WWW.MASH.DOBROTA.BIZ
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - онлайн публикации
 

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |

«Ф.Х. ГУТНОВ СКИФСКИЕ ПОРТРЕТЫ К узловым проблемам древнейшей истории юго-восточной Европы и Передней Азии относится круг вопросов, связанных со скифами. Скифские материалы весьма значимы также для ...»

-- [ Страница 5 ] --

Итальянский ориенталист приводит мнение И. Гершевича, который в культовой антропонимике осетин «увидел отголоски характерных понятий иранской религиозной традиции». Среди них – ирон. zad, дигор. izad; очевидно, восходят к древнеиран. yazata – «почтенный»

(о существах, достойных поклонения), в свою очередь, вероятно, заимствованное из древнеперсидского izad «Бог». В религиозной системе алан-осетин такими случаями могут быть: wac в значении «дух», «гений»; ирон. dawag, дигор. idawag – «blessed dead in Heawen» (Гершевич) .

Основная часть данной статьи посвящена контактам Аршакидов и Сасанидов с аланами Кавказа .

По свидетельству Светония, «царь парфян Вологез попросил помощи (у византийского императора – Ф.Г.) против алан с одним из двух сыновей Веспасиана во главе, [Домициан] приложил все старания, чтобы послали именно его». Во время описанного Иосифом Флавием вторжения алан во владения царя Армении Тиридата I и парфянских правителей Мидии Атропатены Пакора в 72/73 гг., Вологез I, в свое время поддержавший притязания Веспасиана на императорский престол, «безуспешно просил его о помощи» (Алемань 2003, с. 55) .

В письменных памятниках античного и раннесредневекового периодов встречаются сообщения о родственных связях правящих династий некоторых этносов Кавказа, Ближнего Востока и Азии. Так, Прокопий Кесарийский в «Войне с персами» писал: «У персов царем был в то время (период 30-летней войны между персами и армянами – Ф.Г.) Пакурий1, а у армян – Аршак, из рода Аршакидов2» (Прокопий Кесарийский 1993, с. 17). Тот же автор сообщает о раздробленной Армении, которая в середине VI в. состояла из нескольких социумов .



«У остальных армян… был… один Аршакид по имени Иоанн, отец Артавана». После гибели Иоанна «армяне, потеряв всякую надежду на соглашение с римлянами…, явились к персидскому царю во главе с Васаком, человеком очень энергичным. Первые из них (курсив мой – Ф.Г.), представ перед Хосровом, сказали следующее: “О владыка, многие из нас Аршакиды, потомки того Аршака, который не был чуждым для парфянских царей”… Итак, Аршак последний царь наших предков…»

(там же, с. 92-93) .

Древнеармянские авторы, в частности Фавстос Бузанд, достаточно подробно рассказали об «Аршакидском царе мазкутов (алан-массагетов

– Ф.Г.), имя которого было Санесан. Ибо и их цари, и армянские были одного и того же происхождения и рода». В другом месте он вновь упоминает «Мазкутского царя, повелителя многочисленных войск» .

Фавстос царей армян и алан-массагетов считал родственниками, происходившими из одного рода.

Он неоднократно подчеркивал это:

«мазкутский царь Санесан сильно разгневавшись, проникся враждой к сородичу своему, армянскому царю Хосрову... И армянский царь Хосров уклонился от встречи со своим братом, то есть мазкутским царем Санесаном... И голову великого царя Санесана принесли армянскому царю. А [он], когда увидел, расплакался и сказал: “Братом же он был моим, родом Аршакуни”» (Армянские...1985, вып. I, с. 20-22) .

Согласно армянской исторической традиции, существовало четыре основные ветви династии Аршакидов – в Парфии, Армении у кушанов (Индо-скифское царство) и у алан-массагетов Северо-Восточного Кавказа. В отдельных случаях к ним добавлялись аршакидские династии Грузии и Кавказской Албании .

В 1975 г. Ф. Жиньо опубликовал коллекцию сасанидских инталий, включая уникальную шахскую гемму «с монограммой нешан в центре и круговой среднеперсидской надписью». М.С. Гаджиев присоединился к мнению исследователей, считающих названную гемму первой «с именем и титулом царя албан». Под словом ‘ld’n понимаются не «аланы», а «Албания». Это написание, якобы, представлено также в надписях шахиншаха Шапура I и магупата Картира. Некоторыми исследователями они воспринимаются как «обозначение кавказских албан и Албании» .



Правда, предложенная С.Ю. Касумовой версия имени на гемме «Ахипин, царь Албании», встретила возражения со стороны М.С. Гаджиева .

Названный антропоним отсутствует в составленном Мовсесом Калакантваци списке царей Албании. Аршакиды последней правили с конца III до начала VII в. При этом в период с начала VI в .

(ок .

510 г.) до начала VII в. (ок. 628 г.) «царская власть в Албании отсутствовала, и ею управляли сасанидские наместники – марзбаны и ханаранги» (Гаджиев 2003, с. 102-103) .

Албано-сасанидский союз был скреплен браком «царя» Албании Урнайра с сестрой Шапура II (там же, с. 117). О политическом и культурном влиянии иранцев свидетельствует и следующее обстоятельство. «Титульные надписи на официальных печатях албанского царя-христианина и главы христианской церкви Албании сделаны среднеперсидским письмом и языком». Эти примеры, по справедливому замечанию М.С. Гаджиева, «ярко демонстрируют огромное культурное и политическое влияние сасанидского Ирана на Кавказскую Албанию». Очевидно, влияния Сасанидов не избежали и кавказские аланы (там же, с. 118) .

Родиной Аршакидов считалась древняя Бактрия. Мовсес Хоренаци писал по этому поводу: «Хосров отправил на родину свою – в страну кушанов просить сродников своих придти на помощь, дабы противостоять Арташиру» (см.: Аланика 2000. № 2, с. 247, примеч .

3) .

Здесь же добавим, что древнеармянские авторы V в. неодно-кратно говорили о родстве всех ветвей Аршакидов. Так, Мовсес Хоренаци отмечал: «царь Армении Аршак, обращаясь к военачальнику персов, сказал: “ты, кровь моя и сродник, зачем с таким ожесточением преследуешь меня?”» (Армянские... 1985, вып. 1, с. 39) .

Аммиан Марцеллин в рассказе о ранних этапах истории Персии поместил сюжет о возникновении династии Аршакидов: «Это царство, некогда весьма небольшое по размерам..., носившее различные имена, после того как рок похитил в Вавилоне Александра Великого, стало достоянием парфянина Аршака. То был человек низкого происхождения .

В юности он был атаманом разбойников (курсив мой – Ф.Г.; очевидно, вместо атамана точнее предводителем или вождем), но постепенно возвысился в своих стремлениях и составил себе славное имя рядом блестящих деяний» (Аммиан Марцеллин 1994, с. 290) .

Специалисты сходятся во мнении о принадлежности номадов, покорителей Бактрии, к ираноязычным племенам. А.О. Захаров высказал иное мнение: «для решения этнического аспекта проблемы падения Греко-Бактрии лингвистика не дала пока никаких твердых оснований;

все реконструкции и сопоставления остаются лишь предположениями, требующими в свою очередь подтверждений фактами» (Захаров 2001, с .





449) .

Тем не менее, большинство исследователей ключевую роль в создании царства Аршакидов отводят номадам. Более того, главной причиной успеха, быстрого «взлета» этого царства считают удачное сочетание традиций оседлого населения Парфии и традиций кочевого мира: первые Аршакиды «сумели в короткое время освоить важные элементы восточной и эллинистической культур, не прерывая в то же самое время связей» с племенами сако-массагетского круга. Главным фактором разительных перемен на политической карте Средней Азии в эпоху Александра Македонского и позднее «явились передвижения кочевых племен дахов, которые и основали Аршакидское государство» .

М. Ольбрыхт историю дахов рассматривает как историю «кочевого народа, основавшего Аршакидское царство». Польского историка поправил И.В. Пьянков, предложив в свою очередь, не менее дискуссионную идею: «дахи и аорсы – одно и то же племя под двумя разными названиями» (Пьянков 2002, с. 220, 223-224, 227) .

Показательно и то, что из кризиса первой половины I в. н.э. державу Аршакидов вывел воспитанный дахами Артабан II .

Страбон в рассказе о падении Греко-Бактрии говорит о нескольких группировках кочевников, принявших участие в покорении данного царства: «Из этих кочевников наиболее известны те, что отняли у греков Бактрию, именно асии, пасианы, тохары и сакарауки, которые оставили области к северу от Яксарта (Сыр-Дарья) вблизи саков и согдианов, которыми затем завладели саки» (Алемань 2003, с. 158). В целом, в античной традиции падение Греко-Бактрии связывается с асиями/асианами, сакарауками и тохарами .

«Сильное парфянское влияние, – подчеркивает М. Ольбрыхт, имея ввиду события I в. до н.э., – сохранялось в Западной Бактрии, и зона этого влияния распространялась до Кангюя3. Область по среднему течению Амударьи прямо контролировалась Аршакидами» (Пьянков 2002, с. 221) .

Древнегрузинский историк Леонтий Мровели в разделе об Адерки (сын Картама, внук Куджи), правившем в Картли до середины 30-х гг .

I в. н.э, рассказал о восстановлении «царской» власти в Иране .

«Собрались тогда эриставы персидские и поставили царем Ажгалана Мудрого» (Алано-Георгика 1992. № 2, с. 179). Комментируя данный сюжет, Г.В. Цулая, со ссылкой на М.К. Андроникашвили, отмечает скифо-аланскую основу антропонима Картам, восходящего к карзан – «жестокий», безжалостный». Западногрузинская ономастика «свидетельствует о непрерывной аланской традиции в социальных верхах древней Лазики-Эгриси» (Мровели 1979, с. 68, примеч. 115) .

Что касается Ажгалана Мудрого, то, судя по тексту, Мровели рассматривал его как родоначальника Парфянской державы Аршакидов, образовавшейся на развалинах Ахеменидского Ирана. По версии Ю.С .

Гаглойти, в основе династического имени Ажгалан лежит этноним алан .

Первая часть сложного имени представляет собой грузинскую передачу армяно-парфянского азг, в значении «род», «происхождение» .

Следовательно, заключает Ю.С. Гаглойти, Ажгалан означает Алан (аланского рода, происхождения), а Ажгаланиани (цари Ажгаланские) – Аланские цари (аланского рода, происхождения). Естественно возникает вопрос – какое отношение аланы имеют к династии Аршакидов?

Ю.С. Гаглойти полагает, что аланы были выходцами из той же этнической среды, что и парфянские Аршакиды. В этой связи он обратил внимание на сообщение Страбона о том, что «от этих скифов, говорят, ведет свой род Арсак». Весьма показательно, что когда в Иране к власти пришли Сасаниды, свергнувшие парфянских Аршакидов, последний представитель этой династии, Хосров, в борьбе с Сасанидами попытался опереться на силы кушан и алан-маскутов Северного Кавказа. Древнеармянская версия «Картлис Цховреба»

добавляет к ним и по-следнего грузинского царя из этой династии Асфагура, который, стремясь оказать сопротивление наступавшим Сасанидам, предпринял специальную поездку в Аланию для привлечения овсов в качестве союзников. В свете приведенных данных становится понятным как частое упоминание этнонима алан в фамильных наименованиях отдельных аршакидских родов, так и неоднократное подчеркивание родства парфянских и армянских Аршакидов с правящей династией алан-массагетов (маскутов). Отметим также имя Аланозан командующего персидского войска второй половины VI в. Лазарь Парпеци именем Алан назвал одного из представителей рода Арцрунидов; оно же входит в состав сложного имени Занд-алан «царский алан». В титулатуре известных армянских князей Мамиконянов «алан» встречается в составе двух из четырех эпитетов, характеризовавших представителей рода – «победоносный», «славный», «достойный». Дословно эти эпитеты означают: аланазгик – «аланского происхождения» и аланодрафшк – «аланское знамя несущие» (АланоГеоргика 1992. № 2, с. 187-192) .

На родство Аршакидов и правящей династии алан смутно намекал Тацит, рассказывая о злоключениях смещенного парфянского царя Вовона, в начале н.э. сбежавшего из заточения и пытавшегося добраться «к своему родичу царю скифов» через Армению, и далее – на Северный Кавказ (Тацит 1968, т. I, с. 169). В рассказе о более поздних событиях Тацит упоминает «царя» аорсов Эвнона .

Комментируя данный сюжет, М. Ольбрыхт в имени «царя» аорсов видит искаженное «Вонон». По мнению польского ученого, «это указывает на династические связи и что, возможно, Аршакид Вонон был сыном “скифской” принцессы». И.В. Пьянков (2002, с. 227) в этой связи задает вопрос: «нет ли здесь указаний на более глубокое родство, на то, что и парфяне и аорсы знали об общем происхождении (“единокровности”) своих правящих родов?»

В основе арабо-персидского названия Аршакидов, как показал Ф .

Лозинский, лежит этнический определитель ас, одно из двух распространенных обозначений аланских племен в прошлом. Наличие этнонима асов в арабо-персидском названии Аршакидов, отмечает в этой связи Ю.С. Гаглойти, еще раз подтверждает, «что основу грузинского наименования Ажгаланиани составляет этноним алан». Он обратил также внимание еще на одно интересное обстоятельство .

Общность происхождения армяно-парфянских и массагетских Аршакидов находит подтверждение в сюжете армянской версии «Картлис Цховреба»

и предложении картлийской знати выдать замуж дочь скончавшегося царя Асфагура за персидского царевича. При этом девушку характеризовали так: «Фамилия у нее Аршакунти и Фарнавазианти, а также Небротианти». Обычное название Аршакидов в грузинском и армянском – Аршакуни и Аршакуниани – с характерными фамильными окончаниями -уни и -иани. А вот окончание -ти наиболее показательно для скифов и сарматов; сохранилось оно и у современных осетин .

Определенную информацию несет и имя Арсак, давшее название всем династиям. Антропоним восходит к осетинскому названию медведя (арс); у современных осетин существует фамилия Арсагата. В форме Арсаком имя скифа встречается у Лукиана Самосатского (АланоГеоргика 1992. № 2, с. 192-194) .

Как видно, связь древнеиранских, армянских и грузинских Аршакидов с массагетским миром представляется вероятной .

«Родоначальника этой династии в Иберии, – пишет Ю.С. Гаглойти, – древнегрузинские источники называют Аланом Мудрым» (Аланика 1999. № 1, с. 245, примеч. 11). Однако, это не превращает автоматически территорию, контролируемую «царями» алан и маскутов древних закавказских памятников, в царства в позднейшем значении термина .

Что же следует понимать под аланскими и маскутскими «царями»

отмеченных письменных источников?

Для ответа на этот вопрос необходимо сначала разобраться, что представляли из себя «цари» Армении в начале н.э. А.П. Новосельцев полагал, что в Армении царский род (азг) по сути еще не сформировался как собственно царский. Азг Арташесидов и Аршакидов

– «обычные большие семьи»; единственным связующим звеном была общая родословная. Анализ термина азг показал, что роды нахараров и «царей» могли представлять обширную организацию, включая принятых в род разных лиц иного происхождения (Новосельцев 1980, с. 132-133) .

В отношении царя Армении применялись термины таговор и аркай;

по мнению исследователей, разница между этими терминами «чисто стилистическая». В арамейских надписях армянский царь выступает как малик, для персов он шах, греки обозначали его василевсом или даже василевсом василевсов (царь царей) (Юзбашян 2001, с. 21) .

В поле зрения исследователей остаются имевшие сходство элементы структуры управления в Среднем Иране и в социумах Кавказа, в том числе и у алан. По-прежнему сохраняют актуальность исследования Г .

Ньоли, в творчестве которого немало места занимают сюжеты о придворных церемониалах, «в особенности институт двойного управления», символика власти и т.д. (Ньоли 2002, с. 15). В этом смысле очень интересно сообщение Страбона о бытовании в Иберии института второго по положению на сословной лестнице лица. Титул его не назван, но сказано, что этот человек возглавлял войско и ведал судопроизводством. Для объяснения этого сюжета обычно используют материалы о картлийских питиахшах. Информация о последних содержится в обнаруженных во время раскопок осенью 1940 г. в Армази (близ Мцхета) двух надписях начала н.э. Одна выполнена арамейскими письменами. Другая содержит греческую надпись с параллельным арамейским текстом. По оценке В.И. Абаева (1944, с .

825), «блестящего интерпретатора нашел арамейский текст в лице.. .

Г.В. Церетели. Его работа, посвященная билингве, может быть охарактеризована одним словом: образцовая» .

До открытия армазских надписей полагали, что институт питиахшей

– «чисто персидский», а в Грузии он появился не ранее рубежа IV-V вв. Однако армазские надписи убедительно показали бытование питиахшей в древней Грузии. Более того, один из них – Зевах – назван «малым» или «младшим» питиахшем. Это предполагает существование «старших» питиахшей. Такая титулатура засвидетельствована в соседней Армении во времена Трдата. Что касается Грузии, то упоминание «двух одновременных царей»

(Фарасмана и Хсефарнуга) в армазских надписях «можно объяснить существованием двоецарствия в Иберии в I-II веках нашей эры, о котором сообщает грузинская хроника “Mokcevay Kartlisay”» (Церетели 1941, с. 52-54) .

Термин питиахш иранский, хотя его этимология не совсем ясна .

Его связывают с ахеменидской должностью «око царя», известной по греческим источникам, и переводят «наблюдающий». Титул «питиахш»

носили первые сасанидские шахи. Встречается он и в среднеиранских надписях III в. н.э. Словари (например, Mac Kenzi, 1971) переводят его как «второе лицо после царя (вице-король)», а у Захария Ритора он переведен как «заместитель царя» (хипархос). Аммиан Марцеллин упоминает vitaxae, т.е. питиахшев (начальников конницы), которые управляли большими областями Ирана. «Важнейшие провинции Персии, которыми управляют витаксы, т.е. командиры конницы (курсив мой – Ф.Г.), цари и сатрапы...» (Аммиан Марцеллин 1994, с. 291) .

Интересно, что здесь питиахши названы прежде других правителей областей – «царей» (reges) и сатрапов .

В надписи Каабе Зороастра среди иранских титулов упоминается питиахш (bthsy/bitaxs). Его носитель, согласно Р. Фраю, «по всей вероятности, был чем-то вроде помощника царя». Еще при Ахеменидах существовал чиновник, именуемый bitaxs; тогда его титул имел форму patyaxs и «обозначал наместника, которого можно отождествлять с “оком царя”». Отметив бытование аналогичного титула – pitiaxsi – в Грузии более раннего периода, «где он прилагался к очень крупному сановнику, уступавшему по значению только самому царю», американский ученый в то же время подчеркнул «попытки интерпретации этого титула как “второй [после царя]” вызывают сомнения» (Фрай 2002, с. 144, 288) .

Вероятно, из парфянского Ирана институт питиахшей перешел в Армению. Н. Эмин обратил внимание на рассказ Мовсеса Хоренаци о конфликте между Аргаваном и Артаваздом. Последний, недовольный тем, что Аргаван – опытный военачальник – получил «второе место в государстве», настроил против него своего отца, царя Арташеса .

Одним из аргументов царевича была «любовь царицы Сатиник к Аргавану». «Царь, мучимый ревностью, легко уступает навету, забыв великие заслуги старца-родоначальника и, отняв у него “второе место”, передает его Артавазду. Но завистливый, честолюбивый царевич этим не довольствуется... истребил все поколение родоначальника мидийцев, в их числе и самого Аргавана» (Эмин 1881, с. 83) .

В греческом варианте армазской билингвы питиахш Иодманган назван эпитропос, что, помимо обычно перевода «опекун», имеет значения «наместник царя», «регент». Питиахши, чьи могилы открыты в Армази, являлись высшими должностными лицами при дворе «царя», могли заменить его в необходимых случаях, управляя социумом во время малолетства правителя, болезни и т.д. Это, собственно, и есть второе после царя место, т.е. именно питиахши были теми вторыми после царя лицами, о которых писал Страбон (Новосельцев 1980, с .

106, 109-114) .

О социальной структуре некоторых обществ Северного Кавказа можно судить на примере упомянутого выше «Письма Тансара», отразившего нормы сасанидской номенклатурно-иерархической практики:

«И никого, кто не из нашего рода, шахом называть не должно, кроме тех, которые являются правителями пограничных областей и аланов, и областей Запада и Хорезма» (Гаджиев 2003, с. 118) .

Еще один аланский социальный термин – уацайраг – имеет иранское происхождение. Это название раба произошло от среднеиранского vacar

– «торговля», а это – свидетельство того, что «пленные, они же рабы, служили не столько для хозяйственного использования, сколько как предмет продажи на сторону» (Абаев 1949, с. 64) .

Обратим внимание на совпадение элементов культуры древнеиранских и раннеаланских племен. Еще в эпоху династии ахеменидов в состав могучей державы вошли Бактрия, Согд и Хорезм. В канцелярии персидских царей «зародились персидская, парфянская, согдийская и хорезмская письменности на основе арамейского алфавита» (Маршак 1999, с. 31). Названные этнические группы в той или иной мере участвовали в формировании протоалан .

Великий Шелковый путь4 (далее: ВШП) помимо торговой функции выполнял роль связующего звена в духовных и культурных контактах Запада и Востока .

В период арабских завоеваний бежавшие от врагов персы способствовали прогрессировавшему поглощению восточноиранского населения Средней Азии западными иранцами. «Расцвет культуры, искусства и литературы среднеазиатских иранцев, воспринявших персидский язык, приходится как раз на возвысившееся, а потом и утвердившее свою власть государство Саманидов». Другое государство во главе с династией Буидов сложилось на западе Ирана. Языки основной массы населения обоих государств «были очень близки, если не сказать даже одинаковы (их называли дари – придворный и фарси – персидский)». В золотой фонд всемирной литературы вошли созданные на фарси классические поэтические шедевры Рудаки, Фирдоуси, Низами и других авторов (Ставиский 1999, с. 18). Множество произведений ювелирного искусства до сих пор являются «лучшими сокровищами мировых музеев» (Негматов 1999, с. 27) .

В области материальной культуры имеются примеры влияния иранских мастеров на работы аланских ремесленников. В Едысском могильнике обнаружено 17 сасанидских гемм VI-VII вв. с изображениями животных и особых сасанидских монограмм. Высказано предположение, что данные памятники культуры, «по-видимому, связаны с персидским засильем в Закавказье». Бытует гипотеза о местном, кавказском происхождении некоторых гемм. Если эта гипотеза подтвердится, то можно будет говорить «о сильном персидском влиянии в регионе». Быть может, «и находки гранатовых (альмандиновых) бусин и булавок с каменными головками и зернью также следует объяснить персидским влиянием…» (Дзаттиаты 1992, с. 78-79) .

В политической жизни Кавказа персы и аланы нередко выступали сообща. Об этом можно судить на нумизматических материалах .

Наиболее полная сводка монетных находок на Центральном Кавказе принадлежит В.Б.

Ковалевской:

–  –  –

Эти данные (таблица составлена без учета вкладов) четко указывают на различную внешнеполитическую ориентацию западной и восточной Алании, начиная с VII в., но для VI в. картина не столь определенна .

В период ирано-византийских войн обе стороны стремились заручиться поддержкой алан, через территорию которых проходили важные в стратегическом и торговом отношениях магистрали .

Стремление Византии к союзу с аланами не в последнюю очередь было связано с попыткой изменить маршруты движения купеческих караванов .

В конечном итоге Константинополь надеялся на то, что товары через алан будут «беспрепятственно провозиться в Византию, а не попадать туда через третьи руки на выгодных для Ирана условиях» (Догузов 1992, с. 64). Согласно Прокопию Кесарийскому, император Юстиниан был серьезно «озабочен тем, чтобы римлянам не приходилось покупать шелка при посредничестве персов». Хотя в прежние времена персы и византийцы торговали без особых проблем. Так, еще в IV в. в столице Аршакидской Армении, Арташате, «официально была допущена торговля империи с персами» (там же, с. 65). В ряде районов Грузии обнаружены аланские погребения раннего средневековья. В частности, в столице древней Грузии – Мцхета, а также в Жинвали, Квемо Алеви (Ленингорский район Южной Осетии), в Стырфазском могильнике и в могильнике с. Едыс Южной Осетии обнаружены аланские погребения. Все они так или иначе связаны с международной торговлей, маршруты которых проходили через Центральный Кавказ. Так, материалы из Мцхета свидетельствуют об оседании в городе «иммигрантов, купцов, торговцев, ремесленников». С другой стороны, как показывают находки в Едысе (см. ниже), среди погребенных были и аланские воины, нанятые для охраны узловых пунктов торговых артерий (Дзаттиаты 1992, с. 71-73) .

Датирующим материалом для находок в Едысе служат три серебряные сасанидские монеты: Хормизда IV (579-590) и Хосрова II Парвиза (590Монеты уточняют датировку аланских погребений – «это именно конец VI – начало VII вв.» (там же, с. 72) .



Археологические материалы свидетельствуют о присутствии раннесредневековых алан на важной стратегической и торговой магистрали, шедшей через территорию Алагирского ущелья Северной Осетии и Джавского – в Южной. О значимости дороги говорит тот факт, что на протяжении двух тысячелетий она именовалась «Военноосетинской». Среди последних открытий археологов выделяются т.н .

«Царциатские» памятники – поселения и могильники VI-VII вв. близ селения Едыс (Дзаттиаты 2006, с. 47) .

Согласно Р.Г. Дзаттиаты, расположение аланских могил на важных торговых магистралях знаменует появление особого рода поселения – воинов, нанятых властями «для охраны торговых путей и торговоэкономических центров». В VI-VII вв. практика приглашения алан именно в этих целях «скорее всего связана с персидским завоеванием и утверждением персов в восточном Закавказье». В одном из сюжетов «Мокцевай Картлисай» говорится: «Когда прекратилось царство в Картли, усилились персы и покорили Герети и Армению. Но Картли сильнее покорили и вступили к кавказцам и соорудили врата Овсетии, одни большие ворота в Овсетии же и двое (вариант – «четверо») в Двалетии, а одно – в Парчуане Дордзокетском, и тех горцев поставили сторожевыми». По другой версии перевода «проникли они (персы) к кавказцам и соорудили они себе врата в Овсетии одни большие врата – собственно в Овсетии и четверо врат – в Двалетии, и одни – в Парчуане Дурдзукетском, а тех горцев поставили “гомардами”, т.е .

охраной». Большие и малые ворота трактуются как крепости, для охраны которых «гомарды» вербовались из аланской среды (Дзаттиаты 1992, с. 73) .

Исследователи полагают, что самому значимому из летописных «врат-укреплений», возведенных персами, должна соответствовать крепость у входа в Дарьяльское ущелье. Согласно Захарию Ритору, Кавад настойчиво спрашивал с римлян 5 кентинариев золота, которое он получал в качестве платы за содержание персидского гарнизона, оберегавшего ворота от гуннов (Пигулевская 1941). Как полагал Прокопий, Кавад во встрече с послами кесаря «дал понять, что он не прочь получать от римлян деньги и таким образом устранить все поводы к войне» (Прокопий Кесарийский 1993, с. 50) .

В поисках локализации других «ворот» рассматривались Мамисонский и Кадласанский перевалы, проходившие через историческую Двалетию. Находившиеся вдоль этих перевалов населенные пункты в грузинской летописной традиции обозначаются термином калак, переводимый как «город», населенный пункт «со множеством строений, с базарной слободой, с крепостной стеной (оградой) или рвом» .

Помимо «царциаты калак» у с. Едыс, к таковым памятникам можно отнести горное поселение Калаки в Мамисонском ущелье. Еще сравнительно недавно это было поселение «с торгом и ремесленниками». Учитывая тот факт, что персы в середине VI в .

подчинили Сванетию, резонно предположить, что и находившееся восточнее Мамисонское ущелье также контролировалось «сасанидскими гарнизонами или нанятыми на службу аланами» (там же, с. 74) .

По мнению руководителя раскопок в Едысе Р.Г. Дзаттиаты, аланы представляли собой специальную охрану одного из важных пунктов на торговой магистрали. Причем, аланы не были изолированы от окружающего мира. Напротив, «имели тесные связи с Северным Кавказом, Восточной Грузией, Ираном». В частности, как отмечено выше, найденные в Едысе «геммы-печати являются наследием иранского мира». Они, возможно, изготовлены за пределами Ирана. Но, повторим, как установлено исследователями, в любом случае «геммыпечати изготавливались под сильным влиянием иранской культуры (курсив мой – Ф.Г.) и отразили все этапы развития этого вида изделий в самом Иране». Найденные в Едысе геммы «относятся к так называемым Сасанидским». Иными словами, геммы сделаны по сасанидским образцам. «Наконец, сасанидские монеты уже прямо связаны с Сасанидским Ираном…» (Дзаттиаты 2006, с. 47) .

Отметим также находку вблизи таможенной заставы «Чырамад» – сасанидского серебряного кубка – возможно, не что иное, как плата за проход иранских купцов .

В летописи «Обращение Грузии» повествуется о том, что иранцы, стремясь предотвратить создание коалиции алан с иберами, на какоето время захватили Картли. Для осуществления своих планов «иранцы широко использовали военный потенциал алан». Об этом свидетельствует названный выше грузинский источник. Тогда персы, проникнув на Северный Кавказ, стали строить крепости («врата») .

Причем в Осетии было построено пять укреплений. «Персидские стратеги, видимо, имели веские основания строить крепости-ворота для своей безопасности…» (там же, с. 47-48) .

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Пакурий – шах Ирана Шапух II правил в 309/310-379 гг .

Современник Константина I, Констанция II, Юлиана Отступника, Иовиана, и Валента. Воевал с Византией и Римом. При нем Иран укрепил свои позиции в Армении и Месопотамии (Прокопий Кесарийский 1993, с. 462 прим. 40) .

2. Аршак III (339-369) воевал с Ираном не менее 30 лет (там же, прим. 41) .

3. Ираноязычные племена, проживавшие в районе Амударья – Сырдарья – Юго-Восточное Приаралье, в той или иной мере причастны к формированию ранних алан (Гутнов 2001, с. 53-104) .

Восстанавливая картину политических событий I в. н.э., М. Ольбрыхт пишет: «Главным противником парфян в степной зоне в это время становятся аланы…»

(Пьянков 2002, с. 221) .

4. Довольно резко выступил против идеи «шелкового пути» Э. де ля Вессьер, слова которого привел М.Д. Бухарин: «ни один объект исторического исследования, который мог бы быть назван “шелковым путем”, не был в точности определен… Эта идея не основана ни на какой ясной исторической концепции и смешивает торговые, религиозные и дипломатические аспекты в направлении, где решающую роль играет историческая география» (Бухарин 2004, с. 224) .

Определению этого понятия посвящена книга названного французского востоковеда. Для решения поставленной задачи он реконструирует историю Согда, в том числе и согдийскую торговлю .

Последняя зарождается еще во II в. до н.э. Началу формирования торговой системы Согда положили китайские посольства .

Среднеазиатские социумы плату за свои услуги принимали шелком; им же представители китайского двора оплачивали товары, которые затем привозили в Китай. В первые века н.э. главной торговой силой в Средней Азии была Бактрия. В то время согдийцы контролировали лишь один из второстепенных участков. Однако, уже в IV в. согдийцы оказались главной торговой силой в Китае и взяли под контроль значительную долю торговли шелком, потеснив прежних монополистов – кушан и бактрийцев. К первой половине VI в. Согд стал доминирующей силой в торговле китайскими товарами на всем протяжении Центральной Азии (там же, с. 225) .

Согдийская колонизация Китая носила «аристократический»

характер. Какое-либо влияние на нее торговцев практически не прослеживается. Согдийская культура так и осталась героикоаристократической. Сведений о прямом участии аристократов в торговых предприятиях нет. «Фактически они заняли все большие оазисы и создали там настоящее общество – с развитой инфраструктурой, обеспеченной носителями всех имевшихся на тот момент ремесел, в нем были представлены все слои: монахи, жрецы, солдаты, дипломаты и т.д. Именно согдийцы оказались в 1500 км от Согдианы полными монополистами в области торговли в Северном Китае». Примечателен такой феномен: «о китайских купцах на ВШП почти ничего не известно». Тогда как согдийское «влияние распространялось даже на Тибет» (там же, с. 226) .

