WWW.MASH.DOBROTA.BIZ
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - онлайн публикации
 

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

«Б У Л Г А Р Ы ІХАО. ш ИЗ ДАНИ К I 'ОСУДАРСТВЕН И 01 'О ИСТОРИЧЕСКОГО МУЗЕЯ ТРУДЫ ГО СУДАРСТВЕНН О ГО И С Т О Р И Ч Е С К О Г О М У ЗЕ Я XIX В ы пуск А, П. Смирнов ВОЛЖСКИЕ БУЛГАРЫ И ЗД А Н ...»

-- [ Страница 3 ] --

К ранним русским кладам надо отнести Гнездовский, найденный в 1868 г. и состоящий из 108 вещей и нескольких монет. Среди них одна англо-саксонская, одна византийская — Константина и Ирины, две сз санидских 532 и 595 гг., одна сасанидская 748 г. и восемь сасанидских без ушков 908—935 гг. Датируемый концом X века клад этот интересен тем, что среди найденных в нем гривен имеется одна серебряная, спле­ тенная из трех двойных проволочных дротов, свитых жгутами, близкая по характеру плетения булгарским 1с, и вторая, сплетенная из тонкой про­ волоки 17, повторяющая в точности плетение булгарских браслетов и гривен. Аналогичные вещи вне пределов булгарской территории нахо­ дили весьма редко. Одна такая гривна была найдена в кладе у села Зэлевки с вещами XI—XII вв.1, другая известна из Швеции, где ее нашли в одном кладе вместе с шведскими, арабскими, немецкими и англо-сак сонскими монетами 1в .

Булгарские клады, содержавшие гривны того же типа, относятся к несколько более позднему времени. Отмеченный выше клад 1869 г. да­ тируется временем конца X I—начала XII века. Клад, найденный в 1888 г. близ Болгар, содержит бляхи от нагрудного украшения XII века .

Это обстоятельство, при сходстве технических приемов изготовления блях, дает основание предполагать, что ювелирная техника и формы украшений были заимствованы булгарами от русских, хотя и претерпели значительные изменения .

К числу наиболее характерных для булгар украшений, относятся

•височные кольца, плетеные гривны и браслеты. Они почти не известны на территории русских княжеств, но встречаются, хотя довольно редко, в среднем и северном Приуралье, т. е. в областях, находившихся под сильным влиянием булгар и частично вошедших в состав булгарского царства .



В качестве примера можно указать на материалы, найденные у се ла Никитского, в пределах бывшего Верхотурского уезда, Пермской губернии 20. Клад состоит из обломка одного височного кольца в виде дрота с нанизанными на него тремя бусинами, украшенными зернью, и с фигурой «уточки», а также двух серег, состоящих из двух бусин овальной формы и украшенных треугольниками зерни. Подобные предметы известны и в колллекции Теплоуховых .

Височные кольца волжских булгар, несморя на различия в деталях, все восходят к одному типу круглого кольца с тремя нанизанными на него бусинами овальной формы. Бусины встречаются или гладкие, или имеют поясок из более или менее крупной зерни, или сплошь покрыты орнаментом .

Дрот между бусинами на кольцах, как правило, обмотан тонкой золотой плетеной проволокой. Эти простейшие украшения представ­ ляют собою прототип не раз находимых на территории Булгарии сла­ вянских привесок2. Примером может служить изданное Кондаковым изображение височного кольца с тремя боченкообразными бусинами, украшенными мелкой зернью .

Есть все основания полагать, что именно славянские кольца этого гипа послужили основой, из которой развились кольца с тремя бусинами и привесками, прикрепленными к средней бусине. Самые привески пред­ ставляют собою такие же бусины овальной формы, сплошь покрытые зерныо и прикрепленные к кольцу тонкой проволокой. И, наконец, по­ следний тип, такие же кольца с тремя бусинами, составленными из трех частей, соединенных при помощи вставок зерни с фигурой «уточки»

в центре, завершают рассмотренный ряд, который не является схемой хронологического развития этого типа височного кольца. Как показы­ вает археологический материал, различные типы височных колец, встре­ чаемые в кладах, относятся к одному времени .



Необходимо отметить еще височные кольца, украшенные одной бу­ синой. В кладе, найденном в 1888 году, имеется одна пара колец с нани* занным одним ажрным кольцом с прикрепленными снизу четырьмя цепочк?ми для бус. Этот тип кольца был широко известен у русских и бы­ товал одновременно с трехбусинным кольцом. В отличие от булгарского типа, русские кольца не имели цепочек с бусинами .

Рассмотренные украшения принадлежат к числу наиболее богатых вещей. Они изготовлялись только из золота и поражают тонкостью от­ делки. В ряде случаев дрот сплошь обвит тонкой золотой крученой про­ волокой. Известен случай, когда золотой нитью была обмотана медная проволока. Такое кольцо найдено в развалинах булгарского города Су­ вара. 1 11 К числу других характерных украшений, имевших распространение почти исключительно в пределах древней Булгарии, относятся гривны и браслеты особого, довольно редкого плетения в виде косы из трех или шести проволок. Как указано выше, подобные украшения очень редко встречаются за пределами Булгарии. Но такую гривну нашли в од­ ном иь владимирских курганов, причем по общему виду и по* застежке она полностью совпадает с булгарскими22. Среди памятников известен еще один браслет подобной же техники плетения, но, в отличие от бул­ гарских, он сомкнутый23 .

А. А. Спицын, описавший этот материал, так характеризует влади­ мирскую гривн: «Гривна из Веси... Плетение скандинавского типа не позднего времени. Среди русских древностей такое плетение можно встретить, кажется, лишь в казанских находках XIII—XIV вв.» .

Как показывает материал, широкое распространение браслетов этого типа относится к несколько более раннему времени. Они ветречаются в кладах начиная с XI века, когда были широко известны в По волжье, но в XIII—XIV вв. почти вышли из употребления. В Скандина­ вии этот тип редок, как и среди русских древностей. Он мог возникнуть вероятнее всего из широко распространенных у славян витых браслетов, где самый характер плетения был различным .

Наиболее близкую аналогию, помимо владимирской гривны, можно найти среди вещей из кургана у дер. Смедова 24. А. А. Спицын, характе­ ризуя эти браслеты как плетение в виде цепочки, отмечает их сравни­ тельную редкость и относит их распространение к XIII—XIV вв. Он пи­ шет: «Весьма возможно, что витые браслеты описанных типов встреча­ ются и ранее XIII века. Пока невозможно указать время их появления, но время наибольшего распространения может быть отнесено к XIII — XIV вв».25 А. В. Арциховский в своей работе, посвященной вятичам26, также, относит период наибольшего распространения подобных браслетов к XIII—XIV в в 27. Однако появились они значительно раньше. В русских древностях их находили в XII и даж е в X веке. В качестве примера можно указать вещи из кладов, где обычны витые гривны и реже встре­ чаются браслеты. Таковы материалы Гнездовского и Невельского кла­ дов, относящихся к концу X в ек а28 .

Этот тип, весьма редкий в славянских древностях, получил широ кое распространение у булгар .



Там браслеты и гривны изготовлялись из тонкой золотой проволоки, концы которой расплющивались в виде пла­ стинок или же богато украшались шатонами с вставками из камней и цветных стекол, украшенных по основанию зернью и плетеной прово­ локой Мы знаем, что те и другие бытовали одновременно. Например, в булгарском кладе 1869 г. встречены обе разновидности такого браслета. Позднее этот тип вышел из употребления и его заменил обычный витой браслет, известный только в русских курганных древностях и кладах с XII века. Здесь имеются в виду гривны и браслеты, плетеные из толстой проволоки, дополнительно обвитой тонкой проволочкой фили­ гранной техники. Такие браслеты, хотя и получили широкое распростра­ нение у булгар, не являются оригинальными изделиями булгарских ремесленников .

Из других булгарских украшений известны различные перстни и привески, богато украшенные филигранью. Эти вещи, сделанные из серебра и бронзы, были очень распространены в Приуралье. Для них можно указать аналогии среди памятников русской культуры. В каче­ стве примера назовем перстни из булгарского клада, найденного в 1869 г.,— один с круглым плоским щитком, разделенным пояском на две части, украшенный треугольниками зерни, и второй, с полусфериче ским щитком, украшенный в центре крупной зернью и треугольниками зерни, расположенными секторами. Подобные же перстни были найдены.в русских кладах, например, в Невельском, открытом в 1892 г.2, и в ряде курганов. Перстни с плоским круглым щитком были найдены также на территории быв. Лихвинского уезда, Калужской губернии30. Однако все эти аналогии не дают права утверждать, что булгарские ремеслен ники занимались простым копированием заимствованных образцов .

Булгарские мастера создавали свои произведения, представлявшие ва­ рианты русских. Интересны перстни из Муранского могильника с круг лым или овальным щитком, украшенные по краям треугольниками зернн с изображением в центре четырехконечного креста из крупной зерни. Хотя эти перстни относятся уже к золотоордынской эпохе, их фор­ ма напоминает перстень из булгарского клада 1869 г., а орнаментика — узор полусферических подвесок с фигурами крестов из крупной зерни, найденных в Невельском кладе. Этот клад, как известно, принадлежит к числу ранних .

Среди вещей из булгарских кладов сравнительно большое место занимают крупные бусины овальной формы, украшенные зернью, распо­ ложенной в виде треугольников, и плоские металлические кружки или монеты с приделанными к ним ушками. Кружки, как правило, украшены зернью и сканыо. Сравнивая эти украшения с русскими, легко найти им аналогию среди вещей Гнездовского клада, где оказались бусины по­ добной же формы, усыпанные зернью, и разного размера и узора круж­ ки, богато орнаментированные сканью 81. Более простые бусины известны в коллекции Теплоухова, изготовленные не филигранной техникой, а литьем .

Рассмотренные типы весьма характерны для булгар, но тем не ме­ нее они имели очень узкий круг потребителей среди городского населе­ ния, славянские же прототипы таких украшений были распространены весьма широко и встречаются как в городских, так и в деревенских ком­ плексах .

15»

Насколько более сильным было влияние русских в области матери* альной культуры, показывает появление у булгар особых серег, пред^ ставляющих собою разновидность колтов. Одной из наиболее поздних является серьга из Болгар, опубликованная Н. Кондаковым в «Русских древностях» 32. Это литая, плоская, круглая подвеска с широким ушком, окруженная выступами, имитирующими саженый жемчуг. Лицевая сто­ рона ее покрыта растительным орнаментом и имеет в центре три гнезда для камней. Такой орнамент обычен на булгарских вещах XIII — XIV вв., что же касается украшения в целом, то оно по своей форме представ­ ляет вариант хорошо известных колтов киевского типа, представленных рядом находок. Колты киевского типа, найденные в 1827 году, более других близки булгарским. Однако, нужно отметить, что сходство это самое общее, в деталях же отделки и в орнаментике булгарская серьга резко отличается от своего прототипа. Вставки из камней напоминают орнаментированные медальоны Рязанского клада, богато украшенные камнями и филигранью. Но здесь сходство только в применении камней Во всем остальном весьма скромная по виду булгарская серьга совершенно оригинальна .

Иного происхождения серьги, найденные близ Кайбел и в Муранском могильнике. Последняя представляет собою золотое украшение круглой формы около б см, высотой при весе в 14,5 зол. Средину вы­ пуклого медальона занимает шатон для камня, впоследствии утерян­ ного. Кругом положены два ряда зерни, а между ними, также в два ряда, треугольники из мелкой зерни. Обе стороны подвески отделаны одинаково. К верхним концам медальона прочно и красиво прикреплены два прямых ушка с отверстиями посредине; ушки покрыты ниткой из той же золотой зерни. Этот крайне интересный памятник был найден крестьянами на площади Муранского могильника и куплен у них в 1888 году В. Поливановым33. Подобные же украшения, найденные близ Кайбел в пределах Ульяновской области на левом берегу Волги, были приобретены в 1851 г.34. Третья подвеска, которая, по словам Фили монова, происходит из той же местности, была найдена в 1853 г. Кайбельская находка отличается от Муранской только деталями отделки и несколько иным расположение филиграни .

Весьма близка описанному типу серьга из Анапы, датируемая зна­ чительно более ранним временем. Первая булгарская серьга, описанная выше, относится к тому же времени. Она представляет более скромный тип по сравнению с серьгами муранской и кайбельской. Зернь на кайбельском колте не может быть сопоставлена с русской. По своему ха­ рактеру она напоминает аланскую и весьма похожа на украшение уфимского колта, датируемого І—V II вв. н. э .

Близко стоят к колтам и лунницы — украшения, широко распрост­ раненные у славян с X по XIV век. Самые ранние образцы найдены в Гнездовском кладе, но они часто встречаются и в курганах. Лунницы преимущественно литые. От славян они попали в Булгарию, где и полу­ чили дальнейшее развитие. Отсюда лунницы широко распространились по Прикамью и Поволжью, находившимися под сильным булгарским влиянием .

В Муранском могильнике найдена небольшая лунница, украшенная по краю двумя рядами скани и треугольниками зерни. Похожая по фор­ ме, но еще богаче украшенная лунница, была найдена в Пермской губ .

(Молотовской области). Здесь полукруги скани и треугольники зерни іео украшают лицевую сторону36. Интересна и другая лунница из той же области со срезанными углами и поверхностью, украшенной грубой фи­ лигранью .

В Молотовской и Кировской областях были найдены лунницы, на­ званные В. В. Гольмстен «замкнутыми»37. В. В. Гольмстен правильно отнесла их к лунницам с сомкнутыми углами. Они богато украшены не­ сколькими рядами скани, а внутри треугольниками. В центре помещает­ ся шатон для камня. Кроме того, найдены литые лунницы 38 того же типа, что и филигранные. Поверхность их покрыта орнаментом, подра­ жающим филиграни. Особенно интересна лунница, орнамент которой воспроизводит в центре шатон, хотя никаких следов камня или стекла на предмете нет. Подобные лунницы известны не только на периферии Булгарского царства, но и в центре, о чем можно судить по вещам из коллекции Заусайлова, найденным в Биляре .

В материалах, изданных Талльгреном3, приведены два обломка литых замкнутых лунниц, не похожих по орнаменту на описанные выше или на их русские прототипы. Одна из таких лунниц аналогична метал­ лическому кружку от кожаной покрышки для зеркала, найденному в северной Осетии, в могильнике близ аула Дзивгис40, по форме напоми­ нающему лунницу, украшенному двумя грифонами, а по окружности, кроме того, подобием зерни. Комплекс могильника датируется по вещам аланского типа VI—IX вв. н. э .

Возможно, что находки в Биляре относятся к этому же времени;

форма замкнутой лунницы происходит от этого типа. Пермские лунницы той же формы украшены орнаментом, подобным русским орнаментам .

Вероятнее всего предположить, что последние сложились в Булгарии под влиянием хазар и русских .

Нужно отметить, что изображения птиц встречаются и на булгар­ ских, и на русских вещах. Довольно обычно видеть их на колтах и на различных привесках. Насколько можно судить по одному найденному обломку, весьма близка к булгарской круглая подвеска из курганов Осиповой пустыни41 с изображением сильно стилизованной птицы с двумя головами. Может быть сближена с булгарской еще одна подвеска из курганов близ дер. Васильково4 с изображением человеческого лица и двух птиц. Обе курганные группы датируются находками монет X века н. э .

О влиянии славянской культуры на булгарскую свидетельствуют и материалы, применявшиеся при изготовлении пластинок для украшения сбруи. В собрании Государственного музея Татарской республики хра­ нятся матрицы круглой формы с рисунком, в центре которого круг, обве­ денный точечным узором, на углах матрицы стилизованные пальметки43, а по краю полоса точечного орнамента. Только на одной из матриц эти пальметки даны сравнительно реалистично, а на других они сильно схе­ матизированы. Среди русских древностей подобный орнамент распро­ странен довольно широко. Его можно видеть на вещах Владимирского клада 1837 г., где он украшает бронзовые вызолоченные бляшки квадрат­ ной формы, служившие застежками пояса44. Тот же орнамент встре­ чается и на бляшках другой формы .

Из булгарских матриц интересна одна круглая с поверхностью, по­ крытой точечным орнаментом. В центре изображен круг, вокруг него четыре овальных лепестка, а вдоль борта жгут. Этот орнамент напо­ минает композицию на бляшках из владимирских курганов, относящихся к XI—XII в в.45, где в центре изображен круг с четырьмя лепестками .

11 Волжские булгары 161 Из того же собрания Казанского государственного музея интересна матрица с изображением креста, по концам которого точечным орна­ ментом нанесены листья, а в углах, между концами креста, пальметки в схематической передаче. Рассмотренный орнамент довольно обычен для славянских предметов, найденных во Владимирском кладе46 .

Среди русского материала можно найти аналогии и для булгарской матрицы с изображением в центре розетки, а по окружности стилизо­ ванного растительного орнамента 47. Довольно близка описанной бляш­ ка из собрания Заусайлова48. Здесь центральная розетка вписана в круг, по краю которого нанесен точечный орнамент. Розетка нередко встречается в орнаментальном искусстве славян, чему примером могут служить многочисленные вещи из кривических погребений, в частности узор на чашечке медных весов из гнездовских курганов, найденных в погребении № 86, датируемом X веком .

Интересны небольшие поясные бляшки в виде овала или сердца со сложным рисунком из двух человеческих лиц и растительного узора .

Узор напоминает бляшки с ажурной резьбой, изображающей сплетен­ ный узел стилизованных голов и лап животных и лент. Эти вещи имеют значительно более раннее происхождение, чем булгарские, и резко отли­ чаются от последних по трактовке. На булгарских орнаментах на­ несены резцом два-три штриха и две точки, и это все, чем обозначено лицо. Сходство орнаментов на ряде русских и булгарских вещей очень знаменательно, но степень сходства между ними в отдельных слу­ чаях различна .

Рассмотренные выше материалы дают основание для вывода о су­ ществовании в древности близких культурных связей между древней Русью и булгарами. Но откуда произошли исходные формы, кто и на кого оказал наибольшее влияние?

Изучая технику изготовления ювелирных вещей, можно заметить, что русские мастера значительно шире использовали ювелирные приемы и дали больше разнообразных вещей. При этом русские клады и курганные материалы датируются несколько более ранним временем, чем булгарские, из которых самые ранние относятся к концу XI — на­ чалу XII века .

Формы основных булгарских вещей—височных колец, гривен и бра­ слетов впервые появились в древней Руси, где были распространены весьма широко. Таким образом, имеются основания полагать, что имен­ но русские оказали наибольшее влияние на булгар, а не наоборот .

Интересен с этой точки зрения растительный орнамент в форме три­ листника, напоминающий знак Рюриковичей на древнерусских монетах .

Такой орнамент молено видеть на ряде ювелирных вещей, в частности, на щитках перстней, найденных у села Низкова, в урочище у Светлого озера, быв. Черниговской губ., хранящихся теперь в Государственном Историческом музее в Москве49. На щитках мы видим тот же орнамент в нескольких вариантах, что несомненно подтверждает влияние на бул­ гар русской техники .

Наконец, если проанализировать орнаментику булгарских вещей, то придется признать некоторую их упрощенность и схематичность по сравнению с русскими, особенно в растительном орнаменте. На русских вещах и памятниках архитектуры узоры более свежи, сочны и реали­ стичны. Это, как будто бы, тоже позволяет признать, что булгары заим­ ствовали ряд сюжетов из русского прикладного искусства. Правда, бул­ гары не копировали слепо русские образцы, а перерабатывали их мо­ тивы по своему вкусу, создавая оригинальные вещи. В Поволжье и Приуралье, находившихся под культурным воздействием булгар, сложился свой тип подвески, замкнутой лунницы, заимствованный у хазар и рус­ ских. У булгар, наряду с филигранными, появились литые лунницы с той же орнаментацией. Однако некоторые из них украшались несколько иным орнаментом, не характерным для этого рода вещей .

К числу булгарских орнаментальных мотивов, восходящих в прото­ типам узоров, характерных для древней Руси, надо отнести раститель­ ный орнамент, встречаемый на лощеной керамике, которую с большой долей вероятия можно отнести к XIII—XIV вв. Это большие корчаги с хорошо отполированной поверхностью. Орнамент сделан на них резцом с широким рабочим краем. Обычно узор в верхней части сосуда состав­ ляют отрезки зубчатого орнамента, нанесенного в две-три линии, ниже которого идет волнистая полоса из растительного, сильно схематизиро­ ванного рисунка с завитками, имитирующими листья. Еще ниже прохо­ дят две-три продольные линии, заканчивающиеся фестонами. Подобные сосуды были найдены в золотоордынском слое Болгарского городища и в верхнем слое Суварского городища .

При характеристике влияния славян на древних булгар нельзя пройти мимо парадных топориков, из числа которых особо интересен найденный в Ульяновске. Этот замечательный памятник поступил в Государственный Исторический музей в Москве в 1921 г. из Ульянов­ ского музея. Топорик бронзовый, с наварным железным лезвием, с языч­ ками и плоским вытянутым обухом. На обеих плоскостях высечены изо­ бражения крестов с процветшими кринами, на обухе две рельефные го­ ловки зверя и переплет из прямых ленточек в виде неправильной сетки .

Близок к нему по отделке самарский топорик с изображением барана и сокола и билярский топорик с фигурой коня. Аналогичные топоры из­ вестны среди материалов Владимиро-Суздальского княжества XII века .

На одном из владимирских топориков нанесена монограмма в виде бук­ вы А и изображения двух птиц и дерева .

Описанный нами несколько выше ульяновский топорик выполнен техникой, обычной для русских изделий. Крест, крины и рамки обеих лопастей топора покрыты чернью, положенной в желобки. Технические приемы обработки этого топора подробно освещены в работе В. А. Городцова «Симбирский древний топорик»б0 .

Особенностью его является неправильное начертание надписей, со­ провождающих крест. В. А. Городцов объясняет это обстоятельство тем, что рисунок делал человек, не понимавший символического значения креста и взял его лишь в качестве орнамента. Это позволяет предполо­ жить, что топор был сделан в волжской Булгарии мастером-булгарином .

Тгким образом, и этот памятник достаточно ясно отражает влияние рус­ ской культуры на булгар .

В золотоордынскую эпоху русское влияние также сказывалось до­ вольно ощутительно. При разгроме монголами городов волжской Бул­ гарии в 1236— 1240 гг. население или погибло или ушло на север, в леса, после чего большое значение приобрела Казань. Она не сделалась еще новым Болгаром, но уже стала центром Закамья. Во второй половине XIII века монголы начали строить города в нижнем Поволжье и восста­ навливать город Болгар. Для этой работы в качестве мастеров-строителей они привезли хорезмийцев и русских. Последние и принесли с собой на Волгу новую струю русского влияния .

16У В Новом Сарае, развалины которого исследуются археологами, сушествовал целый квартал, где, по сообщению ибн-Батуты51, проживали русские. Археологические раскопки этой части городища, известной под именем первого квартала, дали материал, действительно позволяю­ щий считать этот квартал русским. Там, по преданию, стояли русские церкви и были погребены черниговские князья Михаил и Федор. В одном могильнике здесь найдено богатое женское погребение в парчевом одея­ нии с крестом на груди, с золотым кокошником на голове5, украшенным привесками. Среди других находок имеется много образков и крестиков .

При изучении развалин городища Великие Болгары также можно заметить следы русского влияния. Архитектурные памятники этого горорища, относящиеся к XIV веку, сложились в основном под влиянием сельджукской культуры. К их числу относится баня восточного типа, от­ крытая в 1938— 1940 гг. близ дюрбе «Монастырский погреб». В сзоей отделке она носит некоторые черты, позволяющие сближать ее с русски­ ми памятниками. Орнаментика парусов главного купола представляет стилизованный растительный узор, выполненный желтой и красной кра­ сками по белому фону. Этот мотив с такой же расцветкой встречается и на памятниках Владимиро-Суздальского зодчества. Фрагмент с частью штукатурки, расписанной аналогичным узором, хранится в Государст­ венном Историческом музее в Москве .

Раскопки последних лет дали новый значительный материал, свиде­ тельствующий о том, что среди жителей города Великие Болгары были и русские .



При раскопках, проведенных отрядом Болгарской экспедиции А. П. Смирнова под руководством А. М. Ефимовой, было открыто в ре­ месленном квартале города жилище, относящееся к домонгольскому пе­ риоду. В нем найдена славянская посуда, шиферные кресты, широко известные среди русских древностей, и медные кресты курганного типа XI—XII вв., богато представленные во владимирских курганах. Там же найдены части височных колец. Этот дом несомненно принадлежал русскому ремесленнику .

Другими отрядами той же экспедиции под руководством 3. А. Акчу­ риной и О. С. Хованской было также найдено при раскопках в Болгарах значительное количество славянской курганной керамики XI—XIV вв .

Очевидно, что в Болгарах проживали вместе с коренным населе­ нием русские, изготовлявшие посуду в соответствии со своими привыч­ ными вкусами, причем эта посуда находила сбыт в домах русских ремес­ ленников. Нельзя же считать, что славянские горшки привозили в Болгар для русских за сотни километров, и это в то время, когда булгарская посуда по своему качеству была выше русской .

Как видим, приведенные нами многочисленные материалы доста­ точно полно говорят о большом влиянии русской культуры на сложение культуры волжских булгар в период X—XIV вв .

ПРИМЕЧАНИЯ

1 А. Р г а е п. Огеі Мііпсеп сіег \о1да-Во1§агіеп. Мешоігез Г Асад., 1922, сер. IV, г. I, стр. 195 .

2 С. П. Т о л с т о е. По следам древне-хорезмийской цивилизации М., 1948, стр. 257—264 .

3 В. И. Т а т и щ е в. История Российская с самых древнейших времен..., кн. 3, М., 1774, стр. 79 .

4 Летопись по Ипатьевскому списку. СПб., 1871, стр. 401 .

* ПСРЛ, т. XV, СПб., 1863, стр. 250, 251 .

* В. Д о б р о х о т о в. Древний Боголюбов город, М., 1852, стр. 70, 71 .

7 Одним из еще нерешенных является вопрос о том, в какой мере булга­ ры оказали влияние на сложение архитектуры Владимиро-Суздальской Руси. Сопостав­ ление владимиро-суздальских храмов XII века с дюрбе городища Великие Болгары XIV века — незакономерно. Эти памятники разделяет бурный период в 200 лет, их раз­ деляет эпоха монгольского завоевания, внесшая много нового. Поэтому будет пра­ вильнее решение этого вопроса отложить до открытия памятников булгарской архитек­ туры XII—XIII столетий. Для выяснения вопроса большой интерес представляет один предмет, который свидетельствует о связи Владимиро-Суздальской Руси с бул­ гарами. Это фигура льва с хвостом, заброшенным за спину, на стене Дмитровского собора во Владимире. У булгар этот сюжет встречается на медных печатях, которые, к сожалению, точно датированы быть не могут. Близкое изображение было найдено в Муранском могильнике, где существо среднее между львом и грифоном изображено на пуговице. Сходство фигур свидетельствует о близких связях, но при решении вопроса о влиянии русской культуры на булгарскую этот материал помочь не может, так как мы не знаем, какой из отмеченных образцов был первоначальным .

8 А. А. С п и ц ы н. Клад, найденный в 1869 г. близ Спасска, Казанской губернии .

Записки отд. русской и славянской археологии, т. VIII, вып. 1, СПб., 1906, стр. 264, 265; Н. П. К о н д а к о в. Указатель отдела средних веков Эрмитажа, стр. 261—262;

Русские древности, вып. V, стр. 96, 98; А. С. Г у щ и н. Памятники художественного ремесла древней Руси X—XIII вв., Л., 1936, стр. 80—81 .

9 А. В. О р е ш н и к о в. Денежные знаки домонгольской Руси. М., 1936, .

стр. 35 и след .

10 Там же, табл. I, рис. 1 .

1 А. С. Г у щ и н. Указ. соч., стр. 81 .

1 И. Т о л с т о й и Н. К о н д а к о в. Русские древности в памятниках искусства, вып. V, СПб., 1897, рис. 134 .

13 Там же, рис. 133 и 198 .

14 В. Н. П о л и в а н о в. Муранский могильник. М., 1896, стр. 34 .

15 Там же, стр. 34 .

16 А. С. Г у щ и н. Указ. соч., табл. I, рис. 2 .

17 Русские древности, вып. V, рис. 50 .

, в А. Б о б р и н с к и й. Курганы и случайные археологические находки близ местечка Смелы, СПб., 1887, табл. XXI, рис, 1 .

* О. М о п і е і і и з. АпІіяиНез зиегіоізез, т. II, ЗіоскЬоІш, 1875, стр. 168, рис. 609 .

20 А. С. Г у щ и н. Указ. соч., табл. I, рис. 2, 4, 5 .

2 Русские древности, т. V, рис. 133 .

12 А. С. С п и ц ы н. Владимирские курганы. Известия археологической комиссии;, вып. 15, СПб., 1905, стр. 118, рис. 238 .

23 Там же, рис. 312 .

24 А. А. С п и ц ы и. Курганы С.-Петербургской губернии. Материалы по архео»

логии России, вып. 20, табл. IV, рис. 5, стр. 46 .

25 Там же, стр. 46 .

26 А. В. А р ц и х о в с к и й. Курганы вятичей. М., 1930 .

27 Там же, стр. 138 .

28 А. С. Г у щ и н. Указ. соч., стр. 48 .

29 А. С. Г у щ и н. Указ. соч., табл. V, рис. 2 и 6 .

30 Русские древности, т. V, стр. 71, рис. 68 .

31 А. С. Г у щ и н. Указ. соч., табл. IV .

32 Русские древности, т. V, стр. 99, рис. 132 .

33 В. Н. П о л и в а н о в. Указ. соч., М., 1896, стр. 16 .

34 Там же, стр. 17; Русские древности, т. V, стр. 99 .

39 В. Н. П о л и в а н о в. Указ. соч., стр. 17 .

3 Отчет Государственного Исторического музея за 1913 п., М., 1914, рис. 405,,8 37 Там же, стр. 93 .

