WWW.MASH.DOBROTA.BIZ
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - онлайн публикации
 

Pages:   || 2 | 3 | 4 |

«Б У Л Г А Р Ы ІХАО. ш ИЗ ДАНИ К I 'ОСУДАРСТВЕН И 01 'О ИСТОРИЧЕСКОГО МУЗЕЯ ТРУДЫ ГО СУДАРСТВЕНН О ГО И С Т О Р И Ч Е С К О Г О М У ЗЕ Я XIX В ы пуск А, П. Смирнов ВОЛЖСКИЕ БУЛГАРЫ И ЗД А Н ...»

-- [ Страница 1 ] --

А.П. С М И Р Н О В

ВОЛЖСКИЕ

Б У Л Г А Р Ы

ІХАО .

ш

ИЗ ДАНИ К I 'ОСУДАРСТВЕН И 01 'О ИСТОРИЧЕСКОГО МУЗЕЯ

ТРУДЫ ГО СУДАРСТВЕНН О ГО И С Т О Р И Ч Е С К О Г О М У ЗЕ Я

XIX

В ы пуск

А, П. Смирнов

ВОЛЖСКИЕ БУЛГАРЫ

И ЗД А Н И Е ГОСУДАРСТВЕННОГО ИСТОРИЧЕСКОГО М УЗЕЯ

МОСКВА. * 1951 Редактор С. Л. Толстое Рисунки карандашом художника Д. И. Архангельского Обложка художника 3. Р. Поварской

ВВЕДЕНИЕ

И ст о р и я волжских булгар — одна из значительных и интересных « с т р а н и ц нашего прошлого .

Объединив многие племена среднего Поволжья, Булгарское госу­ дарство сыграло немалую роль в процессе этногенеза народов Поволжья .

Без знания истории волжских булгар нельзя написать историю казанских татар, чуваш, мордвы, мари, удмуртов и коми. Нельзя забывать, что волжские булгары явились основой, на которой сформировалось Казан­ ское ханство и, наконец, история волжских булгар тесно связана с исто­ рией древней Руси, особенно с историей Владимиро-Суздальского, Рязан­ ского и Московского княжеств .

Тесные культурные взаимоотношения булгар с Русью характеризуют период X—XIV вв. и вместе с тем этот период наполнен борьбой между русскими и булгарскими князьями за включение племен Поволжья в свою феодальную систему, борьбой, закончившейся присоединением Казани к Москве в 1552 году. Историческое значение Булгарского государства этим не исчерпывается. Его столица «Великие Болгары» являлась между­ народной ярмаркой, где сходились купцы из разных стран тогдашнего цивилизованного мира — Руси, Византии, Арабского халифата, Хорезма и Китая. Все это делает понятным наше «внимание к истории булгар .



Возникновение Булгарского государства обычно связывают с появ­ лением в Поволжье в VII веке нашей эры кочевых булгарских племен, до этого обитавших Приазовье. Об этом событии сообщают византийские в источники, упоминающие о племенах булгар, родственных утургурам и кутургурам. Но этот весьма фрагментарный материал не позволяет вос­ создать всю историю сложения Булгарского царства, и мы оказались бы бессильными в этом вопросе без привлечения данных археологии .

Изучение археологических материалов среднего Поволжья и нижнего Прикамья, начиная с I тысячелетия до н. э. и кончая булгарскими, указывает на существование © культуре булгар многих элементов ранних культур края,— обстоятельство, позволяющее заключить о большой роли местных племен в формировании Булгарского государства .

В такой плоскости вопрос о возникновении царства волжских булгар был поставлен нами в 1938 г о д у 1. В старых исследованиях только иногда кратко упоминается о подчинении местных оседлых племен пришлой булгарской орде, как, например, в работах Н. Фирсова2, Ю. Готье8 и В. Смо­ лина 4. Недостаточное внимание к этому вопросу объясняется тем, что письменные источники крайне скудны, а археологйческие, несмотря на большое их количество, изучены были еще слабо .

За исключением небольшого числа отрывочных свидетельств визан* тийских и армянских историков, наибольшее количество письменных до­ кументов относится ко времени после X века, когда булгарская государ­ ственность уже сложилась. Скудость письменных документов по ранней истории булгар делает основным материалом для освещения этого перио­ да памятники археологические .



Однако наибольшее количество таких памятников на территории Булгарского царства являются пока анонимными. Городища, грунтовые могильники, курганы — только зарегистри­ рованы; в лучшем случае мы можем отнести памятник, и чаще всего ус­ ловно, к той или иной эпохе по случайному материалу, найденному при рекогносцировке®. Очень часто отдельные 'памятники относят к эпохе булгаро-татар на основании одних только местных преданий, хотя не­ сомненно, многие из них могли существовать еще задолго до возникно­ вения Булгарского царства. В работах К. Невоструева6 и С. Шпилевского 7 целый ряд поселений отнесен к интересующей нас эпохе без доста­ точного обоснования. Иногда городище более древней эпохи датируют эпохой булгаро-татарского иняжества только на основании показаний крестьян, якобы находивших «кирпичи», считающиеся принадлежащими татарской эпохе, но которые при внимательном осмотре оказываются кус­ ками глины из обожженного вала. Такое состояние вещевых источников сильно затрудняет детальное изучение исторического процесса, привед­ шего к образованию в бассейне Волги и Камы Булгарского государства .

Как уже отмечено, археологические памятники булгар и татар воспринимаются как одно целое. Это обусловлено большой трудностью определения материала. Большинство городищ, особенно крупных, суще­ ствовавших в эпоху Булгарского царства, хотя и были разрушены во время нашествия монголов, но после быстро отстроились и продолжали существовать еще значительное время, а некоторые пережили и расцвет, как, например, город Великие Болгары. Необходимо вместе с тем учесть, что еще в ту эпоху их жизни, благодаря постоянным перестройкам и связанным с ними земляным работам, более древние наслоения пере­ мешивались с более поздними, причем, естественно, перемешивались и вещи. В этом одна из причин, затрудняющих распределение вещей стра­ тиграфически по эпохам, более ранней булгарской и поздней татарской .

Здесь могли бы оказать большую помощь могильные комплексы, но, к сожалению, этот отдел археологии разработан еще очень слабо .

Впрочем в археологической литературе мы имеем несколько работ, выде­ ляющих из вещественного материала булгарские вещи. Например, можно назвать работу В. Гольмстен8 по керамическому материалу городищ Са­ марской луки, наиболее серьезное и удачное из всех имеющихся пока исследований. Но, конечно, окончательные выводы будут возможны только после больших раскопок городищ, особенно из числа существо вавших только в булгарскую или золотоордынскую эпоху. Только тогда можно будет окончательно разрешить этот вопрос .

Причиной того, что большинство исследователей не стремилось раз­ граничить друг от друга булгарокий и татарский материал, было то, что культура народов Поволжья, входивших в Булгарокое государство в период монгольского владычества, оставалась местной; ів городах попрежнему работали булгарские ремесленники, а на полях те же крестьяне;





монголы не іпринесли с собой новой культуры, наоборот, они сами многое восприняли от булгар и культура Золотой Орды имеет много булгарских элементов .

Такое состояние материалов позволяет определить территорию и гра­ ницы Булгарского царства в разные эпохи только приблизительно, В раяаюю эпоху Булгарского царства его северным рубежом являлась река Кама. В Закамь «вещи булгарокие (б частности керамика) встречаются;

н очень незначительном количестве. Большинство памятников, городища и могильники типично туземные. Здесь, в Закамье, мы знаем ряд иссле­ дованных городищ по Ижу — Тойме, по которым эту границу можно проследить довольно точно. Такие памятники, как Кашан 9 и «Чортово городище», находящееся около Елабуги, носят уже иной характер, п-о остаткам построек и по -бытовому материалу являясь своего рода фор­ постом булгарі0 .

Западная граница охватывает восточную часть Чувашии, северозападная же ее часть лежала вне границ Булгарии, хотя население нахо­ дилось под сильным влиянием булгар. Археологические исследования, проведенные в Чувашии за советский период, открыли на территории республики ряд булгарских городищ. Наиболее важным из них является крупное городище четырехугольной формы, расположенное в бассейне р, Булы, около деревни Большая Тояба. Оно окружено мощным валом от б до Ю м высоты. Точная его датировка установлена Третьяковым 1 1 на основе керамического материала. Находка гончарной посуды булгар* окого типа из красной глины с характерным зубчатым орнаментом заста­ вила П. Н. Третьякова отнести этот памятник ко времени волжских бул­ гар. Близ этого городища экспедицией Государственной Академии исто­ рии материальной культуры в 1931 году было открыто у деревень Боль­ шой Яльчик, Байбатырево, Байтериково и Рабузи несколько селшц, дав­ ших точно такую же керамику; она представлена большими округлыми горшками с поперечныМ'и ручками и гладкими кувшинами с одной руч­ кой. Наряду с этой гончарной булгарской посудой встречается грубая, лпленая из теста с примесью толченых раковин, украшенная веревоч­ ным орнаментом. Эта керамика, как можно судить по памятникам Са­ марской луки, 'всегда встречается вместе с типично булгарской .

Городище этого ж е типа известно также около д. Гагашево. Оно окружено мощной системой обороны из трех рядов валов. Подобные городища 12 встречаются и далее на восток н в большом числе известны по р. Свияге; описание их можно найти в работе С. М. Шпилевского .

В этом районе встречаются также надгробия с надписями арабским шрифтом, датируемые временем Золотой Орды. Весьма интересны зем­ ляные валы на территории Чувашии и на западе Татарской АССР .

На Волге памятники булгарской культуры встречаются на Самар­ ской луке, около Ульяновска и в некотрых местах Куйбышевской об­ ласти, южная ж е граница намечается приблизительно в пределах Сара­ товской области; до этой черты мы встречаем довольно большое количество вещественных памятников булгар. Юго-восточный угол границы определяется свидетельством русской летописи: «Того же лета (1229)... Саксин и Половци възбегоша из низу к Болгаром перед Татары и сторожеве Болгарьскыи прибегоша бьени от Татар близь рекы, ей же имя Яик»13. Из этого указания видно, что где-то близ р. Урал проходила южная граница Булгарского царства. Граница на востоке, повидимому, пройдет по р. Белой, так как на правом берегу не известны ни могильиики, ни городища, которые мы могли бы отнести к булгарской культуре .

Такова приблизительно территория волжской Булгарии .

Основной проблемой, привлекавшей внимание большинства исследо­ вателей, была проблема этнической принадлежности булгар. Вопрос этот подробно разобран в работах Н. Шишманова 14 и В. Смолина где дан подробный перечень всей литературы .

Еще не так давно одним из господствующих мнений было утверж­ дение родственности древних булгар и современных чувашей,— точка зрения, в настоящее время уточненная .

Истории Булгарского государства, несмотря іна значительный инте­ рес, проявляемый к этому впросу, посвящено лишь небольшое количество работ. Большинство из иих.рассматривают период с X века до 1236 года суммарно. Одними т весьма серьезных работ являются исследования А. Ф рена16, в которых автор разобрал и дал правильную оценку нумиз­ матического -материала, оценку, сохранившую значение до наших дн ей 1Г .

п рим ечания ’ А. II. С м и р н о в. О возникновении государства волжских булгар. «Вести, древи.истории», № 2, М., 1938, стр. 7 .

2 Н. Н. Ф и р с о в. Прошлое Татарии. Казань, 1926 .

8 Ю. В. Г о т ь е. Железный век в Восточной Европе. М.— Л., 1930, стр. 159 .

4 В. Ф. С м о л и н. Археологический очерк Татреспублики. Материалы по изуч .

Татарстана, т. II, Казань, 1925, стр. 32 .

‘ А. П. С м и р н о в. Очерки из истории волжских булгар. Труды ГИМ, з. XI, М., 1940. !, і

• К. И. Н е в о с т р у е в. О городищах дреонего Волжско-болгарского и Казан­ ского царств. Труды I Археол. съезда, т. II, М., 1871, стр. 521 .

* С. М. Ш п и л е в с кий. Древние города и другие булгаро-татарские памятни­ ки в Казанской губернии. Казань. 1877 .

8 В. В. Г о л ь м с т е н. Материалы по археологии Самарской губ. Керамика древних поселений Самарской луки. Бюлл. О-ва археол., ист., этногр. и естествозн .

при Самарском унив., № 3, Самара, 1925, стр. 5 .

8 П. А. П о н о м а р е в. Булгарский город Кашан. Казань, 1893, стр. 6 .

м А. А. С п и ц ы н. Прикамский край. Матер, по археол. восточн. губ. России, в. 1, М., 1893. Что булгарское государство в X веке не распространялось вглубь области по правому берегу Камы, доказывается фактом отсутствия там крупных населенных пунктов. Все известные города относятся к монгольской эпохе, как, например, город Керменчук. Он впервые упоминается в русских летописях под 1399 годом, все найден* ные в нем археологические и эпиграфические материалы — поздние. (См. Ш п и л е в с к и й. Древние города и другие булгаро-татарские памятники в Казанской губ., стр. 145, 242, 244; ЖМНП, 1878, март, стр. 44; Известия IV Археол. съезда, № 4 и 7;

Е. Т. С о л о в ь е в. Где был древний булгарский город Керменчук). Город Кашан, как установлено изысканиями П. А. Пономарева,— булгарский город Кашан (См. Изв .

О-ва археол., ист. и этногр. при Каз. унив., т. XI, в. 2, Казань, 1893). Он существовал с XIV в. Памятник с арабской надписью, находившийся у дер. Гордиио на Чепце, давший право некоторым исследователям вводить Чепецкий край в ор­ биту булгарского государства, относится тоже к XIV веку. (См. А л и-Р а х и м. Болгар­ ские памятники в Вятском крае. Материалы по охране, ремонту и реставр. памятников ТАССР, в. 4, Казань, 1930, стр. 49) .

“ П. Н. Т р е т ь я к о в. Средневековые феодальные поселения ЧАССР. Сообще­ ния ГАИМК, № 5—6, 1932, стр. 26 .

м В. В. Г о л ь м с т е н. Доисторическое прошлое Самарского края. «Краеведение», Самара, 1924, стр. 150—173 .

. * ПСРЛ, т. I, Л., 1926, стр. 453 .

“ И. ш и ш м а и о в. Критичен переглед на вопросе за происхода на прабелгарите. Сборник «За народни умотворения», т. XVI—XVII, София, 1900 .

“ В. Ф. С м о л и н. К вопросу о происхождении народности камско-волжских болгар. Казань. 1921 .

“ А. Фр е н. О новейшей монархии волжских булгар. СПб., 1816 .

17 Краткий разбор исследований дан в работе А. П. Смирнова «Очерки по исто­ рии волжских булгар». Труды ГИМ, в. XI, М., 1940, стр. 125 .

ГЛАВА I

ДОФЕОДАЛЬНЫЙ ПЕРИОД

1/1 стория среднего Поволжья и нижнего Прикамья достаточно хорошо " •и зу ч ен а начиная с эпохи I тысячелетия до н. э. Это время, названное в археологии ананьинской эпохой, известно по материалу городищ и мо­ гильников. Ряд сводных работ по памятникам этого времени, из которых отмечу исследования А. А. Спицына \ А. В. Ш мидта2, А. М. Тальгрена3 и А. В. Збруевой дают основание утверждать, что эта культура гене­ тически связана с культурой предшествующей эпохи, которая испытала воздействие южной срубной культуры .

Большой интерес представляет антропологический материал этого времени. При раскопках Луговского могильника было извлечено 36 че­ репов. Исследованиями Т. А. Трофимовой установлен резко выраженный монголоидный их характер, хотя у некоторых из них отмечена слабо заметная европеоидная примесь. Т. А. Трофимова в своей работе4 указала, что монголоидный тип, представленный в погребениях Лугов­ ского могильника, отличается относительно низким и очень плоским лицом с крайне слабо выступающим носом, и обладает резко покатым лбом с сильно развитым надбровьем. Более южные памятники срубной культуры дают иной материал. Два могильника у Маклашеевки и Поля­ нок позволили тому же автору установить европеоидный тип населения этой части Поволжья (район нижнего течения рек Майны и Утки). Он характеризуется мезокефалией, относительно широким (для европеоид­ ных групп) лицом, умеренно выступающим носом и среднеразвитым рельефом черепа. Т. А. Трофимова отмечает, что эти черепа сближаются с аналогичным материалом этого времени степей Украины, Поволжья и Западной Сибири. В этом сходстве нет ничего необычного, так как оба отмеченные могильника относятся к срубной культуре и расположены на северной ее границе. Т. А. Трофимова полагает, что смешение евро­ пеоидных и монголоидных типов в Прикамье началось в ананьинскую эпоху. Но эти черты прослежены у населения времени X — XIV вв. и у ряда современных народностей Волгокамья и Приуралья — мари, чува­ шей, удмуртов, коми, татар, башкир6. Эти выводы антропологов имеют существенное значение для решения вопроса формирования народов По­ волжья .

Для восстановления физического облика человека ананьинской культуры могут иметь значение и две могильных плиты с фигурами мужчины и женщины, найденные в Ананьинском могильнике и храня­ щиеся в собрании Госуд, Исторического музея, у которых, несмотря на весь схематизм изображения, может быть констатирована некоторая

МООТГОЛОИДНОСТЬ .

Установленное антропологами смешение монголоидов с европеои­ дами с ананьинокой эпохи шло, с одной стороны, за счет проникновения некоторой части населения с юга из области срубной культуры, а с дру­ гой стороны за счет пришлого населения с.востока, из Сибири, из области Енисея, где обитали племена, которых китайцы оказывали динліинами .

Этот приток населения с востока довольно хорошо подтверждается археологическим материалом из Ананьинского могильника и разных мест Молотовской области. Так, можіно указать характерный в этом отноше­ нии клевец с плоским обушком и с головкой хищной птицы, помещенной в углу.между втулкой и боевым выступом клевца; этот тип широко распространен в области Енисея среди памятников тагарской культуры в .

К таким лее вещам можно отнести бронзовые и железные кинжалы с плоским навершием и с перекрестием в форме крыльев бабочки .

Из числа случайных находок в Молотовокой области, изданных И. Аспелиным, необходимо отнести к тому же разделу бронзовые фигуры оленей с 'подвернутыми ногами и длинными ветвистыми рогами, прижа­ тыми к спине, навершие с фигурой горного козла с закрученными рогами и бронзовые кинжалы с прорезной рукоятью .

Трудно допустить, чтобы эти рядовые вещи, аналогичные которым производились в области племен ананьинокой культуры, могли попасть сюда в результате одних только торговых свяізей. Вероятнее всего здесь было также и проникновение самого населения. Не исключается возмож­ ность, что военные отряды динлинов ходили в далекое Прикамье и здесь частично могли остаться .

Проникновение сибирского элемента продолжалось и позднее, в эпоху пьяноборской культуры. Достаточно указать на большое «сходство Лодчерміских находок с вещами Ишимского клада и сходство вещей звериного стиля Уфимского могильника с аналогичными вещами с Ени­ сея. Однако этот сибирский элемент в нижнем Прикамье был не особенно значительным .

Гораздо большая связь намечается с западным Поволжьем. Сравни?

вая материал могильников первых веков нашей эры типа Кошибеевского с могильниками пьямоборской культуры, мы видим одну и ту же форму косника, состоящего из полуцилиндриков и заканчивающегося рожками, одни и те же типы шейных гривен, тот же венчик из ремня с у\экими штампованными пластинами. Сюда же надо отнести близкие по форме ажурные застежки и коньковые привески .

Археологический іматериал позволяет говорить о проникновении отдельных групп населения из племен левобережья на правый берег и наоборот. Об этом свидетельствуют скорченные погребения в Пьянобор­ ских могильниках первых.веков н. э., характерных для эпохи бронзы юга и сохранявшихся на правобережье Волги до XIV в. н. э. Проникновение чужеземцев было облегчено ослаблением родовых отношений и начав­ шимся процессом сложения территориальной общины. Повидимому, в первые -века нашей эры племена обеих областей Поволжья входили в один союз племен, а это неизбежно вело к тесному сближению населения .

Магические и культовые предметы ‘пьяіноборской эпохи также сви­ детельствуют о смешении племен в этот период.

Фигурки зверей, харак­ теризующие в сановном тотемистические представления и существовав­ шие в ту эпоху в виде пережитка, имеют черты; позволяющие говорить О смещении в одних и тех же изображениях черт, свойственных, различ­ :

ным животным. Так, среди предметов изТляденовокого костища имеется фигура лося с мордой хищника, возможно волка7. То же самое іможно сказать относительно вещей Подчеремского клада, где имеются фигур­ ки лошадей (с петлями для ношения), у -которых хорошо передана морда лошади, но хвост и туловище мелкого хищника. Такого же рода явления изучал проф. В. А. Городцов на сибирском материале. Им была выска­ зана мысль, что подобное соединение в одном изображении особенностей различных животных отражает отношения между людьми, т. е. говорит о смешении родов и племен и их слиянии .

Все эти факты показывают, что © пьяноборскую эпоху в Прикамье складывались союзы племен — первый шаг к формированию народов .

Самым древним письменным документом, упоми-нающим о булга­ рах, является свидетельство сирийца Мар-Абаса-Катину, жившего в ІІІ веке н. э., о том, что булгары, обитавшие к северу от кавказских гор, в 149— 127 гг. до н. э. вторглись в Армению8 .

Это сообщение передано автором VIII века Моисеем Хоренским Ему принадлежит и следующее упоминание о булгарах: «Восемнадцатая страна, азиатская половина Сарматии, граничит.восточными оконечно­ стями гор Ри'пия, рекой Танаисом, морем Меотис, проливом, соединяю­ щим его с Понтом Евксинским, далее на восток берегами того же моря (Понта) до владения в него реки Каракса (т. е. Ингира), далее Кавказ­ скими гора.ми, прилегающими к Грузии и Албании до Камийского моря і! до впадения ів него реки Соянос (Сунджи). О такой реке нигде не слы­ хать. В Сарматии лежат горы Кераунские н Гиппнйские, которые выпу* скают из себя пять рек, впадающих в Меотийское озеро. Из Кавказа текут две реки: Валданис (т. е. Кубань), текущая до горы Кракс, которая начинается у Кавказа и тянется на северо-запад между Меотисом и Понтом. Другая река Поевхрос отделяет Босфор от тех мест, где нахо­ дится городок Никскс. К северу от них (нее) живут народы турков и болгар, которые именуются по названию гор: Купи-Болгар, Дуги-Болгар, Отхондор, Бикарпишельцы, Чда-Болгар».. .

Другое свидетельство, также одно из самых древних, интересное тем, что разделяет болгар и гуннов, принадлежит византийцу Феофану,0 .

«В сем году {506 год до к. э.). Ватвиан, занявши всю Фракию, Скифию и Мизию со множеством гуннов и болгар, покорил Ахиян и Одиссополь, равно как поразил Кирилла, военачальника Фракийского и, опустошая все, дошел до самого Константинополя...» .

Под 671 годом у Феофана говорится: «В это время народ болгар­ ский вступил во Фракию. Здесь необходимо сказать о древности Унновундов, Болгар и Котрагов. По ту сторону на северных берегах Евксинского Понта, за озером, называемым' Меотийским, на восточных берегах Меотийского озера, за Фанагорией, кроме евреев живут імногие народы .

За тем озером, выше іреки Куфиса, в которой ловят болгарскую рыбу кснст, находится древняя Великая Болгария и живут соплеменные бол­ гарам котраги. Во времена Константина на западе Кроват, обладатель Болгарии и Котрагов, скончался, оставив пятерых сынов, которым заве­ щал никогда не расходиться, ибо таким только образом могли они всегда владычествовать и остаться не порабощенными от другого народа. Но не в продолжительном времени по кончине его пять сынов пришли к разногласию и разошлись все, каждый с подвластным ему народом .