Два столетия – V и VI вв. – блестящая эпоха в истории согдийских купцов, на века составили образ ВПШ. «Разрушение сети торговых общин привело к разрушению самой торговой артерии. Одни лишь согдийцы могли поддерживать его функционирование на протяжении почти семи столетий» (там же, с. 227) .

ЛИТЕРАТУРА

Абаев В.И. 1944. Вокруг Армазской билингвы // Сообщения АН Груз. ССР. Т. V. № 8 .

Абаев В.И. 1949. ОЯФ. М.-Л. I .

Аланика. 1999. № 1; 2000. № 2. Сведения греко-латинских, византийских, древнерусских и восточных источников об аланах-ясах / Сост. и комм. Ю.С. Гаглойти // Дарьял .

Алано-Георгика. 1992. № 2; 1993. № 1. Сведения грузинских источников об Осетии и осетинах / Сост., введ. и комм. Ю.С .

Гаглойти // Дарьял, 1992 .

Алемань А. 2003. Аланы в древних и средневековых письменных источниках. М .

Аммиан Марцеллин. 1994. Римская история / Вступ. статья и ред .

текста Л.Ю. Лукомского, комм. Ю. Кулаковского. СПб .

Армянские… 1985. – Армянские источники об аланах / Сост. и комм. Р.А. Габриелян. Вып. I. Ереван .

Бухарин М.Д. 2004. Великий шелковый путь в новейшей интерпретации // ВДИ. № 2 .

Гаджиев М.С. 2003. Гемма-печать царя Албании Асвагена // ВДИ. № 1 .

Гутнов Ф.Х. 2001. Ранние аланы: Проблемы этносоциальной истории. Владикавказ .

Дзаттиаты Р.Г. 1992. Алано-сасанидские отношения по материалам археологических раскопок в Южной Осетии // Аланы и Кавказ .

Владикавказ .

Дзаттиаты Р.Г. 2006. Царциатские памятники: едысское городище и могильники. Владикавказ .

Догузов К.Г. 1992. Из истории алано-византийских отношений в VI в. // Аланы и Кавказ. Владикавказ .

Захаров А.О. 2001. К этническому аспекту проблемы падения ГрекоБактрии // Проблемы истории, археологии, филологии, культуры. Вып .

X. М. – Магнитогорск .

Ковалевская В.Б. 1992. Методические приемы выделения аланских древностей I тыс. н.э. в Закавказье // Аланы и Кавказ. Владикавказ .

Новосельцев А.П. 1980. Генезис феодализма в странах Закавказья .

М .

Маршак Б.И. 1999. Хорасанско-мавераннахрский культурный синтез в эпоху Саманидов и его исторические корни // 1100-летие образования государства Саманидов. СПб .

Мровели Леонтий. 1979. Жизнь картлийских царей / Пер., предисл .

и комм. Г.В. Цулая. М. .

Негматов Н.Н. 1999. Таджикское эхье и саманидское государство // 1100-летие образования государства саманидов. СПб .

Пигулевская Н. 1941. Сирийские источники по истории народов СССР. М.-Л .

Прокопий Кесарийский. 1862. История войн римлян с персами / Пер .

С. Дестуниса. СПб .

Прокопий Кесарийский. 1993. Война с персами. Война с вандалами .

Тайная история. М .

Пьянков И.В. 2002. Рец.: Marek J. Olbrycht. Parthia et ulteriores gentes: die politische Beziehungen zwischen dem arsakidieschen Iran und den Nomaden der eurasischen Steppen .

Munchen, 1998. // ВДИ. № 3 .

Тацит Корнелий. 1968. Соч. в 2-х томах. Л .

Ставиский Б.Я. 1999. Эпоха саманидов как один из важнейших этапов этногенеза народов среднеазиатского междуречья // 1100-летие образования государства саманидов. СПб .

Фрай Р. 1972. Наследие Ирана. М .

Фрай Р. 2002. Наследие Ирана. 2-е изд. М .

Мовсес Хоренаци. 1893. История Армении / Пер. Н.Эмина. СПб .

Церетели Г.В. 1941. Армазская билингва. Тбилиси .

Юзбашян К.Н. 2001. Армянская эпопея V века. М .

Эмин Н. 1881. Моисей Хоренский и древний армянский эпос. М .

http://www.darial-online.ru/2007_5/chibirov.shtml Л.А. ЧИБИРОВ

АЛАНИЯ И ДАГЕСТАН.ЭХО ДАЛЕКИХ КОНТАКТОВ

В конце 40-х годов прошлого столетия известный кавказовед Л.И .

Лавров писал, что в Дагестане на земле лакцев имеется священная гора под названием «Вацилу», которую он отождествлял с осетинским Уацилла (1). В другой работе Леонид Ильич дополнил свою первую информацию сообщением о том, что на священной горе Вацилу происходило примирение взаимно враждовавших джааматов (2) .

Между тем, эти интересные сообщения не обратили на себя должного внимания дагестанских и осетин-ских ученых. Из дагестанских исследователей об Уацилла упоминает А.Г. Булатова; ей же мы обязаны некоторыми подробностями о культе Вацилу у лакцев (3). Что касается литературы об осетинах, то в ней имеется единственное упоминание В.И. Абаева, который увидел в лакском «Вацилу» осетинское «Уацилла» (4). Сравнительно-этнографические параллели показали, что исследование данного вопроса не бесперспективно .

Святой Уацилла – универсальное божество плодородия осетин, покровитель хлебных злаков, урожая, грома, молнии, грозы. К нему осетин-земледелец обращался за помощью на всех этапах полевых работ, начиная от пахоты и сева, до жатвы и обмолота хлебов. Ему оказался подвластным целый сонм отраслевых покровителей: Тыхост, вриагьд, Мигъдуан, рвдзвды бардуаг, Галгон, Хорлдар, Бурхорали. Уацилла вместе с отраслевыми покровителями выступал в роли защитника полей от засухи, проливных дождей, градобития .

Каждый из святых осетинского пантеона имел свое заглавное место пребывания в Осетии. Святой Уацилла, второй по значимости покровитель после Уастырджи, такое место облюбовал себе в Тагаурском обществе в гроте на вершине крутой скалы под названием «Тбау» (оттуда второе название – Тбау-Уацилла). Здесь, согласно легенде, небожитель Уацилла сделал первую свою остановку .

Аграрный характер культа Уацилла – факт неоспоримый. При внимательном изучении имеющихся материалов, земледельческая основа лакского Вацилу также становится очевидной, прозрачной .

Как отмечено, главное святилище Уацилла в Тагаурии, как и более сотен других святилищ в его честь, расположено на вершине высокой горы, которая по сей день считается священной. Точно так же, на высоком месте, как говорится «между небом и землей», расположена священная гора лакцев – Вацилу .

Временем почитания Уацилла у осетин является третья декада июня (в 2006 г. это было 21 июня, в 2007 г. – 22 июня) и всегда падает на понедельник. В отличие от осетин, у лакцев день празднования Вацилу постоянно наступает в ночь с 21 на 22 июня(!). Таким образом, в обоих случаях праздник проводится в одно и то же время, которое четко приурочивается к летнему солнце-стоянию .

У осетин праздничное шествие возглавлял жрец (дзуары лг). В сопровождении богомольцев он поднимался в грот накануне вечером после захода солнца и один входил в него. Рассказывали, будто ночью в пещеру спускался Уацилла, опрокидывал кувшин с пивом, оставленный там год назад. Согласно одного из вариантов, наутро жрец спускался в аул и оповещал народ – в какую сторону разлито пиво (Осетия, Кабарда), та сторона и будет урожайной в текущем году (5) .

Сообщение жреца воспринималось народом как сущая правда .

А вот как начинался праздник у лакцев. «В ночь с 21 на 22 июня,

– пишет А.Г. Булатова,– лакцы района Кумуха и близлежащих селений начинали подъем на гору Вацила, чтобы рано утром, до восхода солнца, быть уже на вершине. При появлении первого солнечного луча из-за горной гряды все поднявшиеся сюда мужчины и женщины разных возрастов произносили свои просьбы» (6). Как видно, и здесь, за исключением деталей, суть действий (молитвенное обращение к божеству) одинакова, как у лакцев, так и у осетин .

Действия осетин-богомольцев, связанные с Уацилла, носят исключительно аграрный характер. Каковы же они у лакцев? И здесь их аграрная суть лежит на поверхности. При появлении солнечного диска лакцы, наряду с пожеланиями общего характера (благополучие членов семьи, хозяйства, умножение стад), главное о чем просили духа плодородия – это «о ниспослании урожая, о сохранении полей от градобития и засухи». Неопровержимо доказывает аграрную суть праздника и следующее. В момент полного появления солнечного диска лакцы-богомольцы совершали обрядовое круговое хождение между двумя отрогами горы Вацилу – вприпрыжку и с громким припевом: «Эй, сапа, равнинный сапа, горный сапа, колоса кукурузы, малый сапа». Из всех возможных благ, которыми мог вознаградить древнейший патрон производительных сил – сапа, лакцы просили только колоса (кукуруза могла попасть лишь со вт. пол. Х1Х в.), что далеко не случайно .

Анализ этого древнего обычая привел А.Г. Булатову к мысли, что «упоминание колоса вообще интересно тем, что указывает на связь этого действа с аграрными культами, которые в исследуемое время лакцами уже не осознавались» (7) .

Обращает на себя внимание обрядовая пляска – сапа; она во многом напоминает осетинский обрядовый танец «цоппай». Обрядовую песню-танец цоппай исполняли как вокруг пораженного громом (Уацилла – грозовое божество), так и при обрядовом хождении по аулам во время засухи, что также является олицетворением аграрного культа. Обрядовое хождение в обоих случаях сопровождалось громким припевом, обращением и к сапа, и к Уацилла (Елиа). Заслуживает внимания и внешнее сходство названия – не является ли «сапа» (чапа, чопа) искаженным от «цоппай», тем более, что это слово является достоянием всего западно-кавказского этнографического мира .

Осетинское цоппай, адыгейское чоппа, балкарское и карачаевское чоппа, абхазское чаупар, чопа – одно и то же слово .

Народный праздник, как правило, сопровождался песнями, танцами, спортивными состязаниями. И в этом отношении не составляли исключение и Вацилу, и Уацилла. .

Таким образом, функциональные и обрядовые действа Вацилу и Уацилла существенно схожи и однотипны, нет основания сомневаться в том, что речь идет об одном и том же аграрном покровителе, о заимствовании аланского культа плодородия соседним народом – лакцами.. Даже тысячелетняя давность и сильный покров мусульманства не помешали разглядеть аграрную суть Вацилу и его аланские корни .

Слово «уацилла», родное для алано-осетинского языкового мира, чуждо, инородно для лакского языка. В период распространения христианства в Алании (Х-ХII) происходила христианизация языческих культов с прибавлением специфически осетинского «уац» в значении «святой»: Уацилла – Святой Илья, Уастырджи – Святой Георгий, УацТутыр – Святой Тирон, Уац Николла – Святой Николай и др. Думается, что культ Уацилла был перенесен со своим праздником в соседнюю лакскую среду и утвердился в их быту с аланским названием. Точно так же культ Уацилла проник и к грузинам– мохевцам под названием «Вачилоба». Мохевцы также праздновали его в июне, и, как и у осетин, празднование сопровождалось закланием козла (8). Примеров подобного проникновения праздников и связанных с ними культов к соседним народам больше чем достаточно (осет. Аларды – ингуш .

Гьелерды, груз. Атенгеноба и осет. Атынжг, груз. Самеба и осет .

Саниба, груз. Мтавари Ангелози и осет. Таранджелоз и др.) .

Трансформацию некоторых обычаев и обрядов, нюансы и расхождения в деталях, которые пережиточно сохранились по сей день, можно объяснить оторванностью от среды формирования и сильным налетом мусульманства .

Второй религиозный термин, на который обращено наше внимание в монографии А.Г. Булатовой – «Священный» холм мусульман Сафа» (9) .

Не обладая достаточными сведениями о природе культа Сафа у лакцев, нам трудно судить насколько прав автор, отождествляя Сафа и сапа. Между тем в числе божеств пантеона осетин, формирование которого восходит к аланской эпохе, находится покровитель домашнего очага и надочажной цепи, известный под тем же названием, что и у лакцев – Сафа. Однако кроме полного совпадения названий и божественной природы обоих покровителей, мы пока не располагаем другими материалами о природе происхождения этого религиозного термина Возведение В.И. Абаевым термина «Сафа» к имени христианского святого Саввы Освященного, а А.Г. Булатова – к сапа, требует дополнительного осмысления .

Чтобы убедится в неслучайном характере вышеприведенных параллелей, достаточно обратиться к календарно-обрядовой жизни сравниваемых народов .

Справляемый весною народами Дагестана Новый год имеет много общих элементов с Новым годом у осетин, который в прошлом тоже справлялся весной. Буквально совпадают: новогоднее обрядовое хождение по домам молодых, гадание девушек о суженом, обычай посещения дома первым «счастливым» визитером, новогодние костры, одинаковое понимание смысла перепрыгивания через них (огонь – могучая целительная и очистительная сила) .

Много общих элементов в празднике, посвященном началу весенне-полевых работ Хор-хор и широко известном дагестанском празднике первой борозды. Как и у осетин, до проведения первой ритуальной борозды никто в Дагестане не приступал к пахоте. Считали, что обилие влаги для полей зависит от того, насколько удачлив пахарь, проведший первую борозду. Как правило, плугарь у осетин и народов Дагестана, проводя первую борозду, по магическим соображениям, одевался в овчинную шубу, вывернутую наизнанку .

У осетин сохранился архаический обряд, совершавшийся в прошлом в день ритуальной пахоты. Отправляясь на поле еще в темноте и проведя две-три борозды, пахарь раздевался догола ниже пояса и садился на вспаханный участок (10). Поиски параллелей по Кавказу привели нас к аварцам Дагестана. О том, что у них совершалась на поле имитация полового акта, еще в 1948 г. писала З.А. Никольская .

Об этом же обычае аваров, но в вышеприведенной осетинской вариации, пишет А.Г. Булатова: «Перед ритуальной пахотой, – пишет она – пахарь садился на пашню, обнажив нижнюю часть туловища» (11) .

Сколько-нибудь удовлетворительного объяснения обычая мы не получили от информаторов в Осетии; не разделяем и мнение А.Г .

Булатовой, полагающей, будто этот акт совершался для определения температуры почвы, определения готовности ее к пахоте. Поиски сравнительного материала нас уводят в древнюю Грецию. В античном мире, да и у всех земледельческих народов, земля рассматривалась как существо женское, и по своей природе женщина ближе к земле, чем мужчина (12). Мужчина, садясь обнаженным на землю, совершал как бы имитацию полового акта; размножение растений уподоблялось зачатию и рождению ребенка; как результатом сношения полов является появление ребенка, так и в результате полового акта супругов на поле или прикосновением обнаженного ниже пояса пахаря к земле (последующее развитие обычая) пусть родится богатый урожай. Смысл этих действий – магическое воздействие на природу, стремление повысить плодородие почвы, увеличить урожай. Вот поэтому для получения обильного урожая люди прибегали к симпатической магии, веря, что «подобное обязательно вызовет подобное же» .

Поразительно схожи обряды вызывания дождя у народов западного Дагестана и осетин: откладывание камушков и бросание их в воду, обливание друг друга водой, обрядовая кукла, чучело женщины, шествие ряженых. В каждом микрорайоне и Дагестана и Осетии существовали свои варианты обрядов вызывания дождя. Однако были и общие черты в обрядности, присущие и осетинам и народам Дагестана, свидетельствующие о том, что в далеком прошлом у них сформировались «представления о повелителе атмо-сферных осадков и в более широком смысле – божества плодородия» (13), которого следовало умилостивить .

За исключением названий и некоторых несущественных деталей основа праздника осетинского Кжрджгхжссжн и праздника цветов у лакцев, лезгин, даргинцев одинакова: он был посвящен весеннему возрождению природы, растительного мира и сопровождался сбором трав, цветов, доставки их домой, разбрасывание зелени по жилым и хозяйственным помещениям и т.д .

И последнее. Когда завершалась жатва последнего поля зерновых, осетины оставляли некошеным небольшой участок, верили – поле имеет своего родителя, который прячется на этом участке, и если скосить его, то погибнет и мать поля. Аналогичное представление о добром духе поля было и у лакцев. И они в поле оставляли нескошенным пучок всходов в один сноп, не сжинали последние колосья, а заплетали их в косичку (14) .

Все эти примеры из праздничных обрядов и обычаев в основе своей однотипны, едины по сценарию и по происхождению и, несмотря на разную степень сохранности и насыщенности церемониала, одинаковы по своей структуре и содержанию .

Однако наука располагает материалами лингвистического порядка, которые вполне вписываются в наши построения. Как показывают исследования К.Ш. Микаилова, в лексическом фонде дагестанских языков (главным образом, аварском) имеется около 100 (!) слов, которые следует квалифицировать как аланизмы. При этом характерно отметить, что аланизмы присутствуют в религиозной терминологии, в номенклатуре родственных отношений, названиях предметов быта, частей человеческого тела и животных, металлов, явлений природы, пищевых продуктов. Особенно заметен аланский вклад в аварскую антропонимию (Урузмаг, Георги, Дауаг, Дунетхан, Косерхан, Цахил, Дудар и т.д.) (15). Судя по предварительным изысканиям, весьма перспективны алано-аварские параллели в области демонологии .

Каким же образом элементы праздничного мира и такое количество аланизмов оказались на дагестанской почве, особенно в лакской и аварской? Попробуем подвести под ними историческую почву .

Дагестан сегодня не граничит с Осетией, тем не менее, в древности исторические судьбы наших народов были тесно переплетены .

Значительной роли древнеиранских народов в истории Дагестана посвящена специальная монография проф. М.Р. Гасанова (16) .

Пребывая в южнорусских степях, киммерийцы, особенно же скифы, непосредственно соприкасались с древним населением Дагестана, вступали в контакты с ним, о чем свидетельствуют памятники скифской культуры, обнаруженные на территории Дагестана. Подтверждают сказанное и то, что маршруты скифов в Переднюю Азию пролегали и через Дербентский проход, и наличие в лексике некоторых народов Дагестана скифских терминов и имен, отголоски нартовского эпоса .

Определенное влияние на народы Дагестана оказали сарматские племена. В истории известен албано-сарматский период на территории Дагестана, который продолжался восемь веков (IV в. до н.э. – IV в .

н.э.) .

Особенно важную роль в контактах с горцами Дагестана сыграли аланские племена .

В 1в. н.э. сармато-аланские племена вторглись в Закавказье через Дербентский проход, разорив дагестанские деревни .

После гуннской эпохи, последовательно наращивая темпы хозяйственного развития и свою военную мощь, а в начале Х в .

освободившись от хазарской зависимости, аланы в Х-ХII вв. сумели создать крупное раннефеодальное политическое и государственное образование, распространившее свое влияние на автохтонное население Северного Кавказа и поддерживавшее контакты с Византией, Русью, Хазарией, Грузией .

Согласно письменным источникам на востоке Алания непосредственно соседствовала с государственными формированиями раннефеодального типа на территории Дагестана – Сарир и Лакванну .

Известный путешественник Х в. Масуди помещает алан между Сариром на востоке и кашаками (кабардинцами) на западе. То, что Алания недалека от Сарира, высказал и Ибн Русте. Известный археологалановед В.А. Кузнецов считает, что «Ичкерия была зоной этнического стыка между Сариром, Аланией и Хазарией, вдобавок осложненный наличием здесь и автохтонных племен вайнахского происхождения, в Аланию не входящих» (17). Непосредственное территориальное соседство Алании с Дагестаном не только в Х в., но и в хазарское время (VII-IХ вв.) подтверждается и археологической топографией аланских катакомбных могильников в Чечне. О присутствии аланского населения на границе с Дагестаном высказался известный кавказовед А.В. Гадло. Считая, что границы восточной Алании проходили по Терско-Сулакской низменности, ученый тем самым включает предгорную равнину современной Чечни к территории Алании .

«Заселение овсами-аланами предгорий современной Чечено-Ингушетии и продвижение их в горы в районе современного Дарьяльского ущелья привело к тому, – пишет А.В. Гадло, – что в местной кавказской этнонимике за ними закрепился этноним Хрий-Хириол, ставший самоназванием восточной группы осетин – ирон» (18). Таким образом, этническая территория современной иронской группы осетин простиралась от р. Урух до р. Сулак .

Однако дело не ограничивалось лишь наличием общей границы. За период более пяти веков (VII-ХII вв.) проживания на смежной территории между соседями поддерживались мирные, дружественные отношения. Об этом свидетельствуют имевшие место династические браки: царь алан был женат на сестре правителя Сарира. О существовании мирных взаимоотношений алан с восточными соседями свидетельствует и другое сообщение Масуди: он писал, что жители Гумик/Кумух (государственное объединение V-Х вв., в котором жили лакцы) были в мире с царством алан. Алания поддерживала экономические связи с Дагестаном. Торговые пути шли из Дагестана в Грузию через Дарьяльское ущелье, из Алании в Ширван и др .

Вышеприведенные параллели являются следствием многовекового соседства и взаимовлияний алан с западно-дагестанским миром. На востоке с Аланией граничили с раннефеодальными образованиями аварцев Сарир и лезгин Лакз/Лакванна. Вовсе не случайно, что именно с этими народами и превалируют этнографо-лингвистические паралели Судя по нынешнему состоянию изученности вопроса, тождество и одна природность некоторых праздников, обычаев и обрядов свидетельствуют о том, что в диффузионном процессе между соседями аланское влияние преобладало над соседями. Это и понятно: время соседства (VII-ХII) совпало с периодом становления и расцвета Алании – крупного государственного объединения на Северном Кавказе, которое, естественно, оказывало всестороннее влияние на своих соседей, в том числе и культурно-этнического характера .

Со времени прекращения непосредственных контактов, отсутствия смежной территории, прошло около тысячи лет. Время наложило свой отпечаток на обычаи и традиции. Однако под внешним покровом самобытных религиозных верований и плотного слоя мусульманства у авар, лакцев, лезгин все же проходил процесс интеграции этнических и культурных элементов алан и автохтонного населения Западного Дагестана. Через призму тысячелетий до нас дошли реликты жизни прошлых эпох, которые кроме как следствием доброго соседства и дружественных взаимоотношений не объяснить .

ЛИТЕРАТУРА

1. Лавров Л.И. Археологические разведки в Дагестане 1947 и 1950 гг.// Сборник музея антропологии и этнографии. М.-Л., 1953. Т.14 .

С.258 .

2. Лавров Л.И. Этнография Кавказа. Л., 1982. С.134 .

3. Булатова А.Г. Традиционные праздники и обряды народов горного Дагестана в ХIХ – начале ХХ века. Л., 1988. С.67; ее же:

Лакцы (ХIХ – нач. ХХ вв.), Махачкала, 1971 .

4. Абаев В.И. Историко-этимологический словарь осетинского языка. М.-Л., 1958. Т.1. С.314-316 .

5. Штедер. Дневник путешествия из пограничной крепости Моздок во внутренние местности Кавказа, предпринятого в 1781 году // Осетины глазами русских и иностранных путешественников, Орджоникидзе, 1967. С.44-45; Чибиров Л.А. Народный земледельческий календарь осетин. Цхинвал, 1976.С.160-161 .

6. Булатова А.Г. Традиционные праздники… С.66 .

7. Булатова А.Г. Там же .

8. Макалатия С. Хеви, Тбилиси, 1934… С.192 (на груз. яз.) .

9. Булатова.А.Г. Традиционные праздники… С.67 .

10. Чибиров. Л.А. Народный земледельческий… С. 116 .

11. Булатова А.Г. Традиционные праздники… С.35 .

12. Богаевский Земледельческая культура афин, С-Пб, 1916. С.89Там же. Булатова А.Г. Традиционные праздники…С.85 .

14. Чибиров Л.А. Народный земледельческий… С.231; Булатова А.Г .

Традиционные праздники… С.90 .

15. Микаилов К.Ш. Аланский вклад в аварскую антропонимию // Материалы пятой республиканской научной сессии по историкосравнительному изучению иберийско-кавказских языков. Владикавказ,

1977. С.131-140; его же: Еще несколько дагестанских аланизмов // Этимология, М., 1972 .

16. Гасанов М.Р. Дагестан и иранский мир. Ереван, 1999 .

17. Кузнецов В.А. Очерки истории алан. Владикавказ, 1992 .

С.216 .

18. Гадло А.В. Северный Кавказ в IV-Х вв. (проблемы этнической истории.) Л., 1984. С.252 .

http://www.darial-online.ru/2008_1/gaisinsky.shtml

–  –  –

ВЕЛИКИЕ ТЕЛОМ И ГОРДЫЕ УМОМ

В середине 6 в. на территории сначала Восточной, а затем и Центральной Европы появились очередные искатели легкой добычи и плодородной земли по имени авары. Разгромив по пути попавшихся им под руку антов, гепидов и савиров, они остановились в Паннонии (это часть современных Венгрии и Австрии) и образовали там Аварский каганат, первым каганом которого стал хан Баян .

Военные успехи авар были не случайны, потому что они сами по себе «великие телом и гордые умом» воины были к тому же и хорошо организованы, имея в составе своей армии и подвижные отряды, вооруженные неизвестными тогда еще Европе саблями, и латников, оружием которых были длинное копье и тяжелый обоюдоострый меч .

Считается, что именно закованный в доспехи аварский воин и его защищенный железным панцирем конь стали прообразом европейского рыцаря. Кроме того аварские всадники имели под своими ногами еще одно новшество – стремена, позволявшие, опираясь на них, наносить гораздо более сильные удары по противнику .

В русских летописях, которые называют авар обрами, они предстают не только как завоеватели, но как злобные и циничные поработители: «Обры воевали против славян и примучили дулебов, славянское племя, и насилье творили женам дулебским: если поедет куда обрин, то не позволял запрячь коня или вола, но приказывал впрячь в телегу три, четыре или пять жен и везти его. И так мучили дулебов» .

В не лучшем положении оказалось и другое славянское племя антов: об этом в сообщении Менандра Византийца (Протиктора):

«Властители антские приведены были в бедственное положение и утратили свои надежды. Авары грабили и опустошали их землю .

Угнетаемые набегами неприятелей, анты отправили к аварам посланником Мезамира, сына Идаризиева, брата Келагастова, и просили допустить их выкупить некоторых пленников из своего народа .

Посланник Мезамир, пустослов и хвастун, по прибытии к аварам закидал их надменными и даже дерзкими речами. Тогда ант Котрагиг, который был связан родством с аварами и подавал против антов самые неприязненные советы, слыша, что Мезамир говорит надменнее, нежели как прилично посланнику, сказал кагану: “Этот человек имеет великое влияние между антами и может сильно действовать против тех, которые хоть сколько-нибудь являются его врагами. Нужно убить его, а потом без всякого страха напасть на неприятельскую землю”. Авары, убежденные словами Котрагига, уклонились от должного к лицу посланника уважения, пренебрегли правами и убили Мезамира. С тех пор больше прежнего стали авары разорять землю антов, не переставая грабить ее и порабощать жителей» .

И хотя из-за «пустослова и хвастуна Мезамира… с тех пор больше прежнего стали авары разорять землю антов», не следует забывать, что и до посольства этого бездарного дипломата «властители антские приведены были в бедственное положение и утратили свои надежды .

Авары грабили и опустошали их землю» .

Энциклопедии и справочники относят аваров, подобно гуннам, к этническим тюркам с родиной то ли на северо-востоке от Китая, то ли в предгорьях Алтая, но бесспорных оснований для такого утверждения нет: показателен в этом плане рассказ Константина Багрянородного:

«[Знай], что василевс Диоклетиан очень любил Далмацию; поэтому, выведя людей из Рима вместе со своими домочадцами, он поселил их в qrp`me Далмации. Как переселенцы из Рима, они называются римлянами и носят это прозвание вплоть до сего дня. Так вот, сей василевс Диоклетиан построил также крепость Аспалаф и воздвиг в ней дворец, который невозможно описать ни словом, ни на бумаге и руины которого до нынешнего дня свидетельствуют о древнем благоденствии, хотя подточили его долгие годы. Кроме того, построил тот же василевс Диоклетиан крепость Диоклею, теперь находящуюся во владении Диоклетианов, отчего и прозвище «Диоклетианы» осталось как название жителей той страны. Владение этих римлян простиралось до реки Дунай. Когда некоторые из них пожелали переправиться через реку и узнать, кто живет по ту сторону ее, то, переправясь, они нашли славянские безоружные племена, которые называются также аварами .

[Ранее же] ни эти люди не знали, что кто-нибудь живет по ту сторону реки, ни те, что кто-либо обитает по ею сторону. Поскольку же римляне застали аваров безоружными и к войне не подготовленными, они, пойдя войною, забрали добычу и полон и вернулись… Славяне по ту сторону реки, называемые также аварами, поразмыслив, сказали:

«Эти римляне, которые переправились и взяли добычу, отныне не перестанут ходить против нас войной. Поэтому сразимся-ка с ними» .

Засим славяне, они же авары, посоветовавшись таким образом, когда однажды римляне переправились, устроили засады и, сражаясь, победили их. Взяв их оружие, знамена и прочие воинские знаки и переправившись через реку, названные славяне пришли к клисуре .

Увидев их, находившиеся там римляне, приметя также знамена и вооружение своих единоплеменников, сочли и их самих таковыми. Когда же названные славяне достигли клисуры, они позволили им пройти .

Пройдя же, славяне тотчас изгнали римлян и овладели вышеупомянутой крепостью Салона. Поселясь там, с той поры они начали понемногу разорять римлян, живших в долинах и на возвышенностях, уничтожали [их] и овладевали их землями. Прочие же римляне находили спасение в крепостях побережья и доныне владеют ими, каковыми являются Декатеры, Раусий, Аспалаф, Тетрангурин, Диадоры, Арва, Векла и Опсары, жители которых и теперь называются римлянами» .

Вместе с тем следует заметить, что некоторые комментаторы приведенного отрывка небезосновательно считают, что под «славяне, они же авары» следует понимать их союз и основывают такое предположение на том обстоятельстве, что на языке авар слово «ант»

могло означать «союзник» .

В доказательство не тюркского происхождения авар приводят и факт существования в районе Дагестана народа с идентичным национальным именем – аварцы, считая их прямыми потомками той части авар, которые в те давние времена предпочли вершины Кавказа придунайским равнинам, и усматривая связь между отмеченной выше экипировкой аварских воинов, требовавшей искусного обращения с металлами и всемирной известностью изделий из металла, выполненных нынешними мастерами аварских аулов. Один из наиболее знаменитых авторов Раннего Средневековья Ибн-Русте в начале 10 в. писал о «народе авар, соседствующем с аланами»; живший в 14 в. Мухаммед Рафи, сообщал, что в Дагестане «много городов, много владений и три земли — Авар, Сахль и Зирегани». О жителях Зирегани, которые славятся как мастера «кольчуг, стремян, удил, мечей и других железных вещей», также хорошо известный историкам Аль-Масуди упоминает и того ранее, в 8 в.; интересно, что на иранском (персидском) языке Зирегани (Зирихерган) означает «делатели панцирей» .

Но гораздо больший интерес должно вызвать то обстоятельство, что всего за век до авар на запад с мест прежнего обитания, то есть с предгорий Кавказа, продвинулись и аланы. Иными словами, речь идет о двух огромных двигавшихся параллельно с относительно небольшим промежутком во времени масс народа; при этом один из них, аланы, вступив по пути следования в союз с рейнскими племенами вандалов (такова официальная версия) дошли до Пиренейского полуострова и Северной Африки, где образовали собственные королевства; другие, авары, покорили и подчинили себе чуть ли не всю Восточную и Центральную Европу. Ответа на вопрос: каким образом аланам, даже усиленным вандальскими воинами, удалось практически беспрепятственно преодолеть столь огромное расстояние – нет.

Так может быть правы те, кто считает вандалов одним из аланских племен:

до настоящего времени на том же Кавказе проживает народ сванов (сваны) и если историкам известны рус-аланы (рухсоланы), то могли быть и ван-аланы (вандаланы). Известно также, что вплоть до 14 в .

на Кавказе существовали так называемые вольные общества аварцев и одно из них именовалось Андалал .

Во всяком случае, этим предлагается хоть какое-то объяснение существованию союза между аланами и вандалами, а то ведь ученые извелись в догадках и предположениях по поводу долговременного братства между совершенно чуждыми во всем сарматами и германцами .