38 Там же, стр. 99 .

59 А. М. Т а 11 ^ г е п. Соііесііоп 2аоиззаіІо\, т. II, табл. VIII, рис. 43, 44 .

40 Материалы археологии Кавказа, вып. I, М., 1888, табл. XI, рис. 4 .

и Русские древности, т. V, стр. 86, рис. 100 .

45 Там же, рис. 101 .

4 Государственный музей ТАССР, инвентарн. №№ 311, 312, 313, 314, 262, 263 .

* А. С. Г у ш и н. Указ. соч., табл. XVI, рис. 21 .

* Известия Археологической комиссии, в. 15, СПб., 1905, стр. 129, рис. 14 .

м А. М. Т а 11 д г е п. Указ. соч., табл. VIII, рис. 2, 3 .

л Собрание Казанского Государственного музея, № 193 .

Л А. М. Т а 11 § г е п. Указ. соч., табл. VIII, рис. 2, 3 .

49 Отчет Государственного Исторического музея за 1910 г., М., 1911, стр. 7 .

60 В. А. Г о р о д а о в. Симбирский древний топорик. Труды Гос, Исторического 'музея, в. II, М., 1926 .

81 В. С. Т и з е и г а у з е и. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. СПб., 1884, стр. 306 .

88 В. Б а л л о д. Старый и Новый Сарай — столицы Золотой Орды. Казань, Л923. стр. 20 .

ГЛАВА VIII

ГОРОДА ВОЛЖСКИХ БУЛГАР

I I - зучение развалин городов волжской Булгарии не прошло еще первой

• стадии предварительного обследования, если сравнить степень их “ изученности с изученностью русских городов. Д аж е такие города как Болгар остаются почти неисследованными. Вопросы обороны города, его исторической топографии, архитектуры и быта горожан все еще слабо ос­ вещены в работах археологов. За исключением прекрасного историческо­ го пруда С. М. Шпилевокого «Древние города и другие булгаро- татар­ ские памятники в Казанской губернии» и статей П. А. Пономарева о не­ которых городах, как Ошель, Кашан и Жукотин найдется очень мало работ, в которых были бы затронуты достаточно подробно вопросы истории городской жизни Булгарии .

Местонахождение города Болгара, известного по русским летописям также под именем Бряхимова 1 и Великого города, в настоящее вре­ мя более или міенее хорошо известно. «Великим» Болгар «стал назы­ ваться с золотоордынского периода. При описании похода 1399 года Ростовская летопись отмечат: «вэяша град Болгарский Великий», ню, как уже заметил С. М. Шп и л е в о к и й в Воскресенской летописи об этом со­ бытии сказано точнее: «взял Болгары Великие». Это сопоставление не оставляет сомнений в том, что в XIV веке город Болгар именовался Великим. В домонгольский период Болгар никогда так ін© назывался, а в XII веке этот эпитет прилагался к городу Биляру .

Можно считать установленным и местонахождение городов Биляра, Сувара (Сивара)—центра племени савиров, и Ошеля (Ашли), связы­ ваемого с областью Эсегел. К этому списку надо добавить также города Балымер (Балы,мат), Кашан, Кеірменчук, Жукотин, Казань. Описание похода 1172 года дает возможность связать Тухчин-городок с Кураловым городищем .

О местонахождении других городов, упоминаемых в летописях, су­ дить трудно, как и о племенных центрах Собекулян, Челмата, Тем'тюзи .

Гипотезы С. М. Шпи/іевского в этом отношении нельзя признать убеди­ тельными 3. Не можем мы еще связать с определенными археологически­ ми памятниками и такие города, упоминаемые в житии кн. Федора Ростислазича, как Кумаін, Корсунь, Тура и Горшир. Мнения, высказанные по этому вопросу, разноречивы и неубедительны. Попытки разрешить во­ прос по данным топонимики успеха также пока не имели .

Великие Болгары Развалины столицы государства волжских булгар принадлежат к .

числу важнейших памятников нашего прошлого. Однако, несмотря на огромное значение этого памятника для истории не только народов Поволжья, но.и более отдаленных областей, несмотря т предметы вы­ сокой ценности, находимые неоднократно иа поверхности городища и свидетельствующие о былом богатстве и величии попребевного здесь древнего Болгара, городище до советского периода не подвергалось систематическим раскопкам и остается до сих пор почти неизученным .

Археологические раскопки этого памятника, в 'той или иной мере оставившие след в науке, производились всего девять раз, не считая отдельных поездок, посвященных осмотру городища и собиранию мате­ риала на поверхности земли или скуіггке вещей, найденных местным населением .

В 1877 го д у 4 Л. К. Ивановский, Б. И. Поповский и В. В. Радлов произвели небольшие, повидимому, однодневные раскопки в честь XV Археологического съезда; в этих раскопках участвовали и члены съезда .

Десять лет спустя— в 1887 году 5 В. В. Глинский и И. И. Ващук раскопали остатки Белой палаты .

В 1892 году Штукенберг исследовал развалины соборной мечети, известные в литературе под именем Четырехугольника; он очистил внутреннюю часть помещения6 и установил его планировку .

В 1893 году П. А. Пономарев проделал большую работу по изучению курганов, расположенных близ Балымера у Болгарского городища, обследовал урочище Ага-Бавар и произвел раскопки Малого городка, где И. Н. Смирновым и А. И. Александровым 1 были расчищены архитек­ турные остатки .

В 1913 году П. И. Кротов и М. М. Хомяков исследовали восточную часть городища близ Капитанского колодезя, район Голландского озе­ ра и Бабьего бугра 8. ;

В 1914— 1915 гг. С. И. Покровский, Б. Е. Кролленберг и М. Г. Ху дяков изучили Ханскую усыпальницу и площадь вокруг нее. В том же году были произведены работы близ Черной палаты и Четырехугольника 9 .

В 1916 году В. Ф. Смолин исследовал развалины Греческой палаты и районы близ нее, занятые погребениями І0. 1 Предпоследняя работа, организованная Самарским государствен ным университетом в 1919 году, проводилась проф. А. С. Башкировым .

Были осмотрены архитектурные памятники, проверены старые раскоп­ ки 1914 года и прошурфовано городище с целью изучения культурного слоя .

Только в 1938 году археологическая экспедиция, организованная Государственным Историческим музеем, Институтом истории матери­ альной культуры Академии Наук СССР и Государственным музеем Та­ тарской АССР приступила к планомерному изучению этого замечатель­ ного памятника истории .

Разрозненные, не связанные между собой исследования, ни в ка­ кой мере не отвечают значению Болгара. Мы до сих пор мало знаем его историческую топографию, архитектуру и культуру .

Болгарское городище расположено в 30 мм от устья реки Камы и в 6 км от реки Волги, на краю верхней террасы, возвышающейся над Рис. 114. План Болгарского городища. На плане значками отмечены развалины отдельных древних памятников, а значкам и т целые комплексы древних построек .

долиной Волги на 30 м. В настоящее время на месте городища находится село Болгары, Куйбышевского района Татарской ‘ ССР (рис. 114) .

А Городище имеет подобную треугольнику форму, вытянутую с севера на юг и ограниченную с трех сторон валами и рвом, а с севера — бере­ гом речки Меленки, представляющей старицу реки Камы .

Новоерусалимский овраг, прорезающий городище по линии северовосток—юго-запад, сформировался в древности, повидимому, еще до возникновения города. Основанием для этого утверждения может слу­ жить находка Клепиковым в 1940 году древнего булгарского погре­ бения на северо-западном обрыве оврага. От погребения сохранилась часть костей и медный сосуд. Характер культурных напластований, зале­ гающих в ряде мест по склону оврага, также говорит о его древнем возрасте .

Этот овраг отделяет выступ треугольной формы, ограниченный с се­ верной стороны руслом реки Меленки, переходящий на западе в пло­ щадь городища, когда-то 'огороженного валом. Следы его были заметны еще в начале XVIII века. О нем в таких словах упоминает дьяк А. Ми­ хайлов, впервые описавший Болгарское городище: «внутри малого окопа, где был царев дом, длиннику 80, поперег 60 саж. трехаршинных» п .

Внутри «окопа», не сохранившегося до наших дней, находились развалины древних зданий, известные под названием «Четырехуголь­ ника», «Монастырского погреба», «церкви св. Николая». Здесь стоял и «Большой минарет», упавший в 1841 году. Та же выпись указывает, что в непосредственной близости от «Четырехугольника» стоял царский дво­ рец: «Да против тех 4 палат (Четырехугольника — А. С.), отшед сажен 10, три палаты большие, в которых был дом прежних царей». Это место соответствует теперешней церковной ограде и зданию сельской церкви .

Путешественники XVIII и XIX вв. уже не видели указанных зданий .

Сохранилась только часть построек—«Черная палата», «Малый минарет»

я «Ханская усыпальница», до сих пор оживляющие площадь городища .

Это самая древняя часть городища. Следующей частью, которая может быть выделена по формальным признакам, является квартал к юго-западу от цитадели за «ущельем», примерно до Черной палаты. Вся эта местность, сильно всхолмленная небольшими бугорками и рытви­ нами, носит теперь название «Черноморье» .

Описание Кафганникова12, сделанное в 1832 году, отмечает здесь даже улицы города. Позднее, в 1870 году, А. Риттих 13 писал: «Судя по числу отдельных четырехугольных фундаментов, сохранившихся в та­ ком количестве вокруг Черной палаты по направлению к Малому минарету, можно вывести заключение, что тут сосредоточивалось город­ ское население. Внутренние пространства их квадратных оснований вое углублены. При раскопках на глубину І2 аршина в некоторых найде­ но много угольных остатков и золы... В этих строениях жили самые бога­ тые и сановитные люди гор. Булгара». Раскопки 1915 года подтвердили, что сохранившиеся здесь возвышения являются остатками жилищ,4 .

Гораздо меньше видны следы построек на запад от цитадели, где проходят улицы современного села. Здесь известны остатки каменных строений в усадьбах Печенкова, Маслова, Дубова, Солдатова, Семенова (Силантьева) и других. Тут же на северном краю села у обрыва нахо­ дится «Бабий бугор» с древними погребениями, обследованными только за последние годы .

К югу от цитадели за оврагами расположено городское кладбище .

Здесь находится Малый минарет, остатки Ханской усыпальницы, «Роща.170 святых» и ряд надгробных сооружений, о которых можно судить по раскопкам 1914 и 1915 гг .

На восток и на юг от кладбища простираются сельские поля с доро­ гами в села Щербеть, Красную Поляну и Три Озера; поля окружены мощным валом и рвами. Здесь виднеется немало небольших возвышений со следами строительных материалов. Это остатки построек, которые в прежние годы гораздо отчетливее выступали среди пашни .

К западу от Черной палаты были видны развалины (фундаменты) бани, называемые теперь «Белой палатой». Неподалеку от нее, к северу, на плане 1827 года помечены «развалины четырехугольной палаты с ка* менным подвалом». К западу от Белой палаты, у «Голландского» озера, заметны следы гончарных мастерских; тут находили и находят до сих пор множество черепков недоработанной посуды, а в 1948 году были от­ крыты гончарные мастерские. Все это дает основание предполагать здесь гончарный район,б .

За главным валом сохранился так называемый «Малый городок». Это небольшое пространство на южной оконечности городища, окруженное самостоятельным валом и рвом, вмещающими в себе остатки каменных древних сооружений, в которых некоторые исследователи склонны видеть военное укрепление, а весь городок предлагают считать военным фортом у главных южных ворот города .

С северо-запада к городищу примыкают развалины так называемой «Греческой палаты», по соседству с которой старые планы указывают и другие постройки: план XVIII века — столб, а план Шмидта 1827 го­ да — «развалины здания с башнями». Здесь открыты остатки домов армянской торговой колонии .

На северо-восток от городища возвышается холм со следами окопа .

На холме собрано немало черепков посуды, встречаются и монеты .

На дне оврага, у подошвы холма, найдено много древних предметов .

Однако это место совершенно не изучалось археологами, если не считать раскопок Кротоіва в 1913 году 16 .

К северу территория городища круто обрывается к низменности, на которой расположены озерки и болога, остатки русла протекавшей здесь речки Меленки. Эта местность раскалывалась в 1938— І939 гг. На половине склона, где была в древности площадка, сейчас деформиро­ ванная оползнями, открыта городская площадь с башней. В этом райо­ не, в быв. усадьбе И. Ф. Сидоршина, обнаружены каменные и кирпич­ ные стены, сеть глиняных труб и несколько каменных водоемов 17. Следы развалин отмечены и в других местах, например, в усадьбе Запевалова и др. Подгорные здания, как показали раскопки 1939 года, сохранились лучше построек верхней площади города, так как были сильнее засы­ паны обвалами и покрыты более мощными намывными слоями. О на­ личии здесь под поверхностными слоями земли значительных каменных кладок говорят и крестьяне. Дальше к северу, за обмелевшим руслом речки, на дюнообразных возвышениях расположена подгорная улица села, где встречаются остатки древних построек. На плане Шмидта здесь показаны «развалины палат с большими круглыми башнями на возвышен­ ном кургане за болотом, где по преданию стоял маяк». Совершенно понятно, что город возник не сразу, и площадь, окруженная восьмикило­ метровым валом, относится к позднему периоду его существования .

При изучении Великих Болгар одним из первых встает вопрос о достоверности определения места, где был расположен город. Арабские Писатели освещают этот вопрос по-разному .

Так, ибн-Фадлан, посетивший город Болгары в 922 году, писал:

«...так, что если кто-нибудь из них отправляется на рассвете к реке Итиль, .

отстоящей от них менее, чем на фарсанг, то доходит до нее только к позднему вечеру...» І8. Описание ибн-Фадлана, содержащее немало досто­ верных и ценных сведений о болгарах, точно совпадает с месторасполо­ жением рассматриваемого городища .

Иные сведения сообщает Мукаддеси, помещая Болгар на самом бе­ регу Волги: «Булгар лежит у реки Итиль...» ІЭ. Однако этому автору нельзя особенно доверять, так как сведения его, как касающиеся Бол­ гара, так и других городов,— не точны. Он, например, утверждает, что Болгар «находится ближе к морю, чем к столице». В другом месте, ха­ рактеризуя город Сувар, он помещает его на Волге, в то время как Сувар находился от нее в 50 км .

Из других авторов этого вопроса касался Абуль-Феда, писавший в 20-х годах XIV века. Он сообщает, что Волга проходит около города Болгара, огибая его с севера и с запада, что не дает оснований ни искать город на самом берегу Волги, ни возражать против такого предполо жения .

Еще один автор XIV века ибн-эль-Варди помещает Болгар на са­ мом берегу реки и указывает, что прежде он был известен как главный город и гавань страны, пока его не разрушили руссы в 358 (965) г.20. Из текста видно, что ибн-эль-Варди сам не был в Болгаре, а заимствовал сведения о нем от своих предшественников, писателей X века .

На Волге помещают также Болгар автор XV века Хумейри и автор XVI века Шериф-Эддин-Булгари 21 .

В исторической литературе до сих пор преобладало мнение о рас­ положении города Болгара на самом берегу Волги. Так, Шпилевский22, основываясь на татарских рукописях и преданиях, помещал Болгар на берегу большой реки, Волги или Камы. Того же мнения придержива­ лись В. Флоринский23 и Ю. Готье24, принявшие за истину свидетельство Мукаддеси .

Материалы раскопок 1938— 1940 гг. дают основание с доверием отнестись к свидетельству ибн-Фадлана и отвергнуть сообщения других, авторов .

При раскопках 1938 года близ места, где в 1936 году колхозники открыли древний водопровод, были произведены дополнительные рас* копки русла реки Меленки. Шурф, заложенный на расстоянии 30 м от берега, длиной в 2 м и шириной в 1 м, обнаружил слой торфа толщиной в 4,75 м, состоящий из 5 наслоений: а) растительного, до 30 см толщи* ны; б) слоя в 25 см с остатками кореньев; в) слоя иловатой глинистой массы голубоватого цвета до 13 см со включениями ракушек; г) пла­ ста торфа с прослойками глины толщиной в 70 см; д) массивного слоя торфа бурого цвета с остатками осоки толщиной в 3,37 м. В толще пер­ вых четырех слоев на глубину до 1,40 м находили куски 'дерева со сле­ дами обработки и фрагменты булгарской керамики. Глубже 1,40 м куль­ турные остатки не встречались. Все вещные находки могли попасть в торф в результате смыва с верхнего плато городища. В то же время нахождение вещей в верхних слоях торфа и отсутствие их в ниж нем дает основание утверждать, что город возник в то.время, когда рус­ ло реки Меленки представляло спокойное непроточное водохранилище, почему в нем и мог начаться процесс торфообраэования .

Несомненно, что на отложение торфа мощностью около 5 м пона­ добилось не одно тысячелетие, и это позволяет заключить, что город начал строиться совсем не на берегу Волги или Камы, а на значитель­ ном расстоянии от реки, на старице, так как ко времени его возникнове­ ния уже успел отложиться слой торфа. Этот слой наблюдается не толь­ ко по руслу реки Меленкн, но и за линией деревни, на значительном протяжении поемной долины Волги .

Другой памятник, подтверждающий данные ибн-Фадлана, это раз­ рушенная стоянка I тысячелетия до н. э., открытая экспедицией на бе­ регу озера Степного, в 2—2,5 км к северу от села Болгары, свидетель­ ствующая о том, что значительная часть теперешней поймы р. Волги в то время была сухою .

На месте этой стоянки было найдено бронзовое долото, несколько кремневых орудий и кремневых пластинок. Бронзовое долото сделано из пластины с сильно раскованной верхней частью. Боковые стороны ее загнуты и образуют трубицу, а нижняя массивная часть откована и имеет внутри трубицы выступ, в который упиралась деревянная рукоят­ ка. Подобное тесло, хранящееся в коллекции Заусайлова в музее Хель­ синки 25, Талльгрен относил к ананьинской эпохе. Из трех других орудий одно представляет собою кремневый резец, второе скребок, а третье — обломок пластинки. Все три предмета роднит между собою мелкая, не­ высокого качества ретушь, характерная для периода кремневой техники, когда каменные орудия вытесняются металлическими. Облик кремневых орудий, -весьма близкий поделкам, находимым на ананьинской дюне, позволяет отнести их к тому же времени, что и тесло. Собранный при раскопках материал свидетельствует о заселенности поймы уже в I тыся­ челетии до нашей эры .

Рядом со стоянкой у озера Степного при разведках были открыты остатки селища с булгарской керамикой .

Все это достаточно ясно говорит о том, что Болгарское городище X ьска не могло находиться на берегу Волги или Камы, так как эти реки не протекали в то.время под городищем и эта полоса была тогда заболо­ чена и заселена в ее сухих местах, о чем и говорят стоянки и селище .

Нужно думать, что противоречивые сведения арабов о местополо­ жении булгарской столицы объясняются тем, что многие купцы прини­ мали за столицу поселение Ага-Базар у устья Меленки, где, по преда­ нию, было торжище древних булгар, и где при археологических исследо­ ваниях действительно было открыто поселение булгаро-татарской эпохи .

Культурный слой памятника мощностью до 1 м на значительном протя­ жении содержит черепки посуды, в частности золотоордынской, облом­ ки кирпичей и куски алебастрового раствора, что дает основание пред­ полагать на этом месте значительный поселок. Ибн-Фадлан отмечает, что руссы располагались по реке, где у них была священная роща. Мо­ жет быть, Ага-Базар и является местом стоянки руссов .

К числу вопросов, долго остававшихся неразрешенными, относит­ ся вопрос о раннем периоде жизни Болгара. Большинство находок, происходящих с этого памятника, относится ко времени XIII—XIV вв .

Раскопки у Ханской усыпальницы и Черной палаты в Малом городке открыли наслоения золотоордынского времени. Это привело к тому, что время существования Болгара стали относить к XIII—XIV вв., противощоставляя его домонгольским Биляру и Сувару .

Раскопки экспедиции под руководством А. П. Смирнова открыли следующие слои: 1) современный слой, 2) русский слой XIX — XVI вв.,

3) слой периода запустения XVI—XV вв., 4) булгарский XIV—XIII вв., •5) булгарский XII в. и 6) самый ранний булгарский XI—X вв .

Исследования 1946— 1948 гг. дали новый материал для разрешения этого вопроса. На территории Бабьего бугра, где находится древний могильник, открыто поселение, относящееся к догородскому периоду1 .

Раскопки установили следующий порядок культурных напластований:

1) Современный растительный слой, содержащий ряд вещей, относя шихся к жизни современной деревни Болгары .

2) Залегающий ниже на ряде участков, главным образом на пер­ вых двенадцати, выкид старых раскопок XIX века в виде светложелтой глины с белыми известковыми включениями. Особенно четко он виден по восточной стенке раскопа .

3) Лежащий еще.ниже растительный слой, существовавший до раскопок 70-х годов XIX века и хорошо прослеживаемый по восточному профилю. Эти три слоя соответствуют слою № 2 основных раскопов городища (слой современной деревни) .

4) Русский слой, состоящий из довольно рыхлого древесного тле­ на коричневатого цвета и растительных остатков. Нижние горизонты этого слоя содержат четко выраженные прослойки намывного гумированного песка (слой № 2 основных раскопов городища). В этом слое встречаются как булгарские, так и русские вещи, в основном грубая и поливная посуда и стекло .

5) Под русским слоем только на некоторых участках прослежен синеватого тона песчанистый гумусный слой (№ 3 основных раскопов городища), содержащий кости животных и булгарскую и русскую ке­ рамику. Здесь ясно видны горизонтальные прослойки песка и почвы, результат смыва с вышележащего плато городища. Этот слой был изучен в 1938— 1946 гг. в ряде мест городища и отнесен к XV — XVI вв., ко зремени запустения города Болгара после взятия его войсками Москов­ ского князя в 1431 году и до появления здесь русской деревни .

6) Ниже залегает булгарский слой — песчанистый, коричневато* серый, гумированный, на некоторых участках с прослойками угля и де­ рева. Это — наслоения булгарской эпохи. Слой содержал грубую серую керамику, приготовленную на кругу, коричневато-красную и грубую лепную с примесью дресвы. Из поливной керамики найдена лишь зеле­ ная. Полихромная золотоордынская керамика встречалась только в рус­ ском слое. Вещевые находки дают возможность сопоставить данное наслоение со слоями V—VI верхней площади городища .

7) Еще ниже лежит песчаный, слабо гумированный слой, отделяю­ щийся от булгарского довольно четкой темной полоской, проходящей на всем протяжении раскопа. Это слой бледной, слабой окраски, по­ степенно переходящий в материковый песок. В нем встречаются в виде полос и отдельных пятен остатки угля .

Слой характеризуется грубой леп­ ной посудой, найденной в сравнительно небольшом количестве, несколько примитивной по сравнению с аналогичной керамикой из булгарского слоя. В этом же ’слое встречается посуда тонкостенная, из хорошо отмученной глины, весьма пористая, невысокого обжига. Некоторые че­ репки украшены орнаментом в виде неглубоких круглых и овальных ямок, и угловым, сделанным лопаточкой. Эта последняя группа напоми­ нает по фактуре пьяноборскую посуду. В слое найдено несколько битрапецоидных на прясел, а на участке, где встречаются булгарские захоро­ нения, красная пастовая бусина, типа обычного для ранних грунтовых рязанских могильников. В нижнем наслоении открыта землянка прямо­ угольной формы, только частично попавшая в раскоп и сильно пов­ режденная позднейшими булгарскими захоронениями. Судя по открытой части, землянка имела прямоугольную форму при ширин*© в 2,5 м, дли­ не около 4 м и глубине в 40 см; стенки ее были облицованы горизонтально положенными досками (размеры которых не установлены). Доски были закреплены вертикально вбитыми в землю столбами. На площадке зем­ лянки найдена та же грубая посуда с примесью дресвы, и булгарская, попавшая сюда при выкопке могил булгарского времени. Землянка ориен­ тировочно относится к средине I тысячелетия н. э., на что указывают найденные здесь керамика и красная пастовая бусина. Подобный слой и такие же землянки в других местах городища не обнаружены. В общей схеме стратиграфии городища этот слой обозначен под № 7 .

Этот древний комплекс по керамике и битрапецоидным напряслам относится к городецкой культуре. Керамика такого же типа была обна­ ружена разведками Н. Ф. Калинина на ряде городищ в районе рек Ахтая и Бездны. Таким образом, здесь, на левобережье Волги, мы встречаем памятники позднего этапа городецкой культуры. Это явление следует, повидимому, связать с переходом к плужному земледелию и с освоением племенами правобережья больших пространств лесостепной и степной полос Заволжья с их черноземными почвами .

Вторым древним участком городища является северо-западная часть, представляющая выступ, ограниченный, с одной стороны, Новоерусалимским оврагом, а с другой — руслом реки Меленки. Этот мыс, как можно судить по ранним описаниям и картам XVIII века, был отго­ рожен валом. На таких мысах обычно и возникали городища. Нижний из прослеженных здесь слоев состоял из желтого крупнозернистого песка, выше его залегал лессовидный суглинок желтовато-розового цвета, следующим, третьим слоем была плотная желтая глина, а чет­ вертым — древняя почва, подзол, на котором отложились культурные напластования .

Первый культурный слой серый, песчанистый, голубоватого цве­ та, толщиной в среднем около 30 см, 'достигающий в ямах до 80 см, был прослежен только на некоторых участках раскопа. В этом слое найдены обломки посуды баночной формы, лепленой от руки из серой глины с примесью крупнозернистого песка. Подобная керамика встре­ чается в поздних дьяковских и городецких городищах, на городищах предбулгарской эпохи, а в мордовских погребениях доходит до XIV ве­ ка. Интересно, что коричневой лощеной керамики, встреченной в ниж­ них слоях Билярского и Суварского городищ, здесь не найдено. Воз­ можно, что городище возникло несколько раньше X века, может быть,, в IX или даже в VIII веке .

Выше залегает значительной мощности золотоордынский слой, хо­ рошо датируемый монетой XIV века и обломками поливной посуды XIII—XIV вв. Над ним всюду, где почва не нарушена поздними работа­ ми, лежит слой погребенной почвы незначительной толщины, на боль­ шинстве участков без вещей, относящийся ко времени запустения го­ родища. Выше его залегает русский слой XVI—XIX вв., хорошо дати­ руемый найденной здесь керамикой, обломками позднего фарфора и монетами XIX в .

Второй раскоп 1938 года был заложен близ «Монастырского погре­ ба». Полученные там разрезы дали возможность установить характер напластований, близкий к слоям раскопа на Коптеловом бугре. Един­ ственным отличием явилось отсутствие слоя, лежащего на подзоле .

Нужно думать, что этот слой уничтожен более поздними напластова­ ниями .

Исследования близ Четырехугольника были продолжены в 1946 го­ ду. К западу от Четырехугольника, на незастроенной площади села, между магазином сельпо и столярной мастерской Куйбышевского пром­ комбината, одним из отрядоів экспедиции А. П. Смирнова, руководимым Н. Ф. Калининым, был заложен раскоп площадью в 10 X 10 м, разделен­ ный на 25 квадратов. Разработаны были полностью все культурные на­ пластования, залегающие здесь на глубину до 2,85 м .

Культурный слой этого раскопа состоит из ряда напластований .

Верхний слой, в среднем около 10 см глубиной, представлял раститель­ ный слой, а в северо-восточной части уплотненную массу современной дороги. Второй слой, русский, состоял из большого числа древесных остатков и прослоек слежавшейся соломы и навоза. Мощность этого слоя неодинакова даже на небольшой площади раскопа—она колебалась от 20 до 80 см, доходя в отдельных местах до 1— 1,50 м; там, где современное население устраивало погреба, там культурный слой проре­ зал нижние булгарские слои и вещи из него выбрасывались вверх при земляных работах. В этом слое встречены остатки деревянных построек— срубы XVIII века, кладовые, серебристо-черная лощеная с обеих сторон керамика, которой в верхних горизонтах почти нет; там же найдены подсвечник, наконечник железной пики и обломок ручки сосуда в виде двух волют, изогнутых навстречу друг другу. Этот мотив заставляет вспомнить аналогичные орнаментальные сюжеты русіской архитектуры XVI века и, нужно полагать, что этот предмет датируется тем же вре­ менем. Примером могут служить памятники Троицкой лавры, где анало­ гичные волюты украшают поверхность алтарных абсид Введенского храма. Вторым предметом, имеющим большое значение для датировки слоя, является обломок изразца зеленого цвета глухого тона, украшен­ ный желтой розеткой. Этот предмет относится к XVII веку .

Весь открытый материал позволяет утверждать, что русские появи­ лись здесь в начале XVII века, может быть, в самом конце XVI века, повидимому непосредственно после присоединения Казани. О столь раннем времени свидетельствует еще один предмет, найденный в 1939 году—это крупный обломок монохромного красного изразца XVI века с изображе­ нием медведя .

Третий слой прослежен только на некоторых участках. Он непо­ средственно лежит под русским слоем. Зернистый по строению, распа­ дающийся на мелкие комья синеватого тона, этот слой напоминает чер­ нозем. Мощность его от 10 до 20 см, но достигает в отдельных слу­ чаях 25 см. При раскопках 1938 года на Коптеловом бугре этот слой почти не содержал находок. Тщательная проверка слоя и детальная расчистка дали в основном позднезолотоордынский материал. В нем были обломки поливных сосудов, 'темносиних и голубого тона, кирпич­ но-красная посуда, сфероконус и много лощеной керамики. Такой мате­ риал характерен для XIV века, но встречается и позднее в слоях Казани, т. е. относится таім к XV веку. Этот же слой в других частях городища датировался также XV веком. Нахождение в нем культурных остатков показывает, что разгром города в 1431 году не привел его к полному запустению и в центре, около булгарских святынь и Соборной мечети, пользовавшихся уважением мусульман, осталось жить население, хотя, повидимому, довольно немногочисленное .