Старший сын по имени Ватвиан, соблюдая завещание отца, поныне остался в земле своих предков, второй сын, брат его, по имени Котраг, перешедший за Танаис, поселился насупротив старшего брата... Когда они таким образом разделились на пять частей и стали малочисленными, го хазары, великий -народ, вышедший из Верзитии, самой дальней страны первой Сарматки, овладели всею Запонтийекою Болгарией до самого Понта и, сделавши данником старшего брата Ватвиана, начальника пер­ вой Болгарии, поныне получают от него подати» .

Имеется упоминание о Болгарии и у Константина Багрянородного:

«И Болгария, и самый Истр, и знаменитая гора, называемая Гемос, иду­ щая до самого моря, суть части Фракии, теперь же чужие. Эта чаість Фракии поставлена была во власть константинопольского императора и в ней до сего времени не было правителя. А с тех пор как ненавистное богу болгарское племя перешло через реку Истр, сам император втор­ жением скифов и болгар вынужден был ввести порядок в эту часть Фра­ кии и поставить в ней правителя. Произошел же переход варваров через Истр реку в конце царствования Константина Погоната. Тогда и это имя сделалось известным, прежде же их называли оногундурами»

В византийской истории Никифора Грегора12 говорится о болгарах, как одном из скифских племен: «Теперь я объясню, откуда получила имя Болгария. Есть страна, лежащая по ту сторону и севернее Истра, а река через нее протекает Волга, от нее и сами туземные жители получили название болгар, а сначала были они скифы. Оттуда с детьми и женами переселились они сюда в то время, когда язва иконоборства нападала на благочестивых. Перешли они реку Истр в громадном числе и распространились по обеим Мизиям».



Далее, говоря о скифах, Грегора пишет:

«Названия различные дают им древние мудрецы: Гомер называет их киммерийцами, Геродот разнородными скифами, Плутарх — кимварами и тевтонами»........ «Так и скифы — те, которые -поселились ближе всех к древней скифской земле, сохраняли неизменным свое название, ибо и сами называются скифами, и земля, питающая их, зовется скиф екой землей» .

Упоминания об этих племенах встречаются ів работах Прокопия, Агафия и Менандра, для которых они известны под именем утургуров и кутуіргуров .

Из перечисленных свидетельств древних авторов явствует, что болтары были автохтонами степей Приазовья и входили в число алано-сарматских племен, долгое «время по литературной традиции называв­ шихся скифамиІ8 .

Византийские историки разделяли котрагов и болгар точно так же, как не смешивали гуннов и болгар {свидетельство Феофана), считая их самостоятельными народами .

Археологический материал III—IX ©в. нашей эры весьма однохарак­ терен для большой территории юго-восточной Европы. Одни и те же па­ мятники встречаются и у Харькова, где был открыт Салтовский могиль­ ник, и на Северном Кавказе, где известны могильники той же культуры у аула Чми, Кумбулта, и аналогичные памятники по р. Кубани. Эта культура связывается обычно с аланскими племенами. Болгарские пле­ мена по занимаемой территории и по характеристике, данной им визан­ тийскими историками, должны быть отнесены к этой группе племен, гене­ тически связанной с сарматами .

История I тысячелетия н. э. в северном Причерноморье представляет картину постоянных столкновений между отдельными племенами. Читая хроники византийских историков можно на коротком отрезке времени наблюдать смену названий господствующих племен. Это положение мо жет быть объяснено только тем, что слагавшиеся в северном ПричерноЮ юрье союзы племен, как союзы оборонительные и наступательные, бы­ стро возникали и бысттро распадались ів зависимости от политической обстановки .

В III веке н. э. в Восточной Европе возник союз племен, возглав­ лявшийся военными отрядами пришлых готских племен, появившихся из Прибалтики, известный в истории под именем «царства Германариха» .

Этот союз, развивавший наступательную деятельность, заставил не во­ шедшие в него племена степей Причерноморья объединиться в целях обороны и создать другие союзы. В IV веке возникли союзы антов и гуннов, вступившие в борьбу с готами. В 375 году гунны разбили готов. Позднее, в V веке, возникает союз племен, возглавляемый болга­ рами. Только этим можно объяснить появление имени болгар в сочине­ ниях западных писателей |4. Этот последний союз племен предпринял ряд военных походов во Фракию (482, 499, 502 гг.). В VI веке он достиг могущества и его имя стало широко известно византийским писателям .

Распад этого могущественного союза племен можно связать с сообще­ нием о смерти Кровата и о расселении его сыновей .

Военные столкновения между племенами и образование Хазарского каганата заставили часть булгароких племен откочевать к северу .

Так могли кочевники-булгары из группы алан-сарматов вместе с остатками гуннов и других кочевников появиться в среднем Поволжье .

Среди керамического материала городища Великие Болгары встре­ чается немало обломков посуды, напоминающих по фактуре, форме и орнаменту посуду салтовского типа и сарматскую. Особенно интересны ручки в виде животных, повторяющие сарматские из района р. Кубани .

Этот факт крайне знаменателен и косвенно свидетельствует о приходе на среднюю Волгу с юга значительной и однородной по этническому составу группы, сумевшей сохранить на новом месте в продолжении длительного времени среди чуждых племен свои этнографические при­ знаки .

В числе откочевавших племен были булгары, давшие свое имя го­ роду Болгару, и савиры или савары, упоминаемые Птолемеем, автором II века н. э., смешавшиеся с оседлыми племенами среднего Поволжья и основавшие город Сувар или Сивар .

Появление в среднем Поволжье кочевников не было новым явле­ нием. На несколько веков раньше здесь кочевали сарматы, о чем можно судить по раскопкам сарматского могильника близ сел. Киишки, Баш­ кирской АССР, открытого экспедицией Государственной Академии истории материальной культуры под руководством П. А. Дмитриева и относящегося ко времени III—II вв. до н. э.16 .

После распада болгарского союза племен часть их перешла на Д у ­ най, где они ассимилировались с славянами, а часть осталась в области Меотиды .

Значительно позднее, в X веке, в сочинении Абуль-Хасана Али ибнХусейна аль-Масуди, эта последняя часть булгар упоминается иногда вблизи Черного и Азовского морей. Его сведения относятся к этим остат­ кам булгарских племен, черным болгарам, а не к волжским. Этим и объ­ ясняется сбивчивость и кажущаяся ошибочность сообщений аль-Масуди .

Археологический материал, характеризующий волжских булгар, д о ­ статочно хорошо известен по раскопкам ряда городищ. Изучение его дает возможность установить тесную связь между булгарскими памят­ никами и более ранними городищами края с «рогожной» керамикой и с п пьяноборской культурой. В нижних слоях булгарских городищ находя-г керамику, сделанную от руки, напоминающую керамику ранних городищ края и более северной пьяноборской культуры. Такая связь наблюдается и в других вещах, в частности в украшениях. Подобные связи имеются и с аланской культурой. Все это заставляет видеть в культуре булгар­ ских городищ продолжение культуры предшествующих эпох .

Сарматская культура южных областей за длительный период своего существования неоставалась неизменной. В эллинистический период она имела много точек соприкосновения со скифской, что заметно в обряде погребения, в форме могильной ямы и в вещах. Позднее, в ІИ—IV вв. н. э., появляются новые типы погребений, что оказывается в ориентировке покойника головой на север, в форме могильной ямы с подбоем, в дефор­ мации черепов и новых типах вещей. М ежду ранними и поздними погре­ бениями можно установить генетическую преемственность,с .

Тогда же, в позднюю стадию, в нижнем Поволжье, наряду с сармат­ скими, появляются небольшие курганы с трупосожжеіниями, датируемые Г—V вв. н. э., которые, однако, не принадлежат сарматаім,7. Можно полагать, что эти немногочисленные памятники оставлены антами, у ко­ торых, судя по материалу Приднепровья и Дона, господствовал обряд трупосожжения .

Наряду с. этим нужно отметить курганы, в которых некоторые иссле­ дователи склонны были видеть гуннские погребения. Это куірганы №№ 2 и 3 близ станции Шипово18, давшие несколько особый обряд погребения в узких глубоких ямах, где среди вещей были найдены деревянные изде­ лия, обложенные золотыми пластинками. Технический прием изготов ления этих вещей заставляет вспомнить некоторые вещи из раскопок Радлова и С. В. Киселева. Весьма вероятно, что в этих курганах похо­ ронены или сарматизированные гунны, о чем свидетельствует деформа­ ция черепов, характерная для сармат, при несколько необычном обряде погребения, или, наоборот,— сарматы, испытавшие влияние гуннов. Эта погребения пока немногочисленны и не дают оснований для обобщений .

От последующей эпохи в нижнем Поволжье остались курганные погребения. Одно из них находится близ Зиновьевки на р. Узе, другое открыто около Саратова в 1934 году. Оба они датируются VI—VII вв. н. э .

Эти погребения связываются с хазарской эпохой и принадлежат аланам .

Культура эта, судя по отдельным находкам, заходила далеко на север, в область нижнего Прикамья .

Генетическая связь между булгарошми археологическими памятни­ ками и более ранними заставляет привлечь весь археологический мате­ риал для уяснения некоторых вопросов ранней истории булгар. При этом его фрагментарность требует несколько расширить хронологические рамки работы и использовать весь известный материал первого тысяче­ летия нашей эры .

Археологические «амятники с территории Булгарского царства того времени, к которому относятся приведенные выше свидетельства Моисея Хоренокого и Феофана Византийского, делятся на две культуры. Первая культура занимает лесную часть области, это культура оседлого населе­ ния, а вторая — сародато-аланская, простиравшаяся на всю степную часть края,— культура кочевников и, земледельцев .

Лесная область была занята культурой городищ «рогожной»

кеірамики. К поздним стадиям этой культуры необходимо отнести и мо­ гильники типа Арімиевского и Иваньковского. Это положение, принятое рядом исследователей, например, А. Спицыным 19 и В. Голымстен 20} не.12 вызывает сомнений. В самом деле, городецкая «.ультура рогожной ке­ рамики на своей поздней стадии теснейшим образом связана с могилыкмкамн типа Армиева и Иванькова .

Городища этой культуры весьма однообразны. Почти во всех слу­ чаях они расположены по берегам рек, с двух сторон ограждены овра­ гами, а с напольной стороны защищены одним или двумя валами21. Эти городища продолжали существовать весьма долго; на некоторых из них встречаются даже вещи золотоордынской эпохи. Например, на горо­ дище близ селения Березняки, против озера Поганая Яма, в верхнем слое встречены фрагменты татарской посуды, в то время как нижний слой дал вещи, обычные для ранних городищ22: небольшую зернотерку, гли­ няные грузила и керамику с рогожным орнаментом. Несомненно, что такое состояние материала затрудняет выяснение исторического процес­ са, и поэтому ряд весьма важных деталей остаются неосвещенными .

Отмеченные выше городища не характеризуют собой какую -то новую, принесенную со стороны культуру, а являются следствием разви­ тия более ранних стадий местной культуры. На эту мысль наводит при­ сутствие на городищах этой культуры нижнего слоя с архаической кера­ микой, приготовленной из промешанного глиняного теста с примесью дресвы и пресноводных раковин. Стенки сосудов толстые, дно плоское, поверхность сглаженная. Подобная керамика имеет широкое распростра­ нение в пределах нижнего и среднего Поволжья .

К сожалению, ничего нельзя сказать о характере поселений раннего времени. Раскопками не установлено, соответствовал ли этот нижний слой открытому поселку или укрепленному городищу. В данном случае мы можем делать предположения, только опираясь на аналогичный ма­ териал родственной дьяковской культуры, хорошему знанию которой мы обязаны исследованиям В. А. Городцова, А. В. Арциховского, О. Н. Бадера и П. Н. Третьякова .

Большую часть найденного гори рекогносцировках материала состав­ ляет керамика. Вся она резко делится на два тила. Первый тип — это посуда, украшенная рогожным орнаментом. Она дает в большинстве сосуды крупных размеров, приготовленные из глины без примеси, или же с небольшой примесью песка или дресвы высокого но неравномерного обжига, чем объясняется и неравномерная окраска поверхности. Второй тип — гладкая посуда небольшого размера с плоским дном. Посуда хо­ рошего обжига, приготовленная так же, как и первый тип, вручную, без выточки на гончарном круге. Такая посуда обычно украшена по верхней части или веревочным или точечным орнаментом. Необходимо отметить, что большинство обломков принадлежит гладким сосудам. Некоторые сосуды сделаны из глины с примесью толченой раковины .

Соотношение разных типов керамики на разных городищах раз­ лично. На некоторых подавляющее количество принадлежит рогожной керамике, второй же тип, с гладкой поверхностью или украшенный 'вере­ вочным или точечным орнаментом, представлен в незначительном чис­ ле 23. Находки © Других городищах дают совершенно иную картину соот­ ношения этих типов и материал их содержит імеиьше рогожной кера­ мики 24 .

По наблюдению, сделанному Л. А. Евтюховой 25т а позднее П. Н. Третьяковым26 над материалом Дьяковских городищ, рогожная посуда соответствует более дренним стадиям культуры и исчезает на более прздних этапах развития,.. • Аналогичную картину мы имеем и в Поволжье. Так, в некоторых культурных слоях, относящихся ко времени Булгарского царства, наряду с керамикой булгарского типа мы встречаем керамику несколько модер­ низированную, а иногда и аналогичную гладкой посуде городищ рогож»

ной керамики. То же можно сказать и относительно материала самого городища Великие Болгары. Явление, установленное для Дьяковских городищ Московской области, может считаться подтвержденным и для Поволжья. В результате мы получаем, правда, несколько условное деле­ ние городищ на хронологические этапы, от более древних через более поздние, к городищам Булгарского царства. Никакого перерыва между «древними городищами рогожной керамики» и «болгарскими», как это утверждает В. Гольмстен27, на территории Поволжья не было .

На городищах находят также каменные тёрки для размола зерен, грузила от рыболовных сетей, костяные и железные стрелы, шлаки, ножи, напрясла, кости животных (лошадей, овец, коров). Этот материал схо­ ден с материалом дьяковской культуры. На городищах открыты круглые ямы — землянки. Они обнаружены как на самой площадке городищ, так и вне укреплений. На некоторых городищах землянки расположены по краю поселения28, аналогию чему можно указать в Городецком го­ родищ е29. Землянки имеют круглую или четырехугольную форму, диаметром до 17 м и глубиной до 75 см 80. Наряду с такими крупными зем= лянками встречаются землянки небольших размеров. Нахождение в землянках керамических материалов, аналогичных городищенским, дает право отнести землянки ко времени и культуре городищ. Кроме земля­ нок на некоторых городищах были открыты жертвенники в виде глиня­ ных куч, аналогичные открытым Ю. ГендунеЯ. 1 Наряду с городищами, которые могут быть определены как укреп­ ленные деревни, встречаются и открытые селища. Они известны в районе гор. Хвалынска, где М. Радищев открыл в лесу группы ям-землянок с культурным слоем32. Отмечены они В. В. Гольмстен и в Куйбышевской области. Таковы селища близ деревни Новинки, селище близ дер. Винновки на берегу оврага Ближний Крутенький, селище в 5 км от г. Куйбышева близ Кирпичных Сараев, селище близ селения Царевщины, недалеко от КуйбышеваЗ3. Наличие большого числа рогожной керамики, характерной для древней стадии культуры, позволяет определить эти памятники как открытые поселкй, предшествующие появлению укреплен­ ных деревень .

Другой характер имеют селища, находящиеся в Кузнецком районе* в бассейне р. Узы; там близ селения Армиева, недалеко от могильника V века, рядом с городищами экспедицией Нижневолжского института краеведения открыто в 1928 году несколько селищ. На одном из них раскопками обнаружены землянки 8—9 м в диаметре. Это селище при»

мыкает к городищу, которое имеет несколько наслоений, показывающих его долговременное существование. Нижний слой содержит рогожную керамику, а верхний гладкую керамику, аналогичную открытой на мо­ гильнике. Та же керамика обнаружена и на селище. Таким образом, поздний характер этого селища можно считать установленным. Анало­ гичное селище было открыто около второго Армиевского городища .

Весь этот материал позволяет пока притти к следующим выводам .

Вначале появились городища, расположенные на малодоступных местах и укрепленные рвом и валом, т. е. городища, являвшиеся в основе укреп­ ленными деревнями, и, наконец, началось расселение родовых групп по открытым селищам и превращение укрепленных деревень в городищаубежища, куда население приходило только в случае опасности. Послед­ ний этап падает приблизительно на время существования Армиевского могильника, т. е. на V—-VI вв. Этот этап продолжался весьма долго;

во всяком случае и в булгарскую, и позднее, в татарскую эпоху, сущ е­ ствовали поселения этого же типа. В качестве примера можно привести селище между деревнями Вьшолзовой и Подгорами у подножья горного массива, селище близ селения Сосновый Солонец, селище близ д. Валы, селище между деревнями Александровской и Моркваши, селище между деревнями Мордово и Кольцовой на южном берегу р. Л ерки34. Из горо­ дищ-убежищ буліарской эпохи отмечу Кармалинское, городище близ селения Торновой, городище на Мангихе и др. Зб .

Несомненно, все эти изменения в характере поселений были обусло­ влены изменениями в хозяйственной и общественной жизни населения .

Широкое распространение открытых поселков явилось показателем сложения союзов племен, прекративших враждебные отношения между племенами, что содйствовало объединению этих племен и дальнейшему развитию их хозяйственной деятельности .

Могильники типа Армиевского теснейшим образом увязываются с поздними стадиями развития поселений. Таких могильников изучено не­ сколько, в том числе Иваньковский36, исследованный П. Ефименко, и затем Армиевский могильник близ селения Армиева, недалеко от г. Кузнец­ ка, в районе двух рек Узы и Суры. Первый імогильник датируется III—VII вв. н. э. и в своем инвентаре обнаруживает полное сходство с могильниками Борковским, Курманским и Кузьминским. Второй могиль­ ник относится ко времени около II — V века н. э. и, как Иваньков­ ский, дает в своем инвентаре черты, сходные с рязанскими могильниками .

Оба могильника относятся к одной эпохе и имеют близкий характер. Пер­ вая черта, бросающаяся в глаза при анализе Иваньковского и Армиев­ ского могильников, это наличие богатых и бедных погребений,— факт, свидетельствующий об отживании родовых отношений. Материал Ивань­ ковского могильника не особенно велик (вскрыто 19 погребений). Как отмечает Ефименко большинство могил в нем бедны, очевидно, потому, что сохранилась только окраина древнего могильника. Все же экспеди­ ции удалось вскрыть одно погребение (№ 10), оказавшееся весьма богатым .

Гораздо больше материала дает Армиевский могильник. Наличие экономического неравенства устанавливается здесь несомненно37. Надо полагать, что богатые погребения таких могильников характеризуют выделение родовой аристократии и указывают на то, что общество того времени находилось на стадии развития, которую Ф„ Энгельс называл военной демократией88 .

На основании всего археологического материала можно утверждать, что к началу нашей эры основным занятием населения являлось оседлое скотоводство, охота и мотыжное земледелие. О скотоводстве можно говорить по костям домашних животных — коров, лошадей, овец, сви­ ней. Удельный вес охоты трудно определить, но, во всяком случае, на­ личие стрел и костей диких животных дает право говорить о развитии и этой отрасли хозяйства. Земледелие было мотыжным, чему соответст­ вует находка мукомольных зернотерок на городище Ахматском 39 и близ селения Березняки 40. Такие примитивные зернотерки в северо-восточной Европе сопутствуют мотыжной системе земледелия. Уже ранние поселения открытого типа, например, близ селения Винновки на берегу оврага Ближний Крутенький. или у д. Новинки на берегу р. Воложки, 1$ дают материал, указывающий на наличие скотоводства, которое при дальнейшем развитии создало богатство, потребовавшее защиты. Появ­ ление первых укреплений деревень-городищ рогожной керамики было прямым следствием этого процесса .

Учитывая, что 'скотоводство и охота, являвшиеся главной основой хозяйства, находились в руках мужчин, а женщина играла небольшую роль в хозяйственной жизни, и учитывая также широкий процесс распа­ да родовых отношений, можно предполагать наличие патриархата у этих племен .

Одновременно шел процесс перехода средств производства, прежде всего скота и пашни, во владение отдельных семей, который и породил экономическое неравенство, сначала незначительное, но в дальнейшем все более увеличивающееся, что прекрасно отражено в материале мо­ гильников Иваньковского и Армиевского. Процесс этот связан с начав­ шимся отделением ремесла, о котором свидетельствуют погребения куз нецов-литейщиков в Армиевском могильнике .

Развитие производительных сил шло главным образом по линии развития скотоводства и связанного с ним земледелия. Изменение формы поселения, замена укрепленных деревень селищами и тесно связанными с ними городищами-убежищами, свидетельствует о прогрессе земледель­ ческой техники, который в корне изменил отношения внутри возникаю­ щей патриархальной семьи. Если сначала мотыжное земледелие, являясь подсобным в хозяйстве, до некоторой степени давало возможность жен щине принимать участие в производстве, то переход к плужной обра­ ботке земли и подсечной системе в лесной местности передал в руки мужчин и эту отрасль хозяйства, отстранив тем самым женщину от участия в производственной жизни и оставив за ней только домашнее хозяйство. Этот переход способствовал укреплению патриархального / (ггроя и усилению власти мужчин. Появление открытых селищ, судя по материалу Армиевского городища, датируется временем А;рмиевскогр могильника, т. е. -приблизительно V —VI вв. н. э .

Переход к более высоким формам земледелия привел к освоению плодородных земель левобережья Волги. Последние работы экспедиции Казанского филиала Академии наук СССР в районе рек Ахтая и Бездны под руководством Н. Ф. Калинина привели к открытию в: нижних слоях

•на ряде городищ керамики того же типа, которая -встречается в верхних слоях городищ рогожной керамики .

Интересно селище, открытое на городище Болгары в 1947‘ году. Там на площадке, известной под именем Бабьего бугра,-в нижних слоях была открыта стоянка, давшая керамику того ж е облика ~~ бипрапецоидные иапрясла, характерные для этой культуры, н красную, пастовую бусину типа, встречаемого © ранних окских могильниках. В этом ж е слое была открыта землянка, в значительной части разрушенная, имеющая форму прямоугольника, со стенками, облицованными досками. Эта землянка аналогична Городецкой, исследованной В. Городцовым * \ Весь материал позволяет отнести это селище, как п слои ряда городищ по Ахтаю н Бездне, к поздней стадии городищ рогожной керамики. Появление таких селищ на левом берегу Волги свидетельствует о расселении племен пра­ вобережья. Открытое селище на Бабьем бугре относится • к ’ середине I тысячелетия н. э. Несколько более поздним временем датируется кур­ ганный комплекс с примитивным ральником и вещами салтовской куль турьт VIII — IX вв. -Этот.ральник доказывает, наличие плужнопои-зем'леделия у племен левобережья Волги уже к VIII веку н. эры .

Таким образом, уже ко времени образования Булгарского княжества, этот край был в основе земледельческим. Та­ ким его знают и арабские путе­ шественники. Ибн-Русте отме­ чает: «Болгаре народ земле­ дельческий и возделывают вся­ кого рода зерновой хлеб, както: пшеницу, ячмень, просо и д р.» 43. Как мы знаем, булга­ ры мололи из зерна муку с помощью ручных мельниц (табл. I, рис. Г) .

