1 7 1 : Б.Д.Греков, А.Ю.Якубовский, Золотая Орда и ее падение. М.- Л., 1950, с. 258; А.Ю.Якубовский, Из истории и з у изучения монголов периода X I-дШ вв. - "Очерки по истории рус­ ского востоковедения". Сб. I. М., 1953, с. 74-75; В.В.Каргалов, М онголо-татарское нашествие на Р у сь. М., 1 X 6, с.1 28-130 ; Б.М .

Данциг, Ближний Восток в русской науке и литературе. М., 1973, с. 12; Л.В.Черепнин, М он голо-таташ на Руси ХШ в. - В с б. "Та­ таро-монголы в Азии и Е вропе". М., 1977, с. 206; М.Д.Полубояринов, Русские лвди в Золотой Орде. М., 1978, с.38 и др .

2. В.В.Григорьев, 0 достоверности ярлыков, ташшу тянямхт Золотой Орды русскомудуховенству. - В сб. "Россия и Азия". СПб., 1876, с.239-241; А.Н.Кононов, История изучения тюркских языков в Рос­ сии. Л., 1972, с.16-17 .

3. Полубояринов, ук. соч., с.38 .

4. J O.Приселков, Ханские ярлыки русским митрополитам. Пгр., 1916, (Публикация текста ярлыков на отсеком языке); Григорьев, ук .

соч., с. 170-258; Н.И.Веселовский, Несколько пояснений касатель­ но ярлыков, данных ханами Золютой О рды русскому духовенству .

"Записки имп. русского географического общества по отделению этнографии", т.34. СПб., 190%, с.525-536; М.А.Усманов, Жалован­ ные акты Джучиева Улуса Х1У-ХУ1 вв., /Казань/, 1979, с. 73 .

5. Полубояринов, ук. соч.; Григорьев, ук. соч., с.240: Н.И.Весе­ ловский, 0 религии татар по русским летописям. - "Журнал мини­ стерства^народного просвещения". Новая серия, й 7, отд.2. СПб.,

6. В 1871 г. перед выпускниками Факультета восточных языков Пе­ тербургского университета - соискателями медалей была постав­ лена задача: "исследовать... насколько оно /монголо-татарское владычество - А.К\ J оставило следы свои в языке русском^. Зо­ лотую медаль за сочинение на эту тему получил В.Д.Смирнов (1846-1922) - впоследствии известный тюрколог. Рукопись этой студенческой работы - см. Архив востоковедов Л0 И АН СССР, В ф.50, оп.1, ед.хр. 141 .

7. Н.И.Веселовский, Татарское влияние на русский посольский цере­ мониал в Московский период русской истории. СПб., I 9 I I ; его асе, Пережитки некоторых татарских обычаев у русских.-"Живая стари­ на*. СПб., 1912, с.27-38 .

8. Полное собрание русских летописей, т.2. М., 1962, с.778-787, 791-795,799-800,805-809,840-855,от1-884,928 и др.; А.Н.Насонов, История русского летописания XI - начала Х1 1 века. М., 1969, У1 C.I8D-I87,190,195-198,205,207,219-221,246,272,349-350,352,359, 422,427,448-449,458 и др .

9. Монголо-татарское иго гак глубоко запечатлелось в памяти наро­ да, что на протяжении многих веков русские былины отождествля­ ли врагов Руси с образами татар: эго "злой Калин-царь", "Батый пес Батыевич". "басурманская рать", "царь Мамаище" и др. - см .

В.Старостин, Илья муромец. Богатырские былины, м., 1967, с. 99Цит. по Греков, Якубовский, ук. соч., с.249 .

–  –  –

Важное место в изучении ирано-грузинских политических отноше­ ний занимают вопросы, связанные с борьбой царя Теймураза I (1606г г. ) за независимость Грузии. Несмотря на то, что ряд спе­

- 74 циалистов (исследования которых посвящены, главным образом, выс­ туплениям грузинского народа против шахского правительства в пе­ риод правления Аббаса I ) ухе касались данной темы, 1 мимо их вни­ мания прошел такой важный первоисточник как "Хуласат ас-сийар" Мухаммад-Ма'сума б.Ходжаги Исфахани, достаточно полно отражающий взаимоотношения паха Сафи I (1629-1642 г г. ) с царем Кахети .

'Аббас I (1587-1629 г г. ), приступив к завоевании Закавказья, особое значение придавал покорению Грузии. Во время турецкой кам­ пании 1606 г., Отвоевав Грузии, он поручил с согласия грузинской знати управление Кахети Теймуразу, "дабы правил он ею и был поко­ рен шаху". 3 При этом шах Аббас обещал не обременять жителей на­ логами, не подвергать их религиозных гонениям, и всегда назначать правителем области кого-либо из представителей грузинской аристо­ кратии. 3 Однако 'Аббас I не желал довольствоваться вассальными отно­ шениями Картли и Кахети прежде всего потому, что грузинские зем­ ли постоянно привлекали к себе внимание России и Турции. Поставив перед собой целью полное подчинение грузин, он с многочисленным войском в 1614 г. отправляется в Кахети, а затем в Картли .

В ответ на это, грузинский народ поднялся на борьбу с захват­ чиками. Год сцустя, одновременно восстали кахетинцы и ширванцы .

Только уничтожив 100 тыс. чел. и полностью разорив этот край, 'Аббас I сумел подавить восстание.^ В 1625 г. в Грузии началось восстание под руководством Геор­ гия Саакадзе, который заручившись поддержкой князей Картли и Ка­ хети, напал на Карчига-хана, посланного шахом для подавления ос­ вободительного движения грузинского народа, и разгромил персидс­ кую армию. Сторонники Саакадзе повсеместно развернули борьбу с шахскими войсками: например, в одной из битв кызылбаши потерпели поражение, потеряв при этом 12 тыс. чел. ; 3 ‘Аббасу I пришлось пойти на компромисс и вновь признать вассальным царем Кахети Теймураза. Однако, сразу ж после смерти 'Аббаса I (1629 г. ), е Теймураз, как свидетельствует наш источник, объединив под своей властью Картли и Кахети, вновь поднял восстание. 3 Захватив Тбилиси и ряд крепостей, Теймураз, намереваясь ока­ зать поддержку Давуд-хану, правителю Карабага в уничтожении каджарских племен, двинулся в сторону 1Ьнджи. 7 Сам Теймураз так рас­ сказывает о своем походе: "Ходил я в Кацджию и ее разорил, выжег и высек... И Арез я выжег, и ходил близко Артаула, разорявши мес­ та шаховы и побил 13 тыс. персидских людей". 3 "А Даут-хана, продолжает повествование Теймураз, - п ослал я тотчас к с у л т а н у ".9 Но су лта н, видимо, не оказал подпершей Теймуразу, так как 25-ти тысячный корпус шахской армии, возглавляемый сепахсаларом Рустамбеком, разбил войско Теймураза. Спустя некоторое время в наказа­ ние за выступление Теймураз был смещен, а управление Картли пере­ дано Рустам -хан у куллар-акаси (163 2 -1 6 5 8 ), который ста л цареммусулъмаяином на картлийском п р есто ле. Указ о назначении Рустам тп хана и приводит в своем сочинении Мухаммад-Ма сум .

Рада упрочения собственного положения Рустам-хан женился на сестре могущественного правителя Одиши - Левана Дадиани-Мариам .

Наш автор сообщает, что шах Сафи одобрил этот выбор и прис­ л а л ему в подарок почетные халаты и лошадь с золотым снаряжением .

По сведениям же Тахир Вахида, Рустам-хану были поднесены деньги туманов.11 Этот б р а к,б езусло в н о, был вызван политическими мотивами, по­ скольку Леван Дадиани становился союзником Рустам-хана в борьбе против Теймураза и формальным вассалом Ирана. К тому же Западная Грузия, которая прежде находилась вне сферы влияния Ирана, попа­ дала в вассальную зависимость от сефевидского государств а. Для Дадиани это родство было также выгодным - он подучал поддержку Рустам-хана в борьбе против Турции и царя Имереги. Данные о по­ мощи шахских войск Левану Дадиани приводит к своих донесениях русский посол в Грузии Федот Елчин. В свою очередь, сведения нашего автора свидетельствуют о том, что Дадиани неоднократно присылал своих послов ко двору шаха, где им преподносились п очеттз ные одежды .

Следующее выступление Теймураза произошло в конце I0 4 I/ I6 3 2 г. Его войска вновь были разбиты и понесли большие потери. По данным ЭДухаммад-Магс у ш, в плен попало 5-6 тыс. его сторонников .

Самому Теймуразу удалось скрыться в Баши-Аджук.14 Грузинскими исследователями установлено, что Теймураз обра­ щался за помощью к русскому царю, однако, сложное внутреннее и внешнее положение русского государства (война со Швецией и Поль­ шей) помешали России оказать поддержку Теймуразу. ^ ЕЬступление Теймураза, вероятно, можно рассматривать как попытку добиться полного освобождения Грузии от господства Ирана .

Хотя Н.Т.Накашидзе считает, что "Теймураз не собирался восста­ вать против Ирана и его поход ограничивался более скромной зада­ чей: наказать ханов-вассалов Ирана за активное и неоднократное участие в разорении Грузии”, ^ с этим утверждением можно со гла ­

- 76 ситься лишь до известной степени. Возможно, Теймураз и преследо­ вал именно эту цель, но только до 1632 г .

Сведения Мухаммад-Ма?сума свидетельствуют о нарастающей борь­ бе Теймураза против шахского правительства. Потерпев поражение, Теймураз не собирался мириться с потерей Картли. Его новое вос­ стание (в 1043/1634 г. ), перед которым он заручился поддержкой правителя Баши-Адаук, было подавлено. Правитель Баши-Аджук попал в плен, потеряв в бою 2-3 тыс. своих воинов. Сам Теймураз с сыном правителя Баши-Аджук "обратился в бегство" и укрылся в крепости Канат .

По-видимому, непрерывная борьба Теймураза объясняется угро­ зой потери независимости, которая нависла над Восточной Грузией .

Как установлено Г.Д.Джамбурией, в 1634 г. Теймуразу и его сторон­ никам удалось занять Кахети. В то время Сафи I, готовясь к войне с Турцией, не имел возможности переключиться на грузинские дела и был вынужден признать Теймураза кахетинским царем и своим вас­ салом. Однако, персидские источники утверждают, что шах изменил свое отношение к Теймуразу и возвратил ему управление Кахети только после того как породнился с ним, женившись на его дочериР П рассказу Олеария, дочь Теймураза была выдана замуж за шаха при о заключении перемирия между Сафи I и грузинским царем. Она стала его второй законной женой.^ Цухаммад-Маf сум не приводит об этом подробных сведений, он упоминает лишь о том, что дочь Теймураза была доставлена во дво­ рец шаха Вустам-ханом.^ Н автор не сообщает, случались ли в дальнейшем столкнове­ аш ния между Рус гам-ханом и Теймуразом. Как установлено Н. Т.Накашидзе, шах Сафи I смирился с воцарением Теймураза в Кахети: в фирма­ не от января 1642 г. шах Сафи награждает Теймураза титулом "вали Кахети", но в этом ж фирмане от титулует Русгам-хана - "вали е Картли", называя его младшим братом .

В 1648 г. уже при ^Аббасе П (1642-1666 г г. ) Вустам-хан выс­ тупил против Теймураза с целью подчинить себе Кахети. Отряд Тей­ мураза был разбит, и он "погруженный в тяжелое горе и печаль"^ отправился ко двору шаха Аббаса П, где спустя несколько лет умер от недута .