Под третьим слоем, содержавшим изделия XIV—XV вв., лежали булгаро-татарские слои с большим числом строительных остатков от жилых домов, включая различные ямы. Это значительно нарушило спокбйный характер наслоений, следствием чего явилась некоторая перемешанность вещей. Стратиграфически указанное мощное культур­ ное напластование делится на ряд горизонтов, отличающихся друг от друга окраской, степенью насыщенности и составом .

Верхняя часть четвертого слоя мощностью в 70—80 см состоит из темного гумуса со включением кусков дерева и угля. В нижней его части открыты остатки дома № 1, а в верхней найден нижний камень жернова ручной мельницы .

В том ж е горизонте находился ряд нерегу­ лярных камней от фундаментов домов. К этому дому относится и яма в юго-западном углу раскопа. Этот слой содержит большое число коричнево-красной керамики высокого обжига, поливной из белой глв* ны с голубой поливой и кистевым рисунком зеленоватых и темных цветов, селадон, стекло, витой стеклянный голубой браслет. Вместе с жерновом были найдены бронзовые круглые бляхи типа, широко пред­ ставленного в Гляденовском костище, и стеклянный витой зеленый браслет, возможно, попавшие из нижних слоев. В развалинах дома № 1 собраны обломки посуды с голубой поливой, черный стеклянный витой браслет и обломок сосуда с темносиней поливой. В этом же слое нахо­ дился обломок глиняного сосуда с двумя ушками, напоминающего сар­ матские котлы. Найденный материал дает основание датировать этот слой концом XIII—XIV веком, а дом № I отнести к концу XIII или к на­ чалу XIV века .

Ниже проходит слой почвы коричневого цвета, что обусловлено большой его насыщенностью деревом. Мощность слоя 35—40 см. В тех местах, где слой не был нарушен поздними наслоениями, например, под домом № 1, состав вещей несколько отличен от верхнего слоя. Здесь прежде всего надо отметить напрясла из розового шифера, характерные для домонгольского периода, поливную керамику зеленого цвета и не­ сколько иную грубую керамику. Почти исчезает кирпично-красная кера­ мика, зато в большом количестве была найдена красно-желтая, желто­ бурая и серая. Встречались ручки от крышек билярского типа. Заслу­ живает быть отмеченным наличие в этом слое керамики желтой и крас­ ной, покрытой сложным орнаментом из линий и волют .

Еще ниже залегает узкая песчаная прослойка с примесью светлого гумуса около 20 см толщины с находками, аналогичными предшествую­ щим. В очень небольшом количестве здесь была найдена кирпично-крас­ ная керамика высокого обжига, столь характерная для четвертого слоя .

Наслоение это отличается от предшествующего только отсутствием большого числа остатков древесины, давшей тому слою характерный коричневый оттенок .

Состав находок побуждает объединить оба последних наслоения в одно. Наличие в нем керамики с зеленой поливой и напрясел из розового шифера датирует оба горизонта XII веком .

Оба эти горизонта XII века составляют пятый слой городища. Они отделены от вышележащих слоев глиняной прослойкой и отличаются от них незначительным числом находок. Ниже залегает песчаный серый слой со слабой примесью гумуса, под ним вторая прослойка глины, а затем снова идет песчаный слой со слабой примесью гумуса, подстилае­ мый материковой глиной .

Все эти три горизонта, мощностью около 60—70 см, содержали об­ ломки посуды, простой и лощеной, желто-бурого, желто-красного, жел­ того и темносерого цвета. Кирпично-красная керамика отсутствовала .

М ВоджСКШе Булгары Посуда из красной глины с зеленой поливой и двойная бусина лимонного тона, обычная для могильников X—XI вв., дают дату IX—X—XI вв. Подобные бусы в массе встречаются в погребальных памятниках Поволжья и Приуралья и почти отсутствуют в славянских курганах XII—XIII вв. Так как эта бусина была найдена в верхней прослойке глины и датируется X—XI вв., то, следовательно, вышеле­ жащий слой следует отнести к XII, а нижележащий к X веку. Можно ли говорить о времени более раннем? Повидимому, нет, так как отсут­ ствует керамика, характерная для предбулгарской эпохи, сделанная вручную из глины с примесью крупнозернистого песка, придающего поверхности шероховатый вид. Аналогичный характер непластований наблюдала 3. А. Акчурина при раскопках 1947 года в 100 м к юго-за­ паду от этого раскопа .

Отмечу, что сравнивая места этих раскопов (кроме раскопок на Бабьем бугре) с данными описи, составленной дьяком Михайловым в 1712 году, можно заметить, что все раскопы находятся в границах так называемого Малого окопа. Раскопы, заложенные в других местах городища — у Британкина озера, у Армянской колонии, у Малого го­ родка — пали наслоения только позднего времени, т. е. конца XIII— начала XV века, соответствующие тому слою, который был назван нами четвептым .

Британкино озеро расположено в 325 м к востоку от западного вала городища и в 110 м к югу от северной его границы2*. Озеро зани­ мает небольшую котловину, не имеет стока и питается в настоящее время исключительно весенними и дождевыми потоками, пересыхая в су­ хое лето. Место раскопок выбрано было на небольшом бугорке у юго-за­ падного угла озера. Северный склон снижается на протяжении 5 м .

При раскопках была выяснена следующая стратиграфия: слой пер­ вый, толщиною в 4—5 см, слой второй имеет среднюю мощность около 20 см, но к востоку он становится толще и в северо-восточном углу 9-го участка достигает 1 м .

Этот слой суглинистый, сильно гумированный, темносерой окраски, местами с небольшим количеством известнякового и кирпичного щебня;

в нем встречаются черепки посуды XX, XIX, XVIII и XVII вв. (фарфор, стекло, красная поливная, черная русская), железные предметы и кости домашних животных. Кроме того, здесь попадаются также фраг­ менты позднебулГарской посуды, характерной для XIV в. — красная толстостенная с линейным гребенчатым орнаментом, белая с голубой или синей поливой и черным рисунком, типичная «булгарская» посуда коричневого тона с лощением, ничтожное количество черепков черной тонкостенной, в 3—4 мм, посуды, имеющей в глине примесь толченых раковин. Последние найдены были на участках 1 и 2 в южном крае раско­ па и попали сюда случайно при земляных работах .

Слой второй покрыт поздним выбросом материковой глины из ямы соседнего участка (погреб) и имеет толщину в 8—10 см .

Под русским слоем лежит третий слой, верхний горизонт к о т о р о г о представляет пласт толщиной в 7—8 см, местами он достигает 15—17 см, местами прерывается и к востоку, на участках №№ 3, б, 8, 9, выклини­ вается. Это погребенный почвенный гооизонт, сильно окрашенный гуму° сом и в сыром виде трудно отличимый по окпаске от второго слоя; при высыхании приобретает синеватый оттенок. Структура его ореховатая .

Поздние русские культурные остатки в нем не встречаются и он опре­ деляет резкую границу между двумя культурными напластованиями .

Под погребенной почвой залегает позднебулгарский четвертый слой кон­ ца XIII—XIV вв. Датирующим материалом в нем служат: красная, хоро­ шего обжига, толстостенная (до 11 мм) посуда с линейно-гребенчатым орнаментом, красная посуда с толщиной стенок в 5—7 мм такого же характера, но часто лощеная, а также белый черепок с сине-голубой поливой и с черным подглазурным рисунком и медная монета XIV века, найденная на границе второго и третьего слоев на участке № 4 .

Слой четвертый представляет суглинистую и супесчаную массу серо­ го или желтоватого цвета, с многочисленными включениями углей, золы и скоплений костей с прослойками и линзами глины и подзола. Мощность его около 30 см. В нем были открыты ямы и невыразительные остатки деревянных сооружений .

Аналогичную картину дал район Армянской колонии. На расстоя­ нии 14 м к юго-востоку от развалин Греческой палаты был заложен раскоп площадью в 220 кв. м.

Стратиграфия раскопа следующая:

1-й слой растительный, толщиной в 5—6 см; 2-й слой гумусный, темнссерый, толщиной в 20—25 см, относится, судя по находкам, к русской эпохе XVI—XIX вв.; 3-й слой песчаный, с небольшим количе­ ством гумуса бурой окраски, весьма слабый в нижних горизонтах, где он легко сливается с подстилающим песком, толщиной в 20—40 см, датируется по находкам золотоордынской эпохой, в частности монетами золотоордынских ханов 80-х годов XIII и XIV в. Керамика в этом слое представлена следующими типами: а) красной, хорошо обожженной, редко с полосами лощения; б) коричневой, хорошо обожженной, с поло­ сами лощения; в) серой, хорошо обожженной; г) желтовато-розо­ вой, ручной лепки; д) серой, ручной лепки; е) поливной синей и темнозелекой. На участках №№ 1—4, Л и 21 обнаружены следы хозяйственной постройки площадью 2 X 2 м в виде котлована до 30 см глубиной, запол­ ненной интенсивно-черным гумусом, углем и древесным тленом. По углам сохранились следы четырех столбов до 35—40 см толщиной. Внизу кот­ лована найдена монета Менгу-Тимура, что позволяет отнести постройку к концу XIII века .

На расстоянии 1,5—2 м к юго-востоку на участках №№ И и 21 открыты остатки деревянного жилого дома. Зачистка выявила про­ слойки гумуса, древесного тлена, куски обугленных древесных балок и скопление кусков глины, потерявшей пластичность (повидимому, остатки печи) .

Такую же картину дал и раскоп у Малого городка .

Рассматривая материал из всех раскопок, произведенных в ряде мест городища, мы приходим к совершенно бесспорному выводу, что единственными пока местами, давшими ранние слои, являются Коптелов бугор и районы площади Четырехугольника и Бабьего бугра. Перво­ начальный Болгар, как видно, был небольшим городом. Этот вывод подтверждается сообщениями арабских путешественников. Эль-Балхи и ибн-Хаукаль, авторы X века, писали, что «...Булгар — маленький го­ род, не занимающий большого пространства»... «Куяба (Киев) больше Булгара» 2Т .

Исторические и археологические данные позволяют утверждать, что территория городища, окруженная дошедшими до нашего времени валами, относится к XIII—XIV вв., т. е. к монгольской эпохе, периоду вторичного расцвета города. На это указывают и исследования, прове­ денные в разных местах городища, и в первую очередь в районе опоясы­ вающего его вала .

Сохранившиеся до нашего времени валы и рвы тянутся на про­ тяжении около 8 км, то выпрямляясь, то образуя волнообразную линию .

Северная часть городища была защищена естественным рубеж ом — обрывом верхней террасы р. Камы Систематические раскопки для вы­ яснения характера укреплений почти не производились. Только в 1919 году экспедиция Самарского государственного университета, возглавляемая проф. А. С. Башкировым, произвела расчистку разре»

зов вяла допог и констатировала наличие каких-то деревянных кон­ струкций. В 1947 г. был раскопан участок для изучения конструкций вала и рва в западной части гоподища, в 130 м от боовки верхней террасы, где вал и ров х о р о ш о сохранились. Для выяснения стратиграфии района траншея была продолжена с восточной и запалной с т о р о н ы. П р и про­ хождении траншеи на протяжении 34 м на гребне вала, во рв и на западной стороне рва быди обнаружены следы деревянных к о н с т р у к ц и й, в связи с чем были зачищены дополнительно поверхность и склоны рва .

Как показали раскопки, слой почвы покпывает г о р и з о н т сепого пес­ ка Люлзол) мощностью от 40 до 50 гм. под котопьтм яядегяет темнокпясньтй сгликок. сильно песчянистый. С яр х р о д о п и еск ой т о ч к и зпения Бол­ гарское гополиттте имеет в этой части следующую, ярко выряженную стпятигпяФию: 1) почва, сливяюитяяся с русским слоем XVIII— XX вв. и

2) блгапский культурный слой (серый песок — подзол) .

Попопечный рязпез вала дал резко разграниченные напластования, позволяющие охяпактеоизовать его строение. Под дерновым покповом идет слой почвы темносерого цвета, толщиною от 8 до 10 см по гребню вала и до 25 см у его подножия, где обнаружено значительное количестр.о вещевого мятепияля. Т ут были ияйгтены обломки посуды кяк псг.кой .

так и татагю-блгалской и блгапгкой: под слоем почвы идет насыпной суглинок серовато-красного цветя (благодаря примеси сепого песка, к о ­ т о р ы й залегает иногда линзами). Незначительное количество булгарской керамики, найденной п р и прохождении толттти насыпного суглинка, объясняется материковым происхождением этого наслоения, насыпан­ ного п р и устройстве рва. На гребне вала, на глубине около 55 см. п р и зачистке отчетливо выступил ряд темных гумусных пятен, содепжащих мелкие кусочки перегнившего дерева. Диаметр пятен от 8 до 12 см, а глубина их залегания 8— 10 см. Расстояние м еж ду ними неодинаково .

П од шапкой насыпного суглинка леж ит куполообразная толща, серого песка, взятого из булгарского культурного слоя при рытье рва;

толщина насыпного слоя в центральной части не превышает 1 м. Песок изобилует остатками мелких корней. Найдены кости животных, уголь, обломки характерной булгарской керамики коричневато-красного цвета, лощеной и не лощеной. На глубине 1,5— 2 м, считая от гребня вала, серый песок разграничивается горизонтальным слоем погребенной почвы .

Это поверхность, на которую строители насыпали вал .

П од горизонтом погребенной почвы идет толща серого песка мощ­ ностью в 40— 60 см (булгарский слой), в которой было найдено боль­ шое количество мелких корней деревьев, уголь, кости животных, кера­ мика топа, характерного для всего периода X— XIV вв .

Серый песок налегает на стерильный красный суглинок. Профиль вала вполне характеризует ход работ по сооружению укрепленной линии: вначале был насыпан холм из серого песка, взятого с участка, предназначенного для разработки рва, затем, по мере углубления рва, выбирался суглинок и насыпался на холм Ыервго песка, Траншея, проведенная через ров, показала, что тут до сооружения рва находился овражек, который и был использован при постройке укрепленной линии, вследствие чего эта линия получила волнообраз­ ный вид. Наличие овражка убедительно доказывается падением пластов суглинка и перекрывающего его булгарского слоя на западном склоне рва .

Д н о рва покрыто толщей интенсивно-черного гумуса, переходя­ щего постепенно в материковый суглинок. На глубине 22 см обнаружено пять серых круглых песчанистых пятен диаметром от 6 до 12 см, ука­ зывающих на наличие каких-то укреплений, находившихся на дне рва .

Со стороны поля у рва, на глубине 40 см, были вскрыты следы оборон­ ных сооружений в виде темных гумусных пятен с остатками древесной трухи; в некоторых из них сохранилось дерево с гранями отески. Диаметр бреве» от 8 д о 10 см .

Напольная сторона рва дала характерную стратиграфию (уч .

№ № 14, 15, 16, 17): слой почвы 20—25 см, булгарский слой 45— 50 см и под ним материковый суглинок. Вещевой материал, выбранный из рва, смешанный: русский, татаро-булгарский, булгарский, также, повидимому, смытый с гребня и склона вала в верхней части городища весенними водами .

Целый ряд данных говорит за то, что вал и ров были сооружены в один строительный прием. В пользу этого предположения говорит как отсутствие погребенной почвы меж ду серым песком и суглинком, так и слишком большая площадка м еж ду рвом и насыпью серого песка (3,5 м ) .

Площадка, расчищенная по гребню вала, дала достаточно четкую картину надземной части укрепления. На глубине 25 см были открыты темные пятна с остатками древесного тлена и остатки бревна настоль­ ко хорошей сохранности, что можно было определить породу — дуб .

Размеры пятен сильно варьируют. Небольшие пятна имеют в диаметре от 10 д о 15 см, диаметр больших пятен 50— 60 см. Эти ямки имеют форму усеченного конуса и уходят в глубину до 75 см. Ширина укреп­ лений, проходивших по валу, не превышала 1,5 м .

На участках І-4 и І-5 замечены два резких пятна и рядом с ними следы от лежавш ей горизонтально совершенно перегнившей бал ки, шириной в 10 см .

Н а дополнительно вскрытом участке против Малого городка обна­ ружена надземная часть укрепления такой ж е конструкции .

Трудно восстановить архитектурный облик крепостных стен, так как для полной их реконструкции необходимы дополнительные данные, которые можно получить только при зачистке различных участков вала .

Нельзя представить себе оборону города без фланкирующих башен, располагавшихся обычно одна от другой на расстоянии полета стрелы .

Вероятно такие башни существовали и в этих булгарских укреплениях, но они не обнаружены еще раскопками .

Как показала расчистка дополнительных участков (И -а, б, с), дно рва было укреплено кольями. Н а красном фоне суглинка отчетливо выделялись 38 гумусных пятен диаметром в 6—20 см .

На западной стороне рва, на участках 13-а, 14-а, б, вскрыты остатки забитых в землю бревен. Некоторые из них хорошо сохранились. Это были своего рода надолбы .

Реконструируя открытые остатки укреплений, можно представить себе следующий их вид. По валу шла деревянная стена, состоявшая из забитых на расстоянии около 3 м друг от друга вертикальных стоек, пространство меж ду которыми было забрано стенками из горизонталь­ но положенных бревен, укрепленных в пазах стоек. Таких стенок было Две, на расстоянии около 1 м одна от другой. М ожно думать, что про­ странство меж ду ними было засыпано землей. Такая стена напоминает русские тарасы — срубы, засыпанные внутри землей. На дне рва были набиты колья, вероятно острием вверх. М еж ду кольями во рву лежал человеческий череп. С внешней стороны рва шли в четыре ряда надолбы, затруднявшие неприятелю подход ко рву и подвоз стенобойных машин .

Некоторую беспорядочность в расположении открытых деревян­ ных конструкций можно объяснить ремонтом укреплений после набегов русских ушкуйников, особенно частых во второй половине XIV века .

Аналогичную систему укреплений мы открыли и на южном участке вала, влево от дороги в село Три Озера, недалеко от Малого городка .

Там при зачистке поверхности вала были найдены остатки бревен, верти­ кально поставленных на некотором расстоянии друг от друга .

Вал был насыпан на культурном слое XIII— XIV в.в. Поскольку нижняя его часть состоит из того ж е культурного слоя, можно пола­ гать, что он был насыпан не ранее первой половины XIV века, когда уж е успели отложиться эти напластования .

М огильник Б аб и й бугор

На территории описанного выше двуслойного поселка находился могильник, возникший уж е после того, как поселок был оставлен жителями. Точно определить это время не представляется возможным, но во всяком случае это произошло в домонгольский период, повидимому, в конце XI века, так как должно было пройти довольно много времени, в течение которого производились открытые здесь многочисленные захоро­ нения; достаточно сказать, что на сравнительно небольшой площади было исследовано 218 разновременных, часто пересекавших друг друга, захоронений .

Все эти погребения однотипны. Они сделаны в неглубоких ямах, куда были опущены колоды или гроба, прямоугольные или в форме ящика, расширяющегося к голове. Умерших клали на спину, головой на запад, лицом к югу или северу. Строгого ритуала в положении рук не замечено .

Подавляющее количество погребений было без вещей, и только около некоторых найден погребальный инвентарь .

Датировка захоронений может быть установлена по вещам и на основе изучения стратиграфии. Погребения располагаются на разной глубине в три яруса. Все они совершены из разных горизонтов булгарского слоя. Д но могил находится или в булгарском или добулгарском (VII) слое, или в материке. Разный уровень культурного слоя объяс­ няется процессом смыва почвы с верхних площадок городища, а не нара­ станием культурного слоя в процессе жизни. М ож ет быть, частота захо­ ронений и нарушение ранних могил более поздними за сравнительно короткий срок следует объяснять тем, что смываемая сверху земля при­ крывала надмогильные памятники и следы могил терялись .

Все захоронения перекрыты погребенной почвой (слой III), отделяю­ щей булгарский слой от русского, или русским слоем. Ни в одном слу­ чае не установлено, чтобы погребения совершались из русского слоя. Это дает основание датировать кладбищ е булгарским временем .

Изучение стратиграфии кладбища позволяет уточнить эту дату .

Во всех случаях в материале, встреченном в засыпке могильных ям, была найдена керамика, характерная для булгарского времени X—-XIII вв., или ж е керамика, бытовавшая в течение всего булгарского периода; ни ра­ зу не обнаружено вещей типично позднезолотоордынских. Исключение со­ ставляет засыпка могилы № 20, где оказалась медная джучидская моне­ та 681— 710 (1281 — 1311) гг .

Д ля определения уровня, с которого производились захоронения, было обращено внимание, кроме материала из засыпки, на верхние грани ям. Это удалось сделать, хотя не во всех случаях. Так, могила № 110 (двойное погребение) дала профиль ямы, выходящей только в нижние горизонты наслоения, а могила № 116 была отчасти нарушена при устройстве могилы № 110. Следовательно, обе эти могилы относятся к раннему времени, что подтверждается находками в засыпке ям лоще­ ных булгарских черепков раннего типа. Часть могил следует отнести к золотоордынскому периоду. К этому времени относятся погребения нижней площадки, в частности братская могила. Верх этой могильной ямы выходит под коричневатую прослойку XV—-XVI вв., отделяющую русский слой от булгарского, т. е. могила относится ко времени конца существования города. В ней, повидимому, были погребены одни из по­ следних защитников города .

Количество могил с вещами крайне ничтожно. Это объясняется, по­ видимому, мусульманским обрядом захоронения, чему не противоречит ориентировка захороненных головой на запад и лицом на юг, в сторону центра мусульманства — Мекки. У части покойников лицо повернуто к северу. Это как будто свидетельствует о пережитках старого обряда захоронения .

Обряд погребения на могильнике Бабьего бугра не соответствует описанию погребения булгар, данному ибн-Ф адланом28, совершенно определенно говорящему о могилах с подбоем, которые восходят в своей основе к поздней стадии сарматской культуры. Простые ж е неглубокие могильные ямы характерны для местных могильников Поволжья, например, Армиевского, Кошибеевского, более ранних погребений М а­ лого бугра и Ново-Мордова и т. д. Погребения Бабьего бугра принадле­ ж ат, следовательно, местным земледельческим племенам, составлявшим значительную часть населения Булгарского царства .

Найденные в могилах Бабьего бугра вещи весьма интересны и дают возможность судить о булгарских украшениях не по дорогим городским ювелирным изделиям, известным по кладам, а по рядовому материалу .

В могиле № 9 найдена серебряная пуговица сложного плетения, представляющая как бы узел. Подобные плетеные в узелок бусины известны на височных кольцах из владимирских курганов 29, найденных в поселке Вознесенском, Шуйского уезда 30. Такие ж е бусины были найдены с вещами XII века и в Волхове. А. А. Спицын отмечает, что подобные серьги очень обыкновенны в древностях XII—XIV вв., особенно татар­ ско-мордовских, но начало свое они ведут с XII, а может быть и с конца XI века 31 .

А. В. Арциховский в «Курганах вятичей» описывает в числе трехбусинных височных колец тип узловатых; он отмечает их среди мате­ риалов среднерусских племен новгородцев, кривичей, владимирских и костромских вятичей, дреговичей, родимичей и северян и относит этот тип к XI— XII вв., к первой стадии своей хронологической классифи­ кации .

Следует отметить, что вещи такого плетения встречаются в ранних славянских комплексах. Плетенка, как орнаментальный прием, известна на вещах из Гнездова и из Старорязанского клада, где плетенка укра­ шает пластинку; она обычна и на скандинавских фибулах X— XI вв. Этот мотив переплетения, иногда соединенный со звериным стилем, характе­ рен для русского искусства XI—XII вв. Сама по себе плетенка довольно широко распространена в культуре того времени. Она известна и на Кавказе, и в Сибири, и в Малой Азии. Не решая вопроса о том, откуда появилась в Болгарах эта манера орнаментации, все ж е, сравнивая ряд русских и булгарских памятников, можно высказать мнение, что этот мотив является одним из показателей влияния древней Руси на булгарскую культуру .

В погребении № 40 были найдены вещи совсем иного характера .

Это богатое женское погребение содерж ало овальные серебряные серь­ ги, украшенные вставками янтаря с филигранной полосой по краю .

Сверху серьги заканчиваются круглыми полушарными вставками с тон­ кими змейками по бокам. В этом ж е погребении найдены два крючка, небольшое зеркало с крестообразным орнаментом и небольшим ушком посредине, нож и железный предмет неопределенного назначения. Такого типа зеркала довольно обычны в поздних памятниках Северного Кав­ каза X— XIV вв., встречаются они и в кочевнических погребениях того же времени. Серьги также могут быть датированы X— XII вв. Такие укра­ шения не известны ни в ранних, ни в более поздних памятниках золото­ ордынского времени, однако общий облик и характер орнамента позво­ ляет сопоставить их с орнаментом на концах серебряных браслетов, укра­ шенных овальными, вернее, грушевидными вставками из пасты или кам­ ней, окруженными перекрученной в виде веревочки проволокой. Концы таких браслетов украшены полушарными вставками, что дополняет сход­ ство с нашими серьгами. Подобные ж е браслеты, найденные на юге СССР, датируются XI— XII в в.32 .

Манера украшать вещи вставками из камней известна с раннего времени. Она была широко распространена в алано-хазарскую эпоху, чему примером может служить материал могильников Кумбулта и Чми .

Вещи того ж е стиля распространены и севернее. Их можно указать в ком­ плексе вещей, найденных в Уфе и относимых к VII—VIII вв. Отзвуки этого стиля известны даж е на Каме. В булгарских кладах XII века мы встречаем ряд вещей, украшенных вставками камней, причем они не всегда окружены полосками зерни. Эти соображения, при учете стра­ тиграфических данных, дают основание датировать найденные серьги XI— XII вв. Этой дате не противоречит и зеркало .

И з частей костюма найдены куски ткани. Они были обработаны ученым реставратором Е. С. Видоновой. В их числе оказались куски шел­ ковой ткани красновато-золотистой окраски, представляющие остатки кафтана. Интересен пояс длиною около 1 м, изготовленный из полосы зо ­ лотистого шелка, орнаментированного розеточками. Этот мотив представ­ ляется далеким отзвуком сасанидского искусства 33 .

В могиле № 35 найдены остатки обуви. Одна туфля на гладкой подошве (или нижняя часть сапога) сохранилась достаточно хорошо .

Ее реставрация была произведена М. А. Рождественской под руководст­ вом Е. С. Видоновой. По общему виду она напоминает обувь, извест­ ную по находкам в Новгороде и по изображениям в лицевых сводах .

Носок туфли острый и несколько загнут кверху .

Наконец, в том ж е могильнике на Бабьем бугре была найдена при археологических раскопках бронзовая небольшая чашечка полушарной формы, диаметром в б см. Такие чашки известны в довольно широких хронологических границах, но здесь отмечу лишь одну, правда, богато орнаментированную, изданную Н. Ф еттихом34, относимую к IV веку .

П одобная ж е серебряная чашечка была найдена близ дер. Малая Шокшера (Чердынский музей) вместе с гривнами глазовского типа, кото­ рыми она датируется IX— X вв. Такие чашки известны и в моршанских могильниках (Елисавет-Михайловский могильник, раскопки П. П. Ивано­ ва), где они датируются IX— X вв. Близкие варианты можно указать и среди памятников русской культуры, относимых к домонгольской эпо­ хе 35, и в материале восточного серебра, изданного Я. И. Смирновым. Но близкие по форме чаши имеются в то ж е время и в памятниках XIV века .

Примером может служить Белореченский могильник .

Итак, весь этот материал, при учете данных стратиграфии, дает основания датировать нижние горизонты могильника на Бабьем бугре домонгольской эпохой. Таким образом, раскопки 1947— 48 года, про­ веденные весьма тщательно А. М. Ефимовой, привели к открытию пер­ вого датированного булгарского могильника домонгольской эпохи .

Добытый краниологический материал позволит антропологам уточнить ряд вопросов, связанных с изучением этногенеза народов Поволжья .

А рм янская колон ия За описанным нами выше валом, к западу от городища, метрах в 150 от него, находились развалины здания, называемого, по преданию, Греческой палатой. Впервые они были описаны в 1712 году дьяком Ми­ хайловым, который отметил, что «за валом к Волге реке палата четвероугольная без сводов, мерою длины 5 саж. с аршином, а поперек ЗУг са­ жени, вышина сажень, вход в ту палату в одни двери..., та палата была наперед сего церковью, потому что около ея многие есть кладбищные каменья с надписью, а подписи походили на армянские пись­ мена» .

П оследующ ие путешественники XVIII—XIX вв. не видели уж е этих развалин, расхищенных населением на постройки, а в XX веке той ж е участи подвергся и фундамент .

В районе этого памятника в начале XVIII века при Петре Великом были найдены армянские надгробия с христианскими эпитафиями .

В 1722 году армянин Васильев сделал перевод их на русских язык. И з­ данные первоначально Лепехиным, они позднее, в 1862 году, вновь переведены были Броссе, который установил дату, отнеся их к 784 (1335) и 770 (1321) гг .

Большой интерес представляют раскопки Греческой палаты, произ* веденные В. Ф. Смолиным в 1916 г о д у 36. В своем кратком отчете, издан­ ном в 1919 году, он описал погребения, открытые внутри здания и к во­ стоку от него. Все они одного типа. Покойники лежали в гробах на спине вытянуто, головой на запад, с небольшим количеством вещей .

Самая Греческая палата оказалась прямоугольным зданием, с дву­ мя парами пилястр по северной и южной станам и с входом с западной стороны. Здание ориентировано по линии восток— запад .

Значительно больше, чем этот отчет, дают архивные материалы В. Ф. Смолина, хранящиеся в библиотеке Казанского университета37 .

Полевые его дневники рисуют план здания в виде прямоугольника с двумя парами пилястр по северной и южной стене. Там даны также профили стен и приложен план раскопок, из которого видно, что В. Ф. Смолин заложил не­ сколько траншей внутри зд а ­ ния. Однако он, повидимому, считал свои раскопки незакон­ ченными, так как в напечатан­ ном отчете он отмечает недо­ статок средств, отпущенных на исследования38 .