Следующий вывод, если и не очевиден, то весьма вероятен: авары также одного роду-племени с аланами, не уступавшие ни по численности, ни по значению последним. Первую половину пути алановандало-авары прошли вместе и остановились в благодатном центре Европы; далее их пути разделились: одни, как уже отмечалось, продолжили движение на запад, а другие стали закрепляться на облюбованной территории, строя новые и используя уже имеющиеся здесь в большом числе замки (хринги), позволявшие и успешно обороняться, и совершать набеги на соседей-славян, франков, лангобардов и, конечно же, на византийцев .

Что до упомянутого выше столетнего промежутка между нашествием на Европу алан и авар, то предостережем самих себя от распространенной ошибки: считать первое упоминание о государстве или городе и начальной точкой отсчета, подобному тому, что годом основания Москвы считается 1147-й, хотя это дата первого упоминания о ней в летописи и не известно, как долго Москва существовала до того дня, когда боярин Кучкович пригласил к себе в гости князя Юрия Долгорукого дабы вместе выпить и закусить, что и было зафиксировано в «Повести временных лет». Подобных примеров множество, но не наша цель их анализировать, скажем только, что от того момента, когда авары появились в Паннонии, и до той поры, когда объединение их племен стало Каганатом, должно было пройти время .

В пользу сделанного вывода говорит и наличие во Франции около сотни топонимов, этимологически связанных с аланами (например, город Алансон), а процесс закрепления иностранных названий требует длительного присутствия их носителей. Так что у решивших достичь «последнего моря» алан и вандаланов был надежный тыл, обеспечивающий им военную и политическую поддержку. И не только тыл: в результате одного из сражений сам франкский король Сигиберт II попал в плен к аварам и неизвестно, что сталось бы с монархом, не согласись он выдать своего сына Дагобера I за аварскую принцессу с неаварским именем Рахиль и закрепить за молодой в качестве приданого город, названный в ее честь Ля Рошель .

В последнее время все чаще раздаются призывы: осторожнее обращаться с понятием «великое переселение народов» (разумеется, речь идет не о вообще отрицании миграций народов, но о их масштабах и частоте). Такой подход Г.В. Вернадский назвал «последовательностью этнического и рассового напряжения», имея в виду то, о чем до него, относительно скифско-сарматской перестановки, говорил Е. Классен: «…народ остался на том же месте, но явился только под другим именем… Теория расположения народного весьма известна, и народы не грибы, для которых достаточно одной ночи, чтобы появиться во множестве даже и там, где их прежде и не бывало» .

Эта точка зрения, с учетом высказанных соображений, вполне может быть перенесена и на европейский «вояж» алан и авар – иными словами, авары – это аланы, но по прошествии времени «явившиеся только под другим именем», которое с иранских наречий, как утверждают лингвисты, переводится как «кочевники». Кстати, и на языке того народа, праматерь которого носила упомянутое выше имя Рахиль, слово «авар» имеет если не совершенно подобное, то очень похожее значение: «переходящий» – также и в смысле «переходящий» с места на место» .

А если к нашим рассуждениям приобщить еще и русов, зная что их прародиной было Северное Причерноморье и что имеются достаточно веские аргументы видеть в их этногенезе все те же сармато-иранские корни, то загадочное объявление князем Святославом Игоревичем «центром земли своей» расположенный на Дунае, то есть в пределах бывшего Аварского каганата, город Перяславль, может получить вполне убедительное объяснение. (Это неверное предложение, Преславль или Преславица – Констанца и был на территорию Болгарии!) http://www.darial-online.ru/2008_6/chshiev.shtml В.Т. ЧШИЕВ

–  –  –

1. Краткие данные по памятнику. Обряд и планиграфия могильника .

Памятник обнаружен в 2006 г. в результате археологических работ, проводившихся в р-не сс. Цми и Нижний Зарамаг Алагирского рна РСО-А сотрудниками Института истории и археологии РСО-А при СОГУ им. К.Л. Хетагурова, при участии специалистов ГУП «Наследие»

Министерства культуры Ставропольскго края и Государственного учреждения «Республиканский научно-производственный центр по охране памятников истории и культуры Министерства культуры РСО-А». В результате археологических работ 2006 года на памятнике было выявлено и исследовано 4 гробницы раннекобанской культурной атрибуции (раскопки проводились по Открытому листу № 1277, выданному на имя В.(Х.)Т. Чшиева.) Памятник расположен в северной части Зарамагской аридной котловины, на древней террасе, вытянутой по линии север-юг, на левом берегу р. Адайкомдон. Река Адайкомдон сливается здесь с Нардоном и Мамисондоном, образуя в 300 метрах к северу от могильника реку Ардон. Могильник находится на дне ущелья, зажатого с запада крутыми скальными откосами, а с востока склонами Зарамагского утеса, в местности весьма неблагоприятной для жизнедеятельности как древнего, так и современного человека .

Площадь могильника составляет более 6000 кв. м .

Могильник представляет собой погребальные сооружения разного времени и типа, расположенные четырьмя ярусами, устроенными в теле древней террасы левого берега р. Адайдон. Ярусы могильника расположены друг над другом со смещением к западу, в виде ступеней .

Площадь могильника покрыта мощным слоем балласта, представляющего собой дресву черного сланца с цементацией глиной, который является продуктом склоновых осадков, нависающих над памятником сланцевых скал .

Все погребальные сооружения могильника сооружены с использованием камня и впущены в грунт. Нижний, первый ярус некрополя представляют большие коллективные гробницы квадратной или подпрямоугольной формы размерами в среднем 230 х 230 см. Пол погребений ровный, стены выложены из валунов и дикого камня, перекрытия составлены из массивных уплощенных плит черного сланца .

Гробницы представляли собой коллективные захоронения, сопровождавшиеся многочисленным металлическим погребальным инвентарем. Выше сланцевых перекрытий над гробницами были зафиксированы каменные наброски из плиток черного сланца, являвшихся частью погребального обряда. Вообще, характерной особенностью памятника является наличие каменной вымостки не только над погребениями, но и всего межпогребального пространства, особенно типичной для погребений второго и третьего ярусов .

Гробницы содержали коллективные захоронения (до 5-6 костяков), сопровождавшиеся большим количеством погребального инвентаря .

Определение положения костяков в гробницах и их ориентировки затруднено вследствие перемешанности костей возникшей в результате позднейших подзахоронений, а также деформации конструкции самих гробниц .

Второй ярус могильника представлен также коллективными захоронениями, но, в отличие от первого, количество костяков здесь меньше (2-4.) Погребальные сооружения второго яруса представляют собой прямоугольные гробницы размером в среднем 250х120, 140 см., ориентированных по длинной оси – запад-восток. Определение ориентировки костяков и здесь осложнено плохой сохранностью и позднейшими подзахоронениями, однако, исходя из имеющихся данных, можно предполагать вытянутое положение костяков головой на восток .

Гробницы второго яруса имели также такую особенность погребального обряда как двухуровневые захоронения, когда верхнее погребение располагалось на полу, выложенном из подогнанных друг к другу поперечных уплощенных сланцевых плит, служивших одновременно перекрытием для погребений нижнего уровня. Гробницы второго яруса располагаются рядами, почти вплотную друг к другу (расстояние между стенками соседних гробниц составляет от 20 до 30 см.) Несмотря на обилие разнообразного погребального инвентаря, сопровождавшего захоронения первого и второго ярусов, здесь не было зафиксировано наличие керамических сосудов .

Третий ярус могильника в основном представлен гробницами двух типов, перекрытых общей горизонтальной вымосткой. Первый тип погребений составляют прямоугольные гробницы, стены которых, сложенные из дикого камня и сланца, перекрыты сланцевыми же массивными плитами. Размеры гробниц этого типа – 150 – 180 х 120 см. Второй тип гробниц третьего яруса представляют классические для Кобани каменные ящики размером в среднем 110х120 см, сложенные из цельных массивных сланцевых плит, поставленных вертикально и перекрытых аналогичными. Для погребений третьего яруса характерна разновекторная ориентация костяков – головой на юг, восток или запад. Объединяет их положение погребенных в гробницах – скорченное на правом или левом боку. Инвентарь погребений на исследованном участке третьего яруса хронологически также близок и соответствует эпохе классического периода кобанской культуры – началу скифского времени .

Четвертый ярус могильника пока не исследовался и проявляется в виде частично выявленных конструкций гробниц, прослеженных в вертикальных срезах западной стены третьего яруса. Анализ фрагментов конструкций четвертого яруса и планиграфической ситуации на памятнике позволяет предположить, что погребения данного яруса одновременны или несколько моложе захоронений третьего яруса могильника. Важной особенностью погребений третьего яруса является, наряду со скорченным положением костяков и их ориентировкой, сопровождение данных захоронений не только оружием, украшениями, предметами обихода, но и значительным количеством посуды, бронзовой и керамической. В целом, инвентарь и обряд захоронения погребений третьего яруса достаточно близок для гробниц обеих типов, зафиксированных на этом уровне, и отличия в конструкции погребальных сооружений здесь, вероятно, связаны в основном с социальными отличиями между погребенными в них кобанцами .

Наличие жертвенных животных или их частей в погребениях могильника на современном этапе его исследования не зафиксировано, если не считать нескольких бараньих астрагалов на полу погребений третьего яруса. В то же время немаловажное значение в обряде захоронения на памятнике представляют черепа лошадей, зафиксированные на первом и третьем ярусах могильника. В первом случае, череп лошади располагался у западной стенки гробницы №3, на уровне пола. Остальная часть погребального сооружения была полностью уничтожена техникой строителей ГЭС еще до начала раскопок на памятнике. Во втором случае череп лошади находился на уровне перекрытий, вблизи от гробницы № 37, среди инвентаря которой находились, в том числе, и бронзовые удила с зооморфными псалиями .

Зубы лошади зафиксированы также в ряде случаев в заполнении погребений всех трех ярусов. Также в засыпке погребений всех трех ярусов спорадически встречалось небольшое количество древесного угля .

2. Погребальный инвентарь и предварительная хронология памятника .

Наиболее ранние материалы могильника, как представляется на современном этапе исследования, составляют захоронения первого яруса, содержавшие такие предметы, как бронзовые литые топоры с круглым отверстием типа Фаскау 7 и Фаскау 8 (группа 2,17 и 2,18 по С.Н.Кореневскому), а также массивные бронзовые булавки с дисководным навершием, снабженным отверстием в нижней части (рис .

1, 1-4.) Также эпоху первого яруса характеризует короткий массивный бронзовый топор архаичного типа с круглым отверстием, трапециевидным, расширяющимся к лезвию клином (группа 2,7 по С.Н.Кореневскому.) На уровне первого яруса найдено большое количество привесок в виде головы барана с закрученными рогами, покрытыми насечками, отсутствующих пока на втором ярусе могильника (рис. 1, 7-9.) Однако в гробницах и первого и второго ярусов найдены птицевидные бляхи со скульптурной головой барана, что говорит о преемственности поколений и неразрывной связи между ярусами .

Второй ярус характеризуется также бронзовыми топорами со скульптурой барана на обухе и большими кинжалами (рис. 1, № 6) .

Массивные копья также характерны для погребений второго яруса могильника. В целом, материалы первого и второго ярусов могильника датируются 14-12 вв. до н.э .

Третий ярус могильника представлен типами предметов, характерных для более позднего времени. Это небольшие пластинчатые поясные пряжки, дуговидные фибулы, бронзовые и железные кинжалы, удила с зооморфными псалиями, двоякоизогнутые бронзовые топоры с гравированным орнаментом (рис. 1, 5), бронзовые ситулы и кружки с зооморфными ручками, характерными для кобанских древностей XI-VII вв. до н.э. Наконец, верхнюю дату материалов могильника (VII-VI вв .

до н.э.) определяют массивные бронзовые фибулы, железные кинжалы типа кавказских однолезвийных «акинаков» и бронзовые чаши-фиалы .

Представляется вероятным, что исследование четвертого яруса могильника даст материалы V-IV вв. до н.э .

Погребальный материал Адайдонского могильника свидетельствует об активных межплеменных контактах населения, оставившего данный некрополь. Бусы, бисер, формы бронзовых чаш и кружек указывают на наличие связей адайдонских кобанцев с Древним Египтом, Ираном и народами Закавказья. Конская узда, некоторые формы кинжалов, стрел говорят о контактах населения, оставившего могильник, с племенами киммерийско-скифского культурного круга. Данные находки вполне согласуются с перспективным месторасположением памятника, находящегося на пути древнего транскавказского тракта (современный Транскам). Отсюда, из Зарамагской котловины, расходятся дороги к нескольким перевалам Большого Кавказа, по которым в древности проходили пути транзитной торговли, соединявшие народы юга Восточной Европы с племенами Закавказья, Иранского нагорья и Передней Азии .

Обилие бронзовых и, в целом, металлических находок могильника, также не случайно. Адайдонский некрополь находится недалеко от богатых месторождений полиметаллических руд Северного Кавказа, расположенных в верховьях Алагирского ущелья РСО-А – Садонского, Згидского, Архонского, Джимидонского и др .

http://www.darial-online.ru/2009_1/chelehsaev.shtml

–  –  –

К ВОПРОСУ О НАЗВАНИЯХ ДАРЬЯЛ И ДЕРБЕНТ

Расселение людей по планете с древнейших времен зависело от неоднократно менявшихся природно-климатических условий. Около 12 тыс. лет назад завершилось последнее оледенение, и человек, следуя за отступающими ледниками, начал активно осваивать освободившиеся территории. Особенно усилились миграционные процессы во времена так называемой «неолитической революции» VII–IV тыс. до н.э., когда человечество от присваивающих форм хозяйствования постепенно переходило к производящим – земледелию и скотоводству, что дало людям небывалую до тех пор возможность в восполнении пищевых запасов. Связанное с этим повышение уровня жизни способствовало росту населения и толкало людей к поиску и еще более интенсивному обживанию новых земель. В это время, видимо, и наметились основные пути миграций людских сообществ, один из которых пролегал через Кавказ. Географическое положение на стыке Европы и Азии, близость к давно обитаемым просторам Восточной Европы, с одной стороны, и к земледельческим цивилизациям Северной Африки и Ближнего Востока – с другой, способствовали тому, что через Кавказ происходили перемещения разноэтничных масс. Зачастую кавказские долины и ущелья становились конечным пунктом этих миграций, о чем свидетельствуют и разнообразие доисторических археологических культур, и сообщения античных и средневековых авторов, называвших Кавказ «горой народов» – определение, актуальное и в начале III тыс. н.э .

Известно, что кавказский хребет, протянувшись между Каспий-ским и Черным морями, являет собой, как отмечал в I веке н.э. в своей «Географии» (Кн. XI., гл.II.,15) Страбон, «стену», отделяющую сарматские равнины, т.е. Северный Кавказ, от Закавказья и Малой Азии. Еще в начале I тыс. до н.э. народам Средиземно-морья и Ближнего Востока Кавказ представлялся малоизученной и загадочной окраиной обитаемого мира, хотя современная наука свидетельствует, что это время ознаменовано здесь расцветом кобанской археологической культуры, как теперь выясняется – одной из самых блистательных культур эпохи поздней бронзы. К началу нашей эры сведения о Кавказе становятся реалистичнее. Это связано, в первую очередь, с экспансионистской политикой древнеримского государства в Азии, где, в частности, в борьбе за влияние на Закавказье непомерные амбиции Рима столкнулись с интересами могущественного Парфянского царства. В этом противостоянии Востока и Запада активную позицию занимали ираноязычные скифо-сармато-аланские племена Северного Кавказа, часто находившиеся в рядах конфликтующих сторон в качестве наемников, т.к. воинское искусство степных номадов хорошо было известно в древнем мире и, судя по всему, неплохо оплачивалось. К примеру, описывая войну 35 года н.э. в Закавказье, знаменитый римский историк Тацит (Летопись. VI.33) писал: «…вожди сарматов, приняв дары от обеих сторон, по обычаю своего племени выступили на помощь тем и другим». Именно в это время в работах греческих и латинских авторов появляется более подробное описание этногео-графической и военно-политической обстановки на Кавказе, начинают фигурировать различные географические названия и, в том числе, упоминаются основные проходы, которыми «северные варвары» преодолевали горную систему Кавказа. Судя по количеству упоминаний в письменных источниках, два из них являлись наиболее важными: один находился в центре кавказского хребта, а другой на его восточной окраине, возле берега Каспийского моря. Из многих наименований, под которыми эти проходы фигурируют в трудах античных и средневековых авторов, мы рассмотрим два – Дарьял и Дербент. Оба эти названия являются тополексемами, и поэтому, в первую очередь, взглянем на них с позиций топонимики .

Топонимика – это часть языкознания, изучающая географические названия, их значение, структуру, происхождение и ареал распространения. В отдельных случаях топонимика выступает ценным вспомогательным историческим источником: анализ названий рек, морей, местностей, населенных пунктов и т.д. зачастую проливает свет на этногенетические и исторические процессы, происходившие в прошлом, и на этнические пласты, принимавшие в них участие. К примеру, названия великих южнорусских рек Дона, Днепра, Днестра и Дуная содержат осетинское слово,дон‘ – река, что дало возможность установить преемственную связь между скифо-сарматским населением этого региона в древности с современными ираноязычными осетинами .

Интересны также свидетельства топонимики, указывающие на прошлое расселение славянских народов. Анализ названий местностей восточной Германии доказывает с полной очевидностью, что славянское население было продвинуто в прошлом далеко на запад, до реки Эльбы и далее (1; 233). Таким образом, географические названия, нашедшие правильное истолкование, могут оказать позитивное влияние на результаты исторических исследований, и, наоборот, знание исторических реалий может способствовать выяснению значений топонимов .

Что касается названий Дарьял и Дербент, то взглянем, какие сведения по ним имеются в топонимической литературе:

Дарьял – ущелье на Военно-грузинской дороге, где р.Терек пересекает Кавказский хребет. Из иранских языков:,дар‘– ворота, ущелье, проход. Во втором компоненте усматривали этноним ираноязычного народа аланы, но это недостаточно надежно .

Дербент – город в Дагестане на Каспийском море. Иранское,дер‘,,дар‘ – дверь, ворота, теснина, проход и,бенд‘ – преграда: в этом месте Кавказский хребет подходит близко к Каспийскому морю, образуя узкий проход на пути между Европой и Передней Азией. Арабское,Бабуль-абваб‘ – главные ворота или,Баб-уль-хадид‘ – железные ворота;

груз.,Дагвискири‘ – морские ворота; турецк.,Темиркапсы‘ – железные ворота; армянск.,ворота Джора‘; древнерусск.,железные ворота‘. (2; 116,119) .

Эти данные можно расширить, если обратиться к письменным источникам.

Оба рассматриваемых нами топонима встречаются там под следующими названиями:

Кавказские и Каспийские ворота (Плиний – старший);

Каспийская дорога (Тацит);

Сарматские ворота (Птолемей);

Аланские ворота (в работах армянских, грузинских, персидских и арабских авторов) и др .

Интересен тот факт, что с названиями обеих дорог часто происходила путаница. Уже в I веке н.э. Плиний в «Естественной истории» (кн.VI.40.) писал: «Здесь надо исправить ошибку многих, даже тех, которые в последнее время принимали участие в походах Корбулона в Армению: они называют Каспийскими те ворота в Иберии, которые называются Кавказскими; это название стоит и на присланных оттуда ситуационных картах. И угроза императора Нерона относилась будто бы к Каспийским воротам, тогда как в ней разумелись те, которые ведут через Иберию в землю сарматов». В то же время известный алановед Ю.С. Гаглойти, анализируя труды таких авторитетных авторов, как Иосиф Флавий (I в. н.э.), Прокопий Кесарийский (V в. н.э.), Константин Порфирородный (X в. н.э.), небезосновательно полагает, что во многих случаях «название Каспийских ворот, наряду с Кавказскими и Сарматскими, прилагалось именно к Дарьяльскому ущелью» (3; 250). Т.е. путаница в этом вопросе, уходящая корнями во времена античности, демонстрирует место для возможности дополнительных проработок .

Много неясного с локализацией и других, важных с точки зрения исторических реконструкций, топонимов. Например, в некоторых византийских и армянских источниках фигурируют «ворота Чор» (Тзор, Джор), в которых ученые усматривают Дербентскую крепость. Но из контекста сообщений о данных воротах, которые обычно упоминаются в связке с «Аланскими», эти отождествления не выглядят безупречными .

На наш взгляд, под «воротами Чор» могут скрываться хорошо известные историкам и краеведам ворота «Чырамад» (из осет. чыр-известь, амадвозведенный), располагавшиеся на перевальной дороге, ныне известной как Транскавказская автомагистраль. В средние века эта дорога по Алагирскому ущелью, с выходом в Закавказье, конкурировала с проходом через находящееся недалеко Дарьяльское ущелье. Ее значение видно уже по тому, что ворота «Чырамад» контролировались жителями аула Быз и бокового Урсдонского ущелья, происходившими из рода ОсБагатара – одного из последних документально засвидетельствованных общеаланских вождей. Таким образом, повторим, что в вопросах, связанных с различными названиями Дарьяльского, Дербентского и других кавказских проходов, еще многое предстоит прояснить. Мы же, как отмечалось выше, ограничимся лишь рассмотрением этимологий (происхождение, смысловые и родственные связи) двух из этих топонимов – Дарьяла и Дербента .

Здесь надо сразу же подчеркнуть, что в топонимике, как и в любой другой науке, существуют свои приемы и методы исследования, с которыми необходимо считаться. Один из них, известный как закон ряда, гласит, что названия не возникают изолированно, а лишь в ряду других названий, и поэтому они имеют такую общую черту, как сравнительность (Большой – Малый; Старый – Новый; Горный – Степной и др.). И чем в большее количество рядов может быть включено название, тем больше вероятность найти его исходное значение .

Учитывая, что название обычно бывает многопланово, оно своими разными гранями может включаться в различные ряды. Так, к примеру, название Верхоянск основой ’Яна‘ принадлежит ряду Янский, УстьЯнск. Вместе с тем оно входит в грандиозный ряд населенных пунктов, названных по рекам; компонентом ’Верх ‘ оно входит в ряд Верхнеудинск, Верхотурье – поселения в верховьях рек; суффиксом ск– тоже входит в ряд. Топонимический ряд может помочь в поиске исходного значения топонима. Немаловажное значение имеет и то, что обычно у объекта бывает несколько признаков, по которым он может быть назван, и все заключается не в их наличии, а в их оценке, т.е .

в том, какой из многочисленных признаков избран и почему. Отбор признака всегда продиктован только интересами общества. Поэтому для определения правильной этимологии топонима необходимо учитывать эти интересы, выяснять исторические причины, породившие их (4) .

Рассматривая названия Дарьял и Дербент с учетом вышесказанного, отметим, что они сложносоставные, и это первый ряд, в который они могут быть включены. Второй ряд они составляют по начальному корню в своих названиях. (Из кавказских перевальных дорог, как минимум, еще одна содержала в своем названии данный компонент. Это Даринская дорога в работе византийца Менандра [VIв. н.э.], ведшая с Северного Кавказа в Абхазию.)(5; 47-57.) Еще один ряд, в который они могут быть включены, составляют различные варианты названий всех кавказских перевальных дорог и проходов. Ключевой момент данного повествования заключается в рассмотрении вторых частей исследуемых топонимов, по которым они также образуют ряд. Мы считаем, что ‘бент’ в названии Дербент и ‘ял’ в названии Дарьял восходят к словам бын (низ, дно) и уёл (над, наверху) современного осетинского языка, относящегося к восточно-иранской языковой группе (6;

т.I,278; т.IV,71). Т.е. мы предполагаем, что в словах Дарьял и Дербент первые части равнозначны, а вторые выступают не в одиночку, а соотнесены друг к другу и могут быть сравнены .

Чтобы показать, какие имеются основания для таких предположений, воспользуемся сравнительно-историческим методом в лингвистике, который используют при определении этимологии слов .

(1; 552-561). В первую очередь отметим, что бын и уал являются общеиранскими (и общеиндоевропейскими) словами и входят в основной лексический фонд осетинского языка. Т.е. противоречия между вторыми корнями сравниваемых сложносоставных слов в этом плане не имеется .

Но главный аргумент в поддержку предлагаемых нами этимологий заключен в их семантической составляющей. Если из имеющихся значений древнеиранского дар– (дер-) взять «дорога, проход» и при этом придерживаться предлагаемых нами этимологий для –бент и -ял, то имеем: Дербент – нижняя дорога; Дарьял – верхняя дорога. (7) И т.к. дорога в районе современного города Дербент пролегает по берегу моря, а чтобы преодолеть Кавказ через Дарьяльское ущелье нужно подняться на высоту около 2000м над уровнем мирового океана, то из этого, на наш взгляд, можно сделать вывод, что топонимы Дарьял и Дербент вполне определенно отражают особенности своего географического месторасположения .

Что касается формальной составляющей предлагаемых этимологий, т.е. фонетического и морфологического критериев, то здесь мы не находим непреодолимых противоречий, за исключением наличия фонемы [т] в слове Дербент. На наш взгляд, это распространенный в восточноиранских языках словообразующий формант, с помощью которого из бын (низ) получаем бынты (низом), т.е. Дербент – дар-бынты, что дословно – «дорога низом». Если исходить из выдвинутых нами этимологий, то под действием принципа аналогии лексема Дарьял должна быть близка к форме дар-уалаты – «дорога верхом». Но вариант названия Дарьял с суффиксом [т] не зафиксирован, и это фонетическое несоответствие в сравниваемых словах, не играя определяющей роли, все же ослабляет позиции формального критерия. Поэтому повторим, что упор в нашем доказательстве мы делаем на семантическую составляющую, т.е. на обозначение той смысловой нагрузки, которую несут рассматриваемые нами топонимы с позиции иранских языков .

Но при этом ни семантические, ни формальные критерии не гарантируют от ошибки, если они не рассматриваются на фоне знания тех реальных исторических условий, в которых образовались названия Дарьял и Дербент. Возникнуть же они могли, по нашему мнению, во времена, когда более других этими дорогами пользовались ираноязычные народы. Археологические источники свидетельствуют, что со II тыс. до н.э. лидирующее положение в степях Евразии заняли индоиранские племена. Они наладили трансконтинентальные связи на всем протяжении степи и были носителями передовых идей в металлургии, транспорте, животноводстве и других сферах человеческой деятельности (8; 153-163). В середине II тыс. до н.э .

от этого массива откололись будущие индийцы и проследовали на свою новую родину. С этого времени и вплоть до эпохи Великого переселения народов (IV – V века н.э.), т.е. на протяжении почти 2 тыс. лет, доминирующим элементом в евразийских степях и примыкающих к ним полупустынях, предгорьях и лесостепях становятся иранские племена. Часть из них на рубеже II–I тыс. до н.э. переместилась в Переднюю Азию, заняв территорию между Каспийским морем и Персидским заливом. У оставшихся в степях североиранцев на основе срубной и андроновской археологических культур к VIII веку до н.э., т.е. к раннему железному веку, складывается культура «скифского типа», которую ученые также именуют культурой «скифо-сибирского мира» .

Археологически она определяется по трем группам предметов (скифская триада): вооружение, детали конского убранства и произведения искусства, выполненные в зверином стиле. Ареал распространения этой культуры охватывает территории от Дуная – на западе, до Хуанхэ на востоке. Расселение северных иранцев на бескрайних просторах Евразийской степи стало возможным благодаря массовому освоению верховой езды и переходу к кочевому скотоводству – наиболее эффективной форме производящего хозяйства в условиях степи. Со временем, конечно, появились локальные варианты скифской культуры, т.к. трудно представить, чтобы у скифов Северного Китая за несколько столетий не возникло никаких культурнохозяйственных отличий от скифов, к примеру, Причерноморья. К тому же, в скифской среде в качестве субстрата могли оказаться неиранские народы, придав различным подразделениям скифов некоторую самобытность .

Однако североиранская этническая подоснова культур «скифосибирского мира» I тыс. до н.э. не вызывает сомнения. Об этом говорится в трудах многих авторитетных ученых, определяющих интересующий нас ареал как «древнеиранскую степную ойкумену» (9;

29,95) .

Что касается Кавказа, то сложившиеся здесь в эпоху бронзы археологические культуры отражают историческую обстановку в этом регионе. На III тыс. до н.э. приходятся расцвет майкопской культуры на Северном Кавказе и куро-аракской в Закавказье. Во II тыс. до н.э., в эпоху развитой и поздней бронзы, в разных районах Кавказа сложилось несколько археологических культур со своими особенностями. В Закавказье – это восточнокавказская, триалетская и колхидская культуры. На Северном Кавказе значительную территорию занимала северокавказская культура. К западу от нее, вплоть до Черного моря, расселились племена кубанской культуры, а восточную часть Северного Кавказа занимали племена каякентско-хорочоевской культуры. В центральной части Кавказа к XV веку до н.э .

сформировалась кобанская культура. Относительно хорошо из них изучена северокавказская культура, которая сложилась на основе предшествующей ей майкопской культуры в начале II тыс. до н.э .

Пройдя несколько этапов в своем развитии, она в конце II тыс. до н.э. пришла в упадок под интенсивным давлением степных племен с севера (8; 138-147). Этими племенами были иранцы, часть которых вскоре переселилась в Переднюю Азию. По поводу маршрута этой миграции в науке существуют две взаимоисключающие версии. По одной из них протоперсы и протомидийцы ушли на территорию нынешнего Ирана через Кавказ (10; 250-265) .

Независимо от того, верна ли данная гипотеза, одна миграция не могла стать причиной для возникновения иранских названий. Вероятнее всего, они синхронно возникли в эпоху скифо-сарматской гегемонии на Предкавказской равнине в I тыс. до н.э. Из этого региона, судя по письменным и археологическим источникам, периодически совершались вторжения в Закавказье и Переднюю Азию по дорогам, наиболее удобным для конных контингентов. Вполне естественно, что использование этих дорог должно было побудить кочевников выразить свое отношение к ним, выделить их существенные признаки. Такими признаками оказались топографические характеристики местностей, по которым пролегали эти дороги, и поэтому топонимы Дарьял – «верхняя дорога» и Дербент – «нижняя дорога» вполне адекватно отражают эти особенности .

Иная картина представляется при взгляде на «стену» Кавказа с противоположной стороны. Угроза, исходившая с севера, вызывала озабоченность жителей богатых оседло-земледельческих государств .

Правители таких мощных держав, как Парфия, Римская империя, а позже сасанидский Иран, Византия, Арабский халифат пытались различными способами сдержать натиск воинственных степняков. На примерах своих знаменитых предшественников – таких, как Кир Великий, Дарий I, Искандер Двурогий и др. – они понимали бесперспективность борьбы с кочевниками на их территории. Поэтому для охраны своих владений им были необходимы защитные сооружения. Первым один из кавказских проходов (предположительно дербент-ский) запер «Железными воротами»

все тот же Александр Македонский (11; VII,7,4). Но самые грандиозные постройки принадлежат царям Ирана. Закавказье всегда находилось в сфере их влияния, а северная граница Ирана часто достигала Дарьяла и Дербента. В начале VI в. н.э. шах Кавад I соорудил в различных местах Закавказья 360 крепостей для защиты от северных кочевников. Затем его сын и преемник Хосров I Ануширван построил Дербентскую крепость со стенами, укрепив и многие другие крепости Кавказа, в том числе «Аланские ворота» (12; 6.5.1). Эти примеры показывают, что «воротами», «замками», «дверями» Дарьял и Дербент были для государств Закавказья и Передней Азии. Для скифосармато-алан-ских племен это были «пути» и «дороги», которыми они, часто при поддержке союзных горских, а позже и тюркских племен, осуществляли военные акции в южном направлении .

Но со временем этнополитическая ситуация менялась. После Великого переселения народов и ухода части аланских племен в Европу, гегемония североиранцев в степи закончилась, а к XV веку н.э. стоял вопрос о физическом выживании горстки алан, уцелевших от погрома Тамерлана. Так завершилась одна из самых удивительных и печальных драм в истории человечества. А скифо-сарматские наименования двух кавказских проходов сохранились лишь в названиях г. Дербента и Дарьяльского ущелья, утеряв при этом этимологическое значение. Таково наше видение «исторического контекста», которого мы придерживались, пытаясь выяснить происхождение названий Дарьял и Дербент .