Выступление Теймураза за объединение Восточной Грузии в силу ряда причин (экономического упадка Кахети, ослабление антиранских сил и т.д.) не могло закончиться успешно. Тем не менее, оно имело огромное значение для дальнейшей борьбы грузинского народа за

- 77 свое освобождение. Оценивая деятельность царя Теймураза, нельзя не согласиться с мнением грузинских исследователей, которые счи­ тают, что своей беспрестанной борьбой Теймураз вынудил двор иран­ ского шаха отказаться от открытой иранизации Грузии. ^

1. Н.Г.Гелашвили, Из истории ирано-грузинских взаимоотношений .

Тбилиси, 1978; Сведения "Заил-е тарих-е Алам-араи-е Аббаси" о последних днях семейства Унциладзе в Иране. - "Сессия востоко­ ведов, посвященная 30-ю Тбилисского университета". Тбилиси, 1976, с.45-46; Г.Д.Джамбурия, Социально-политическое положение Грузин в первой половине ХУЛ в. Тбилиси, 1975; Н.Т.Накаищдзе, Грузино-русские политические отношения в первой половине ХУЛ в .

Тбилиси, 1978; Ю.Сванидзе, Из истории грузино-турецких взаи­ моотношений в ХУ1-ХУП вв. Тбилиси, 1969; Ш.А.Месхиа, Я.З.ЦЙНцадзе. Из истории русско-грузинских взаимоотношений Х Ш в .

У Тбилиси, 1958, .

2. М.О.Дарбинян-Меликян, Закарий Канакерци. М., 1969, с. 187 .

3. Charden, Voyages en Perse et autres lie u x de ! • O rie n t. P a r is, 1830, v. 2, p.65. Подобную уступку грузинским феодалам можно объяснить стремление шаха Аббаса I не допустить вмешательства России в дела Грузин. Известно, что после убийства шахом Аб­ басом кахетинского царя Александра П, знать Кахети послала пле­ мянника последнего - царевича Баграта за помощью в Россию. Уз­ нав об этом, ш ах Аббас I возвел на престол Теймураза, с тем, чтобы лишить русское государство сторонников в Кахети. Подроб­ нее ем.: Месхиа, Цинцадзе, ук. соч., с.64 .

4. Подробнее см.: Накашидзе, ук. соч., с.55 .

5. Подробнее см.: Джамбурия, ук. соч., с.72 .

6. Мухаммад-Ма '"сум б.Ходжаги Исфахани. Хуласат ас-сийар. Ркп .

б-ки Мюнхена, л.70а; Рассказ о том, как Теймуразу удалось объединить эти две области встречается у Искандера М и: дело унш в том, что соперниками Теймураза в объединении Грузии были пра­ витель Картли Симон-хан и владетель Арагвского ущелья Зураб .

После смерти Аббаса I обострилась вражда между этими правите­ лями, которая закончилась убийством Симон-хана Зурабом. После этого Зураб, как рассказывает Искандер М унши, пытался сблизить­ ся с Теймуразом, но тот, чтобы доказать "верность" шаху, убил Зураба. Пах Сафи в награду за эго назначил сына Теймураза пра­ вителем Картли. См.: Искандер М и. Зайл-и та-’ рих-и Аламараунш йи Аббаси". Ркп. ГПБ, Б. Дорн, 303/1, л л.356-36а .

7. Мухашад-Ма°сум, ук. соч., л.70а; Как известно, Аббас I смес­ тил с поста беглербека наследственного правителя Карабаха из acгии Зийад-оглы Мухаммад-Кули-хана и на его место назначил S уд-хана, сына полководца Аллархвирди-хана .

8. М.Полиевктов, Материалы по истории грузино-русских отношений I6I5-I640 гг. Тбилиси, 1937, с.П б .

9. Там же .

10. Мухаммад-Ма^сум, ук. соч., л. 746. Восстание Давуд-хана вызва­ ло гнев шаха, и он казнил его брага Имам-Кули-хана. Думается, при дворе шаха существовали две враждебные группировки - Рустам-хана и Давуд-хана. Не случайно на подавление мятежа Давудхана был отправлен Рустам-хан, которые не упустил благоприят­ ного момента расправиться со своим противником. Подробнее см.:

- 78 Накапщдзе, ук. соч., с.98-99. Если согласиться с этим высказы­ ванием, то можно предположить, что убийство Имам-Кули-хана бы­ ло совещено по настоянию Рустам-хана, стремившегося тем самым отомстить Давуд-хану .

11. Тахир Вахид, Рийаз ат-таварих. Ркп. ПШ, Б. Дорн, 303/3, л .

88а .

12. Путешествие русских послов ХУ1-ХУП вв. М., 1954, с.217 .

13. Щухаимад-^'сум, ук. соч., л. 756, 93а .

14. Там же, л. 806 .

15. Месхиа, Цинцадзе. ук. соч., с.68 .

16. Накапщдзе, ук. соч., с. 96 .

17. Мухаммад-Ма6сум, ук. соч., л.97б.Джамбурия, ук. соч., с.77 .

Тахир Вахид, ук. соч., л. 101а; %хаммад-Йусуф. Хулд-и барин .

19 .

Тегеран, 1938, с.220 .

20. Олеарий, Подробное описание путешествия Голыйгинского посоль­ ства в Московию и Персию. М., 1870, с. 881 .

21. ВДухаммад-Ма'сум, ук. соч., л. 1646 .

22. Накапщдзе, ук. соч., с.250 .

23. Дарбинян-Меликян, Закарий Канакерци, с. 187 .

24. Месхиа, Цинцадзе, ук. соч., с.81 .

–  –  –

М ЬЧЖ

АН УРСКИ РАЗГОВОРНИКИ ИЗ СО

Е БРАНИЯ Д И АН

ОВ С воцарением цинской династии в Китае (1644 г. ) маньчжурский язык был объявлен одним из официальных языков государства, языком делопроизводства, и знание его стало обязательным для всех госу­ дарственных служащих. При первых маньчжурских правителях, особен­ но начиная с периода правления императора Кан-си (1662-1722 г г. ), в государственных и частных школах проводилась активная работа по составлению маньчжурско-китайских словарей, грамматик, разго­ ворников в помощь изучающим маньчжурский язык .

Разговорники представляют собой сборники бесед и рассужде­ ний на различные бытовые темы и написаны разговорным маньчжурс­ ким языком соответствующего периода. Подобных памятников разго­ ворного языка сохранилось очень мало, поскольку основная часть литературы на маньчжурском языке - это переводы китайских произ­ ведений или деловые бумаги, написанные официальным стилем. В на­ стоящей статье будут рассмотрены маньчжурские разговорники из собрания Л0 ИВ АН .

_ 7Q Первый разговорник был издан в приложении к маньчужрско-кигайскому словарю "Дайцинь гУВУН-и йони битхэ" Jsqfel "Полная книга великой династии Цин". Этот словарь составлен учителем маш .

члурского языка китайцем Ш энь Ци-ляном ^ в 1683 г. П ри ложение, вошедшее во второе издание 1713 года, включает первую грамматику маньчжурского языка, сборники дидактических: и разговор ных фраз. Разговорник состоит всего из 10 небольших диалогов, от­ носящихся к повседневной жизни маньчжуров: к какому знамени при­ надлежит человек, история его семьи, застольные беседы и т.п .

Текст написан по-маньчжурски без китайского перевода .

Второй сборник разговорных фраз был одной из четырех частей грамматики Шоу-пина ^ ip-. Дополнив и систематизировав приложе­ ние к словарю Ш энь Ци-ляна, в 1732 г. он издал "Цинъвэн ки мэнъ" "Начальное обучение маньчжурскому языку” ( I тао, 4цз). Обе хрестоматии представляют собой иллюстрацию грамматиче­ ских заметок основного корпуса словаря и грамматики. Шоу-пин ха­ рактеризует эту часть своей работы следующим образом: "Сборник разговорных фраз содержит выражения из простонародного языка, но, овладев ими, можно читать современные книги". 2 Первая глава пос­ вящена необходимости изучения маньчжурского языка. Следукщие 52 главы - это рассуждения о выполнении служебного долга, диалоги при посещении друзей, описания болезней, занятий, праздников. По тематике и художественным средствам этот сборник намного богаче и ярче первого разговорника Ш энь Ци-ляна. Представлены не только беседы на бытовые гемы, но и небольшие рассуждения:"Время идет быстро, я не заметил как прошел год и наступил первый месяц. По воле Неба я стал старше еще на год. Поистине дни и месяцы мелька­ ют, как челнок, и старят людей. Когда я был маленьким, я тоже с нетерпением ждал праздника Нового года.Теперь я повзрослел, и у меня не только нет настроения /радостного/ ожидания /празднику/, но как только я слыщу, что лкди говорят о праздниках, у меня на­ чинает болеть голова".'* В 1746 г. издан сборник "Зерцало, в котором познав одно, по­ 5 C jifa стигнешь три" - — "Э Д б0 тачифи план бэ ВГ хафухяра манчжу гисун-и булэку битхэ": ( I тао, 4 ц з.). Этот сбор­ ник представляет собой переработку известного толкового маньчжур­ ского словаря "Манчжу гисун-и булэку битхэ" - "Зерцало маньчжурс­ кой словесности", изданного при императоре Кан-си. Текст сборника составлен неким Чжувэгу ( ), отпрыском царствующей династии .

- 80 Тщательно изучив содержание толкового словаря, Чжувэту расположил свой материал по предметным категориям: небо, время, траурные оде­ ж ы конная и пешая стрельба из лука и т.п. Б предисловии на мань­ д, чжурском и китайском языках автор объясняет название своей хресто­ матии - в "Зерцале, в котором познав одно, постигаешь три” ученик, to-первых, овладеет китайским языком, во-вторых, научится перево­ дить, в-третьих, усовершенствует свой маньчжурский язык. Книга состроена в форме вопросов и ответов: "Вопрос: Что значит радо­ ваться и веселиться? - Ответ: В прогулках есть радость гуляний, в отдыхе есть наслаждение отдыхом. Когда ходишь в гости, глаза блестят от радости, а когда отдыхаешь после работы, то получаешь аслаждение. Бели поступаешь согласно своим желаниям, это и есть радость".^ ("Разряд о радости и веселье") .

Следущим по времени издания был сборник "Сорок глав перево­ дов" - "Убалямбуха дэхи мзйен", отпечатанный "Щ в 1758 г. ( I тао, 2 ц з.). В предисловии на маньчжурском языке ав­ тор Кйъгуй пишет, что,будучи на военной службе,он в свободное вре­ м составил маньчжурские разговоры и дал им китайский перевод .

я [Щьгуй выражает надежду» что ученики не тсшко научатся маньчжур­ скому языку, но и найдут в этой книге примеры для подражания. 5 Основными темами "Сорока глав" являются чтение книг, занятия мань­ чжурским языком, стрельбой из лука, рассуждения о дружбе и почти­ тельности .