Разведки в районе Грече­ ской палаты установили следу­ ющий порядок культурных сло­ ев. Сверху под растительным слоем (№ 1) залегает русский слой XVI— XIX вв. (№ 2 ), хоро­ шо датируемый лощеной серебристо-черной керамикой XVI— XVII вв., фарфором и монетами XIX века. Под ним находится булгаро-татарский слой конца XIII—XIV вв., датируемый го­ лубой и синей поливной посу­ дой и монетами того ж е време­ ни. Ниже залегает грунт. Слоя' Рис. 115 .

погребенной почвы, обнару­ женного в других местах, здесь не установлено .

Большую роль в решений вопроса датировки Греческой палаты сыграл раскоп № 1, за ­ ложенный в 30 м к юго-востоку от зд а н и я 39, так как он позво­ лил сопоставить дневную по­ верхность Греческой палаты с уровнем культурного слоя № 4, относящегося к XIII—XIV вв .

Профили раскопа дали воз­ можность установить следую­ щий порядок наслоений. П од растительным и гумусным рус­ ским слоем XVI—XIX вв. зале­ гает песчаный, с небольшим количеством гумуса, татаробулгарский слой (№ 4 ). Окрас­ ка четвертого слоя небольшой интенсивности, особенно в ниж­ них горизонтах, где он легко сливается с материковым пес­ ком. Мощность его от 20 до Рис. 117 .

40 см. В западной части раско­ па (участки № № 5 и 9) слой Рис. 115—117. О бразцы орнаментов менее интенсивен как по мощ- на булгарской посуде .

ности, так и по насыщенности находками. Покойное залега­ ние слоя в восточной части рас­ копа (участки № № 1— 4, 11—

26) нарушено постройками со­ временного поселка и могиль­ ными ямами кладбища. Ямы, наполненные интенсивно-чер­ ным гумусом, прослойками са­ жи, древесного тлена, угля и скоплениями яркокрасной пе­ режженной глины, характери­ зуют слой территории поселка .

Этот слой пересекается могиль­ ными ямами, заполненными пе­ ремешанной песчано-глинистой почвой. Создается картина хао­ тического смешения гумуса, глины, песка .

При раскопках обнаружены две «грабительские» ямы. О д­ на из них нарушила погребение под каменным надгробием (участок № 16, погребение 20), а вторая на участке № 23 .

Вещей в культурном слое оказалось немного, особенно в западной части раскопа. Н е­ сколько больше их было в вос­ точной части, на территории Рис. 118 .

поселка (участки № № 1— 4, И — 13, 21 ). Очевидно, город­ ская жизнь в этих местах раз­ вивалась слабо .

Находки состояли преиму­ щественно из керамики следу­ Р и с. 119 .

ющих групп: 1) керамика крас­ ная, хорошо обожженная, тон­ костенная, иногда с резным ор­ наментом в виде горизонталь­ ных или арочных линий; подоб­ ная керамика обычна для золо­ тоордынских городов и встре­ чена как в верхних, так и в нижних горизонтах слоя; 2) ке­ рамика коричневая, хорошо обожженная, тонкостенная, с лощением; 3) керамика серая, хорошо обожженная, встречен­ ная в небольшом количестве;

Рис. 120 .

4) керамика желтовато-се­ рая, недостаточно обож ж ен­ Рас. 118—120. О бразцы орнам ентов ная, пористая, с примесью на булгарской посуде .

песка, один черепок с гребенчатым орнаментом; встречена в не­ большом количестве, главным образом в нижних горизонтах; 5) кера­ мика ручной лепки, розовато-желтая, в профиле иногда дающая серую прослойку, пористая, с шероховатой поверхностью, с примесью к глине крупнозернистого песка или толченой извести, с орнаментом резным, ликейным и гребенчатым, черепки довольно толстые (6— 8 мм); 6) ке­ рамика ручной лепки, серая, тонкостенная, плохо обожженная, пори­ стая, с примесью толченой раковины, встречена в небольшом количе­ стве, главным образом в нижних горизонтах (рис. 115— 120) .

Интересен небольшой фрагмент поливного сосуда с зелеными и чер­ ными округлыми линиями, зелеными точками и синими пятнами по зе­ леновато-серому фону. Такой узор типичен для поливной золотоордыиской керамики XIII—XIV вв. Следует отметить также находку сфероконуса из красной глины, в котором находилась медная золотоордыкская монета с полустертым изображением животного, вероятно собаки .

Найдена также одна серебряная золотоордынская монета с изображ е­ нием тамги и пятилпестковой розетки; монета была обнаружена в ниж­ нем горизонте слоя при зачистке котлована строения, в подстилающем слое сажи (участок № 1) .

Кроме того, найдено небольшое количество металлических вещей:

ключ и пружина от замка обычного булгарского типа, предмет неизве­ стного назначения в виде ж елезного стержня до 7 см длиной, плоского, с заостренным концом и двумя круглыми завитками в верхней части, 13 железных гвоздей. Гвозди до 9 — 11 см длиной в виде четырехгран­ ных железных стержней с заостренным концом и шляпкой неправиль­ ной круглой формы .

Содержание культурного слоя ясно показывает его возникновение и существование в татаро-булгарский период, точнее в XIII—XIV вв .

В северо-восточной части раскопа (участки № № I—4, 11 и 21) были обнаружены следы небольшого хозяйственного строения и жилого дома. На участках № № 1— 4, непосредственно под вторым (русским) слоем, на фоне бурого татаро-булгарского слоя открыто четырех­ угольное пятно интенсивно-черного гумуса размером 2 X 2 м. Вскры­ тие пятна при раскопках выявило яму до 30 см глубиной, заполненную интенсивно-черным гумусом с прослойками сажи, древесного тлена, кусков углей, обугленных сучьев. П од гумусом находился подстилаю­ щий слой сажи до 3—4 см толщиной. В саж е прослежены обугленные зерна злаков и солома. По углам ямы оказались 4 круглых цилиндри­ ческих углубления до 35— 40 см диаметром, видимо следы четырех вер­ тикально стоявших столбов. М ожно предполагать, что здесь находилось небольшое деревянное хозяйственное строение. Яма, углубляясь до 10 см в материковый песок, находится в толще третьего слоя, что позво­ ляет относить время постройки и существования строения к периоду существования и дальнейшего нарастания этого слоя. Строение хорошо датируется по серебряной золотоордынской монете, найденной при зачистке .

В непосредственной близости, на расстоянии 1,5— 2 м к юго-восто­ ку, обнаружены следы деревянного жилого дома. Вскрытая поверх­ ность культурного слоя пестрела серыми и красными пятнами гумуса и глины. Дальнейшая расчистка выявила прослойки гумуса и древес ного тлена, среди которых встречались куски обугленного дерева и скопление пережженной, потерявшей пластичность глины с прослой­ ками сажи до 2 см толщины. Несколько ниже и к югу зачисткой были открыты следы двух лежавших под углом переводин. Эти остатки позво­ ляют догадываться о том, что здесь стояла разрушенная впоследствии печь и деревянный жилой дом. Непосредственная близость жилого дома и упомянутого выше хозяйственного строения предполагают какую-то связь меж ду ними. Эти строения принадлежат поселку, находившемуся за чертой города, вне городского вала, близ Греческой палаты .

Начатое в 1945 году исследование установило нахождение у Грече­ ской палаты, несколько южнее ее, христианского армянского некрополя XIV века. Было найдено 113 погребений. Раскоп вскрыл основную пло­ щадь некрополя. Некрополь этот невелик. М ожно думать, что в нем было не более 150 погребений40 .

Могильные ямы пересекают татаро-булгарский слой; они начи­ наются под русским слоем в верхней части та таро-булгарского. Таким образом культурный слой западного пригородного района наслоился и оформился до времени некрополя, возникшего позднее .

Каменные надгробия, о которых упоминает выпись 1712 года, на поверхности некрополя в настоящее время не сохранились, так как большая их часть, включая и армянские, была использована местным населением на хозяйственные нужды. Известны пять надгробий с ар­ мянскими эпитафиями, три из которых датированы 1308, 1321 и 1335 гг .

Путешественники и исследователи XVIII и начала XIX века упоминают о плитах с армянскими надписями в фундаменте и на камнях пола ме­ стной Успенской церкви. При раскопках были обнаружены два надгро­ бия (могилы № № 20 и 29) из песчаника, размером 80 X 190 X 20 см .

Поверхность плит обпаботана троянкой, надписей и орнамента нет .

В ряде погребений (№ № 78, 86, 87, 92, 106, 110 и др.) открыты фраг­ менты надгробий, причем на двух обломках имеются арабские бквы .

Арабские буквы на армянском надгробии 1335 года отмечает и Бросс е 41. Наличие арабских букв на армянских надгробиях является инте­ ресным свидетельством воздействия булгар, у которых был принят араб­ ский шрифт, на население армянской колонии .

Характер погребений всюду единообразный — захоронения произ­ водились в могильные ямы в форме вытянутого четырехугольника с округлыми углами при соотношении сторон 2 м X 80 см, с прямыми стенками и плоским дном, ориентированные с востока на запад. Костя­ ки леж ат на глубине 90— 100 см, головой на запад и лицом вверх, руки сложены на груди .

Погребения производились в деревянных досчатых гробах. Во многих могилах прослежены следы древесного тлена в виде характер­ ных узких, до 1— 1,5 см ширины, полос вдоль краев могильных пятен .

Гвозди найдены почти во всех могилах (до 13 экз. в одной могиле) .

Гвозди железные, четырехгранные, со шляпками неправильно-круглой формы; длина гвоздей от 6—7 до 10— 11 см. Расположение гвоздей поз­ волило сделать вывод о форме досчатого прямоугольного гроба с крыш­ кой из двух досок, соединенных под углом. Доски одного гроба были скреплены скобами и накладками. В могиле № 75 на 15 см выше костяка лежали в два параллельных ряда 13 скоб и 12 накладок на расстоянии 15— 20 см одна от другой и в 20 см от краев могилы. Н иж е костяка скре­ пы не обнаружены. Видимо, здесь гроб имел иную форму, возможно даж е, что это была колода. Крепление гробов железными скобами было встре­ чено и на Кубани, в станице Казанской, в курганах XIV века 42 .

В могилах обнаружены остатки богатых шелковых тканей, расши­ тых золотыми и серебряными нитями, с вытканным на них стилизован­ *8’ ным растительным орнаментом и арабскими письменами, а также остат­ ки тонкого шелкового покрывала (могилы №№ 25, 43, 82, 94). В неко­ торых женских и детских могилах (№№ 15, 21, 27, 32, 35, 64, 75, 88, 94, 100) найдены золотые и серебряные височные кольца, серьги, бусы .

Однако в большей части могил никаких вещей не было .

Следует отметить богатое женское погребение в могиле № 94, где обнаружены остатки шелковой ткани, расшитой золотными нитками, и тонкое шелковое покрывало. В глазной впадине костяка лежало височ­ ное кольцо из толстой золотой проволоки, на пальце руки находилось пластинчатое серебряное кольцо, отделанное по краям сканью, а на за ­ пястье лежало пять зеленых стеклянных бусин. Височное кольцо, один конец которого налегает на другой, полуобвивая его, заставляет вспом­ нить распространенные у славян такие кольца с завязанными концами .

Близкую форму завязыванья представляет кольцо из могильника XI— XII вв. близ д. Федово, Новгородской области 43, и кольца смоленских и тверских курганов XII— XIII вв.44. В кольце из могилы № 94 завязка упро­ щена, сведена к минимуму, представляя вырождение этого типа .

Большого внимания заслуживает кольцо из тонкой золотой проволоки с тремя позолоченными жемчужинами, найденное в могиле № 64 с пра­ вой стороны костяка, близ верхнего угла нижней челюсти. Д ве жемчу­ жины надеты на кольцо, а одна на пересекающую кольцо золотую про­ волоку. Кольцо восходит к булгаоским височным кольцам X—XII вв., более крупным, с тремя напускными бусинами и подвесками; некото­ рые из подобных колец имеют в центре утку с шариком в клюве. Коль­ ца пышно украшены сканью и крупной зернью. М ожно полагать, что кольцо с жемчужинами представляет крайнее упрощение и схематиза­ цию кольца с уткой, восходящего, в свою очередь, к трехбусинным ки­ евским височным кольцам X— XII вв .

Височные кольца из серебряной проволоки с концом, расплющен­ ным в тонкую пластинку и загнутым спиралью, найдены в двух погребе­ ниях и при зачистке третьего участка, куда они, повидимому, были зане­ сены зверьками из соседних погребений. Там ж е оказались две медные вызолоченные шаровидные пуговки с ушками. В булгарских древностях подобные кольца встречаются не впервые; их изображение мы находим в Археологическом атласе находок булгарских древностей А. Ф. Л иха­ чева 45. П одобное ж е кольцо найдено в кургане XI века Гнездовского мо­ гильника 4в .

В погребении № 100 (детском) найдено пять колец, лежавших по­ лукругом пониже черепа. Кольца сделаны из серебряной проволоки, несомкнутые; на одном конце серебряный кубик с срезанными углами, перед кубиком спиралька из более тонкой проволоки. Подобные кольца известны в древностях Кавказа. Так, в могильнике XII— XIV вв. близ аула Озорукова в Грозненской области найдено было бронзовое кольцо из толстой проволоки, один конец которого завершен подобным ж е ку­ биком 47. Янтарная шестигранная бусина была найдена в могиле № 75 при зачистке .

В могиле № 35 с правой стороны черепа находилась золотая про­ волочная серьга со стерженьком из двух перевитых проволочек. Близ­ кие по форме серьги, известные в булгарских древностях48, встречены и на Кубани в станице Андрюковской, в курганах XIV—XV вв.49. Они имеют более пышную отделку стерженька с петелькой и спиралькой, Серьга из погребения № 35 представляет упрощенную форму .

Ш Среди найденных в могилах некрополя близ Греческой палаты тканей (некоторые из них изданы художником-реставратором Е. С. Видоновой) нам хотелось бы отметить две вышивки: одну с изображением пантеры и вторую с двумя танцующими фигурами. Пантера представлена иду­ щей влево, с повернутой на % почти четырехугольной мордой. У нее за­ остренные уши, правая лапа с выпущенными когтями поднята ВЕерх. Ж и­ вотное представлено на фоне дерева, от которого сохранились ветви и овальные листья. По общему облику, по рисунку морды, по ушам, по фону с деревьями, эта пантера напоминает изображения на сасанидском серебре, а по позе с поднятой лапой — зверя с подноса послесасанидского времени. Как неоднократно отмечали И. Орбели и К. Тревер, сасанидские традиции были весьма живучи и сохранялись до позднего средне­ вековья не только на Востоке, но даж е в отдаленных местах Европы .

Совершенно естественно, что в волжской Булгарии, где сильна была струя восточной культуры, сасанидские традиции дожили до XIV—XV вв .

Вторая вышивка представляет две обрамленные рамкой челове­ ческие фигуры также на фоне дерева. От первой фигуры сохранилась только нижняя часть, вторая же уцелела почти вся. Она стоит ли­ цом к зрителю и держит в правой руке платок. На голове у нее шапочка с .

расширяющимся плоским верхом, которая завершается чем-то в виде стержня с перекладинами. На фигуре надет прямой кафтан, перехва­ ченный поясом. Дополнительные стежки вышивки позволяют установить детали этого костюма, обшитого тесьмой по подолу и на рукавах. Эти детали кафтана, его покрой и шапка напоминают аналогичные одежды на иранских миниатюрах XIV— XV вв.50 и на армянской фреске, изобра­ жающей Хутлу-Буги б1. Эта последняя устанавливает лишний раз связь Булгарии с Востоком и в первую очередь с Арменией (табл. VIII, рис. 121) .

Г реческая п ал ата К северо-западу от могильника находятся развалины Греческой палаты. Уже к 1712 году, времени составления выписи дьяка Михай­ лова, при отведении земли под монастырь, палата лежала в развалинах .

В этом отношении весьма показательно впечатление Свиньина, посетив­ шего Болгары в начале XIX века, который записал: «Нет ни малейшего признака, по коему археолог мог бы угадать и подтверждать истину сего предания: развалины сии так обрушены рукою времени и так древ­ ни, что на них выросли уж е толстые березы» в2 .

К XX веку не сохранилось и тех жалких руин, которые можно было наблюдать раньше. Н ад землей же не возвышалось стен и только ос­ нования их угадывались под землей. В 20-х годах расхищение косну­ лось и фундаментов. В. Ф. Смолин отметил, что при посещении палаты в 1925 году он уж е не мог наблюдать того, что другие видели год тому назад вз. В настоящее время на поверхности земли лежат четыре гряды камней, составляющие абрис палаты. Все это окружено оградой, хранящей руины этого замечательного архитектурного памятника .

Раскопки палаты ставили задачу открыть все здание достаточно широкой площадью, чтобы выяснить и окружающие постройки, в чис­ ле которых все документы XVIII— XIX вв., начиная с выписи 1712 года, отмечают столб. Однако близость края оврага, боязнь его разрушения, особенно учитывая быстрый процесс оврагообразования в тех местах, заставили нас отказаться от первоначальной мысли и ограничиться тран­ шеями с внешней стороны, особенно узкими вдоль северной стены, чтобы уничтожить кустарника, хорошо укрепившего склон и край высокого берега. По той ж е причине был оставлен не вскрытым небольшой участок с южной стороны. Восточная и западная стороны открыты довольно широ­ кими площадями, что дало возможность исследовать вход и детали устройства алтарной части. Внутренняя часть вскрыта последовательными участками на перевал, кроме одного небольшого, ранее раскопанного В. Ф. Смолиным .

Положение Греческой палаты, ее ориентировка по линии с востока на запад, на что в свое время обратил внимание Риттих, не оставляет сомнения в том, что мы имеем здесь дело с христианским храмом. И трудно согласиться с мнением Березина, считавшего, что «направление здания показывает, что это не была церковь, а, вероятно, здесь было складочное место для ценных товаров или жилище какого-нибудь бога­ того иностранного купца, постоянного жителя Булгара» .

Раскопки дали небольшой датировочный материал в виде керамики и строительных обломков, найденных внутри здания. Первый фрагмент поливной керамики был обнаружен на глубине 1 м в северо-западном углу здания. Он представлял собою небольшой обломок чаши из белой глины, с одной стороны бирюзового, а с другой темносинего цвета. По аналогии с керамикой золотоордынских городов нижнего Поволжья, он может быть датирован XIV веком .

Другой предмет, дающий возможность судить о времени постройки здания,— кусок алебастрового раствора со следами кирпича, толщиной в 3,5 см, был найден на том ж е участке в забутовке стены. Кирпичи та­ кого размера характерны для золотоордынской эпохи, как можно су­ дить по материалу золотоордынских городов нижнего Поволжья и Сувара. Домонгольские слои дают кирпич более крупного размера .

Эти данные позволяют отнести годы построения Греческой пала­ ты к золотоордынскому времени. Довольно точно можно определить дату и на основе анализа стратиграфии культурного слоя .

Раскоп № 1 и южные профили участков раскопа самой Греческой палаты дают возможность представить себе порядок культурных на­ пластований, который в основном соответствует общей стратиграфии Болгарского городища, установленной раскопками 1938— 1949 гг. и 1945 года у Британкина озера. П од первым поверхностным растителъ ным слоем залегает слой № 2— русский, дающий материал XVI— XX вв .

Н иже проходит, правда, не во всех местах, слой погребенной почвы, относящийся ко времени запустения городища — с конца XV до XVI ве­ ка, а у Британкина озера — до XVIII века. П од ним лежит булгаро-татарский слой, который, как показывает материал раскопа № 1, относится к XIV веку .

У Греческой палаты верхний слой весьма мощен и содержит большое количество строительного мусора. Нижние культурные слои почти на всех участках раскопа палаты, в результате долголетних раскопок населения, не прекращающихся и доныне, и раскопок проф. В. Ф. Смоли­ на, перемешаны и не позволяют определить последовательности культур­ ных напластований. Исключение составляет участок № 1, примыкающий к южной стене здания, где на глубине 1,1 м было открыто погребение, обычного для некрополя Греческой палаты типа, т. е. головой на северозапад, перекрытое непотревоженным русским слоем и слоем погребенной почвы. На южной стенке раскопа на указанном участке № 1 выделился булгаро-татарский слой, верхняя граница которого идет на глубине 35— 40 см. Немного ниже, на глубине 50 см, проходит верхняя граница фундамента и начало регулярной кладки стены. Иными словами, соор^Рис. 122. План Греческой палаты в Б олгарах.— Рис. 124—127 (сверху вниз) .

Кладка фундамента и цоколя южной, западной, северной и восточной стен палаты .

13 Волжские булгары ]9 3 жение относится ко времени четвертого культурного слоя, датируемого XIV веком .

Эта постройка (рис. 122) имеет вид прямоугольника с прямыми сте­ нами, длиной с востока на запад 16,4 м при ширине с юга на север

12.6 м. Внутреннее помещение представляет комнату в 12,4 м длиной и

8.6 м шириной, с толстыми стенами (около 2 м ), расчлененными двумя парами пилястр 60 см шириной на три почти равные части. Выступая от стены всего на 30 см, пилястры играли, повидимому, чисто декоративную роль. При постройке здания почти на краю высокого берега был вырыт котлован в виде траншей, в который укладывался фундамент. Ширина траншей 2,2— 2,3 м, глубина 90 см — 1,1 м .

Фундамент выложен из нерегулярных камней плотного известня­ ка и песчаника самого различного размера 4 0 X 6 0 X 3 0, 6 0 X 4 0 X 5 2, 30 X 25 X 20 и 70 X 80 X 60 см, положенных насухо, без связующего ве­ щества. Внутренняя часть фундамента заполнена более мелкими камня­ ми и обломками. Особенно крупные камни леж ат с северной и восточной стороны. Фундамент выложен довольно ровно, без какого-либо расши­ рения книзу .

Кладка стены здания (табл. VI, рис. 123), ровная и параллельная, на­ чинается на глубине 55 см от современного уровня почвы (по юго-восточн .

у гл у ); погребенная почва проходит на глубине 30 см. Стена выложена от­ ступя от наружного края фундамента на 10— 20 см; с внутренней стороны она составляет одну плоскость с фундаментом, только в северо-восточном и юго-восточном углах здания прослежена небольшая бровка и отдельные камни первого ряда фундамента выступают там на 50 см. Стена, имею­ щая толщину ів 1,95 м, состоит из двух облицовок с заполнением внут­ реннего пространства полубутовой кладкой .

Наружное зеркало стен состоит из хорошо обтесанных и подогнан­ ных плит известкового туфа, высотой в первом ряду 43 см, а во втором 50 см. Толщина их колеблется от 10 до 30 см. Большинство этих плит так плотно подогнаны друг к другу, что швы едва заметны. Внут­ ренняя часть стены была сложена из плохо и небрежно обтесанных раз­ номерных камней; швы меж ду камнями неровные и достигают 3—4 см .

Такая кладка предполагает штукатурку поверхности, которая закрывала неровности стены. Внутреннее пространство в стене было заполнено нерегулярными камнями разной величины и залито алебаст­ ровым раствором .

От стен сохранился по северной стороне первый ряд кладки и не­ сколько камней второго ряда, а по западной стороне один первый ряд .

Южная и восточная стены не сохранились (рис. 124— 127) .

Как видно по фундаменту, здание было прямоугольными и не имело выступающей абсиды .

В хода в здание в западной стене, о котором пишут путешественни­ ки XVIII— XIX вв. и В. Ф. Смолин, нам найти не удалось. Правда, в центре западной стены имеется разрыв во внешней облицовке, шири­ ной в 1,35 м. Однако он не прорезает всей толщи стены и оставляет нетронутой полубутовую кладку и внутреннюю облицовку. Н ужно ска­ зать, что В. Ф. Смолин, отметивший в своем кратком опубликованном отчете наличие входа в западной стене, не указал его на рукописном плане, приложенном к материалам исследования Греческой палаты. М ож­ но предполагать, что первые ряды кладки соответствуют цоколю здания, а самый вход был выше. На том ж е месте, где отсутствует облицовка, возможно, были ступени, по которым поднимались и входили в паліату .

Пол здания не сохранился. Почти все внутреннее пространство перекопано и, повидимому, многократно. Как можно судить по отдель ным участкам в разных частях здания, земля внутри при постпойке была вынута на глубину 60 см, считая от уровня почвы, и в песок были забиты четырехгранные, заостренные на концах боски различной толшины ( 5 X 5, 8 X 8, 2 0 X 2 0 см ), высотой в 50—70 см. Следы свай были прослежены в юго-западном углу, вдоль западной стены, в юго-восточном углу и в центре здания. Эта деталь заставляет вспомнить здание Четырех­ угольника, где под полом также были обнаружены сваи .

На подготовленный таким образом песок строители положили слой глины в 35— 40 см толщиной, а выше забутовку в 30— 40 см, следы которой сохранились у восточной стены, и уж е на эту забутовку уклады­ вали плиты пола. Отдельные их экземпляры найдены п р и раскопках в выбросе. Плиты эти квадратной формы, размер их 5 6 X 5 6 см, тол­ щина 10— 12 см .

От архитектурного оформления здания сохранились только осно­ вания двух пар пилястр с южной и северной стороны, разделяющие все здание, как говорилось выше, на три части .

О бследованное сооружение, несомненно, было культовым христиан­ ским памятником, на что указывают захоронения под полом и располо­ женный рядом некрополь, в могильном инвентаре которого оказались крестики, а такж е восточная ориентировка здания .

Некоторые строительные приемы, как-то, прекрасная притеска квадров, составляющих внешнюю облицовку этого здания, полубутовое заполнение массивных стен и простое внутреннее пространство, все это заставляет вспомнить некоторые памятники армянского зодчества и маленькие церкви типа базилик, обычные для Кавказа Весьма близок по плану к этой постройке двухэтажный храм 1339 года в монастыре Нораванк в Армении, где наблюдаются те ж е размеры и те ж е пропор­ ции, что и у Греческой палаты. Сближают также оба эти памятника мас­ сивные стены, отсутствие выступающей абсиды, прямая восточная стена нижнего этаж а, пилястры, оживляющие южную и северную стены, и использование нижнего этажа в качестве склепа. Кпоме того, весьма близки к Греческой палате старый храм в Феодосии XIV века и Сурпхач в Старом Крыму — постройки того ж е времени, где в поямой восточной стене имеются небольшие углубления, заменяющие абсиду .

Приведенные аналогии дают основание поставить Греческую палату в связь с существованием армянской колонии в Болгарах, что подтвер­ ж дает и находка в XVIII веке в ее районе армянских надгробий .

Имя Греческой или «Грецкой» палаты было присвоено не только зд а ­ нию около самого городища, но и другому, расположенному в лесу по дороге к Ага-Базару, приблизительно в 750 м от западной околицы села Болгара. Там сохранились бугры, как бы следы от разрушенной постройки .

Траншея, заложенная поперек одного бугра, вскрыла остатки разобран­ ного фундамента в виде кладки из нерегулярных камней и кусков але­ бастрового раствора, тут ж е были найдены и бытовые вещи. Остатки фундамента оказались столь невыразительными, что не удалось выяс­ нить ни характер постройки, ни ее план. Найденные здесь несколько обломков булгарской керамики красного цвета с лощением заставляют ориентировочно отнести здание к золотоорльтнской эпохе. Развалины п о с т р о й к и, повидимому, принадлежат тому поселку, к о т о р ы й был пасположен меж ду берегом Волги у Ага-Базара и Болгарским городищем .

Раскопки на территории городища Большие раскопки в 1938— 1940 гг. были произведены на берегу Меленки, на склоне городища. Стратиграфия культурного слоя здесь в основном совпадает с установленной на верхнем плато городища .

Культурные отложения залегают на слое желтого песка. Первого культурного слоя, аналогичного нижнему горизонту Коптелого бугра, с грубой керамикой, тут нет. Мощный золотоордынекий слой толщи­ ной д о 2 м здесь, как и наверху, покрыт тонким слоем погребенной поч­ вы, выше которой залегает русское наслоение толщиной около 1 м .

На значительной площади слой перерыт в XIX веке при кладоискательских раскопках и при добыче известкового камня, и в результате стратиграфия была нарушена. Культурное напластование в нижней ча­ сти городища имеет одну особенность: в золотоордынской его части встречается значительное число ранней керамики и наблюдаются прос­ лойки песка, как и в погребенной почве. Русский слой здесь содержит помимо вещей XVI— XIX вів. материал золотоордынского времени, попав­ ший вниз в результате естественного разрушения и смыва слоев с верх­ ней площади городища .

Русский слой непосредственно сливается с растительным и состоит из светлого гумуса с прослойками песка и глины, смытых с верхнего плато городища. В этом слое обнаружены различные ямы хозяйствен­ ного назначения и две деревянные бани ХІП— XIX вв., представлявшие собой срубы, углубленные в почву. Эти бани, на значительной площади нарушили культурный слой и древние сооружения. На участках, где в XVI— XIX вв. производились кладоискательские раскопки, в верхнем слое попадается большое количество бута, кирпичей и обломков белого камня из нижних горизонтов. В русских слоях бьгли найдены монеты XVIII— XIX вв., маленькая глиняная кукла с белой поливой и с черной окраской волос XIX века, обломки посуды желтого и серого цвета, до настоящего времени бытующей у населения края, большое количество черной простой и лощеной посуды XVII— XVIII вв. Характер лощения (в клетку) позволяет сопоставлять ее с керамикой Москвы того ж е вре­ мени. В этом ж е слое были найдены небольшой железный цилиндрический замок XVIII века, железные гвозди, скобы, остатки кожаной обуви, не­ поливной изразец с изображением медведя, идущего с опущенной головой и высунутым языком, а также обломки глиняных декоративных пяти­ гранных колонок с поверхностью, покрытой каннелюрами; последние вещи могут датироваться XV и XVI вв. Найдено, кроме того, довольно значительное число обломков посуды, покрытой коричневой поливой, ха­ рактерной для XVIII—XX вв., и куски кузнецовского фарфора .