То же говорит и ибн-Фадлан, участник посольства араб­ ского халифа Муктадира в страну булгар: «Главной пи­ щей их служит просо и конина, хотя их поля с избытком дают ячмень и пшеницу». О большом развитии земледелия говорят и русские летописи под 1024 го­ дом: «Бе мятежь велик и голод по всей, той стране, идоша по Волзе вси людье в Болгары и привезоша жито, и тако ожиш а»44 .

В булгарскую эпоху мы встречаем уже развитые земле­ дельческие орудия, точная да­ тировка которых пока еще де­ ло будущего, но которые во всяком случае бытовали уже в X веке. Переход к плужной об­ работке земли потребовал боль­ шого количества железных ору­ Рис. 2-3. Булгарскж' сошники .

дий — топоров и сошников. Это содействовало еще большему развитию металлургии (рис .

2—5) .

Итак, в середине I тысяче­ летия н. э. племена, занимав­ шие лесную часть края, находи­ лись на стадии военной демо­ кратии. Распад рода на проти­ востоящие ему отдельные се­ мьи, экономическое неравенство этих семей, военные дружины, находившиеся в лучшем эконо­ Рис. 4. Плжные ыожн .

мическом положении и в силу 2 Волжские булгары этого служившие опорой нового института частной собственности на средства производства,— все эти явления подводят нас к порогу классо­ вого общества. 1 !

Ту же картину клаесообразования мы наблюдаем и у кочевников, занимавших степную часть среднего Поволжья и генетически связанных с более поздними булгарами. Эти кочевые культуры Поволжья начала н. э. довольно однохарактериы и определяются в археологической лите­ ратуре общим термином «сарматы», объединяющим разные племенные образования. Античные писатели начала н. э. именем сармат также назы­ вали различные 'племена .

В первые века н. э. кочевники переживали стадию распада ро­ дового строя. Несмотря иа кажущееся однообразие, инвентарь погребе­ ний дает право говорить о наличии экономического неравенства. В каче­ стве примера можно привести Сусловокий могильник, погребения сармат по р. Колышлея, Аткарекого района45, погребения под Бугурусланом и Куйбышевым. К числу особо богатых могил можно отнести могильный комплекс близ д. Федоровки, Бузулукокого района 4. На основании имею­ С щегося материала можно говорить о полукочевом образе жизни этих племен. На некоторую их оседлость указывает наличие культурных слоев, как, например, в могильнике близ д. Тонкошуровки Саратовской области, давших типичную для сармат керамику и вещи. Основой хозяйства явля­ лось скотоводство — разведение мелкого и крупного скота47. ' Патриархальные отношения сложились здесь раньше, чем в более северных районах. Показательны в этом отношении захоронения рабынь-женщин вместе с другим имуществом в могиле умершего мужчины. Примером может служить курган № 16 Суслоэского 'могиль­ ника, где было обнаружено два костяка: один мужчины лет 30, лежав­ ший в вытянутом положении на спине (длина костяка— 1,57 м), другой девочки лег 12 (молочные зубы сменялись на постоянные), лежавший в вытянутом положении, причем голова ее лежала «а кисти правой руки мужчины. Другим примером может служить погребение в кургане № 4 6, где посреди могилы лежал костяк мужчины зрелого возраста в вытяну­ том положении, а слева от него, на расстоянии 18 см, в западном под­ бое на дне могилы лежал костяк женщины средних лет, тоже в вытяну­ том положении, а непосредственно под костяком мужчины, лежавшим на досках, оказался костяк подростка 15 лет .

Здесь может быть установлено и наличие патриархального раб­ ства. В качестве примера приведу могилу около селения Тонкошу­ ровки, где рядом с основным костяком найдены были кости человека, сложенные в специальной выемке рядом с погребенным покойником .

В кургане же № 49 Сусловского могильника раб был похоронен в осо­ бой могиле. Основным погребением этого кургана было погребение вои­ на с мечем и другими вещами, но в том же кургане было впускное по­ гребение с костяком мужчины в вытянутом положений, ориентированным к северо-северо-востоку; в черепе этого костяка оказалось отверстие, следы пролома круглой формы; вещей при этом костяке не было. Впуск­ ное погребение, несомненно, свидетельствует о насильственном умерщ­ влении человека, на что указывает пробитый череп, а отсутствие вещей говорит о его низком социальном положении. Предположить в данном случае погребение человека, погибшего в бою, нельзя; как бы он ни был беден, при нем должны были положить некоторый необходимый инвентарь. Достаточно проглядеть дневники раскопок, чтобы убедиться в этом — в самых бедных погребениях всегда есть какая-нибудь желез­ ная пряжка и один или два сосуда. Полное отсутствие вещей говорит об иной социальной группе .

Развитие скотоводства у сармат, приведшее к распаду родовой организации, явилось стимулом к зарождению родовой аристократии .

Археологический материал свидетельствует о наличии военных дружин .

Это видно из того, что военное оружие встречается не во всех мужских погребениях. Так, погребения №№ 4, 17, 19, 22, 25, 29, 56 и др. не имеют никаких предметов вооружения, часть же мужских 'погребений носит ярко выраженный военный характер: с покойниками лежат мечи, боевые секиры, стрелы и колчаны. Таковы в Сусловском могильнике курганы 16, 23, 27, 42, 49 и др. И такой же характер носят и другие сармат­ ские кладбища. Мы имеем поэтому полное право сделать вывод о суще­ ствовании обособившихся военных друж ин48 .

Перед нами типичная картина заката родового строя. Этот процесс распада родовой организации был несколько ускорен благодаря тому, что население Поволжья было втянуто в торговый обмен. Шкуры, скот и меха шли отсюда на далекий юг. Однако значение этой торговли не приходится переоценивать. Импортные вещи встречаются не часто. З о­ лотые бляшки, бусы, римские фибулы,— все это вещи очень дешевые, массового производства, их находят далеко не во всех погребениях .

Этот -процесс кл асеообр азова ни я у кочевников наблюдался в пер­ вые века нашей эры, причем, судя по части погребений, он усилился позднее IV века .

Более поздние эпохи представлены слабо. Во всяком случае поздне­ сарматская культура, правда, в очень фрагментарном виде, прослежи­ вается еще в ІІ—VIII вв. я. э. Например, в районе рек Суры и Узы некрыто одно такое погребение. Позднесаріматские погребения были исследованы также близ города Аткарска л'\ но они сильно отличаются от более ранних и их вещи по характеру своему близки уже к івещам Салтовского и Борисовского могильников .

Нужно учесть, что с IV—V вв. н. э. в Поволжье пошляются новые волны кочевников с юга, которые, накладывают на местные кочевые пле­ мена свой отпечаток и смешиваются с ними. Среди них были и булгары .

Исторические источники называют также гуннов, которые пришли из Азии 50, пройдя по южной части приволжских степей. Гунны, несомненно, в -некоторой части смешались с сарматами. Это движение гуннов произ­ вело некоторую перегруппировку среди сарматов-алан, что и нашло свое отражение в известиях византийских историков (Феофаш и др.). В язы­ ке современных чуваш, которых связывают с древними булгарами, мы видим немало гуннских слов51. Таким образом, смешение, древних оби­ тателей приволжских степей сарматов с гуннами является несомненным фактом .

Итак, еще до времени возникновения Булгарского княжества лесо­ степная часть Поволжья была занята оседлыми племенами, а степная— кочевыми л оседлыми, включавшими в свой состав и булгар. И те и дру­ гие переживали последний этап распада родового отроя .

Каковы же были взаимоотношения этих племен? Конечно, между ними происходил постоянный обмен продуктами производства. Доста­ точно ознакомиться с Армиевским могильником V—VII вв. н. э., чтобы увидеть, что обитатели городищ находились в тесной связи с сарма тами, отдавая им предметы сырьевого сбыта и получая от них украшсния, посуду и оружие. Этот обмен выходил за рамки Поволжья. Д оста­ точно вспомнить археологические материалы Закамья, чтобы убедиться в том, что украшения и оружие шли туда с юга и с юго-востока, ве­ роятно через тех же кочевников. В коллекции, добытой при исследова­ нии Гладеновского костища, имеется громадное число золоченых стек­ лянных бус и найдены восточные монеты I века н. э. Позднее, уже в сасанидскую эпоху, количество восточных вещей в Прикамье возра­ стает. Интерес к пушнине на юге с самого начала нашей эры был боль­ шой. Эта потребность в імехах стимулировала рост в Закамье пушного промысла. Точно так же, как и в Поволжье, охота здесь носила в зна­ чительной мере промысловый характер .

Таким образом, торговые связи шли с юга на север, и эти связи, чем дальше, тем псе более укреплялись. По волжскому пути на юг и на восток (в последнем случае — караванным путем) шла пушнина еще задолго до образования Булгарского царства. Но, конечно, было бы неправильным предполагать, что такие взаимоотношения были мирными и спокойными. Нужно помнить, что кочевники-скотоводы на данной ступени развития нуждались в рабской силе для обслуживания своего хозяйства. Это обстоятельство, как и обмен, в тех условиях неизбежно носивший грабительский характер, порождало военные столкновения, о которых ясно говорит археологический материал. В саратовском За­ волжье был найден костяк с сарматскими вещами, в бедре которого торчал костяной наконечник стрелы того типа, (который обычен в городиценской культуре52 .

Пережитки сарматской культуры прослеживаются до позднего вре­ мени. Рассматривая материал булгарских городищ X—XIV вв., как лево­ бережья, так и правого берега Волги и Прикамья, и сравнивая его с мате­ риалом сарматской культуры, мы можем констатировать, что керамика позднего времени сохранила черты, присущие сармато-аланской культуре .

Так, мы видим лощение сосудов, известное со времени сарматов, причем самый характер лощения полосами остался таким же. Форма сарматских сосудов с невысоким горлом, раздутыми боками и ручками, часто ими­ тирующими фигуру животного (рис. 6), сохранилась в булгарскую эпоху в виде крынок с высоким горлом, с сильно раздутыми боками и с высту­ пами на ручках,— далекий пережиток ручек, трактованных в виде фигур зверей. Таковы же миски, сохранившие древнюю форму до XIV века .

Помимо керамики можно указать ряд других вещей из Прикамья, точн;

воспроизводящих вещи аланских могильников. К их числу надо отнести приьески в виде круга или колеса с выступами по краям. Одни из этих привесок довольно простые, другие же более сложные, ажурные53. К этой же категории относится плоский круг, украшенный точечным орна­ ментом и по внешней стороне четырьмя головками хищных птиц — предмет, имеющий аналогии среди вещей аланской культуры Северного Кавказа. Близкие по форме вещи распространены и на территории самой волжской Булгарии. Большое сходство некоторых типов сарматских украшений с современными татарскими заставляет заключить о преем­ ственной связи этих категорий вещей .

В качестве примера можно привести курган близ слободы Гусевки, Сталинградской обл., где в разграбленном погребении были найдены золотая серьга с гранатами и зернью, ушко от значительного по разме­ рам зеркала, черепки от сосуда и блюда с черной лощеной поверхностью (рис. 7—8) В4. Несомненно, что ряд татарских серег XVIII—XIX вв .

представляет позднейшие варианты, восходящие к этим прототипам .

о о А О Рис. 5. Булгарский топор XI — XV вв —Рис. 6. Сарматская посу­ да из Сусловского могильника в нижнем Поволжье.—Рис. 7—8 .

Блюдо, фрагменты сосуда и золо­ тая серьга из сарматского погре­ бения в нижнем Поволжье .

— Рис. 9. План укрепления на Чортовом городище близ Елабуги .

Рие. 5 .

Наконец, нередкими в нижнем Прикамье являются серый аланского типа. Все это подтверждает сведения византийских историков о приходе на нижнюю Каму булгар, входивших в состав аланских племен .

Сарматские черты прослеживаются и в антропологическом мате­ риале XII—XIV вв. н. э. Т. А. Трофимова в своей монографии, посвя­ щенной народам Поволжья, говорит, что изученная небольшая серия черепов из раскопок А. П. Смирнова в Суваре, относящихся к той же эпохе, что и описанные Г. Ф. Дебецом, позволяет констатировать наме­ ченные им типы и одновременно отметить, что европеоидный тип суварской серии выступает более в брахикефальном варианте, напоминающем брахикефальные типы населения сарматской эпохи из нижнего I Іоволжья 54а .

Период с VII по IX век является временем развития и расцвета Хазарского каганата. Хазары подчинили себе значительную часть племен Восточной Европы, и в первую очередь среднее Поволжье. В эту эпоху прототюркский элемент проник в значительной части на территорию Булгарии. Незначительная примесь таких элементов, как отмечено выше, связана еще с гуннской эпохой .

Д о половины X века булгары находились в зависимости от хазар В записке ибн-Фадлана приведено сообщение о том, что булгарскиіі царь платит дань хазарскому царю, и сын первого находится в качестве заложника у второго. Приводятся сведения о военных походах хазар на булгар. Все это дает основание относить первое крупное проникно­ вение сюда прототюркских элементов, следы которого сохранились в язы­ ке современных татар и чуваш с VI—X вв .

Булгарское государство, возникшее в X веке, было многоплеменным .

Уже в эту эпоху можно было говорить о сильном смешении племен .

Наряду с местными племенами, оставившими нам городища с рогож­ ной керамикой, мы видим пришлую булгарскую орду из числа аланских племен, видим сильное влияние хазар и проникновение с ними прототюркского элемента, наконец, мы встречаемся с представителями многочис­ ленных народов, осевших в Поволжье. Здесь, как и южнее, в памят­ никах Цимлянского городища, была сильна славянская струя. В Цим­ лянском городище раскопками последних лет открыто большое число чисто славянских погребений, а о руссах в Болгарах много говорят арабские источники .

Если мы обратимся к более раннему времени и возьмем степи Прял зовья, откуда откочевали булгары в область нижней Камы, то увидим, что их соседями являлись многочисленные племена антов, расположен­ ные в основном на территории лесостепи, откуда они распространялись дальше на юг, доказательством чего служит упоминание имени антов в боспороких надписях. В этой области позднее сложилось Тмутараканокое княжество. Являясь соседями утургуров, анты были тесно связаны с последними, втянутые силой византийской политики в борьбу племен северного Причерноморья и Фракии. И те и другие, повидимому, нередко входили в одни и те же союзы племен, и совершенно естественна неко­ торая славянизация булгар еще в степях Приазовья. Этот процесс сла­ вянизации предполагал Маркварт в отношении западных булгар55, это же предполагал и М. И. Артамонов н убедительно обосновал С. П. Тол­ стое **. і Имя антов, упоминаемое у Прокопия 57, Маврикия, Менандра и Агафия Схоластика, позднее начала VII века почти не встречается. Это объясняется тем, что © это время © Приазовье большую роль играл Хазарский каганат, подчинивший себе многие племена степной и лесо­ степной полосы Восточной Европы .

Археологический материал также свидетельствует о «проникновении черт славянской культуры в булгарскую культуру еще до появления булгар ш нижней Каме. Так, в отношении некоторых деталей устрой­ ства жилищ булгар мы найдем аналогии в материале Ромнских горо­ дищ, находящихся на антской территории. Их жилища представляли со­ бою полуземлянки прямоугольной формы с небольшой глинобитной печыо на иолу. Эта печь, обычно располагавшаяся близ стеіны, была круглая в основании, размером около 70 см — 1 м в диаметре и приблизи­ тельно такой же высоты. С одной стороны печи устроено отверстие, ограниченное аркой в 30 X 30 см. Свод имеет толщину стенок около 20 см. Внутренность обожжена докрасна и закопчена сажей. Анало­ гичного устройства печи известны и в более раннюю эпоху. Так, В. А. Городцов на Вельском городище открыл глинобитные печи, отно­ сящиеся к скифской эпохе. В других областях, кроме юга, подобные сооружения неизвестны .

К более поздним типам глинобитных печей, восходящих к основ ному скифскому прототипу, принадлежит большая печь, открытая Б. А. Рыбаковым на Вщижском городище, староряза-нские печи, иссле­ дованные В. А. Городцовым, и печи, открытые, в Суваре. Все эти поздние печи расположены не на полу, а на постаменте из деревянных столбов и інастила «ли сруба, как іна Вщижском городище. Одінако тип их все тог же. Если мы обратимся к.материалу культур нижнего Прикамья и среднего Поволжья, предшествующих образованию государства булгар, то мм не встретим там подобных сооружений. Единственно возможное объяснение появления глинобитных печей у булгар может быть дано, если мы учтем, что булгары попали в среднее Прикамье сильно славяни­ зированными и в какой-то мере ассимилированными антами. С этими булгарами попала в нижнее Прикамье и глинобитная печь, где она по­ лучила дальнейшее свое развитие .

За счет тех же этнических групп можно отнести и каркасные дома, обмазанные глиной, обычные в более ранних памятниках алаи и антов и широко распространенные на Северном Кавказе, в области скифской культуры, и на более поздних Роменских городищах .

О наличии славянского элемента можно судить также по группе курганов с трупосожжениями в с. Балымерах, Куйбышевского района Татарской АССР. Эти курганы, давшие местный рядовой материал, отличны от другой группы курганов, известной по раскопкам А. Штукенбсрга. Эти Балымерские курганы исследовались неоднократно .

В 1870 году группу курганов куполообразной формы раскапывал некто Стоянов, давший отчет о своих раскопках в «Приложениях» к про­ токолам заседаний {21 апреля 1871 г.) Общества естествоиспытателей при Казанском университете .

Раскопки Стоянова дали неопределенные результаты: обнаружено было, что все шесть насыпей, раскопанных им, состояли из смеси песка и чернозема с некоторым количеством золы, углей и обгорелых костей животных .

Позднее, в 1882 году, раскопки курганов в окрестностях селения Балымеры производил П. А. Пономарев. Особенно удачной в смысле находок была раіісопка одного кургана Пономаревым и Лихачевым, обнаружившая оружие, доспехи покойника (причем труп был сожжен) и некоторые другие вещи .

«Таким образом, раскопка кургана довольно определенно выяснила следующую вероятную картину погребения: на поверхности земли рас­ кладывается большой продолговатый костер; после сожжения на нем трупа погребаемого продукты горения несколько сгруживаются к цент­ ру, так что костище суживается и укорачивается; затем на образовав­ шейся кругом него расчищенной полосе, сохранившей только отчасти следы пепла, в определенном порядке раскладываются оружие и прочиевещи, и в заключение над местом погребения насыпается курганообраз­ ный холм» б8 .

К числу вещей, найденных в этих курганах и хранящихся ів Госу­ дарственном музее ТАССР, принадлежит коллекция В. В. Егерева, со­ стоящая из наконечника копья, двух медных золотоордынских монет, ральника, трехгранного наконечника стрелы, наконечника широколо­ пастной стрелы с полукруглым дугообразным лезвием, металлической иластинки, костяной иглы, двух бусин, двух напрясл и небольшого сосуда .

В коллекции Казанского общества археологии, истории и этногра­ фии имеется несколько обломков сосуда из красной глины высокого обжига, напрясло и фрагмент восточного зеркала со следами орнамен­ тации б9 .

При обследовании кургана Шолома в 1924 году В. Смолиным было собрано 26 обломков посуды из желтоватой темной глины с примесью крупнозернистого песка, плохого обжига. При исследовании в 1925 году в этом же кургане было обнаружено 30 костищ и найдено большое число обломков посуды с грубой бугристой поверхностью, с сильно утолщенным дном. Глина буровато-темная, с примесью крупнозерни­ стого песка. Обжиг сосудов низкий .

Наряду с посудой этого типа, составляющей 95 лроц., найдено не­ значительное число обломков посуды высокого обжига из хорошо про­ мешанного теста, сделанной на гончарном круге. Удалось установить среди посуды горшки, чаши, кувшины, миниатюрные сосудики. Помимо этой посуды была найдена янтарная подвеска. Вероятнее всего, что этот курган представляет коллективное кладбище, существовавшее в период IX—XII вв. По своему характеру он напоминает ранние славянские кур­ ганы с трупоеожжением. Отличием является отсутствие погребальных урн .

Есть все основания считать эти курганы в Поволжье свидетель ством проникновения славян. Заметим попутно, что местные обряды погребений более ранней пьяноборской культуры, как и сарматские погребения и погребения могильников армиевского типа, представляю!

трупоположения, причем, кроме сарматских, могильники некурганные .

Вместе с тем вещи, найденные при костищах, надо считать местны­ ми. Особенно хорошо это видно по керамике, аналогичной посуде верх­ них слоев городищ рогожной керамики и раннебулгарской. Поэтому мы не можем говорить в этих, случаях о погребении какого-нибудь куп­ ца русса. Здесь мог быть похоронен или славянизированный булгарин или славянин, пришедший с булгарами и ассимилированный местным Населением, но погребенный по обряду своего народа .

Это наличие антского (славянского) элемента среди местного насе­ ления может служить объяснением, почему восточные писатели, харак­ теризуя булгар, отмечают сходство языка булгар с русским. Так, Хад~ жи-Хальфа говорит, что язык и інравы булгар похожи на язык и нравы Руси, а ибн-Фадлан считал булгар славянами. Этот факт весьма инте­ ресен и может быть объяснен только славянизацией самих булгар .

Следует отметить однако, что ибн-Фалдан отличал булгар от руссов .

Воспринявшие многие элементы славянской культуры еще в Приазовье, булгары в нижнем Прикамье испытали сильное влияние соседних рус­ ских княжеств. Повидимому, руссы, привлеченные торговлей, имели среди булгар многочисленные колонии и в какой-то степени могли асси­ милироваться с местным населением. В то же время известно, что бул­ гары также уходили в русские земли, в частности во Владимиро-Суз­ дальское княжество .

Нельзя пройти также мимо армянской колонии в Болгарах; она хорошо известна для эпохи XIII—XIV вв., но бесспорно существовала и раньше .

Бартольд считал, что именно к волжским булгарам относится известие о «государе славян», к которому наравне с государями греков и хазар обратились с просьбой о помощи в 852 году бежавшие от ара­ бов армяне60. И, наконец, в булгарских городах осели также представи­ тели окрестных чудских племен, что хорошо прослеживается на архео­ логическом материале. При исследовании Сувара среди керамического материала было найдено несколько интересных предметов, выходящих из рамок булгарской культуры, это — фрагменты посуды черного цвета из глины с примесью раковин, лепленой от руки, без гончарного круга, и украшенной веревочным и зубчатым орнаментом, и обломок чаши с закругленным дном, украшенной веревочным орнаментом, типичным для Закамья. Вещи эти можно приписать выходцу из Закамья, осевшему в городе Суваре .

Интересен и другой сосуд баночной формы, с грубой от примеси крупнозернистого песка поверхностью и с широким отогнутым венчиком, имеющий близкие аналогии в керамике позднегородецкой культуры и в керамике мордовских могильников. Этот памятник точно так же говорит о пришельце с правобережья Волги, переселившемся в Булгарию с своими культурными навыками .

Наконец, на территории Булгарского царства находят большое число украшений, свойственных племенам среднего и верхнего При­ камья. В качестве примера можно привести коньковую привеску из го рода Болгара 61 и более позднего типа из Биляра °2. Подобных предме­ тов довольно много в коллекции Государственного музея Татарской АССР в Казани. Из других украшений молено отметить шумящие при­ вески, умбоновидные и в виде парных спиралей. Все эти материалы сви­ детельствуют о наличии финноязычных племен на территории булгар .

Картину смешанного населения в булгарских городах дали исследования не только Сувара, но и Биляра, где наряду с чисто булгарской керами­ кой, генетически связанной с сармато-аланской культурой, найдено значи­ тельное число фрагментов посуды, характерной для племен Приуралья .