В 1764 г. генерал Дун, заботясь о подготовке маньчжур­ ских чиновников, принял участие в создании школы для детей восьмиэнаменных. В школе не имелось нужных учебников, и тогда он сам на­ писал книгу "Манчжу никан хэргэн-и камчиха исабуха битхэ" ^ ^ "Сборник важного на маньчжурском и китайском языках". За образец автор взял уже имеющиеся сборники разговоров и составил 100 бесед, уделив особое внимание размышлениям о важ­ ности изучения маньчжурского языка. 5 Почти одновременно с этой книгой появляется сборник "Легкие разговоры на маньчжурском языке" - "Манчжу гисун бэ чжа-и гисурэрэ битхэ" ( I ц з.) Он составлен в 1766 г. главным письмоводителем пехоты монгольского желтого с каймой знамени Бэхэ. В предисловии Бэхэ пишет: "Маньчжурский язык - это язык нашей родины и не знать его невозможно. К сожалению, в столице знамен­ ны люди по много лет живут шесте с китайцами и с раннего детст­ е ва сначала учат китайский язык, и только когда подрастают, их от­ правляют в маньчжурские школы читать книги и учить маньчжурский 6 - 81 язык. Прозанимавшись один-два года, они, хотя и знает слова и по­ нимают речь, сами свободно говорить не могут. Все это от того, что нечетко учат служебные слова, а произношение, употребление и значения слов объясняются плохо - поэтому им так трудно овладеть маньчщурской речью. В связи с этим, я, недостойный, собрал замет­ ки по произношению, употреблению и значениям слов и составил эту книгу". Книга "Легкие разговоры на маньчжурском языке" посвящена освоению разговорного маньчжурского языка. В первой главе пред­ ставлена беседа учащихся, один из которых дает возможные конст­ рукции с глаголом "аламби” - "говорить”. Вторая глава - диалог о распространенных ошибках произношения, в третьей, последней гла­ ве, идет разговор о написании маньчжурских слогов и транскрипции китайских слов .

Наиболее популярным и разнообразным по содержанию явился сборник "ТаньГУ мэйен" - — §^|L"C to глав". Об авторе хрестома­ тии известно ли тт. то, что он лил во времена императора Цянь-луна п (1736-1796 г г.) - некто "покойный Чж с запретным именем Синь" и.8 он написал маньчжурский текст разговорника .

^ Текст известен в нескольких редакциях, одна из которых - мань­ чжурско-китайская "Манчжу гисуни ойонъго чжорин и битхэ" - "Важ­ ^ тао 4 нейшие разъяснения маньчжурской речи" ц з.). В собрании маньчжурских рукописей и ксилографов ЛО И АН В есть издание 1809 г. с предисловием неизвестного автора, в кото­ ром" говорится: "Маньчжурский язык - это основа маньчжуров и не должно быть таких, кто не знает е г о... Однако можно встретить лю­ дей, которые понимают по-маньчжурски, но если с ними заговорить, го они теряются и краснеют. Все это от того, что они не занимают­ ся и не практикуются в разговоре. Более того, есть такие смешные /лвдщ7, которые еще не усвоили маньчжурскую речь, а скорее учатся переводить. Раз'ве они отличаются от тех, кто отправляясь в госу­ дарство Ю обещает вернуть назад повозку или из песка хочет сва­ э, рить кащу?".® В книге есть небольшое грамматическое введение, за­ канчивающееся стихотворением "Семь букв, шесть слов" на запомина­ ние некоторых букв. Объем книги - четыре тетради .

В 1794 г. китайский текст "Танъгу мэйен" был переведен на монгольский язык состоящим в свите императора бригадным генера­ лом маньчжурского красного без каймы знамени, императорским зя­ тем Дэлэком. Монгольский текст записан маньчжурским алфавитом и издан в хрестоматии "Руководство для начинающих" ф з ^^ Самая поздняя редакция "Ста глав" - это маньчжурско-монгольоко-китайский текст "Разговоры, записанные на трех языках" План чахин-и хэргзн камчибуха гисун битхэ" ( I тао, 4 д з.). Составил его монгол 'Фу Цзюнь, издавший текст в 1830 г., а в 1829 г. написавший предисловие, где и дается история составления и использования текста "Танъгу мэйен”. Указанные ре­ дакции "Ста глав" создавались в разное время и дополнялись в за­ висимости от интересов составителей, поэтому они незначительно от­ личаются друг от друга .

"Сто глав" - это сборник смешанного содержания, включащий диалоги, рассуждения, короткие рассказы, отражающие различные сто­ роны жизни и быта маньчжуров. Из всех перечисленных разговорщиков "Таныу мэйен" выделяется наиболее разнообразной тематикой, яр­ костью художественных средств и более сложным построением глав .

Например, часто делаются ссылки на высказывания китайских мудре­ цов для подтверждения мысли того или иного собеседника, что не попадалось в предыдущих текстах.Разговорник "Сто глав" оказал­ ся самым популярным среди китайцев и маньчжуров и неоднократно переиздавался вплоть до конца 19 в .

Из предисловий и текстов разговорников очевидно, что основной темой сборников было изучение и распространение маньчжурского язы­ ка. На важность этой задачи постоянно указывают составители хрес­ томатий. Интересно отметить, что в начале 18 в. первые разговорни­ ки были написаны только по-маньчжурски (как, например, в словаре "Дайцинъ гуруни иони битхэ") и рассчитаны на людей,знавших язве .

Позднее появилась необходимость записи текста на двух языках:

маньчжурском и китайском. Отчасти эго объясняется тем, что к кон­ цу 18 в. маньчжуры, проживавшие в собственно Китае, начали забы­ вать родной язык и в быту все чаще пользовались китайским языком .

С другой стороны, двуязычный разговорник был полезен и китайцам, изучавшим маньчжурский язык для сдачи государе гвеных экзаменов и продвижения по службе .

Со временем тематика разговорников становится более разноообразной, и к середине 19 в. главы об изучении маньчжурского языка отходят на второй план, а основными становятся темы конфуцианской морали и нравственности ( например, в "Ста главах" и их редакциях) .

Причиной этому является распространение конфуцианства среди мань­ чжуров, начиная с правления Кан-си, и особенно во времена Цяньлуна, когда и создавался текст "Ста глав" .

–  –  –

Спасение живых существ от адских страданий - мотив не новый для буддийской литературы. Первоначально в произведениях буддий­ ских авторов в роли спасителей выступали либо Хонгшим-бодисатва (Авалокитешвара), в буддийском пантеоне само воплощение милосер­ дия (один из его наиболее употребительных эпитетов "Великий Мило­ сердный"), либо богиня Ногоон Дара-эхэ, г.е. всегда это были суще­ ства сверхъестественного, божественного происхождения .

В "Повести о Цусго-ламе" таким могущественным освободителем становится уже простой лама - существо вполне земное, хотя, ра­ зумеется, и преисполненное добродетелей и религиозных заслуг, заклюкавшихся, впрочем, судя по тексту повести, лишь в почитании трех драгоценностей (Будды, его учения и монашеской общины), а также чтении священник книг .

Подобное возвышение чудодейственных спасительных способнос­ тей лам до уровня, доступного прежде лишь божественным силам, об­ наруживаемое в поздних религиозно-дидактических сочинениях, объяс­ няется переменами, произошедшими в тибетском буддизме, результаты которых позволили западным ориенталистам охарактеризовать тибет­ скую ветвь учения Будды как "ламаизм". Действительно, в тибетском варианте буддизма образ ламы, активно распространянпего святое учение и направлявшего каждого верующего по пути истинной веры, становится важнейшим элементом всего учения о спасении .

Естественно, что такие изменения отразились и в письменной тибетской (а позже и монгольской) литературе, в том числе и пове­ ствовательной. В качестве примера можно привести тибетское сочи­ нение ХУ1 в. "Повесть о Чойджид-дагини", в котором трижды появля­ ются ламы, уводящие из ада живые существа, находившиеся там. Прав­ да, ламы эти освобождают не всех, а только своих родственников и тех, кто был связан с ними духовными и прочими узами, т.е. выслу­ шивал их проповеди, молился с ними, а также кормил, одевал и де­ лал подношения. Причем, эрлики, служители ада, строго следят за тем, чтобы из ада не ушел кто-либо не достойный спасения и воз­ вращают таких обратно с помощью железных крюков. Заметим также, что описания этих лам-спасителей в "Повести о Чойджид-дагини" со­ ставляют лишь краткие вставные эпизоды в довольно пространном изображении суда Владыки Дна .

Иное дело "Повесть о Бусю-ламе", которая целиком посвящена идее всеспаситеяьной силы лам и где их авторитет и могущество представлены в наиболее чистом виде и доведены до наивысшей сте­ пени. Потому-то главный персонаж повести,проходя по многочис­ ленным отделениям ада, беспрепятственно опустошает большинство из них, отправляя томящиеся там существа к перерождениям в вноппос областях Будды и тенгриев .

Однако и в данном случае лама освобождает не всех грешников .

Н причины этого заключаются не в каких-то внешних обстоятельст­ о вах или недостаточном мотуществе ламы, а в неискупности грехов, за которые наказываются эти недостойные спасения существа. Так, милосердие Гусю-ламы не распространяется на осквернителей и раз­ рушителей монастырей и изображений Будды, а также на лвдей, уни­ ж их и оскорблявших при жизни буддийских монахов .

авш

- 85 Кроне милосердного спасителя Гусю-лаыы в повести упомянуты еще два ламы о аналогичными хе функциями. Один из этих лам по име­ ни Ирнджамц, при жизни прославился строгим воздержанием от запрет­ ного и длительна! созерцанием. Подобные религиозные подвил наибо­ лее характерны для раннего буддизма, хде самоусовершенствование почиталось главнейшей задачей религиозной деятельности .

Судя же по тексту нашей повести, большего одобрения у тибет­ ских н монгольских буддистов заслуживала релилозная активность второго ламы, который, как оказалось, за всю свою жизнь бесчислен­ ное число раз прочитал шестисложное "мани", т.е. самую короткую и распространенную у буддистов священную формулу "ом ма-ни пад-мэ хум". На то, что подобное усердие почиталось весьма похвальным и заслуживающим всяческого подражания, указывает, например, такой эпизод, включенный в "Повесть о Гусю-ламе". Узнав о приближении этого, второго, ламы, Эрлик Номун-хан произнес: "Как бы мне встре­ титься с таким великим святым ламой!", после чего вышел даже нару­ жу и поклонился в сторону того ламы .

Следует также отметить, что в приведенном отрывке довольно отчетливо прослеживается связь с фольклором монгольских народов .

Дело в том, что в сочинениях тибетских авторов, более строго при­ держивавшихся канонических представлений о повелителе ада, Эрликхан изображался всегда как всемогущий и грозный судья, перед ко­ торым трепещут все представшие на суд души умерших. И уж во вся­ ком случае в подобных произведениях мы не встретим упоминаний об Эрлик-хане, выходящем кланяться или хотя бы даже встречать лам у ворог ада. В монгольском ж эпосе и фольклоре Владыка Ада изобра­ е жался не столько грозным и неподкупным судьей, сколько зловредным существом, мучившим умерпих и причинявшим всяческие беды ж ивым существам. К тому же, судя по циклу сказок о Балан-сэнгэ и Даланхудалчи,* обнаруживается, что Эрлик-хана легко было подкупить или обмануть. Потому-то для героев таких сказок вовсе не считалось невозможным или зазорным одурачить Эрлик-хана или даже проучить за злонамеренные козни и неправедный суд, как это можно видеть в сказании о Гэсэре. Подобные народные представления были еще, ви­ димо, свежи для автора "Повести о 1Усю-ламе" и потому отголоски их находим в этом раннем произведении бурятских буддистов .

Необходимо учесть и то, что сам образ посредника между миром ж ивых и потусторонним миром, тоже спасающего умерших от мук ада, не является чем-то соверпенно новым и необычным для монгольской народной словесности. Рассказы о хождениях в ад ради вызволе—

- 86 опуда душ умершее была и предке известны монголам. Не тогда ebb ею составляло одну не ваииейппгх отраслей шаманской практики х до нас дошел ряд описаний шаманских мистерий, изображавших нутешест^ вне в ад за душой умершего. 2 С распространением ламаизма место шамана занял, разумеется, дама и таким образом новое содержание легко заполнило уже имев­ шиеся традиционные формы и буддийским проповедникам не драилось существенно ломать устоявшиеся эсхатологические представления но­ вых адептов своей веры. Стремление к приспосабливанию буддийских космологических и эсхатологических представлений к новым условиям можно проследить и в самом описании областей ада, представленном в "Повести о 1Усв-ламеп .