Весь этот материал не оставляет никакого сомнения в датировке слоя. В непеоемешанном виде он встречался только там, где позднее земляные работы не нарушили стратиграфии городища, в других ж е ме­ стах вещи золотоордынского и русского происхождения перемешаны .

Золотоордынский слой отделяется от русского небольшой прослой­ кой погребенной почвы голубовато-серого цвета в среднем 20 см тол­ щины. В верхней его части, на границе с русским слоем, был найден упомянутый выше неполивной изразец с изображением медведя, дати­ руемый XV— XVI вв. Эта находка позволяет отнести погребенную почву к XV веку, когда город Болгар леж ал в развалинах .

В нижней части городища золотоордынский слой проходит над мос­ товой XIV века и развалинами бани и содержит в себе прослойки песка и обломки золотоордынской керамики. В этом слое найдено много различ­ ных бытовых вещей, характеризующих культуру горожан XIV века. Среди находок около 300 монет Узбек-хана, Джанибек-хана, Хызр-хана и Бердибек-хана. И з них две монеты обнаружены в русском слое, в раскопе на берегу Меленки. Большинство монет медные и лишь несколько сереб­ ряных .

И зделия из кости представлены большим числом кусков кости со следами ударов топора, обстругивания ножом, а многие с ясными сле­ дами распила. Из готовых вещей найдены костяные рукоятки ножей, пластинки, навершия ножей, пуговицы с отполированной поверхностью, покрытой обычным для булгарской культуры циркульным орнаментом, и проколки .

Бронзовые вещи, весьма редкие в находках этой части городища, представлены одной медной сулеей (соісудом в виде чаши с носиком), изготовленной путем чеканки с последующей 'полировкой, половинкой замка в виде лошадки, покрытого циркульным орнаментом (подобные замки, обычные для городов Поволжья X— XIV вв., особенно большое распространение получили здесь в монгольскую эпоху), обломками от шкатулок и котелков небольшого размера, обломком бронзового сосу­ да цилиндрической формы с выпуклым узким поясом, отделяющим край сосуда, на котором выгравирован растительный орнамент. Орнамент этот, типичный для XIII—XIV вв., состоит из комбинаций трилистника, включенного в подобный ж е трилистник большего размера .

Из других бронзовых вещей заслуживает быть отмеченной часть подсвечника в виде изогнутого стержня с несохранившейся нижней частью; она завершена звериной стилизованной головкой с отогнуты­ ми губами и одним рогом. Стержень заканчивается остроконечным вы­ ступом с кружком для насадки свечи .

Большой интерес представляет небольшая бронзовая матрица для изготовления перстней полушарной формы с орнаментом для штамповки шатонов, припаивавшихся затем к перстням .

Найдена также бронзовая небольшая пластинка с двумя ушками, украшенная растительным и точечным орнаментом; орнамент нанесен резцом. Подобный орнамент весьма чаісто встречается в вещах золото­ ордынского времени. Можно указать ряд аналогий таких розеток и пластинок, покрытых точечным орнаментом 55. Пластинка представляет часть капторги, в которых носили амулеты или частички святынь. Богатые капторги известны в ряде кладов X века. Они имели широкое распро­ странение в Золотой Орде в XIII— XIV вв.56 .

Из других украшений найдены обломки витого стеклянного брас­ лета, несколько стеклянных синих и зеленых бус и проволочная сереб­ ряная серьга в виде вопросительного знака с небольшой жемчужной бусиной, нанизанной на стержень характерного для XIV века типа .

Ж елезные вещи представлены обломками косы или горбуши, сер­ пом, который ближе всего по типу подходит к серпам, определенным А. В. Арциховским как булгарские 57, кольчатые ножницы, обычные для Золотой Орды, два крючка для вязания в виде стержней 12 см длиной со слабо загнутым одним концом и утолщением на другом конце; по ана­ логии с этнографическим материалом эти крючки могли употребляться для вязания ковров .

Частыми находками были прямые черешковые ножи обычного типа, цилиндрические замки с ключами, кузнечные гвозди, пробои и ломы, обычные в находках городищ феодальной эпохи .

При раскопках было найдено значительное число обломков ж ерно­ вой. часть из них плоские, диаметром около 40— э0 см, другие выпук­ лые, несколько конической формы, диаметром до 80 см, с большим отверстием в центре .

Главную часть находок, как обычно, составляют обломки посуды .

Большая часть их принадлежит простым неполивным сосудам, выделан­ ным на ручном гончарном круге. Находки некоторого количества днищ со следами среза ниткой указывают на применение и ножного гончар­ ного круга. Однако встречается посуда, приготовленная вручную, с шеро­ ховатой поверхностью, характерная для городищ добулгарской эпохи .

Основную массу черепков составляют обломки толстостенной по­ суды до 1 см толщиной красного цвета, покрытой резным орнаментом — линейным или волнистым, фестонами или линиями, нанесенными гребнем .

Эти черепки принадлежат крупным сосудам высокого обжига. Подобной ж е фактуры и с такого ж е рода орнаментом встречено много обломков тонкостенных, как правило, небольших сосудов. К этой группе, помимо орнаментированной, принадлежит много и неорнаментированной посу­ ды, довольно обычной для городищ золотоордынской эпохи .

Найдено немало посуды коричневого цвета различных оттенков, что зависит от степени обжига, значительно более низкого, чем обжиг красной посуды, как можно об этом судить по темной прослойке в тол­ ще черепков. Почти все они имеют следы лощения в виде вертикальных полос или сетки. Верхнюю часть сосудов покрывает орнамент зубчатый, линейный или волнистый .

Следующую группу составляет керамика желтого цвета. В боль­ шинстве это фрагменты тонкостенных сосудов, сравнительно редко украшенных обычным линейным, волнистым и зубчатым орнаментом .

Эта группа насчитывает значительное число обломков .

Посуды черного цвета сравнительно немного; среди нее встреча­ ются обломки сосудов, изготовленных вручную. Интересно отметить наличие волнистого и линейного орнамента и на этой керамике .

Черепки посуды с примесью раковин представлены единицами .

Найденные обломки принадлежат горшкам с отогнутым венчиком, кувшинам с ручками, крынкам и амфоровидным сосудам с плоским дном;

из мелких сосудов встречены лампочки и миски из черной, желтой и красной глины .

Ручки кувшинов, мисок и лампочек овальные в сечении. Иногда они украшены одним небольшим или двумя выступами, повидимому, пред ставляющими пережиток сарматской эпохи, когда ручки делались в виде фигуры животного с ушами на голове. Как отмечено, обычным орнаментом для посуды является зубчатый, линейный и волнистый, при­ чем орнаментальные мотивы встречаются в разных вариантах и нане­ сены или тонким, или широким резцом. Наряду с простыми, широко рас­ пространенными узорами, встречаются и более сложные, в виде заштри­ хованных квадратов или арок и фестонов .

Несколько особняком стоят сфероконические сосуды, изготовлявшие­ ся чаще всего из тех ж е сортов глины, что и обычная посуда .

Цвет их красный, коричневый и желтый, некоторые носят следы лощения .

Нередки сфероконические сосуды из голубой и серой глины, оттисну­ тые в формах с рельефным штампованным орнаментом в виде розеток, звездочек и полушарных выступов .

Поливных сосудов, лампочек, мисок и горшков найдено немного, число их не превышает 4— 5% от общего количества керамики. Полив­ ные сосуды изготовлялись из глины красного или белого цвета. Н аибо­ лее распространенной являлась зеленая полива без узора или с расти­ тельным орнаментом черного или коричневого цвета. Такого ж е харак­ тера и голубая неорнаментированная посуда .

Немало встречено обломков посуды из красной глины, расписанной линейным и растительным орнаментом, нанесенным темной краской и покрытым прозрачной стекловидной поливой. Часть керамики, изготов­ ленная из белой глины, расписана красками и сверху покрыта стекло­ видной поливой. В ряде случаев по белому фону нарисованы синие круж­ ки и точки, серые линии, или ж е по голубому фону темносиние линии и точки. Наносился орнамент и зеленой краской. Особенно хороши об­ ломки синего цвета, разрисованные черной краской. Пересекающиеся линии, круги, цветы и фигуры птиц покрыты толстым слоем стекловид­ ной прозрачной поливы. Значительно реж е встречались обломки сосу­ дов, покрытые желтой поливой. Наконец, довольно большая часть кера­ мики при однотонной окраске украшена разноцветными орнаментами .

Из других керамических поделок встречены прямоугольные пла­ стинки величиною 4 X 2,5 см и детские игрушки. Одна из них имеет вид конька с обломанными головой и ногами и с длинной шеей, на которой выступами обозначена грива; вторая — круглый полый шар — погре­ мушка, диаметром в 6,5 см с четырьмя отверстиями. Найдено такж е ко­ ническое навершие, покрытое голубой поливой. Следует отметить, что конек напоминает фигуру кабанчика, найденного в Камыш-Буруне в Крыму с материалом I—III вв. н. э .

Среди находок имеется несколько обломков китайского селадона, который экспортировался из Китая в XII—XIV вв. Его изготовляли из беловатой массы с большим количеством каолина и покрывали глазурью бледнозеленого, фисташкового тона. Найденные фрагменты принадлежат гладким неорнаментированным сосудам .

Если сравнить керамику из раскопок 1939— 1940 гг. с материалами других памятников, то можно увидеть, что она ближе всего подходит к керамике золотоордынских городов нижнего Поволжья, где встречается, наряду с посудой высокого обжига, керамика низкого качества и сосуды, сделанные от руки. Тот ж е характер имеет и поливная посуда, отли­ чающаяся от материала городов нижнго Поволжья только меньшим разнообразием орнамента и расцветки .

От домонгольской керамики булгарская посуда отличается, глав­ ным образом, иным соотношением типов. Красная, хорошо обожженная посуда, появившаяся в небольшом числе, повидимому, только в конце XII века, здесь встречается в большом количестве, хотя и сопровождает­ ся той ж е коричневой лощеной и желтой, характерной для булгарских городищ. В материале раскопок Болгара отсутствуют некоторые типы, обычные в материале Биляра и Сувара, как, например, крышки от сосу­ дов с высокими ручками, особенно ж е резко отличается поливная по­ суда, находимая обычно единицами и представленная здесь иными ти­ пами. Эти сравнения позволяют говорить о золотоордынском характере керамики значительной части слоев Болгарского городища .

Предметы из стекла представлены только обломками круглых окон­ ных стекол с загнутыми краями и с небольшим, коническим выступом в центре .

Весь раскопанный материал — керамика, монеты, бронза, кость отно­ сится к концу XIII века, главным ж е образом к XIV веку .

Изучение сооружений, открытых в нижней части городища в раз­ личных горизонтах золотоордынского слоя, позволяет разбить этот слой на три части .

К первому, нижнему слою, состоящему из светлого гумуса и смыто­ го песка, относится яма, представляющая подполье деревянного дома, только частично открытого раскопками, с частью пола и скоплением про­ са в отдельных местах. Эти остатки дома залегают ниже большого зд а ­ ния, от которого уцелел лишь фундамент, залегающий над ямой .

Второе сооружение того ж е времени — деревянный колодезь 2 м глубины, размерами 1,5 X 2,4 м. Стены его были обложены деревян­ ными тесаными досками, связанными по углам в шип. Нижняя часть на высоту 40 см была выложена дубовыми досками, скрепленными впритык. Для лучшего крепления этот нижний сруб расклинен неболь­ шими кусками досок, затесанными в виде клиньев. Пол на две трети выложен дубовыми досками. Этот колодезь существовал до начала XIV века, когда он был засыпан и над ним был проложен водопровод из гончарных труб. В засыпке колодца найден квадратный кирпич величи­ ной 21 X 21 см с поверхностью, покрытой голубой поливой, типичной для XIV века, и обломки керамики золотоордынского времени. В верхних частях этого ж е слоя найдено 8 монет Узбек-хана (1312— 1340 гг.) .

К следующему периоду относится фундамент какого-то большого здания и нижняя мостовая. Мостовая сохранилась только на отдельных участках, так как большая ее часть была разрушена в XIX веке ори кладоискательских работах. Сложена она из прямоугольных и треуголь­ ных плит разного размера. Плиты уложены в культурном слое на ряде участков с подсыпкой щебня. Мостовая эта производит впечатление весьма неаккуратной работы, что явилось результатом деформации, а отчасти и небрежности при постройке. Отдельные камни выступают над общим уровнем, самые камни грубо оббиты и плохо обработаны .

В юго-восточном углу обнаружен глубокий водосток, проложенный от небольшого водоема, сохранившегося лишь частично. Водосток сло­ жен из ряда каменных блоков, имеет уклон к реке. Водоем прямоуголь­ ной формы, обложен внутри профилированными плитами, имеющими пазы для укрепления вертикальной ограды. Вода подавалась в водоем при помощи двух трубопроводов (рис. 128). Указанный выше водосток мог служить для отвода излишков воды из водоема .

На уровне мостовой, к западу от нее, найден фундамент из крупных, грубо обделанных нерегулярных блоков до 1 м 'в длину, 60 см в ши­ рину и 70 см в высоту. Камни фундамента в два ряда сложены всухую, без раствора .

К южному концу фундамента с восточной стороны примыкает кладка из квадратных кирпичей размерами 25 X 22 X 6 см, скреплен­ ных глиной и частично известью. Кирпичи уложены в культурном слое со щебнем в 10— 20 см толщины. Кладка эта представляет собой прямо­ угольник с выступающими крыльями, длиной в 2 м, шириной с крыль­ ями в 1,45 м. Возможно, что кирпичная кладка является частью входа в здание .

П од мостовой, на глубине 30— 40 см, шел в разных направлениях во­ допровод, сложенный из разнотипных гончарных труб диаметром в 10— 13 см и длиной 25—40 см каждая. Трубы лежат в ложе, образо­ ванном двумя параллельными рядами камней. С этим ложем трубы свя­ заны при помощи алебастровой обмазки; ею ж е скреплены меж ду собой и отдельные трубы. Трубы леж ат не по прямой линии, а образуют зигзаги Рис. 128 .

–  –  –

и извилины, поэтому на -поворотах мы находим короткие трубы, а на пря­ мой линии более длинные. Трубы этого водопровода представлены раз­ личными тапами. Имеются боченкообразные, с небольшими утолщени­ ями в средине; цилиндрические, с выступающим ребром в средине; в форме усеченного конуса. Трубы боченкообразные, как правило, самые короткие, а два последних типа представлены длинными трубами. На внутренней стороне их сохранились следы выделки с помощью ленточной техники (рис. 129) .

Как было сказано выше, трубы соединялись меж ду собой алебаст­ ровым раствором, причем в местах крутых поворотов строители приме­ няли соединительную муфту из известняка с двумя вводными отверстия­ ми, куда вставлялись трубы, закрепляемые алебастровым раствором .

На мостовой найдены монеты ханов Джанибека (134Ф— 1357 гг.) и Бер* дибека (1357— 1359 гг.) и бронзовое зеркало, датируемое XIV веком .

Большое число найденных монет позволяет заключить, что мосто&ая су­ ществовала раньше средины XIV века .

Н а 70 см выше лежит верхняя мостовая, сохранившаяся в виде небольшого участка в юго-восточном углу раскопа (рис. 130). Эта мосто­ вая сложена из прямоугольных камней разного размера, плотно подог­ нанных друг к другу, и покоится на культурном слое. Плиты хорошо обра­ ботаны и имеют ровную поверхность. На уровне этой мостовой и ниже были найдены монеты ханов Золотой Орды, начиная с Узбек-хана (1312— — 1340 гг.) и кончая Хызр-ханом .

Ко времени сооружения верхней мостовой необходимо отнести один трубопровод, пересекающий более ранний и оканчивающийся в центре раскопа распределительной муфтой с выводным отверстием, направлен­ ным кверху. Так как в этом месте трубопровод имеет подъем вверх, то его муфта, несомненно, соединялась с каким-то фонтаном или водое­ мом на уровне верхней мостовой .

На ее ж е уровне к востоку от раскопа открыты остатки бани. Н ад баней и кад вымосткой верхней мостовой залегает слой погребенной почвы, которая, как сказано, соответствует времени запустения города в XV веке .

Описанные сооружения принадлежат трем эпохам. Верхняя мосто­ вая относится к началу второй половины XIV века; она датируется монетами первой половины и начала второй половины XIV века, найден­ ными в подстилающем слое. Такие ж е монеты были найдены и на ее по­ верхности. Очевидно, она сооружалась в то время, когда были в обраще­ нии эти деньги. Двести из найденных монет можно датировать довольно точно .

Нижняя мостовая с водопроводом и фундаментом большого здания относится ко времени хана Узбека и датируется началом XIV века .

Основанием для этого служ ат следующие соображения. На мостовой найдены монеты хана Узбека, начиная с самых ранних. Вместе с тем в колодце, который был засыпан перед постройкой мостовой и водопро­ вода, найден поливной кирпич голубого цвета XIV века. Все эго и позволяет отнести нижнюю мостовую к началу этого века. В таком слу­ чае предшествующий ей колодезь и подполье деревянного дома, отно­ сящиеся к золотоордынскому слою, надо датировать концом XIII века .

При раскопках в центре города были открыты остатки домов. И з них к булгарскому времени относится довольно хорошо сохранившее­ ся, благодаря обугленности дерева, одно деревянное здание. Стены его сложены из сосновых бревен до 30 см в диаметре. Уцелели неполных два венца сруба. К сожалению, углы не прослежены и о характере скреплений говорить нельзя. Размеры дома внутри 3,3 X 4,7 м, сна­ ружи, вместе с пристройкой, 5 X 5 м. Длинными стенами дом ориенти­ рован с северо-востока на юго-запад. Такое расположение, вероятно, объясняется общей планировкой этой части города (табл. VII, рис. 131) .

У юго-восточной стены дом а была пристройка в виде помоста из досок, шириной 1,2 м и длиной около 5 м. Внутри дома сохранились пол, остатки печи, рухнувшие и обуглившиеся при пож аре балки, части потолка .

Печь расположена у северо-западной стены, ближе к северному углу. Размеры печи 90 см X 1,2 м. Она дошла до нас в разрушенном уж е виде, но по найденным здесь кускам полуобожженной глины, многие из которых имеют дугообразное очертание, можно заключить, что печь была сводчатая, высотой около 1 м. П еред печью, почти посредине дома, открыто подполье, в которое провалилась часть разрушенной печи и по­ ловые доски. Многие доски пола и наружного помоста террасы сохрани­ лись. Доски тесаные (заметны следы обработки теслом), толщиной до 8 см, шириной до 35 см. Уложены они плотно, в направлении с юго-вос­ тока на север о-зап ад58 .

Близ восточного угла дома найден лошадиный череп, положен­ ный в качестве «оберега», тщательно зарытый в ямку и прикрытый ка­ менной плитой, величиной и формой соответствующей черепу. Обычай класть лошадиную голову под углом постройки сохранялся и позднее среди местного татарского населения .

Внутри дома и вообще в слое № 4 собрана масса культурных остатков, датирующих этот слой XIV веком. Сюда относятся, помимо массы раздробленных костей домашних животных — овец, коров, ло­ шадей, черепки гончарной посуды хорошего обжига с разнообразной орнаментацией; обломки глазурованной посуды с голубой и синей поли­ вой, с различными иодглазурными и надглазурными орнаментами; облом­ ки люстровой серой и красной штампованной стеклянной посуды; ж е ­ лезные ножи, замки, гвозди, железные и медные шлаки; бронзовые и медные зеркала, бляхи, пряжки; осколки китайской форфоровой п осу­ ды (селадон); бусы пастовые, стеклянные и янтарные; куски необрабо­ танного янтаря; костяные рукоятки ножей; глиняные напрясла; обломки стеклянных витых браслет и др .

Наиболее поздними являются остатки кирпичного здания, открытого о верхнем горизонте золотоордынского слоя. Остался лишь пол, уходя­ щий в южную стенку раскопа, собранный из кирпичных плит (размер его не установлен). Он положен на служившую фундаментом площадку из сырцового кирпича. Сырцовый кирпич изготовлен из глины с примесью культурного слоя и имеет размеры 1 9 X 1 9 и 25 X 25 см при толщине 4— 5 см. Фундамент выложен на глине при толщине раствора 3— 7 см .

Промер в одном месте, где леж ат наиболее ровные слои, дал 21 ряд кирпича и 20 рядов раствора общей мощностью 1,7 м. Ниже фундамен­ та находятся остатки заброшенных сыродутных горнов более раннего времени .

Эти развалины служили полом какого-то кирпичного здания, отно­ сившегося к числу хотя и богатых, но рядовых построек. Аналогичные дома известны в Селитренном городке, где открыты здания площадью 3,5 X 3,5 м с кирпичным полом и точкой в правом углу; стены их кир­ пичные, иногда сырцовые. Подобные ж е здания исследованы в Старом Сарае, где система отопления устроена не под полом, а в канах (леж ан­ ках), имеющих около 60 см вы соты59, в Мечетном, в У в ек е60 и в М аджарах, где раскопками В. А. Городцова в 1907 году был открыт ряд домов с полами на подстилающем слое, в некоторых случаях до 18 см толщинойв1 .

Все аналогии показывают, что данный дом входит в серию домов с глинобитным полом, лежащем на подсыпке, как в М адж арах, или на сырцовом кирпиче, как в Болгарах. Трудно судить о системе отопления этого дома, но так как под полом не было замечено никаких следов ка­ налов, то нужно думать, что дом отапливался при помощ системы труб под лежанками, как это широко применялось в городах нижнего П о­ волжья в XIII—XIV вв .

Описанное здание имеет черты, связывающие его с более ранними постройками домонгольской эпохи. Такой чертой является устройство фундамента в виде подушки из сырцового кирпича. Этот прием наблю­ дался в Суваре, куда он, повидимому, был занесен из Средней Азии, где это вызывалось антисейсмическими соображениями. Д ом вероятно при­ надлежал богатому человеку, мож ет быть ремесленнику .

Засыпанные горны под фундаментом здания ничем не связаны с ним и относятся к предшествующей эпохе .

К тому ж е XIV веку, а, может быть, к концу XIII века относится ряд деревянных зданий, по своему характеру напоминающих постройки более раннего времени. К сожалению, современные постройки (раскоп­ ки производились на улице деревни) ограничили возможности расшире­ ния раскопа и древние постройки были исследованы лишь частично .

В се дом а были выстроены из соснового дерева в виде срубов; со­ хранились остатки их деревянных полов из толстых досок, положенных на переводины. П од полом устраивались довольно значительные под­ полья с зерновыми ямами в виде цилиндрических или боченкообразных углублений. Открытые здесь дома могут служить иллюстрацией к сооб­ щениям восточных путешественников X— XII вв., отмечавших, что бул­ гары строят деревянные дома из сосны. Эти постройки, сохранившиеся лишь частично, аналогичны дому, описанному выше, и другим домам, изученным в Суваре .

Интересной чертой этих домов является их ориентировка в длину с юго-запада на северо-восток. Из них два дома расположены почти по одной линии, третий стоит по другой линии, на расстоянии 10 м к во­ стоку, приблизительно на одной линии с домом, открытым отрядом Н. Ф. Калинина в 1946 году. Встает вопрос о том, не является ли эта линия древней городской улицей конца XIII — начала XIV века?

В начале XV века ее уж е не было, так как на этом месте был выстроен дом с кирпичным фундаментом. .

С охранивш иеся пам ятни ки архитектуры Город Великие Болгары является единственным булгарг.ким го$о^ лом, где сохранились памятники архитектуры. Среди них два граждан ских общественных здания ~~ бани, остальные культовые, датируемые XIV веком .

Одно из них, так называемый-Четырехугольник, представляет собоіі остатки Соборной мечети (рис. 132). Анализу этого памятника посвя­ щено исследование А. С. Баш кирова62. Здание прямоугольной фор­ мы, с многогранными башнями по углам, имеет 44 м длины и 40 м шири­ ны и ориентировано с севера на юг. Северный фасад сохранил остатки портала (пиштака) шириной в 8 м, основание которого отстоит от углов на 2 м. В ход в здание, шириной 2,2 м, обрамлен был прямоугольными выступами 2 Х 1,5 м; аналогичные выступы находились по бокам вхо­ дов с восточной и западной стороны. Гладь южной стены оживлялась тремя подобными ж е выступами размерами 2,5 X 2 м. Центр среднего выіступа этой стены совпадает с центральной линией здания. Двери в восточной и западной стенах были разного размера и профиля и имели лестницы, ведущие внутрь. У углов на этих фасадах сохранились незна­ чительные остатки окон .

Угловые башни представляют одно целое со всем зданием. Н аруж ­ ная поверхность их была разбита на десять граней. Башни северного фасада значительно меньше южных. Диаметр первых 7,5 м, вто­ рых 9 м. Здание было сооружено из известняковых, хорошо пригнанных плит, с забутовкой внутренности стен щебнем, залитым алебастровым раствором. Фундаментом служил бут, мощностью под стенами от 85 см до 1 м и до 2,4 м под выступами и угловыми башнями. Бутовый фундамент был укреплен забитыми в почву дубовыми сваями .

Внутри здания находилось 20 восьмигранных колонн, поставленных в четыре ряда с юга на север. К аж дая колонна имела свой фундамент я кубовидную базу из тесаных камней, сложенных на извести. Верхние углы баз были срезаны. Восьмигранный фуст колонны с треугольным срезом в нижней части нес капители в форме усеченной опрокинутой пирамиды со срезанными нижними углами, покрытые лиственным орна­ ментом (табл. VIII, рис. 133) .

Кровля здания была плоской, на что указывает находка большого числа обгорелых стропил, упавших при пожаре на поверхность пола .

Как мы видим, Четырехугольник повторяет один из типов ипостильных зал средневекового Востока. Ближе всего болгарский Четырех­ угольник подходит к восточным памятникам XIV века. В качестве ана­ логии можно указать на мечеть Амру в Старом Каире, перестроенную в 30-х годах XIV века. Там зал разделен колоннами на несколько нефов .

Колонны поддерживают на себе килевидные арки, несущие деревянное плоское перекрытие .

Особенно близки Четырехугольнику памятники сельджукской Тур­ ции, например мечеть Кай-Кабада I {1220 г.), где зал с колоннами имеет плоское покрытие, и мечеть Улу-Джами (XIV—XV вв.), имеющая про­ порции, весьма близкие к бол гар ском у: Четырехугольнику. Плоское покрытие подерживают там четыре ряда колонн по пять колонн в каж ­ дом. И, наконец, самой близкой по типу является медрессе — мечеть в Старом Крыму .

А. С. Башкиров68 убедительно доказал связь Четырехугольника с сельджукским искусством. Об этом говорят и стены здания (известняк), и характер их обработки, и тип восьмигранных колонн, известных по па­ мятникам XII— XIV вв., особенно близких колоннам медрессе Старо­ го Крыма, и орнаментация отдельных частей здания .

Время постройки этого памятника, по аналогии с медрессе Старого Крыма, надо отнести к эпохе хана Узбека .

Рядом с Четырехугольником находился Большой минарет, упавший в 1841 году. Этому памятнику посвящено интересное исследование наз­ ванного автора **. Минарет представлял собой цилиндр около 24 м высоты, слегка съуживающийся кверху, с кубическим основанием ( 5 X 5 м ), переходящим в восьмигранник. Н а поверхности цилиндра находились окна, расположенные по три в ряд, по двум вертикальным линиям противоположных сторон. В верхней части цилиндр охватывал узкую площадку. В ход был с южной стороны .

Большой минарет довольно типичен для сооружений подобного рода на Востоке. Аналогичные постройки известны в Иране и в Хооезме .

Наиболее близкю аналогию даю т минапеты Шихово-Биби-Эйбат, в 50 км от Баку (XII в ек )65 и Дарваг в Дербентском округе Дагестана (XIV в е к )«« .

П одобен Большому и сохранившийся д о наших дней к юго-востоку от Четырехугольника Малый минарет (табл. IX и X, рис. 134— 135). Он также представляет собой цилиндр, поставленный на куб, соединенный с восьмигранником при помощи откосов. В верхней части на цилиндр по­ ставлен второй цилиндр меньшего диаметра, благодаря чему образуется небольшая галерея. На поверхности цилиндра видны несколько узких окон, расположенных в разных горизонтах. Места соприкосновения углов восьмигранника с цилиндром украшают трехлепестные пальметки .

I " ?. 3 4 5 5 7 8 9 10 15 5 0 м .

Ь — іі.ш Н......... іііім і І.ІН І -ІЧЯ1 ' * | |

Рис. 132. План соборной мечети (Ч еты рехугольника) в Болгарах .

Вход в минарет устроен с северной стороны на высоте около одного метра от земли. Он имеет полукруглый верх и обрамлен жгутом и неши­ рокой полосой полустертого растительного орнамента. С западной сто­ роны на высоте двери сделана полукруглая ниша, окаймленная двумя арками; первая, стрельчатая, обрамляет орнаментальное поле и киле­ видную арку, вторая окружает неглубокую нишу. Украшение ниши представляет собой чередование двух мотивов стилизованного расти­ тельного орнамента, а украшение малой ниши — орнаментальную поло­ су и два круга. Орнаментальная полоса, в свою очередь, образует сл ож ­ ный узор в виде стилизованного растительного орнамента. П од нею по бокам арки расположены два круга, включающие восемь пересекаю­ щихся стрельчатых арок, внутренняя часть которых заполнена стилизо­ ванными скульптурными изображениями растений .

Орнаментация Малого минар'ета напоминает собою орнамен­ тальные пояса ряда памятников IX—XI вв. в Средней Азии и Иране, но наиболее близки ей украшения на глиняных и металлических предметах из Болгара, в частности круг с включенными восемью пересекающимися стрельчатыми арками, что являлось излюбленным мотивом булгарских ремесленников XII— XIV вв. (табл. XI, рис. 136) .

К ритуальным сооружениям относится также лучший из сохранив­ шихся до нашего времени памятников булгарской архитектуры — Черная палата, служившая, повидимому, мечетью (табл. X, рис. 137) .