Наконец, нельзя обойти молчанием некоторый прилив населения из Средней Азии. Из записки ибн-Фадлана можно установить, что еще до приезда посольства халифа Муктадира в Булгарии проживали ремеслен­ ники из Средней Азии. После же установления связей, возникших в ре­ зультате посольства 922 года, количество мастеров разного рода увели­ чилось. Эти ремесленники значительно усилили среднеазиатский элемент в Булгарском государстве .

Останавливаясь на разборе археологических материалов эпохи Булгарского царства, проливающих свет на формирование народов Пойолжья, нужно оговориться, что наибольший прилив населения из сосед­ них областей, в частности тюрок из Средней Азии, испытали области городов Болгара и Сувара, т. е. центр Булгарского государства. Но и здесь большая тюркизация и влияние хорезмской культуры падает на го­ родское население, которое непосредственно было втянуто в экономиче­ ские связи с Хорезмом и Аббасидским халифатом. Деревня испытала влияние новой среднеазиатской культуры в меньшей мере, и еще меньше коснулось оно периферии царства .

Эти материалы свидетельствуют о том, что процесс формирования народов среднего Поволжья в булгарскую эпоху был весьма сложным .

Классовые отношения в среднем Поволжье сложились и оформи­ лись на большой территории и у кочевников и у оседлого населения края. Образование государства происходило в атмосфере ожесточен­ ной борьбы, которая одновременно велась и внутри племени, между сторонниками родовых начал и новой социальной верхушкой, и выхо­ дила из рамок племени, причем более слабо организованные племена неизбежно должны были признать владычество сильных победителей .

Победителями являлось не все племя, а только его верхушка и военная дружина, на которую, естественно, опирался новый господствующий класс .

Об этой борьбе между булгарами и другими племенами рассказы­ вает ибн-Фадлан. Он отмечает, с каким трудом булгарский царь Альмас объединял в единое государство разрозненные области. У него было четыре подчиненных царя, но не все булгары повиновались царю Альмасу. Следующее место из свидетельства ибн-Фадлана рассказывает об этом: «Он (ибн-Фадлан) сказал: и переехал царь от воды но имени Халджа к реке, называемой Джавашир, и оставался около нее два м е­ сяца. Потом он захотел (снова) переехать и послал к людям, называе­ мым Саван, приказание ехать вместе с ним. Они же отказали ему, и они разделились на две группы: одна группа с некиим родом, над которым как-будто был царем (человек) по имени Вираг (?). Царь же (Булгара) послал к ним и сказал: «Воистину Аллах могучий и великий уже облаго­ детельствовал меня, давши мне ислам и верховную власть повелителя правоверных, так что я раб его, и это (дело?) возложил... кто(?) будет мне противоречить, то я встречу его с мечом». Другая группа была с царем из некоего племени, которого называли царь Аскал. Он (Аскал;

был в повиновении у інего (царя Булгара), но только он (Аокал) еще не принял ислама. Итак, когда он '(царь Булгара) послал к ним это посла­ ние, то они побоялись его намерения и поехали все в целом вместе с ним (царем Аскалом) к реке Джавашир...». Отмечу, что Саван, или, как комментатор определяет, Сувар или Сивар — крупнейший город .

Два города — Сивар и Болгар позднее чеканят монеты; это самые силь­ ные в экономическом отношении города и не случайно они борются за политическое господство .

Различные города сложившегося Булгарского государства принад­ лежали первоначально разным племенам. Об этом достаточно ясно гово­ рит лингвистический материал63, это явствует п из сопоставления этого материала с историческими данными. Сувар, с одной стороны название города, с другой — имя крупного племени. Это верно точно так же и в отношении города Болгара, и в отношении города Ошеля, сопоставляемо­ го с племенем эсегел. Кочевники, представленные племенами, входивши­ ми, судя по памятникам материальной культуры, в число сармато-аланских племен, являлись булгарами, т. е. одним из племен, входивших в булгарекий союз племен, но которому они н могли получить свое имя, передав его в свою очередь одному из городов по Волге. Более высокая военная организация кочевников дала им перевес над оседлыми соседями, н то обстоятельство, что все государство именовалось «Булгарским», пока­ зывает, что булгары подчинили себе все -окрестные племена .

В лингвистике существует мнение о многочисленности племенного со­ става Булгарского государства. Установлено, что татарский язык, как и его носители татары, оформились на базе неоднородного материала. Та­ тарский язык характеризуется многочисленными мелкими языками тюрк­ ской системы, вошедшими в его состав. Процесс оформления татарского языка происходил при доминирующей роли булгаро-кипчакских эле­ ментов64. ' Итак, в формировании Булгарского государства участвовали міногие племена. Археологический материал Поволжья даст право говорить, что в Булгарское царство вошли незначительной частью племена, свя­ занные генетически с ананьинской и пьяноборской культурами, древ­ ние удмурты, коми, мари, а основную массу составили племена куль­ туры городищ рогожной керамики и могильников типа Армиевского и Иваньковского, культуры, связанные с імордвой и чувашами, и, наконец, кочевники булгары .

Понятно, почему арабские писатели давали различную характери­ стику языка булгар. «Язык булгар сходен с языком хазар»,— пишет ибн-Хаукаль63, того же мнения, придерживается и аль-Балхи66. Напро­ тив, ибн-Фадлан 67 сторонник другого мнения. Он отмечает, что хазар­ ский язык не похож на остальные, а Хаджи Хальфа, автор XVII века, пи­ шет, что язык и нравы булгар похожи на язык и нравы Руси. ;8 К X веку кочевники булгары окончательно переходят к оседлому образу жизни и в эпоху ибн-Фадлана (кочевка сохранялась у иих лишь в виде пережитка. Это сказывалось в том, что на лето булгары остав­ ляли города и переходили на кочевой образ жизни. Абуль-Касим аль-Балхи, автор X века, и ибн-Хаукаль отмечают эт о 69. «Булгар — имя страны, жители которой исповедуют ислам, и имя города, в котором находится главная мечеть. Недалеко от этого города лежит другой город— Сивар, где находится главная мечеть. Мусульманский проповедчик болгар сказал, что число жителей обоих городов простирается до 10 О О что там долгие дни и короткие ночи, а зимой короткие дни и длин­ О, ные ночи. Дома деревянные и служат зимними жилищами, летом же жи­ тели расходятся по войлочным юртам» .

Ибн-Фадлан, описывая встречу послов халифа, отметил: «Они по­ ставили для нас шатры, в которых мы и остановились», и далее: «мы остановились в раскинутых для нас палатках до среды». Такая смена зимнего оседлого образа жизни на летний кочевой была свойственна еще древним сарматам, у которых, как говорилось выше, обнаружены остатки селищ. Подобную картину можно было наблюдать и‘ позднее, в приволжских степях, при Батые и его 'преемниках. Точно так же и Гимур охотнее жил летом в поле, чем в Самарканде .

Период формирования Булгарского государства проходил под кластмо Хазарского кагаіната .

Д о начала X века различные племена еще не были объединены и непосредственно подчинялись Хазарскому ка­ гану. Об этой эпохе мы можем судить по письму Хазарского царя Иосифа (в пространной редакции): «Ты еще -настойчиво спрашивал меня касательной моей страны, и каково протяжение моего владения. Я тебе сообщаю, что я живу у реки по имени Итиль, в конце реки Г-р-гана. На­ чало этой реки обращено к востоку на протяжении четырех месяцев пу­ ти. У этой реки расположены многочисленные народы в селах и горо­ дах, некоторые в открытых местностях, а другие в укрепленных (сте­ нами) городах. Вот их имена: Бур-т-с, Бул-г-р, С-вар, Арису, Ц-р-мис, Б-н-нтр, С-вар, С-л-вина. Каждый народ не поддается точному обследо­ ванию и им нет числа. Все они мне служат и платят дань»70 .

Среди перечисленных имен некоторая часть относится к названию булгарских племен и перечисление свидетельствует об их непосред­ ственном подчинении хазарам. Это письмо, хотя оно и написано в поло­ вине X века, несомненно отражает отношения более раннего времени, когда племена среднего Поволжья еще не были объединены и каждый вождь сам платил дань хазарскому царю .

С большой долей вероятия можно полагать, что эти отношения ха­ рактерны и для IX века, так как еще в VIII веке, по свидетельству альФазори, арабского писателя того времени, булгары были еще самостоя­ тельными 71. Объединение племен Поволжья царем Альмасом привело к изменению взаимоотношений с хазарами. Альмас сам платил дань и дал заложника, повидимому, за все подчиненные ему племена. Об этом' говорится в записке ибн-Фадлана: «...Булгарский царь платит на­ турой дань Хазарскому царю, и сын первого находится при последнем в качестве заложника...» 72. Об этом же косвенно говорит и Мукаддеси, включающий город Болгар в число хазарских городов .

Этот ранний этап булгарской истории может быть реконструирован только по археологическому материалу, так как имеющиеся письмен­ ные документы характеризуют эпоху только начиная с X века, а «Исто­ рия Болгарии», написанная по сведениям арабов кади города Болгары Якуб-ибн-Нушаноді во второй половине XII века, не сохранилась до нашего времени 73 .

Археологический материал домонгольской эпохи довольно полно характеризует хозяйство булгар и их быт. Особенную ценность для определения общественных отношений имеют городища, позволяющие проследить классовый характер населявшего их общества .

Среди городищ домонгольской эпохи обращают на себя внимание небольшие городища, обнесенные мощной системой обороны. Эти горо­ дища не могут быть отнесены к детинцам по своему незначительному размеру, а предположить, что они являлись убежищем небольшой родо­ вой группы — інельзя, так как постройка солидных укреплений была бы не под силу небольшому коллективу. Эти городища могли быть лишь замками князей; их укрепления — свидетельство труда подневольного населения .

Из таких городищ следует отметить Майинекое расположенное между реками Уткой и Майной, в 15 км от города Болгар, Уткинский городок, расположенный около селения Кандалы, обнесенный двумя рядами валов и имеющий в окружности 600 м, городище блиг* д. Кашкиной, окруженное валами до 10 м высоты и имеющее в окружности около 600 м, Жукотинское, в котором обнаружены остатки каменных построек75, елабужское Чортово городище, представляющее детинец, захваченный каким-то князем 76 .

Характер городищ-убежищ меняется и в некоторых из них выра­ стают замки и пригороды, как убежища крестьянского населения. Эти городища-убежища являлись вначале сооружениями, принадлежавшими роду. За стенами укреплений всегда можно было отсидеться от неприя­ теля И не случайно в момент, когда складывались феодальные отноше­ ния, новая верхушка общества стремилась захватить городища, этот оплот родовой организации .

Примером может служить Чортово городище, расположенное на берегу реки Тоймы, на высоком каменистом мысу. На площади горо­ дища в боковой восточной его части сохранились остатки укрепленного четырехугольника, окруженного башнями (рис. 9). От него уцелела до настоящего времени только часть одной из башен (табл. I, рис. 10) .

Городище исследовано (недостаточно полно. Материал, добытый раскопками, дает возможность заключить, что оно возникло раньше булгарского княжества и существовало весьма долго 78. Об этом свиде­ тельствует находка мукомольных плиток и керамика «котловского типа» .

Расцвет городища относится ко времени Булгарского княжества, так как находок этого времени больше всего. Конечно, городище могло существо­ вать и после падения княжества. Первоначальное назначение его не­ сомненно. Это обычное для края городище-убежище предбулгарекой эпохи, подобное тем, какие были разбросаны в ряде мест по Ижу, Тойме и Каме. Оно имеет значительные размеры при малой насыщенности культурного слоя, как отмечено П. А. Пономаревым и проф. А. А. Спицыным79, достигающего значительной мощности только на склоне мыса .

Каменное сооружение на площади городища возникло, повидимому, случайно. Оно находится сбоку городища и совершенно не связано с о с ­ новными его укреплениями — валами .

Что представляет собою это сооружение? Проф. Спицын полагает, что это был или каравана-сарай, или гробница какого-либо святого. «Не есть ли это гробница Амлян-Хаджи и других последователей пророка, которую, по словам Шериф-Эддина, посетил на, устье Тоймы Тимур .

Во всяком случае, это «е цитадель, так как размеры его для такой цели слишком незначительны» 80. Едва ли эго так. Скорее всего здесь была как раз цитадель .

Это сооружение в основе квадратное; каждая из его стен имеет внутри 20 ім длины, т. е. общая его площадь равна 400 кв. м. По углам и посредине каждой стены четырехугольник был укреплен круглыми башнями, из которых в настоящее время сохранилась только одна .

Башни неодинакового размера, в среднем около б м в диаметре. Соору­ жение сложено из небольших круглых камней-валунов, скрепленных отличным известковым раствором81. Весь характер здания, боевые башни по углам и полубашни в центре стен, дававшие возможность защиты стен и поражения штурмующего неприятеля во фланг, и значи­ тельная толщина стен (1,8 м) говорят за то, чтобы отнести эту по­ стройку к числу военных сооружений. Д а и размеры ее в 400 кв. м до­ статочно велики для этого. Кавказские боевые башни во много раз усту­ пают укреплению Чортова городища .

Эта была военная цитадель, самый северный пункт Булгарского кня­ жества, за которым начиналась малозаселенная полоса, составлявшая границу с северными племенами. Об этой малозаселенной черте можно судить, сравнив археологическую карту верхней и средней Вятки и Чепцы с притоками верхней и средней Камы, с большим количетвом городищ и могильников82,— с областью рек Ижи, Тоймы и нижной Вятки, где архе­ ологические памятники того времени встречаются спорадически *3 .

Захват городищ-убежищ князьями и создание замков, являвшихся опорными пунктами при экспроприации населения,— типичное явление для возникающих феодальных отношений. При будущих археологиче­ ских изысканиях на территории Булгарского царства необходимо обра­ тить особое внимание на изучение этих феодальных укреплений и мате­ риала по раннему периоду, без чего источники по истории феодализма у булгар будут не полными .

В археологическом материале мы располагаем некоторыми пред­ метами, характеризующими быт верхушки булгарского общества. Это мечи франкского типа, боевые топоры и кольчуги, представляющие вооружение князя; наряду с ними известно более простое оружие — копья и стрелы. Предполагаемой могилой одного из князей является погребение с железным мечом в кургане около дер. Танкеевки. К сожа­ лению, памятники подобного рода изучены недостаточно, чтобы осве­ тить раннюю эпоху княжества до принятия иолами. Погребения пред­ ставителей господствующей верхушки, открытые в Болгарах в значи­ тельном количестве, относятся уже к более позднему времени .

В булгарскую эпоху становятся обычными или отдельные замки с прилегающими поселениями, или города, связанные с замками князей .

Типичным примером можег -служить Болгарское городище на Волге, Билярское на р. Малый Черемшан и другие. Основой экономики края теперь, к X веку, окончательно стало земледелие, о чем говорят нам и свидетельства арабских путешественников, и археологический материал. В связи с этим изменяется и местоположение новых городищ .

Прежние укрепленные поселения строились на малодоступных высотах .

Переход к плужной обработке земли сразу же изменил положение и с эпохи Булгарского княжества города и деревни располагаются преи­ мущественно на плодородных равнинах, удобных для хлебопашества .

Конечно, булгары продолжали пользоваться и высокими утесами, если они удовлетворяли потребностям земледельческого быта и были связаны с долинами .

В X веке возникли и сложились города Болгар, Сувар, Биля р .

Ошель и, возможно, Жукотин, Керменчук и другие. Ряд городов, упоми­ наемых арабами и русскими летописями, еще не могут быть связаны с определенными городищами и, к сожалению, остаются неисследован­ ными. Все перечисленные городища служат показателями многочислен­ ности отдельных княжеств .

Булгарская даревня археологически інам почти неизвестна. Мы знаем лишь, что основой хозяйства являлось плужное земледелие, пере­ ход к которому совершился еще до X века. Доказательством служит сошник из кургана Шолома, найденный вместе с грубой посудой. Этот переход булгар к плужному земледелию совпадает по времени со вто­ рым великим разделением труда, коснувшимся исключительно метал­ лургии. Другие отрасли обрабатывающей промышленности оставались еще на стадии домашнего мастерства .

О значении земледелия нам говорят как находки частей плуга — сошников и резаков84, таік и зерен злаков — пшеницы, ржи, ячменя, проса, гороха, и большое количество зерновых ям. Скотоводство в хо­ зяйстве булгар имело тогда большое значение. Ибн-Фадлан, давая ха­ рактеристику их хозяйства, говорит: «Главная пища их просо и лошади­ ное мясо, несмотря на то, что в их стране много пшеницы и ячменя .

Каждый, кто сеет что-нибудь, берет это себе». Крестьянское население, занимаясь земледелием и скотоводством, платило подать царю продук­ тами скотоводства .

Развитие земледелия и скотоводства, значительно выросших по сравнению с предшествующими веками, содействовало развитию ре­ месла в ряде отраслей, прежде остававшихся на стадии домашнего ма­ стерства. Отделение ремесла от земледелия, совершившееся в связи с переходом к плужной обработке земли еще в недрах родового строя, коснулось, как сказано выше, только металлургии. Однако в X—XIII вв .

отдиференцировались и другие промыслы .

Об истории Булгарского государства до X века мы знаем очень мало. Но уже в эту эпоху из всех городов выделялся Болгар, распо­ ложенный на пересечении торговых водных путей по рекам Волге и Каме и сухопутного караванного пути с востока яа запад .

Уже в I тысячелетии до н. э. торговля юга и востока с севером шла или по Волге, или сухопутным путем в Закамье. В эпоху сасанидов торговые связи укрепились. Естественно, что Болгар вырос в значитель­ ной мере в связи с этим как крупный торговый центр. И совершенно естественно, что князья этого города первыми стали на путь объединения раздробленных княжеств.в одно целое. Об этом торговом значении Болгара говорит и свидетельство ибн-Фадлаиа: «Булгарокий царь налагает пошлину на товары из Хазар и Руси в размере 10 лроц.»85 .

Зависимость булгар от хазар продолжалась до третьей четверти X века. Более поздних свидетельств об этом мы не имеем .

922 г о д —'знаменательная дата в истории булгар. Пользуясь под­ держкой халифа Муктадира, царь Альмас встал на путь окончательного объединения булгар в одно целое. Уже в то время царь Болгара являлся старшим среди многих князей. Об этом можно судить по опи­ санию ибн-Фадланом встречи посольства халифа Муктадира: «Затем, когда мы были от царя славян, к которому мы отправились, на расстоя­ нии дня и ночи, то он послал для нашей встречи! четырех царей, которые подчинены ему, и своих братьев и детей» .

Став на путь объединения царства, царь Альмас принужден был вести борьбу с князьями-противниками. Одновременно булгары захва­ тили торговый путь на северо-запад, создав торговую факторию в устье р. Оки, на земле мордвы. Глухое упоминание об этом событии имеется у Татищева: «Князь великий Юрий послал воевод своих с войС 'И и 'велел на устьи реки Оки построить «новый град, где издавна был К град Болгарский» 86 .

Борьба с соседними булгарскими князьями и хазарами была однако весьма трудна. Обращаясь за поддержкой к халифу Муктадиру, Альмас просил о сооружении крепости, в которой он защищался бы от царейпротивников. В ответ на это ходатайство в 922 году прибыло посольство от халифа, с которым приехал ибн-Фадлан .

Результатом переговоров явилось номинальное подчинение бул­ гарского государства арабам, халиф же прислал знающих людей для постройки крепости и оказал материальную помощь. Об этой вассаль­ ной зависимости можно заключить из описания ибн-Фадлана: «До на­ шего прибытия в службе поминали царя таким образом: «Господи, дай благоденствие царю и владельцу булгар». Я ему заметил, что только бог есть царь, и что никому непозволительно величать себя так перед богом, особенно с кафедры.— «Сам твой верховный начальник халиф, повелитель правоверных,— сказал я ему — велел, чтобы на всех кафед­ рах востока и запада поминали его не иначе как: «Господи, дай благо­ денствие рабу твоему и наместнику Джафару, могучему © боге пове­ лителю правоверных». Царь спросил: «Как же надо говорить?». Я отве­ тил: «Надо, чтобы поминали тебя по имени и отчеству». На это он воз­ разил: «Но мой отец был иедоверок, и я тоже не хочу, чтобы меня поминали по имени, когда тот, кто дал мне его, был неверным. Как зовут верхового начальника моего, повелителя правоверных?» «Джафаром»,— отвечал я. «А можно ли мне называться его именем»,— опять спросил царь. «Можно». «Так я принимаю для себя имя Джафар, про­ изнес царь, а отец мой будет отсель называться Абдаллахом (рабом божьим)». И он объявил об этом проповеднику. С тех пор в хутбс стали поминать его таким образом: «Господи, дай благоденствие ра*бу твоему Джафару, сыну Абдаллахову, эмиру Булгара и клиенту повели­ теля правоверных» 87 .

Разгром хазар печенегами и блестящие победы Святослава над хазарами много содействовали эмансипации булгар. С этого времени можно считать начало самостоятельной истории булгар .

Этот первый период истории Булгарского государства характери­ зуется борьбой сторонников старых родовых отношений и новых, фео­ дальных. В этот период еще живы были уходящие черты первобытно­ общинного строя. По всей вероятности, в какой-то мере существовало и рабство. Однако ©едущими были феодальные отношения, о чем свиде­ тельствует наличие княжеских замков. Но эти новые отношения стали господствующими только во еторой половине X века .

ПРИМЕЧАНИЯ

1 А. А. С п и ц ы н. Приуральский край. Матер, пс археол. восточн. губ. России, к. I., М., 1893 .

* А. В. Ш м и д т. Очерки по истории Северо-Востока Европы в эпоху родового общества. Известия ГАИМК, в. 106, М.— Л., 1925, стр. 13 .

* А. М. Т а 11 § г е п. Ь‘ё )^ и е Ш (ГАпапіпо 1ап$ Іа Киззіе огіепіаіе. Неізіпкі, 1929 .

е Эта работа дает в основном описание материалов .

4 Т. А. Т р о ф и м о в а. Черепа из Луговского могильника ананьниской культуры .

Учен. зап. МГУ, вып. 63. Труды Антропология, инст., в. 6, 1941 .

5 «Советская этнография», № 3, 1946, стр. 51 .

я А 5 р е 1! п. АпШіиНе$ гіи ІМ опЗ Пппо-ои^гіеп. Неізіпкі, 1877, стр. 107, № 402, 403 .

7 Труды Пермской губ. учен, архив, ком., в. XI, Пермь, 1914, табл. III, рис. 19 .

* П. В. Г о л у б о в с к и й. Болгары и хазары. «Киевская старина» 1888, № 7, стр. 25 .

* К. II. П а т к а н о в. Из нового списка географии, приписываемого Моисею Хоренскому. ЖМНГІ, СПб., 1883, стр. 27 .

,в Летопись византийца Феофана от Диоклитиана до царей Михаила и сына ею Феофилякта. С ітредисл. Бодянского. М., 1890 .

и Сопзіапііпиз РогрЬугодепіІиз ёе ІЬегпаІіЬиз еі асітіпізігапсіо Ітрегіо гесодпоіі 3е ІттапиеІ Веккегиз. Воппае, 1940, стр. 45—46. Цитирую по статье Ш е с т а к о в я «Кто были древнне болгары». Изв. О-ва археол., ист. и этногр. при Каз. унив., т. III, Казань, 1880—1882, стр. 60 .

18 МісерНогае Сгедогае Вугапііпа Нізіогіа сига Ьисіоісі 8сЬорепі. Воппае, 1829, стр. 26—27 .

1 Д. И. Иловайский связывал болгар со скифами. См. его «Розыскания с начала Руси». М., 1882, стр. 171. Того же мнения придерживался и П. Д. Шестаков. См. «Кто были древние болгары», стр. 66—67 .

1 М о т ш з е п. ОЬег йеп СНгоподгарНеп от ДаЬге 257. Ьеіргід, 1850, стр. 591 .