Вся повесть композиционно состоят из пятя частей: I. Сошест­ вие iycu-ламы в ад. 2. Встреча с Эрлжк-ханом. 3. Дутенеетипе по адам. 4. С Эрлик-хана. 5. Поучения Эрлик-хана и возвращение уд Гусю-ламы. Из них три первые части посвящены изображено) адов ж их окрестностей. Все эти части построены но единому принципу расспросы Тусю-ламы об увиденном н разъяснения, даваемне различ­ ными персонажами .

В первой части такие объяснения об устройстве подземных об­ ластей мира дает старушка, встреченная ламой на склонах ледяной горы. Этот персонаж, неизвестный сочинениям индийских н Тибетс­ ких авторов, попал в монгольскую литературу, вероятнее всего, из китайских описаний путешествий в ад. Так, в китайских историях о хождениях в ад неоднократно упоминается старушка по имени Пэн, угощавшая "чаем забвения” всех прибывающих в пределы ада. 2 Эта ж старушка упоминается в одной южномонголъекой версия "Повести е о Чойддид-дагини", а также в монгольской "Повести о Наран-Гэрэл", созданной под сильным влиянием китайской повествовательной лите­ ратуры. Видимо, из этих сочинений указанный персонаж и был заим­ ствован автором "Повести о 1Усю-ламе" .

Описываемая в первой части область, это еще не сам ад, а только преддверие его, где помимо уже упомянутой ледяной горн, известной также по устнш народным рассказам о загробном мире, расположены еще и четыре моста,- ведущие в различные области пе­ рерождений живых существ. Три из них (золотой, красно-медный и желто-медный) ведут в высшие области благоприятных перерождений .

Четвертый, железный, ведет к местопребыванию Эрлик-хана. В индотибетской литературе обычно упоминается всего тпш мост. Так в легенде о Маутгальяяне описан золотой мост, по которому могут

- 87 Пройти только добродетельные существа."Адские" мосты из золота, серебра, нефрита и т.д. (до шести мостов), кавдый из которых Предназначен только для определенного вида перероадений, описаны в китайской повествовательной литературе о ховдениях в ад. И это, Видимо, является развитием первоначальной идеи о возможности или Невозможности переправы через мост в зависимости от суммы добрых П порочных прижизненных деяний.^ Любопытно, что эта идея в своем Первоначальном виде также нашла отражение в "Повести о Гусю-ламе" При описании железного моста .

Судя по представленному в повести описанию, когда на этот Мост ступали грешные существа, то он, становясь толщиной с волос, сразу же обрывался и грешники проваливались в ад. Добродетельные Не беспрепятственно проходили по мосту. И здесь мы обнаруживаем Третий источник заимствования, ибо представление об "адском воло­ сяном мосте” наиболее характерно для народных эсхатологических воззрений монголо-и тюркоязычных народов Сибири .

Следующее затем описание встречи Гусю-ламы с Эрлик-ханом на­ чинается с наставлений Владыки Ада о бренности всего живого и Пользе святого учения. Аналогичные наставления помещены в сценах Суда и затем в конце повести, уже перед возвращением Гусю-ламы в Мир живых. После наставлений Эрлик-хана следует описание некото­ рых адов. Эго "кровавое море", "мучительный ад" и "область бириТов". Изображенные во второй части повести ады должны, видимо, Соответствовать близлежащим адам в системе описаний канонических Сочинений. Перечисление основных адов помещено уже в третьей чассочинения .

?и Нужно отметить, что картины близлежащих адов, также как и Цдов "горячих" и "холодных", весьма отличны от характеристик ка­ нонических сочинений. Судя по всему, неизвестный нам автор "По­ нести о Гусю-ламе" не ставил перед собой задачи воспроизвести в Повести всю систему буддийских адов, а выделив наиболее характер­ ные (и, наверное, страшные) из них, обозначил лишь общую структу­ р у буддийской преисподней. Так, в повести описаны, и притом весь­ ма кратко, только "горячий", "холодный", "мрачный" и "коробчатый" Нда, "ад экскрементов и мочи", а также "ад животных". Гусю-лама Расспрашивает владык тех адов о причинах страданий помещенных туНа. Выслушав объяснения, лама освобождает большинство из них и Отправляет в области высш перерождений .

их Кроме уже названных нами неизбывных грехов, остальные упомя­ нутые в повести грехи вполне традиционны для обширной дцдактической буддийской литературы. Это - убийство живнт существ, сплетни и сеяние вражды, скупость и обман, недостаточное усердие в делах веры. Правда, один из указанных грехов прежде не встречался нам в других описаниях буддийских адов. Грех этот заключался в сиде­ нии с "непочтительно вытянутыми ногами" в присутствии лам или перед изображениями Будды. За это в аду таким грешникам отрубали ноги .

Закончив путешествие по адам, 1Усю-лама опять возвращается к престолу Эрлик-хана и здесь начинается четвертый раздел повес­ ти - описание суда над душами умерших. Наиболее подробное и кра­ сочное изображение такого суда в письменной литературе на мон­ гольском языке находим в "Повести о Чойдавд-дагини". Гораздо ла­ коничнее суд Эрлик-хана описан во второй редакции "Повести о Наран-Гэрэл", выполненной под влиянием истории о деве Чойджвд. И, наконец, самое краткое из известных нам, изображение суда помеще­ но в "Повести о Гусю-ламе". В этой повести шесто лам и мирян, родовитых особ и простого люда, богатеев и бедняков, изображен­ ны в предыдущих двух повестях, появляются белый и черный мужчи­ х на, белая и черная женщина, как олицетворения добра и зла, при­ жизненной добродетели и греховности (с р.: "десять белых доброде­ телей" и "десять черных грехов" многократно упоминаемые в буддий­ ской этико-назидательной литературе). Все перечисленные в этих сценах деяния (как добрые, так и греховные) исключительно рели­ гиозного характера и таким образом здесь в предельно сжатом и на­ глядном виде изложены основы буддийского учения о посмертном воз­ даянии и возмездии. Трудно определить конкретный прототип описа­ ния суда в "Повести о Гусю-ламе". Скорее всего это парафраз на тему многочисленных назидательных буддийских трактатов о сущнос­ ти добра и зла, изложенный в наиболее уместной в данной ситуации форме суда Эрлик-хана .

Более определенно можно судить об истоках следующего эпизо­ да, включенного в последнюю, пятую, часть повести. В самом конце этой части (и всей повести в целом) сообщается, что уже на обрат­ ном пути в мир живых, Гусю-лама повстречался со старушкой, кото­ рая, как выяснилось, прежде была его матерью. Поэтому лама тут ж отправляет ее перерождаться в область Вуддые

- 89 - В дакнем эпизоде также вполне вероятно влияние двух тради­ ций - народной монгольской н буддийской, поскольку мотив спасения енном своей матери из бездн ада был шкроко известен в письменной литературе монголов и в составе эпической го-происхождению Гэсэрмда. я индийской легенды о Молон-тойне (Маутгальяяне), и тибет­ ского сборника сказок "Улигерун ном*. Правда в "Повести о Гусюламе" он не связан с основной сюжетной линией произведения, а яв­ ляется вставным элементом, своего рода данью литературной моде, подражанием более известным и почтенный литературным образцам .

Итак, "Повесть о Гусю-ламе" была создана в Бурятии в период начала распространения там буддизма. Автором повести был, несом­ ненно, лада достаточно хорошо знакомый не только с буддийской эс­ хатологией, но и с образцами монгольской письменной литературы, содержащими повествования о хождениях в потусторонний мир. Одна­ ко, использовав ряд мотивов и элементов таких описаний, автор соз­ дал оригинальное произведение, наиболее отвечающее сложившемуся в то время уровню сознания и развитости художественного мышления, а также задачам, стоявшим на том этапе перед проводниками нового учения ореди бурят .

Одной из главных задач в то время было утверждение авторите­ та и влияния л я и в неизбежном и остром соперничестве с шаманами, выразителями народных религиозных воззрений с уже вполне сложив­ шимся пантеоном, культом и обрядностью. Выполнению этой задачи и посвящена в основном рассматриваемая нами повесть .

К очевидным достоинствам сочинения можно отнести простой и общепонятный язык, которым оно написано, отсутствие растянутых описаний и многословных религиозных назиданий, весьма характерных для большинства произведений дидактической литературы. Удачна и форма повести. Построенная в значительной мере на диалогах, она наиболее отвечает традициям устных пересказов, в виде которых она, вероятнее всего, также бытовала. Немалый интерес представляют и элементы народной эсхатологии, обнаруживаемые в "Повести о Гусюламе", что позволяет в какой-то мере уяснить характер и приемы приспосабливания буддийского учения в условиях распространения в новой конфессиональной среде .

1. Г. Н. Потанин, Очерки Северо-Западной Монголии. Вып.4, СПб., 1883, с.241-244 .

2. Потанин, ук. соч., с.64-68; Г.В.Ксенофонтов, Сошествие шамана в в преисподнюю. - "Воинствующий атеизм", 1931, № 12 .

–  –  –

Дарения веша с религиозной целью ради искупления грехов известны в Индии с древнейших времен. 1 Довднентальнне свидетель­ ства о пожаловании деревень брахманам н храмам относятся к рубелу наш ерн. Первыми появляются наскальные надписи, а позже - мед­ ей ны дарственные таблички. ^ В Кашире подобных документов не най­ е дено, хотя дарения земель и там быки широко распространены, бо­ лее того, они тоже оформлялись специальным дарственным докумен­ том, написанным, вероятно, на недолговечном матерние. Доступные нам сведения о земельных пожалованиях в Кашмире содержатся в поэме-хронике "Раджатаранпши". 3 Автор поемы, по всей вероятнос­ ти, имел в распоряжении документы о дарениях земли среди тех ис­ точников, которши пользовался при написании поемы ( I 15, прнмеч.) .

Землевладения индуистских храмов, буддийских монастырей и, брахманов упомянуты в "Раджатарангини" более 80 раз, начиная с первой книги. Они обозначены термином "аграхара", который употреб­ лен в поеме в двух значениях: I ) "община брахманов", такие общ ины во множестве учреждались правителями; 2) "аграхара" в смысле "брахмадея" - дарение земельного участка духовному лицу или уч­ реждению .

В качестве дарителей сначала указываются только пара.(все 15 случаев в первой книге), затем члены царской семьи (в основ­ ном царицы), позже упомянут н брахман, чудесным образом получив­ ш й богатство (1 376), в УП веке - министры. К ХП веку дарения, и совершаемые богатыми министрами,становятся обычными .

При Авантивармане (X в.) дарителем деревни брахманам высту­ пает даже Суйя из низкой касты, который дарит деревню, основанную и на им ж осушенных землях (У 120) .

ы е Среди дарителей бывают нарушители дхармы, которых Кадхана осуждает, равно как и брахманов, принимающих аграхары от нечес­ тивых, ибо "дающий и принимающий очень сходны во вкусах" ( I 308),

- 91 и такие брахманы "худшие из двалдырожденныхn ( I 307) - так кошентирует он дарения аграхар жестоким Михиракулой. Тем не менее, Калхана тут же приводит мнение авторитетов, которые считают, что "да­ рением аграхар и подобными деяниями он искупил свою жестокость" (I 311), что вполне совпадает с традиционными индуистскими предписа­ ниями, по которым даже небольшое земельное дарение очищает от грехов .