Здание это, квадратное в плане ( 7 X 7 м ), в основе имеет кубиче­ скую форму, затем переходит в восьмигранник и заканчивается упло­ щенным, неправильной формы, полусферическим куполом с отверстием посредине. Вся постройка выполнена из туфа и только в отдельных ме­ стах, в частности, на углах, применялся известняк. Весь кирпич, который виден кое-где в стенах сооружения, был применен.позже, іпри рестав­ рациях .

Кубическая часть палаты расчленена на три яруса. Первый ярус имел с северной стороны вход, заканчивающийся стрельчатой аркой, вы­ сотой около 1,5 м. Стены расширялись к основанию, образуя цоколь;

этот ярус служ ил подземной усыпальницей (криптой). Толщина стен цоколя более 2 м. Нижний ярус отделялся от верхнего полом, для настяла которого был выложен плоский выступ .

На второй ярус вели четыре двери со стрельчатыми арками той же формы, как и окна южной стороны .

На кубе первого и второго ярусов стоит четырехгранник с не­ сколько меньшим основанием, отделяющийся внутри от основного куба выступающим карнизом. Этот ярус имел четыре окна и тромпы іпо углам, сохранившие до наших дней следы штукатурки и деления поверхности на крупные ячейки .

Еще выше стоит восьмигранник с восемью килевидными арками, обрамляющими окна с полукруглым верхом. В одном из окон на север­ ной стороне сохранилась гипсовая доска с круглыми ячейками для стекол Восьмигранник переходит в купол. Поверхность стен и купола была оштукатурена. В некоторых местах заметна лепка — небольшие колонки, розетки, звезды .

В настоящем своем виде здание искажено реставрацией. При ре­ ставрационных работах были заделаны все двери во втором ярусе и вме­ сто стрельчатых арок выложены полуциркульные. Не были восстанов­ лены контрфорсы и галереи, шедшие вокруг здания .

Орнаментация здания почти совершенно не сохранилась за исключе­ нием отдельных редких мест .

Черная палата, состоящ ая в настоящее время из одного помещения, первоначально имела два — нижнее, соответствующее цоколю здания, и верхнее, отделенное от нижнего полом и заканчивавшееся вверху по­ лусферическим куполом с отверстием в нем. Внутри здание было ошту­ катурено и покрыто лепными украшениями. Снаружи в гладких стенах были проделаны входы и окна, обрамленные орнаментальными полосами .

- К ритуальным памятникам булгарской истории принадлеж ат так ж е три дюрбе (усыпальницы) .

Наиболее богатой была Ханская усыпальница (табл. XI, рис. 138) близ Малого минарета. В настоящее время она представляет собою груду развалин и три остатка стены центральной камеры. Ханская усыпаль­ ница первоначально являлась квадратным в плане зданием, имевшим размеры 8,5 X 8,5 м. Основной куб посредством откосов снаружи и тромпов внутри (превращался в восьмигранник, а последний, путем Удвоения сторон, переходил в шестнадцатигранник и полусферический купол. Внутренняя поверхность здания была оштукатурена. Некоторые части, может быть, карнизы и наличники, были отделаны поливными из­ разцами темносинего, белого и голубого цвета с геометрическим и ра­ стительным орнаментом, переплетавшимся с куфическим письмом. В стену этой комнаты была заделана могильная плита 1309 года, что з а ­ ставляет отнести сооружение к XIV веку. К зданию усыпальницы были приделаны две пристройки с западной и восточной стороны, одинаковые по плану и, повидимому, по объему и отделке .

Несколько иного характера другое дюрбе, известное под названием церкви св. Николая (табл. XII, рис. 139), с конструкцией, аналогичной кон­ струкции усыпальницы. Здание снаружи и внутри было оштукатурено;

гладь стен восьмигранника оживлялась неглубокими нишами прямо­ угольной формы со вписанными в них более узкими нишами со стрель­ чатой аркой. В углах под оводами вделаны голосники в виде сосудов .

Аналогичное устройство имело и дю рбе Монастырский погреб, перед которым сохранилось основание небольшого коридора. Судя по аналогичным дю рбе в Башкирской АССР, этот коридор имел коробовое покрытие. Входы в оба последние дюрбе, обрамленные стрельчатыми арками из хорошо подогнанных плит известняка, были с. южной стороны .

В остальных стенах были окна с такими ж е стрельчатыми арками .

К описанным сооружениям близки по характеру дю рбе Увека и Ста­ рого и Нового Сарая, сложенные из кирпича и украшенные поливными изразцами .

Из гражданских общественных сооружений города Болгара мы знаем Белую и Красную палаты, служившие банями. Первая разрушилась в 50-х годах XIX века, но благодаря записям и зарисовкам ряда иссле­ дователей и археологическим раскопкам мы можем составить себе пред­ ставление об этом интересном сооружении 6Г .

Это была квадратная постройка размером 12 X 12 м, с крестооб­ разной центральной комнатой и небольшими квадратными помещениями по углам. К основному квадрату с юга и с севера примыкали комнаты .

Центральная постройка и южная комната были сложены из известковых отесанных камней с зубутовкой внутренности стен щебнем. Северная пристройка из двух комнат была сложена из плоских квадратных кирпи­ чей, имевших распространение в Поволжье с X века. Покрытие Белой палаты, как можно судить по рисунку Патласа, было двускатное над кир­ пичной постройкой с фронтоном с северной стороны, и пятикупольное над каменным помещением. В центре купола имелись световые восьмигран­ ные отверстия, а в большой комнате дополнительно четыре окна по бокам .

Верх здания по восточному ф асаду был украшен пятью треугольными фронтонами. Эти фронтоны у кирпичного помещения сливались с гладью стены, а у каменного отделялись узіким карнизом .

В кирпичную пристройку вела с восточного фасада дверь с полу­ циркульной аркой. Кроме того, в этой стене были два окна с перекрытиШ 14 Волжские буялгары ем в виде фронтонов. Первые две комнаты кирпичного помещения имели плоский потолок. Вторая комната соединялась с крестообразным помещением посредством двери, перекрытой уплощенной аркой. Крестовый зал был покрыт центральным полусферическим куполом, поддерживае­ мым треугольниками парусов и столбами, которые образовывали стрель­ чатые арки с архивольтами, выполненными в штукатурке. Узкие двери в углах столбов служили для входа в угловые квадратные помещения .

Художники Г. Г. и Н. Г. Чернецовы зарисовали детали купола северозападной комнаты. Этот купол в нижней своей части был окантован фризом, состоящим из ниш со стрельчатыми арками, лежащими на пи­ лястрах с капителями. Как купол, так и орнаментация были выполнены из штучного камня. Купол отделялся от устоев карнизом. Центр кре­ стового зала был покрыт куполом, а четыре его конца имели покрытие стрельчатой формы. Стены внутри Белой палаты были оштукатурены .

П од каменным полом проходили в разных направлениях каналы, имев­ шие около 40 см ширины и 70 см глубины. Во многих местах заметны следы лежавших здесь водопроводных труб, в частности железных. В полу обнаружены стоки в виде углублений .

В здании Белой палаты были найдены различные архитектурные обломки и каменные бассейны, покрытые интересной резьбой. Здание являлось баней и было выстроено по плану, широко известному на В о­ стоке .

Первая, северная комната служила раздевальней и местом отдыха .

Посредине ее помещался водоем или фонтан, так как к центру комнаты шла водопроводная труба. За следующей комнатой, которая была про­ ходной, находилось крестообразное помещение, служившее мыльней, сюда ж е выходили двери кабинок. В последнем, южном помещении были устроены резервуар для горячей воды и печь (табл. XII, рис. 140) .

Аналогична Белой палате и вторая баня, открытая в Болгарах в 1938— 1940 гг. Эта баня, названная по ее внутренней окраске Красной палатой, была обнаружена на северном склоне городища. Впервые об ней узнали крестьяне села Болгары при добыче ими строительного кам­ ня в 1898— 1899 гг. Часть здания владельцем участка Сидоршиньщ была тогда ж е разрушена и пережжена на известь (табл. XIII, рис. 141) .

Об этом здании был собран материал, доложенный на собрании Общества археологии, истории и этнографии при Казанском универси­ тете 23 сентября 1899 года. В докладе сообщалось, что на месте хищ­ нических раскопок на северном склоне верхней террасы села, близ под­ ножия ее, вправо от дороги, которая идет с площади, застроенной так называемым Монастырским погребом, Четырехугольником и церковью, был заложен раскоп. Рытвины и ямы с остатками каменной кладки пе­ ремежались с яблоневыми деревьями, которыми засаж ено это место .

Обращал на себя внимание глубокий ров, длиной более 7 саж. (15 м), тя­ нувшийся вдоль подножия горы. Здесь, по словам крестьян, раньше стояла сплошная каменная стена, что представляется вполне правдоподобным, так как иначе совсем нельзя было бы объяснить строго прямолинейное направление рва. Все остатки здания расположены по одну сторону этого рва, в сторону горы; направление стен каменной кладки идет или параллельно или перпендикулярно указанному рву. В западном углу рва, на глубине менее сажени (2 м ), была видна часть бутовой кладки из очень крупных камней, связанных цементом; в другом месте рва было обнаружено начало пошатнувшейся кирпичной стены, перпендикулярной рву, которая терялась в земле, но была прослежена в другом месте на расстоянии около 3 саж. (6,5 м) от наружной линии рва. Д ругая кир яичная стена проходила, повидимому, параллельно главному рву, теряясь в оставшейся нераскопанной части сада. Д ве лежавш ие горизонтально глиняные трубы были найдены по линии, параллельной рву, а третья л е ­ жала в густом слое твердого цемента, перпендикулярно рву. Все эти скудные остатки здания были покрыты толстым слоем самого разнооб­ разного мусора — кусками цемента, камня и обломками кирпича, над которым леж ал слой черной земли, очевидно образовавшийся из отбро­ сов, сваленных когда-то под гору .

Осмотр остатков сооружения дал очень немного: он позволил только определить направление здания и его размеры — более 5 саж .

(10,8 м) 'по одной стороне и более 3 саж. (6,6 м) — по другой .

Больше сведений о характере здания дали материалы, разбросанные по месту раскопок и вырытые из земли, еще не использованные крестья­ нами. В большом количестве валялись широкие и тонкие кирпичи квад­ ратной формы. В общем их размер вполне подходил к господствующему в болгарских и билярских постройках размеру 22 см по сторонам квад­ рата при 4,5 см в толщину. В. А. К азаринов68 придавал размерам и форм** кирпича значение хронологического показателя для местных сооруж е­ ний; данный размер он признал, хотя и без достаточных доводов, как свидетельство значительной древности постройки. Встречались также тесаные плиты из белого камня, которые могли служить для облицовки стен или для настилки пола. И з водоемов, вскрытых при хищнических раскопках, сохранился только один массивный каменный, знакомого по музейным собраниям типа — 10 верш. (45 см) высотой, трехгранный по лицевой стороне, без орнамента, вместимостью около двух ведер. И звле­ ченные из кладки глиняные трубы были невелики размером (25 см и более) и имели коническую форму с кольцеобразным утолщением на узком конце; этим концом одна труба вставлялась с другую и плотно закреплялась твердым цементом; труб было найдено значительное коли­ чество. Обращала на себя внимание какая-то черная масса, вынутая, по словам крестьян, из недр раскопанного здания; повидимому, это была саж а, смешавшаяся с землей. Это заставило поверить рассказам крестьян о «топках» из камней, найденных ими в глубине здания и снова засыпан­ ных. 1 ‘ : і Время сооружения этой бани хорошо определяется по стратиграфии культурного слоя. Она находится на верхней площади, открытой рас­ копками, которая точно датируется половиной XIV века. Следователь­ но, баня была построена в начале второй половины этого века. Развали­ ны бани покрывает слой погребенной почвы, относящийся, как уж е было сказано, к началу XV века. Таким образом, гибель здания совпала по времени с гибелью города, которую можно отнести к военным действиям войск московского князя в 1431 году....... .

После некоторого запустения города в XVI веке местность старого городища была заселена русскими и над баней отложился довольно мощ­ ный слой, закрывший древние развалины. В XVIII веке, а, может быть, и в начале XIX века здесь были выстроены две деревенские 'бани-полу­ землянки со срубами, углубленными в почву. Это и привело к тому, что в двух местах древняя постройка бьша разрушена .

После Сидоршина, в самом конце XIX века, житель с. Успенского (Болгары) Афанасий Суходоев, добывая белый камень для обжига’ из­ вести, в свою очередь разрушил значительную часть древней бани. При раскопках он обнаружил водоемы, которые, повидимому, и были вспольМ зованьі им для обжига. Сын Афанасия Суходоева Григорий, участник этого разрушения, довольно подробно рассказал о характере открытых его отцом построек. Ими были вскрыты три комнаты, разделенные сте­ нами в 70 см — 1 м толщиной. В комнатах под полом и в стенах были про­ ведены гончарные трубы. В углах стояли «ступы», т. е. водоемы, к кото рым шли эти трубы. Некоторые трубы тянулись в направлении к реке .

П од полом находилось отопление, на что указывает наличие сажи на ’тенах подполья. Стены были сложены из плохо обработанных камней, а пол из гладких; хорошо отполированных плит и поливных цветных кирпичей найдено не было. Раскопки пришлось приостановить из-за о б ­ вала, повлекшего за собой человеческие жертвы .

Рассказ Г. А. Суходоева полностью подтвердился раскопками 1938— — 1940 гг. В здании бани, в западном и северном концах ее центральной комнаты и в северо-западной угловой камере были обнаружены проби­ тые стены, где крестьяне, добывавшие известняк, выбрали весь белый камень, не тронув ненужных им кирпичных частей входа, вынули водое­ мы и, пробив пол, обнаружили здесь сажу .

Полученные экспедицией 1938— 1940 гг. сведения в значительной степени определили направление дальнейших работ. Был раскрыт уча­ сток к востоку от площади крестьянского раскопа и обнаружены разва­ лины большого здания, о назначении которого говорило большое число бассейнов и водостоков, после чего не осталось больше сомнений в том, что открытая постройка являлась общественной баней .

Здание стояло на склоне горы, на специально приготовленной пло­ щадке. Строители вертикально срезали часть склона и сравняли горизон­ тальную площадку, удалив ее неровности и засыпав углубления .

Сохранившаяся часть здания представляла из себя постройку в форме буквы Г. Она состояла из двух соединенных друг с другом прямоуголь­ ников, короткого и длинного, и делилась на три части— западную ком­ нату, центральный зал с четырьмя угловыми комнатками, и восточную часть со служебными помещениями. При возведении бани вырыли котлован, отдельно для западной стены в виде уступа, с заглубленной до 1,2 м центральной частью, и отдельно для центральной и восточной частей до 1,5 м глубины. В котлован были уложены фундаменты стен и столбы для отопительных каналов из белого камня и квадратного кир­ пича. Возведенные на фундаменте стены несколько сужаются на по­ верхности, образуя выступ для укладки плит пола. Отопительные каналы закрыты сверху хорошо утрамбованной цемянкой, на которой лежали точно подогнанные одномерные прямоугольные плиты пола. На этих плитах во многих местах сохранились признаки обработки теслом с рабочим краем шириной в 1,5 см, и троянкой, следы которой в виде штрихов ясно видны на поверхности. Плиты лежали плотно и мельчай' шие щели меж ду ними были заполнены цемянкой. Толщина плит пола колеблется от 10 до 30 см. Различна и толщина слоя цемянки, достигающая 30 см .

Стены здания возведены из уложенных в два параллельных ряда размерных известняковых, песчаниковых и туфовых, грубо обработан­ ных камней. Пространство меж ду этими стенками заполнялось крупными и мелкими камнями и заливалось раствором алебастра. Поверхность стен получилась грубая и неровная и потребовала штукатурки. Части стен, имевшие основное конструктивное значение, как углы у входа* пиштак — арка над входом в баню, и углы комнат, на которых покоится центральный купол, гса'рйизы, своды и купола выложены были из т Квадратного кирпича размером і 2 0 x 20 до 25 X 25 см при толщине от 4 до 6 см. Неравномерность кирпича определяла толщину алебастро­ вого слоя, в отдельных местах достигавшего толщины кирпича. В среднем шесть рядов кирпича и пять швов алебастра составляют 39 см .

Здание выходило своим фасадом на открытую площадь, в центре которой находился, повндимому, фонтан или водоем, о чем можно судить, как уж е говорилось, по наличию трубопровода с известняковой муф­ той для установки здесь вертикальной трубы. Фасад постройки сохра­ нился очень плохо и прослежен только в южной ее половине. Значитель­ ная часть здания была уничтожена при добыче камня. Ф асад сложен из белых, грубо обработанных камней довольно правильной формы раз­ мерами 30 X 20 и 40 X 20 см. Пространство меж ду некоторыми бло­ ками заполнено мелкими камнями и скреплено известковым раствором .

Толщина стен достигает 2 м. Небольшая часть внешней облицовки (около 1 м) сохранилась хорошо. Н а уровне мостовой имеется неболь­ шой цоколь, шириной в 10— 12 см. Стены снаружи была покрыта белой штукатуркой, сохранившейся в некоторых местах до сих пор .

Вход в баню оформляла арка, от которой остались невысокие кир­ пичные площадки. Южная из них, размерами 1,37 X 60 см, примыкает короткой стороной к стене здания. На расстоянии 4 м находится вторая подобная ж е площадка. Обе площадки сложены из квадратных кирпиче!і обычной формы, размерами 2 0 X 2 0 и 2 2 X 2 2 см при толщине 4— 5 см, выложены на глине и являлись основанием четырехметровой арки, имев­ шей, гіовидимому, стрельчатую форму. В стороне от центра арки, на р ас­ стоянии 2 м от южной площадки, находился вход, шириной в 80 см. Вход был выложен ішрпичем и оштукатурен розовой штукатуркой (от приме­ си толченой керамики), окрашенной затем в красный цвет. Следы две­ рей не обнаружены, однако можно полагать, что два небольшие уступа на правой стороне входа, шириной и глубиной в 15 см, один у внешней линии стены, а другой в проходе, на расстоянии 80 см от первого, могли быть местами дверных колод .

Первая комната (табл. XIV, рис. 142) неправильной прямоугольной формы, вытянутая с севера на юг, имеет в длину 7,6 и в ширину 4,2 м. Сте­ пы ее сложены из белого камня и оштукатурены. Вдоль трех стен— зап ад­ ной, южной и восточной шли лежанки, облицованные по краю туфом и белым камнем; изнутри они заполнены щебнем на цементирующем растворе. Высота лежанок — 45—60 см, ширина восточной — 80 см, ю ж ной— 1,25 и западной— 1,2 м. Поверхность лежанок сглажена, ве­ роятно они в свое время покрывались цыновками или коврами, боковые их стороны оштукатурены. Лежанки были сделаны одновременно с пост­ ройкой бани, на что указывает отсутствие штукатурки на стенах за ними, хотя боковые стенки самих лежанок оштукатурены .

В южной стене через отверстие, образовавшееся на месте выпав­ шего из кладки камня, видна гончарная труба, повидимому, дымогарная, обогревавшая комнату. В восточной стене проделаны два отверстия для груб с холодной и горячей водой .

Небольшой.приступкой, высотой в 10 см, комната делится на две неравные части. Пол ее сделан из хорошо пригнанных плит, уложенных на слой забутовки из какого-то цементирующего состава коричневого цвета толщиной около 20 см, насыпанного на песке. В песке ж е проло­ жены трубопроводы для стока воды. Пол первоначально был покрыт цементирующим составом, от которого на отдельных плитах сохрани­ лись небольшие фрагменты. На полу комнаты в центре и в северной ее части среди прямоугольных плит видны плиты других размеров и не' правильной формы, вероятно положенные позднее при ремонте. Вдоль северной стены проходит открытый водосток с цементированной поверх­ ностью шириной в 18 и глубиной е 30 см. Этот водосток, начинаясь в центральном помещении бани, входит в комнату из-под двери и огибает ее северо-восточный угол .

В восточной стене, на расстоянии около 5 м от южного угла, в кир­ пичной кладке стены проделан вход в центральное помещение бани. Кир­ пичи сложены на известковом растворе таким образом, что швы рядов, лежащих выше или ниже, приходятся почти против середины кирпичей среднего ряда. Ширина входа 69 см. На стенках прохода не сохранилось никаких следов ни от крючьев двери, ни от дверной колоды .

На полу комнаты лежали упавшие вниз остатки потолка в виде слоя угля и горелого дерева, а под ним ещ е один слой рухнувшей штукатурки розового цвета, лежавшей довольно ровным слоем, со следами каких-то черных полос, вероятнее всего раскраски .

И з первой комнаты посетитель входит в крестообразный центральный зал с фонтаном в центре и с четырьмя комнатами по углам. Зал был пере­ крыт куполом и четырьмя коробовыми сводами. Один из них сохранился в восточном конце зала. Угловые комнаты перекрыты куполами. В этом помещении хорошо подогнанные прямоугольные плиты пола сохранили на своей поверхности и на боковых гранях следы обработки теслом и троянкой. Размеры.плит (в среднем) 35 X 38, 55 X 55 и 38 X 28 см при толщи­ не 6 — 10 см. Они уложены на слой цемянки, в котором проходит водосток из труб длиной по 33— 35 см каждая. Водосток шел от фонтана через пер­ вую комнату и служил для стока из него лишней воды. Первая труба имеет ложкообразное закругление. К огда все сооружение функциониро­ вало, эта труба была соединена с другой, устроенной по внутренней стен­ ке фонтана. Назначением ее было регулировать уровень воды в фонтане .

Стены зала сложены из белого камня и кирпича. Кирпич употреб­ лялся для возведения угловых столбов, в которых устроены проходы в комнаты. Ширина столбов кирпичной кладки 1,4— 1,6 м внизу у пола и 90 см вверху. Кирпич обычной квадратной формы 21 X 21 и 22 X 22 см при толщине 4— 6 см. Шесть слоев кирпича и пять алебастровых швов составляют 38,5 — 39 см. Как правило, кирпич в столбах укла­ дывался таким образом, чтобы соединительные швы кладки приходились приблизительно на средине кирпичей верхнего и нижнего рядов. К лад­ ка в целом производит довольно аккуратное впечатление. Остальное пространство стены в этом кирпичном каркасе до высоты карниза за ­ полнено белым камнем (табл. XIV и XV, рис. 143— 145) .

Как у ж е было отмечено, стены выкладывались из грубо обтесанных камней разного размера, имеющих в длину д о 55 см. Камни уложены в два ряда, шириной в 30 см, с заполнением внутреннего пространства бутом и алебастровым раствором. На высоте 1,5 м проходит карниз, сложенный из выступающих наруж у рядов кирпичей, а над ним начи­ нается кирпичная кладка верхней части .

На высоте 44— 45 см от пола в некоторых стенах центрального зала сделаны углубления-ниши, имеющие высоту 58—60 см при ширине 30 см, с тремя рядами уложенных в них труб, из которых два предназначались для горячей и один для холодной воды. Здесь ж е лежал ряд широких труб с остатками нагара внутри, покрытых снаружи линейным орнамен­ том. В южном, -восточном и северном концах крестообразной комнаты такж е открыты подобные ниши. В западном конце зала ниш в стенах нет, но проделаны отверстия для груб, проведенных из соседних комнат .

Ниши идут не по всей длине стен, а только д о каменных водоемов, установленных по одному у каждой стены. Такие водоемы сохранились в пяти местах. Все они имеют различную, но простую отделку; богато орнаментированных водоемов нет. Помимо горизонтальных ниш в сте­ нах обнаружены вертикальные отверстия со средним диаметром 20— — 25 см, соединяющие дымогарные трубы с подпольем и выводящие эти грубы /вверх. Такие отверстия и выводные каналы вверх прослежены в западной и южной стенах западного крыла здания и в двух местах на пересечения стен южного крыла здания (рис. 145). Входы в угловые ком­ наты центрального зала пробиты в кирпичных столбах несколько в сто­ роне от центральной оси .

Если провести перпендикуляры к стенам бани через фонтан (цент­ ральную точку зала) и разделить полученные прямые углы пополам, то проведенные линии пересекут входные пролеты не посредине, а сбоку .

Так, у юго-западной комнаты эта линия пройдет по левой стенке, у юго-восточной— через левую стенку, у северо-восточной такж е по левой стенке, у северо-западной через правую стенку. Такое расположение входов не случайно и объясняется тем, что кирпичные столбы служили основной конструкцией, несущей покрытие здания. Поэтому ни в одном случае ни горизонтальные ниши, ни вертикальные дымоходы не проходят через эти столбы. Опасение ослабить конструктивное значение столбов заставило строителей устраивать входы несколько в стороне от централь­ ных точек .

Все четыре входных отверстия сохранились довольно хорошо. Из них у входов в юго-западную и юго-восточную комнаты, не пострадав­ шие от кладоискательских раскопок XIX века, сохранились арки, у вхо­ дов в две другие комнаты остались их основания. Ширина входов колеб­ лется от 65 до 80 см, высота — около 1,7 м. Форма арок полуцир­ кульная .

На стенах зала во многих местах уцелели наслоения штукатурки из нескольких слоев. Нижний слой, как и в первой комнате, составляет штукатурка розового цвета с примесью толченой керамики. На этом слое налегает другой тонкий слой белой штукатурки, окрашенной в красный цвет, а сверху идет третий — серый .

Угловые комнаты сохранились не все в одинаковой степени. Лучше дошли д о нас юго-западная и юго-восточная комнаты .

Первая комната, почти квадратная в плане, имеет площадь в 3,2 X 3,4 м, с несколько покатым к выходу полом и ступенькой у входа высотой в 8 см. Стены комнаты, за исключением угла с входной аркой, выложенные из квадратного кирпича, сложены, как и в других помеще­ ниях, из белого, грубо обтесанного камня, локрытого штукатуркой. На вы­ соте 1,6 м вдоль западной и восточной стены тянется карниз из выступаю­ щего вперед на 9 см ряда кирпичей. Выше карниза шла свалившаяся уж е кирпичная кладка, от которой уцелело четыре ряда кирпичей. В юго-вос­ точном углу над линией карниза сохранились в первоначальном виде че­ тыре ряда кирпичей, выступающие один над другим и образующие сфери­ ческую поверхность. В западной, северной и южной стенах комнаты на высоте 50— 60 см были ниши высотой в 30 см, в которых лежали три ряда труб — из них два для горячей и холодной воды и третий ряд ды­ могарных труб. В нише южной стены были пробиты сквозные отверстия в центральный зал и в первую комнату. Небольшие отверстия для двух труб проходили через западную стену в первую комнату и через северую сісн у в центральный зал к водоему. У трех стон - - северной, зап ад­ ной и южной стояли водоемы разного размера и формы. Интерес представ­ ляет южный водоем. В нем сделана выемка н в нее вставлен большой кран в виде трубки из медной пластинки, свернутой и спаянной по шву .

Такой кран должен был запираться затычкой.

На стенах в разных местах, главным образом в нижней их части, сохранились три слоя штукатурки:

первый розовый с примесью толченой керамики, а второй и третий белого цвета, что свидетельствует о ремонтах. Юго-западный угол комнаты ско­ шен кладкой из кирпичей обычной квадратной формы, положенных на реб­ ро. Эта кладка представляет собой остатки очажка с трубой, пристроен­ ного в углу. Очажок был поставлен дополнительно для обогревания .

Северо-западная комната, имевшая почти квадратную форму, пло­ щадью в 3,6 X 3,4 м, сохранилась частично, так как была в значитель­ ной мере разрушена при выборке камня. Стены ее из белого камня обыч­ ной кладки; угол со входом выложен из кирпича. В ее стенах—неверной (внешней), западной и южной проходили трубы. В северной, как можно судить по фрагменту этой стены в северо-восточной комнате, шли две водопроводные трубы, уложенные в одной плоскости. Трубы в двух др у­ гих стенах были заключены в обычные камеры, устроенные на высоте 60 см. В толще западной стены помещался ввод дымогарной трубы, проведенной в нишу южной стены, где существовал вывод ©верх. Пол имел обычный наклон к выходу. У северной и западной стены стояли маленькие неорнаментнрованные водоемы. В нижней части всех стен замечено несколько слоев штукатурки; первый слой — розовая штукатур­ ка с примесью толченой керамики, над ней еще два слоя, окрашенные в серый и красный цвета .

Юго-восточная комната, как и другие камеры центрального зала, была почти квадратной формы размером 3,2 X 3,4 м. Стены ее высотой д о 2,45 м выложены из белого камня, а угол из квадратного кирпича; в этом углу находился вход шириной в 55 см .

На высоте 1,9 м по западной и восточной стене проходил карниз из одного ряда выступающих кирпичей. В юго-западном углу этот карниз сохранился с налепом штукатурки, благодаря чему можно установить профиль карниза из двух соприкасающихся дуг небольшого диаметра .

Н ад карнизом начинается кирпичная кладка. В юго-западном углу уц е­ лел фрагмент сферической поверхности, образованной слоем алебастро­ вого раствора. Изучавший этот фрагмент Н. Ф. Калинин видит в нем остатки тромпа, посредством которого совершался переход от квадрата к восьмиграннику и куполу (рис. 146). В западной и южной стенах над карнизами замечены впадины как бы от кирпичей, поставленных на реб­ ро. На высоте 45 см вдоль южной и восточной стен проходят ниши обыч­ ного типа, соединяющиеся меж ду собой и с нишами стен южного и во­ сточного конца центрального зала. В этих нишах леж ал» т^ри ряда т р у б —* две трубы для воды и одна дымогарная. У южной, восточной и северной стен около труб помещались водоемы, два из которых ор­ наментированы полукруглыми выступами, напоминающими по внешне­ му виду разделку бассейна-фонтана. К водоему, стоящему у северной стены, трубы были проведены из центрального зала. На стенах и здесь сохранились следы штукатурки — нижний слой розовый, а на' нем слой серой штукатурки, окрашенной в темнокрасный цвет. Еще выше идет слой белой штукатурки, покрытой сначала светлокрасной, а потом серой краской. Пол комнаты такой ж е, как и в других помещениях. Он выло­ жен из хорошо подгнанных плит, сохранивших следы обработки теслом м трояшкой. Там, где стоят водоемы, в плитах сделаны выемки, соответ­ ствующие форме водоемов. Для стока воды иол имеет незначительный уклон в сторону івыхода .