“ Археологические исследования в РСФСР в 1934—1936 гг. Изд. АН СССР, 1941, стр. 136—139 .

1в Р. К а и. Оіе НОдеІдгаЬег КбтізсЬег 2е!1 ап 3ег ипіегеп Шоі^а. Рокгошзк. 1927 .

37 Р. К а и. РгаНізІогізсЬе АиздгаЬип^еп аи! дет Зіеррепзеііе сіез йеиІзсНеп \о1даееЬіеіз і т ДаЬге 1926. Рокгошзк, 1927, стр. 72—73. П. Р а у. Курганы с косірищами и костища в курганах Нижнего Поволжья. Труды секции археологии РАНИОН, т. IV, М. .

1928, стр. 431 .

“ Т. М і п а і е ш а. 2уеі Кигдапе Ьеі с!, з і 8іроо. ЕЗА, т. IV, НеЫпкі, 1929, стр. 194—209 .

" А. А. С п и ц ы н. Саратовские древности. Прибавл. к т. XXIX Трудов Сарат .

учен, архивн. ком., Саратов, 1912 .

В. В. Г о л ь м с т е н. Доисторическое прошлое Самарского края, ч. I, 1924 .

я А. П. С м и р н о в. Очерки по истории волжских булгар. Труды ГИМ, в. XI, М.. 1940, стр. 62 .

3 В. В. З а й к о в с к и й. Еще одно погибшее городище. Труды Сарат. учен, архивн. ком., в. 31, Саратов, 1914, стр. 120 .

* А. П. С м и р н о в. Очерки по истории волжских булгар, стр. 64 .

* 3 Там же, стр. 64—65 .

ю Л. А. Е в т ю х о в а. Городище у деревни Прислон. Труды секции археол .

РАНИОН, т. IV, М., 1928, стр. 216 .

“ П. Н. Т р е т ь я к о в. К истории племен верхнего Поволжья в первом тысяче­ летии н. эры. Л., 1941, стр. 43 .

* В. В. Г о л ь м с т е н. Доисторическое прошлое Самарского края. «Краеве­ т дение», Самара, 1924, стр. 150 .

38 Имеется в виду городище, находящееся примерно в двух километрах на юго-запад от сел. Подлеского, на утесе Курган. О нем говорит М. Р а д и щ е в в своей статье «Хвалыиские городища». См. Труды Сарат. учен, архивн. ком., в. 31 .

Саратов, 1914, стр. 167 .

В. А. Г о р о д ц о в. Бытовая археология. М., 1910. стр. 378 .

3 Труды Сарат. учен, архивн." ком., в. 31, стр. 159 .

# п Такой жертвенник открыл М. Радищев на городище близ Хвалынска на вер­ шине Каланечиого гребня. См. Труды Сарат. учен, архивн. ком., в. 31, стр. 160 .

* Там же, стр. 159 .

* 1 В. В. Г о л ь м с т е н. Доисторическое прошлое Самарского края, стр. 150—173 .

* Там же, стр. 100—173 .

* * В. В. Г о л ь м с т е н. Матер, по археологии Самарской гб. Самара, 1925. сто. 12 .

* П. П. Е ф и м е н к о. Средневолжская экспедиция 1926—27 гг. Сообщения * ГАИМК, т. I, Л., 1927, стр. 318 .

” А. П. С м и р н о в. Очерки по истории волжских булгар, стр. 67—68 .

* Ф. Э н г е л ь с. Происхождение семьи, частной собственности и государства .

* Партиздат, 1937, стр. 216 .

• С. А. Щ е г л о в. Поездка на Ахматское городище. Труды Сарат. учен, архивн .

ком., в. 29. Саратов, 1912. стр. 89 .

4 С. А. Щ е г л о в. Предварительные археологические разведки у селения Когпели. Там же, стр. 93 .

4 В. А. Г о р о д ц о в. Указ. соч., стр. 378 .

1 Коллекции Госуд. мзея ТАССР в Казани .

* А. Я. Г а р к а в и. Сказания мусульманских писателей о славянах и русских .

СПб.. 1870. стр. 263 .

4 ПСРЛ, т. I. Л., 1926, стр. 147 .

т И. В. С и н и ц ы н. Сарматские курганные погребения в северных районах Нижнего Поволжья. Сборник Нижневолжск. краевого музея, Саратов. 1932, сто. 56 .

" В. В. Г о л ь м с т е н. Археологические памятники Самарской губ. Труды “ секции археол. РАНИОН, т. IV, 1928, стр. 134 .

и А.П. С м и р н о в. Очерки по истории волжских булгар, стр. 45 .

4 И. В. Синицын высказал, впрочем, мнение, что сарматские племена По­ волжья представляли социально-однородное население (Учен. зап. Сарат. гос. унив. .

т. XVII, Саратов, 1947, стр. 24), не проведя в подтверждение своих положений должной аргументации .

" Сборник Нижневолжского краевого музея, стр. 56, прим. 2 .

л 5 К. А. И н о с т р а н ц е в. Хун-Ну и гунны. Л.. 1926 .

“ Н. И. А іи м а р и н. Болгары и чуваши. Изв. О-ва археол., ист. и эгногр. при Каз. унив., т. XVIII, Казань, в. 1—3, 1902. стр. 51 и сл .

02 Р. К а и. КгаЬізІогізсІіе Аиз^гаЪипдег аи^ ^ег $1еррепзеі1е 1ез сіеиізсііеп ^оІдадеЬіеІз іш ЛаЬге 1926. Рокгогзк, 1927, стр. 52 .

6 Л. А з р е і і п. Указ. соч., стр. 150, № 632—639 .

5‘ Записки отдел, русской и слав, археол. ИРАО, т. VII, в. 2 .

0 а. Учен, записки МГУ, в. 63. М. 1941, стр. 186 .

3 М а ^ и а г і. Оіе аНЬиІдагізсЬеп Аизсігйске іп сіег ІпзсЬгіГі оп Саіаіаг ипсі сІеі* аКЬиІдагізсІіеп РйгзіепІЫе. См. Изв. Русск. археологического о-ва в Константинополе, т. XV, София, 1911, стр. 11 .

У волжские булгяры,33 * М. И- А р т а м о н о в. Очерки древнейшей истории хазар. М., 1937, стр. 29;

* С. П. Т о л с т о е. Из предистории Руси. «Советск, этногр.», М., 1947, VI—VII, стр. 55 .

и Прокопий в своей «Ве ЬеІІо Оойсо» отмечает, что «гунны, славяне и анты, соседи славян, почти ежегодно переправлялись через Истр большими полчищами в римские пределы... Меотида впадает в Понт Эвксинский. Тамошние обитатели извест­ ны были прежде под именем киммерийцев, а ныне называются уже утургурами .

Дальнейшие края на север занимают бесчисленные народы антов» .

“ Изв. О-ва археол., нет. и этногр. при Каз. унив.. т. XXXIII, к. 2—3, Казань, 1926, стр. 117 .

“ Там же, стр. 119 .

® В. В. Б а р т о л ь д. Арабские известия о руссах. «Советское востоковедение», т. I, 1940 .

”.1. А 5 р е 11п. Указ. соч., стр. 167, № 783 .

“ Там же. стр. 166, № 774 .

* Н. Я. М а р р. Чуваши-жЬетиды на Волге. Чебоксары, 1926, стр. 56 .

* •* «Советская этнография», № 3, М., 1946, стр. 92 .

" А. Я. Г а р к а в и. Сказания мусульманских писателей... СПб., 1870, стр. 188—216 .

"* А. Я. Г а р к а в и. Указ. соч., стр. 219 .

Путешествие ибн-Ф а д л а и а на Волгу. М.— Л., 1939, примеч. 706 .

* Д. Х в о л ь с о н. Известия ибн. Даста. СПб. 1869 .

* ад Там же, стр. 89 .

» П. К. К о к о в ц е в. Еврейско-хазарская переписка в X веко. Изд. АН СССР, 1932, стр. 98—99 .

" А. Я. Г а р к а в и. Указ. соч., стр. 9 .

* История Татарии в документах и материалах. М., 1937, стр. 9—10 .

* ” Н. И. А ш м а р и н. Болгары и чуваши. Изв. О-ва археол. ист. и этногр .

при Каз. унив., т. XVIII, вып. 1, 2, 3, Казань, 1902, стр. 10 .

" К. И. Н е в о с т р у е в. О городищах древнего Волжско-болгарского и Ка­ занского царства. Труды I Археол. съезда, т. I, М., 1871, стр. 540—541 .

” Город Жукотин по всем данным, археологическим и историческим, относится главным образом к монгольской эпохе (см. П. А. П о н о м а р е в. Владения литвогорских князей. Изв. О-ва археол., ист. и этногр. при Каз. унив., т. X, в. 5, Казань, 1892; В. Ф. С м о л и н. Клад золотых предметов из болгарского города Джката) .

но, тем не менее, есть данные, позволяющие предположить его возникновение в дотатарскую эпоху. У Т а т и щ е в а (см. История Российская с самых древнейших вре­ мен..., стр. 465) сказано, что в 1236 году «пришли татаре на Великий Болгар, всю землю их попленили, град Великий и Жукотин, по жестоких боях взяв, мужей и жен порубили, а младших попленили и все земли их обладали» .

т К. И. Н е в о с т р у е в. О городищах древнего болгарского и казанского цар­ ства. Трды I Археол. съезда. М.. 1871, т. I, стр. 540 и сл .

" С. В. К и с е л е в. Поселение. Труды секции теории и методологии РАНИОН, в. 2, М., 1928, стр. 35 .

" План горолища приведен К. И. Невоструевым в Трудах I Археологич .

съезда, т. II, М., 1871, стр. 589; план Четырехугольника имеется в работе А. А. Спицына «Приуральский край». (Материалы по археол. восточи. губ. России, в. 1, М., 1893, табл. 6, рис. 38) .

1 А. А. С п и ц ьт н. Приуральский край, стр. 89 .

* Там же, стр. 88 .

* Там же, стр. 87 .

* Там же, стр. 88; Н. Г. П е р в у х и н. Опыт археол. исслед. Глазовского у., Вятской губ. Материалы по археол. восточн. губ. России, в. 2, М., 1897, стр. 13;

К. К р и в о щ е к о в. Пермь великая, ее живая старина и вещественные памятники .

Матер, по изуч. Пермского края, в. 4, Пермь, 1911, стр. 90 .

.*• А. А. С п и ц ы н. Приуральский край, стр. 87; Материалы археол. эксиед .

сектора археол. ГАИМК 1931 г. и МОГАИМК 1932 г. в архиве ИИМК АН СССР .

* Из старых работ см. А. Ш т у к е н б е р г. Земледельческие орудия древних * болгар. Учен. загг. Каз. унив., т. VI, Казань, 1896, стр. 41 .

“ История Татарии в документах и материалах. Казань, 1937, стр. 9 .

" В. Н. Т а т и щ е в. История Российская с самых древнейших времен... Кн. 3, М., 1774. стр. 428 .

* Путешествие ибн-Ф а д л а н а на Волгу .

ГЛАВА а

ФЕОДАЛЬНАЯ БУЛГАРИЯ. ДОМОНГОЛЬСКИЙ ПЕРИОД

В опрос период. Старые работы археологоввсюисториков в значитель­ о социальном строе булгар стал во широту только в совет­ ский и ной части были посвящены этнической проблеме булгар, вопросам их культуры и обзору внешнеполитических событий. Это объясняется от­ части большой фрагментарностью данных по этому вопросу. Большин­ ство исследователей считали 'нужным' подчеркнуть торговопромышлен­ ный характер Булгарского государства, не вдаваясь в оценку его со­ циального строя. В свое время профессор Казанского университета И. Н. Смирнов ограничился замечанием, что социальный строй булгар неясен. В 1925 году В. Ф. Смолин высказал предположение о феодаль­ ных отношениях у булгар уже с X века, указав, что в это время камсковолжская Булгария представляла ряд отдельных княжеств, подчинен­ ных главному булгарскому хану. Эту ж е точку зрения пытался обосно­ вать и автор настоящей работы1. Основанием для этого явился учет уровня развития производительных сил булгар и косвенные данные, указывающие на наличие феодальных отношений. В 1945 году академик Б. Д. Греков в своей статье «Волжские болгары в IX—X вв.»2 выска­ зал новую точку зрения. Он указал, что в эпоху X века феодальные отношения у булгар еще не сложились. По его мнению, булгары того времени являлись дофеодальным государством, а феодальный строй возник у них позднее, в XIII—XIV вв., когда единое государство булгар распалось на два княжества — Булгарское и Жукотинское .

Однако критическое изучение археологического материала, разра­ ботка которого значительно продвинулась в результате систематиче­ ских раскопок последних лет, и сопоставление письменных источников с вещественными позволяет иначе охарактеризовать обществнный строй волжских булгар .

Производительные силы племен среднего Поволжья к X век до­ стигли высокого уровня. Об этом мы знаем из ряда источников. Стра­ ной плужного земледелия рисуют нам булгар арабские источники. Та­ кой встает перед нами Булгария и по археологическим данным. Уже в VIII—IX вв. плужное земледелие существовало в среднем Поволжье .

Доказательством служит находка в курганном погребении железного ральника раннего типа8. К X веку относится целый ряд сошников различного типа, легких и тяжелых; последние изготовлялись даж е с ре­ заками для подрезки дернового слоя. По материалам раскопок прекрас­ но известны злаки, которые культивировали булгары. Исследовано гро­ мадное число хранилищ для зерна. И, наконец, русские летописи не .

оставляют никаких сомнений в том, что волжская Б'улгария были стра­ ной плужного земледелия .

Значительно хуже обстоит дело с изучением вопроса о землевла­ дении. Нужно впрочем сказать, что этот вопрос вообще слабо поддается изучению. Д аж е значительно лучше изученная история Киевской Руси, опирающаяся на большое число документов, в том числе на «Русскую Правду» — документ юридического значения, на ряд договоров между Византией и Киевской Русью и, наконец, на многочисленные сведения из русских летописей, все же оставляет неразрешенными и спорными ряд вопросов, в том числе и вопрос о землевладении. В некоторых слу­ чаях приходится разрешать эти проблемы гипотетически. Естественно, что вопрос о землевладении у булгар, прошлое которых мы узнаем только из арабских или русских источников, где речь идет почти исклю­ чительно о внешней политической истории государства,— остается труд­ но разрешимым. Поэтому нам не следует пренебрегать косвенными дан­ ными, в частности археологическим материалом .

Выше были отмечены некоторые городища, являвшиеся княже­ скими усадьбами. Эти княжеские усадьбы и их укрепления были, оче­ видно, созданы трудом крепостного населения4 .

Конечно, у нас нет прямых данных утверждать, что эти укрепления строили крепостные, но путем исключений мы приходим к выводу, что их строили именно крепостные. Можно сказать, что в X—XII вв. не могло существовать родовых укрепленных поселений, родовых убежищ .

Такие городища мы знаем для более раннего времени, когда еще сохра­ нялись родовые отношения. Надо считать, что в X веке родовые отноше­ ния уже являлись пережитком. Все ранние городища имеют иной облик, чем булгарские. Они обычно располагаются на малодоступных местах, ограждены с двух сторон оврагами, а с напольной стороны защищены не­ большим валом. Такой облик родовых поселков не похож на булгарские городища. Д а и учет исторической обстановки не позволяет согласиться с мнением Б. Д. Грекова, склонного считать городища убежищами родовых групп. Точно так же следует отвести и другое предположение о рабах в качестве строителей этих замков. Ни один источник не гово­ рит о широком применении рабского труда у булгар. Все свидетельства арабов говорят о рабах главным образом как о предмете купли-про­ дажи. Рабов привозили преимущественно для вывоза на Восток. Все исследователи придерживаются в этом вопросе одного мнения. Едва ли в этом феодализирующемся обществе могло существовать рабство в столь широких масштабах. Если бы это было так, то здесь было бы рабовладельческое общество и это бесспорно нашло бы отражение в источниках .

Наконец, нет оснований считать укрепленные замки делом рук свободного населения. Последнее могло бы работать по созданию укреп­ ленной полосы на границах государства, или отдельных крепостей, со­ ставляющих одіну оборонительную линию. Можно представить, что руками свободного населения по распоряжению государственной власти были созданы такие укрепления, как вал около селения Никольского близ Болгар, или огромный вал значительного протяжения, нанесенный на старых картах между р. р. Бездной и Ахтаем. (Однако Н. Ф. Калинин при своих исследованиях этого вала не обнаружил. Возможно, что вал был нанесен на карты по ошибке). Другой вал известен в восточной ча­ сти Булгарского царства на р. Шешне. Такие укрепления границ действительно могли бы создаваться по распоряжению государ­ ственной власти руками свободных. Если бы указанные выше феодаль­ ные замки представляли какую-то систему обороны государства, то они гакже могли бы быть созданы руками свободного населения. Но от­ дельно существующие изолированные городища, не составляющие ни­ какой системы, представляют, конечно, только замки князей. Поэтому не руками свободного населения были насыпаны их мощные валы, а вероятнее всего руками крепостных. Соображения эти не могут быть сброшены со счетов при учете очень скромного материала, характери­ зующего социальные отношения у булгар. А факты эти, в свою очередь, в какой-то мере заставляют предполагать наличие крупного землевла­ дения, хотя, быть может, не получившего еще большого развития и не ставшего господствующим о начале X века .

Скотоводство в это время было полукочевым. Нужно думать, что такой характер крупного скотоводства сохранился только в хозяйствах крупной знати и царей .

Основным является вопрос о ренте. В моей работе0 о булгарах было сказано, что натуральная рента взималась соболем. Б. Д. Греков считает это положение неверным. Бесспорно, он прав, что это была не уплата ренты, а дань, которую платили булгары Хазарскому кагану .

Два раза упоминает об этом ибн-Фадлан, причем из сопоставлений от­ дельных мест текста можно сделать единственный вывод о сборе по шкуре соболя с дома для уплаты дани Хазарскому кагану. Однако существуют другие свидетельства, позволяющие судить о характере ренты. Так, ибн-Русте отмечает, что «болгары платят подать царю своему лошадьми и другим». В свое время В. Ф. Смолин высказал пра­ вильную точку зрения, что под «другим» можно подразумевать про­ дукты земледелия. Во всяком случае русская летопись дважды говорит об отправке хлеба из Булгарии во Владимиро-Суздальную Русь. В пер­ вом случае под 1024 годом сказано: «Бе мятежь велик и голод по всей гой стране, идоша по Волзе вси людье в Болгары и привезоша жито, и тако ожиша». Второй раз, в 1229 году, «князь ж е Болгарский прислал в дар к великому князю Юрию 30 насадов с житами...» Такое большое количество жита и есть вероятно результат тех повинностей, которые несло население в пользу своих князей-феодалов. Таким обра­ зом, косвенные данные позволяют думать, что в домонгольский период Булгария была страной с господствующими феодальными отношениями .

Как ж е рисуется нам общество булгар по описанию ибн-Фадлана?

Несомненно, это классовое общество.

Там существует знать; об этой знати, о подчиненных булгарскому царю других царях, о феодально-' вассальной системе можно судить по следующей записи ибн-Фадлана:

«Когда ж е мы были от царя славян, к которому мы направлялись, на расстоянии дня и ночи пути, то он послал для нашей встречи четырех царей, находящихся под его властью (буквально — под его рукой), своих сотоварищей и своих детей, и они встретили нас... Итак мы оста­ вались воскресенье, понедельник, вторник и среду в палатках, которые были разбиты для нас, пока он не собрал царей, предводителей и жите­ лей своей страны, чтобы услышать чтение письма. Когда же наступил четверг и они собрались, мы развернули два знамени, которые были с нами, оседлали лошадь седлом, доставленным к нам, одели его (царя) в черное и надели на него тюрбан. Тогда я вынул письмо халифа и ска­ зал ему: «Не подобает, чтобы мы сидели, когда читается это письмо» .

И он встал на ноги, он сам и (также) присутствовавшие знатные лица из жителей его государства...». То-есть, была собрана знать, и о такой энати ибн-Фадлан упоминает в целом ряде случаев.

В другом месте он характеризует одну знатную семью вместе с домочадцами и слугами:

«Мы видели у них домочадцев одного «дома» в количестве пяти тысяч душ женщин и мужчин, уже всех принявших ислам, которые известны под именем аль-Баранджар. Для них построили мечеть из дерева, чтобы они молились в ней» .

Ибн-Фадлан был в Болгарах тогда, когда страна была еще подчи­ нена Хазарскому кагану. Но Хазарский каганат — это по существу еще не феодальное государство, а то, что Ф. Энгельс называл варварским государством. Оно идентично Киевскому государству — империи Рюри­ ковичей, и не случайно киевские князья при расширении своих границ должны были столкнуться на востоке в первую очередь с Хазарским каганатом .

И вот в недрах этого общества зреет и складывается Булгарское государство. Производительные силы значительно вырастают; булгарский князь становится в центре того объединения, которое позднее вый­ дет на историческую арену под именем государства волжских булгар;

складываются и созревают феодальные отношения, которые хотя еще не господствуют в самом начале X века, но все ж е знаменуют скорое появление типичного феодального государства. И несомненно, что Бул­ гарское царство стало самостоятельным не только благодаря внешним событиям, ие только потому, что киевский князь Святослав в 965 году разбил хазар, но и благодаря внутреннему развитию, благодаря тому, что оно выросло настолько, что могло уже существовать в качестве са­ мостоятельного государства .

Все материалы показывают, что в эпоху ибн-Фадлана феодальные отношения в булгарском обществе получили тенденцию стать господ­ ствующими. Сороковые-шестидесятые годы X века можно условно при­ знать датой, отделяющей дофеодальный период волжских булгар от феодального. Уже ко второй половине X века относится целый ряд сви­ детельств о феодальной борьбе. Таких документов немного, но они дока­ зывают, что к этому времени булгарское общество окончательно стало феодальным .

Об одном таком событии, относящемся к этому времени, мы узнаем по нумизматическому материалу, характеризующему борьбу между дву­ мя крупнейшими городами страны — Болгаром и Суваром. Важное эко* комическое значение этих двух городов доказывается фактом чеканки там монет. Из суварских монет до нас дошли: монета Наср бен-Ахмеда, чеканенная в 319 году Хиджры, затем монеты Талиба бен-Ахмеда от 337, 338, 341, 347 гг. Хиджры и монеты Мумина бен-Ахмеда от 336 и 370 гг. (одна монета чеканена в Суваре и две других в Болгарах) .

Этот нумизматический материал и некоторые сведения арабских путе­ шественников дают основание для следующих выводов: повидимому, в половине X века произошло объединение Болгара и Сувара под властью хана Ахмеда.

Это подтверждается тем, что восточные писатели того времени, начиная с аль-Балхи, а позднее составитель восточной геогра­ фии и ибн-Хаукаль дают суммарную характеристику этих двух городов:

«Мусульманский проповедник Булгар сказал автору, что число жителей обоих этих городов простирается до 10 000 человек». Это объединение двух областей могло произойти в эпоху Альмаса и его первых преем­ ников Микаила и Ахмеда °. После Ахмеда эти области были поде­ лены между его сыновьями Талибом и Мумином, оставившим нам ряд монет, чеканенных б Суваре в 337, 338, 341 и 347 гг. Хиджры и в Болга­ рах и Суваре в 366 г. Мысль о том, что Талиб и Мумин были братьями— не нова; она уже была высказана Френом и принята Шпилевскнм 7 .

Борьба между братьями привела к войне и к потере политической само­ стоятельности Суваром в 976 году н. э. Об этом говорят монеты Мумина, чеканенные в Болгаре и Суваре в 366 г. и в Болгарах в 370 г. Хиджры .