Безусловно, для создания более реалистичной картины необходимы детальное рассмотрение и комплексный анализ сведений по всем кавказским «дорогам», «проходам» и «воротам». Соображения, высказанные выше, носят лишь предположительный характер, и мы вполне осознаем большую степень гипотетичности многих предлагаемых здесь толкований и построений .

ПРИМЕЧАНИЯ

1) В.И. Абаев. Избранные труды. том II. Владикавказ, «Ир», 1995 .

2) В.А. Никонов. Краткий топонимический словарь. М., Мысль,

3) Ю.С. Гаглойти. Аланика. // «Дарьял». 2’99 .

4) В.А. Никонов. Введение в топонимику. М., 1965 .

5) В.А. Кузнецов. Алано-осетинские этюды. Владикавказ, 1993 .

6) В.И. Абаев. Историко-этимологический словарь осетинского языка. Л., Наука, 1989 .

7) Надо отметить, что в современном осетинском языке лексема,дар’ в значении «дорога, путь» не сохранилась. С большой натяжкой можно предположить о генетической связи с этим корнем таких слов, как,дард’ далекий и,даргъ’ – длинный. При этом,даргъ’, на наш взгляд, может иметь связь с русск. дорога. Но все это требует дополнительных проработок .

8) А.И. Мартынов. Археология. М., Высшая школа, 2002 .

9) А.Д. Грач. Древние кочевники в центре Азии. М., 1980; а также М.И. Артамонов. Сокровища саков. М., 1973; А.И. Мартынов .

Скифо-сибирское единство как историческое явление. Кемерово, 1979;

Н.Н. Лысенко. Асы-аланы в Восточной Скифии. Санкт-Петербург, 2002 .

10) Э.А. Грантовский. Иранские племена из Приурмийского района в IX – VIII вв. до н.э., М., Наука, 1962 .

11) Иосиф Флавий. О войне иудейской .

12) Агусти Алемань. Аланы в древних и средневековых письменных источниках. М., «Менеджер», 2003 .

http://www.darial-online.ru/2009_4/atabekian.shtml

–  –  –

ИСТОРИЯ КНЯЗЯ АСАНА-ДЖАЛАЛА ДОЛА, ПРАВИТЕЛЯ, ВОИНА, СВЯТОГО

История эта – одна из красивейших в средневековой летописи армянского народа. Она сохранилась чудом, благодаря трудам средневековых армянских историков Каланкатуаци, Гандзакеци, Айриванеци и других, благодаря надписям, оставленным на стенах армянских церквей и надгробиях усопших предков. И вот, из казалось бы разрозненных крупиц-сообщений, составленных вместе, взору открывается великое по духовности и трагизму сказание, достойное пера величайших мастеров слова. Я смогу лишь неумело пересказать эту историю, в надежде на то, что кто-то более достойный в будущем возьмется за благодарный труд – изложить ее во всех ее красках и величии .

*** К средним векам Армянский Мир представлял собой конгломерат феодальных независимых царств и полузависимых княжеств, разбросанных по исконной территории бывшего царства Великой Армении. Одним из таких княжеств был Хачен, которым правили князья из рода Вахтангянов. Родословная княжеского дома Вахтангянов уходила корнями своими к самим истокам армянского народа. Из генеалогических преданий, оставленных армянскими историками, известно, что род сей происходил от древнего рода Арраншахик (или Ераншаhик, Арранян)1, наследственных правителей «восточного края армянского», то есть Арцаха и всего правобережья реки Кура2. Согласно «Истории Армении» Хоренаци, основателем рода был Арран, один из отпрысков Айка Наапета – легендарного патриарха армян. Вероятнее всего, вотчина самого Аррана находилась в долине реки Хаченагет, в окрестностях современного селения Ванк. На это указывают два обстоятельства .

Во-первых, провинция, по которой протекает Хаченагет, ранее назывась именем патриарха Аррана – Мецарранк, в переводе с армянского «Великий Арранк», что уже указывает на его непосредственную связь с этими местами. Во-вторых, известно, что по крайней мере со средних веков правители этой провинции также считались венценосными или старшими князьями-правителями всего Арцаха, что также указывает на центральное значение, которое имела эта провинция по сравнении с другими. Можно с большой степенью вероятности считать, что эта традиционная, почти ритуальная функция правителей Мецарранка восходила к самим истокам Арраншахиков, т.е. к периоду правления самого Аррана .

Среди Вахтангянов-Арраншахиков было много славных имен, известных во всей Армении и далеко за ее пределами. К примеру, в раннесредневековых арабских источниках упоминается князь Саак, сын Смбата Арраншахика3, который в 821 году разгромил арабские войска вблизи крепости Шикакар, а позже пленил перса Бабека, разорявшего армянские княжества Сюника и Арцаха .

В 1214 году правителем Хачена был провозглашен Асан-Джалал Дола (другие версии написания имени – Хасан или Гасан-Джалал, старший сын великого князя Вахтанга II Тангика и княгини Хоришах, дочери князя Саркиса Закаряна и княгини Саакандухт Арцруни. В переводе с арабского языка4, который в то время был популярен в регионе и играл приблизительно ту же функцию, что и английский в современном мире, Асан означает «прекрасный», Джалал – «слава, величие», Даула – «власть». Эти имена-эпитеты всецело соответствовали князю Асану-Джалалу Дола. В годы его правления в Хачене шло значительное светское и церковное строительство, возводились крепости и мосты, прокладывались дороги, строились монастыри, составлялись новые и переписывались древние рукописи. Хачен стал одним из центров армянской государственности, национальной культуры и духовности. Историк Киракос Гандзакеци так пишет о самом князе: «...великий князь Хачена и областей Арцаха Асан, которого ласково называли Джалалом – муж благочестивый, богобоязненный и скромный, армянин по происхождению»5. Князь Асан-Джалал также вел активную внешнюю политику, установил устойчивые политические связи с Армянским Королевством в Киликии, с Византией, с Грузией, с Персией, что также способствовало торговле и процветанию его края. Благодаря своему государственному строительству и личному авторитету в Хачене и далеко за его пределами, Асан-Джалал Дола часто упоминается как «князь князей», «венценосный правитель» и «самодержец высокого и великого Арцахского Мира»6 .

Супругой князя Асана-Джалала была Мамкан, дочь Бахкского7 царя. У супружеской четы был единственный сын – княжич Иванэ Атабек, названный так в честь своего знаменитого дяди, полководца Иванэ-атабека Закаряна8, и четверо дочерей: Рузукан (Рузан), Мама, Мина и Хатун. Последняя скончалась в младенчестве, приблизительно в 1215 году. Ее похоронили на вершине горы Гандзасар (арм. «Гора Сокровищ»), где, вероятнее всего, ранее было древнее поселение, основанное самим легендарным основателем рода – патриархом Арраном, а позже была расположена родовая усыпальница Арраншахиков и Вахтангянов. На ее месте установили хачкар с надписью князя Асана-Джалала: «Я, Асан, сын Вахтанга, установил этот крест в память о моей дочери Хатун, от своего имени и от имени ее матери-княгини — дочери Царя Бахка»9. Могила княжны Хатун сохранилась до наших дней;

она расположена возле северной стены Гандзасарского монастыря .

Вся большая княжеская семья тяжело переживала потерю младшей дочери князя. Вдовствующая мать Асана-Джалала, прожив некоторое время в горе, раздарила свои богатства, оставила родной край и пустилась отшельницей в Иерусалим, где прожила несколько лет простой жизнью и скончалась; там же захоронена10. Сам князь Асан-Джалал, человек боголюбивый, нашел утешение в молитвах и в продолжающемся церковном строительстве. Тогда же, вспомнив предсмертный завет своего отца, князя Вахтанга Тангика, князь решает построить большую церковь в родовой усыпальнице на горе Гандзасар, где, по сообщениям историков, ранее находилась более скромная по своим размерам церквушка, в которой хранились мощи святого Григориса11. Строительство церкви началось в 1216 году и шло целых 22 года. Князь не жалел собственных средств; над возведением храма работали лучшие армянские мастера-зодчие .

Приблизительно в это же время Асан-Джалал узнает о том, что католики (либо французы)12 пытаются вывезти из Иерусалима останки Иоанна Крестителя (по-армянски – Ованес Мкртич) .

Согласно сообщению епископа Норайра Погаряна, князю АсануДжалалу, вероятнее всего через доверенных лиц, удается приобрести эти останки в Константинополе и перевезти их в Гандзак, а затем и в Хачен. И когда в 1238 году строительство Гандзасарского монастыря завершилось, там захоронили останки Иоанна Крестителя, назвав церковь в честь него. Гандзасар стал одной из жемчужин армянской архитектуры, продолжая выполнять роль усыпальницы князей Арраншахиков, Вахтангянов и АсанДжалалянов .

Тем временем, в регионе бушевали драматические события. Гдето за век до описываемого периода, пробиваясь через мусульманские владения и пройдя Армянское Королевство в Киликии, в 1099 году первые крестоносцы вступили в Иерусалим. Они создали несколько графств в восточном Средиземноморье, все под номинальной властью короля Иерусалима. Армянская аристократия Киликии охотно роднилась с крестоносцами, беря в жены их дочерей и выдавая за них своих. Но власть крестоносцев в регионе продержалась менее века. В 1187 году прославленный во всем исламском мире Салах-уд-Дин (в европейской передаче имени – Саладин), исламизированный армянин по происхождению13, захватил Иерусалим. Ближний Восток вновь стал мусульманским. В 1206 году Темучжин объединил монгольские племена и, приняв титул Чингизхана («Повелителя Вселенной»), двинулся покорять мир. В течение 21 года он захватил огромную территорию от Китая до Ирана. После его смерти, в 1227 году, власть перешла к его сыну Угедею, который продолжил завоевания отца и захватил Русь .

Угедей скончался в 1241 году. После десятилетия неопределенности и интриг в 1251 году в монгольской столице Каракоруме утвердился внук Чингизхана Мангу-хан. Он возобновил завоевательную политику, отправив одного из своих братьев, Хубилая, на завоевание остатков Китая, а другого – Хулагу – на завоевание Ирана, Кавказа и Месопотамии14 .

Монголы впервые появились на Кавказе в 1220 году, наведя ужас на коренное население и даже на появившихся за век до них тюркских кочевников. Они постепенно наращивали свои удары, пока в 1234 году не скончался князь Иванэ Закарян15, армянский полководец, правивший землями северо-восточной Армении от имени грузинской короны. Через год началось полномасштабное нашествие монголов. Словно смерч, они стерли с лица земли армянские города и селения в равнинной части Арцаха и Утика, наводнив все правобережье Куры, и дошли до Хаченского княжества. В отличие от некоторых других армянских князей, без сопротивления сдавшихся на милость монголам, князь Асан-Джалал Дола увел население в неприступные крепости Авкахахац и Качахакаберд, сам же, укрепившись в родовом замке Хоханаберде (Хаченаберде), наносил ответные удары монголам. Монголы несколько раз пытались взять Хаченаберд, однако крепость была непреступна. В бессильной злобе, монголы взялись за разорение окрестностей .

Как сообщает историк Гандзакеци, во время первого нашествия татар Асан-Джалал «собрал всех жителей своего края в крепости, называемую по-персидски Хоханабердом. И когда татары пришли, чтобы осадить ее, и увидели, что взять эти укрепления невозможно, они стали предлагать ему заключить с ними дружеский мир»16. Согласно условиям мира, хаченский князь сохранял свои владения, но взамен его княжество было обязано ежегодно выплачивать налоги и выставлять хаченское войско в качестве союзников в будущих военных походах монголов. Князь не мог далее безучастно наблюдать за разорением своей страны и принял условия перемирия, тем самым спасая своих подданных от голодной смерти в разоренной стране .

Дабы закрепить условия перемирия, как часто бывало в те времена, князь Асан-Джалал пошел на великую жертву. С болью в сердце он решил выдать свою старшую дочь, красавицу Рузукан, за Бора-Нойина, сына монгольского военачальника Чармагана. Для Рузукан это было настоящей трагедией; изнеженной потомственной аристократке, обладавшей всеми благами, которые были только доступны княжне17, предстояло покинуть родину, роскошь, которая ее окружала, уехать в пыльные далекие степи Азии и жить среди чужого народа с дикими нравами. До наших дней чудом сохранился отрывок из некогда обширной баллады, сложенной об этих событиях .

Ниже представлен этот отрывок с тремя действующими лицами – княжной Рузукан, дочерью князя Асана-Джалала, служанкой и пожилой женщиной .

Служанка:

Чего ж сидишь в раздумьях молча?

Встань ты, выйди, узнай о чем молва .

Несчастная, в том лишь судьба твоя, Чтоб отданной быть татарину18 в жены .

Госпожой должна была ты стать, Госпожой над госпожами великого князя, А не стать так беззаконно Плененной с руками связанными .

Княжна:

Что молвишь ты, бессердечная?

Не понимаю. Скажи все напрямик .

Служанка:

Звезда твоя сорвалась и пропала, Свет солнца твоего померк!

Горе мне и горе тебе, о лилия, В полон уведена ты будешь в Татарстан19 .

Должна ты будешь позабыть веру светлую свою, И обратиться в веру Магомета .

Княжна:

Да почернеет твой язык, да иссохнут уста твои!

Что же случилось? Скажи, как есть!

–  –  –

Княжна:

О, девы, придите, соберитесь, Оплакивайте мою пропавшую главу .

Да почернеет день рожденья моего, Когда на свет явилась я, несчастная!

О, мать моя, восстань же из могилы20 И выслушай скорбь дочери своей!

Моя черная судьба обернулась так, Чтобы угнать меня в полон в Татарстан .

Суровый рок терзает душу мою, Да разверзнется земля и заберет меня к себе!

Плачь и стенания не помогли молодой княжне; она должна была подчиниться судьбе.

Далее из той же баллады сохранились назидания некой пожилой женщины, адресованные княжне:

Лет шестьдесят служу я при вашем дворе .

Отец и деды твои росли под моей опекой .

Рожденные, вскормленные, ставшие князьями, Но не видала я доселе такого горя .

Склони же ухо свое к назиданиям моим, Направь мысль свою ко мне, к старухе .

Куда б ты ни ушла, где бы ни была, Вере светлой останься верна .

Не забывай народ армянский, Всегда ты будь ему опорой .

Все время, что будешь в одиночестве, Будь ты полезной родине своей .

Да будет Бог с тобой, иди ты с миром, И да хранит Христос душу светлую твою.21 Замужество Рузукан с Бора-Нойином состоялось в 1236. Княжна была увезена в далекие монгольские степи. Отец и дочь пошли на эту великую жертву ради спасения народа – своих подданных .

Благодаря этой жертве, монголы соблюдали условия соглашения .

Хаченское княжество исправно уплачивало налоги, а армия хаченского князя воевала на стороне монгольского войска. При этом, когда монголы вторглись в западную Армению, сопровождавший их со своим войском Асан-Джалал часто становился посредником между монгольскими захватчиками и местными армянскими князьями и населением, благодаря чему ему удалось спасти от гибели многих соотечественников. Дипломатический гений Асана-Джалала с особой силой проявился во время нашествия монголов на Армянское Королевство в Киликии; благодаря усилиям Асана-Джалала, армянский король Хетум22 добился мира с монголами, и те даже не вошли в Киликию23 .

Итак, ценой больших личных жертв и усилий, князю АсануДжалалу Доле удалось не только уберечь своих подданных от монгольского разорения и плена, но и спасти сотни тысяч соотечественников по всей Армении – вплоть до спасения киликийского Армянского Королевства. Более того, князь использовал перемирие для продолжения светского и церковного строительства. Освящение Гандзасарского собора, которое откладывалось в течение двух лет из-за монгольского вторжения в Армению, наконец-то было совершено в 1240 году в день древнего армянского языческого праздника Вардавар («Горящая роза»), отмечаемого в день преображения Господня. По словам Гандзакеци, церемония освящения происходила в присутствии более семиста гостей – дворян и священников, среди которых были также католикос Нерсес, философ Ванакан Вардапет, князья и епископы со всей Армении24.

По приказу князя Асана-Джалала, на внутренней стороне северной стены собора была выгравирована надпись:

«Именем Святой Троицы – Отца, и Сына, и Святого Духа – я, слуга божий Джалал Дола, сын Вахтанга, внук Великого Асана, царь Хоханаберда с обширными провинциями, повелел сделать эту надпись. Отец мой перед своей смертью завещал мне и матери моей Хоришах, дочери великого князя Саргиса, построить церковь и кладбище отцов наших в Гандзасаре, [строительство] которого началось в 765 году армянского летоисчисления (1216 г.) с помощью Дарителя Благ, и, когда возвели восточную стену до окон, мать моя, отказавшись от светской жизни, в третий раз отправилась в Иерусалим, где, надев власяницу и проведя многие годы в отшельничестве у врат Храма [Гроба] Господня, ушла в мир иной в День Воскресения Христа и там же была похоронена. Мы же, помня о напастях, подстерегающих нас в жизни, поспешили завершить строительство и закончили его милостью и благословением Всемилосердного Господа (в 1238 году)25» .

Князь Асан-Джалал также восстановил множество селений, мирских и церковных построек (среди них монастырь Кечарис в 1248 году), ранее разрушенных монголами .

Однако монгольское иго, как и тюркское, известно в исторических хрониках разных народов своей жестокостью, бесчеловечностью, а также азиатской нечистоплотностью в вопросе соблюдения договоренностей. В 1250 году некий Аргун, старший сын Абака-хана, внук Хулагу, был назначен сборщиком налогов на Кавказе. Он отличался особой жестокостью и коварством, в том числе и в отношении собственных родственников26. В нарушение договоренностей, он резко повысил налоги, взымаемые с Хачена .

Бремя налогов стало невыносимым для армянского населения Хаченского княжества. Видя это и пытаясь спасти своих подданных от верного голода, князь Асан-Джалал обратился за помощью к Сартаку (монгольское произношение имени – Сартаг), сыну хана Батыя, правителя Золотой Орды. Сартак был потомком Чингисхана, принявшим христианство, и потому более благожелательно относился к христианским правителям; с князем Асаном-Джалалом у него завязалась дружба. Было решено отправиться в ставку Батыя, дабы сообщить о нарушении договора 1236 года .

В 1251 году посольство князя Асана-Джалала отправилось в Итиль, в столицу Золотой Орды. Как пишет историк Киракос, хан Батый «жил на берегу Каспийского моря и великой реки Алт»27 .

Предположительно, речь идет о реке Итиль – Волге, где севернее нынешней Астрахани и была расположена ставка Батыя. В пути князя сопровождали Сартак, советник князя и церемониймейстер Хаченского княжеского дома Григор Тха, сын Смбата, а также множество князей и священников, среди которых были князь Дерсум Дерсумян, епископ Дадиванка Григор (внук князя Асана Атеркского), священник Маркос и другие28. Хан Батый принял князя Асана-Джалала с великими почестями, выслушал его и особой грамотой подтвердил его право на владения «вотчины его Джраберд, Акна и Каркар»29, а также удостоил ряда привилегий – как самого князя, так и Гандзасарский монастырь с его владениями .

Однако по возвращении на родину, князь Асан-Джалал обнаружил, что весть о посольстве к хану Батыю еще больше ожесточила Аргуна, который весьма ревностно отнесся к тому, что князь посмел пожаловаться на его бесчинства хану. Аргун, как типичный азиатский деспот, не мог смириться с самой мыслью, что армянский князь переступил через него и вел прямые переговоры с самим ханом Батыем, в результате чего и восстановил свои права .

Несмотря на заверения и привилегии хана, Аргун продолжил свои непомерные поборы с Хаченского княжества, и князю Асану-Джалалу Дола не оставалось ничего иного, как пуститься в еще более продолжительное путешествие – в самое сердце Азии, в далекую Монголию, в ставку великого хана в Каракорум .

Путешествие началось в 1255 году. Князь решил взять с собой в путь свою супругу, княгиню Мамкан Бахкскую, и своего единственного сына, княжича Атабека-Иванэ. В пути их вновь сопровождал его монгольский товарищ Сартак. Это было опаснейшее путешествие. Путь пролегал через неведомые земли, где ранее не ступала нога европейца. Из недавних находок на берегу озера Иссык-Куль стало ясно, что в средние века армянские монахипроповедники дошли до территории современного Киргизстана30. Но Монголия находилась значительно дальше. Князю Асану-Джалалу необходимо было пересечь северный Иран, всю Среднюю Азию, восточный Китай и достичь сердца Азии. Путь пролегал через бескрайние и дикие степи, населенные агрессивными кочевниками, горные хребты Памира и Тянь-Шаня с их воинственными племенами, безводныне пустыни Каракум, Кызылкум, Такла-Макан и Гоби. В те времена, это, пожалуй, была самая опасная часть земли. С другой стороны, на пути также встречались разноязычные оазисы самобытной цивилизации, по которым в свое время пролегал Великий Шелковый Путь, а значит происходил обмен и взаимообогащение культур. Надо отметить, что спустя десять лет тем же путем прошел ставший столь знаменитым в Европе Марко Поло. И хотя путь, пройденный им был несколько длиннее пути Асана-Джалал Дола, последний, надо полагать, все же был одним из первых европейцев и христиан, проникших в сердце Азии31 .

Наконец, прибыв в Каракорум в ставку великого хана монголов, Асан Джалал и его семья были с почестями приняты Мангу-ханом .

Князь рассказал великому хану о бесчинствах Аргуна. Рассказ был воспринят с пониманием, и Мангу-хан выдал ему грамоту, подтверждающую его княжеские права «на самоправное владение своим княжеством и независимость от иных»32. Сопровождавший Асана-Джалала монгол Сартак также удостоился теплого приема от Мангу-хана и был назначен на место своего отца – правителем Кавказа .

Историки ничего не рассказывают о встрече старшей дочери Рузукан со своей семьей в Каракоруме. Однако, надо полагать, что княгиня Мамкан также присоединилась к мужу в этом опасном путешествии именно с целью увидеться с родной дочерью; ведь в те времена было редким случаем, чтобы женщина пустилась в столь продолжительное и опасное путешествие. Можно только предположить, насколько трогательной была встреча родителей и брата с Рузукан, вынужденной жить среди людей с дикими и непонятными обычаями, и насколько тяжелым было расставание .

Путешествие продлилось целых пять лет – вплоть до 1260 года .

К сожалению, последующие события разворачиваются весьма драматично. На обратном пути погибает друг Асана-Джалала правитель Сартак; по возвращении из Каракорума на Кавказ он был отравлен своими же родственниками. Сам Асан-Джалал на обратном пути задерживается в Тебризе и высылает княгиню Мамкан и княжича Атабека-Иванэ в Хачен. Когда же сам Асан-Джалал вернулся в родной Хаченаберд, оказалось, что его супруга княгия Мамкан внезапно скончалась, вероятнее всего от некоей болезни, подхваченной в пути.

Чудом сохранилась памятная запись самого князя Асана-Джалала Дола о своем путешествии и о постигшем его впоследствии горе:

«Я, Асан-Джалал Дола, ушел на восток к царю лучников и в сторону рода северного со своими родственниками ради мира церкви. Я и супруга моя Мамкан, и богоданный сын мой Атабек преклонились пред северо-востоком. И я пошел к краю мира, к царю, кои есть Мангу-хан. И по прошествии пяти лет вернулся домой. Также и Мамкан и Атабек вернулись. И они вернулись в свое место, и пока я был в Тебризе, ужасная смерть напала на Мамкан, забрав ее ко Христу. Я же, вернувшись, нашел светлый дом свой полным печальных слез безутешных, потому как она была отрадой и утешением более всех воинов и витязей конных, а также церкви и священников. И вот, [спустя] год 1261 армянского летоисчесления, создали святое Евангелие в прекрасную память боголюбивой госпожи Мамкан в нашем просветительском святом престоле Алуанском при духовном отце Нерсесе, который нынче благоденствуя восседает на святом престоле наисвятейшем. Сим молю вас, святые отцы и читатели, дабы прочли вы памятную молитву полнозвучно. Христос Боже, когда придешь исправлять и изменять вселенную, исправь и восстанови боголюбивую Мамкан и возведи ее средь избранных твоих, благоречием сотворенных твоих, и молениями святых богорожденных и всех святых твоих, и озари ее святыми твоими...»33 Насколько сильной была любовь скорбящего по своей супруге мужа, настолько тяжела была боль утраты. Но безжалостный рок продолжал наносить новые удары. Не выдержав все более невыносимого гнета, в 1260 году царь Грузии Давид VII Улу восстал против монголов и, бросив свою семью в Тбилиси, со старшим сыном Георгием убежал вглубь Абхазии. Очаги восстания вспыхивали на территории Грузии, Осетии и Армении. Восстал также князь Асан-Джалал, доведенный до отчаяния продолжавшимися поборами Аргуна. Один из отрядов восставших напал на войско Аргуна. Разъ-яренный Аргун захватил грузинскую царицу Гонцу с дочерью Хошак, сына амирспасалара Закаре Закаряна – спарапета Шахиншаха, а также самого князя Асана-Джалала. Некоторым из арестованных впоследствии удалось ценой больших денежных взносов освободиться от тирана Аргуна. Несмотря на убийство своей жены и дочери, грузинский царь Давид позже заключил мир с монголами и вернулся в Тбилиси. Однако с князя Асана-Джалала Аргун потребовал непомерную цену за освобождение, отречение от христианства и принятие ислама .

Отказ князя Асана-Джалала от христианства имел был катастрофические последствия для хаченского армянства. Дело в том, что в те давние времена национальность человека в первую очередь определялась религией. Если бы князь отказался от христианства и принял ислам, он бы стал курдом, персом, тюрком – кем угодно, но не армянином. Более того, из истории известно множество случаев, когда вслед за отречением от веры правителя, за ним следовали и его подданные. Целые провинции исторической Армении и Грузии исламизировались за считанные месяцы только изза того, что их правители – чаще вынужденно – переходили в ислам. Князь Асан-Джалал прекрасно понимал последствия такого шага. Хачен, весь Арцах мог исламизироваться только вследствие его перехода в магометанство. И, разумеется, он не пошел на такой предательский шаг. Он отказал Аргуну .

Получив отказ, Аргун, вконец взъяренный непокорностью князя, в кандалах перевез его в Казвин34. Узнав об аресте отца, Рузукан попыталась спаси его. Она обратилась с просьбой о помощи к старшей жене Хулагу – к Догуз-хатун, которая была христианкой по вере .

Узнав о попытках дочери Асана-Джалала спасти отца, Аргун поспешил убить князя. Он приказал палачу жестокими побоями и изуверствами переломать конечности князя35. Так в 1261 году мученической смертью, но не изменив родному армянскому народу и вере, скончался князь Асан-Джалал Дола .

Варвар Аргун запретил хоронить тело князя; останки его были выброшены за стены тюрьмы. Однако здесь начинаются настоящие чудеса. По свидетельству историков Киракоса и Вардана, некий перс в Казвине увидел сошедший на останки князя Асана-Джалала Дола Божественный свет и, уверовав в его святость, приказал своим людям собрать его останки и спрятать их на дне высохшего колодца. По свидетельству Киракоса, собиравшие и перевозившие останки князя также видели этот свет; он сопровождал останки и во время их перемещения36 .

Весть о том, что останки отца сохранились, дошла до князя Иванэ-Атабека I, единственного сына Асана-Джалал Дола, унаследовавшего власть над Хаченским княжеством после кончины отца. Сын поспешил забрать останки отца. Посланные им люди, перевозившие останки князя в Хачен, также подтвердили, что по дороге на родину они были свидетелями света, нисходившего на останки37 .

Асан-Джалал был похоронен в родовой усыпальнице, в гавите Гандзасарского монастыря. Могильная плита Асана Джалала, сделанная из белого мрамора, расположена прямо перед входом в главный зал соборной церкви .

Плиту украшают три резных символа – два по краям, один посредине. На последнем изображена шестиконечная звезда со знаком вечности – круглой свастикой. В обрамлении использован геральдический символ лилий (fleur de lys), распространенный в родовой геральдике европейских аристократических родов. Два других символа представляют колесо вечности, известное из буддизма времен царя Ашоки, и армянский языческий символ солнца, традиционно имевший более широкое значение – свет, жизнь, Бог .

Эти три солярных знака символизируют три звезды пояса Ориона, который у армян известен как созвездие Айка. Вспомним, что согласно традиционной генеалогии, род Арранянов-Вахтангянов вел свое происхождение от Айка Наапета – патриарха армян .

На могильной плите выгравировано: «Здесь покоится Великий Джалал. Вспоминайте его в своих молитвах. В год 1431»38. Когда автор этих строк посетил Гандзасарский монастырь, он видел, как неблагодарные потомки и равнодушные туристы ступают прямо по могильной плите, которая никак не обнесена и не защищена от обывательского бескультурия и неуважения к усопшему .

*** Такова история великого князя Асана-Джалала I Дола, правителя Хаченского княжества. В ней удивительным образом переплетены патриотизм и забота о Родине и нации, любовь – супружеская и родительская, самоотверженность, героизм, свободолюбие, верность вере предков, стойкость духа, величие и трагедия – все то, что так характерно для армянской истории в целом. Это история Армении, сжатая в одну необыкновенную судьбу человека39 .

Когда я рассказал эту историю одной своей русской православной знакомой, она, расчувствовавшись спросила: «Он был канонизирован вашей церковью?» Мой отрицательный ответ весьма удивил ее: «Почему нет?» В действительности я не знаю причин, по которой Армянская Апостольская Церковь, всячески подчеркивающая свою особую роль в национальной истории армянского народа, за все эти века так и не канонизировала князя Асана-Джалала Дола; и это при том, что сам историк Киракос Гандзакеци, описавший фрагменты жизни князя, не раз называет его «святым» и «праведным», сравнивая его гибель со смертью других святых мучеников40. Среди святых нашей церкви есть множество неармян, канонизированных Эчмиадзином, хотя они не имели прямого отношения к истории и судьбам армянского народа. А один из величайших наших соотечественников, будучи по свидетельству историков «мудрым» и «боголюбивым мужем», подаривший армянской архитектуре такую жемчижину, каковой является Гандзасар, ценой своей жизни защищавший армянский и христианский облик Арцаха, ревностный верующий, погибший мученической смертью, но не изменивший своей христианской вере, князь Асан-Джалал так и не удостоился должного внимания и канонизации со стороны ААЦ. Ведь само чудо, о котором сообщают Киракос и Вардан – свет нисходивший в Казвине на останки Асана-Джалала – уже говорит о том, что князь был отмечен самим Творцом .

ПРИМЕЧАНИЯ

См. Мовсес Каланкатуаци. История Страны Алуанк. Глава XV .

Ереван, Матенадаран, 1984.; Киракос Гандзакеци. История Армении .

Глава 10. Москва, Наука, 1976; Улубабян, Баграт .

Княжество Хачена в X–XVI вв. Ереван, Издательство АН Армянской ССР, 1975 .

с. 55-56, 82-85. (на арм.) Мовсес Хоренаци. История Армении. Ереван, Айастан, 1990 .

с. 64 .

В трудах арабских историков Ал-Макдиси (X в.), Мас’уди (IX—X вв.) и Абу-ль-Фарадж (XIII в.) в арабской искаженной передаче имени – Сахл ибн Сунбат ал-Армани, то есть Сахл сын Сунбата из Армении .

В описываемый исторический период армянские князья, равно как и простые люди, часто называли своих детей арабскими или персидскими именами. Несмотря на это, носители этих имен оставались армянами по национальности и ревностными христианами по вере .

Киракос Гандзакеци. История Армении. Москва, Наука, 1976 .

с. 220 .

Улубабян, Баграт. Княжество Хачена в X–XVI вв. Ереван, Издательство АН Армянской ССР, 1975. с. 55-56, 82-85. с. 211на арм.) Бахк – провинция, царство в пределах Сюника .

Атабек – придворный титул в Грузинском царстве, соответствовавший регенту .

Hewsen, Robert H. Armenia: A Historical Atlas. Chicago, University of Chicago Press, 2001, Ref: Kingdom of Ktish-Baghk, с. 120 Киракос Гандзакеци. История Армении. Москва, Наука, 1976 .

с. 170-171 .