Аграхары основываются и преподносятся не только собственно кашмирским брахманам, но и брахманам, приглашенным из других зе­ мель. Тот же Ыихиракула даровал аграхары брахманам из Гандхары (I 307,314), Гопадитья - брахманам из Арьядеши ( I 341) и других свя­ тых земель ( I 343), которых он якобы, пригласил, чтобы восстано­ вить дхарму. Не исключено, что иммиграция брахманов по царскому приглашению, действительно, имела место. Далее в поэме неоднократ­ но говорится о пребывании в Кашмире ученых из других земель и выез­ де из Кашмира местных ученых в связи с тяжелыми экономическими и политическими условиями .

Иногда "Радкагарангини" сообщает, что брахманам и храмам да­ руются деревни, а в иннг случаях - земли вместе с деревнями. На­ пример, царь Дурлабхавардхана даровал брахманам деревню Чандраграма ( 1У 5 ), о Лалитадитье автор говорит, что невозможно сосчитать, сколько "богатства, деревень и вкладов" даровал он святилищам ( 1У 206), Джаясимха даровал "деревни, доходы, утварь и большие рыноч­ ные постройки уважаемым членам храмового совета и пр. лицам, к ко­ торым благоволил" (УШ 3319). В других случаях в поэме говорится, что даруются "земли вместе с деревнями": царь Шрешгхасена даровал область Тригартху "вместе с деревнями" храму Правареша (Ш 100), Лалитадитья - завоеванные земли Каньякубджи /совр. Канаудд/ "вме­ сте с деревнями" храму Адигьи (ЛУ 187), он ж "даровал земли и де­ е ревни" вновь построенному храму (1У 190), а храму Вишни он даже даровал построенный в Локадунье "богатый город вместе с деревня­ ми" (1У 193) .

Всякий раз, когда речь идет о дарении деревень, несомненно, имеется в виду передача дарителем (государством или частным лицом.) налогов и прочих доходов с этих деревень храму, г.е. передача пра­ ва верховной собственности на эти земли. Если же упоминается даре­ ние невозделываемых земель, пустошей, то на эти земли храм получа­ ет и право подчиненной собственности, т.е. право распоряжаться этими землями, возделывать их, сдавая в аренду, и получать за это соответствующую плату.® Так, например, происходит с пустошами,

- 92 которыми владеет ученые, благодаря тону, что Джаясимха даровал ш деревни, богатые иевозделываемнми землями (УШ 2395). В случае, когда собственником таких земель является храм, создается анало­ гичная ситуация. По всей вероятности, именно о таких случаях идез речь, когда в поэме специально оговаривается, что даруется земли и деревни .

Возможны различные варианты и сочетания права верховной и подчиненной собственности. При этом, доходами с земель храмовне служители могут пользоваться не только индивидуально, но и оообща. Так, в одном случае указывается, что царь Саядхимати "даровал налог с больших деревень как вклад на /содержание/ каждого линга­ ма, который с течением времени ныне утрачен паришадом /храмовым советом - Т.С J ” (П 132). Этот последний пример недвусмысленно говорит о том, что даритель уступил свое право на верховную соб­ ственность (или на часть ее) в коллективное распоряжение храмово­ му совету .

До новейшего времени в Кашмире существовала практика коллек­ тивного владения доходами храма. Все поступления в храм, натураль ные и денежные, образовывали общий фонд, который делился между членами жреческой корпорации пропорционально их участию в даятмп .

ности храма после вычитания тех сумм, которые шли на содержание храма (П 132, примеч.). Это не исключало персональных земельных пожалований, как в приведенном выш примере дара "лицам, к кото­ е ры благоволил” царь (УШ 3319) .

м На цустошных землях новые владельцы были, как правило, и верховными и подчиненными собственниками. Традиционно теоретиче­ ски считается, что сходные по условиям держания землевладения, брахманов, храмов и монастырей даруются в вечное пользование и освобождаются от налогов и податей,® т.е. объявляются обеленными землевладениями с полным правом верховной собственности на них .

На практике ж часто оказывается, что верховная собственность е религиозного учреждения является не полной, а частичной, в боль­ ш или меньшей степени обязанной делиться с государством своими ей доходами .

Такое ограничение права религиозного учреждения на верхов­ ную собственность имело место и в Кашире. Как часто бывает, об этом становится известно из сообщений об отмене какого-либо огра­ ничения. В правление Харш (XI в. ) у храма Бхимакешава были отоб­ и раны богатства, вероятно, храмовая утварь ("серебро и прочие цен­ ности"). В знак протеста члены паришада применили испытанное

- 93 средство давления - голодовку, в результате которой они "принуди­ ли царя даровать им в качестве компенсации освобождение от пере­ носки грузов" (УП 1080-1088). Это важное свидетельство позволяет сделать вывод о том, что крестьяне, работавшие на храмовых зем­ лях, обязаны были нести государственную трудовую повинность, т.е .

до момента ее отмены верховная собственность этого храма была не полной, обязанной государству выполнением работ по переноске гру­ зов. Судить о том, насколько широко распространялось данное огра­ ничение, было ли это частным случаем или общим явлением, не пред­ ставляется возможным .

Переноска грузов не была единственным ограничением. В ХП в .

в Авантицуре брахманы устроили голодовку против главы ведомства падагры, который постоянно "увеличивал поборы и даже конфисковал пастбище священных коров" (УШ 2224,2226). Эти "поборы" тоже ука­ зывают на ограниченный характер собственности брахманов на землю .

То есть, в таком случае можно говорить, что верховная собствен­ ность на храмовую или брахманскую землю "расщепляется" между хра­ мом и государством, т.е. создается вассальная иерархия, храм вы­ ступает вассалом по отношению к государству как собственник. Не исключено, что на этой вассальной лестнице были и другие лица .

Положим, что феодал, обязанный частично делиться своими доходами с государствам, уступал храму в качестве дара часть ренты, кото­ рую он получал со своих земель (например, определенный вид побо­ ров), а остальное оставлял себе .

Есть и другие примеры ограничения храмовой собственности. В конце XI в. царь Шанкараварман "системой налогов отбирал собст­ венность богов" (7 166). Вполне возможно, что это касается части собираемой храмами ренты. Правда, тогда ж было основано ведомст­ е во аттапатибхага, взимающее налоги с рынков (У 167), а поскольку храмам принадлежали рыночные постройки (УШ 3319), не исключено, что речь идет о рыночной собственности. Если храму жаловались ры­ ночные постройки, то это могло означать, что храму жалуются нало­ ги с этих построек, которые прежде взимались дарителем, или ж е даруются сами постройки в полное распоряжение храму, причем в последнем случае за государством могло сохраняться право на взи­ мание налогов с построек в полном размере или частично. Таким об­ разом, в сфере торговли просматриваются два вида собственности, аналогичные тем, которые были отмечены в сельскохозяйственной сфере: верховная собственность храма на налоги и его подчиненная собственностьна постройки.’'’

- 94 В Кашмире из-за острой нехватки плодородных зал ель особенно ш ироко была распространена конфискация ранее пожалованных земель, вто относилось и к религиозным дарениям. Наиболее известны изъя­ тия храмовых земель в XI в. Может быть именно потому, что конфис­ кация подобного рода была вполне обычной, дарения земель храмам ке фиксировались на долговечном материале (меди, камне). Возмож­ но, что и сами храмы порой были более заинтересованы в других ви­ дах обеспечения .

В частности, в поэме упоминаются фиксированные пожалования храмам из государственной казны. Уже упомянутый царь Шанкараварыан отнял у храмов земли, выдав компенсацию, и "как земледелец заставил землю давать продукт" (У 170). "Уменьшив деления на ш ка­ ле весов на одну треть, он дал членам паришада сверх годового вознаграждения в счет средств существования стоимость шерстяной одежды" (У 171). Таким образом, земли были поставлены под прямое фискальное управление (У 170, примеч.), и вместо права взимать налоги с земель государство предоставило храмам фиксированное ж а­ лованье, выплачиваемое как натурой, так и деньгами. Вероятно, та­ кая система не продержалась долго, поскольку далее в поэме опять упоминаются дарения агрехар и деревни, принадлежавшие храмам. При упомянутом фиксированном жалованье храмы получали часть совокуп­ ного феодального дохода госуд арства, а функция вне экономического принуждения по отношению к крестьянам сосредотачивалась в руках царя .

1. P.V.Kane, H isto ry o f dharm asastra, v.2. Poona, 1941, pp.840История Индии в средние вейа. М., 1968, с.41 .

3. K alh an a's R a ja t a r a n g in i, e d.M.A.S te in, v.1 (S a n s k rit t e x t ), Bombay, 1892, v. 2 (e n g lis h t r a n s la t io n ), Westm inster, 1900 .

Ссылки на этот источник даны в статье в круглых скобках, рим­ ская цифра обозначает книгу (таранту), арабская - шлоду) .

5. Эти два разряда собственности выделены на основе средневековой тамильской классификации собственности Л.Б.Алаевым: История Индии в средние века. 14., 1968, с.113-118,152-158 .

6. См., напр., Артхашастра или наука политики. 14.-Л., 1959, П.1 .

7. Е.М.Медведев, Важ ный источник по истории индийского города раннего средневековья (надпись из Ахара), - "Санскрит и древ­ неиндийская культура'.' 14., 1979, ч.2, с. 60 .

–  –  –

"Ихйа ал-мулук1("Воскрешение" царей), сочинение Малика Ш ах Хусейна Систани (род. 1571),* посвящено области Сисган и излагает ее историю с древнейших времен вплоть до 1619 г. Особый интерес представляют материалы, характеризующие политическую ситуацию в Систане и сопредельных районах последней четверти ХУ1 - первой четверти ХУЛ вв. Автор был не только свидетелем многих современ­ ных ему событий, но и их участником. Отдельные детали и историче­ ские эпизоды не найти в других исторических хрониках, освещающих этот период. Один из таких эпизодов является темой данной заметки .

1577-1587 гг. - время правления в Иране шаха Султан-Мухаммада Худабанде, старшего сына Тахмасба I. В Хорасане еще в начале его правления восстали Кызылбашские племена устаджлу и шамлу. Номи­ нальным наместником Хорасана в это время считался младший сын ш а­ ха Мухаммада, Аббас-мирза (род. 1571 г. ). Его воспитатель (лапе) Али-кули-хан.правитель Герата и глава племени шамлу, в союзе с Мурпшд-кули-ханом, правителем Мешхеда и главой племени устаджлу, поддержанные своими племенами, провозгласили шахом Аббас-мирзу (1581), чтобы самим управлять от имени мальчика. Затем между прежними союзниками началась борьба за власть? По словам Ш арафхана Бидлиси, "в начале весны 994/1586 г. благодаря интригам зло­ умышленников дружба и искренность в отношениях Муршид-кули-хана устаджлу и Ахи-кули-хана шамлу сменилась враждой и неприязнью".3 Али-кули-хан, желая расправиться с Муршид-кули-ханом, шесте с Аббас-мирзой и войском Хорасана выступил через Ка’ ин в Мешхед .

Встреча произошла в пустыне между Джунабадом и Махулатом. Успех явно был на стороне Али-кули-хана. Однако Мурпшд-кули-хан оказал­ ся предусмотрительным. По его распоряжению его лкщи из племени устаджлу похитили во время битвы Аббас-мирзу и доставили к нему .