Четвертая, северо-восточная комната пострадала больше всего от хищнической деятельности жителей с. Болгары. Как и другие комнаты, она имеег почти квадратную форму размером 3,4 X 3 м. К настоя­ щему времени сохранилась лишь южная ее стена, угол со входом и весьма небольшая часть северной стены. У южной стены, как можно су­ дить по отверстию для трубы, проведенной от ниши с противоположной стороны, стоял каменный водоем. В восточной стене была ниша, о чем можно судить по направлению труб в восточной стене, отгораживающей центральный зал от цистерны. В центре, поверх двух кирпичных стол­ бов, сохранилась небольшая часть пола, уложенного на слое забутовки .

За восточной стеной центрального зала находились хозяйственные помещения: цистерны для воды и две печи, образующие прямоуголь­ ник, вытянутый в направлении с севера на юг. Длина этой части з д а ­ ния 18 м, ширина у южного края 3,2 м и у северного 3,8 м. Эта раз­ ница в размерениях здания объясняется некоторой его деформацией, установленной наблюдениями экспедиции. Так, часть северной стены получила некоторый уклон к северу и несколько изогнута вниз. Н екото­ рый сдвиг в восточную сторону имеет и северная часть восточной стены .

Деформация объясняется большими грабительскими работами, которые производились в XIX веке н нарушили древние слои на северо-восточном участке раскопа на глубину почти до 5 м (табл. XVI, XVII, рис. 141— 148) .

Эта часть бани претерпела в свое время большие перестройки, так что отдельные ее части носят следы трехкратного ремонта. В настоящем своем виде она состоит из южной камеры, составляющей совершенно замкнутое пространство площадью 3,2 X 2 м с тремя стенами, покры­ тыми слоем цементирующей обмазки, и четвертой, северной, не цементи­ рованной, сложенной из крупных булыжников и кусков белого кам­ ня. Цементная обмазка стен помещения переходит непосредственно в обмазку пола, имеющего некоторый уклон к северо-западу. Стены выло­ жены из крупных, грубо оббитых известковых блоков, неровности ко­ торых в кладке сглажены цементирующим слоем. Южная стена сохр а­ нилась на высоту д о 3 м и в верхней ее части, имеющей некоторый наклон к северу, ограничена полуциркульной дугой, обложенной по краю кирпичем. Конструкция этой стены позволяет утверждать, что служебные помещения в здании были перекрыты коробовым сводом .

Восточная и западная стены, сохранившиеся на высоту до 1,8 м, закан­ чиваются двумя рядами кирпичной кладки, представляющей основание коробоівого свода. Изучение цементирующего слоя, имеющего белый цвет и крупнозернистое строение с серой поверхностью, получившего внизу близ пола темный налет от органических веществ, показало, что это -поме­ щение ремонтировалось два раза, о чем можно судить по двум слоям штукатурки. Его северная стена, шириной около 60 см, как отмечено, лишенная цементирующего слоя, сложена на небольшом постаменте в 80— 85 см шириной и стоит на цементированном полу впритык к западной и восточной стенам, что указывает на более позднее ее устрой­ ство по сравнению с основным зданием. Эта перегородка была сделана позднее второго ремонта баии .

Следующ ее 'помещение, ограниченное тремя стенами,— западной, южной и восточной, с севера примыкает к центральной печи. Это цистер­ на прямоугольной формы, длиною 5,4 м и. шириною 3 м. Стены ее, выложенные, как и в других помещениях бани, из белого камня в сохранившиеся на высоту 1,6 м, покрыты цементирующим составом то го ж е характера, как и в угловой комнате. На восточной стене ясно за ­ метны два слоя из того ж е состава, однохарактерные по виду и строению .

Нижний слой имеет на поверхности насечку из углублений треугольной формы, нанесенных для лучшего укрепления верхнего слоя. На западной стене прослежены следующие слои цементирующей обмазки: нижний, подстилающий слой, второй слой с желтоватой поверхностью, затем аналогичный по составу слой, покрытый насечками и, наконец, верхний слой. Западную стену на расстоянии трех метров от южного угла, на вы­ соте 17 см от уровня пола, пересекает гончарная труба диаметром в 10 см;

служившая для подачи воды в баню .

Пол цистерны покрыт тем ж е составом, каким покрыты и стены, с которыми пол незаметно сливается. В результате неоднократных ремонт­ ных работ пол имеет несколько наслоений: верхний, толщиною в 2 см, состоит из белой массы с примесью угля и известковых крупиц; второй слой желтоватого цвета той ж е толщины; третий слой в 3 см аналогичен предыдущему; четвертый слой ноздреватый, твердый, желтоватого цвета в 6 см толщины; пятый слой, имеющий 5 см толщины, коричневого цвета со включением угля, мелких известковых зерен и толченого кирпича;

шестой слой коричневый, рыхлый, в 5 см. Общая толщина всех шести слоев достигает 21 см. Ниже идет кирпичная кладка и известняковая кладка фундамента и дымоходов .

Описанная нами цистерна представляла первоначально единое по­ мещение с угловой камерой, которое лишь позднее было разделено пе­ регородкой. То обстоятельство, что перегородка со стороны угловой ка­ меры не была оштукатурена и имеет облицовку с северной стороны, позво­ ляет заключить, что угловая камера после разделения цистерны на две части оставалась неиспользованной. На это указывает и другое обстоя­ тельство: при раскопках угловой камеры был открыт мощный слой песка с характерной слоистостью, указывающей на то, что песок намыт с верх­ него плато городища. Песок заполнял более 2/з ширины камеры, а на не­ большой части пространства у северной стены лежал насыпной песок, сме­ шанный с культурным слоем. Граница намытого песка и засыпки ясно видна по профилю западной и восточной стен помещения. Присутствие намытого песка в цистернах может быть объяснено только разрушением бани и части водопровода, проведенного по склону: хлынувшая вода размыла часть холма и отложила песок на значительной части помеще­ ния. При ремонтных работах какая-то часть песка была удалена, а остаток его решили не выбрасывать, отгородив стенкой. Поэтому обратную сторону этой перегородки, выходившей в южную камеру, не по­ крыли цементирующим составом, а каменную кладку оставили откры­ той, засыпав мусором пространство меж ду перегородкой и песком .

За центральной печью находилась часть цистерны, претерпевшая значительные изменения за время существования бани. В настоящее время здесь можно выделить небольшой фрагмент цистерны размером 1,4 X 1 м, примыкающий к центральной печи с северной стороны. Уро­ вень его несколько выше уровня цистерны, находящейся к югу от печи .

С запада и с севера сохранился один ряд кирпичной кладки, ограждав­ шей эту часть цистерны. Возможно, что эта кладка была связана с кот­ лом, находившимся над печью и служившим для нагрева воды .

Следующая часть постройки также служила цистерной. Она огра­ ничена с юга стеной из камня, от которой сохранилась только часть, толщиной в 60 см. Восточная и западная стенки этой цистерны являются наружными стонами здания. С севера цистерна граничит со второй печью;

центральная ее часть расположена несколько ниж е боковых сторон .

Как показало исследование пола, цистерна ремонтировалась несколько раз. Нижняя часть состоит из слоя кирпича, поверх которого проходит слой цементированной обмазки коричневого цвета, напоминающей по своему составу пятый слой южной цистерны. Как и в описанных выше цистернах, цементировка пола незаметно сливается со стенкой, где еле* ды ее сохранились на северной стенке. Выше залегает масса глины, известковые плиты и бут, прикрытые белым цементирующим составом .

Этот слой составлял дно цистерны с несколько приподнятыми сторона­ ми. На этом уровне была поставлена кирпичная стенка толщиной в один кирпич и высотой в семь кирпичей. К стенке примыкает третий слой, состоящий иэ известковой забутовки с кусками туфа и песчаника; он утолщается к северу, где доходит д о печи. На всем своем протяжении он покрыт с поверхности цементной прослойкой д о 15 см толщины. В западной части слой цементировки доходит до южной стенки. Остатки цистерны прослежены на площади 3 X 2,6 м .

В этой ж е части здания помещались две печи, выстроеные, как по­ казало обследование развалин, в разное время. Первая течь находи­ лась почти в центре здания, будучи немного смещена к северу от цент* ральной линии. Печь имела форму цилиндра, слегка овального в плане, служившего для укрепления в нм медного котла, о чем можно судить по обломкам котла и заклепкам, найденым на дне печи. Указанная часть сооружения, построенная из квадратного кирпича обычного размера, сло­ женного на глиняном растворе, имеет четыре отверстия, из которых три соединяются с каналами подпольного отопления, а четвертое, идущее в восточную сторону, соединяет этот цилиндр, диаЦетром в 1,4 X 1,3 м, с топкой .

Ширина этой топки 1,5 м, глубина около 80 см и высота д о 1,4 м .

Топка ограничена аркой, сделанной из каменных продолговатых бло­ ков, имеющих до 60 см длины и 20—; см ширины. К настоящему вре­ мени от арки сохранились только боковые камни кладки. П одобная ж е арка оформляла печь в другой болгарской бане XIV века, в так назы­ ваемой Белой палате, на южном ф асаде которой хорошо внден полузасы­ панный верх печи. Та печь, о которой здесь идет речь, была устроена зна­ чительно ниже уровня земли. П еред ней находилась обложенная дер е­ вом яма, в которую вела лестница. Размер ямы 2,4 X 3 м. Д н о цилин­ дрической печи и топки покрыто каким-то цементирующим составом .

Дно имеет незначительный уклон в сторону чела. Три проема соединяют печь с отопительным каналом. Первый, юго-восточный, проходит вдоль восточной стены здания под цистерной, идет д о нижней стены, укло­ няется здесь к западу и, проходя вдоль западной стенки цистерны, пово­ рачивает к северу и соединяется с каналом второго проема печи. Другой канал, южный, проложен вдоль западной стенки цистерны. Соединившись с встречным первым каналом, он уходит к западу, пересекая фундамент западной цистерны, после чего раздваивается и идет по двум направ­ лениям к западу. Третий, западный канал проложен под северо-восточ­ ной комнатой вдоль фундамента ее южной стены. Пересекая западный фундамент цистерны, канал проходит под аркой полуциркульной формы, сложенной из песчаника и обрамленной сверху кирпичной кладкой. Вы­ сота арки 60 см, ширина 40 см. Пол этого дымохода имеет значительный уклон к западу .

...... Ошісанныс.ДЧ'.Ь проймы были, повидимому.- покрыты кирпичным 11 аіжами, на что указывает наклонное положение верхних кирпичей. Это подтверждает и описанная ранее арка западного канала .

В кладку северной стенки цилиндра упираются два заложенные отопительные канала, идущие в направлении к северу. Наличие этих ка­ налов подтверждается засыпкой более позднего характера и присут­ ствием нагара и сажи на стенках когда-то существовавших здесь кана­ лов. Первый из них проходил к северу вдоль восточной стены здания, затем вдоль северной, а после поворота вдоль западной стены. О вто­ ром засыпанном канале такж е напоминает присутствие мусора и следов нагара и сажи на восточной его стенке; западная стенка канала не сохра­ нилась. Этот дымоход в свое время соединялся с восточным и проходил к западу под северо-восточной комнатой центрального зала .

Под центральным залом бани и угловыми комнатами проведены с востока на запад шесть продольных каналов и с севера на юг шесть поперечных. Они разделены столбами, сложенными из белого песчани­ ка, а в отдельных частях — из туфа. Пять столбов под угловыми комна­ тами сложены из кирпича. Все столбы разного размера и неправильной формы. Пространство меж ду ними колеблется от 65 д о 80 см. В четы­ рех пунктах в специальных нишах сделаны отводы вверх для соедине­ ния с дымогарными трубами, идущими в стенах здания. В трех местах замечены выводы наружу — на крышу бани. Такова была система отоп­ ления бани, широко известная на Востоке .

Изучение фактуры кирпичей центральной печи позволило установить наличие более старой и более новой кладки, органически связанных с системой отопления. Из старого кирпича сложены дымоходы и послед­ ние ряды стенок печи, из более нового — ее цилиндр. Повидимому, пер­ воначально центральная печь находилась меж ду двумя цистернами, расположенными к югу и к северу от нее. При помощи пяти проемов печь соединялась с пятью отопительными каналами, обогревавшими цистерны и выходившими тремя каналами к центральному залу бани, где эти каналы соединялись с дымоходными каналами зала .

П озднее была выстроена вторая печь, остатки которой находятся в северной части постройки. Она такой ж е формы, что и центральная, но сложена не из кирпича, а из четырех рядов песчаника и двух рядов дугообразно подтесанного туфа .

Диаметр этой печи— 1,2 м. Основание ее, несколько покатое к востоку, сложено из песчаниковых плит, покрытых сверху слоем цемяники до 15 см толщиной. От печи сохранилась только западная и южная части, северная ее стенка сместилась, а восточная разрушена, поэтом) изучить печь в целом не представилось возможности. В западной ча­ сти сохранился проем в 40 см ширины, соединяющийся через отверстие в стене с постройкой, расположенной к западу от служебного помеще­ ния, где открыты остатки столбов таких ж е отопительных каналов. Р ас­ чистка здания на этом месте позволила установить, что северная часть каналов отгорожена плитой, соединяющейся с западной стенкой печи;

после сооружения этой второй топки первая система каналов была за ­ брошена. Теперь мы знаем, что ж ар и дым из печи шли через западный проем по каналу в стене через дымоходы, проложенные к северу от за ­ ла бани и, кроме того, нал ево. к югу по каналу, являвшемуся частью использованного старого дымохода. Ж ар проходил через второй канал в стене рядом с фундаментом северной стены северо-восточной комна­ ты бани .

Судя по тому, что печь в северной части здания была закончена постройкой несколько позднее первоначального здания бани и предназ­ началась для обогрева пристройки, можно сказать, что последняя является позднейшей частью сооружения. Она не сохранилась и была осно­ вательно разрушена еще до кладоискательских раскопок XIX века, о чем можно судить как по характеру культурных напластований, так и по остаткам купола центрального здания, обвалившегося впоследствии на ее развалины .

Помимо древнего разрушения, которое можно связать с военным раз­ громом города, этот участок сооружения весьма сильно пострадал в XIX веке .

Стенами описываемого сравнительно небольшого помещения слу­ жили северная стена центрального зала и западная стенка цистерны .

Остальные две стены, повидимому, не сохранились. Четыре канала, шири­ ной от 30 до 55 см, ориентированы с востока на запад и разделены тремя рядами кладки, сложенной на забутовке из мелких известняковых кам­ ней и на кирпичах. Поперек, с юга на север, прослеживаются два канала, первоначальный ж е канал в более позднее время был выключен из эксплоатации. Это можно предполагать на том основании, что близ фундамента на одном участке кладки был замечен слой угля и сажи. При устройстве двух новых каналов сняли часть кладки старого, но остави­ ли его основание. Новые поперечные каналы имели в ширину около 65 см при высоте кладки до 30 см. Плиты покрытия дымоходов, как и в других частях здания, клались на столбы. Ввиду отсутствия соот­ ветствующего выступа у западной стенки цистерны, для укрепления по­ толка дымоходов (пола комнаты) была сделана кирпичная приступочка;

такая ж е приступочка, повидимому, была сделана и у северной стены центрального зала, но до нашего времени она не сохранилась, так как была уничтожена при выборке камня в XIX веке. Вторая печь обогре^ вала эту новую постройку и одновременно согревала воду в котле и цистерне .

Сооружение нового помещения заставило несколько переделать за ­ падную стенку цистерны. Порвоначально этот ее участок не содержал водопроводных труб и представлял собой сплошную каменную кладку. В связи с сооружением дополнительного помещения пришлось устроить гам трубопровод для подачи воды. Для этого была устроена небольшая ниша с двумя углублениями м еж ду камнями для труб, заложенная кирпичем. Она отличается по устройству от ниш других стен бани, так как приходилось приспосабливаться к имевшимся условиям и вклады­ вать два ряда труб в старую стену .

Вопрос о водоснабжении бани освещен раскопками довольно полно .

В ода хранилась в цистернах, расположенных в восточной части здания .

Пол этих цистерн был значительно выше уровня пола бани. И з южной цистерны выходила гончарная труба, которая через распределительную камеру в восточной стене центрального зала шла по всей бане. В цистер­ нах держали холодную, слегка подогретую воду; горячая вода нагрева­ лась в медных котлах, помещавшихся в цистернах и вделанных свои­ ми основаниями в цилиндрические печи. Устройство этих нагреватель­ ных приборов выяснить не удалось, так как кроме небольших обломков медных листов от котла, толщиной в 9 мм, ничего не сохранилось. Вода подавалась в цистерны через не сохранившиеся вводы, устроенные в верхней части стен, так как нигде в других частях цистерн такие вводы не обнаружены....._ т Аналогией в таком устройстве бани может служить цистерна анийской дворцовой бани, исследованной академиком Н. Я- Марром. Там ввод водопроводных труб находился в верхней части цистерны 6Э Вода в се­ .

верную пристройку бани подавалась из этих ж е цистерн. В цистерны вода поступала самотеком с верхнего плато городища, где в древности на площади самого города было много озер .

У северо-восточного угла раскопа при исследовании бани был обнаружен колодезь, значительная часть которого осталась вне раскопа .

Стены его выложены из скрепленных в пазы дубовых досок, толщиной до 10 см и шириной около 40 см. Значительная часть пола в колодце бы­ ла досчатая. Глубина изученной части сооружения — 1,5 м, а от уровня современной почвы — 5 м. Верхняя, не сохранившаяся часть колодца, как можно полагать, была облицована бревнами около 10 см толщиной, рублеными в обло; от этих бревен сохранился один ряд кладки .

Колодезь прорезает четвертый слой, уходящий под здание бани, что однако не дает никаких оснований датировать этим временем постройку колодца, так как более верхние слои были нарушены хищническим рас­ копом XIX века и уничтожены, поэтому возраст колодца нельзя было установить. По устройству он напоминает колодезь, открытый на сосед­ нем раскопе под площадью XIV века, и с большой долей вероятия может быть отнесен к древним сооружениям. Чрезмерная его близость к сте­ нам постройки заставляет думать, что колодезь был заброшен ещ е до постройки бани, так как вряд ли строители стали бы возводить стены цистерны без достаточного фундамента рядом с ямой, поскольку это гро­ зило оползнем и деформацией стен .

Полученный при раскопках материал позволяет довольно полно проследить историю сооружения. Как уж е сказано, баня была выстроена в средине XIV века после перепланировки площади на берегу р. Меленки, открытой раскопками в 1938 г .

Эта эпоха — время правления Джанибек-хана — является периодом расцвета Золотой Орды. Именно к этому периоду относится большая строительная деятельность в городах Золотой Орды и в Болгарах .

Выстроенная в Болгарах баня представляла здание с крестообразным залом, оштукатуренным и покрашенным внутри темнокрасной краской, положенной на слой сырой штукатурки по принципу фресковой росписи .

Входы были оформлены арками .

Арки стрельчатых сводов были выложены блоками, отлитыми из але­ бастра в дугообразной форме. Внутри блоков проходили отверстия для штырей. Такое оформление арок напоминает кладку арок сводов Белой палаты, о чем можно судить по рисункам Н. и Г. Чернёцовых70 .

Спустя некоторое время баня ремонтировалась. Трудно сказать, что заставило произвести ремонт; можно думать, что он не был особенно большим и дело ограничилось новой штукатуркой, покраской стен и исправлением цистерны. В это время перегородки между угловой ци­ стерной й следующей за нею еще не было. Так как второй слой цементи­ ровки уходит под кладку перегородки, это позволяет утверждать, что перегородка поставлена несколько позднее. Второй ремонт носил такой ж е характер. Третий ремонт был следствием значительного разрушения бани в конце XIV века, когда неурядицы в Золотой Орде, ослабившие в значительной мере ее мощь, способствовали усилению набегов русских на Болгары. Только результатами военного погрома можно объяснить нару­ шение кладки пола в комнате отдыха. Повидимому, в это время были сбиты арки, возможно, что тогда ж е были разбиты и водоемы, заме* ненные впоследствии другими водоемами различного размера, а также упали карнизы, лишь частично дош едш ие д о нашего времени. Разруш е­ ние коснулось и восточной части бани, где пострадали цистерны и водо­ провод, подававший воду в баню. В результате хлынувшая в цистерну через стенку вода намыла значительное количество песка. Характер повреждений свидетельствует о преднамеренных разрушениях .

При этом ремонте была поставлена перегородка, отделившая нерас­ чищенную часть цистерны, переложена центральная печь в северной части постройки, относящаяся к одному времени с верхним полом ци­ стерны, и расширена сама баня путем пристройки к северной ее стене .

В центральной комнате бани арки были покрыты слоем белой штукатурки, а стены заново окрашены в серый цвет. Окраска купола в белый тон с полихромной росписью относится, повидимому, к этому ж е времени .

Во второй половине XIV века булгары испытали несколько тяжелых военных неудач. В 1360 году новгородцы опустошили Ж укотин71, а в следующем году Булак-Темир взял Болгары 72. Возможно, что первый ремонт потребовался в результате разрушений, нанесенных городу в это время. Набег новгородских ушкуйников в 1366 году, судя по летописному тексту, не сопровождался взятием г о р о д а 73, а в 1374 году булгары отку­ пились от нападавших данью в 300 рублей74 .

С большой долей вероятия разгром можно связать с походом великого князя московского Василия Дмитриевича, когда русские разо­ рили ряд городов, в том числе и Болгары. «Слышав ж е сіа князь вели­ ки Василей Дмитреевичь Московский и после брата своего князя Юрья Дмитреевечя, с силою многою, ратью на Казань; они ж е. шедше, взяша град Болгары, и Ж укотинь...»75 .

Вполне вероятно, что поражения булгар в это время носили жестокий характер, а захват их столицы в 1396 году былі одним из последних этапов долголетней борьбы с русскими. В 1431 году войска князя Ф едо­ ра Давыдовича Пестрова 76 окончательно захватили город, после чего он уж е больше не возродился. К этому времени и следует отнести полное разрушение бани. Развалины ее покрыл мощный слой остатков поздней­ шего русского периода .

Повидимому, такой ж е рядовой баней являлось здание, открытое в усадьбе Солдатова в сев.-вост. части городища близ дороги в Куйбышев Татарский. В этом здании был найден фонтан в виде чаши, украшенный Продольными зарубками, вместимостью от 10 до 15 ведер. Как и фонтан бани, открытый в 1939 году, чаша имела внизу отверстие и стояла на камне цилиндрической формы, имевшем в центре канал, отвечавший размерам и отверстию чаши; нижнее отверстие выходило вбок. Здесь были найден также водоем в виде плоской колоды размером 72 X 72 см вместимостью на 3— 4 ведра, и каменная доска с двумя отверстиями для холодной и горячей в о д ы 77. Все оборудование говорит о том, что здесь находилась баня .

Трудно теперь сказать, были ли известны Белая палата и баня на усадьбе Солдатова арабскому писателю Абуль-Феда, но бесспорно, что открытая в 1939 году Красная палата не могла попасть в число трех бань, упоминаемых этим автором, так как его география была им закончена в 1321 году, а баня могла быть выстроена не ранее средины XIV века .

Баня на усадьбе Солдатова осталась в значительной ее части нераскрытой, раскапывалась хищнически, и мы не знаем ее устройства .

Лучше нам известна Белая палата, раскопанная в 1877 году Глинским, т хотя я эти раскопки производились без соблюдения должной фиксации .

Многие нз его наблюдений остались неясными и вызвали споры .

Сравнение Белой палаты с Красной позволяет ответить на спорные вопросы. Основой плана Белой палаты является крестообразная комна­ та с угловыми ка мера ми-служебными помещениями с одной ее стороны и с двумя комнатами-раздевальнями с другой. Здание было сложено и?, квадратного кирпича и белого камня. Кафтанников, осматривавший памятник в 1809, 1812 и 1829 гг., сделал ряд наблюдений, позволяющих говорить о большом сходстве обеих ібань .

Результаты исследований Глинского, опубликованные В. Казарино вым 78, показали, что центральные залы обеих бань отапливались при по­ мощи тюдпольной системы отопления. Пол первых комнат отдыха лежал прямо на грунте и не имел подвального отопления. Подпольная система топки соединялась в обеих банях с дымоходами в стенах здания, выхо­ дившими на крышу близ куполов. Такую трубу Кафтанников видел в за­ падной стене юго-западной камеры. В обеих банях стояли водоемы. Их следы в Белой палате наблюдал Кафтанников в юго-восточной камере близ северо-восточного угла 79. Устройство печей, топки, арок, ограни­ чивавших число печей, совершенно одинаково в обеих іпалатах80. Служебные помещения южной части бани располагались несколько выше, чем центральный зал и не сообщались с ним. Их покрытием служил коробовый свод .

Точно так ж е, как и в бане, открытой в 1939 ю ду, в Белой палате угловые комнаты были покрыты сферическими куполами, поставлен­ ными на восьмигранники, образованные при помощи тромп над квадрат­ ными комнатами81 .

Все отмеченные здесь черты сходства свидетельствуют о том, что в Болгарах, как и всюду на Востоке, был принят один тип бань. Некото­ рое различие наблюдается лишь в устройстве передбанников. Так, в Белой палате он состоял из двух комнат, причем в одной из них был фонтан. Только в этом, повидимому, и заключается основное отличие Б е­ лой палаты от бани, открытой в 1939 году, Аналогичные бани известны также в Крыму, где в качестве при­ мера можно указать Биюк-хамам в Карасу-Базаре.

Там мы имеем сое­ динение двух крестообразных зал с соответствующими помещениями:

угловыми комнатами, раздевальней и цистерной с печью82. Такой же характер имела баня, открытая в северо-восточной части города А н и 83 .

Здесь крестообразный зал с четырьмя угловыми комнатами и куполь­ ным покрытием имеет подобную ж е систему отопления и водоснабжения .

Иногда здание бань осложняется рядом дополнительных пристроек, но основа плана и характер устройства каждой бани остаются одинаковыми как в Средней Азии и в Закавказье, так и в армянских городах Ани и Анберде, в Малой Азии и в Крыму. Они были известны еще в X веке н. э., но их продолжали строить и значительно позднее. В Бруссе (Малая Азия) известна такая ж е баня XVI века 8\ Существуют этого типа бани и в настоящее время, чему в качестве примера можно привести бани Эрзерума и Каира .

Сравнение булгарских бань с подобными ж е памятниками других мест заставляет искать прототипы их на Кавказе или в Крыму, а не в Хорезме, хотя последний и сыграл огромную культурную роль в жизни Булгарского государства .

Архитектурные памятники Болгара известны с X века. Тогда в их строительстве приняли участие мастера, приехавшие с посольством, ха^ лифа Муктадира в 20-х годах X века. Эти постройки, как можно судить по раскопкам Биляра 85 и С увара86, возводились из кирпича квадратной формы. Но наряду с ними в Булгарии известны и постройки из камня .

Камень применялся в те времена в качестве строительного материала в Закавказье, Крыму и Хорезме, и можно полагать, что способ постройки бань в основном пришел к булгарам из Закавказья и Крыма, на что ука­ зывает применение булгарами некоторых архитектурных форм и строи­ тельных приемов, обычных для тех мест. Первыми строителями таких бань вероятно явились армяне, у которых была своя колония в городе Болгаре .

Изучая булгарскую архитектуру, нетрудно уловить в ней некоторые мотивы сельджукской школы. На этот факт первым обратил внимание А. С. Башкиров при анализе болгарской мечети, так называемого Четырехугольника87. Это влияние сказывается и в многогранных пи­ рамидальных покрытиях мусульманских мавзолеев Приуралья88 и Булгарии, особенно характерных для сельджукской архитектуры 89. Тип мусульманских бань возник на основе бань византийских и античных, откуда идет система отопления и характер штукатурки, и где мы встре­ чаем в некоторых памятниках д аж е применение крестообразного плана .

Так, в термах Каракаллы центральный зал — тепидариум — построен в форме креста90, как и центральный зал в термах Т ита91. Античные бани были известны в Закавказье, чему примером служат бани, открытые в последние годы в Мцхете. Там мы встречаем планировку, обычную для римских бань, известную по археологическому материалу и описанию Витрувия, довольно подробно останавливающегося на планировке, си­ стеме отопления и на применении сообщающихся баков для горячей, теплой и холодной воды. Точно так же, как и в Риме, на столбы, высо­ той около 76 см, укладывается.покрытие и пол бани; д аж е высота стол­ бов булгарских бань (70 см) очень близка к указанной Витрувием .

Весьма похожа и система нагрева воды, применяемая до сих пор в ту­ рецких б а н я х 92 и известная в древних банях Закавказья, где она доста­ точно хорошо прослежена в 'бане Дманиси (Армения). В ней открыта цис­ терна, в дне которой находился медный котел, нижней своей частью глу­ боко посаженный в топку. Котел имел, очевидно, высокие стенки, высту­ павшие над этим гнездом, но остававшиеся ниже поверхности воды .

Кроме того, в верхней части котла в нескольких местах были пробиты небольшие отверстия93. В булгарских банях котлы такж е помещались в воде цистерны. Нагретая вода шла из котла по трубам в комнаты, а на ее место вливалась теплая вода из окружающей бак цистерны. Такая система давала возможность автоматически пополнять бак подогретой водой из цистерны. Кроме того, дно цистерны согревалось двумя дымо­ ходами .

Таким ж е античным наследием является состав штукатурки, которую Витрувий рекомендовал делать для сырых помещений с примесью тол­ ченой черепицы 94. Первая штукатурка Красной палаты, положенная на стены, содерж ала значительную примесь толченой керамики и поэтому имела розовую окраску. П одобная ж е штукатурка известна в Закавказье и в Крыму, но она отсутствует в Средней Азии .