Согласно сообщениям Каланкатуаци, в 5-ом веке царь Вачаган Благочестивый разделил эти останки, изначально хранившиеся в церкви Амараса, между Арцахом и Утиком – двумя провинциями Армении, тогда входившими в состав восточноармянского царства Алуанк (Кавказская Албания). Мощи Григориса были захоронены в старой церкви Гандзасара .

Слово «франг» в переводе с армянского могло означать «католик» или «француз» .

Согласно данным, Саладин (Салах ад-Дин) был «человеком армянского происхождения», который «родился в Тикрите на Тигре» .

См. Айзек Азимов. «Ближний Восток. История десяти тысячелетий» .

Москва, Центрполиграф, 2006. с. 292. См. также: В. Ф. Минорский, The Prehistory of Saladin, Studies in Caucasian History, Изд .

Кембриджского университета, 1957, с. 124-132; и Bahв’ al-Dоn .

Жизнь Саладина (2002), с. 17 .

Айзек Азимов. Ближний Восток. История десяти тысячелетий .

Москва, Центрполиграф, 2006. с. 293-295 .

Род Закарянов известен в Грузии как Мхаргрдзели – «Долгорукие» .

Киракос Гандзакеци. История Армении, Москва, Наука, 1976, с. 171 .

До сих пор в окрестностях Ванка-Гандзасара сохранились летний дворец Рузукан и ее крепость. См: Шаген Мкртчян. Историкоархитектурные памятники Нагорного Карабаха. Ереван, Айастан, 1988, с. 21 и 29 .

В исторической литературе и в сознании народа монголы отождествлялись с тюрками-сельджуками (называемыми татарами), совершившими аналогичные варварские набеги на регион за век до монголов .

Под Татарстаном подразумевались центрально-азиатские степи вплоть до Монголии. См. также ссылку 18 .

Скорее всего, речь идет не о матери, а о бабушке княжны Рузукан,– княгине Хоришах, скончавшейся ко времени замужества своей внучки и похороненной в Иерусалиме. В армянском языке бабушку часто называли «мец майр», т.е. «старшая мать» .

Оригинал армянского текста см. у Лео. Собрание Сочинений, т. 3 с. 462-463 Королевский дом Киликийской Армении вел свое происхождение от армянской аристократии Утика и Гардмана, то есть корнями уходил в тот же армянский великокняжеский род Арраншахиков, от которых вели свое происхождение Вахтангяны, князья Арцаха-Хачена. Возможно, это дальнее кровное родство сыграло ключевую роль в установлении особых тесных связей между князем Асаном-Джалалом и королем Хетумом .

Текст договора, заключенного между Армянским Королевством Киликии и монгольским ханом сохранился в труде Хетума Патмича «Histoire des pais Orientaux» .

Киракос Гандзакеци. История Армении. Москва, Наука, 1976 .

с 171 .

Текст передан по: Епископ Макар Бархударянц. Арцах. Баку, 1885, Гандзасарский Монастырь, стр. 111 .

Известно, что в борьбе за престол Аргун убил родного дядю .

Киракос, ст. 356 (по арм. изданию) .

Киракос Гандзакеци. История Армении, Москва, Наука, 1976, с. 219. Улубабян, Баграт. Княжество Хачена в X-XVI веках .

Ереван, Издательство АН Армянской ССР, 1975. с 196-205 .

Киракос, ст. 359 (по арм. изданию) .

На Каталонской карте мира, составленной в 1375 году, на северном берегу озера Иссык-Куль имеется надпись: «Место, называемое Иссык-Куль. В этом месте монастырь братьев армянских, где пребывает тело святого Матфея, Апостола и Евангелиста». См .

также статью «На Иссык-Куле обнаружен армянский монастырь» в газете «Ноев Ковчег» № 09 (91) Сентябрь 2005 года .

Правда, справедливости ради надо также признать, что Марко Поло оказался предусмотрительнее Асана-Джалал Дола и вел дневник своего путешетсвия. Так что в том, что Европа так не узнала и не оценила по достоинству путешествие Асана-Джалал, есть вина и самого князя, не оставившего подробных сообщений о своем путешествии .

Киракос, ст. 373 (по арм. изданию) .

Матенадаран. Рукопись 387, ст. 8б, 9а .

Город в северо-западном Иране .

Киракос, ст. 391 (по арм. изданию). Вардан Вардапет, ст .

152. Мхитар Айриванеци, ст. 68 .

Киракос, ст. 392 (по арм. изданию) .

Киракос Гандзакеци. История Армении, Москва, Наука, 1976, с. 234-235 .

Буквально написано 880 – год создания надгробной надписи или же перезахоронения. Известно, что князь Асан-Джалал скончался в 1261 году, и если учесть разницу армянского церковного с григорианским календарем в 551 год, то надпись должна была гласить ?? (710, т.е. 1261 - 551) .

Значение князя Асана-Джалала I Дола в истории Армении значительно шире, чем приведенный биографический очерк .

Княжеский род Асан-Джалалянов, прямых потомков Асана-Джалала, со временем сосредоточил в своих руках политическую и духовную власть в Арцахе, сохранив за собой меликство Хачена, а также гандзасарский престол Алуанской епархии Армянской Апостольской церкви. Мелики и католикосы Асан-Джалаляны продолжали руководить освободительным движением арцах-ского армянства вплоть до вхождения Арцаха в состав Российской Империи. Кроме того, присоединение Арцаха к России и сохранение традиционного армянского облика края также стало возможным благодаря военнополитической деятельности князя Вани (Иванэ) Атабекяна, предки которого происходили от князя Атабека III Асан-Джалаляна (см. В .

Потто. Первые добровольцы Карабаха. Тифлис, 1902 г. – переиздано: В.А. Потто, Москва, Интер-Весы, 1993 г.) .

Киракос Гандзакеци. История Армении. Москва, Наука, 1976, с. 235 .

http://www.darial-online.ru/2010_2/gutnov.shtml

–  –  –

МОНГОЛЫ, КАВКАЗ И ВОСТОЧНАЯ ЕВРОПА В АНГЛИЙСКИХ СРЕДНЕВЕКОВЫХ

ИСТОЧНИКАХ

Основными источниками для данной статьи послужили памятники средневековых английских авторов. Все использованные нами работы вошли в сборник В.И. Матузовой «Английские средневековые источники. IX-XIII вв.» (М., 1979). Бесспорное достоинство данного издания заключается в публикации документов на языке оригиналов с параллельным переводом на русский язык. За прошедшие 30 лет книга не потеряла своей актуальности и значимости. Тем не менее, отечественные историки редко обращались к материалам, изданным В.И. Матузовой, а кавказоведам они практически не знакомы. Предлагаемая статья, как мы надеемся, в какой-то мере восполнит этот пробел .

Первый из использованных источников – энциклопедия «О свойствах вещей» Бартоломея Английского – завершен около 1250 г .

При составлении энциклопедии автор опирался как на своих предшественников (Аристотель, Геродот, Исидор Севильский, Павел Орозий, Плиний старший), так и современников (например, арабских астрономов) .

Другим крупным произведением средневековой английской историографии является «Великая хроника» Матфея Парижского, монаха бенедиктинского монастыря. Матфей был прямым преемником Роджера из Вендовера и пополнил его хронику (с 1200 до 1259 г.), приложив к ней в качестве дополнения сборник документов .

Творение Матфея заслуженно считают своеобразной всемирной историей. В ней собрана обширная информация о событиях в Европе и на Ближнем Востоке. В.И. Матузова приводит слова Р.

Вона:

«Поистине, кажется, что для Матфея не существовало ненужной информации, несмотря на то, что он мыслил свою хронику прежде всего как историю Англии». При создании «Великой хроники» Матфей Парижский опирался не только на обширную историографию, но и на документы из английских и французских монастырей. Уникален материал, почерпнутый из королевского архива. Многие папские и императорские послания содержатся только в работе Матфея .

«Анналы» Уэйверлейского, Бертонского, Мельрозского и Тьюксберийского монастырей содержат записи XIII в. Определенная часть каждого из названных памятников носит компилятивный характер. Так, в анналах Мельрозского монастыря использован материал «Церковной истории английского народа» Беды Достопочтенного, хроники Симеона Дургамского и Роджера из Ховедена, а так же анналов некоторых английских монастырей .

Хроника монастыря святого Эдмунда до 1212 г. составлена по хорошо известным источникам. Здесь же отметим, что монастырь имел большой скрипторий и богатую библиотеку. Начиная с 1212 г .

Хроника имеет самостоятельный, не основанный на других работах текст. Разумеется, эта часть Хроники имеет большой исторический интерес. Значимость данного памятника становится понятной, учитывая, что, по словам В.И. Мутузовой, «других равноценных ей современных памятников не сохранилось» .

Анналы Тьюксберийского монастыря начинаются со смерти Эдуарда Исповедника (1066 г.) и обрываются (рукопись повреждена) на 1263 г. Несмотря на имеющиеся неточности, Анналы, по мнению их первого издателя Г. Люарда, «должны рассматриваться как любопытный и ценный вклад в историю своего времени» .

«Великое сочинение» Роджера Бэкона доведено до 1292 г .

Специалисты отмечают научную концепцию Бэкона, «глубоко и творчески переработавшего сумму знаний, доступных средневековью, и давшего их синтез» .

Прежде, чем приступить к обозначенной нами теме, рассмотрим (в самом сжатом виде) социальную структуру и военную организацию монголов .

В 1206 г. разрозненные монгольские племена объединились под властью Темучина, которого c тех пор стали называть Чингисханом .

Социальное устройство монголов той поры сопоставимо с обществом с военно-иерархической структурой. Основными функциями элиты кочевых социумов являлись организация: 1) более-менее длительных и многочисленных походов для завоевания какой-либо ближней или дальней территории; 2) эффективной защиты от агрессии извне; 3) небольших по составу мобильных групп (возможно, дружины или ее части) для кратковременных набегов за добычей на сопредельные территории .

Быт и нравы кочевников также подчинялись военным целям. Плано Карпини одним из первых европейских авторов обратил на это внимание: «хотя у них мало пищи, однако они вполне охотно делятся ею между собою. И они также довольно выносливы, поэтому, голодая один день или два и вовсе ничего не кушая, они не выражают какого-нибудь нетерпения, но поют и играют, как будто хорошо поели. Во время верховой езды они сносят великую стужу, иногда также терпят и чрезмерный зной. И эти люди не изнежены» .

Как в обыденной жизни, так и в походах монголы были неприхотливы в еде1 .

В специальной главе Плано Карпини рассказывает «о начале державы татар», ее князьях, о власти императора и князей .

Консолидацию монгольских племен Карпини связывал с личностью «Чингиса», который «научил людей воровать и грабить добычу .

Далее он ходил в другие земли и не оставлял пленять и присоединять к себе кого только мог, людей же своего народа он преклонял к себе, и они следовали за ним, как за вождем, на все злодеяния». Затем Чингисхан приступил к покорению су-монгал, или татар. После того как он «подчинил себе многих людей и убил их вождя, в продолжительной войне покорил себе всех татар», он пошел войной на меркитов2. Завоевав их, Чингис покорил и мекритов3 тоже. Процесс «собирания» родственных монгольских племен завершился4 .

От сыновей Чингисхана произошли «все вожди монголов». Один из внуков, Бату (Батый), «наиболее богат и могущественен после императора». Среди прямых наследников первого великого хана монголов – Берке5, Джучи6, Бури7, Кадан, Менгу8. Старший сын Джучи, названный Плано Карпини Орду9, воевал в Польше и Венгрии. В списке военной знати – Хубилай и «старец Сибедей10, который у них называется воином… Других же вождей очень много, но имен их мы не знаем»11 .

Интересны наблюдения Карпини о социальной структуре татаромонголов12. «Император же этих татар, – подчеркнул он, – имеет изумительную власть над всеми. Никто не смеет пребывать в какойнибудь стране, если император не укажет ему. Сам же он указывает, где пребывать вождям, вожди же указывают места тысячникам, тысячники сотникам, сотники же десятникам. Сверх того, во всем том, что он предписывает во всякое время, во всяком месте… они повинуются без всякого противоречия»13 .

У монголов «все принадлежит императору, то есть имущество, вьючный скот и люди… Ту же власть имеют во всем вожди над своими людьми, именно татары и другие распределены между вождями. Также и послам вождей, куда бы те их ни посылали, как подданные императора, так и все другие обязаны давать как подводы, так и продовольствие, а также без всякого противоречия людей для охраны лошадей и для услуг послам. Как вожди, так и другие обязаны давать императору для дохода кобыл, чтобы он получал от них молоко на год, на два или на три, как ему будет угодно; и подданные вождей обязаны делать то же самое своим господам… И, говоря кратко, император и вожди берут из их имущества все, что захотят и сколько хотят»14 .

Вместе с тем, великий хан (император) монголов обязан был одаривать своих вассалов. Марко Поло обратил внимание на дорогие одежды, в которые одевались «двенадцать тысяч князей и рыцарей» .

Их одежду шили из шелка, украшенного золотом; каждый из 12 тысяч вассалов великого хана имел «большой золотой пояс. Одежду эту дарит им великий хан; а иная одежда по своим драгоценным камням и жемчугу стоит более двенадцати тысяч бизантов; и много таких .

Этим двенадцати тысячам князей и рыцарей великий хан дарит дорогие одеяния, такие же, как его собственные, и очень дорогие… нет в свете другого государя, кто мог бы то же самое сделать»15 .

Согласно ясе Чингисхана, «великий каан» имел право на получение части доходов с покоренных земель. В этой связи становится понятным, почему Джучиев улус до 60-х гг. XIII в .

входил в состав общемонгольской империи, юридически подчиняясь каракорумскому правителю. Гильом де Рубрук во время своего пребывания на Кавказе (в конце 1254 г.) отметил: «Прежде чем добраться до Железных Ворот, мы нашли один замок аланов, принадлежащий самому Мангу-хану, ибо он покорил ту землю»16 .

Е.И. Нарожный склонен был присоединиться к предположению В.Л .

Егорова «о включении Северного Кавказа в состав личных владений (домена) каракорумского правителя. Однако, – подчеркнул Е.И .

Нарожный, – по-прежнему характер взаимоотношений джучидов с северо-кавказским населением продолжает оставаться неясным»17 .

Вопрос о структуре управления и эксплуатации на завоеванных территориях не имел однозначного решения среди высших слоев знати кочевников. Одна группа, в которую входил и сам Чингисхан, выступала, по сути, за постоянные войны, завоевание все новых и новых стран и народов. В данном случае на передний план выходил грабеж захваченных социумов. Другая группа монгольской военной аристократии считала целесообразным видеть в покоренных народах объекты эксплуатации. Второй вариант гарантировал победителям постоянный доход в виде налогов .

Сторонники такого подхода считали, что эксплуатация местного населения, пусть иногда и умеренная, принесет больше выгоды, чем истребление населения и превращение завоеванных территорий в пастбища. Кроме того, во втором случае монголы несли гораздо меньше потерь, чем при постоянных войнах. В конечном итоге верхи кочевников пришли к мнению о необходимости ограничить походы, на покоренных землях вернуть крестьян и ремесленников в села и города; дать им возможность восстановить свое хозяйство, что позволило бы превратить их в объект постоянного налогообложения18 .

Аналогичные идеи в этот же период стали доминировать и в других социумах татаро-монголов. В качестве примера приведем реформу в обществе дальневосточных наследников Чингисхана. «По представлению Елюй-чуцая, постановлено законом (курсив мой – Ф.Г.), чтобы народными делами по дорогам, округам и уездам управляли гражданские начальники; темники управляли бы только военною частью, казенные палаты заведовали б сбором денег и хлеба, и одно место не зависело бы от другого. Когда монгольский государь прибыл в Юнь-Чжоу, то подали ему ведомости государственных доходов, которые во всем нашлись согласными с первоначальным представлением Елюй-чуцая. Государь, улыбнувшись, сказал ему: “Каким образом умел ты произвести такой приток денег и тканей?” В тот же день дал ему сенатскую печать для управления, поручил все дела без исключения»19 .

Обратим внимание на характеристики английских источников быта и военной организации татаро-монголов. У авторов той эпохи сложилось впечатление, что общественное устройство монголов подчинено одной цели – постоянным походам всего социума. «Они ведут с собой стада свои и жен своих, которые обучены военному искусству, как и мужчины» .

Под 1238 г. «Великая хроника» Матфея Парижского содержит отчет послов от сарацин к королю франков; в нем приведены свидетельства о монголах. Послы, «правдиво (курсив мой – Ф.Г.) излагающие…, что с северных гор устремилось некое племя… чудовищное и бесчеловечное, и заняло обширные и плодородные земли Востока, опустошило Великую Венгрию… Их предводитель утверждает, что он – посланец всевышнего бога, (для того) чтобы усмирить (и подчинить) народы, восставшие против него… Они отличные лучники… Они сильны телом, коренасты, безбожны, безжалостны… Они владеют множеством крупного рогатого и мелкого скота и табунов коней. А кони у них чрезвычайно быстрые (и) могут трехдневный путь совершить за один (день). Дабы не обращаться в бегство, они хорошо защищены доспехами спереди, (а) не сзади. У них очень жестокий предводитель по имени Каан… они, именуемые тартарами… весьма многочисленные, обитая в северных краях, то ли с Каспийских гор, то ли с соседних (с ними), словно чума, обрушились на человечество, и хотя они выходили уже не раз, но в этом году буйствовали и безумствовали страшнее обыкновенного»20 .

Разнообразные данные, в том числе и о социальном устройстве монголов, содержит Послание императора Фридриха II королю Англии Генриху III: «Народ этот дик и не ведает человечности и законов. Однако он имеет повелителя21, за которым следует, которому послушно повинуется и (которого) почитает и величает богом на земле… люди они низкорослые, но крепкие, коренастые и кряжистые. Они жилисты, сильны и отважны и устремляются по знаку своего предводителя на любые рискованные дела… они издают ужасные крики, созвучные (их) сердцам. Одеты они в невыделанные воловьи, ослиные или конские шкуры. Доспехи у них (сделаны) из нашитых (на кожу) железных пластин… Кроме того, (теперь) они владеют лучшими конями, вкушают изысканнейшие яства, наряжаются в красивейшие одежды. Эти тартары несравненные лучники…»22 .

Непосредственный участник осады татарами некоего города 23 писал в обращении к архиепископу Бордо: «правитель Далмации захватил восьмерых (монголов – Ф.Г.), один из которых, как узнал герцог австрийский, был англичанин(ом), из-за какого-то преступления осужденным на вечное изгнание из Англии». Этот же «английский» татарин, дал пространную характеристику монголам .

«(Говоря) о нравах их и верованиях, о телосложении их и росте, о родине и о том, как они сражаются, он клятвенно заявил, что они превосходят всех людей жадностью, злобой, хитростью и бессердечием; но из-за строгости наказания и жестокости кар, назначаемых их властителями, они удерживаются от ссор и от и лжи»24. Проявление взаимных злодеяний жестокости к сопротивлявшимся они не считают грехом. «А грудь у них крепкая и могучая, лица худые и бледные, плечи твердые и прямые, носы расплющенные и короткие, подбородки острые и выдающиеся вперед, верхняя челюсть маленькая и глубоко сидящая, зубы длинные и редкие, разрез глаз идет от висков до самой переносицы, зрачки бегающие и черные, взгляд косой и угрюмый, конечности костистые и жилистые, голени же толсты, но (хотя) берцовые кости короче, (чем у нас), все они одинакового с нами роста, ибо то, чего не достает в берцовых костях, восполняется в верхних частях тела25 .

«Великая хроника» Матфея содержит «Послание» от 10 апреля 1242 г. некоего венгерского епископа парижскому епископу. Между тем, специалисты послание относят ко времени разорения Киева в декабре 1240 г. Данный источник представляет собой пересказ допроса двух пленных монгольских разведчиков. На вопрос о рационе питания татар, они ответили: татары едят «лягушек, собак, змей и все (прочее) без разбора»26. «Услышать точные сведения о них мы не можем (курсив мой – Ф.Г.)», – честно признался венгерский епископ27 .

Другой церковный служитель – Петр, «архиепископ Руссии, бежавший от тартар», не пожалел красок, характеризуя монголов .

Его рассказ Матфей Парижский поместил под 1244 г. Обращают на себя внимание эмоциональные оценки Петра в сюжетах об устройстве и быте кочевников. «Они… грубые, не признающие закона и дикие, и воспитанные в пещерах и логовах львов и драконов, которых они изгнали». Наряду с такими фантастическими оценками «архиепископ Руссии» привел и заслуживающие внимание сведения. Татаромонголы, «став многочисленными и более сильными, избирая из своего числа вождей, они стремительно нападали на самые отдаленные места и покоряли себе города, побеждая их жителей» .

Об образе жизни кочевников Петр сказал: «Они едят мясо лошадей, собак и других презираемых (обычно) животных, также, в крайних случаях, человеческое мясо, однако не сырое, а вареное. Пьют кровь, воду и молоко. Они сурово наказывают за преступления, прелюбодеяние, воровство, ложь и убийства, – смертной казнью .

Многоженство не осуждают, (и) каждый имеет одну или много жен .

Они не позволяют чужестранцам ни жить вместе с собой, ни вести торговые дела, ни участвовать в советах. Они разбивают лагерь обособленно, и если кто чужой замыслит проникнуть в них, того тотчас убивают»28 .

В «Анналах» Бертонского монастыря под 1245 г. содержится «Расследование о тартарах, проведенное в Лионе его святейшеством папой». Одним из информаторов названного расследования был Петр, «архиепископ Руссии». Неудивительно, что «Анналах» оценка образа жизни татар во многом совпадает (нередко буквально слово в слово) с соответствующими разделами Матфея Парижского. Так, «Расследование» содержит ту же характеристику монголов: «Они едят мясо лошадей, собак и всякое прочее, даже, в крайних случаях, человеческое мясо, однако не сырое, а вареное. Пьют воду и молоко» и т.д.29 .

Новую информацию о монголах приводит Роджер Бэкон. «А у тартар бесчисленное множество скота, а живут они в шатрах и не имеют ни городов, ни крепостей, разве только в редчайших случаях. И каждый предводитель со своим войском и стадами кочует меж двух рек… А с января они начинают продвигаться и в северные края за реки (и продолжают) до самого августа, а тогда отступают на юг из-за северного холода зимой. И на севере отделена Этилия от провинции Кассарии одним месяцем и тремя днями пути; так преодолевают (это расстояние) верхом тартары»30 .

Чуть дальше следует еще один сюжет о монголах. Причем, Бэкон считает необходимым поведать о них «не только из-за довольно значительной очевидности своеобразия областей, но и из-за самого народа (курсив мой – Ф.Г.), который теперь очень известен и попирает мир ногами своими». Высшая власть у них принадлежала прорицателям. «Ведь предводители там управляют народом с помощью прорицаний и наук, которые сообщают людям о будущем, или являются частями философии…»31 .

Р. Бэкон привел версию предания о возникновении власти в социуме чингисидов, согласно которой некий кузнец моалов, по имени Цингис, похищал и уводил скот у могущественного соседа Ункхама. Когда тот собрал войско, «Цингис бежал к тартарам и сказал им и моалам: “Наши соседи поэтому угнетают нас, что нет у нас предводителя”. И стал он предводителем их; и, собрав войско, напал на Унк-хама, и победил его, и стал вождем (курсив мой – Ф.Г.) земли (той), и назывался Цингис-хамом, и взял дочь Унка, и отдал ее сыну своему в жены; от нее родился Мангу-хам, который поделил царство между теми тартарскими вождями, которые правят ныне и находятся в распрях друг с другом». Народ, европейцами называемый тартарами, обладал всей полнотой власти .

«А сам Цингис-хам повсюду рассылал тартар на битвы»32 .

В день рождения великого хана «все татары на свете из всех областей и стран, у кого от великого хана земли и страны, приносят ему великие дары, всякий, что ему следует по установленному (курсив мой – Ф.Г.). С большими приносами приходят сюда и те, кому желательно, чтобы великий хан дал им земли в управление. А великий хан выбрал двенадцать князей; они раздают земли по заслугам»33 .

Торжественно отмечали монголы и начало каждого года34. «В этот день весь народ, все страны, области и царства и все, у кого от великого хана земли в управлении (курсив мой – Ф.Г.), приносят ему большие дары, золото и серебро, жемчуг и драгоценные камни» и т.д. Помимо этого, великому хану на новый год «дарят… более ста тысяч35 славных и дорогих белых коней. В этот же день выводят пять тысяч белых слонов… и многое множество верблюдов». Причем и те, и другие нагружены разнообразными дорогими подарками36. Приближенных (вассалов?) великого хана в количестве 12 тысяч человек Марко Поло назвал «баронами», хотя здесь же перевел термин, которым они обозначались – «близкие и верные слуги государя»37 .

В неурожайные годы великий хан из своих запасников выставлял на продажу разные продукты, в том числе хлеб, цена которого была в 4 раза меньше, чем у торговцев зерном .

Некоторые элементы этнографии монголов той поры отразили черты их социального устройства. Так, во время пиров стол великого хана находился «много выше других столов; садится он на северной стороне лицом на юг; с левой стороны возле него сидит старшая жена, а по правую руку, много ниже, сыновья, племянники и родичи императорского роду; а головы их приходятся у ног великого хана; а прочие князья садятся за другие столы, еще ниже»38. «Бароны и рыцари» место за столом занимали в строгом соответствии со своим социальном статусом, в первую очередь определяемым местом в структуре военной организации монголов .

Плано Карпини в своей работе посвятил ей специальную, VI главу «О войне и разделении войска, об оружии и хитростях при столкновении, об осаде укреплений и вероломстве их против тех, кто сдается им, о жестокости против пленных». Судя по отчету, от Папы он получил задание не только передать великому хану письмо Иннокентия IV, но и разведать все возможное о военной организации монголов, их силах, тактике ведения войны, «разузнать об их дальнейших планах и, главное, куда они намерены двинуться». Помимо этого, Карпини должен был познакомиться с их общественным устройством, деталями быта, религии «и, если удастся, то попробовать склонить Великого хана к христианству» .

Хотя Карпини не смог обратить в новую веру ни великого хана, ни кого-либо из его окружения, как не смог выведать что-либо о дальнейших планах кочевников, «но остальные пункты задания он выполнил блестяще, описав не только войска монголов, их вооружение, стратегию и тактику, но и их внешность, жилища, одежду, пищу, обычаи, нравы, религию, похоронный обряд, двор Великого хана и т.п.»39 .

В армии Чингисхана во главе десяти человек «поставлен один (и он по-нашему называется десятником), а во главе десяти десятников был поставлен один, который называется сотником, а во главе десяти сотников был поставлен один, который называется тысячником, а во главе десяти тысячников был поставлен один, и это число называется у них тьма. Во главе же всего войска ставят двух вождей или трех, но так, что они имеют подчинение одному»40. Принцип ответственности одного воина из десяти, одной десятки из сотни и т.д. делал все войско монолитной (пусть и под угрозой неизбежной казни в случае любого проступка в походе или бою) армией .

Оружие все монголы «должны иметь такое: два или три лука, по меньшей мере, один хороший и три колчана, полных стрелами, один топор и веревки, чтобы тянуть орудия. Богатые же имеют мечи, острые в конце, режущие только с одной стороны и несколько кривые, у них есть также вооруженная лошадь, прикрытия для голеней, шлемы и латы. Некоторые имеют латы, а также прикрытия для лошадей из кожи»41 .

Из оружия Плано Карпини выделил «копья, и на шейке железа они имеют крюк, которым, если могут, стаскивают человека с седла» .

Довольно длинные стрелы имели железные наконечники, которые «весьма остры и режут с обеих сторон наподобие обоюдоострого меча; и они всегда носят при колчане напильники для изощрения стрел». Упомянутые наконечники имели «острый хвост длиною в палец, который вставляется в дерево. Щит у них сделан из ивовых или других прутьев, но мы не думаем, чтобы они носили его иначе как в лагере и для охраны императора и князей, да и то только ночью»42 .

Татаро-монголы были хорошо подготовлены к сражениям, быстротечному бою и длительной осаде. Вожди не вступали в бой, находились «вдали против войска врагов», имея «рядом с собой на конях отроков, а также женщин и лошадей». В первых рядах татаромонголов шли пленные; «может быть, с ними идут какие-нибудь татары. Другие отряды более храбрых людей они посылают далеко справа и слева, чтобы их не видели противники, и таким образом они начинают сражаться со всех сторон»43 .

Если не удавалось взять с ходу какую-нибудь крепость или город, монголы приступали к осаде. В этом случае они ограждали укрепленный пункт, и изо дня в день не прекращали атаки, так что «находящиеся в укреплении не имеют отдыха; сами же татары отдыхают… И если они не могут овладеть укреплением таким способом, то бросают на него греческий огонь». Если через осаждаемый город протекает река, «они преграждают ее или делают другое русло и, если можно, потопляют это укрепление. Если же это сделать нельзя, то они делают подкоп под укрепление и под землею входят в него в оружии». И с двух сторон – с внешней и внутренней сторон города – начинают штурм44 .

Карпини рассказал об осаде города Орнас, в котором «было очень много христиан (курсив мой – Ф.Г.), именно хазар (Gasari), русских, аланов и других, а также сарацинов. Сарацинам же принадлежала и власть над городом». Этот город «был полон многими богатствами», ибо располагался в устье реки, впадавшей в море. Являясь «как бы гаванью», Орнас служил для «других сарацинов» рынком, т.к. «они имели в нем огромный (курсив мой – Ф.Г.) рынок». Монголы долго не могли взять этот город. В конечном итоге они «перекопали реку, которая текла через город, и потопили его с имуществом и людьми»45 .

Монголы, как известно, весьма жестоко поступали с пленниками .

Захватив тот или иной город, «татары спрашивают, кто из них ремесленники, и их оставляют, а других, исключая тех, кого захотят иметь рабами, убивают топором… людей благородных и почтенных не щадят никогда (курсив мой – Ф.Г.)»46 .

В другом сюжете Карпини вновь касается отношения монголов к знати покоренных народов. «Для некоторых также они находят случай, чтобы их убить, как было сделано с Михаилом и с другими;

иным же они позволяют вернуться, чтобы привлечь других;

некоторых они губят также напитками или ядом. Ибо их замысел заключается в том, чтобы им одним господствовать на земле, поэтому они выискивают случаи против знатных лиц, чтобы убить их. У других же, которым они позволяют вернуться, они требуют их сыновей или братьев, которых никогда больше не отпускают, как было сделано с сыном Ярослава, неким вождем аланов, и весьма многими другими»47 .

К середине XIII в. монголы контролировали территорию, «(которая простирается) на расстояние около двенадцати дневных переходов. Но все это – земля, в которой пребывает император, кочующий по разным местам»48 .

За правдивую информацию о монголах выдавали чудовищные слухи о том, что «людей они не поедают, но прямо пожирают. Едят они и лягушек, (и) змей, и, дабы быть кратким, не различают никакой пищи (чистой от нечистой); и как при виде льва бегут все животные, так при виде этого племени все народы христианские обращаются в бегство. Даже команы, люди воинственные, не смогли в земле своей выстоять против них, но двадцать тысяч команов бежали к христианам»49 .

Правдивость своих сообщений гарантировали доминиканский и францисканский монахи. В письме 1242 г. они отмечали: «Знайте же, что то, о чем мы вам пишем, в высшей степени правдиво (курсив мой – Ф.Г.) (о, если бы это было ложно!). Они – люди сильные и воинственные»50 .

Даже внешний вид и быт монголов устрашал противника: «одеты в бычьи шкуры, защищены железными пластинами. Роста они невысокого и толстые, сложения коренастого, сил безмерных. В войне они непобедимы, в сражениях неутомимы. Со спины они не имеют доспехов, спереди, однако, доспехами защищены… У них большие и сильные кони… Они не знают человеческих законов, не ведают жалости, свирепее львов и медведей»51 .

Все источники единодушно отмечают значительное превосходство конницы в составе монгольского войска. «Они привычны не к очень рослым, но очень выносливым коням, довольствующимся небольшим количеством корма, на которых сидят, крепко к ним привязавшись» .

Летучие отряды монголов, «мчась верхом на скакунах, за одну ночь покрывают расстояние трех дневных переходов»52 .