Второй источник, характеризующий феодальную борьбу — это сообщение русского летописца о столкновении русских с булгарами и 1186 году и походе русских на Великий город, которым для XII века являлось современное Билярское городище. Русский летописец подроб­ но описывает движение русской рати, высадку на берег, захват Тухчингородка и выход к Великому городу. В этом описании упоминается одна деталь, проливающая свет на княжеские усобицы у булгар: «И сторожеве Всеволожи узреша полк в поли и мнеша болгарьский полк, се приехаша от полку того пять человек и удариша челом пред князем великим Всеволодом, глаголюще: кланяють ти ся княже, половци Емякове, пришли есмы со князем болгарьским воевать Болгар, слышахом бо тебе идуща их же воевать»... Эти слова весьма знаменательны. Они свидетельствуют о столкновении интересов отдельных булгарских кня­ зей и о том, что в этой борьбе некоторые из них прибегали даж е к по­ мощи чужеземцев и приглашали половцев. Весьма возможно, что и перенос столицы из Болгара в Биляр в конце XI — начале XII века, после чего последний и получил имя Великого города, также явился резуль­ татом княжеской борьбы. Приведенными фактами исчерпываются наши знания о внутренней истории домонгольской Булгарии. Но факты эти весьма характерны для феодального общества и не оставляют никаких сомнений в том, что в Булгарском государстве феодальные отношения во второй половине X века стали господствующими 8 .

Русские летописи неоднократно упоминают разных булгарских князей. Известны, например, князья жукотинские, князья города Ошеля.

Так, при описании похода 1220 года Юрия Всеволодовича сказано:

«И объят град (Ошель) огнь отвеюду, и бысть буря велиа, и страшно бысть видети, и бысть во граде вопль івелик зело. Князь ж е Болгарьскый выбеже инеми вороты и утече на коиех в мале дружине...» 9 .

Войско, необходимый институт н каждом классовом обществе, у булгар носило феодальный характер. Целый ряд документов указынает «а существование дружин. Дружины выступают и в оборонитель­ ные и в наступательные походы и набеги. Ибін-Русте так характеризует эти дружины и их походы: «От земли буртасов до земли этих болгар три дня пути. Последние производят набеги на первых, грабят их, п плен увозят. Болгары ездят верхом, носят кольчуги и имеют полноевооружение»г0. О дружинах у булгар пишет ибн-Фадлан: «А когда он приказывает отряду отправиться в набег на какую-нибудь страну, то н он получает часть добычи». О дружинном строе у булгар говорят и русские летописи: «Того же лета (1160) князь Андрей ІОрьев сын Д ол­ горукого з братом своим Ярославом Юрьевым сыном Долгорукого и с сыном своим Изяславом и со князем Юрьем Муромским идоша на Бол­ гары Воложскиа и Камскиа и поможе им Господь Бог и пречистая Бо­ городица, и избиша множество Измаилтян, а князь их едва утече с малою дружиною»т1. Ту же картину можно отметить и для XIII века .

Таков характер войска, типичный для всякого феодального государства .

Как уже сказано, на 20-е годы X века падает крупное политическое событие — посольство халифа Муктадира к болгарскому царю Альмасу .

Участник посольства ибн-Фадлан указывает, что посольство было вы­ звано просьбой царя Альмаса прислать такого мужа, который обучил бы его вере и наставил в законах ислама .

Во время посольства царь Альмас, как это явствует из текста ибн-Фадлана, был уже мусульманином и в Болгарах уже жило мусульманское духовенство. Однако ислам в X веке был религией не только правящей верхушки. Это можно утверждать, основываясь на сообщении ибн-Русте: «Большая часть их исповедует ислам р есть в се­ и лениях их мечети и начальные училища с імуэдзинами и имамами. Те же из них, которые пребывают в язычестве, повергаются ниц перед каждым знакомым, которого встречают» 12. Можно полагать, что «повергающиеся ниц» являлись людьми низшего слоя и поэтому должны были оказывать почет людям, стоящим выше их на социальной лестнице. И это проис­ ходило вовсе не потому, что одни были мусульманами, а другие исповедывали старую родовую религию. Религиозная терпимость булгар не может быть подвергнута сомнению. В Булгарах проживали и евреи, и христиане. Что же заставило царя Альмаса заботиться о дальнейшем распространении ислами? Одними внешними политическими интересами этого объяснить нельзя. Для этого, пожалуй, достаточно было бы приня­ тия ислама верхними слоями общества. Повидимому, классовая борьба, о которой до нас не дошло сведений, здесь, как и в других местах, заста­ вила его прибегнуть к помощи религии. Наиболее подходящей системой было единобожие, а окончательный выбор был продиктован политиче­ скими соображениями и интересами торговли .

О религии крестьянства материала почти нет. Мы знаем только краткое упоминание ибн-Русте, приведенное мною выше, и небольшой археологический материал, характеризующий родовую религию, по которому все же трудно реконструировать религиозные представления, да этнографические исследования по культу иомзи у чуваш, который несомненно в прошлом был шаманом,— вот и все данные по этому вопросу .

Принятие ислама булгарами имело для их государства большое значение, так как приобщило значительный круг населения к мусуль­ манской культуре, являвшейся в то время передовой культурой Востока .

Вместе с тем эта религия, как более отвечавшая новому социальному строю, феодальным отношениям, должна была сыграть некоторую про­ грессивную роль в тех условиях .

В X веке, в период наибольшего расцвета, Булгарское государство, являвшееся центром связей с Востоком (рис. И ), сумело обеспечить безопасность караванного пути в восточные страны и тогда особенно ин­ тенсивно расцвела у булгар торговля. Все источники, письменные и архе­ ологические, рисуют нам город Болгар как центр транзитной торговли, в который стекались товары с востока, из Византии, с севера, с запада и от русских. Но основные торговые связи у булгар были с Востоком. Несо­ мненно, что Арабский халифат, оказавший поддержку булгарскому царю Альмасу в борьбе против врагов, приобрел в его лице торгового агента, а арабские купцы получили возможность широко действовать в пределах царства .

Включение булгар в систему халифата объясняется.в значительной мере интересами торговли. И не случайно на эту сторону жизни обра­ щают большое внимание арабские путешественники. Еще задолго до основания Великих Болгар место впадения Камы в Волгу являлось пунктом обмена, на что указывает находка в этих местах большого йШ 8й№8ІріІІШ ^ІМіШ11М8 ІІЮ Рис. 11. Карта культуоныя связей волжской Булгарин с другими государствами в ХИ—ХИ! вв .

количества древних вещей. Позднее, в булгарскух эпоху, этот пункт стал своего рода ярмаркой, «уда сходились купцы из разных мест. ИбнХаукаль сообщает: «Булгар есть небольшой город, не имеющий многих владений, известен ж е он был потому, что был гаванью этих госу­ дарств». Археологический материал, находимый на территории Болгара, указывает на целый ряд влияний, шедших с юга, с востока, с запада .

Особенно сильно чувствуется хорезмское влияние как непосредственно в привозных вещах, так и в орнаментике собственно булгарских изде­ лий. О широком размахе торговли булгар говорят и свидетельства араб­ ских путешественников и русские летописи .

В. Н. Татищев пишет, что в 1006 году «прислали Болгары послов с дары многими, дабы Владимир позволил им в городах по Волге и Оке торговать без опасения, на что им Владимир охотно соизволил и дал им во все грады печати, дабы они везде и всем вольно торговали» 18 .

Или о торговле хлебом: «Болгары возили жито по Волге и Оке во все грады русские и продавали и тем великую помочь сделали. Князь же Болгарский прислал в дар к великому князю Юрию 30 насадов с жи­ гами, которые князь великий принял с благодарением, а к нему послал сукна, парчи с золотом и серебром, кости рыбы и другия изящныя ве­ щи» 14. Ибн-Русте сообщает: «Живут же все оіни в одной и той же ме­ стности, Хазаре ведут торг с Булгарами, равным образом и руссы при­ возят к ним свои товары. Те из них, которые живут по обоим берегам помянутой реки, везут к ним (Булгарам) товары свои, как-то: меха со­ больи, горностаевы, беличьи и другие» 15 .

Одним из весьма ценных товаров были рабы, и в Болгары приво­ дили на продажу из соседних стран захваченных пленников. «Что ка­ сается до Руси 1С то находится она на острове, окруженном озерами .

, Остров этот, на котором живут они (руссы), занимает пространство грех дней пути, покрыт лесами и болотами; нездоров и сыр до того, что стоит ступить ногой на землю, и она уже трясется по причине обилия в ней воды. Они имеют царя, который зовется Хакан-Русь. Они произ­ водят набеги на славян, подъезжают к ним на кораблях, высаживаются, забирают их (славян) в плен, отвозят в Хозеран и Булгар и продают гам» 17. О работорговле говорит и ибн-Фадлан: «Они (руссы) приходят из своей страны и бросают якорь в Итиль, которая есть большая река, и строят на ее берегу большие деревянные дома; в одном же доме соби­ рается их десять, двадцать, также менее или более» .

Повидимому, большинство рабов вывозилось на восток, как и по­ давляющее количество других товаров. Ибн-Хаукаль пишет: «Большая же часть мехов и превосходнейшая из них находится в стране Русь, некоторые высококачественные из страны Яджудж и М еджудж при ходят к Руссам, по соседству их с Яджуджами и Меджуджами и по торговле с ними. Продавали же они это в Булгаре прежде, чем разру­ шили его в 358 (969) году...» 18 .

Развитие торговли внутренней и внешней вызвало значительный рост ремесла .

Главные города княжества — Болгар, Сувар и Биляр занимали по тому времени громадную площадь. Болгар с пригородом имел в ок­ ружности 7,5 км, Сувар около 5 км, Биляр почти вдвое больше, а Ошель около 3 км. Близ городов располагались значительные пригороды ремес­ ленного характера. Их можно указать у Сувара, Жукотина, Болгара, Би­ ляра и других городов .

На территории Болгара и Биляра археологами собраны крупнейшие коллекции самых разнородных предметов, часть которых специально изготовлялась на экспорт в соседние области .

Все исторические свидетельства рисуют Великие Болгары как крупный торговый центр, куда съезжались купцы из разных стран .

Всю торговлю востока с севером булгары держали в своих руках и ни^ как не желали допустить восточных купцов на север. Этим и объяс­ няются всякие небылицы, которыми булгары запугивали своих конку­ рентов. «Что касается Арты, то никто туда не входит, ибо они (жите­ ли) убивают всякого чужестранца, путешествующего по их земле, только что они спускаются по воде и торгуют, но никому не рассказы* вают о своих делах и не допускают никого провожать их»,— пишет Абу-Исхак-аль-Истахри аль-Фарки; то ж е самое мы находим у ибнХаукаля .

В отношении богатства и разнообразия вещественного материала Болгар является почти исключительным памятником. Это богатство — лучший показатель значения этого города, как крупного ремесленного и торгового центра феодальной Европы .

Ясно выраженный торгово-ремесленный характер булгарских горо дов дал основание некоторым исследователям считать их чисто торго­ выми и ремесленными центрами. Однако последние раскопки, при кото­ рых были найдены вещественные следы земледелия и скотоводства, заставляют считать, что жители городов Булгарского царства, как и других раннефеодальных городов Европы, занимались в некоторой степени, наряду с ремеслами, и сельским хозяйством, разводя скот и возделывая небольшие полевые участки .

Следует заметить, что существует и другая точка зрения, прямо противоположная, отвергающая какое-либо развитие ремесла у булгар .

Н. Н. Фирсов в своем исследовании об истории промышленности По»

волжья пишет: «Из Болгарии шли предметы разнообразных отраслей промышленности, но болгарский ввоз на Русь не служил показателем промышленного развития Болгарии, ибо болгарский товар был не ту­ земный, а иностранный, привозной, и своим разнообразным составом он указывал на обширность болгарского транзита. И з предметов местного болгарского производства на Русь шел хлеб, которым среднее По­ волжье было очель богато»19. Но такая точка1зрения м'огла возникнуть только без учета археологических источников .

Приведенные выше материалы дают картину расцвета цар­ ства, но внутренняя борьба между князьями, повидимому, продолжа* лась. Неспокойны были и отношения с соседями. Русская летопись со­ хранила нам ряд сведений о столкновениях русских князей с булгарскими .

Наиболее ранние из них относятся к X веку. Под 977 годом в лето писи записано: «Иде Володимер на Радимици и Болгары и победи их» 20 .

Этот поход носил характер случайного феодального набега и не был связан с какой-нибудь определенной враждебной политикой русских по отношению к булгарам .

Позднее, в 985 году, киевские князья идут против булгар совместно с торками, которые раньше, наряду с другими кочевыми племенами, должны были отступить при завоевательном движении булгар в сто­ рону Яика. «В лето 6493. Иде Володимир на Болъгары с Добрынею оуем своим в лодьях, а Торкы берегом приведе на конех, и тако победи Бол­ гары»

Дальнейшие походы Владимира в 994 и 997 гг. были последними походами киевских князей на булгар, о которых упоминает русская летопись .

Можно не останавливаться более подробно на торговом договоре булгар с киевскими князьями. Он еще раз подчеркивает большие тор­ говые интересы булгарских князей .

Для укрепления связей булгарские феодалы роднились с русскими .

Женой князя Андрея Боголюбского была булгарка. Об этом свидетель­ ствует Тверская летопись: «Убиен бысть... от своих бояр, от Кучковичен, по научению своеа ему княгини. Бе бо Болгарка родом и дрьжаше к нему злую мысль, не про едино зло, но и просто, иже князь великий много воева с нимь Болгарскую землю и сына посыла и много зла учини Болгаром» 22 .

Конец могуществу Булгарского государства нанесен был не Кие­ вом, а князьями Владимиро-Суздальской Руси, которые боролись с бул­ гарами за включение народов Поволжья в свою феодальную систему .

Эти войны — обычная для средневековья борьба феодалов, которая не может считаться показателем враждебных отношений между народами .

Пал форпост булгар в мордовских землях, стоявший в устье Оки на месте современного города Горького, о существовании которого мы знаем из фольклорных данных. С XI века торговая деятельность булгар начинает терпеть большой урон. Татищев в своей книге отмечает .

«В те же времена были на Волге и Оке разбои и многих болгар торгую­ щих пограбили и побили. Болгары ж е присылали ко князю Олегу и брату его Ярославу просить на разбойников, но не получа управы, пришед с всйски, Муром взяли и пограбили, а села пожгли». Об этом со­ бытие кратко сообщает Ипатьевская летопись: «В лето 6596 (1088).. .

В се ж е лето взяша Болгаре Муром» 23.. .

Повидимому, той же целью руководились булгары и при походе на Суздаль: «В лето 6615 (1107)... Того ж е лета чюдо сотвори Бог и свя­ тая Богородица в Суздалстей земли. Приидоша Болгары ратию на Суждаль, и обсгупиша град и много зла сотвориша, воююще села и погосты и убивающе многих от христиан. Сущие же людие во граде, не могуще противу их стати, не сущу князю у них, на молитву к Богу обратишася и к пречистой его Богоматери, покаянием и слезами, и затворишася во граде, и всемилостивый Бог, услыша молитву их и покояние...

ослепи.::

вся ратная Болгары; и тако изшедше из града всех избиша»24 .

На юге борьба булгар с половцами велась всеми средствами. Под 1117 годом Ипатьевская летопись сообщает: «Тогда же приидоша Половци к Болгаром, и выела им князь Болгарьскыи пиги с отравою и п и р .

Аепа и прочии князи вси тюмроша» 25 .

С XII века, с укрепления Владимиро-Суздальского княжества, начинается ряд походов русских князей против булгар, большею частью удачных. «В лето 6628 (1120). Георгий Володимерич ходи на Болгары по Волзе, и взя полон мног и полкы их победи и воевав приде поздорову с честью и славою» .

Эта упорная борьба соседей объясняется не только характером фео­ дальных отношений, но и желанием русских «князей положить конец тор­ говой гегемонии булгар .

Энергичное сопротивление булгар заставляло русских князей объеди­ няться, создавать военные федерации: «В лето 6668 (1160)... Князь Андрей Юрьев сын Долгорукаго з братом своим Ярославом Юрьевым сыном Долгорукаго, и с сыном своим Изяславом и со князем Юрьем Муромским идоша на Болгары Воложскиа и Камскиа, я поможе им Господь Бог и пречистая Богородица...»2в .

Об этом ж е событии Лаврентьевская летопись сообщает под 1164 годом: «В лето 6672... В то же лето иде князь Андрей на Болгары, с сыном своим Изяславом и с братом Ярославом, и с Муромьскым кня­ зем Гюргем: и поможе им Бог и 'святая Богородица на Болгары, самех исекоша множьство, а стягы их поимаша, и одва в мале дружине оутече князь Болгарьскый до Великого города, князь же Ондрей воротися с победою, видев поганыя Болгары избиты, а свою дружину всю сдраву»27 .

Под 1172 годом описывается поход князя Андрея совместно с ря­ занскими и муромскими князьями .

Военные союзы русских князей встречали иногда отпор совместных отрядов булгарских князей. Но это были скорее не добровольные сою­ зы, а объединения на основе феодальной военной повинности. «В лето 6690 (1182). Околнии же городе Болгарский, Собекуляие и Челмата, и совокпишаяся со инеми Болгары зовемыми Темтюзи, и совокупившеся их 5 000 идоша насады, а из Торьцького на конех приехавшим на лодье Русское, и вышедъше т остров тот, и поидоша на Русь» 28 .

Походы русских князей значительно поколебали силы Булгарского царства. Русские князья доходили не только до Болгар, но и до Вели­ кого города на Черемшане — Биляра. «В лето 6691 (1183). Князь великий Всеволод иде на Болгары, а с ним сыновец его Изяслав Глебовичь, и Володимер Святославичь, и Мстислав Давыдовичь, и Резаньстии князи Роман, и Игорь, и Всеволод, и Володимер Глебовичи, и Муромский Володимер; и приілед в землю Болгарьскую, выседе из насада на берег, и поиде к Великому городу, и постоя пришед под Тукчин городок два дни, а на третий день поидоша к гоооду. И сторожеве Всеволожи узреша полк в поли, и мнеша Болгарьский полк, и се приехаша от полку того 5 человек и удариша челом пред князем великим Всеволодом, глаголюще: «кланяють ти ся. княже, Половци Емякове, пришли есми ко князем’ Болгарьским воевать Болгар; слышахом бо тебе идуща их же воевать». Князь же великий Всеволод подумав с братьею и со всею дружиною, води их в роту Половецьскую, поем их с собою поиде к Великому городу; и перешед Черемисан, изрядив полки1 ста со дружиною. А Изяслав Глебовичь со своими полки взем копие и потче ко оплоту, идеже бяху пешци вышедше из града учинили себе твердь оплотом; Изяслав же выгнав оплот ко вратом градным, и ту изломи копие свое, и удариша и стрелою во сердце сквозе броне, и отъипе оттуду еле жив и неооюа его во стаи. Болгари же из города из Собекля и из Челмата поидоша в лодиях и из Торцскаго на конех к лодиям Вс**воложим, Всеволод же оставил бяше у лодий Белозерьский полк; ппишедше же Болгари близ к лодиям, и устремишася на бой, они же Божиею помощию укрепльшеся поидоша противу им; видевше же их Бол­ гари, и устрашишася побегоша, Белозерци же со прочими своими вон погониша их секуще я, они же прибегоша к учаном и начаша метатися в них, и абие учаны опровергошася с ними, истопе их ту боле тысящи» 2* .

История булгар на протяжении XI—ХІТ вв. состоит из ряда воен­ ных столкновений с русскими князьями. Первые удары приходилось выдерживать булгарским городам по Каме и больше всего самому Болгару. Эти удары, повидимому, и поивели к тому, что главная роль в Булгарском царстве перешла в XII веке к другому городу — Бил яру .

С начала XII века в сведениях восточных писателей происходит сме* шение названий Болгар и Биляр. По сведениям абу-Хамида Андалузи, переданным Аашик Мухаммедом в сочинении «Обозрение миров», ска­ чано: «Благочестивый мусульманин назывался Бюлар и по его имени город назывался Бюларом, впоследствии с арабским изменением Болтар». У более древних авторов мы не находим этих указаний. Френ и Хвольсон считают, что названия соответствуют разным городам’, и с этим мнением приходится согласиться. Смешение названий могло про­ изойти потому, что главная роль перешла к Биляру — Великому го­ роду, который в XII веке выступает и по русским летописям в качестве главного города Булгарского государства .

Археологические данные говорят о меньшей роли Болгара по срав­ нению с Биляром в XII веке. Наслоения Болгарского городища принадле­ жат в основном монгольской эпохе, тогда как слой X—XII вв. в нем сравнительно невелик и вся древняя его часть характеризуется слабой насыщенностью культурными остатками. Дело в том, то в X—XII вв .

бесконечные войны с русскими, заканчивавшиеся нередко сожжением города, приводили его часто в упадок. В то же время основной массив наслоения Билярского городища относится к домонгольской эпохе. Этот город, расположенный в глубине страны, находился тогда в лучших стратегических условиях, чем Болгар. Мощность его культурного слоя X—XII вв., свидетельствуя об интенсивности жизни в домонгольскую эпоху, и дает право предполагать, особенно в связи с данными письмен­ ных источников, что значение Биляра сохранялось вплоть до XIII века .

Если сравнить территорию Булгарского царства XII века с более ранней, то можно притти к заключению, что его границы несколько расширились к северу и в состав царства постепенно вошло Прикамье и район по реке Казанке .

Походы русских против блгар продолжались с неизменным успе­ хом. Результатом походов в 1186 и в 1205 гг. явилось то, что заглох торговый путь из Булгарии в устье Оки и далее на запад. Это, однако, не нарушило всей торговой деятельности булгарских князей. Торговый путь на восток все еще оставался в их руках, хотя их южные соседи половцы все время тревожили спокойствие государства, как можно судить об этом по сведениям русских летописей80 .

Булгары не раз пытались восстановить путь на запад. С этим мо­ жет быть связана их военная экспедиция на Устюг в 1219 г. «В лето

6727. Приидоша Болгаре на Устюг, и взяша и лестию, и потом идоша ко Унжи, и Унжане отбишася от них»81. Этому предшествовал поход 1209 года в Рязанскую землю, окончившийся полной неудачей .

Эти две экспедиции булгар заставили русских князей снова объеди­ ниться. Результатом был поход 1220 года, нанесший сильнейший удар Булгарскому государству82 .

Удар был направлен против города Ошеля, находившегося где-то близ устья р. Камы. Этот город являлся, повидимому, центром области Эсегел, о которой говорят восточные писатели. Точно произношение этого слова не установлено. Бартольд читает его как Искил83, Маркварт — Аскл или Ашкл84. Это последнее, как правильно отметил М. Арта­ монов, напоминает город Ошель русских летописей36. Правда, данные восточных писателей ибн-Русте и Гардизи несколько противоречат воз­ можности видеть в городище Кирельском, отожествляемом с Ошелем, центр булгарской области Эсегел. Так, ибн-Русте пишет: «Между землею печенегов и землею болгарских Эсегель лежит первый из краев мадьяр­ ских». Гардизи, сообщая то же, помещает на место печенегов булгар .

В X веке печенеги занимали область к западу от Дона, мадьяры же в это время находились к западу от Карпат. Но, конечно, не исключается возможность, что часть мадьярской орды осталась где-нибудь в ниж­ нем Поволжье. В таком случае Эсегел может быть сопоставлен с Ошелем близ устья Камы .