Али-кули-хан уже торжествовал было победу над Муршид-кули-ханом, как пришло известие о захвате Аббас-мирзы людьми из племени устад­ жлу. Покинув; поле брани, Али-кули-хан спешно вернулся в Герат, большая часть его знати попала в плен. М ежду тем, %рпщд-кули-хан с величайшей торжественностью отвез Аббас-мирзу в Мешхед, поста­ вил его на царство, а сам стал оплотом его власти.^ Али-кули-хан, не рассчитывая удержать власть собственными силами, обратился за помощью к кандагарским мирзам и к правителю Мавераннахра АбдаллахО у П (1557-1598). Кандагарские мирзы не спешили с оказанием пош «щн Али-кули-хану, в то время как Абдаллах-хан П, который ухе щ но нинатиряд экспансионис гские планы в отношении богатого Хорв­ ш ата с его шюдороднши почвами и развитой ирригацией, большими юргово-ремесленными городами, не заставил себя долго ядахь и вес­ кой 995/1587 г. во главе стотысячного войска перешел воды Амурьи. 27-го джумада П 995/4 ишя 1587 г. армия хаиаюсхажовжжасьла герем в степи в 2-х фарсахах от Герата. Али-кули-хан, узнав о црнЛнтии узбекского войска, раскаялся в своем поступке, но было поздао. В последующие дни узбекское войско все ближе подходило к горо­ ду, пока 2-го раджаба/8-го июня того же года не заняло] все окрестаости города и закрыло перед осажденными "врата входа и выхода" .

Осада города продолжалась, по словам Шараф-хана Вхдлиси Щ, с.255месяцев и 21 день. В пятницу 18-го раби Q/17-го марта 1588 Г. Герат был занят войсками Абдаллах-хана. На шестой или седьмой день после взятия города Абдаллах-хан выехал с основными силами овоего кочевого ополчения в сторону Мешхеда .

В это же время часть войск Абдаллах-хана предприняла попытку овладеть Систаном. По сообщению автора "Ихйа ал-цудук",® могущест­ венный эмир Абдаллах-хана Шахим-бий из племени аргун или Ш ахиыКурчи с отрядом в 10-12 тысяч конных воинов выступил в Систан че­ рез Кухисган. Узбеки решили напасть на Систан с запада, со сторо­ ны откуда их менее всего ждали. В качестве проводника ош взяли, о собой Мир-Алама Хузайму. Нам ничего не известно об этом челове­ ке. Никаких сведений о нем в "Ихйа ал-мулук" нет. М ожно полагать, что он был из Систана, и, судя по имени, принадлежал к знати. Для него тюркские кочевники были чужеземными завоевателями. Именно поэтому Мир-Алам Хузайма намеренно завел отряд узбеков из Маверавнахра в Кирманскую пустыню, в сторону, противоположную от границ Систана, на расстояние около ста километров. За свой дерзкий пос­ тупок он был убит узбеками, но спас свою страну н народ от разоре­ ния и гибели, ибо, когда узбекское войско вернулось вновь к цита­ дели Табаса, откуда оно держало путь на Систан, оно было не в со­ стоянии продолжить свой поход. От долгого пути по пустыне и от ж ды погибло большое число воинов и их коней .

аж Подвиг Мир-Алама Хузаймы явился ярким проявлением патриотиз­ ма. Память о нем сохранилась только благодаря "Йхйа ал-мулук" .

Вот как об этом здесь рассказывается:

"...После победы над Гератом Шахим-курчи, сипахсалар, с 12 тысячами конных воинов обратил свое лице в Кухистан. Прихватив с

- 97 собой М Адама Хузайму, он выступил в направлении Сисгана через ир пустыню с западной стороны Сисгана. Когда они подъехали к-цитаде­ ли Табасайна,''' по счастливой случайности до прибытия узбекского войска в Табасайн вступил со своим караваном накиб Сабик-и М ир Вайс, калантар (градоначальник) Ука. При нем находились десять стрелков. У Сеййиди Икбаля, нукера малика маликов и стража цита­ дели Табасайна, тоже было пять-шесть стрелков. Внезапно 12 тысяч конников с целью овладеть крепостью, заткнув полы халатов за пояс, с четырех сторон крепостной стены подтащили /шумовые/ трубы и на­ чали штурм, забираясь на крепостную стену. Стрелки из цитадели, приставив стволы ружей к груди неприятеля, стреляли. Пуля прохо­ дила через спину первого и поражала следующего, карабкавшегося за ним. Всего было убито из узбекского войска почти 400 человек. На­ конец, они (узбеки) сосредоточились все с одной стороны цитадели и потребовали у жителей крепости угацения. Сабик-и М Вайс и ир Саййиди Икбал дают на угощение тем лвдям несколько манов фиников и одну корову. В ту ночь они покинули ту местность и направились в Систан .

Мир-Алам Хузайма, обрекая себя на смерть, выступил вперед и повел узбеков в пустыню. Пока /наступило/ утро, они отошли от до­ роги на Систан на десять фарсахов. Так шли они/ до полудня.

Нако­ нец, Шахим-курчи говорит Мир-Аламу:

- Я слышал, от Табасайна до Сисгана - 12 фарсахов. М прошли ы уже 15 фарсахов, и все еще не видно никакого признака Систана .

Быть может, ты завел нас в Кирманскую пустыню, известную под наз­ ванием пГург"?

- Да, произошла ошибка, и я сбился с пути, - ответил МирАлам .

- Ты, должно быть, поступил так намеренно, - возразил Ш ахимкурчи .

Воистину, если бы этот мужественный человек, пожертвовавший собой ради рабов повелителя верующих и последователей дома проро­ ка, не поступил подобным образом, те десять ( ! ) тысяч узбеков,ко­ торые шли в Систан, убили бы всех местных маликов и их подданных или ж схватили бы их и увели в плен, ибо все они беспечно сидели е на своих местах и были разрознены и никак не предполагали о прихо­ де своих врагов с западной стороны Систана. Не ждали они никого и по известным дорогам. За несколько лет до этого, когда для оса­ ды Герата приходил шах, равный по своим достоинствам Искандеру, в сопровождении ста тысяч эмиров Ирака, малик ал-мулук Систана и

- 98 не подумал оставить Рашкак, свою резиденции, и переехать в другое долее укрепленное место. Они полагали, что приход войска узбеков подобен приходу войска кызыЛбашей. Как только те вступят в преде­ лы Систана,можно будет укрыться в укрепленном месте .

После этих переговоров Шахим-курчи приказал казнить Мир-Алама Хузайцу и тем самым возвел его в ранг шахида .

Когда они (узбеки) вернулись к цитадели Табасайна, две-три тысячи их коней подохли от отсутствия воды, погибли также около тысячи воинов. Идти в Систан у них не было больше сил .

- Теперь люди узнали о нашем приходе, - оправдывались они .

Из Табасайна они держали путь на Герат, где доложили хакану Ту­ рина истинное положение той страны и ее народа."

–  –  –

см. также Шараф-наме, П. с.256. Заметим, что поход Абдаллаххана на Иран отнесен в "Та*рих-и *Аламара-и еАббаси" к началу 996/1587-88, соответственно датой захвата Герата назван 997/ 1588 г .

6. Ихйа ал-мулук, с.267-68 .

7. То есть "два Табаса". так как город состоял из двух городов, соединенных вместе: Табаса Кулаки и Табаса Масинан .

–  –  –

Крестьянская война 1627-1646 гг. - крупнейшее в средневеко­ вом Китае народное движение, приведшее к гибели правящую династию М и сыгравшее огромную роль в истории страны.^" Историография ин

- 99 этого движения весьма обширна. Тем не менее картина движения ост.ч ется неполной. Исследователи отмечают узость и классовую однород­ ность источниковедческой базы, основным источником которой счита­ ется "Мин ши" (История династии Мин), где дано официальное и за частую фальсифицированное толкование истории крестьянской войны .

Это и понятно, если вспомнить, что "Мин ши" создавалась на протя гении почти ста лет специальной комиссией, которую назначали циипристально контролировавшие и направлявшие ее В этом свете нам представляются интересными сведения о крес­ тьянской войне, содержащиеся в "Баоцзюань о Чун-чжэне", уникаль­ ном ксилографе из коллекции 10 ИВ АН СССР.3 Такие сведения можно найти во многих местах сочинения, а главы Х1-Х1У целиком посвяще­ ны отдельным эпизодам войны. В баоцзюань не отражены некоторые эпизоды, выделенные официальной версией как особо важные, узловые (например, совещание повстанческих вождей в Инъяне, капитуляция Ли Цзы-чэна в ущелье Чэсянся, военный совет в Сяньяне и д р.) .

Вместе с тем, в нем содержатся сведения, отсутствующие в официаль­ ной версии истории этого периода. Ряд событий дан в иной интерпре­ тации. Это касается и роли Ли Цзы-чэна на разных этапах движения (бесспорна, кажется, роль Ли Цзы-чэна как лидера лишь на послед-нем этапе), и вопроса о том, с какими отрядами он входил в соеди­ нение, с какими вощдями кооперировался, в каких местах действовал, от кого принял руководство повстанческой армией и т.д .

События, описанные в баоцзюань, обрываются взятием Пекина по­ встанцами и гибелью императора. Сюжет развивается в двух планах .

Это линия императора Чун-чжэня, который, согласно баоцзюань, явля­ ется воплощением императора Юн-лэ, и линия Ли Цзы-чэна, воплощения Духа огня. Ли Цзы-чэн мстит императору за "несправедливо обижен­ ных" (т.е. казненных) генералов - духов огня, которые в свое вре­ мя помогли Юн-лэ победить варваров .

Ниже мы остановимся лишь на некоторых сведениях, посвященных Старому мусульманину, одному из повстанческих вождей, а также роли Сиани, главного города Шэньси - провинции, в которой вспыхнули первые очаги восстания .

Согласно официальной версии, Ли Цзы-чэн в начале восстания был командирш небольшого отряда, входившего в соединение, кото­ рым командовал Гао Ин-сян. После гибели Гао в 1636 г. Ли Цзы-чэн наследовал его прозвище "Чуан-ван" и стал во главе всей арМии Гао .

Эта армия либо действовала самостоятельно, либо координировала свои действия с соединениями других вождей .

- 100 Из изложенного хе в баодзтнь следует, что Лк ЦзытЧан насле­ вовал не Гао Ин-сяну, а Старому мусульманину (т.е. Ма Воу-ииу), от которого и принял "великое дело", врученное ему тяжела, брадам охдеы перед смертью. Судя по всему, Старнй мусульманин руководил О рудны соединением. Ему подчинялось несколько вождей, в том чис­ м ле и Ли Цзы-чэн. На руководящую роль Ли выдвинулся лишь после смерти Старого мусульманина .

Что касается Сиани, то этот город в официальные источниках а занимает столь значительного места, как Инъян, Сяньян кии Кай?

фен. В нашем памятнике роль Сиани оказывается более значительной .

Старый мусульманин, "взбудораживший” всю западную Цинь (т.е.Шэньои и примыкащие к ней районы Ганьсу и Нинся), захвали Сиань и обосновался в нем. Тут он разбил соединение правительственных войск под командованием фу Цзун-луна, Чжэн Чун-цзяня, Хун Чэн-чоу, Л Юань-биня и Сунь Ин-юаяя, посланных императором отбить Сиань ю у "разбойника”. Судя по всему, в Сиани Старый мусульманин нахо­ дился достаточно продолжительное время. Заболев и почувствовав приближение конца, он созвал подчиненных ему вождей н передал "великое дело” Ли Цзы-чэну. Похоронив своего вожака в горах'цод Сианью, повстанческие вожди собрались на совет, на котором Ли Цзы-чэн предложил отрядам разделиться и действовать самостоятель­ но. В Снанн Ли Цзы-чэн оставил своих побратимов, наказав нм обу­ чить военному делу новое пополнение, а сам "снова" двинулся на Кайфэн (видимо, речь идет о третьей осаде Кайфэна), после чего он опять возвратился в Сиань. Позже, опять же в Сиани, был заклю­ чен клятвенный союз, а затем совершено гадание, в результате че­ го Ли Цзы-чэн был провозглашен императором. Он создал новое госу­ дарство Да Щунь, взял новый девиз правления Юн-чан. Как явствует из текста баоцзюань, именно Шэньси он хотел сделать "главным го­ сударством", а удел Янь со столицей в Пекине -"второстепенным" .