В Анналах Уэйверлейского монастыря (XIII в.) практически та же информация: «за войском следует 13 тысяч всадников, защищающих его. И кони у них хорошие, но злые, и много коней следует за ними без всадника, так что, когда скачет хозяин, за ним следует 20 или 30 коней. Панцири у них из кожи, и они прочнее, чем из железа, и (также) конская сбруя». Говоря о пехотинцах, тот же источник выделяет их как отличных лучников, «никто не сравнится с ними, и луки они натягивают более мощные, чем тюрки»53 .

Равным образом в Анналах Бертонского монастыря (конец XIII в.) утверждается: «Женщины (у монголов – Ф.Г.), наподобие мужчин, скачут верхом, сражаются и стреляют из луков. Доспехи у них сделаны из многослойной кожи, и они почти непробиваемые .

Наступательное оружие – из железа. Есть у них разнообразные метко бьющие устройства. Спят они под открытым небом…»54 .

Некоторые информаторы, в частности «Петр, архиепископ Руссии», подчеркивают бытование у монголов женских отрядов .

«Женщины (их) – прекрасные воины, и особенно лучницы. Доспехи у них из кожи, почти непробиваемые; наступательное оружие сделано из железа и напоено ядом»55 .

Из оружия английские источники выделяют луки, которые «являются для них самым привычным оружием, наряду со стрелами и прочим метательным оружием, каким они (монголы – Ф.Г.) постоянно пользуются (отчего и руки их сильнее, чем у других людей)»56. В другом сюжете говорится: «они без устали и храбро сражаются копьями, палицами, секирами и мечами, но предпочтение отдают лукам и метко, с большим искусством из них стреляют»57 .

Очевидно, что в более или менее продолжительных набегах и походах воинам необходимо было чем-то питаться и в чем-то отдыхать во время привалов.

Марко Поло писал по этому поводу:

«Когда отправляются в дальний путь, на войну (монголы), сбруи с собой не берут… Везут также только маленькую палатку, укрываться на случай дождя». Несколько иначе это отметил и Плано Карпини:

«Когда они желают пойти на войну, они отправляют вперед застрельщиков, у которых нет ничего кроме войлоков, лошадей и оружия»58 .

Как видно, татаро-монголы на период военных акций, помимо лошадей и оружия, брали с собой легкие временные приспособления, позволявшие укрываться от непогоды, либо использовать их для отдыха на привалах59 .

В рассказе о междоусобной войне между Алау (Хулагу – Ф.Г.) и Берке, Марко Поло описывает лагерь противников непосредственно перед битвой. Алау первым прибыл на место будущего сражения перед Железными воротами на Каспии. Здесь он «расставил в порядке свой стан на этой равнине; …много было тут богатых ставок и много богатых палаток; видно было, что (это) стан богатых людей (курсив мой – Ф.Г.). Решил Алау здесь поджидать Берку с его войском. Тут он жил (курсив мой – Ф.Г.), поджидая врага»60 .

Узнав о подготовке противника к битве, Берке «немедля пустился в путь». Подойдя к месту расположения врага, «стал и он в порядке станом… Стан его был так же хорош, как и стан Алау, и так же богат, были тут шатры из золотых тканей, богатые палатки;

по правде, красивее и богаче стана не видано было прежде; …у Берки было тут более трехсот пятидесяти тысяч конных. Стали они тут станом и отдыхали тут два дня»61 .

Среди специалистов бытует мнение, согласно которому в лексиконе средневековых европейских авторов под ставкой обычно подразумевается то, что восточные источники называют ордой .

Например, Ибн-Батутта в районе Пятигорья встретил орду (ставку) Узбек-хана. «Подошла ставка, которую они называют урду (орда – А.С.), и мы увидели большой город, движущийся со своими жителями, в нем мечети и базары, да дым от кухонь взвивается по воздуху, они варят (пищу) во время самой езды своей, и лошади везут арбы с ними. Когда достигают места привала, то палатки снимаются с арб и ставят на землю, так как они легко переносятся… подъехал султан и расположился в своей ставке отдельно»62 .

Под ставками Хулагу (Алау), возможно, имелись ввиду отдельные станы, принадлежавшие представителям кочевой аристократии .

Построение походного лагеря, вероятно, соотносилось с принципом структуры войска: деление на центр, правое и левое крыло .

Кибитки номадов не разбирались и перевозились на повозках, запряженных волами и верблюдами. Сзади к повозкам прицеплялись другие повозки с ящиками для перевозки имущества и утвари .

А.В. Сальников поддержал гипотезу М.В. Горелика о наличии у монголов своего рода «интендантской службы», командиры которой назывались черби. Они занимались снабжением армии пищей, одеждой, оружием, жилищем и снаряжением63. Это тем более вероятно, что в длительных походах войско имело обоз, массу кибиток, сопровождавшихся конными отрядами .

Как и у других кочевников, стратегия и тактика военных действий у монголов в разных ситуациях варьировалась. В частности, в венгерском походе в первом же сражении «тартарские передовые (отряды) стремительно ворвались в рассветном полумраке, и, быстро окружив венгерские укрепления и убив сначала прелатов и уничтожив всю знать, которая выступила против них (курсив мой – Ф.Н.), погубил вражеский народ великое множество венгров, учинив неслыханное побоище, – едва ли припомнится с древнейших времен какое-либо сражение, подобное этому»64 .

Если не удавалось сходу взять поселение, крепость или город, то монголы прибегали к осаде. Для этой цели они использовали различные осадные орудия. «Рассказали (курсив мой – Ф.Г.) нам беженцы из земли той… что землю ту с крепостями они атаковали с помощью тридцати двух осадных устройств»65 .

Первое знакомство народов Кавказа и славян с монголами произошло в ходе похода Джебе и Субудая. В 1222 г. они приступили к выполнению задания Чингисхана. Сметая все на своем пути, монгольские всадники огнем и мечом прошли через всю Азию и достигли пределов Кавказа. Чтобы беспрепятственно пройти через Дербентский проход, Джебе и Субудай предложили Ширван-шаху заключить с ними договор. В ответ на это к монголам было направлено представительное посольство из 10 знатных лиц. Однако монголы даже не думали заключать договор. Предательски убив нескольких послов Ширван-шаха, они силой за-ставили других указать им безопасный путь на север66. В горном Дагестане кочевники действовали весьма жестоко, оставив после себя кровавый след. По словам арабского историка Ибн ал-Асира, монголы «ограбили и убили много лакзов, мусульман и неверующих, и произвели резню среди встретивших их враждебно жителей страны»67 .

С походом Джебе и Субудая связано вторжение в Дагестан кыпчаков в 1223 г., которые, преследуемые монголами, прошли к Дербенту и равнинной полосе Северо-Восточного Кавказа. Где бы ни появлялись кыпчаки, они всюду «разбойничали и бесчинствовали», уничтожали пленных, либо (чаще) продавали их. Вслед за монголами и кыпчаками, в 1225-1231 гг. хорезмшах Джелал-ад-дин предпринял «опустошительные походы в кавказские страны». По словам персидского автора ан-Насави, войска хорезмшаха «стали разорять поселения Дербента вне его стены: последствия уничтожений и разрушения были таковы, что, казалось, здесь вчера не было ничего». Другой персидский автор, Рашид-ад-дин, в списке народов, восставших против Джелал-ад-дина, упоминает «сериров и лезгин»68 .

Второй дагестанский поход монголов в 1239-1240 гг. для населения Северо-Восточного Кавказа имел тяжелые последствия .

Весной 1239 г. пал и был разрушен Дербент. По свидетельству Г .

Рубрука, башни и крепостные стены города были сравнены с землей69. Затем монголы опустошили приморский Дагестан, большая часть жителей которого покинула равнину и отступила в горы .

Однако и горный Дагестан подвергся разгрому. В частности, в селении Рича современного Агульского района сохранилась куфическая надпись, в которой говорится о разрушении селения монголами осенью 1239 г. Аналогичная участь постигла и Кумух .

Принято считать, что в 634 г. хиджры (1239/1240 г.) монголы, сломив сопротивление, заняли Кумух, «а правителем назначили своего ставленника вновь с титулом шамхал»70 .

Быстрое продвижение монгольских орд сопровождалось еще более быстрым распространением слухов о кровожадных монголах. Об этом можно судить по тем же английским источникам .

«Стремительные, как молния, достигли они (монголы – Ф.Г.) самых пределов христианских (и), учиня великое разорение и гибель, вселили во всех невыразимый страх и ужас». Тут же Матфей под 1241 г. приводит еще одно свидетельство: «это бесчеловечное и лютое, не ведающее законов, варварское и неукротимое, которое тартарами зовется, предавая безумным и неистовым набегом северные земли христиан ужасному опустошению, повергло всех христиан в безмерный страх и трепет»71 .

По Европе стремительно распространилась молва о жестокости завоевателей. «Вы (братья – Ф.Г.) слышали разные слухи (курсив мой – Ф.Г.) от разных (людей) о проклятых тартарах .

Знайте же, что мы вам пишем в высшей степени правдиво (о, если бы это было ложно!) (курсив мой – Ф.Г.). Они – люди сильные и воинственные. Они многочисленны и достаточно хорошо вооружены. Они разорили многие земли, и знайте, что в их числе – большую часть Русции, разрушили город Риону и крепость, которая в нем была, (и) многих убили… И с русценами они боролись (в течение) двадцати лет»72 .

Матфей Парижский писал по этому поводу: «люд сатанинский проклятый… бесчисленные полчища тартар, внезапно появился… словно саранча, кишели они, покрывая поверхность земли .

Оконечности восточных пределов подвергли они плачевному разорению, опустошая огнем и мечом. Вторгшись в пределы сарацин, они сравняли города с землей, вырубили леса, разрушили крепости, выкорчевали виноградники, разорили сады, убили горожан и сельских жителей… они обращались с пленниками своими, словно с рабочим скотом. Ведь они люди бесчеловечные и диким животным подобные. Чудовищами надлежит называть их, а не людьми, (ибо) они жадно пьют кровь, разрывают на части мясо собачье и пожирают (его)… Они владеют мечами и кинжалами, отточенными с одной стороны, являются удивительными лучниками (и) не щадят никого, невзирая на пол, возраст или общественное положение»73 .

О степени осознания угрозы свидетельствует «Послание»

германского императора Фридриха II королю Англии. Фридрих сообщал: «всему христианскому миру грозит всеобщее уничтожение… не так давно с крайних пределов мира… вышел народ варварский по происхождению и образу жизни… называется (он) тартарами…нашествие принесло с собой всеобщее бедствие, опустошение всех королевств и гибель плодородной земли, по которой прошел народ нечестивый, не щадя (никого, невзирая на) пол, возраст или положение и намереваясь уничтожить весь род человеческий, считая себя единственными достойными править во всех землях благодаря своей великой и безмерной силе и численности. И вот, убивая и грабя все, что ни попадалось им на глаза и оставляя за собой всеобщее опустошение…»74 .

Фридрих поведал и о разгроме, учиненном монголами венграм:

«тартарские передовые (отряды) стремительно ворвались в рассветном полумраке, и, быстро окружив венгерские укрепления и убив сначала прелатов и всю знать (курсив мой – Ф.Г.), которая выступила против них, погубил вражеский народ великое множество венгров, учинив неслыханное побоище…»75 .

О надвигавшейся угрозе сообщалось в «весьма страшном послании, направленном архиепископу Бордоскому»; рассказе Петра архиепископа Руссии; в «Донесении о татарах, сообщенное в Лионе доминиканцем Андре»; в посланиях:

«некоего венгерского епископа парижскому епископу»;

«Генриха Распе, ландграфа тюрингского герцогу Брабантскому о татарах»;

«аббата монастыря Святой Марии в Венгрии»;

«Иордана, провинциального викария францисканцев в Польше»;

«доминиканского и францисканского монахов о татарах»;

«от Г., главы францисканцев (?) в Кельне, включающее послание от Иордана и от главы в Пинске (?) о татарах»76 .

Так, тюрингский ландграф Генрих Распе в послании герцогу Брабантскому «в меру своих возможностей» сообщал: «бесчисленные племена, ненавидимые прочими людьми, по необузданной злобе землю с ревом попирая, от востока до самых границ нашего владения подвергли всю землю полному разорению, города, крепости и даже муниципии разрушая, …никого не щадя, всех равно без сострадания предавая смерти» .

Реальную опасность, связанную с появлением монголов в пределах Европы, осознали «сарацины». Поэтому они отправили послов не только «к королю франков», но и к другим европейским монархам. «Сарацинский вестник», посланный к «королю Галлии», уведомил последнего, что ему поручалось «от имени всего Востока известить» всю Европу о страшном противнике, с которым можно было справиться лишь объединенными силами.

Другой «сарацинский вестник», направленный «к королю Англии», передал на словах:

«если они (сарацины) не смогут сдержать такой натиск, то останется только одно: они (татары) и западные страны разорят, как говорится у поэта: “Дело о скарбе твоем, стена коль горит у соседа”»77 .

Английские авторы иногда приводят данные о странах и событиях, свидетелями которых не были даже их информаторы .

Отсюда – ошибочные оценки и характеристики вещей и явлений, присущих, якобы, горцам. Так, Бартоломей Английский в энциклопедии «О свойствах вещей» (первая половина XIII в.) писал, что «Кавказ – восточная гора, протянувшаяся от Индии до Тавра», именуемая множеством различных народов, живущих близ этих гор, разными названиями…»78. Среди диковинок горцев Бартоломей назвал необычных собак. «Есть там также собаки такой величины и такой безразмерной свирепости, что они одолевают быка и валят наземь, и убивают львов, и больше всего (их) в Албании79 и Гиркании80, областях Скифии, гористых и покрытых густыми лесами»81. Сюжет о невероятных собаках повторен тут же в разделе об Албании. «В этой земле обитают огромные собаки, такие свирепые душой и телом, что валят наземь быков и убивают львов и слонов, сильнейших из зверей…»82. Известна Бартоломею и Алания, которую он называет «первой частью Скифии, являющейся первой и самой большой областью Европы… Область же эта – обширнейшая; в ней обитает много жестоких варварских народов…»83 .

В «Великом сочинении» Бэкона татаро-монголы характеризуются в новых условиях, на новом месте. «Тартары же населяют землю аланов84 или куманов от Дуная и далее… есть какие-то племена в горах и наиболее защищенных местах, которые, хотя они (татары – В.М.) и соседствуют с ними, они не могут одолеть, ибо они непобедимы»85. Монголы при всяком случае неповиновения совершали карательные походы. Так, в 1277 г. наряду с восстанием в аланским городе Дедякове, подавленном лишь в феврале 1278 г., большие силы монголов направились в горный Дагестан. Здесь они «произвели страшные опустошения, дошли до Янгикента, сожгли его, продвинулись до Южного Дагестана, где взяли богатую добычу и пленников и вернулись в ханскую ставку»86 .

В равнинной части Дагестана завоеватели опустошали пашни и сады, а в горной зоне – угоняли крупный рогатый скот, овец и лошадей. Киракос Гандзакеци отметил по этому поводу: «Там, где проходили монгольские завоеватели, посевы, сады, огороды приходили в негодность, так как за монгольской армией всегда двигалось огромное кочевое хозяйство (мелкий и крупный рогатый скот, обоз, семьи и т.д.), которое уничтожало вокруг посевы, сады и т.д.»87 .

Резюмируя изложенное, отметим, что труды английских авторов XIII в. имеют не только историографический интерес. В определенной мере они важны и как источники по истории Кавказа и Восточной Европы. Еще одна незатронутая тема – образ монгольского воина и кавказских горцев в представлении западноевропейцев той поры. Не менее значима и проблема «встречи двух цивилизаций». Все это делает актуальным использование английской литературы в качестве источника по названным и другим вопросам средневековой истории .

ПРИМЕЧАНИЯ

Плано Карпини. История монгалов, именуемых нами татарами // История монгалов. М., 2005, сс. 252-255 .

Одно из крупных монгольских племен, обитавших в бассейне р. Селенги. Меркиты отличались воинственностью .

Забайкальские племена, родственные монголам .

Плано Карпини. Указ. раб., сс. 257-258 Сын Джучи, брат Бату. Впоследствии – хан Золотой орды .

Построил вторую столицу золотоордынцев, «известную как СарайБерке» .

По его имени Золотая Орда иногда обозначалась как «Джучиев улус»

Внук Чагатая, «участник походов 1235-1236 гг .

(курсив мой – Ф.Г.) на русские княжества и в Юго-Западную Европу». Обратим внимание на датировку монгольских походов, предложенную Плано Карпини .

Сын Джучи, брат Бату (Батыя), после смерти которого занял его престол в Золотой Орде под именем Берке-хана (1256-1266 гг.). Принял участие в строительстве второй столицы Золотой Орды

– Сарае-Берке .

Орду-Ичен участвовал в походах на русские княжества, Польшу и Венгрию. Основатель Белой орды .

Один из крупнейших монгольских военачальников, названных богатырями, как переводит Карпини термин bahadur. «Субэдейбахатур возглавлял поход против кыпчаков, разбив русские и половецкие отряды на р. Калке [1223 г.]» (Плано Карпини 2005, с .

268 примеч. 2) .

Плано Карпини. Указ. раб., с. 268 .

Из отчета Рубрука «выясняется, что “Татары” – это воины Золотой Орды, а жителей собственно Монголии Рубрук называет “Моалами”». Тогда как Плано Карпини «Татарами» именует «Монгалов» (Фишман О.Л. Китай в Европе (XIII-XVII вв.). СПб .

2003,, с. 32) Матузова Указ. раб., с. 268 .

Там же, с. 270 .

Плано Карпини. Указ. раб., с. 394 .

Алемань А. Аланы в древних и средневековых письменных источниках. М., 2003, с. 220 .

Нарожный Е.И. К изучению динамики золотоордынского присутствия на Центральном Кавказе // Археология и вопросы хозяйственно-экономической истории Северного Кавказа. Грозный, 1987, с. 57 .

Хизриев Х.А. Первые походы чингисидов на Северный Кавказ и их политические последствия // Вопросы политического и экономического развития Чечено-Ингушетии (XVIII – начало XX века). Грозный, 1986, с. 15 .

Бичурин Н. История первых четырех ханов из дома Чингисова // История монгалов. М.. 2005, с. 119 .

Матузова В.И. Английские средневековые источники. IX-XIII вв. М., 1979, с. 136 .

Имеется в виду Батый .

Австрийский город Нейштадт, расположенный вблизи от Вены .

Матузова. Указ. раб., сс. 143-144 .

Там же, сс. 148-149 .

Там же, сс. 149-150 .

Там же, с. 153 .

Там же, с. 154 .

Там же, сс. 151-152 .

Там же, с. 181 .

Там же, сс. 213-214 .

Там же, с. 216 .

Там же, с. 217 .

Книга Марко Поло // История монгалов. М., 2005, с. 394 .

Новый год у монголов начинался в феврале .

Разумеется, это явно завышенная цифра; но так же ясно, что табуны лошадей, входивших в состав праздничных даров великому хану, были большими .

Книга Марко Поло, сс. 394-395 .

Там же, с. 397 .

Там же, с. 392 .

Фишман Указ. раб., с. 23. В сборе сведений об империи монголов Карпини повезло, т.к. в ставке хана Гуюка практически одновременно с ним находились послы из всех частей Азии, завоеванных монголами. Все они прибыли на выборы нового великого хана, каковым стал Гуюк .

Плано Карпини Указ.раб., сс. 275-276 .

Там же, с. 276 .

там же, с. 278 .

Там же, с. 280 .

Там же, с. 281 .

Там же, с. 271 .

Там же, с. 282 .

Там же с. 284 .

Там же, с. 397 .

Там же, сс. 154-155 .

Там же, с. 158 .

Там же, с. 137 .

Там же, с. 150 .

Там же, с. 175 .

Там же, с. 182 .

Там ж е, с. 152 .

Там же, с. 142 .

Там же, с. 150 .

Рубрук Г. Путешествие в восточные страны Плано Карпини и Рубрука. М., 1957, с. 61 .

Сальников А.В. Эволюция вооружения северокавказского воина XIII-XV веков под влиянием центральноазиатского и европейского военного дела. Рукопись канд. дис. Ставрополь, 2008, с. 21-22 .

Книга Марко Поло // История монголов. М., 2005, с. 423 .

Там же, с. 393 .

Цит. по: Сальников Указ. раб., с. 23 .

Там же, с. 26 .

Матузова. Указ. раб., с. 142-143 .

Там же, с. 158 .

По свидетельству Киракоса Гандзакеци, монголы, подойдя в 1222 г.

к Дербенту, «убийствами и угрозами» узнали у местных жителей дорогу и вступили во внутренние районы Дагестана (см.:

Ичалов Г.Х. Влияние иноземных завоеваний в XIII-XIV вв. на экономику Дагестана // Развитие феодальных отношений в Дагестане. Махачкала, 1980, с. 117) .

Там же, с. 117 .

Там же, с. 119 .

Рубрук. Указ. раб., с. 186-187 .

Гаджиев В.Г. Шамхальство // Государства и государственные учреждения в дореволюционном Дагестане. Махачкала. 1989, с. 28 .

Матузова. Указ. раб., с. 138-139 .

Там же, с. 158 .

Там же, с. 137-138 .

Там же, с.141-142 .

Там же, с. 142-143 .

Там же, с. 148-162, 174-176 .

Там же, с. 136 .

Матузова 1979, с. 79 .

Албанией назывался социум, расположенный на каспийском побережье. В средневековых географических сочинениях нередко смешивался с топонимом «Алания», равным образом и этнонимы «аланы» и «албаны». В данном случае Бартоломей эти топонимы трактует независимо друг от друга (там же, с. 88, примеч. 6) .

Со ссылкой на Исидора автор Энциклопедии Гирканией называет область Скифии, очерченной границами: «на востоке ее – Каспийское море, на юге – Армения, на севере – Албания, на западе – Иберия» (там же, с. 88, примеч. 7) Там же, с. 80 .

Там же .

Там же, с. 81 .

Чуть выше Бэкон отметил: «Аланов уже не существует, ибо тартары вторглись в эту землю и вынудили куманов бежать до самой Венгрии; а куманы – язычники, и такими же были аланы, но они истреблены» (там же, с. 213) .

Там же, с. 213 .

Ичалов. Указ. раб., с. 125 .

Там же, с. 121 .

http://www.alanica.ru/article/9.htm

–  –  –

Отрывок из книги ИСТОРИЯ ЕВРОПЫ С ДРЕВНЕЙШИХ ВРЕМЕН ДО НАШИХ ДНЕЙ ТОМ II .

СРЕДНЕВЕКОВАЯ ЕВРОПА Часть вторая. ЕВРОПА В ПЕРИОД РАЗВИТОГО ФЕОДАЛИЗМА.Глава 9. Кочевое население и феодальные государства ЮгоВосточной Европы В X-XIV вв .

Примерами полного оседания на землю кочевого и полукочевого населения являются два сравнительно небольших этноса, занимающих окраины степного мира. Это аланы, обитавшие в предгорьях Кавказа, и волжские булгары, занявшие в IX в. лесостепные просторы Волго-Камья .

Значение Алании как самостоятельной политической группировки начинает расти в Х в. по мере ослабления Хазарского каганата, в который аланы входили в VII—IX вв. Разгром северных областей Хазарского каганата в конце IX в. печенегами почти уравнял силы каганата и Алании. В середине Х в. Константин Багрянородный писал, что аланы могут грабить хазар и причинять им "великий ущерб и бедствия". Только что ощутившие свободу и силу аланы, естественно, отрицательно относились к своим недавним сюзеренам и все свои политические симпатии и упования обратили на Византийскую империю, прельстившись дарами и дружбой "царя Ромейского". Араб Масуди (X в.) писал, что "аланский царь выступает (в походах) с 30 тыс.всадников .

Он могуществен, мужествен, очень силен и ведет твердую политику среди царей" [1] Укреплял он свое влияние не только силой оружия, но и союзами, в том числе брачными. Масуди писал, что аланский царь женился на сестре царя Серира (небольшого кавказского владения) и отдал свою сестру замуж за этого царя. Оба владетеля активно действовали против хазар. Византия высоко ценила союз с Аланией, поддерживая его дарами и почестями аланскому царю, а также насаждением среди алан своей религии. Христианские миссионеры проникали в Аланию еще во времена хазарского господства, но, повидимому, каганат препятствовал их деятельности в своих владениях .

Освободившись, аланы, особенно аристократия, начали в Х в. принимать христианскую религию. В первой половине Х в. хазары еще старались воспрепятствовать сближению Алании с Византией, опираясь на часть алан, принявших, как и хазары, иудаизм. В начале Х в., когда Византия организовала совместный поход печенегов, гузов и лесостепных алан (асов) против каганата, Алания не примкнула к этой коалиции, а поддержала хазар, отстоявших благодаря этому часть своих обширных земель. Позже, по сведениям кагана Иосифа, царь алан попытался освободиться от хазар, но каган с помощью гузов победил его, взял в плен и заставил отдать дочь замуж за своего сына — будущего кагана Иосифа. Ясно, что аланский правитель, отдавший дочь за иудея, не был христианином или просто под давлением кагана изменил религию, как не раз делали степные властители в аналогичных обстоятельствах. Объясняется это тем, что у степняков языческие представления о душе, о загробном мире, о десятках различных "богов", окружающих человека, культ предков и культ вождей попрежнему господствовали и там, где властитель страны принимал христианство, иудаизм или мусульманство. То же было и с аланами. По существу они остались язычниками. Только в XI в. в городах аланы начали возводить храмы, покойников погребали уже по христианскому обряду. Несмотря на поражение и связанные с ним сближение с Хазарией и временный отход от христианства, Алания не порвала отношений с Византийской империей, которая по-прежнему руководила ее внешней политикой. Так, вскоре Византии удалось направить алан против армянских еретиков-монофизитов, а в 40-е годы Х в. аланы вместе с руссами разгромили город Бердаа в Азербайджане. Этот совместный поход, вероятно, был инспирирован Византией, стремившейся ослабить влияние мусульман в Закавказье. Во второй половине Х в. каган Иосиф в письме к испанскому вельможе сообщал, что "царство алан [было] сильнее и крепче всех народов, которые [жили] вокруг нас".[2] В то время, видимо, оно было сильнее и самих хазар, разбитых Святославом Игоревичем в 965 г. Этот поход Святослава сыграл для алан некоторую положительную роль, поскольку освободил их окончательно от грозного соседа. По мере христианизации Алании императоры все более приближали аланских правителей к своему двору, давая им довольно высокие придворные звания, одаривая богатыми подарками и даже вступая с ними в династические браки. Брачные связи заключались в XI в. также между властителями Алании и Грузии. Стремление Византии и соседей христианизировать Аланию, привязать ее союзами и дарами говорит о том, что эта небольшая страна играла заметную роль среди христианских государств того времени. Уже в первой половине XI в .

царь алан Дургулель был вассалом Византии. Неоднократно по желанию императора он ходил в походы на Армению и Арран (Азербайджан). Во второй половине XI в. и особенно в XII в. (при императоре Алексее Комнине) связи еще более окрепли. Аланы во главе со своими царями или крупными аристократами принимали участие в военных действиях Византии против сельджуков и крестоносцев, участвовали во внутренних заговорах, причем не всегда на стороне императора. В начале XII в. у северных границ Алании появились половцы. Чтобы пройти в Грузию, они с помощью заинтересованного в этом грузинского царя Давида Строителя заключили мир с аланами и обменялись заложниками. Оставшиеся в предкавказских степях половецкие орды оттеснили алан с удобных для земледелия и выпаса стад степных земель. Аланы еще активнее начали заселять горные склоны и ущелья. Основой их экономики оставалось отгонное скотоводство на альпийских лугах. В пригодных для пашен местах они занимались и земледелием, особенно садоводством .

Как уже говорилось, большую роль в экономике играли добыча и откупы, привозимые из походов. Один из основных перевалов — Дарьяльский — находился во власти алан, и они брали пошлины с проходивших караванов. На протяжении всего XII в. Алания была одним из наиболее сильных союзных Византии восточноевропейских государственных образований. Известно, что Алания управлялась единовластным царем. Родовая аланская аристократия была, видимо, в вассальных отношениях к нему и постепенно становилась классом феодалов. Страну объединяли в единое целое не только центральная власть царя, но и единая, в XII в. принятая уже всеми аланами христианская религия. Уже тогда в Алании сложилась народность с единым языком и устойчивой материальной и духовной культурой .

Однако, насколько можно судить по известным в настоящее время источникам, у алан не было собственной письменности (в хазарский период они пользовались тюркскими рунами, а позднее, вероятно, греческим письмом). Очевидно, не было у них и своего летописания, чеканки собственной монеты, несмотря на развитую торговлю и разнообразные культурные и политические связи с соседними и дальними странами и государствами. Все это свидетельствует о том, что Алания не была еще таким развитым государством, как Хазарский каганат. При преемниках Дургулеля аристократы начали выходить из-под власти царя, позволяя себе нередко и сепаратные действия против союзников их сюзерена. Это значительно ослабило Аланию. Неудивительно, что первое же столкновение с монголо-татарами в 1222 г. кончилось для алан полным разгромом. Правда, Ибн-Асир и Рашид ад-Дин писали в XIII в., что аланы потерпели поражение из-за предательства "кипчаков", т.е .

половцев, с которыми перед битвой заключили военный союз. В 1238 г .

началось планомерное покорение Предкавказья монголами; первый удар они направили на алан. Был взят и разрушен их главный город Магас .

Однако не все аланы подчинились монголам. Об этом рассказывали проехавший по Предкавказью в 1246 г. Плано Карпини, который упоминает "некую часть алан, оказавших мужественное сопротивление и доселе еще не подчиненных им", и Вильгельм Рубрук (1254 г.) [3] Джувейни и Рашид ад-Дин сообщают, что аланы участвовали и в борьбе половцев против монголов, входя в крупный половецкий отряд под руководством Бачмана, который долгое время, уклоняясь от прямой встречи с большим монгольским подразделением, наносил серьезный урон монголам, пытавшимся обосноваться в предкавказских и поволжских степях. Даже во второй половине XIII в., когда в степях уже господствовали ханы Золотой Орды, в 1278 г. монголы, присоединив к своему войску русских воинов, взяли и разграбили вольный аланский город Дедяков, по-видимому, ранее временно освободившийся из-под монгольского ига. Хотя после монгольского нашествия Алания как государственное образование перестала существовать, многие аланы, не желая подчиняться завоевателям, мигрировали в Грузию, Византию и Венгрию. Характерно, что численность венгерских алан была настолько значительна, что около 200 лет они сохраняли там свой язык и культуру. Покорившиеся аланы также были переселены монголами в глубинные районы огромной монгольской империи. Их знать играла видную роль при дворе хана, а аланские воины образовали ханскую гвардию из тысячи всадников. У себя на родине оставшиеся аланы занимали только ущелья и недоступные горные вершины. Они не растворились в окружающем их населении и стали одним из многих сравнительно небольших кавказских народов.Другим государством, получившим свободу и возможность самостоятельного развития после падения Хазарского каганата, была Волжская Булгария. После посещения Булгарии Ибн Фадланом сильно активизировалась мусульманизация страны, и она все более отдалялась от Хазарского каганата, правители которого были заняты борьбой с венграми и печенегами. Сохранившиеся о Волжской Булгарии сведения в письменных разноязычных источниках очень скудны. Но, опираясь на археологические исследования, можно в настоящее время уверенно говорить, что начиная со второй половины Х в. основным видом хозяйства в этом государстве было земледелие .

Страна была покрыта сетью дорог (водных и сухопутных), соединяющих между собой сначала отдельные стойбища, а в Х в. уже многочисленные селения и большие города, бывшие административными и торговыми центрами государства. Торговля со странами Востока и Русью, Скандинавией, угро-финскими лесными племенами Севера занимала в Волжской Булгарии ведущее место. Это государство несомненно держало ключевые позиции в транзитной торговле между Западом и Востоком, что приносило ему огромные экономические выгоды. Глубокое проникновение земледельческой оседлости в экономику Булгарии, развитие торговли привели к тому, что на протяжении всего Х в. здесь распространилась самостоятельная монетная чеканка при дворе булгарского правителя .

Титул правителя "эльтебер" равнялся беку или эмиру. Очевидно, он был сюзереном вассальных ему представителей родовой аристократии, постепенно становящейся феодальной. Сейчас на территории Волжской Булгарии известно более 70 развалин феодальных замков, относящихся к XI— началу XIII в. Столицей государства стал в Х в. город Булгар, стоявший на слиянии Волги с Камой — в наиболее удобном и оживленном месте для торговых караванов, проходивших по стране. Однако в XII в .