Значение этой области нельзя недооценивать. Отсюда велось на­ ступление на запад и осваивались земли мордвы. Вполне понятно, что разгром Ошеля русскими явился первым серьезным шагом для вклн чения Поволжья в русскую феодальную систему.

В летописи говорится:

«В лето 6728. Князь великий Юрьи Всеволодичь посла брата своего Святослава на безбожныя Блъгары, іі с ним посла плъкы своя, а воевод­ ство приказа Еремею Глебовичи), а Ярослав посла свои полкы из Пере­ яславля, а Василкови Констянтиновичю повеле Юрьи послати своя полкы: он ж е из Ростова полк посла, а другий со Устюга на връх Камы; посла ж е и к Муромскым князем, веля им послати сыны своя, и посла Давыд сына своего Святослава, а Юрьи Олга» .

Результатом этого похода было взятие Ошеля и ряда других горо­ дов по Каме. Войска булгарских князей, объединенные Великим горо­ дом, былй разбиты .

«На ту ж е зиму Болгаре прислаша послы своя к великому князю Юрью, моляшеся и мира просяще, и не послушав моления их, и отпусти их, а сам начат наряжатися на них, и посла в Ростов по Василка Костянтмновича и повеле ему ити на Городець, а сам поиде же. И бывшу ему на Омуту, ту приидоша к нему друзии поели Болгарьстии, с молбою и с челобитьем просяще мира: он же, не иозрев на молбу их, отпусти их прочь от себе, и прииде на Городець с полкы, а Василко ту же приде к нему. А Болгарьстии поели пришедше, сказаша своим, яко • князь Юрьи стоит на Городци, ожидаа братьи своей, а мира не дасть, но хощете пакы ити на ны; они же убояшася зело и послаша к нему на Горо­ дець третий посол с молбою великою, и с дары многими и с челобитьем, и прият молбу их, и взя дары у них, и управишася по прежнему миру, яко ж е было при отце его Всеволоде и при деде его Георгии Володимеричи, и посла с ними мужи свои, водити в роту князей их и земли их по их закону»8в .

Военный разгром 1220 года был самым серьезным из всех ударов, нанесенных русскими князьями Булгарии .

Неудачным походам булгар на Устюг и Унж в 1219 году несомнен­ но предшествовало освоение ими ближнего Закамья, южной части рек Ижа, Тоймы, Вятки и Казанки. О захвате Закамья булгарами свиде­ тельствует помимо археологии и фольклор .

В преданиях, сохранившихся у удмуртов, упоминается о повинно­ стях, которые несли крестьяне-удм^оты в отношении булгарских князей:

«Сама раковины не поносишь, а ему отдай» — пелось в старинной песне 8Т .

Иные отношения сложились у булгар с мордовскими князьями .

Пооцеос феодализации у мордвы начал складываться, как можно пола­ гать, основываясь на анализе археологического материала, к XII веку .

От X века мы имеем свидетельства арабов; эти свидетельства и архео­ логический материал дают представление о мордве, как об обществе военной демократии. К XII веку относится возникновение городов у мордвы —момент, тесно связанный с формированием классового обще­ ства. С самого начала мордовские племена оказались в тяжелом поло­ жении. Находясь территориально между булгарами и русскими, и став ареной борьбы между ими, отдельные мордовские племена ©ходили в различные феодальные государства. Частично мы их видим в составе русских княжеств, например, Муромского, а частично, как показывает археологический материал, в Булгарском. Наконец, мы знаем историю о двух самостоятельных княжествах Пуреша и Пургаса .

Помимо этого мордва испытывала набеги половцев. Об этом сви­ детельствует большое число курганов, разбросанных на территории Тамбовской и Пензенской областей. Примером могут служить курганы по течению р. Пьяны, два из которых были раскопаны Дружининым и дали кочевнические погребения с конем, ориентированные головой на восток. Эти курганы по обряду погребения принадлежат половцам8* .

Сложившаяся историческая обстановка с самого начала предопре­ делила политическое поведение мордовских князей. Князь Пуреш ста­ новится в вассальные отношения к русским, князь Пургас отдается под протекторат булгар. К началу XIII века относятся свидетельства рус­ ских летописцев, говорящие об этом факте. Под 1228 годом мы читаем в Лаврентьевской летописи: «Того ж е месяца в 14 день великыи князь Гюрги, и Ярослав, и Костянтиновичи, Василко, Всеволод идоша на Морд­ ву; и Муромскыи князь Гюрги Давыдовичь вшед в землю Мордовьскую, Пургасову волость пожгоша жита и потравиша, и скот избиша,.полом послаша назад а Мордва вбегоша в лесы своя в тверди, а кто не вбегл, тех избиша наехавше Гюргеви молодии, в 4 день генваря. То видевше мелодии Ярославли и Василкови и Всеволжи, оутаившеся на заоутрие ехаша в лес глубок, а Мордва давше им путь, а сами лесом обидоша их около, избиша и, а иных изъимаша бежаща в тверди, тех тамо.из­ биша, и «нязем нашим не бысть кого воевати. А Болгарьскыи князь пришед был на Пуреша ротника Юргева, и слышав оже великыи князь Юрги с братьею жжеть села Мордовьская, и беж а прочь -ночи; а Юрги с братьею и со всеми полкы взвратишася всвояси добри здорови» зэ .

Совершенно естественно, что русские не трогали земли своего вас­ сала Пуреша и неплохо защищали их от Пургаса и от булгар. В худ­ шем положении находился князь Пургас. Булгары не сумели его зпгцитить .

Нигде в летописях прямо не говорится о том, что Пургас был в вассальных отношениях к булгарам, но то обстоятельство, что булгары ходят только на Пуреша и не воюют с Пургасом, а русские наоборот, заставляет сделать вывод о вассальных отношениях этих двух мордов­ ских князей. В русских летописях мы встречаем неоднократно упоми­ нания о военных нападениях на мордву. Например, в 1184 году «князь же Всеволод возвратихся в Володимерь, а коне пусти на мордву». Повидимому, уже с конца XII века князь Пргас признал себя вассалом булгар. Не забудем, что в XII — в начале XIII века булгары сами испы­ тывали постоянные удары со стороны русских княжеств, и поэтому есте­ ственно, что они не могли оказать надлежащей помощи своему вас­ салу. Таким образом, княжество Пургаса в конце XII — в начале XIII века входило в состав булгарского государства .

После разгрома булгар в 1220 году и падения Ошеля, центра этой части Булгарии, русские начали окончательное освоение мордовски* земель. В 1221 году был основан русскими Нижний Новгород. Пол 1226 годом летописец сообщает: «Того же лета посла великий князь Гюрги Святослава Ивана, брату свою на мордву и победиста мордву и взяста неколико сел и вьзвратистася с победою». Под 1227 годом Карта Восточной Европы XII—XIII вв. с указанием территории волжской Булгарин .

читаем: «Посла князь Юрий Всеволодович братью свою на мордву; они же взяша множество сел»... Под 1229 г. в Лаврентьевской летописи сказано; «Того ж е лета победи Пургаса Пурешев сын с половци и изби Мордву всю Русь Пргасову, а Пургас едва в мале оутече». Великий князь Константин Юрьевич владел Нижним Новгородом и Городецким княжеством и повелел русским селиться по Оке, и по Волге, и по Кудьме и на мордовских землях, где кто захочет. Можно полагать, что еще до 1^36 года, до татарского нашествия, земли мордовских князей, вас­ салов булгар, частично отошли к русским' .

Помимо открытых военных действий существовала скрытая борьба .

Летопись отмечает отравление булгарским князем половецких князей 40 .

Другой факт не менее показателен, это убиение Авраамия в Великом городе41. Трудно думать, что здесь играла роль религиозная нетерпи­ мость булгар. Вероятнее всего, что Авраамий был агентом владимир­ ского князя и был убит за свою политическую работу .

После двух походов булгар (1209 и 1219 гг.), последний раз пытав­ шихся восстановить путь на запад, после их разгрома в 1220 году и за­ ключения мира, установились мирные отношения булгар с русскими князьями42. В 1229 году'последовало подтверждение мира и обмен плен­ никами: «...князь велики отпусти к ним Измаилтян их, а они отпустиша к великому князю христиан» 48 .

Спустя несколько лет произошла битва на Калке. Время этого со­ бытия различные источники относят к разным датам в пределах от 1223 до 1226 года. Арабский историк ибн-аль-Асир в своей «Всеобщей истории» говорит о том, что после битвы при Калке «...татары направля­ лись в Булгар. Когда жители Булгара услышали о приближении их к ним, они в нескольких местах устроили им засады, выступили против них (татар), встретились с ними, и, заманив их до тех пор, пока они зашли за места засады, напали на них с тыла, так что они (татары) остались в середине; поял их меч со всех сторон, перебито их множе­ ство и уцелели из них только немногие. Говорят, что их было до 4 О О человек» 44 .

О Следующий набег монголов, носивший рекогносцировочный харак­ тер, произошел в 1229 году.

О нем кратко упоминает русская летопись:

«Саксини и Половци възбегоша из 'низу к Болгаром перед Татары; и сторожеве Болгарьскыи прибегоша, бьени от Татар близь рекы, ей же имя Яик»45 .

Этот набег монголов заставил булгар объединиться и они заклю­ чают мир с великим князем Юрием Всеволодовичем: «Того же лета Болгаре, глаголемии Казанци, прислаша к великому князю Юрью Всеволодичю о миру: бе бо перемирье промежи их на шесть лет, а люди плененыа быша во обеих странах. И тако умкришася, и по вере обои кождо своей утвердишася, и плененыя люди разпустиша» 48 .

Булгары правильно учли обстановку. Победа 1223 года не ослабила их внимания к появившемуся новому противнику. Несомненно, они были в курсе сведений о монгольских завоеваниях в Средней Азии и Закав­ казье. Разгром русских и половцев на реке Калке также им был хо­ рошо известен. Хорошо было известно и впечатление, произведенное этим событием на русское общество. «Том же лете,— отмечает летопи­ сец,— по грехом нашим придоша языцы незнаеми, их же добре никто же «е весть, кто суть... и что вера их. А зовутся Татары, а инии глаголють Таурмены, а друзии Печенези; инии же глаголют яко се суть.. .

из пустыни Етриевскыя... Бог един весть, кто суть и отколе изъидоша, 4 Волжские$булгары 40 премудрии мужи ведять я добре, кто книгы разумееть; мы же их не ве»

мы, кто суть, и зде въписахом о них памяти ради Рускых князь и беды, яже бысть от них им. Слышахом бо яко многы страны поплениша—* Ясы, Обезы, Касогы и Половьчь безбожьных множьство и зби та»47 .

Все заставляет предполагать, что булгары, обезопасив свой тыл от русских, все силы бросили на юг, навстречу новому врагу. Монгольское нашествие «ачалось в 1232 году. Об этой дате сообщает русская лето­ пись: «В лето в 6740... Приидоша Татарове и зимоваше не дошедше Великаго града Болгарьскаго» 48 .

Монголы встретили жестокое сопротивление булгар и их войско оказалось бессильным пред соединенными отрядами булгар. По про­ шествии трех лет, в 1235 году, на курултае в Каракоруме, после обсуж­ дения вопроса о походе на гого-восток Европы, монголы отправили новые силы. Рашид-Эддин сообщает об этом: «Принцы, которые были назначены на завоевание степи Кыпчакской и тех пределов: из детей Тулй-хана старший сын Монке-хан и брат его; из рода Угедай-Каана — старейший сын Куюк-хан и брат его Кадан; из детей Джагатя — Бру и Байдар; Кулькан, брат Каана; сыновья Джучи: Бату. Урда, Шейбан и Танкут, а из вождей более почтенный Субадай-Богадур; все они вместе двинулись разом весной Бичина, год обезьяны, месяцы Джмадй в...633 году. Проведя в дороге лето, осенью они соединились в пределах Булгарских с родом Бат, Урды, Шайбана и Таикута, которые были назначены в те пределы» 4® .

На реке Яике сошлись все подкрепления, посланные для покорения Европы. «Потом принцы и вожди собрались зимой у реки Джаян и он (Бату) послал военачальника Субадая с ратью в сторону Асов и в пре­ делы Булгарские. Те (Субадай с войском) дошли до города Кернека и дргих мест и заставили покориться» .

Об этом же г о в о р и т и Джвейни: «Когда Каан-хан во второй раз устроил сейм и происходило совещание об истреблении и покорении остающихся мятежников, то утверждено было мнение, чтобы обратиться на пределы Булгара, Аса и Уруса, -которые были соседи кочевьев Бату, не были еще вполне покорены и гоодились множеством своих богатств .

Он назначил в помощь и в замену Бату принцев крови: Монке-хана и брата его...». Из этих сообщений ясно, что первая армия монгол оказалась бессильной против хорошо организованных войск Блгарского царства и им понадобилась новая армия. Только тогда под натиском превосходных сил неприятеля пала волжская Булгария, один из древних культурных центров Европы .

Джвейни далее отмечает, что «в пределах Булгара принцы сош­ лись вместе; от множества воинов земля стонала и от громады войск обезмели дикие звери и ночные птицы» .

Была разгромлена столица Биляр, или, как ее называют летописи, Великий город. «В лето 6744... осени приидоша от веточные страны в Болгарьскую землю безбожнии Татари, и взяша славный Великый го­ род Болгарьскый и избиша оружьем от старца и до унаго и до сущаго младенца и взяша товара миожство, а город их пожгоша огнем и всю землю их пленйша» 50 .

Упорное четырехлетнее сопротивление булгар татарскому завое­ ванию оказалось возможным только благодаря единению всех сил бул­ гарского народа .

ПРИМЕЧАНИЯ

‘ Труды ГИМ, в. XI. М., 1940, стр. 55 .

1 Б. Д. Г р е к о в. Волжские булгары в IX—X вв. «Историч, записки», № І4, 1945, стр. 3 .

* Хранится в Государственном музее ТАССР в Казани .

* Впрочем, Б. Д. Греков считает, что это не так, и отмечает неправильную интерпретацию памятников. «Тут автор,— пишет Греков,— несомненно, недооцени­ вает силы родового коллектива с одной стороны (мы знаем много хорошо укреплен­ ных пунктов именно родовых), а с другой он ничем не доказывает, что сооружения эти сделаны руками крепостных. Почему они, например, не могли быть сделаны руками рабов или свободных людей, принуждаемых к работе по распоряжению государственной власти, подобно тому, как строили крепости вокруг Киева и Нов­ города и церкви в этих и других городах князь Владимир, его предшественники и преемники?

Предположение относительно замков я не отвергаю, но подобные факты гово­ рили бы только о наличии зиати, владеющей укрепленными усадьбами, а больше ни о чем. Хотя вопрос о непосредственных производителях, обслуживающих эти усадьбы, и остается для булгарского царства открытым, тем не менее из возможных его ре­ шений крепостной труд в качестве основной формы эксплоатацни работающего на знать населения исключается. Может тт идти речь лишь о начинающемся процессе закрепощения свободного населения» (Указ. соч., стр. 35) .

* Труды ГИМ, в. XI. М., 1940, стр. 79 .

* Имена ханов восстанавливаются по записке ибн-Фадлана и по нумизматиче­ ским данным в такой последовательности: Шилки — Альмас — Микаил — Ахмед (сере­ дина X века) .

* С. М. Ш п и л е в с к и й. Древние города и другие булгаро-татарские памят­ ники в Казанской губ. Казань, 1877, стр. 48—52 .

* В своей статье «Волжские болгары в IX—X вв. («Историч зап.», № 14, 1945, стр. 3) Б. Д. Греков высказывает предположение, что единство булгарского государ­ ства есть твердый признак его дофеодальных отношений, и полагает возможным счи­ тать началом феодальных отношений XIII век, когда Булгария распалась на два княжества — Болгарское и Жукотинское. Однако, это утверждение противоречит ряду фактов и некоторым аналогиям из жизни Киевской Руси, аналогиям, которые часто проводит сам Б. Д. Греков. Единство булгарского государства не является доказательством отсутствия феодальных отношений. Международная обстановка для булгар складывалась так. что они не могли стремиться к сохранению этого един­ ства. Напомню, что и Киевская Рсь XII века — а для этого времени ни у кого нет сомнений, что там были феодальные отношения,— была единой, и Владимир Мономах пресекал в корне и ппедпреждал всякие противоречия, принуждая князей быть своими подчиненными. Примеры этого приведены Б. Д. Грековым в его монография «Киевская Русь», где говорится, что Владимир Мономах, стремясь к сохранению единства государства, распоряжался другими князьями, как своими подчиненными .

Князя Глеба Всеславича. который преступил северную границу киевской земли .

Мономах в 1116 году быстро усмирил: побежденный минский квязь обещал повино­ ваться Владимиру, но слова не сдержал и тогда Владимир отобпял у него Минск, а его самого перевел к себе (1ТТ9 г.) в Киев, где тот и мер. Так же крто рас­ правился Мономах с владимиро-волыиским князем. Даже Новгород Великий, стояв­ ший вдали от княжеских усобиц, должен был признать над собою власть Владимира и принять к себе от него посадника. При Владимире и его сыне Мстиславе Киек снова стал политическим центром большого феодального государства. Во всяком1 случае, отдельные феодальные владетели серьезно считались с ним .

Конечно, блгары. которые испытывали большой натиск со стороны князей Владимиро-Суздальской Руси, должны были также стремиться сохранить свое един­ ство. Но и сохраняя его, они с большим трудом выдерживали натиск русских князей .

Поэтому я считаю, что соображения Б. Д. Грекова еще не доказывают отсутствия феодализма булгар в домонгольский период .

* ПСРЛ, т. VII. СПб.. 1856, стр. 127 .

” Д. Х в о л ь с о н. Известия... ибн-Даста. СПб., 1869, стр. 24 .

" ПСРЛ, т. IX, СПб., 1862, стр. 230 .

и Д. А. Х в о л ь с о н. Указ. соч., стр. 23 .

м В. Н. Т а т и щ е в. История Российская с самых древнейших времен... Кн. 3, М., 1774, стр. 88—89 .

1 Там же, стр. 454, 455 .

5!

№А. Я. Г а р к а в и. Сказания мусульманских писателей о славянах и русских .

СПб., 1870, стр. 263 .

1 Там же, стр. 267 .

П 1 Там же, стр. 263 .

и Там же, стр. 219 .

Л Н. Н. Ф и р с о в. Из истории торгово-промышленной жизни Поволжья (с древнейших времен до осмотра этого края Екатериной II). Казань, 1898, стр. 9 .

” ПСРЛ, т. XVI. СПб., 1889, стр. 38 .

“ ПСРЛ, т. И, СПб., 1908, стр. 71 .

“ ПСРЛ, т. XV, СПб., 1863, стр. 250—261 .

м ПСРЛ, т. И, СПб., 1908, стр. 199 .

* В. Д о б р о х о т о в. Древний Боголюбов город. М., 1852, стр. 70— * 71 .

9 ПСРЛ, т. И, СПб., 1908, стр. 285 .

*• ПСРЛ, т. IX, СПб., 1862, стр. 230 .

ат ПСРЛ, т. I, СПб., 1846, стр. 150— 151 .

* ПСРЛ, т. II. СПб., 1908. стр. 626 .

гв ПСРЛ, т. VII, СПб., 1856, стр. 96—97 .

» ПСРЛ, т. VII, СПб., 1856, там же .

ПСРЛ, т. VII, СПб., 1856, стр. 126 .

" ПСРЛ, т. VII, СПб., 1856, стр. 128 .

3 В. В. Б а р т о л ь д. Отчет о поездке в Среднюю Азию, Петр., 1910, стр. 121 .

* 3‘ М а г д и а г і. ОзІеигореізсНе ип1 ОзІазіаШсЬе Зігеіігид. Ьеіргщ, 1903, стр. 30 .

* М. И. А р т а м о н о в. Очерки древнейшей истории хазар. Л., 1936, стр. 102 .

® и ПСРЛ, т. VII, СПб., 1856, стр. 126—128 .

” Записано со слов П. Елабужского в с. Вавож того же района, Удмурт­ ской обл .

*' Отчет Археол. комиссии за 1892 г., СПб., 1894, стр. 45 .

М ПСРЛ, т. I, Л., 1926, стр. 451 .

4 ПСРЛ, т. VII. СПб.. 1856, стр. 24 .

" ПСРЛ, т. I, СПб., 1846, стр. 192 .

" ПСРЛ, т. VII. СПб., 1856, стр. 128 .

ПСРЛ, т. X, СПб., 1885, стр. 98 .

4 История Татарии в документах и материалах. М., 1937, стр. 41 .

* ПСРЛ, т. Г СПб., 1846, стр. 192 .

, " ПСРЛ, т. X. СПб., 1885, стр. 98 .

* ПСРЛ, т. Ш, СПб., 1841, стр. 39 .

т " ПСРЛ, т. VII. СПб., 1856, стр. 138 .

* И. Б е р е г ш и. Нашествие Батыя на Россию. ЖМНП, 1855, май, стр. 171 .

5 ГГСРЛ, т. I, СПб., 1846, стр. 196 .

ГЛАВА III

30Л 0Т 00Р Д Ы Н С К Ш І ПЕРИОД ЪЖ стория золотоордынской Булгарин тесно связана с историей самой " Золотой Орды. Войдя в состав новою государства, Булгария яви­ лась одним из элементов, из которых сформировалась золотоордынская культура нижнего Поволжья. Монголы восприняли старую булгарскую культуру и культуру, принесенную с Востока. В создании городов ниж­ него Поволжья булгарские ремесленники сыграли большую роль .

Отношения между булгарской знатью и завоевателями по проше­ ствии некоторого времени установились весьма тесные. Великие Бол­ гары в XIV веке считались одним из лучших городов Золотой Орды, «золотым троном» ее ханов. Благодаря более тесному общению Булга­ рия в несколько большей степени подверглась ассимиляции с пришель­ цами, хотя этот период и не внес ничего нового в культуру булгар .

Захват волжской Булгарни монголами сопровождался, разруше­ нием всех ее важнейших городов: Биляр (Великий город), Кернек, Жукотин, Болгар, Сувар были разрушены. О взятии Жукотина вместе с Биляром сообщает Татищев \ О разгроме Сувара можно судить по ар­ хеологическим данным. Раскопки этого городища, произведенные в 1933—1937 гг., дали достаточно материала, позволяющего воссоздать картину взятия города. Слои, относящиеся к концу XII и к XIII веку, содержат разрушенные здания, сожженные деревянные дома и укреп­ ления со стороны реки Утки .

Разгром Булгарин вызвал отлив населения к северу и на запад .

В записях Татищева есть указание на уход булгар к русским. «Того же году пришли на Русь и просили, чтоб им дать место. Киязь великий Юрий вельми рад сему был и повелел их развести по городам около Волги -и в другие» 2 .

Булгарские князья признали власть завоевателей и, как об этом можно судить по сведениям1 Рашид-Эддина 8, были пожаловаіиы ханом Бату прежеими владениями4. После ухода монгольской армии «а запад князья Баян и Динеку подняли восстание. Рашид-Эддин пишет в исто­ рии монголов: «Те (Субадай с войском) дошли до города Кернека и других мест и заставили покориться. Тамошние владельцы Баян и Дииеку пришли и изъявили покорность принцаім; будучи пожалованы, воз­ вратились назад, но опять восстали. Он послал Субадай-Богадура, ко­ торый и овладел их землей». Об этом факте вторичного завоевания Булгарни сообщает и Патриаршая летопись: «6749. Того же лета Батьтевы Татарове взяша Болгары, иже па Волзе и на К ам е»в .

Судя по тексту Рашид-Эддина, Баян и Динеку не являлись стар­ шими князьями. Вероятнее всего, они владели областью города Кернека. Имена этих князей не упоминаются в перечне булгарских князей, приводимом муллой Шихаб-Эддином 6, по сведениям которого завоева­ ние Булгарского царства произошло при Ильгаме, сыне Салима .