Кроме античной традиции, ясно прослеживаемой в булгарских ба­ нях и связывающей эти бани с раннесредневековыми памятниками Крыма и Закавказья, имеются еще и другие черты, указывающие на влияние нашего юга. Такой чертой является применение металлических труб .

В бане, открытой в 1939 году, был найден медный кран в виде трубочки, 15 Волжские булгары 225 а в Белой палате открыты остатки железных труб диаметром в 2— 3 дм.95. Такие ж е трубы применялись в средние века в Армении, где они открыты в А н и 96 и Анберде 97. Техника их изготовления одна и та ж е — они свертывались из листов ж елеза. Чтобы продолжить черты сходства, можно отметить, что окрашенные стены болгарской бани производят впечатление отполированных, как и в армянских бан я х98, да и цвет стен там и здесь красный09 (табл. XVII, рис. 149) .

Несмотря на довольно широкие хронологические рамки существо­ вания этого типа бань, все ж е имеется ряд деталей, позволяющих д о ­ вольно точно датировать постройки и помимо данных стратиграфии. Эти­ ми даными являются монеты, найденные под полом в слое сажи под северо-западной комнатой. Среди них четыре анонимных пула XIV века, без указания города и года, и один чеканенный в Болгаре в 734 году Хиджры (1339-—1340 гг.). На это ж е время указывает я.орнаментация водоема у северной стенки восточного крыла центрального зала; она состоит из ряда небольших ниш, напоминающих сталактиты парусов зданий. Этот мотив широко применялся именно в XIV веке, в частности был очень развит в орнаментике зданий городов нижнего П оволж ья100 .

Наконец, роспись парусов и других частей здания по белому фону чер­ ной, красной и желтой краской совпадает по расцветке с росписью зд а ­ ний городов нижнего П оволж ья101, а самый узор напоминает орнамен­ тику металлических украшений из могильников Северного Кавказа XIV века. Зигзаговая линия и стилизованные ветви росписи паруса близки мотивам орнаментики судакской мечети начала X V века. Ту ж е дату подтверждает характер бассейна центрального фонтана, обработка которого вертикальными полукруглыми выступами часто встречается на арабском Востоке. В качестве аналогии можно также привести стилизо­ ванное изображение на иранской миниатюре 1430 года, иллюстрирующей Ш ах-Н амэ102. С некоторыми изменениями этот тип сохранился и позд­ н е е 108. Подобные фонтаны известны и в арабских постройках Испании .

Все приведенные аналогии подтверждают датировку памятника .

Назначение открытого сооружения вполне определенное, об этом достаточно убедительно свидетельствует характер здания и его обооудование. Однако спор, который в свое время шел вокруг назначения Б е­ лой палаты, продолжается и в наши дни, что заставляет еще раз оста­ новиться на этом вопросе .

Открытая раскопками Красная палата, как отмечено было выше, является зданием одного типа с Белой палатой. Значительная наряд­ ность, несколько выделяющая эти постройки из ряда обычных деревян­ ных зданий, которые нам известны по сообщениям арабских писателей и по раскопкам другого булгарского города Сувара, заставляет видеть в них общественные здания .

Первым описавший в 1712 году Белую палату дьяк Михайлов ни­ каких соображений о назначении этого здания не высказал, хотя в его время сохранность постройки позволяла это сделать лучше, чем всем последующим исследователям. В 1768 году академик П. С. Паллас, по­ сетивший Болгаоы, отметил и Белую палату. При описании он сравнил ее с касимовской мечетью: «Подо всем главным строением (Белая пала­ т а — А. С.) простирается погреб со сводами, под южной стеной которого сделан был так, как и в Касимове, ход в землю, куда ставили тела умер­ ших... К ажется, что не погрешу, если скажу, что сие строение сходно с находящимися в городе Ташкенте старинными строениями, в которые отчасти были школы, а отчасти ставили тела умерших». •' ж;

В 20-х годах XIX столетия Фр. Эрдман дал подробное описание па­ латы и высказал мнение, что здание было баней. Эрдман допустил только ту ошибку, что рассматривал всю сложную систему каналов под полом как канализационную систему бани .

В 1819 году за такое назначение палаты высказался Кафтанников .

В 1823 году описал и зарисовал этот памятник П. П. Свиньин. Ка­ саясь его назначения, он писал:...Чрезвычайно трудно определить, для какой цели воздвигнуто сие здание. Был ли это греческий храм или му­ сульманская мечеть или баня, как полагают разногласно ученые путе­ шественники». Полемизируя с Палласом и Эрдманом, Свиньин вносит новое определение: «Здание сие ближе подходит к индийским погодам.. .

и построено было еще в то время, когда, может быть, деятельные в тор­ говле индейцы (индусы — А. С.) имели свои храмы в Болгарах» .

Другую точку зрения высказал В. Флоринский, считавший Белую па­ лату христианским храмом. Основанием для этого заключения ему послу­ жил крестообразный план здания .

A. С. Башкиров в своей работе по архитектуре булгар, вышедшей в 1929 году, убедительно обосновал назначение Белой палаты в качестве восточной бани и привел в подтверждение этой точки зрения сравни­ тельный материал .

B. Ф. Смолин, не оспаривая мнения о возможности использования Белой палаты в качестве бани, ©се ж е более склонен был видеть в этом памятнике богатый дом или загородную д а ч у 104 .

В итоге можно констатировать полное расхождение мнений о наз­ начении здания .

Как видно, ряд авторов считал Белую палату культовым зданием .

Но это мнение могло появиться только потому, что памятник дошел до нас в полуразрушенном состоянии, а отсутствие сведений о его обору­ довании открывало возможность различных предположений. Основное возражение, которое можно выдвинуть против сторонников культового характера Белой и Красной палат, это отсутствие строгой ориентировки обоих зданий. Белая палата ориентирована в дліину с юга на север, а Красная палата с запада на восток. Таким образом, первая не могла быть христианским храмом, а вторая мечетью. Это основное возраж е­ ние, не считая того, что ни христианский храм, ни мечеть не требуют такого огромного числа водоемов. Как известно, в мечетях водоемы по­ мещаются у входа или во дворе .

И Белая палата, и открытое в 1939 году здание, были банями; их сравнительная роскошь объясняется тем значением, какое имели и имеют бани в общественной жизни на мусульманском Востоке. Там бани столь ж е необходимы, как и мечеть, и играют в жизни населения не меныиую роль, чем последняя. В бани ходят не только для того, чтобы вымыться, но и для ритуальных омовений. В банях собираются и проводят иногда це­ лые дни, делясь новостями, заключая торговые сделки. Д ля мусульман­ ских женщин баня была единственным местом, где они могли встречаться и без помехи проводить время. Известно, что женщины часто нанимали баню на целый день, устраивали там небольшие пирушки, танцовали, пе­ ли, вели беседу .

П оэтому не случайно, что баня, как место действия, нашла отра­ жение в искусстве. Она упоминается в «Тысяча и одной ночи», в поэме Руставели, в персидской поэме XI века «Вис и Рамин», и во многих других поэтических произведениях. Баню изображали на книжных миниатюрах, примером чему могут служить иллюстрации из предис­ ловия к Ш ах-Намэ, где Фирдоуси дважды изображен в б а н е,08. Н а этих рисунках привлекает внимание облик бани: отчетливо видны пять ку­ полов и первая комната отдыха с лежанкой; посреди комнаты изображен водоем, вверху развешены полотенца .

Общественный характер бани, как и многие стороны ее устройства, были заимствованы Востоком из Византии, которая восприняла их от Рима, где бани (термы) служили местом отдыха, собраний, бесед, вы­ ступлений политических деятелей. В императорском Риме было огромное число бань, среди которых роскошью выделялись такие, как термы Диоклетиана, Каракаллы, Тита и другие. По сравнениею с иранскими или турецкими банями известные нам булгарские бани являются довольно скромными зданиями, выделяющимися только на фоне дер е­ вянных домов города .

Все исследования, производившиеся на территории городища Бол­ гар, дали в основном материал золотоордынского времени. Коллекции, собранные на площади этого городища, резко отличаются от предметов из Биляра и Сувара, и это давало основание археологам датировать Бол­ гары более поздним временем по сравнению с Биляром .

Многовековые наслоения за длительное время жизни города наруши­ ли на большом пространстве более древние напластования. П оэтому в слоях XIII— XIV вв. (4-й слой) находятся иногда вещи более раннего вре­ мени, а в нижних слоях X— XI вв. (б-й слой) встречаются предметы позд­ нейших эпох .

Незначительные раскопки досоветского периода, производившиеся на этой территории, ие дали указаний на существование здесь домонголь­ ского слоя. В. Ф. Смолин тогда отметил: «Напрасно на его территории мы стали бы искать следов болгарской архитектуры более древнего времени. По крайне мере до сего времени их найдено повидимому не было, и описываемые развалины являются памятником камско-волж­ ской Булгарии татарской эп охи 106 .

Те ж е выводы могли быть сделаны и по материалу, полученному работами П. И. Кротова и А. А. Штукенберга, которые производились в конце XIX столетия. Более крупные раскопки 1912 года П. И. Кротова и М. М. Хомякова коснулись развалин зданий и Бабьего бугра. В 1914 году раскопки вел С. И. Покровский при участии архитектора Покрышкина к северо-западу от Малого минарета. Стратиграфия слоев на месте раскопок была следующей: под тонким черноземным растительным покровом лежал слой строительного мусора, ниже его второй слой, состоявший из черно­ зема и суглинка, внизу — суглинок. Заложенный за пределами раскопа контрольный шурф дал аналогичные слои: растительный (рыхлый) — куль­ турный — глина — материковый песок .

Полученный вещевой материал состоял из архитектурных обломков и бытовых вещей. Первые относились к XIV веку, вторые состояли из простой и тюливной керамики золотоордынского времени107, обломков китайского фарфора-селадона, датируемого XII— XIV вв., и т р е х 108 ж ел ез­ ных вещей (в погребениях) того ж е золотоордынского времени. Все сохранившиеся архитектурные памятники также датировались XIII — — XIV вв. Только исследования последних лет доказали значительно бо­ лее раннее существование города Болгара и выяснили, что расцвет его от­ носится к XIII— XIV вв .

Археологические работы нашего времени вполне точно доказали, что город существовал с IX века, но занимал вначале небольшое простран­ 228. .

ство, как об этом говорят и арабские источники (Эль-Балхи, Эль-Бекри) .

Неоднократно разоряемый в X—XI вв., он уступил в XII веке свое место новой столице Булгарского царства Великому городу — Биляру .

Период XIII—XIV вв. был периодом вторичного расцвета Болгара. Н еда­ ром Фергат-Нано называл его тогда «золотым городом» — Алтун-тахт .

Биляр Город Биляр принадлежит к числу древнейших городов волжской Булгарии. Он сыграл большую роль в исторической жизни этой страны в начале XIII века. В XII веке он длительное время был столицей царства .

Н а территории развалин этого города производились разведочные раскопки и собран большой вещевой материал, по своему характеру напоминающий суварские находки. Однако планомерных археологических исследований здесь не велось, как не были изучены и архитектурные памятники городища, развалины которых были видны на его поверхности еще в XVIII веке .

Город Биляр занимал обширную территорию четырехугольной фор­ мы, окруженную рядами валов. Внешний вал, длиной свыше 10 км, охватывает площадь около 6 кв. км. В северо-западном углу городища течет р. Билярка, пересекающая внешний и средний валы и уходящ ая далее на север, где она впадает в р. Малый Черемшан. Внутренняя поверхность городища покрыта буграми, хранящими остатки зданий .

В северо-западном углу расположен древний могильник .

Еще в XVIII веке на поверхности городища видны были развалины архитектурных памятников. Об них писали Т атищ ев109 и Рычков. П озднее сведения об этих развалинах поместил в своем сводном труде С. М. ІІІпилевский110, Все исследования, проведенные до 1919 года, не дали материала для характеристики культурного слоя городища. Было лишь твердо установлено, что городщце в основном принадлежит к домонгольской эпохе .

После монгольского погрома 1236 года Биляр довольно быстро оправился. Раскопки А. С. Башкирова показывают, что непосредствен­ но над булгарскими слоями идут слои золотоордынской эпохи. Ни в од­ ном случае не замечено стерильного слоя, который говорил бы о периоде запустения. Правда, город потерял за это время свое прежнее значение и поздние культурные слои невелики и бедны находками .

Столица волжских булгар XII века, Биляр, упоминаемая русски­ ми летописями под именем Великого города, отошла в конце своего существования на второй план, однако разрушенные ее укрепления бы­ ли подновлены, как об этом можно судить по исследованиям укреплений, произведенным А. С. Башкировым 111. Раскопки вала по берегу реки Елшанки дали картину, указывающую на его восстановление .

П од дерновым слоем в насыпи были обнаружены разбитые и целые кости животных и керамические фрагменты типично булгарской «посу­ ды. На глубине 45— 50 см отмечена тонкая полоса в 2—4 см, харак­ теризующая остатки погребенной почвы; под нею лежал слой насып­ ной материковой глины на глубину до 80 см — 1 м от современной поверх­ ности вала. Не останавливаясь на деталях устройства вала, можно ука­ зать на совершенно ясную вторичную его подсыпку, сделанную из куль­ турного слоя булгарской эпохи. Эта подправка может относиться ко вре­ мени, когда уж е успел отложиться культурный слой достаточной мощности112. Подправку отмечает исследователь и для внутреннего вала .

«Весьма интересно и то, — пишет он,— что первоначальный вал подвер­ гался ряду присыпок, что замечается в ряде прослоек его вершины»11Э .

Устраивая новые укрепления, строители не охватили всей старой территории города. Исследование укреплений в урочище Шишки пока­ зало, что линия вала идет по заброшенным местам поселения. В верх­ них слоях рва были встречены куски кирпича и мелкого известняка, фрагменты посуды, костей. Вал в этой части городища насыпан из куль­ турного слоя. В насыпи встречены: битый строительный мусор, обож ­ женный и сырцовый кирпич, мелкий, в округленных формах, известняк, куски раствора глины с песком и др., кости животных и темнокрасные черепки. «Насыпь, состоящая из перемешанной глины с культурно-поч­ венной землей, имеет серый цвет от присутствия золы и угля. Она взята с мест разрушенного и давно покинутого поселения» — пишет Баш­ киров т .

За линией вала у урочища Шишки находится площадка в виде тре­ угольника, игравшая роль укрепленного пункта, своего рода форта. Этот укрепленный пункт был создан на месте когда-то существовавшего мо­ гильника. Все семь открытых там погребений относятся,к булгарской эпохе. Они открыты на глубине 80 см— 1,3 м. Костяки лежали на спине, головой на северо-восток. Инвентарь погребений бедный и состоит из обломков местной посуды 115 .

На той ж е площади укрепленного пункта под южным валом были найдены остатки кирпичного здания, относящегося к домонгольской п о х е 116. Здание было выложено из квадратных кирпичей на глиняном растворе .

Находки на площади городища относятся к двум эпохам — булгар­ ской и золотоордынской. Верхние слои дали керамику красной глины, хорошо обожженную в закрытом горне. П осуда покрыта орнаментом, со ­ стоящим из тонких пучков горизонтальных прямых, волнистых и зягзаговых параллельных линий. Эта керамика, -обычная для городищ ниж­ него Поволжья XII—XIV вв., здесь одновременно встречается с 'более грубой посудой. Нижние слои содерж ат другую керамику из глины крас­ ной, желтой, серой, часто плохо обожженной. Верхний слой, как отмечает А. С. Башкиров, невелик .

Материал, полученный экспедицией Башкирова, дает право сделать следующие выводы. Разрушенный при монгольском нашествии Биляр был восстановлен. Были подправлены валы, причем новая линия укреп­ лений не охватывала всей старой территории города, на что указывает проведение рва и вала у урочища Шишки по разрушенным зданиям до­ монгольского периода. Новый город жил не столь интенсивной жизнью, как в XI— XII вв., когда Биляр был столицей царства, на что указывает незначительный, по сравнению с домонгольским слоем, культурный слой, отложившийся за столь ж е длительный срок, как и первый .

Сувар

Одним из главных городов Булгарского государства, племенным центром савиров, был Сувар или Сивар, упоминаемый арабскими пи­ сателями X, XII, XIII и XIV вв. Древнейш ее из этих сообщений принад­ лежит перу Эль-Балхи (935—951 гг.): «Булгар — имя страны, жители которой исповедуют ислам, и имя города, в котором находится главная мечеть. Недалеко от этого города лежит другой город, Сивар, где также находится главная мечеть. Мусульманский проповедник булгар сказал, что число жителей обоих этих городов простирается до 10 О О человек, О что там короткие дни и долгие ночи. Д ома деревянные и служ ат зимни­ ми жилищами, летом ж е жители расходятся по войлочным юртам». То ж е повторяют составитель Восточной географии и ибн-Хаукаль117 .

К половине X века относится краткое упоминание о Суваре в ответ­ ном письме хазарского царя Иосифа (по пространной редакции): «Ты ещ е настойчиво спрашивал меня касательно моей страны и каково про­ тяжение моего владения. Я тебе сообщаю, что я живу у реки по имени Итиль, в конце реки Г—р— гана. Начало этой реки обращено к востоку на протяжении 4 месяцев пути. У этой реки расположены многочислен­ ные народы в селах и городах, некоторые в открытых местностях, а дру­ гие в укрепленных (стенами) городах. Вот их имена: Бур-т-с, Бул-г-р, С-вар, Арису, Ц-р-мис, В-н-н-тр, С-в-р, С-л-вина. Каждый народ не поддается точному расследованию и им нет числа. Все они мне служ ат и платят дан ь»118. •. « I К самому концу X века относится свидетельство Ш емседина АбуАбдаллаха М ухаммеда ибн-Ахмеда, известного под именем Аль-Мукаддеси, который, упомянув о городе Суваре, отметил, что город лежит на Волге, что тамошние строения суть войлочные юрты, и что у жителей много полей и им ущ ества119 .

От XI века известно свидетельство М ахмуда Кашгарского, кото­ рый в словаре тюркского языка и на карте, приложенной к тексту, упо­ минает Сувар, помещая его недалеко от Каспийского моря, на западном берегу р. Итиль. На восточном берегу автор помещает Болгар, а к западу от Сувара — кыпчаков. В ряде мест им отмечено сходство языка кыпчаков, гузов и суварцев 12° .

От XII века мы имеем свидетельство Эдриси, который в своей гео­ графии упоминает Сувар, относя его к буртасам. География Эдриси пе­ реведена Ж обером. «Буртасы,— пишет Эдриси,— народы этой страны, соседи хазар. Они имеют деревянные дома и войлочные юрты, их города в числе двух Бартас и Саван» т .

И з авторов XIII века о Суваре упоминают Якут, составитель боль­ шого словаря, я Казвини, автор географического словаря, пользовав шийся сведениями ибн-Фадлана 122 .

Последние упоминания этого города относятся к XIV веку. О нем пишет Хамдулла в своем сочинении «Н аслаждение сердец». Упоминает о Суваре и Ферхег: «В этом вилаете (округе) суть три больших го­ рода: один Булгар, второй Сивар, третий Асбал (Э сбел)». Более поздних сведений о Суваре нет. Русские источники о нем совсем не упоминают .

Знакомясь со сведениями, которые приводят арабы, легко заметить, что некоторые более поздние авторы, например, составитель Восточной географии и ибн-Хаукаль повторяют своих предшественников. Д ля нас это обстоятельство не имеет значения, так как все данные относятся к одной эпохе и разница во времени составляет менее 50 лет. Д ругие све­ дения страдают неточностью. Так, М укаддеси помещает Сувар на Волге, хотя и нельзя сказать, что это большая ошибка: Сувар, находящийся от Волги в 40— 50 км, по существу, конечно, связан в этой рекой .

Более поздние сведения XIV века не являются повторением старых сообщений и если в перечислении городов встречается Сувар, то это дает уж е право утверждать о жизни города с X по XIV век .

Ценный материал, доказывающий существование древнего Сувара, дает нумизматика. Ряд монет, чеканенных в Суваре,— лучшее свидетельгво большого значения этого крупного города. Все известные нам мо­ неты относятся к X веку. Первая принадлежит Нарс-бен-Ахмед-Сувар и датирована 319 годом Хиджры, другая чеканена в 338 году Хиджры (949 г.) при Талибе сыне Ахмеда, и третья в Збб году Хиджры (976 г.) при Мумине, сыне Ахмеда. С. М. Шпилевский указывает, что к этому ж е году относится монета с именем Мумина, сына Ахмеда, чеканенная в Бол­ гар ах123. Наконец, сохранились монеты ибн-Ахмеда от 337, 338, 341 и 347 гг. Хиджры и монеты Мумина ибн-Ахмеда от 366 года Х и дж ры 12і .

Этот немногочисленный монетный материал большей частью отно­ сится к первой половине X века. Имена ханов на монетах: Наср, Талиб, и позднее Мумин, сын Ахмеда; Талиб и Мумин — братья125. Булгарские монеты, чеканенные в других городах царства, неизвестны. Это обстоя­ тельство, наряду с другими историческими сведениями, доказывает, что главными городами княжества являлись Сувар и Болгар. Вполне понятна поэтому борьба меж ду ними .

М ожно однако полагать, что в половине X века произошло объедине­ ние Болгара и Сувара под властью одного хана. Восточные писатели этого времени, начиная с Эль-Валхи, а позднее составитель Восточной геогра­ фии и ибн-Хаукаль дают суммарную характеристику этих городов: «Му­ сульманский проповедник булгар, сказал (автору), что число жителей обоих городов простирается до ІОООО человек», пишет Эль-Балхи. Это объединение областей произошло в эпоху м еж ду царствованиями Насра и Талиба, вероятнее всего при отце последнего Ахмеде, после которого эти области были поделены м еж ду его сыновьями Талибом и Мумином .

Мысль о том, что Талиб и Мумин были братьями, не нова, она была вы­ сказана А. Френом и принята Ш пилевским126. В раж да меж ду этими городами в 366 (976) г. снова привела к войне и потере Суваром поли­ тической самостоятельности, о чем свидетельствуют монеты Мумина, чеканенные в Болгарах и Суваре как раз в этом году. Такова ранняя история Сувара .

Вопрос о местонахождении Сувара долгое время оставался нере­ шенным и следы Сувара считались утерянными. С. М. Шпилевский, вслед за Френом 127, отмечает: «На основании имеющихся источников невозможе о представить точно местонахождение этого города; не помогает при этом н подробное знакомство с существующими ныне географическими названиями местностей бывшего Болгарского царства,— меж ду ними не встречается названия, подобного Сувару» 128 .

Некоторые исследователи пытались путем сопоставления наимено­ ваний определить место Сувара. Так, Савельев пишет: «Имя последне­ го из этих городов Френ читает: Сувар или Сивар, но можно допустить и чтение Суваз, т. е. Связ, Свяж или Свяжок, от реки Свияги, текущей в пределах бывшей Булгарии» 12Э Это мнение вызвало возражения со сто­ .

роны Шпилевского и Артемьева, признавших филологические построения Савельева не выдерживающими критики 13° .



Pages:     | 1 | 2 || 4 |



Похожие работы:

«Красильникова Мария Юрьевна Леонардо да Винчи и его эпоха в культурфилософской рефлексии Серебряного века Теория и история культуры 24.00.01 Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата культурологии Киров-2008 Работа выполнена в Государственном образовательном учреждении...»

«ОТЗЫВ официального оппонента на диссертацию Цымбал О.Г. "Финансовые реформы в Афинах IV в. до н.э. (К проблеме кризиса греческого полиса)", представленную к защите на соискание ученой степени кандидата исторических наук по специальности 07.00.03 – Всеобщая ист...»

«Вестник Томского государственного университета. Филология. 2017. № 46 УДК 821.161.1 DOI: 10.17223/19986645/46/13 В.А. Суханов А.П . ЧЕХОВ В ТВОРЧЕСКОМ СОЗНАНИИ Ф. ГОРЕНШТЕЙНА: ПИСАТЕЛЬ КАК ЧИТАТЕЛЬ В ЭССЕ "МОЙ ЧЕХОВ ОСЕНИ И ЗИМЫ 1968 ГОДА" В статье рассматриваются причины обращения Ф. Горенштейна к творчест...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ НАУКИ КАЛМЫЦКИЙ ИНСТИТУТ ГУМАНИТАРНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК (КИГИ РАН) РАБОЧАЯ ПРОГРАММА Б4.Г.1 ПОДГОТОВКА К СДАЧЕ И СДАЧА ГОСУДАРСТВЕННОГО ЭКЗАМЕНА Направление подготовки: 46.06.01 "Исторические науки и археология" Профиль:...»

«САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕСИТЕТ Филологический факультет Кафедра истории русской литературы Халиуллин Карим Ришатович КОМПЛЕКС МОТИВОВ ГУСАРСКОЙ ЛИРИКИ И ЕГО ТРАНСФОРМАЦИЯ В РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЫ XIX ВЕКА Выпускная квалификационная работа на соискание степени магистра филологии Науч...»

«Китайско-российский институт Хейлунцзянский университет Новосибирский государственный университет Курс "Организация деятельности центральных банков"Лектор: к.э.н., доцент Светлана Викторовна Бекарева Структура курса. Темы • Центральный банк на финансовых рынках. Основы деятельно...»

«СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ научной м ы сли © 1992 г., ЭО, № 6 Исмаил Бей Гаспринский РУССКОЕ МУСУЛЬМАНСТВО * IV Если взаимное знакомство, общность идей и интересов связывают отдельные единицы людей, то мне кажется, что те же мотивы отлично могут служить и для единения общественных групп и народностей. Дайте мусульманам возм...»

«Хакулова Марина Хабасовна ЛИНГВОКУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКИЕ А С П Е К Т Ы ТВОРЧЕСТВА КАЙСЫНА КУЛИЕВА Специальность 24.00.01 Теория и история культуры АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата фи.юсофских наук Ростов-на-Дону 2005 Работа выполнена на кафедре культурологии и этнологии Кабардино-Балкарского государственного университета доктор фи...»

«УДК [94:626.7]|18|(470.323) ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ ШЛЮЗНОЙ СИСТЕМЫ ПО РЕКЕ СЕЙМ С КОНЦА 30-Х ПО 40-Е ГГ. XIX В. © 2015 А. В. Сахаров аспирант БелГУ e-mail: Zucker1991@mail.ru МБОУ "Лицей №6 имени М.А. Булатова" (г. Курск)...»

«Автор: Аза Балгазина Год написания: 2015 г. Номинация: "Пьеса" ЗАЧАТАЯ Реальная история из будущего Слава Войс (Вячеслав Семякин) шоумен, певец, лет 50 Ника – его дочь, 17 лет Стелла – администратор Славы Войса, руководитель его танцевальной группы Мария Николавна — пожилая женщина Илюша — любим...»

«РУССКАЯ ИДЕЯ А. А. ГОРЕЛОВ РУССКАЯ ИДЕЯ НА ПУТИ К ДУХОВНО-СОЦИАЛЬНОМУ ЕДИНСТВУ "Бесполезный в глазах некоторых, слишком смелый, по мнению других, этот вопрос в действительности является самым важным из всех для русского, да и вне России он не может показаться лишенным интереса...»

«ВТОРОЙ ТУР Время на подготовку первой и второй частей – 3 часа. ПЕРВАЯ ЧАСТЬ. ИСТОРИЧЕСКОЕ ЭССЕ. Максимальная оценка – 50 баллов Вам предстоит работать с высказываниями историков и современников о событиях и деятелях отечественной истории. Выберите из них...»

«Историческая справка села Баш-Култаево В Пермском крае в настоящее время живут 140 национальностей. Среди них есть часть народов, исконно проживающие в нашем крае: манси, коми-пермяки, коми-язьвинцы, башкиры и татары, марийцы, удмурты, и естественно, ру...»

«ТЕМА НОМЕРА: "КРАВ МАГА — ИСКУССТВО НЕ БЫТЬ ЖЕРТВОЙ" История "Крав Мага". Жизнь Основателя Ими Лихтенфельда. "Крав Мага" была создана Ими Лихтенфельдом, который разработал эту систему в период его военной карьеры в качестве Главного инструктора (ш...»

«ЭВОЛЮЦИЯ ПЕРСПЕКТИВЫ_5 Н.Н. Александров Культурные параметры истории Здесь все те же три уровня: общее, особенное и единичное. Категории, раскрывающие единство одного типа формационного мироощущения, – это выразительные категории. В культурном проявлении они могут быть описа...»

«г. Минск, пл. Свободы 23, офис 35а +375 33 328 38 08 МТС +375 29 328 38 07 Vel +375 17 226 03 95 Городской Казбеги – Казбек – крепость Ананури – Тбилиси – Мцхета – Боржоми* – Гянджа – Баку – Гобустан* – Атешгях*...»

«Мария Сидельникова Искусство и российская история в образе оживающего портрета : (повесть Н.В. Гоголя Портрет и роман Ю. Буйды Борис и Глеб) = Russian art and history and portrait that comes to life. Studia Rossica Posnaniens...»

«ИСКОННО РУССКАЯ ЕДА Во всем мире русская кухня прежде всего ассоциируется с водкой и икрой, винегретом (известным в европейских языках под названием "русский салат") и пирожками. Следует, однако, отметить, что водка была завезена в Россию из Италии лишь на рубеже XIV-XV веков и...»

«ЛЕНИНГРАДСКИЙ ОРДЕНА ЛЕНИНА ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ имени А. А. Ж ДАНО ВА К. М. КОЛОБОВА ДРЕВНИЙ ГОРОД АФИНЫ И ЕГО ПАМЯТНИКИ ИЗДАТЕЛЬСТВО ЛЕНИНГРАДСКОГО УНИВЕРСИТЕТА Печатается по постановлению Редакционно-издательского совета Ленинградского университета Эта книга была задумана автором в процессе чтения им на историч...»

«Раздел 1. Пояснительная записка Рабочая учебная программа составлена на основе Федерального компонента Государственного образовательного стандарта базового уровня общего образования, утверждённого приказом М...»




 
2019 www.mash.dobrota.biz - «Бесплатная электронная библиотека - онлайн публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.