на город часто нападали русские дружины Владимиро-Суздальской земли .

Столицу вынуждены были перенести в глубь страны — на речку Черемшан .

Новая столица была названа Биляром. В самом начале Х в. булгарские правители приняли мусульманскую религию и связали свои политические интересы с Багдадским халифатом. Археологические исследования погребений свидетельствуют о чрезвычайно быстром распространении этой религии в Булгарии. В конце Х в в стране повсеместно был принят канонический мусульманский погребальный обряд. Есть основание считать, что хазарское руническое письмо в XI в. начало вытесняться и далее было, очевидно, полностью заменено арабской вязью .

Имеющиеся данные говорят о том, что Волжская Булгария была вполне сложившимся феодальным государством с относительно сильной центральной властью, крепкой экономической базой и широкими торговыми и дипломатическими связями. Тем не менее политическая, внешняя и внутренняя, история этого государства известна только по крайне лаконичным записям в русских летописях о торговле или военных стычках с Булгарией, особенно участившихся в XII в. с ростом могущества Вдадимиро-Суздальского княжества. Эти князья, естественно, желали подорвать гегемонию Волжской Булгарии в торговле с Северо-Востоком и взять в свои руки все торговые связи Булгарии не только с финно-угорскими племенами, но и со всеми странами, которые поддерживали с ней оживленные торговые и дипломатические отношения.Особенно активен и беспощаден в этой борьбе был князь Андрей Боголюбский. Недаром его жена-булгарка участвовала в боярском заговоре против мужа.

Летописец объясняет это так:

"...булгарка родом и дрьжаше к нему злую мысль... иже князь великий много воева... Булгарскую землю и сына посылал и много зла учини болгаром... (ПСРЛ. XV. С.250-251). Русские походы XII в. сильно подорвали силы Булгарского царства. От них иногда страдали не только пограничные или торговые города, но и новая столица — Биляр. Так было, например, в 1183 г., когда под главенством Всеволода Большое Гнездо собрались и пошли в поход на булгар почти все северовосточные русские князья и половецкая орда Емякове (ПСРЛ. VII. С.96—97) .

Тяжелейший удар нанесли русские князья в 1220 г. булгарам после попытки последних отбить у русских отвоеванный ими западный путь по Оке из Булгар в Белоозеро, Новгород и далее. От полного разгрома булгарам удалось откупиться. Тем временем на Волжскую Булгарию надвигалась черная туча монгольского нашествия. Первый раз монголы подошли к границам Булгарии после битвы на Калке (1223 г.), но, ослабленные долгим походом, не смогли победить булгар. В 1229 г .

монголы разгромили пограничные южные булгарские отряды. Только через три года, в 1232 г., монголы начали настоящее завоевание Волжской Булгарии: "приидоша татарове и зимоваше не дошедше Великого града Булгарьского", — писал русский летописец (ПСРЛ.I. С.459). Три года небольшая Булгария вела на равных борьбу с империей Чингисхана .

Наконец на курултае в Каракоруме было решено бросить на запад новые силы, возглавленные чингисидами и одним из самых талантливых и беспощадных монгольских полководцев — Субутай-бахадуром. Все они "соединились в пределах Булгарских", как писал Рашид ад-Дин. Под натиском во много раз превосходящих сил противника Булгария пала .

Под 1236 годом русский летописец записал: "В лето 6744... осени приидоша от восточные страны в Булгарскую землю безбожнии татари и взяша славный Великий город Булгарьскый и избиша оружьем от старца и до уного и до сущаго младенца и взяша товара множство, а город их пожгоша огнем и всю землю их плениша" (ПСРЛ.I. С.460). Так кончился второй период истории волжских булгар. Следующие два столетия Волжская Булгария существовала как одна из наиболее процветающих провинций монгольского государства Золотой Орды .

Примечания [1] Цит. по: Минорский В.Ф. История Ширвана и Дербента X-XI веков .

М., 1963. С.205 .

[2] Цит. по: Коковцев П.К. Еврейско-хазарская переписка в Х веке .

Л., 1932. С.116 .

[3] Путешествия в восточные страны Плано Карпини и Рубрука. М.,

1957. С.57 .

Плетнева С.А .

http://www.alanica.ru/article/15.htm Германцы и аланы: О разрушениях в Приазовье в 236-276 ГГ. Н.Э .

–  –  –

Примерно в середине III в. н.э. в степях Восточной Европы и Северного Кавказа от Урала до Дуная разразилась настоящая катастрофа, приведшая к полной перекройке этнополитической карты огромного региона. Благодаря археологическим исследованиям последних десятилетий ее картина становится все более и более впечатляющей. Аргументированного объяснения этим переменам в литературе пока не дано. Запустели многие ранее наиболее заселенные кочевниками регионы - верховье и правобережье низовьев Дона, Прикубанье, Центральная Украина, Молдавская Лесостепь. Остатки прежних кочевников отчасти бегут на север - в Поволжскую Лесостепь (Матюхин, 1992: 155), в Башкирию (Скрипкин, 1984: 106-107) .

Напротив, в Крыму и под Одессой обосновываются новые группировки, вытесненные с востока. Сильно уменьшилось население Южного Приуралья (где во II-III вв. существовала мощная группировка, культурно тесно связанная с Хорезмом и Кангюем). Можно было бы подумать, что все это тесно связано с изменениями климата (свидетельство Аммиака о том, что группировки "аланов" в III-IV вв. н.э. кочевали на больших расстояниях друг от друга: Amm. Marc. Res Gestae, XXXI,2, 17) .

Однако этому противоречит тот факт, что во многих случаях запустели именно самые плодородные во все времена пастбищные угодья .

Последним правителем Боспора перед длительным периодом внутренних смут и варварских вторжений 239-276 гг. был Иненсимей (234-239) (сарм. "Имеющий большую храбрость"), которого есть много оснований считать узурпатором из кочевой среды. Редкое имя и тамга этого царя аналогичны таковым у одного их правителей сарматов Западной Украины 70 - 80-х гг. I в. н.э., чеканившего монету в Ольвии. Тамги родственников Иненсимея Боспорского присутствуют, в отличие от остальных боспорских царей, в степных святилищах и на зеркалах сарматского типа в разных частях Степи (Яценко 1992: 196Интересно, что параллельно с ним, в Риме, правил первый император варварского происхождения Максимин (235-238); его матерью была кочевница-аланка Габаба, а отцом "гот", точнее гет (lul. Kapit .

Duo Max., I; Баран, Гороховский, Магомедов 1990: 42). Царствование обоих закончилось трагически, после чего и в Риме и на Боспоре наступил длительный период смут. Около 239 г. от неких варваров неожиданно погибла Горгиппия - самый восточный город Азиатского Боспора. В междуцарствие в государстве 2 года (239-241) не чеканилась монета (Алексеева 1988: 83) .

К началу 40-х годов III в.

письменные источники фиксируют к западу от Днепра новую мощную группировку "аланов", которая, видимо, уничтожила большинство прежнего кочевого населения региона (ср.:

Гудкова, Фокеев, 1984:92; Курчатов, Чирков, 1991: 145; Симоненко, 1994; 17) и выступила активным союзником соседей-германцев. В 242 г .

н.э. впервые со времен Маркоманнских войн "аланы" наносят крупное поражение войскам Гордиана III во Фракии (lul. Capit. Gord., Ill, 43, 4). И позже, в 270-273 гг. они сражаются с римлянами на Дунае в союзе с готским королем Каннабой (Vopisc. Avrel., 22) .

Аланы 1 степей Буджака названы "аланами европейскими" рядом с костобоками (Amm. Res Gestae. XXII, 8, 42), а их страна - "Аланией" (Oros. Hist. adv. pag., 1, 2, 53). В целом нет никаких оснований связывать разрушения ольвийской округи именно и исключительно с "готами"2Даже в составе сильной "державы Германариха" во 2-ой пол .

IV в. положение части "европейских" аланов было, видимо, весьма привилегированным. (Ср., например: в 376 г. аристократ с иранским именем Сафрак назначен вместе с готом Алафеем регентом малолетнего короля грейтунгов Витериха; дальнейшее сотрудничество этой группы аланов с грейтунгами (Amm. Res gestae, XXXI, 3,3 и 12, 2 и 12, 17) .

К середине III в. н.э. в Крыму гибнет бывшая Малая Скифия, а на ее территории появляются могильники новой волны "аланов", явно пришедших сюда с Северного Кавказа (могильники типа Дружное) (Айбабин 1990: 65-66; Храпунов, Мульд, Хайретдинова 1994: 195) .

Сегодня больше оснований полагать, что столица Скифии - Неаполь была разрушена во 2-ой четв. III в. "аланами" (Зайцев 1995: 10, 22). Эта группировка сразу же после появления в Крыму активно включается в мировую политику. Так, в 260 г. после пленения императора Валериана персидский Шапур I счел необходимым из всех европейских народов известить о триумфе лишь "тавроскифов". Последние в ответ предложили сыну пленного императора военную помощь для его освобождения (lul .

Kapit. Duo Avrel., 7). Показательно, что крымские соседи аланов (германцы и боспорцы) в это время проводили антиримскую политику .

Антиперсидский настрой "тавроскифов" естественен, учитывая их недавний приход из вовлеченного в противодействие экспансионизму Арташира I Предкавказья. Центральный Крым, присоединенный к Боспору после победы Савромата II в 193 г., был, несомненно, потерян, отчасти потому, что были истреблены жившие там боспорские подданные

- сарматы и поздние скифы. Но с конца III в. н.э. основным военным союзником боспорских царей стали именно обитавшие непосредственно на границах Европейского Боспора "савроматы" (Konst. Porth. De adm .

imp., I, III, 244-254), а сам Боспор именуется "страной боспорианцев и савроматов" (там же) .

Германцы после сер. III в. проживали на южных склонах Крымских гор. Можно думать, что они участвовали в разгроме Малой Скифии, хотя не смогли закрепиться на ее территории (ср.: Мыц, 1989: 78-79;

Казанский, 1991: 56-57). Эти германцы не относились к "готам" в узком понимании, т.к. их культура не связана ни с ранней готской (вельбаркской), ни с более поздней черняховской (с сер. III в.) .

Видимо, здесь расселились евдусиане (Казанский 1991: 56-57) и, возможно, герулы (Sincell, 717) или бургунды (Шаров 1991) .

Интересно, что готы короля Филимера до ухода в страну Ойум (находившуюся, вероятно, между Днепром и Днестром (Баран, Гороховским, Магомедов 1990: 54-56) имели кратковременно "первое расселение...около Меотийского болота" (Jordan. Getica, 38, 39) .

Сегодня археологически выявлен только один район расселения германцев в Приазовье - Юго-Восточная часть Горного Крыма. После столкновения у Меотиды с неким народом спалов готы "завязав сражение, добиваются победы", но не поселяются в их земле, а " спешат (почему? -Я.С. ) в крайнюю часть Скифии, которая находится по соседству с Понтийским морем", т.е. в Ойум (lordan. Getica, 28) .

Речь, несомненно, идет о сатархах-спалеях - оседлом уже сарматском этносе, пришедшем с востока (Plin. NH, VI, 23) и обитавшем до прихода готов в степном Крыму (ср.: Ольховский, 1981:56). Вывод о проживании их на Кавказе основан на буквальном понимании путаных поэтических образов Валерия Флакка (ср. Десятчиков, 1973: 137;

Place. Argon., VI, 145). Судя по письменным источникам, сатархи (включая спалеев?) занимали значительную часть территории Крыма. То, что группировка Филимера не осталась в Таврике, а отступила на запад, видимо, объясняется давлением конкурентов - других групп германцев и аланов .

Принято думать, что разрушение Танаиса в сер. III в. не было выгодно "сарматам" (Скрипкин, 1984: 106). Такой аргумент мог бы " работать", если бы племенной состав номадов в это время не менялся .

Однако в действительности именно около сер. III в. на Нижнем Дону появляются кочевники юго-восточного происхождения, которые занялись здесь господствующий позиции.

При них в донских степях "сразу меняется весь культурно-археологический комплекс" (Безуглов, 1990:

82). Одним из важнейших его элементов являются специфические "Тобразные" погребальные катакомбы. На Дону могилы прежнего кочевого населения в III-IV вв. довольно бедны, богатством отличаются лишь катакомбы пришельцев. Последние явно овладели не только кочевьями Нижнего Дона, но и Ставропольем. "Т-образные" катакомбы изредка доходят "шлейфом" до бассейна Орели и Самары на левом берегу Днепра, т.е. до владений "готов" (черняховской культуры, проникшей в Преднепровье одновременно) (Бузуглов, Захаров 1988: 21; Безуглов 1990: 85; Мошкова 1994: 20). Именно такую ситуацию имеет в виду Орозий, помещая европейскую (к западу от Дона) часть Алании восточнее Дакии и Готии (Oros. Hist, I, 52; этот труд написан в 417 г. явно с опорой на сведения III-IV вв. (Рис.1) .

Однако основным районом концентрации "Т-образных" подкурганных катакомб III-IV вв. является Центральное Предкавказье (Средний Терек). Именно отсюда, по единодушному мнению сарматологов, происходила экспансия новых пришельцев. Но "Т-образные" катакомбы и здесь стали массовым явлением лишь к cep.III в. н.э., появляясь эпизодически с сер. II в. н.э. В сер. II - нач.III вв. в этом районе на "позднесарматской" основе вызревала этнополитическая общность, которая в данное время никак не отражена в письменных источниках.

В контактной зоне горцев с кочевниками возникают несколько крупных прото-городов - ремесленных центров, подобных Зилги (см., например:

Аржанцева, Деопик 1989: 97-99). Именно с этим объединением можно связать и появление монетной чеканки на Северном Кавказе. С начала III в. от округи Горгиппии (основной район концентрации) до Центрального Предкавказья и Танаиса входят в обращение "варварские подражания" денариям Марка Аврелия. Они использовались "варварами" в пограничной полосе с античными государствами (Боспор, Иберия) для внешней торговли (Малашев 1994: 50). Большинство исследователей связывает чеканку подражаний с "аланами" (см., прежде всего: Шелов 1973: 194; Виноградов 1982: 25-26) .

Между тем, аналогии "Т-образными" подкурганным катакомбам в более раннее время известны в Средней Азии (Габуев 1986: 7-8, 20;

Simonenko 1995: 353) и конкретно - на территории крупнейшей "кочевой империи" Туркестана - Кангюя в бассейне Сырдарьи (ср.: Заднепровский 1994: 59-60; Заднепровский 1994а: 25). Немало общих черт и в материальной культуре кочевников Предкавказья и Кангюя (см., например: Берлизов, Каминский 1993: 94) .

"В начале III в." аборигенное население запада Центрального Предкавказья уходит в горы от новых врагов (Абрамова 1986: 16), а дружинные могильники сираков (?) Средней Кубани были повсеместно заброшены (Ждановский 1985: 2, 17). В Центральном Предкавказье интересующая нас группировка вскоре фиксируется письменными источниками разных стран. Новых "аланов" к северу от лазов и гениохов знают авторы "Певтингеровой карты", причем сведения эти, видимо, относятся еще к первой редакции 1-ой пол. III в. (упоминание рядом аспургиан и др.) (Тав. Peuting., segm IX). Новую страну Аланию рядом с Иберией и Дарьяльским перевалом упоминает между 276-282 гг .

надпись главного иранского жреца Картира (Луконин 1979: 19) .

"Отечество аланов" локализует там же Равеннский аноним VII в., опиравшийся на сведения IV в. Исходя из письменных источников и современного состояния археологических исследований (которые, на мой взгляд, полностью, подтверждают этнокарты Аммиана и армянских историков) (Рис.1), группу "аланов", которая совершала в III-IV вв .

походы одновременно до Керченского пролива, Армении и Лидии (Amm .

Res Gestae, XXXI, 2,17) можно сопоставить только с могущественными кочевниками Центрального Предкавказья. Гончарная керамика, произведена в Предкавказье, низовьев Волги и Дона. Подобное преобладание можно объяснить политическими причинами, а не только пресловутым "кризисом экономики Рима и Боспора" .

Вернемся к ситуации в Приазовье. С рубежа 70 - 80-х годов в литературе господствует версия, согласно которой гибель около сер .

III в. землевладельческий поселений вплоть до Ставропольской возвышенности на востоке 3, и названные выше миграции номадов связаны с появлением в Приазовье германцев ("готов"). Этим разрозненным группам лесных земледельцев из Скандинавии, Дании и Средней Германии многие исследователи теперь приписывают небывалые военно-политическое могущество в Приазовье и смелые рейды в 30-40-х годах III в. вглубь непривычных им засушливых степей Сала и Прикубанья. Другая версия, преобладавшая ранее, связывала разрушения в Приазовье с активностью "сармато-аланских племен".

Ее придерживались и ведущие исследователи-античники (Кругликова 1966:

13, 16-17; Шелов 1972: 302, 304). (Аргументы И.Т. Кругликовой в своей основной части никем не опровергнуты и актуальны сегодня). Обе версии развития событий в их сложившемся виде сейчас вызывают немало недоуменных вопросов (в частности, они плохо вписываются в материалы, добытые сарматологией за последние 15 лет) .

Решающий вклад в разработку "готской версии" внесло открытие Д.Б. Шеловым в 1972 г. в подвале "3" в Танаисе умбона германского щита. На сегодняшний день в слое танаисского пожара сер. III в .

германские умбоны типа "Конин" и "Хорула" (Каргопольцев 1991: 59) найдены еще в трех постройках (помещения "КЕ" 1982/83 гг. и "КЖ" 1984 г., подвал "ЕЮ" 1989 г.). Они обнаружены вместе с вещами, упавшими вниз с 1-го этажа при пожаре. Принято думать, что это доказывает штурм города германцами. Однако, по справедливому замечанию Е.Л. Гороховского (устная информация, 12. 11. 1995, г .

Киев), это свидетельствует лишь о том, что "готы" могли быть здесь союзниками осаждавших или осажденных. Сегодня ясно, что Танаис был разрушен позже, чем предполагалось - около 251/254 гг., в период, когда на Боспоре Рескупориду V, видимо, противостоял варварский "соправитель" с сармато-аланским именем Фарсанз ("Власть фарна").

В это время по всему Боспору зарывались монетные клады (Анисимов 1989:

129-130). После гибели Танаиса еще целое столетие (!) никаких следов контактов нижнедонских кочевников с германцами не прослеживается (Безуглов 1990: 82-83). Импорты от причерноморских германцев IIIIVвв. известны лишь на новых скромных оседлых поселениях, оставленных в дельте Дона бывшими местными кочевниками II-III вв .

(Гудименко 1991: 102; Гудименко 1993: 118-119), которые, видимо, находились под политической властью влиятельных тогда номадов Предкавказья (см. выше). Зато импорты от "черняховцев" документируются именно у тех групп кочевников, которые, якобы, "бежали от готов" на окраины Степи в Заволжье, в Поволжскую Лесостепь - (Скрипкин 1984: 106;Матюхин 1992: 156) .

Новые хозяева устья Дона на рубеже III-IV вв. не были заинтересованы в восстановлении разрушенного Танаиса и окрестных городищ; жизнь на них едва теплилась, судя по отдельным грунтовым могилам Танаиса (Безуглов, Захаров 1989: 62-63) и Подазовского городища (Гудименко 1991: 102), монетам Рискупорида VI с Темерницкого (Ильин 1914: 169), отдельным монетам того же правителя и Фофорса из Танаиса (который был отчасти выставлен варварами лишь около 350 г.) .

Важно отметить, что документированная на сегодняшний день военная угроза Боспору возникла первоначально на Азиатской его стороне, в районах, максимально удаленных от германских поселений и обращенных в глубь степи. В частности, серьезная опасность для Танаиса возникла за 17 лет до его разрушения, когда с 236 г. жители этого удаленного от Боспора города, в отличие от остального государства, были вынуждены пойти на "лихорадочное строительство и восстановление оборонительных сооружений" (Шелов 1972: 301). С 236 по 239 г. его возглавлял энергичный царский наместник из туземцев Хавразм с помощью римского архитектора (КБН, №№ 1249-1252). Однако ранее всего беда обрушилась на Прикубанье. В 239 г. пали Горгиппия и Раевское городище. Клады с боспорскими монетами до 239 г. чеканки найдены, кроме городов Боспора (что естественно), на независимых "варварских" землях Средней Кубани (Фролова 1996: 44). Никаких следов присутствия германцев на Азиатской стороне Боспора в III в .

не обнаружено. Зато именно с сер. III в. в главном городе Азиатского Боспора фиксируется массовое проникновение новых групп "аланов" (Даньшин 1992: 13). В целом наличные факты говорят скорее в пользу предположения И.Т. Кругликовой о том, что резкое уменьшение владений Боспора в Азии и разгром ряда городов связаны с установлением в регионе гегемонии некой группы "аланов" (Кругликова 1966: 13). На Европейском Боспоре германцы в III в. н.э. также не оставили никаких заметных следов. В многочисленных сообщениях о походах варваров из Приазовья 254-275 гг. нет ни намека на насильственные действия "готов" на Боспоре. Наоборот, подчеркивается, что предоставление "скифам" боспорского флота (до 500 судов) с 254 г., союз с варварами и антиримская ориентация стали возможны, так как "по исчезновении царского рода во главе правления стали недостойные и презренные люди" (Zosim. Hist, nova, I, 31). Несомненно, речь идет о Рискупориде V, чье двусмысленное царствование, подчас - с 1-2 "соправителями" (претендентами на власть?) продолжалось с 241 по 276 г. (ср.: Фролова 1985: 30-31; Кругликова 1966: 17) .

Если бы Боспорское царство целенаправленно разоряли между 240 и 255 гг. именно германцы как самостоятельная сила, то это нашло бы какое-то отражение в письменных и археологических источниках, в именах, в эпиграфике и, кроме прочего, больше пострадал бы расположенный близко к германским селениям Европейский Боспор. В действительности ничего подобного мы не наблюдаем. Около сер. III в. действительно был разрушен с соседней столицей Мирмекии, сожжены отдельные кварталы Пантикапея и т.д., однако, весьма вероятно, что это были последствия внутренних смут ("соправители" 253/ 254 и 275/276 гг.?). В 70-х годах боспорские владения на западе попрежнему включали Феодосию (КБН №36). Правительство Рискупорида V (241-276) в целом контролировало ситуацию на Европейском Боспоре и на Тамани ("на Острове"). Вероятно, оно содействовало переселению жителей из окраинных районов, пострадавших от вторжений варваров .

Так, население округи Горгиппии и позже - Танаиса, видимо, частично оказалось на другом берегу пролива - в Пантикапее (Даньшин 1986: 46и, наоборот, пострадавшие жители Малой Скифии отчасти осели на Тамани (Емец 1991:43-44) .

Германцы-готы как заметная сила в Причерноморье впервые упоминаются на Нижнем Дунае в 238 г. Петром Патрикием (угроза Танаису на другом конце северопонтийского региона возникла на 2 года раньше!). Однако даже ближайшие к ним античная Ольвия с сельской округой были взяты ими, скорее всего, лишь около 269-270 гг .

(Гороховский, Зубарь, Гаврилюк, 1985: 26, 29-30, 36-37; ср.:

Крапивина 1988: 9, 16). Приход готов в Приазовье ("для поселения":

Iordan. Getica, 27), исходя из данных письменных и эпиграфических источников и анализа ситуации на Балканах и в Северо-Западном Причерноморье (где концентрировались германские мигранты), пока нет никаких оснований датировать раньше 251 г. (разгром готов в Мезии императором Децием). Позже, во 2-ой пол. III-IV вв. восточной границей поселений германцев были в Крыму район Судака, а в Приазовье - узкая полоса левого берега Днепра. Инициаторами первых морских походов варваров против Рима и Боспора были некие бораны (254 и 258 гг. (Zosim., I, 31-33),(Лавров 1997: 8)), которых многие исследователи всегда считали не германским, а иранским этносом (см .

библиографию, например: Буданова 1990: 93). Действительно, бораны упоминаются только в Приазовье и никогда - западнее (в отличие от известных германских участников событий III-IV вв. ), они не участвуют в "общегерманских меропрятиях" (походы на Балканы в 259 и 268 гг.), а при планировании похода 259 г., как будто, противопоставлены германцам (Zosim., I, 34). Вполне вероятно, что "бораны" - это самоназвание крымских "аланов"4 .

Походы боранов произошли сразу после гибели Танаиса и предполагаемой усобицы на Боспоре. Участники последующих морских экспедиций на юго-восток в 264 и 265 гг. неопределенно названы "скифами" (Pollion. Gallien, II, I; XII, 6). В составе похода из Приазовья на запад (на Балканы) в 268 г. были, возможно, лишь германцы: они ясно названы готами (Pollion. XIII, 6-10) и гелурами (Sincell, 717). Однако, когда в 275 г. вновь состоялся поход на юговосток, в нем приняли участие не только готы (Буданова 1990: 102), но и разнопленные "многие варвары с Меотиды" (Vopisc. Tacit., XI1I, 2-3). Экспедиция была организована, когда на Боспоре одним из "соправителей" Рискупорида V стал Савромат IV, объявивший себя "другом римлян", а другим - Тейран (правил затем единолично в 277гг. и занял проримскую позицию) 5. Вопреки всегдашней политике германцев, участники похода первоначально собирались оказать помощь Аврелиану в борьбе с персами (Vopisc, XIII). У нас есть и другое, весьма необычное свидетельство того, что аланы участвовали в походе 275-276 гг. и в вероятном походе 292-293 гг. (Харматта 1967: 205Konst. Porth. De adm. imp., LIII, 244-251), которые в обоих случаях завершились у р. Галис (Ешиль-Ирмак). В самых ранних записанных текстах осетинского нартского эпоса важнейшие события истории предков (аланов) связаны именно с этим районом (крепость Хыз

- у г. Амасей, степь Зилахар - у г. Токата: Хамицаева 1991: 68, 71;

прим.2 и 7); в другие периоды аланской истории походы сюда не проводились .

Для понимания политических процессов, происходивших на Боспоре, принципиально важен анализ фамильных тамг новой аристократии .

Сегодня датировка знаменитых богатых могил из Пантикапея (погребение "с золотой маской" 1837 г., погребение 1841 г., комплекс Е .

Запорожского 1891 г.) несколько омоложена. Их относят к смутному времени 3-ей четв. III в. н.э. (Безуглов, Захаров 1989: 48-58) .

Ранние аналогии этим тамгам (сер.1 - нач.III вв.) происходят с

Западной Украины, Нижнего Днепра и крымских предгорий (Яценко 1994:

187-188) 6. Это относится и к более поздним боспорским царям. Тамга клана будущего Рискупорида VI (319-342) на монете 319 г. (Драчук 1975: т. XI, №845) известна на сармато-аланском надгробии II-III вв .

под Бахчисараем под центральной фибулой умершего (?) (Чореф 1975:

р.1-2). Создается впечатление, что новая боспорская элита пополнилась сармато-аланскими беженцами с северо-запада, спасшимися в городах от вторжения германцев и новых "аланов". Боспорские цари рубежа III-IV вв. часто имеют сармато-аланские имена нового облика (Фофорс по Я. Харматте - Взрослый", Радамсад - "Самый благородный") .

Проведенный нами анализ показывает, что версия о решающем вкладе в событиях в Приазовье 239-276 гг. германских мигрантов не соответствует известным сегодня археологическим, письменным и эпиграфическим источникам. Главным "нарушителем спокойствия" в регионе есть все основания считать господствующую на Среднем Тереке группировку кочевников. Судя по молчанию письменных источников, IIнач.III вв., первоначально эта группировка не проявляла самостоятельной военной инициативы и, возможно, подчинялась более сильным соседям. Такими могли быть только "массагеты" (маскуты равнинного Дагестана, которых поздние закавказские хроники именуют "хазарами" (см.: Яценко 1996: 152-156) .

Выход предкавказских аланов на политическую арену можно связать с двумя событиями. Первое относится к 215-216 гг. (2-3-ий годы правления парфянского Артабана V), когда после похода в Армению царя "хазаров" Внасена Сурхапа, новый армянский Трдат II разгромил кочевников на их землях за Кавказом и принудил к союзу, временно ослабив их (Мовсес Хоренаци. История Армении, 11, 65, 67) 7. Вовторых, в январе 230 г. в Китай, ко двору династии Вэй (220-264) прибыло кушанское посольство царя Бо Даю (Васудэвы) (Вэйшу, III,6а) .

Только с ним в оторванный от запада Китай в официальный "Вэй люэ" могли попасть сведения о серьезных политических переменах в Средней Азии. От Кангюя откололись все его западные вассалы, перечисленные с запада: Лю, граничившее с Римом /Дацинь (волго-донские "аланы"), Янь (Южное Приуралье) и Яньцай/Алань (Нижняя Сырдарья), которые ранее, I-нач.Ш вв. "весьма зависят от Кангюя" (Чэнь Шоу. Саньго чжи, XXX;

1995: 39-40). Описанные события между 216 и 229 гг. привели к изменению баланса сил на востоке Сарматии и каким-то образом усилили центральнопредкавказскую группировку .

Не менее важны два свидетельства закавказских хроник. Вопервых, это ответный поход на предкавказских аланов грузинского царя Амазаспа, впервые за долгое время ставшего союзником персов, Аланы ("овсы" 8), которые "Картлис цховреба" отличает от более восточных "хазаров" (маскутов, решили ни много ни мало, как неожиданным нападением взять столицу соседней Грузии, однако были разбиты спешно собранным огромным ополчением, а их царь был убит грузинским на р .

Лиахви. В следующем году Амазасп перешел Кавказ и, якобы, "полонил всю Осетию" (Мровели 1979: 36-37). Четвертым царем после Амазаспа (правившего, по общему мнению, в III в., но не в самом начале) был Аспагур, умерший в 266 г.9. Следовательно, поход Амазаспа следует отнести к 30-м годам, когда позиции персов усилились при первом шахиншахе династии Сасанидов Арташире I (226-241). Во-первых, после воцарения Арташира армянский Трдат II ("Хосров", 216-252) не признал новую персидскую династию и 10 лет (до 236) совершал победоносные походы на Иран в союзе с кочевниками Предкавказья (Мовсес Хоренаци .

История Армении, 11, 65, 67). О причинах прекращения набегов не сообщается, но оно, видимо, объяснялось серьезной угрозой в тылу союзников, т.е. проперсидской активностью Амазаспа. Кажется наиболее правильным отнести события между сражениями у Лиахви и Гутисхеви к 236-238 гг. После этого задачи политики аланов на юге были решены надолго (до убийства персидским агентом Трдата II в 252 г. и особенно - до удачных персидских походов на запад в 257-260) созданием антиперсидской коалиции с грузинским Ревом и армянским Традатом II. В 239 г., видимо, начинается наступление на северозападных соседей. В целом вплоть до крещения Армении в 301 г .

армянские источники конкретно не упоминают об аланах, не выделяя их из группы антиперсидских союзников. Для соседей Грузии контакты с ними были гораздо важнее: как с врагами при царях - вассалах персов (Амазасп, Мирван III) или как с союзниками (Аспагур) .

В 236-239 гг. опасность нависла над окраинными ("внеостровными") городами Азиатского Боспора - Танаисом и Горгиппией. Укрепления кубанских меотов были сожжены, а окрестности названных городов были к сер. III в. потеряны боспорцами навсегда .

Военная угроза возникала и позже. Так, с теми же восточными противниками явно следует связать и неудачный штурм Фанагории в 335 г., в ходе которого пострадали крепостные стены (КБН №1.112) .

Описанные выше события в степях изменили картину кочевой Сарматии. К сер. IV в., кроме интегрированных в Готию "европейских аланов", известны 5 независимых группировок "аланов": басилы (барсилы, маскуты) массагеты, аланы Терека, танаиты и аланы Крыма ("тавроскифы"(Рис.1). Показательно, что в наиболее распространенном варианте алано-осетинской этногенетической легенды утверждается, что сыновья общего предка Ос-Багатара когда-то разделились именно на 5 групп (Ванеев 1956: 3-4; Гаглойти 1974: 128). На Северном Кавказе к V в. обитали при этом 4 "аланских" объединения; интересно, что разделение кавказских аланов на 4 крупных племени зафиксировано ибнРустэ и 5-6 веков спустя (Минорский 1963: 221) .