Опять ж в Сиани на совещании с "лжечиновниками" был принят план е похода на Пекин. В "Мин ш и других работах местом принятия и” столь важного решения назван г.Сяньян.^ Попробуем датировать некоторые события, о которых шла речь вы е. Анализ текста баоцзюань приводит нас к выводу, что смерть ш Старого мусульманина произошла в период между второй и третьей осадами Кайфэна, т.е. после первого и до четвертого месяца 1642 г. (с I марта по 29 апреля). Между тем в официальных источниках упоминания о М Шоу-ине встречаются в связи с событиями, датируа

- 101 - 7 -3 298 емьши девятым месяцем 1643 г. (13 октября-13 ноября).5 Кроме того, в официальных! источниках сам характер взаимоотношений М Шоу-ина а и Ли Цзы-чэна выглядит совершенно иным: М Ша оу-ин упоминается сре­ ди шести партизанских воддей, присоединившихся к основной армии Ли Цзы-чэна после третьей осады Кайфэна, т.е. после девятого мес .

(октября) 1642 г. 6 Относительно времени, когда Ли Цзы-чэн взял Сиань, в баоцзюань и официальных источниках также существуют разногласия. Так, "Мин ш сообщает, что оборонявший Сиань генерал Ван Гэнь-цзы в и” середине одиннадцатого месяца 1643 г. (что соответствует концу декабря по европейскому летосчислению) вынужден был сдать город Ли Цзы-чэну.7 Согласно ж "Баоцзюань о Чун-чжэне", Ли Цзы-чэн е обосновался в Сиани после смерти Старого мусульманина, т.е. до четвертого мес. 1642 г. Более того, Ли Цзы-чэн получил Сиань не от минского генерала, а по "завещанию” Старого мусульманина, ко­ торый, согласно тексту баоцзюань, завладел Сианью задолго до сво­ ей кончины .

После третьей неудачной попытки взять Кайфэн, Ли Цзы-чэн увел армию в Сиань,, где занялся обучением новобранцев, а некото­ рое время спустя был заключен клятвенный союз, совершено гадание, в результате чего, как было уже сказано выш Ли Цзы-чэн был про­ е, возглашен императором. Событие это по сведениям, почерпнутым из текста баоцзюань, можно датировать лишь приблизительно. Согласно официальным источникам, Ли Цзы-чэн вступил на престол в Сиани первого числа первого месяца 17-го года правления Чун-чжэня, т.е .

8 февраля 1644 г .

Уже по этим отдельным примерам видно, что датировка тех или иных событий в официальных источниках расходится с датировкой, которую можно вывести при анализе текста баоцзюань. При этом м ы отдаем себе отчет в том, что. баоцзюань не историческое сочинение, в нем мало точных дат, события можно датировать лишь относительно, располагая их в той или иной последовательности и ориентируясь на временные вехи, почерпнутые все из тех ж официальных источников .

е При всем том м полагаем, что сведения о крестьянской войне, из­ ы влеченные из "Баоцзюань о Чун-чжэне”, могут быть полезны истори­ кам для уточнения целого ряда деталей. А в том, что исследователи до сих пор все ещ уточняют и исправляют сведения официальных ис­ е точников, и не только по отдельным частным, но и узловым моментам движения, можно убедиться на примере статьи Фан Фу-жэня, опубли­ кованной в 1981 г. 8

- 102 Фан Фу-жэнь предлагает уточнения по поводу трех значительных событий, трактовка которых была идентичной во всех работах по дан­ ному движению. События эти следующие: I. лжекапитулявдя Ли Цзычэна в ущелье Чэсянся; 2. взятие Фзнъяна; 3. сражение при Тунгуань, В статье приведены доказательства, из которых следует, что общепризнанные обстоятельства так называемой "лжекапитудяции" Ли Цзы-чэна противоречат действительности. Проанализировав большой материал, автор статьи приходит к выводу, что капитулировали от­ ряды Бада-вана, Сецзыкуая и Чжан Мяо-шоу, отряда же Ли Цзы-чэна среди сдавшихся не было, т.к. в это время он находился в Ганьсу .

Битва под Фэнъяном признается всеми исследователями одной из крупнейших побед повстанцев, поскольку Фэньян был "средней” сто­ лицей, где находились могилы императорских предков. Согласно обще­ признанному мнению, Фэньян был взят отрядами Чжан Сянь-чдуна и Гао Ин-сяна. А поскольку Ли Цзы-чэн был под началом Гао, счита­ лось, естественно, что отряд Ли также принимал участие в этой битве. Между тем Фан Фу-жэнь приводит сведения о том, что отряд Ли оставался в Шэньси и в сражении под Фэнъяном участия не прини­ мал. Более того, не участвовали в этом сражении также и Чж Сяньан чжун, и Гао Ин-сян, которые в это время переменились в северо-за­ падном направлении от Фэньяна. Фан Фу-жэнь полагает, что город был взят отрядами Саоди-вана и Тайпин-вана .

Последним звеном в цепи неудач Ли Цзы-чэна, вынудивших его укрыться в горах, официальная версия признает1 поражение в конце 1638 г. на равнине у прохода Тунгуань. Сопоставляя множество за­ писей и докладов минских военачальников, Фан Фу-жэнь приходит к выводу, что сражение произошло не у Тунгуань, а у Цзытунпуань (сшибка произошла с легкой руки У Вэй-е в его сочинении "Суй коу цзи люе"). К тему же, это сражение не было последним перед уходом Ли в горы. Его отряд продолжал вести военные действия в районе Таохэ (в западной части Ганьсу), после чего прорвался на юг и ушел к Ханьчжуну .

Из всего сказанного видно, что многие важные события кресть­ янской войны, изложенные в многочисленных работах и, казалось бы, являющиеся бесспорными, до сих пор еще привлекают к себе внимание исследователей, которые ищут и находят новые материалы, по-новому прочитывают уже известные свидетельства, что зачастую позволяет исправить ошибки, уточнить отдельные неточности. В этой связи нам представляется, что сведения о крестьянской войне, сообщаемые "Баоцзюань о Чун-чжэне" нельзя игнорировать, т.к. они могут окаЮЗ - 7 -4 298 затъея вохезшшж исследователям, изучающ этот важ й этап в исим ны терки оредиевежовего Китая .

1. В исторической литературе нет единства по поводу датировки этого народного движения. lta принимаем точку зрения Б.Г.ДороПодросшее о "Нин ш и официальной историографии си. Б.Г.Доро­ и" нин, Официальная историографии и крестьянская война 1627-1641 гг. в Китае. - "Аграрные отношения и крестьянское движение в И., 1974, с.113-141; его же, Династийная история "Мин ш каг и" источник по истории крестьянской воины в Китае 1627-1646 гг .

Авго^е^е^ат диссертации на соискание уч.степ.канд.ист.наук,

–  –  –

- 104 не только художественные, но н биографические, исторические и др .

- полагалось пересыпать, украшать стихотворнши вставками. Стихи приводились в подтверждение.соображений автора, ибо емкая поэти­ ческая фигура, яркий образ полнее и глубже передавал мысль, выра­ женную прозой. Кроме того, стихи были призваны показать читателе образованность автора, его знакомство с творчеством поэтов-вдассиков. В русле этой традиции написаны и "Памятные записки" Мухамма­ да Риза Барнабади. В роду автора были поэтически одаренные.ищи, и сам он не был чужд поэзии, что не могло не сказаться на произве­ дении, выш ем из-под его пера: в "Тазкире" стихотворных строк и едш прозаических примерно поровну - по 3 000. Знакомство с сочинением убеждает в тем, что на долю стихов приходится отнюдь не меньшая смысловая нагрузка, чем на долю прозаического текста .

По своей форме стихотворения, содержащиеся в мемуарах - са­ мые разные. Чаще всего встречаются стихи в одну-две строки - мисра, фард, бейт. Словами ш*ир, наэм, ли-ракима (от автора) обозна­ чены стихотворения от 6 до 60 строк. Рубаи и газелей мало. Есть в "Тазкире" крупноформатные поэтические произведения - касыды (их около 15-ти), масневи и марсийе .

Стихи принадлежат самым различным авторам. Их можно разделит!

на три группы: I. знаменитые поэты; 2. стихотворцы из местной ад­ министрации; 3. поэты из рода Барнабади .

Крут знаменитых поэтов несколько необычен. Это - Хафиз, Хакани, Бидил, Ибн Ямин, Назим. Интересно, что при этом не отмечены стихотворные цитаты из произведений Фирдауси и Саади, хотя ощ а­ ущ ется влияние этих корифеев персидской литературы на автора "Тазки­ ре". Число стихотворений поэтов этой группы невелико - по одному, от силы по два на долю важного .

Во второй группе представляют интерес не столько творения поэтов,сколько их должности. Это - градоначальник, муогауфи и другие столь же влиятельные в масштабах провинции персоны. Коли­ чество их стихов совсем незначительно - в пределах десяти стихот­ ворений небольшого объема .

Что касается поэтов-барнабадцев, то здесь речь идет о трех именёх:Мухаммаде Аршаде (I6I6-I703 г г. ), Абу Талибе (ум. в 1718 г. ) и ШЬгхаммадеРизе (I7 5 I-I8 I5 г г. ), авторе "Памятных записок" .

Подавляющее число стихотворений в рассматриваемом сочинении при­ надлежит им .

Назначение стихов в сочинении многообразно. Во-первых, этого требовала упоминавшаяся вы е традиция. Во-вторых, стихи лиц ш

- 105 власть предержащих подводили читателя к мысли о тесных отношениях, которые существовали между барнабадцами и этими особами. В-треть­ их, объемистые цитаты из диванов Мухаммада Аршада и Абу Талиба Барнабади представляли их творчество в несколько приподнятом ви­ де, как известных поэтов, каковыми они, повидимоцу, не были. Вчетвертых, большие касыды в восхваление Мухаммада и других мусуль манских святых должны были свидетельствовать об особой набохностг .

барнабадцев и подчеркивать вес рода в духовной жизни края .

Стихотворные интерполяции "Тазкире" содержат немалую инфор­ мацию историко-культурного плана, особенно это относится к стихам, принадлежащим перу нашего автора Мухаммада Риза Барнабади. Благо­ даря им можно себе представить роль поэзии в. жизни лвдей этого круга. Мухаммад Риза прозой пишет свою биографию, называет дату рождения, рассказывает о родителях, учебе, жизни в Барнабаде, не­ взгодах, постиишх его в 90-х гг. Х Ш - первых годах XIX вв. Но У не меньше м узнаем о нем из его стихотворений, пересыпащих ы текст. Они позволяют проникнуть в духовный мир Мухаммада Ризы, очертить круг его знаний и понятий, узнать о чувствах, владевших им в разных ситуациях, оценить его отношение к отдельным лвдям и т.д .

Судя по "Тазкире", стихи в среде интеллигенции играли очень важную роль. Они сопровождали человека на всем его жизненном пу­ ти, отмечая все большие и малые вехи. Для запоминания дат сочиня­ лись стихотворные хронограммы. Они создавались не только на день рождения или кончины родственников, но и по поводу других семей­ ных торжеств либо важных хозяйственных дел, например, на закладку бани, рытье канала, строительство жилого дома и т.д. и г.п. По по­ воду важного этапа жизни сочинялись стихи и не содержащие хроно­ грамм, зато в них был какой-то запоминающийся образ, неожиданное словосочетание, эффектное сравнение или иной прием, позволяющий удержать их в памяти.