Комментарии На мой взгляд, "аланами" многие греко-римские, армянские и персидские авторы называли всех поздних иранских мигрантов из Туркестана, пришедших в Европу после кон. II в. до н.э. (т.е. после второй волны "сарматов": аорсов, роксолан, сатархов, и др.) : орду Анавсия I в. до н.э. в Предкавказье, орду Базука I в. н.э. на Дону и др. С рубежа II-III вв. "аланами" начинают называть практически уже всех ираноязычных кочевников европейских степей (подобно тому, как раньше их всех именовали "сарматами"). Последнее упоминание других этносов (сираки) относится к 193 г.н.э. Я не исключаю, что разные группы "аланов" I в. до н.э. - IV в. н.э. объединяет их изначальная этническая и политическая связь с территорией крупнейшей "кочевой империи" Кангюя. .

С IV в. этноним изначально небольшого племенного объединения готов часто переносится на все германские этносы Причерноморья ("Готия" Орозия) .

Доклад И.С. Каменецкого на I чтении памяти К.Ф. Смирнова. Москва, Институт археологии РАН, 28.11. 1995г .

О морском пиратстве полукочевников в Приазовье есть прямое свидетельство надписи Посидея из Неаполя Скифского кон. II в. до н.э. (о только что пришедших в Крым сатархах). О том же, видимо, говорит Страбон, отмечая, что припонтийские номады "со времени знакомства с морем (!)...стали разбойничать, убивать иностранцев" (Strabo. Geogr. 111,4,15) .

К 277 г. Тейрану был воздвигнут крупными чиновниками памятник за некую победу особой важности (КБН №36). Речь явно идет о полной победе проримской партии на Боспоре .

Тамги на 5 уздечных пластинах из могилы 1841 г. имеют точную аналогию не в Чугуно-Крепинке, а на котле I-II вв. у Богуслава (гр .

II, курган 2) в Днепропетровской области Украины .

Средневековый редактор хроники ошибочно назвал пришельцев "горцами", а многие современные исследователи без аргументации датируют набег 198 г. н.э .

В "Картлис цховреба" все ираноязычные этносы Предкавказья всех времен (от скифов до осетин) названы "овсами" .

По данным "Картлис цховреба", в год смерти Аспагура будущему крестителю Грузии Мирвану III было 7 лет, а в год смерти его отца долго правившего персидского царя (каковым мог быть только Варахран II), т.е. в год нашествия аланов Фероша и Кавтии, в 293 г. - 40 лет .

(Ср.: Гаглойти, 1992: 201-202 - иначе аргументирован тот же вывод) .

Но в хронике неверно утверждается, что отец Мирвана (Мириана) правил Ираном уже в 266 г .

–  –  –

Аланы - одно из сарматских племен, зафиксированное впервые письменными источниками середины I в. н. э. По словам историка IV в .

н. э. Аммиана Марцеллина, "...они мало-помалу постоянными победами изнурили соседние народы и распространили на них название своей народности". К III в. н. э. аланами именуют многие ираноязычные племена, жившие на юге Восточной Европы и на Северном Кавказе. Готы, продвинувшись в Северное Причерноморье, как бы рассекли аланский массив на две части. Аланы, оказавшиеся в то время на Дунае и западнее, многократно упоминаются письменными источниками как сила, действовавшая в Западной Европе и даже в Северной Африке вплоть до V в. н. э. Еще более мощная аланская группировка осталась на востоке Нижнем Дону, Приазовье и Северном Кавказе. В Подонье аланы-танаиты были разгромлены гуннами около 375 г. н. э. На Северном Кавказе они жили до монголо-татарского нашествия XIII в. н.э.Населявшие степь аланы были классическими кочевниками. Их образ жизни, а, заодно, и внешний облик довольно подробно описал Аммиан Марцеллин:

"Разделенные таким образом по различным частям света, аланы (нет надобности перечислять теперь их разные племена), живя на далеком расстоянии одни от других, как номады, перекочевывают на огромные пространства; однако с течением времени они приняли одно имя, и теперь все вообще называются аланами за свои обычаи и дикий образ жизни и одинаковое вооружение. У них нет никаких шалашей, нет заботы о хлебопашестве, питаются они мясом и в изобилии молоком, живут в кибитках с изогнутыми покрышками из древесной коры и перевозят их по беспредельным степям... Почти все аланы высоки ростом и красивы; с умеренно белокурыми волосами; они страшны сдержанно-грозным взглядом очей, очень подвижны вследствие легкости вооружения и во всем похожи на гуннов, только с более мягким и более культурным образом жизни". В предгорных районах Северного Кавказа кочевники контактировали с местным населением и переходили к оседлости .

Потомки этого населения, именовавшиеся аланами, занимали большую часть Северного Кавказа в эпоху средневековья. Оттуда, через Боспор Киммерийский (Керченский пролив) и территорию Боспорского царства, аланы переселились в Крым. Это переселение осталось не замеченным авторами сохранившихся письменных источников. Зато в сарматских могильниках появились склепы не известной в Крыму конструкции. Такие склепы имеют прототипы и даже точные аналогии на Северном Кавказе, где жили аланы. На полу погребальных камер находят обычно по 8-9 погребенных. Интересно, что меч клали на голову или плечо умершего воина. Такой обычай очень специфичен, зафиксирован только в Крыму и на Северном Кавказе. Предметы вооружения еще представлены боевыми топорами, копьями и наконечниками стрел. Среди многочисленных и разнообразных украшений встречаются очень красивые серьги и браслеты из золота и серебра, орнаментированные крупными сердоликами .

Деталями одежды служили серебряные и бронзовые фибулы, пряжки и наконечники поясов. За головами погребенных у стены склепа ставили, нагромождая их друг на друга, десятки керамических сосудов. Многие из них имеют аналогии на Северном Кавказе. Таковы археологические факты, позволяющие, конечно с известной долей вероятности, заключить, что в Крым в III в. н. э. переселилась значительная группа северокавказских аланов. В IV в. н. э. аланские склепы становятся господствующим типом погребальных сооружений в предгорных крымских могильниках, раскопанных близ сел Дружное Симферопольского района, Баланово Белогорского района и в других местах. Некоторые сведения о расселении алан в Крыму можно извлечь из письменных источников. Так, в анонимном описании берегов Черного моря, составленном в VI в. н. э., приведено другое название опустевшей к тому времени Феодосии - Ардабда ("семибожный"), которое принадлежит "аланскому, то есть таврскому языку". Многие исследователи полагают, что название крымского средневекового города Сугдея (современный Судак) на аланском языке означало "чистый, святой". Согласно церковному преданию, записанному в XIII в., этот город был основан в 212 г. н. э. В самом конце IV или начале V в. почти все упоминавшиеся выше могильники перестали использоваться. Вероятно, в связи со страшной угрозой, которую представляли собой шедшие с востока кочевники-гунны, аланы перешли на новые места. Возникают могильники Лучистое, Скалистое, Баклинский овраг с такими же, как и раньше, склепами и лепной посудой, но с новыми, присущими гуннскому времени, наборами гончарной и стеклянной посуды, конской сбруи, оружия, украшений и пр. Параллельно с ними существуют возникшие около середины III в. некрополи с трупосожжениями Харакс (на мысе Ай-Тодор, близ Ласточкиного Гнезда) и на южном склоне Чатыр-Дага .

Они были оставлены германцами из племенного союза, возглавляемого готами. К VI в. трупосожжения исчезают. Высказано предположение о том, что это произошло в связи с принятием готами христианства. В результате формируется своеобразная культура средневекового населения Крымских гор и предгорий. Ее создателями, как полагают практически все современные исследователи, были преимущественно аланы и готы .

Однако вплоть до XIII в. письменные источники об аланах, живших в Крыму, ничего не сообщают. Правда, известно, датированное 706 г., надгробие, на котором высечены имена Моисея, Иосифа и Гошла Алани .

Обнаружено оно в весьма примечательном месте - близ "пещерного города" Чуфут-Кале. Согласно более поздней письменной традиции, эта крепость, именовавшаяся Кырк-Ор, находилась в стране крымских асов алан. Однако упомянутое надгробие происходит с кладбища, где активно работал Авраам Фиркович, известный подделками многих средневековых эпиграфических памятников. Поэтому использовать надпись в качестве полноценного исторического источника без дополнительной проверки нужно с величайшей осторожностью.Начиная с XIII в. крымские аланы или асы многократно упоминаются в письменных источниках. Последний этноним (название народа) с полным основанием сопоставляется с ясами (так в русских летописях именовали аланов) и потому отождествляется с аланами. Внезапное открытие авторами средневековых сочинений крымских алан на фоне предшествующего долгого умолчания вряд ли случайно. Создается впечатление, что в Крым с Северного Кавказа приблизительно в начале XIII в. переселилась какая-то группа алан .

Сугубо гипотетически, основываясь лишь на совпадении дат, можно предположить, что эта миграция произошла в результате или в связи с угрозой монголо-татарского нашествия. В первой половине XIII в .

христианский миссионер епископ Феодор по дороге в северокавказскую Аланию прибыл морем в Херсон (так в средние века назывался древний Херсонес, руины которого расположены близ современного Севастополя) .

Преследуемый врагами, он бежал и нашел приют в аланском селении, расположенном неподалеку от города. "Близ Херсона живут аланы, столько же по своей воле, сколько и по желанию херсонцев, словно некое ограждение и охрана города", - пишет Феодор. Чуть выше он называет этих алан "малыми". Сведения Феодора кажутся особенно достоверными в свете того факта, что он, в конце концов, добрался до кавказской Алании и, следовательно, имел возможность сравнивать жителей Крыма и Кавказа. Вероятно, в результате такого сравнения он назвал крымских алан "малыми", в отличие от гораздо более многочисленных, но родственных им жителей Северного Кавказа .

Благодаря свидетельству Феодора становится ясно, что аланы концентрировались в Юго-Западном Крыму, где охраняли подступы к Херсону. В июле 1253 г. Вильгельм Рубрук на пути из Судака к Перекопу в степи встретил алан. Они "... христиане по греческому обряду, имеющие греческие письмена и греческих священников. Однако они не схизматики подобно грекам, но чтут всякого христианина без различия лиц". Краткое замечание Рубрука позволяет сделать некоторые выводы. Во-первых, алан он встретил в степи, следовательно, они жили не только близ Херсона. Во-вторых, по-видимому, в Крыму аланы были не очень многочисленны. Во всяком случае, Рубрук встретил их впервые уже покидая полуостров. В-третьих, аланы, православные с точки зрения путешествующего католика, по-видимому, были не особенно искушены в вопросах вероисповедания, возможно, даже не знали о расколе церкви 1054 г. Во второй половине XIII в. аланы упоминаются среди жителей недавно основанного города Крым (ныне - Старый Крым) .

Аланские купцы участвуют иногда в дипломатических миссиях, посредничая, в частности, в переговорах египетских султанов и ханов Золотой Орды. Важнейшее свидетельство о крымских аланах принадлежит арабскому географу Абу-ль-Фиде (Абульфеда). "Керкер или Керкри...находится... в стране асов, его имя значит по-турецки сорок человек; это укрепленный замок, трудно доступный; он опирается на гору, на которую нельзя взойти. На верху горы есть площадь, где жители страны (в минуту опасности) находят убежище. Этот замок на некотором расстоянии от моря; жители принадлежат к племени асов.. .

Керкер находится на север от Сары-Кермена; между этими двумя местами один день пути". Благодаря довольно точным топографическим указаниям, никто из исследователей не сомневается, что Керкер (у других авторов часто - Кырк-Ор) - это знаменитый "пещерный город" Чуфут-Кале, расположенный неподалеку от современного Бахчисарая .

Сары-Керменом некоторые позднесредневековые арабские и тюркоязычные авторы именовали Херсон. Таким образом выясняется, что аланы, как и в XIII в., населяли Юго-Западный Крым и обладали одной из мощнейших на полуострове крепостей. Об этом же писали в начале XV в. арабский географ Ал-Кашкаиди, а в XVIII в. - турецкий историк Аали-Эфеиди .

Венецианец Марино Санудо в письме французскому королю Филиппу IV от 13 октября 1334 г. отмечал, что в Крыму в зависимость от татар попали готы и небольшое число алан. В актах Константинопольской патриархии дважды, в 1385 и 1390 гг., упомянут крымский приход Алания. Его точное местоположение неизвестно. Однако порядок перечисления населенных пунктов позволяет предположить, что он находился в Юго-Восточной части полуострова, где-то между Алуштой и Судаком. Весьма интересные сведения об Алании и аланах удалось разузнать в XV в. венецианскому купцу Иосафато Барбаро: "Далее за Каффой по изгибу берега на Великом море, находится Готия, за ней Алания, которая тянется по "острову" в направлении Монкастро... .

благодаря соседству готов с аланами произошло название готаланы .

Первыми в этом месте были аланы, затем пришли готы, они завоевали эти страны и смешали свое имя с именем алан. Таким образом, в виду смешения одного племени с другим, они и называют себя готаланами. И те, и другие следуют обрядам греческой церкви". Несмотря на неопределенность местоположения Монкастро, о локализации которого высказаны разные мнения, последовательность перечисления Каффы ( Феодосия), Готии и Алании оставляет мало сомнений в том, что последняя располагалась в Юго-Западном Крыму. Исторический экскурс Иосафато Барбаро во многом совпадает с новейшими представлениями археологов об этнической истории Крыма в позднеримское время и в раннем средневековье, о чем уже говорилось выше. Именно в этом источнике впервые употреблен этноним готаланы, который многие современные авторы смело распространяют на раннесредневековое население Крымских гор и предгорий. Резюмируя, историю алан в Крыму можно представить следующим образом. В конце III-IV вв. они в значительном количестве переселяются на полуостров с Северного Кавказа. В раннее средневековье аланы, наряду с готами, стали одним из основных компонентов формирующейся в Крымских горах и предгорьях новой народности, которую некоторые современные историки называют готаланами. В начале XIII в., возможно, происходит новая миграция алан в Крым с Северного Кавказа. В позднем средневековье они населяют два региона. Один из них - густо заселенный с центром в Кырк-Оре - Чуфут-Кале - локализуется в Юго-Западном Крыму, другой, менее значительный - в Юго-Восточной части полуострова. Отдельные группы алан расселились в Крымской степи .

В XVI в., после захвата Крыма турками, аланы, по-видимому, принимают участие в этногенезе крымских греков и крымских татар (горная этнографическая группа), утрачивают свои этнические особенности и перестают существовать как этнос. Их длительное пребывание в горном Крыму зафиксировано многими топонимами, включающими элементы - алан или -ас .

–  –  –

В начале I тыс. до н.э. на территории Средней Азии и позднее Ирана происходит религиозная реформа, связанная с именем пророка первой религии откровения Зороастра. Согласно зороастрийской традиции, место рождения пророка и время деятельности определялись как Согд, «и за 300 лет до Александра» — VII в. до н.э. (Пьянков И.В., 1996, с. 17, 23; Соколов С.Н, 1998, с. 9) .

Зороастризм зарождается в среде оседлых скотоводов и землевладельцев, носителей «язовских» археологических культур (Дьяконов И.В., 1971, с. 132; Пьянков И.В., 1996, с. 19, 20) при сильном влиянии северного скифо-сакского мира (Абаев В.И., 1990, с .

201). При этом ряд исследователей (В.И. Абаев, М. Бойс, Ф. Грен) возлагает на скифов и саков сохранение чистого зороастризма в эллинистический период (Абаев В.И., 1990, с. 204; Абдуллаев К., 1994, с. 242) .

На рубеже II-I тыс. до н.э. у восточных иранцев сложилась политеистическая религия, которая несла как общеиндоевропейские и иранские черты, так и черты древнеземледельческих культов Средней Азии и Ирана. Разрушить этот языческий политеизм и ввести поклонение одному богу — Ахура-Мазде — было призвано учение Зороастра, сформулированное в Гатах, древнейшей части священной книги зороастрийцев Авесты. Борьба с древними культами нашла отражение в запустении ряда среднеазиатских храмов в начале I тыс. до н.э .

(Сарианиди В.И., 1989, с. 154), а первоначальный зороастризм храмы отрицает. Однако вера в древних богов была так сильна, что со временем они заняли подчиненное место в зороастрийском пантеоне, «явившись» творениями Ахура-Мазды. Это нашло отражение в более поздней части Авесты —Яштах. Одновременно возрождается традиция строительства храмов при приоритете культа огня .

В изучении зороастризма, особенно у бесписьменных народов, очень важное место занимают археологические источники. Археологически фиксируемым свидетельством зороастризма служат храмы огня, погребальные памятники, предметы материальной культуры .

Рассмотрим материальные свидетельства проникновения именно зороастрийских черт в религию ира-ноязычных народов, проживавших на территории Северного Кавказа .

В VII в. до н.э. степи Предкавказья заселяют скифы, поклонявшиеся тем же богам и стихиям, как и все иранцы, но крайняя воинственность их нашла выражение в кровавых человеческих жертвоприношениях на «алтаре» богу войны (Геродот, IV, 59). Однако археологами найдены не только алтари богу войны, но и святилища огня. Одно из святилищ огня исследовано в степном Ставрополье у с.Александровское под насыпью большого кургана. Построено оно по зороастрийским канонам и, по мнению автора раскопок, создано скифами, вернувшимися из азиатских походов (Петренко В.Г, 1989, с.218, цветная вклейка). В IV-III вв .

до н.э. причерноморская скифская культура и религия сильно «пострадали» от эллинской, боги стали антропоморфными и позднее скифские верования даже отдаленно нельзя назвать зороастрийскими .

В следующий период (IV в. до —VI в. н.э.) в среде сарматов и алан сохраняется вера в богов общеиранского пантеона, в культах приоритет сохраняют почитание солнца и огня. К первым векам н.э. относятся святилища огня на Алхан-Калинском городище в Чечне и на Юцком селище южнее г. Пятигорска (Кузнецов В.А., 1992, с.286-288). В культовой практике играли важную роль наркотические вещества. Широко использовался огонь и в погребальной практике .

Религия и культы ираноязычных племен, обитавших в Предкавказье в VII в. до н.э. — VI в.н.э., не имели ряда определяющих черт зороастризма, прежде всего в погребальном обряде .

Ситуация коренным образом меняется к началу VII в.н.э. С VI в. на территории Западной Алании (Пятигорье, Верхнее Прикубанье) появляются носители зороастризма — согдийцы, в связи с началом функционирования Предкавказского участка Великого шелкового пути (Гумилев Л.Н., 1993, с. 46; Кузнецов В.А., 1993, с. 17) .

Необходимо отметить еще один возможный путь проникновения зороастризма к аланам — через северо-восточный Кавказ, через Дербент, где находился персидский гарнизон (Кудрявцев А.А., 1982, с .

77). Близ Дербента на городище Урцеки раскопано зороастрийское святилище огня, датированное В.Г. Котовичем VIII в. По сообщению арабского автора Абу-Ха-мида Ал-Андалуси (Ал-Гарнати), в Дагестане в XII в. проживала группа «зирихгеранов», практиковавших зороастрийский способ обращения с покойниками, мясо которых срезали и скармливали птицам, а кости хранили в мешках (Рапопорт Ю.А., 1971, с. 9, 27) .

На территории Западной Алании известны как храмы, связанные с культом огня и солнца, так и погребения по зороастрийскому погребальному обряду .

Одно из святилищ огня, исследованное в верховьях Кубани на Хумаринском городище, интерпретирован авторами раскопок как храм огня, построенный по классическим зороастрийским канонам (Биджиев Х.Х., Гадло А.В., 1979, с. 41, 42, рис. 8). Х.Х. Биджиев и А.В .

Гадло датировали храм VIII в.; построен же он был, по их мнению, группой «поклонников зороастризма», мигрировавших после разгрома арабами основных центров этой религии. Эта же причина, по мнению В.В. Бартольда, привела к миграции в Дагестан «зирихгеранов», практиковавших зороастрийский погребальный обряд (Рапопорт Ю.А., 1971, с. 27). В.А. Кузнецов также считает святилище на Хумаринском городище зороастрийским храмом огня (Kuznetsov V.A., 1996, Р. 197Однако Хумаринский храм огня ныне интерпретируется как святилище бога Тенгри, построенное болгарами (Винников А.З., Афанасьев Г.Е., 1991, с. 118-131), а также святилище, связанное с земледельческими культами (Албегова З.Х., 2000, с. 6). Здесь необходимо остановиться на различии Хумаринского храма и святилищ Маяцкого селища и синхронных болгарских селищ, например, на Втором Власовском могильнике в Воронежской области (Синюк А.Т. Березуцкий В.Д., 1991, с.250-261). Большинство культовых построек, названных в работах А.З .

Винникова, Г.Е. Афанасьева и З.Х. Албеговой, располагается на могильниках или вблизи от них, т.е. прослеживается прямая связь с культом предков, а не земледельческим (Албегова З.Х., Гусаков М.Г., 1996, с. 7-9; Албегова З.Х., 2000, с. 6) или бога Тенгри (Винников А.З., Афанасьев Г.Е., 1991, с. 118-131). Рядом с Хумаринским храмом огня могильника нет, да и быть не должно, в связи с зороастрийскими представлениями о чистоте огня (Авеста, Видевдат, 8,7). Еще одна черта — наличие останков жертвенных животных — отличает Хумаринский храм и, например, культовую постройку 21 Маяцкого селища, где найдены черепа свиньи (Албегова З.Х., 1996, с. 7-9), и болгарское святилище на Втором Власовском могильнике, где находились черепа и кости лошадей и овцы (Синюк А.Т., Березуцкий В.Д., 1991, с. 256, 257). В храме на Хумаре нет костей жертвенных животных, т.к .

кровавое жертвоприношение в зороастризме считается грехом (Брагинский И.С., 1998, с. 53). Отдельные кости, как и керамика, в заполнении храма на Хумаре происходят из культурного слоя .

Заметим, что в одну группу строений, по мнению З.Х. Албеговой (Албегова З.Х., 2000, с. 6), связанных с земледельческим культом, наряду с Хумаринским храмом и постройкой 21 Маяцкого селища попадает и тюрский поминальный комплекс VIII в. из Мокрой балки у г .

Кисловодска, опубликованный В.А. Кузнецовым (Кузнецов В.А., 1985, с .

206-212). Таким образом, общая форма вышеназванных построек, квадрат в квадрате, привела к смешению Хумаринского зороастрийского храма огня и синхронных языческих святилищ в одну аморфную группу культовых построек VIII-IX вв .

Святилище, имеющее первостепенное значение для характеристики религии алан в VIII-IX вв., расположено на городище Нижний Архыз и известно в литературе как «круг» или «цирк». Исследования последних двух десятилетий, проведенные В.А. Кузнецовым, А.А. Демаковым, В.А .

Фоменко, В.Н. Каминским, У.Ю. Элькановым, позволили в полной мере охарактеризовать назначение данного сооружения. По мнению В.А .

Кузнецова, «Круг» являлся «племенным языческим храмом солнца и огня»

(Кузнецов В.А., 1992, с. 289), функционировавшим в X-XII вв .

(Кузнецов В.А., 1993 б, с. 107). Однако в Х в. Западная Алания официально принимает христианство. Центром Аланской епархии и средоточием христианских храмов становится Нижне-Архызское городище (Кузнецов В.А, 1992, с. 313-319). Христианская церковь никогда не была веротерпимой, получая поддержку обращенных в веру владетелей и царей, сразу начинала борьбу с другими религиозными культами. Вряд ли христианизация алан шла без борьбы со старой верой. В Х в .

круглый храм в Нижнем Архызе в лучшем случае пришел в упадок или сменил приоритет функций на каледарно-астрономические, а вероятнее всего был разрушен. Построен же этот храм был, видимо, в VIII в .

Круглый храм использовался «как пригоризонтная солнечная обсерватория высокого класса точности» (Демаков А.А., Фоменко В.А., 1998, с. 36), что подтверждают радиально расходящиеся от центра стены (Эльканов У.Ю., Демаков А.А., 1996, с. 164, 165), проемы в стенах, направленные наточку летнего и зимнего солнцестояния, выделение направления на точку равнодействий, использование многочисленных визиров в виде «лунок, выложенных камнями, каменных карандашей и дисков» (Демаков А.А., Фоменко И.А, 1998, с.35, 36;

1999, с. 8-15) .

Нижнеархызский круглый храм является не абстрактным аланским святилищем солнца и огня, а зороастрийским храмом. Круглоплановые храмы и алтари известны в азиатском зороастрийском зодчестве (Сарианиди В.И., 1990, с. 164; Искусство древнего Ирана, 1976, с .



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |



Похожие работы:

«Баканов Денис Валерьевич МЫ ВСЕ ПРЕДАЕМ ШЕКСПИРА, А ЛИРУ НЫНЧЕ ТЯЖЕЛЕЙ ВСЕГО! В статье анализируются постановки шекспировского Короля Лира на петербургской сцене последнего десятилетия. Даётся сравнение различных режиссерских интерпретаций и подходов в сценическом освоении текста великого драма...»

«Савина Л.В. ЭТИКА УЧЕБНОЕ ПОСОБИЕ Тула – 2005 ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования ТУЛЬСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ Кафедра философии Савина Л.В. ЭТИКА УЧЕБНОЕ...»

«1 В. Ш. Кривонос Мифология места в уездных историях В. Одоевского и Гоголя Известным фактом биографии Гоголя является тот особый интерес, который он проявляет в первой половине 1830-х годов к творчеству Одоевского1. Дел...»

«УДК 94/99 ИСТОРИЯ ПРЕОБРАЗОВАНИЙ В ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКЕ В НАЧАЛЕ 1990-х ГОДОВ © 2011 Д. В. Свиридов соискатель каф. истории России Тел.: 8-908-120-02-77 Курский государственный университет В начале 90-х годов ХХ века выявилась неспособность государства обеспечить эффективное управление национальным энергетическим комплексом, в связи с чем назр...»

«А. С. Н О В И К О В А Тектоника основания Восточно-Европейской платформы A. S. N O V I K O V A TECTONICS OF THE BASEMENT OF THE EAST-EUROPEAN PLATFORM Transactions, vol. 237 PUBLISHING OFFICE "NAUKA" MOSCOW 1971 Л. С. Н О В И К О В А...»

«ПОЯСНИТЕЛЬНАЯ ЗАПИСКА Типовая учебная программа по учебной дисциплине "Сценический танец" разработана для учреждений высшего образования Республики Беларусь в соответствии с требованиями образовательного стандарта по специальности 1-17 01 01 "Актёрское искусство (па...»

«Н. И. Безлепкин ФИЛОСОФИЯ ИСТОРИИ Т. Н. ГРАНОВСКОГО1 Становление отечественной философии истории неразрывно связано с именем Т. Н. Грановского (1813–1855), выпускника юридического факультета Санкт-Петербургского университета и профессора Московского университета, н...»

«8417-44 Г 835 Акторизоааиный перевод с латышского Д. Г л е з е р а. Художник О. Б е р з и н ь ш Григулис А. Г 835 Когда дождь и ветер стучат в окно: Роман в 2 ч./Пер. с латыш. Д. Глезера. — 2-е изд. Р.: Лиесма, 1986...»

«RU 2 487 072 C1 (19) (11) (13) РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ (51) МПК B65G 47/38 (2006.01) ФЕДЕРАЛЬНАЯ СЛУЖБА ПО ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ (12) ОПИСАНИЕ ИЗОБРЕТЕНИЯ К ПАТЕНТУ (21)(22) Заявка: 2011149854/11, 07.12.2011 (72) Автор(ы): Ширнин Юрий А...»

«САДЫКОВСКИЕ ЧТЕНИЯ (К 80-летию со дня рождения профессора М.Б. Садыкова) ИСТОРИЯ. ОБЩЕСТВО. ЧЕЛОВЕК Материалы межвузовской научно-практической конференции 2 ноября 2012 года КАЗАНСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ УДК 1:008:...»

«Глава 17 Митрофан 2 й (Митрофан Симашкевич), 1907–1915 Митрофан Васильевич Симашкевич родился в 1845 году в семье свя щенника Каменец Подольской епархии. В 1871 году окончил С . Петер бургскую духовную академию и был определен преподавателем Св. Пи сания в Подольскую д...»

«ISSN 2219-5254 ВЕСТНИК ИВАНОВСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО УНИВЕРСИТЕТА Серия "Гуманитарные науки" Вып. 3 (9), 2016 Филология . История. Философия Научный журнал Издается с 2000 года Журнал зарегистрирован в Федеральной службе по надзору в сфере связи, информационных...»

«Рамаяна Сказание о Раме Оглавление О Рамаяне Книга I. Детство Бала Канда 1. Шри Нарада рассказывает Вальмики историю Рамы 2. Вальмики создает стихотворный размер "Рамаяны"3. Деяния Рамы, описанные в священной поэме 4. Сыновья Рамы поют эпическую поэму 5. Царство и столица царя Даш...»

«Автор: Михалевич Маргарита учащаяся 9 класс Руководитель: Савина Елена Михайловна учитель географии МОУ "СОШ с.Тепловка Новобурасского района Саратовской области" ИСТОРИЯ СТРАНЫ: СУХИЕ ФАКТЫ И СУДЬБЫ ЛЮДЕЙ "Го...»

«гипноз под отладкой крис касперски, ака мыщъх, no-email практически все слышали о гипнозе: от газетных историй о зомбировании до многотомных самоучителей, недостатка в которых испытывать не приходится...»

«Фонд оценочных средств учебной дисциплины "Иностранный язык" разработан на основе Федерального государственного образовательного стандарта среднего профессионального образования (далее – ФГОС СПО) по специальности 38.02.01 Экономика и бухгалтерский учет (по отраслям), утвержденного...»

«ной организовать новую жизнь. Уже в 1918 году он заявлял: "Не народ начал революцию, а вы. Народу было совершенно наплевать на все, чего мы хотели, чем были недовольны. Не врите на народ – ему ваши ответственные министерства, замены Щегловитых Малянтовичами и отмены всяческих цензур были нужны, как летошний снег, и он...»

«Конференция "Ломоносов 2016" Секция История Церкви Фролов Дмитрий Игоревич Студент (магистр) Московский государственный университет имени М.В.Ломоносова, Юридический факультет, Москва, Россия E-mail: forestsman@mail.ru Молоканские общины Закавказья: история и современность Дмитрий Фролов Студент магистратуры юр.факульте...»

«КАЛИНИНГРАДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ КАФЕДРА ЗАРУБЕЖНОЙ ИСТОРИИ Рабочая учебная программа курса “ИСТОРИЯ ХУДОЖЕСТВЕННОЙ КУЛЬТУРЫ ЗАПАДА” для студентов-историков II-IV курсов Калининград Составит...»

«Белоногов Юрий Геннадьевич, Мазука Анастасия Антоновна ИНКОРПОРАЦИЯ ДЕМОБИЛИЗОВАННЫХ ВОЕННОСЛУЖАЩИХ РККА В СУБРЕГИОНАЛЬНУЮ НОМЕНКЛАТУРУ МОЛОТОВСКОГО ОБКОМА ВКП(Б) ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ 1940-Х ГОДОВ В статье исследуются слабоизученные аспек...»

«История социологии © 2002 г. С.С. НОВИКОВА ОСОБЕННОСТИ РАЗВИТИЯ СОЦИОЛОГИЧЕСКОЙ МЫСЛИ В РОССИИ НОВИКОВА Светлана Сергеевна доктор социологических наук, профессор кафедры теории и истории Академии социологии и управления Мос...»

«www.modern-j.ru _ УДК 37.013.2 Педагогические науки ВОСПИТАНИЕ МИРОЛЮБИЯ У ДЕТЕЙ В АБХАЗСКОЙ НАРОДНОЙ ПЕДАГОГИКЕ Анкваб Марина Фёдоровна кандидат педагогических наук доцент каф. иностранных языков Абхазский государственный университет...»

«Правительство Российской Федерации Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего образования Национальный исследовательский университет Высшая школа экономики Факультет гуманитарных наук Школа филологии Программа дисциплины История литератур Европы и США для образовательной программы "Филология" для направле...»

«Выступление президента США Барака Обамы в Российской экономической школе. Полный текс. Стр. 1 из 7 Опубликовано 20:04 07.07.2009 Документ: http://www.regnum.ru/news/1183553.html Выступление президента США Барака Обамы в Российской экономической школе....»




 
2019 www.mash.dobrota.biz - «Бесплатная электронная библиотека - онлайн публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.