Так, о своем обучении Мухаммад Риза напи­ сал:

Школа открыла передо мной, калитку в розарий разума, Стоило учителю выпороть меня прутом, срезанным с того куста роз, и я ртал соловьем.* Привычный для персидской поэзии образ прекрасной благоухаю­ щей розы и сладкоголосого соловья подан в совершенно неожиданном ракурсе. Розарий - не объект любования, а - сумма знаний, необхо­ димая каждому человеку. Роза - наука не бывает без шипов - трудов,

- 106 а то и мук; их надо претерпеть, чтобы стать соловьем - эрудитом .

В стихах нашего автора м встречаем героев "Шах-наме" отго­ ы лоски коранических легенд и шиитской религиозной традиции. Особен­ но показательно в этом отношении стихотворное обличение, в котором Мухаммад Риза рисует своего врага как средоточие всевозможных,дей­ ствительных или воображаемых, пороков; их хватает для целого сон­ ма антигероев.^ Из стихов же можно получить сведения о заповедях, которыми в идеале должен руководствоваться всякий правоверный мусульманин приобретение знаний и совершенств и ревностное следование религии .

–  –  –

Того, что суждено, гы никогда своими средствами Не добьешься. То, что суждено, вскоре придет само .

Предопределенное осуществится в свое время;

Совсем слабый и немощный достигнет цели, если то суждено.®

–  –  –

Хитрые друзья, которых ты видипгь Мухи, вьющиеся вокруг сладкого:

Пока не выпьют все до капли, Будут, как осы, жужжать над ухом .

Когда же деревня твоя обеднеет, Кошелек и кубок зазвенят как рубаб, Друзья покинут тебя, и печальный Bi поймешь, что друзей-го у тебя и не было .

или еще:

–  –  –

В этих рассуждениях, являвдихся результатом жизненного опы­ та, автор идет даже дальше - высказывает упрек в адрес правителя и его двора, что неожиданно для человека, воспитанного в духе почитания властей .

Все придворные внешне любезные, а внутренне злобные:

Золото делает руки черными, хотя они и белые.^ или о царевиче Махмуде:

–  –  –

Особый интерес представляют стихотворения типа документов своеобразные прошения, иски, жалобы. Такие бумаги Мухаммад Риза составлял несколько раз, обращаясь к очередным гератским властям, которые в период междоусобиц конца Х Ш - начала XIX вв. менялись У часто. Все они составлены по определенной схеме. Автор называет их касыдами. Они имеют по 40-60 бейтов. В первых трех - пяти дается описание природы либо содержатся общие фразы о тяготах бытия или еще какое-нибудь нейтральное рассуждение. Затем на сцену появляется мудрый старец, который советует обратиться к влиятельной особе, после чего следует восхваление этой особы в крайне выспреннем стиле. Существо дела излагается достаточно под­

- 108 робно: например, конкретно указаны похищенные предметы, взятые суммы денег, поименованы злоумышленники и пр. Часто вскользь, но с далеко идущей целью бросается намек на то, что, дескать, обязан­ ность власть предержащих заботиться о подданных. Завершает згу часть призыв наказать виновных, и на этой высокой ноте следует обрыв темы и возвращение к похвалам адресату. Историк в такой ка­ сыде-документе найдет самые неожиданные сведения,как-то: цены на вещи, описание редких предметов быта, имена лиц, игравших опреде­ ленную роль в делах края, малоизвестные географические названия и мйогое другое .



Pages:   || 2 | 3 |



Похожие работы:

«zayavlenie_na_peredachu_v_sizo_blankkomsomolsk_na_amure.zip Скобление суетной организационно-функциональной богадельни перезахоронения должно трезвонить четким и понятным. Module 6 round the cloc...»

«Исследователь, по-видимому, придерживается мнения, что игра в раздвоение, нарушение симметричности явлений и мировосприятия являются необходимой предпосылкой осознания и снятия раздвоения в пределах индивида и общественного целого. Той же цели служит во время праздника...»

«Договор вступил в силу 28 апреля 1952 г. Текст договора дан в переводе с английского. Источник: История войны на Тихом океане, т.5, М. 1958 г. МИРНЫЙ ДОГОВОР С ЯПОНИЕЙ, подписанный в Сан-Франциско 8 сентября 1951 года Принимая во внимание, что Союзные Державы и Я...»

«1 АКТ Государственной историко-культурной экспертизы проектной документации по обеспечению сохранности объекта культурного наследия регионального значения "Городская усадьба Г.П. Юргенсона, нач. ХХ в., архитектор В.Д. Глазов: Жил...»

«С.Г. Карпюк ДВА ПАТРИОТИЗМА В "ИСТОРИИ" ФУКИДИДА* В статье рассматривается дискуссия о патриотизме в сочинении Фукидида. Фукидид выдвинул немало аргументов в пользу традиционного полисного патриотизма, когда гражданин обязан при любых обстоятельствах сохранять верность своему отечеству. Очевидно, что са...»

«ПОЛОЖЕНИЕ о Епархиальном областном конкурсе "Русь Святая живет.", В год 1000 летия преставления святого князя Владимира конкурс обозначен темой: " Великий князь Владимир. Исторический выбор Руси" Конкурс...»

«ГЛАВА 1. ПРОДУКТ В ПОДСОЗНАНИИ Исторически сложилось три вида маркетинга. Первая маркетинговая стратегия берет за основу положение, что потребитель всегда должен помнить об определенном продукте на подсознательном уровне. Наверное, вы об этом слышали. Ид...»

«Е.Г. Царева КОВРОДЕЛИЕ АРАБОВ ЮЖНЫХ РАЙОНОВ УЗБЕКИСТАНА. КОНЕЦ XIX — НАЧАЛО XXI в. (по коллекциям МАЭ и РЭМ) Бог прекрасен [и] Он любит красоту ВВЕДЕНИЕ Высшей формой народного художественного творчества арабов традиционно считается поэзия. Это не оспаривается, однако специалисты по истории ткачества с...»

«ОБЩЕРОССИЙСКАЯ ОБЩЕСТВЕННАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ АССОЦИАЦИЯ ТРАВМАТОЛОГОВ-ОРТОПЕДОВ РОССИИ (АТОР) ЛЕЧЕНИЕ БОЛЬНЫХ СО СВЕЖИМИ ПОВРЕЖДЕНИЯМИ СУХОЖИЛИЙ РАЗГИБАТЕЛЕЙ ПАЛЬЦЕВ НА УРОВНЕ ПРЕДПЛЕЧЬЯ И КИСТИ Клинические рекомендации (S 56.4, S 56.5, S66.3) Утверждены на заседании Президиума...»

«Оглавление Введение. Глава 1. Теоретические основы формирования этногеографических знаний школьников 1.1. Этногеография в системе научного знания 1.2. Классификация народов мира Глава 2. Этногеографическая характеристика народов Урало-Поволжья 2.1. Границы территории Урало-Поволжья 2.2. История заселения Урало-Повол...»

«http://www.mann-ivanov-ferber.ru/books/jony_ive/ Leander Kahney Jony Ive The Genius Behind Apple’s Greatest Products PORTFOLIO / PENGUIN http://www.mann-ivanov-ferber.ru/books/jony_ive/ Линдер Кани Джони Айв Легендарный дизайнер Apple Перевод с английского Василия Горохова Москва "Манн, Иванов и Фербер" http://www.mann-ivanov-ferber.ru/books/jony...»

«016972 B1 Евразийское (19) (11) (13) патентное ведомство ОПИСАНИЕ ИЗОБРЕТЕНИЯ К ЕВРАЗИЙСКОМУ ПАТЕНТУ (12) (51) Int. Cl. E21B 43/08 (2006.01) (45) Дата публикации и выдачи патента 2012.08.30 (21) Номе...»

«История гимназии № 278 Одним из главных достояний любого учебного заведения является его история. Школы, прошедшие долгий и трудный исторический путь, формируют то, что называется традицией. Это не только определенная планка качества, поднятая на некую высоту за г...»

«Выступление Министра иностранных дел Республики Таджикистан Хамрохона Зарифи на общих прениях 66-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН Нью-Йорк, 26 сентября 2011 года Уважаемый господин Председатель, Уважаемые коллеги, Дамы и господа, Позвольте поздравить Его Превосходительство господина Насир Абд аль-Азиз ан-Насера, с из...»

«RU 2 468 110 C2 (19) (11) (13) РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ (51) МПК C22C 35/00 (2006.01) B82B 1/00 (2006.01) ФЕДЕРАЛЬНАЯ СЛУЖБА ПО ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ (12) ОПИСАНИЕ ИЗОБРЕТЕНИЯ К ПАТЕНТУ (21)(22) Заявка: 2011103998/02, 07.02.2011 (72) Автор(ы): Федько Александр Всеволодович (RU), (24) Дата начала отсчета срока действия патента...»

«ПЛАН: 1. Сущность и основные структурные элементы политической системы общества 2. Функции политической системы 3 . Особенности политической системы Беларуси на современном этапе 1. Сущность и основные структурные элементы политической системы общества Термин "политическая система" стал широко применять...»

«ББК 74.266.31 УДК 39 Б 82 Рекомендовано к изданию кафедрой регионоведения Института повышения квалификации и переподготовки работников образования Удмуртской Республики Авторы-составители: Наталья Владимировна Борлукова – старший преподаватель кафедры регионоведения ИПК и ПРО УР; Галина Серафимовна Волкова – заместитель директ...»

«Министерство сельского хозяйства Российской Федерации ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ САРАТОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АГРАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ Н.И.ВАВИЛОВА Факультет менеджмента и агробизнеса Кафедра социально-гуманитарных наук РЕФЕРАТ Тема: Влия...»

«ПРОГРАММА ПОСТРОЕНИЯ, РАЗВИТИЯ И ВНЕДРЕНИЯ ГЛОБАЛЬНОЙ ИГРОВОЙ СЕТИ "МИРЫ КАПИТАНА NЪ" Программа построения, развития и внедрения Глобальной игровой сети "Миры Капитана NЪ" Глобальная игровая сеть "Миры Капитана NЪ" или NЪ-Quest – уникальная разработка ГК КРТ, предполаг...»

«приятия, которые обеспечат выпуск конкурентоспособной продукции и развитие металлургической отрасли в Уральском регионе. Список литературы 1 . Дремина М. А. Подготовка кадров для рабо...»

«Любохонская Оксана Валерьевна УЧЕНИЕ ОБ ЭНЕРГИИ В ВИЗАНТИЙСКОЙ ФИЛОСОФСКОБОГОСЛОВСКОЙ МЫСЛИ IV-VII ВЕКОВ Специальность: 09.00.03 – история философии АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата фил...»

«Лекция №2 Тема лекции: "Стереохимия"1. Конфигурации молекул 1.1 История вопроса. Понятие об энантиомерии. Правило последовательностей и его применение.1.2 Виды хиральности – центровая, линейная, плоскостная. Диастереоизомеры.1.3 Соединения с несколькими хиральными центрами. Стереохимия сахаров и аминокислот. Под...»

«КИНЕМАТОГРАФ: ЖИЗНЬ И ПРИКЛЮЧЕНИЯ Анна КОВАЛОВА О В.Ф.ГЕЛЬГАРЕ И КИНОФИРМЕ "ВИТА" В декабре 1915 года главные петроградские газеты писали о скандальном судебном процессе. На скамье подсудимых оказались две женщины: купчиха Мария Макаровна Филина и ее шестнадцатилетняя дочь Катя: "Мать и дочь—обе маленькие, худенькие и на первый в...»

«Основные претензии по существу к "Заключению специалиста" — лингвистической экспертизы по Усть-Коксинскому делу 1. Экспертизу проводили не специалисты: Концепция — не публицистика и не журналистика, а соци...»







 
2019 www.mash.dobrota.biz - «Бесплатная электронная библиотека - онлайн публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.