Так закончилось покорение волжской Булгарии, население которой долго и упорно сопротивлялось иноземному нашествию. Факты, сооб­ щаемые восточными писателями и русскими летописями о процессе за­ воевания Булгарии, не позволяют согласиться с мнением В. В. Гри­ горьева, отметившего, что булгары покорились без сопротивления, видя силу татар 7. В этом вопросе позиция П. В. Голубовского была, несомнен­ но, более правильной8 .

Булгарские князья, признавшие власть татар, получили назад свои владения. Никакой разницы в положении их и русских князей мы не наблюдаем. При описании жития князя Феодора Смоленского и Ярос­ лавского в Минеях-Четиях сказано: «Начаша ходити русстии князи и болгаре во Орду ко царю отчин своих просити у царя на столование свое» 9. С этих пор исчезло единое Булгарское государство и імы встре­ чаем лишь отдельных князей, подчиненных непосредственно золотоор­ дынскому хану .

Вторая половина XIII века явилась периодом экономического вос­ становления Булгарии. В первой половине XIV века город Болгар, не игравший в домонгольский период большой роли, пережил даже блестя­ щую эпоху расцвета. Старые центры, как Сувар и Биляр, захирели и никогда более не достигали экономического уровня домонгольского пе­ риода. В лучшем положении были районы, находившиеся за Камой .

Огромное число кладов с монетами и вещами первой половины XIV века, находимых в районе Камы, Казанки и около Болгар, прекрасно иллю­ стрирует это положение. Время зарытия этих кладов падает на вторую половину XIV века, когда для волжской Булгарии наступил трудный период в связи со смутами в Золотой Орде и нападениями русских кня­ зей. Из числа таких кладов следует отметить клад, найденный в дер. Ташкирмен, Лаишевского района 10, железную кольчугу XIV века и, найденную близ дер. Екатеринославки, Чистопольского р.; клад сереб­ ряных джучидских и джагатайских монет XIV века 12; клад из 542 монет 1310— 1360 гг. с именами ханов Токтогу, Узбека, Джанибека, Бердибека и др., чеканенных ів Сарае, Болгаре, Новом Сарае, Гюлистане, Азаке13; клад из 907 монет 1310— 1415 гг.14, найденный близ д. Сосновки, Казанского р.; клад близ д. Князь-Камаево с монетами Нового Сарая 1359 г. и Гюлистана 1359— 1361 гг.15; клад из 652 монет XIV века близ дер. Кокрят, Куйбышевского р. (там же, в двух метрах далее, расположе­ ны два погребения того же времени)16; клад из 669 монет 1310— 1365 гг. в двух километрах от Болгара вместе с керамикой обычного типа 17; клад из 115 монет Джанибека, выпаханный близ д. Горки18; в двух километ­ рах от селения Мошей найден клад из 1476 імонет XIV века 10, 430 монет XIV века найдено в д. Алексеевской 20, серебряные монеты XIV века найдены близ села Болгары21; в 1928 г. в том же селе Болгары к юговостоку от Малого минарета А. Пичкасовым найдены 252 медных мо­ неты, из которых 221, чеканенные в Новом Сарае, датируются первой половиной XIV века22 .

Оправившиеся булгарские князья, пользуясь покровительством золотоордынских ханов, начали расширять свою территорию. В XIV ве­ ке они появились на реке Чепце. Памятником их проникновения яв­ ляются некоторые могильники, известные под именем Бигер-Шай, ча­ стично относящиеся к XIV веку, и булгарская плита с надписью 1323 го­ да, до недавнего времени находившаяся во дворе мечети в дер. Гордино, Балезинского района УАССР, позднее перевезенная в Глазовекий му­ зей. Надпись представляет могильную эпитафию: «Смерть (есть врата

и) все люди войдут (в них). Памятник Яхам дочери... (Да будет) над ним милость божья милостью широкой. Дана (в) семь (сот двадцать) третьем году шестнадцатого дня». Этот памятник был поставлен над женской могилой, что видно из слов «дочь». Язык текста (кроме араб* ских изречений) обычный древнебулгарский, который расшифровы­ вается посредством сравнения с чувашским языком23 .

Нахождение надписи прежде всего свидетельствует о том, что освоение областей производилось исконным булгарским населением, так как из всех областей Золотой Орды могильные надписи имели рас­ пространение только на территории Булгарии. Наиболее южной точкой нахождения такого рода памятников является ограда церкви села Ар­ хангельского, Старо-Майнского района Куйбышевской области 2\ где была найдена каменная плита с арабской надписью, что указывает на присоединение этих мест к волжской Булгарии и что булгары начали тогда вновь рсширять свою территорию .

Литературным памятником пребывания булгаро-татар на Чепце является легенда, записанная Н. Г. Первухиным. «Старики говорили нам, что прежде, чем пришли сюда русские, вотяки жили не сами по себе, а были в подчинении у татар, которыми правил тогда особый царь, которого вотяки называли Кун. Сначала татары брали с вотяков только оброк: известную часть снопов с поля, известную часть птицы и зверя из леса, известную часть рыбы из воды, и вотяки на это не были в большой обиде; но потом татар становилось все больше и больше, они стали требовать, чтобы вотяк, став на четвереньки, подставил свою спину, когда татарину нужно было взлезать на лошадь, и не позволяли жениться ни одному парию на девушке ранее, межели девушка эта про­ будет у татарина 4—5 дней. Наконец вотякам надоело терпеть подоб­ ные притеснения: они призвали к себе русских, которые по этому зову пришли и прогнали татар, и стали править вотяками по-своему» 25 .

С XIV века погребения булгаро-татар получают широкое распро­ странение в Вятско-Камском крае. Так, около г. Сарапула М. М. Хомя­ ковым было открыто кладбище, которое он определяет как мусульман­ ское. Погребения ориентированы головой на юго-восток26. Встречаются подобные погребения и значительно севернее. Н. Н. Новокрещеных от­ крыл близ Рождественского городища в быв. Соликамском у. два позд­ них могильника. Костяки лежали в ямах на глубине 55 см головой на запад, на правом боку, лицом на юг. В головах и ногах находилось по железному гвоздю 27 .

Кроме этих данных, указывающих на проникновение булгар в об­ ласть Вятки— Камы, мы располагаем еще большим городищенским мате­ риалом. К XIV веку относится верхнее наслоение городища Идна-Кар на р. Чепце. Городище датируется весьма точно комплексом вещей X— XI и XII—XIV вв. К последнему времени относится проволочная серьга с бусиной типа, обычного для могильников XIV века, и красная кера­ мика с пористой поверхностью, обожженная в закрытом горне. На Каме поздний материал дают Кадымкорское и Рождественское городища, где кроме поздних вещей были найдены монеты 1251— 1259 гг.28, Искорское городище и ряд других. Вся совокупность материалов показывает» что булгаро-татары проникали в эти области. Здесь им пришлось столкнуть­ ся с Вятской республикой .

Проникновение сюда новгородцев и основание ими города Хлынова относится к XII в., как об этом говорит Вятский летописец. Н. И. Марты­ нов 29 привел ряд соображений, основанных на истории Новгорода, кото­ рые заставили его не согласиться с мнением Опицына и Верещагина об основании Хлынова в XIV веке. В Вятскоім летописце об этих событиях сказано: «И отделишася половина тех новгородцев и идоша вверх по Каме оеке, а другая половина осташася на Каме реке в новопостроенном городке, шедше же вверх но Каме реке и сшедше на гору на страну ону и дошедши реки Чепцы и вниз по ней пловуще пленяюще Отяцкие жилища и окруженные земляными валами ратию взаимлюще и обладающе ими, и егда исплывше тое реку Чепцу ©нидоша в івеликую реку Вятку и плывше по ней мало более пяти верст и узревше на правой стороне на высокой пре­ красной горе устроен град Чудский и земляных валов окружен от реки ж Вятки ров глубокий, от него ж кругом земляного валу ископанным рвом обведен, называем Чудыо Болванский городок иже и. ныне нарицается Никулицино по реке Никуличанке, и видевше новгородцы той град на прекрасной высокой горе и возжелаше зайти взяти его и обещашася пра­ родителям своим Российским великим князем страстотерпцв Борису и Глебу и заповедаше всей дружине своей постишеся» 30 .

Чепецкие городища, о которых сообщает Вятский летописец, рас­ положены главным образом по левому берегу реки. Исследовались они Н. Г. Первухиным, А. А. Спицыным, А. П. Смирновым, С. Г. Матвеевым .

Помимо раскопок Н. Г. Первухиным был собран и куплен большой материал. Изучение этих коллекций показало, что временем расцвета городищ были X—XII вв.3|, а к XIV веку относится на Чепце только городище Идиа-Кар. Более поздние.памятники находятся в стороне от реки .

Сведения Вятского летописца как нельзя лучше объясняют причину запустения городищ. Они были взяты ушкуйникам и разгромлены, а население ушло вглубь лесов. Мартынов в своей работе делает пра­ вильное предположение об истреблении туземной знати завоевателями .

Об этом можно судить по тому, что все легенды, связанные с богатыр­ ским эпосом, относятся к городищам, и более поздних вариантов нет .

О событиях того времени очень кратко сообщает летописец: «Во времена же тыя Российсти князи, имеющие отдельные грады, ирихождаху на Вятку с различными воинствы в великом собрании кийждо хотяше сторону Вятскую взяти в подданство себе и ничтоже успевающе .

Наипаче же от Чуди, Отяков и Черемис и от Агорянского рода разных народов татар и бесермян и нагайцев снизу Волги реки и от Казан­ ских татар и от из Заказанских поселившиеся тии Новгородцы Вятчане многое утеснение имуще и разорение, воюемы многажды»32. Повидимо'му, Хлыиов ш есте с небольшим числом городов и сел оставался всего лишь русским оазиасом, окруженным удмуртами и мари, в некото­ рой своей части подчиненными булгарам .

Согласно с данными Вятского летописца, гор. Вятка оставался сво­ бодным и первое поражение городу нанес отряд царевича Бектута в 1391 г. «...В лето 6899. Татарский князь Тактамыш посла царевича Бекту­ та на Вятку ратию, он же шед взя Вятку и людей посече, а иных в полой поведе, а иных на откуп отдавал» .

В XIV веке булгары продолжали проповедь мусульманства, нача­ тую ими еще в домонгольскую эпоху. Мусульманство у них стало гос­ подствующей религией с X века, как свидетельствуют об этом арабские писатели, но не пользовалось большим распространением, так как были еще сильны родовые верования. Самой восточной точкой распростра­ нения мусульманства являются Чишмы в Уфимском районе, где найден камень с арабской надписью, гласящей, что здесь покоится Хусейн Бек, сын Измера бека, 444 г. Хиджры (1052) .

Шериф-Эддин-Булгари посвятил много страниц своей работы опи­ санию погребений проповедников мусульманства. Они воспитывались в Бухаре, Багдаде, Болгаре. Их могилы известны в районе Тубулгатау м, около поселений, расположенных по рекам Шерибуту и Черемшану. Эти могилы относятся к середине XIV века. «А в ауле Кутлу Бугуш,— пишет Шериф-Эддин-Булгари,— могила муллы Нияза, сына Чокмакова. Оба они скончались во время путешествия к святым местам при Бердибек хане» .

То обстоятельство, что имена проповедников упоминаются вместе с именем городов Болгара или Биляра, заставляет относить их могилы к той эпохе. Так, Шериф-Эддин-Булгари говорит: «Третий шейх Мухам­ мед, он был выходец из аула Багаме и сын Бай-тирана; пройдя путь в Багдад, он вернулся в Биляр» 34 .

Шериф-Эддин упоминает также ряд погребений в северных районах Булгарин, на реках Казанке и Свияге. Это показывает, что мусульман­ ство распростанялось не только в районах, заселенных булгарами, но и среди соседних племен .

Нужно думать, что какой-то успех имело учение Магомета и у мор­ довских племен. ИІериф-Эддин говорит: «В ауле Уржум был Файз-Улла сын Обейд-Уллин. В ауле Кук-Куз был Кай-Мухаммед сын Дин-Мухам­ медов. В племени Мелла были Мулла-Гул сын Айдар-Гуло» и Нарим-бай сын Аджи лов. Теперь могилы их находятся там же». С. М. Шпилевский приурочивает племя Мелла к районам течения р. Иммелла, впадающей в р. Свйягу в соседстве с селением Кук-Куз. Километрах в 4У к западу от % речки Иммеллы находится того же имени деревня, называемая иначе Буртасы. В этих же местах находится и озеро, названное на карте Казан­ ской губ. XVIII века Бурташ ш м 83 .

Эти весьма серьезные к убедительные доводы С. М. Шпилевского заставляют думать о распространении мусульманства у мордовских племен .

Аналогичную картину мы наблюдаем и среди мещеряков, занимав­ ших значительную часть правобережья Волги. О них упоминает Шериф-Эддин: «В ауле Шурдан, в ауле 'Гетюш из нлемени мещер­ ского известны последователи, коих могилы ныне там находятся» *® .

В. В. Вельяминов-Зернов относит мещеру к отатарившемуся населению Горьковской, Пензенской, Саратовской, части Куйбышевской и Тамбов ской областей и связывает ее с можарами Царственной книги .

Весьма энергично булгары распространяли мусульманство и в землях башкир. Наличие нескольких тюрбе XIV вка на этих землях свидетель­ ствует о распространении здесь ислама в ту эпоху. Один из памятников находится в 45 км от Уфы на левом берегу р. Демы, в 3 км от д. Караякуловой и в 1 км от д. Чишмы. Это тюрбе выстроено по обычному для того времени способу. Квадратный низ посредством восьмигранника сведен на купол. Размеры тюрбе 10 X 10 м, стены, толщиной в 1,6 м, оштукатурены с внутренней стороны. Дверь, как обычно для этого типа сооружений, сделана с южной стороны и имеет в высоту 2,5 м и в ширину около 1 м .

К двери примыкает ход, от которого остались снаружи каменные плат­ формы. С остальных трех сторон — северной, восточной и западной уста­ новлены окна шириной 70 см и высотой 1,4 м .

Внутри помещения находится могила с надписью на плите: «Правед­ ный в своих предначертаниях хедж а Хусейн-бек, сын великого эмира Омар-бека... Туркестанский,— Господи помилуй его великою милостью своей и почти его оставлением всех грехов его,— скончался в 9-й день разрешенною месяца 742 года (1 3 4 1 )» 37. Характер памятника, находя­ щегося среди кладбища, на котором встречаются и более поздние погре­ бения, свидетельствует о проповеди ислама булгарами .

Показателем широкого распространения мусульманства в эту эпоху является большое число мусульманских погребений XIV века. Сюда прежде всего необходимо отнести могильные плиты с датой «Лето прише­ ствия угнетения». Расшифровка этой фразы, предложенная Клапротом, затем принятая Эрдманом и Березиным, относит дату плиты к 623 году Хиджры, т. е. к 1226 году. Это чтение вызвало возражения. В 1863 году Хусейн-Файз-Ханов предложил свою формулу и датировал эти памят­ ники 700 годом Хиджры. Им указано, что слова «Тарик джиат джейур»

надо читать «джиати джюр», а по-арабски надо было бы читать «джайат джаур», чего на камне нет. «Джиати джюр» соответствует «джити юз», а по-татарски = 7 X 100, т. е. 700. Далее следуют цифры десятков и единиц. ;

При подобном чтении все знаки находят объяснение, при первом же, предложенном раньше Клапротом, последний знак остается без прочте­ ния. Поправку Хусейн-Файз-Ханова принял И. Ф. Готвальд38. Это чте­ ние дает возможность отнести к 1301 году 24 надписи. К несколько более раннему времени относятся три надписи 670 (1271) 690 (1291) и 691 (1291) гг. К XIV в. относится большинство плит. (Они датируются 723,724, 729, 701, 704, 705, 710, 712, 714, 716, 717, 720, 737, 742, 717, 700, 716 и 711 годами Хиджры) .

К этой же категории надо отнести памятники, открытые Артемьевым в долине р. Малой Сюльги и отмеченные Шпилевским в его сводной работе80. Там, около деревень Бнарускюной и Старой Ильдкряковой на­ ходится городище почти четырехугольной формы, защищенное с северной и восточной стороны валом. Высота вала в последние годы XIX сто­ летия не превышала одного метра и он был уже распахан и засеян хлебом .

За линией вала находился посад и было расположено кладбище. П. А. По­ номарев при исследовании обнаружил здесь камни из серого песчаника, покрытые арабскими надписями. Камни оказались могильными памятни­ ками. Первый «семьсот... пятого года»; второй — «семьсот шестидеся­ того года благословенного рамазана месяца 5-го дня»; третий — «семьсот восьмого года рибиуль-ахьира месяца 15-го дня». Все эти погребения относятся, таким образом, к первой половине XIV века .

Не случайно мусульманство получило такое широкое распростране­ ние в Булгарии и в соседних с нею областях в XIV веке. В это время му­ сульманское учение было принято в самой Золотой Орде. Берке-хан принял ислам от Шемседдина Эльбахарзи, который жил в Бухаре и послал к Берке предложение принять ислам40. Главным распространите­ лем ислама был Узбек-хан, велший борьбу и с шаманизмом и с буддиз­ м ом41. Понятно, почему значительное число мусульманских погребений падает именно на XIV век .

Но татары поддерживали не только магометанскую религию. Изве­ стно, что в Сарае в 1261 году была организована специальная православ­ ная епархия, первым епископом которой был Митрофаний, поставленный зд русским митрополитом Кириллом ІІІ. Эта епархия включала кроме Са­ рая и Переяславль (Киевский) и поэтому глава епархии носил титул эпископа Сарайского и Переяславскогоі2. Известно также, что русские митрополиты ездили с дарами к ханам Золотой Орды .

Эти факты находят объяснение в том, что религия и в ту эпоху выполняла функции, полезные государственной власти. Имея у себя в государстве пестрый этнический состав, ханы неизбежно должны были опираться на силы, призывавшие к покорности властям. Повидимому, именно эти политические соображения заставили Уэбек-хана ревностно распространять мусульманство среди золотоордьинского общества .

В XIV веке город Болгар занял то положение, какое он занимал в начальный период своей истории, в X веке, когда восточные путешест­ венники писали о нем, что Болгар является главным торговым пунктоім этого государства. Правда, значение главного торгового центра он сохра­ нил только в отношении северных областей. На юге в это время основная экономическая роль принадлежала Сараю Берке, куда привозились цен­ ные меха. Рубруквис отмечал: «...Из Руссии, из Москеля, из Великой Булгарии и Паскатира (т. е. Великой Венгрии), из Керписа (эти страны лежат к северу и полны лесов) и из многих других стран с север­ ной стороны, которые им повинуются, им привозят дорогие меха разного рода, которых я никогда не видел в наших странах, и в которые они оде­ ваются зимою» 43, Не было бы ошибкой полагать, что роль Болгара сводилась к роли посредника между Закамьем и Сараем Берке. В золотоордынскую эпоху Болгар был весьма оживленным городом, куда съезжались купцы всех стран. Аль-Омари в книге «Пути взоров по государствам разных стран.»

отмечал: «Купцы наших стран, говорил Номан (знакомый автору купец), не забираются дальше города Булгара; купцы булгарские ездят до Чулымана, а купцы чулыманские ездят до земель югорских, которые на окраи­ не севера» 44 .

В археологическом материале прекрасно отражены эти стороны жиз­ ни города. Мы находим в Болгаре в громадном количестве и монеты, чеканенные в южных городах, и восточные вещи, среди которых обычны зеркала, сфероконические сосуды, поливную посуду. Значителен был и вывоз из Китая,— зеркала, монеты (встречаемые единицами) и селадон, изготовлявшийся из беловатой огнеупорной глины; эта керамика высо­ кого обжига покрывалась снаружи поливой оливкового цвета различных оттенков. Встречалась и зеленая поливная керамика из Херсонеса. Изве­ стен ряд монет из Индии45. В качестве более редких находок здесь встре­ чаются западные монеты. Из Булгарии в обмен на привозимые пред­ меты роскоши вывозились кроме мехов, составлявших основную статью экспорта, кожи, кость, скот и рабы, труд которых в эту эпоху применялся еще очень широко, о чем говорит, в частности, Плано деКарпини4в.

Сообщает о продаже пленных в рабство и русский летописец:

в 1376 году 70 ушкуев под командой Прокофия и Смольянина взяли Кострому разбоем; а было всех разбойников две тысячи... Потом они пошли на Н. Новгород и «пришедше в Болгары и тамо полон христиан­ ский продали бесерменом Костромской и Новгородский...», а сами в наса­ дах пошли по Волге на низ.. .

Широкие торговые связи определили несколько интернациональный характер города Болгара. Нам известна армянская колония, возникшая здесь еще до эпохи монгольского завоевания. Центром ее являлась «Гре­ ческая палата», находившаяся на запад от городища и представляющая развалины христианской церкви. К этому же времени относится ряд армянских надгробий 784,- 770 и 757 гг. армянского летосчисления47 (XIV век н. э.) .

В Болгаре проживали и русские, не составляя впрочем отдельной колонии, а живя в массе городского населения. Раскопки последних лет открыли в ремесленном квартале города отдельные дома, принадлежав­ шие, судя по керамике курганного типа, выходцам из Руси .

Мы плохо знаем внутреннюю историю золотоордынской Булгарии .

Этот период для нас еще более темен, чем эпоха X—XII вв. Булгарские князья пользовались своими уделами и были подчинены непосредственно самой Золотой Орде. Весьма возможно, что этот порядок установился после Менгу-Тимура .

На короткое время в XIV веке вырастает значение Биляра, где начали чеканить монету48. Однако, у нас мет никаких данных, ни исторических, ни археологических, чтобы говорить о продолжительном оживлении го­ рода в XIV веке. Вероятно это был временный подъем. Значительно луч­ ше обстояло дело в Болгаре, где імонета чеканилась с 1240 до 1420 года .

Чеканка монеты в этом пункте показывает, что Болгар был одним из крупных феодальных центров Булгарии .

Отрывочные летописные данные о внутреннем положении Булгарии позволяют выделить два княжества — Булгарское и Жукотинское. Их центрами были два наиболее богатых города. И не даром новгородские ушкуйники при своих военно-торговых походах главное внимание уделя­ ли именно этим двум городам. Судя по свидетельству Никоновской лето­ писи от 1359 года, жукотинские князья не подчинялись булгарскому царю іі имели право непосредственно сноситься с Золотой Ордой .

Другое свидетельство относится к самому началу XV века. Описы­ вая битву при Лыскове, летописец упоминает, как равных, князей бол­ гарского и жукотинского: «В лето 6919... Тое же зимы, месяца Гензаря, на память святаго Иоанна Кушника, бысть бой на Льюкове ннязю Петру Дмитреевичю Московскому и князем Ростовским и Ярославльоким с Суждальскым со князем Данилом Борисовичем и Нижияго Иовагорода, и с его братом с князем Иваном, и з Болгарьскыми князи, и Жукотянским .

И бысть межу их сеча зла, и ту убиен бысть князь Данило Васильевич!) и иние мнози іпадоша от обоих стран»4# .

О тех же болгарских княжествах говорит Тверская летопись при описании похода новгородца Анфала в 1409 г. «...Поидоша Новогородцп из Заволочиа по Двине в верх Сухоною, и вышли Костромою в Волгу, и взяша на Костроме кормь, и поидоша к Новугороду Волгою, въюючи, и взяша Новгород Нижний, и потом поидоша на усть Ками на совет Анфалу, и не поспеша. Анфал же пошел задними водами в Каму, князи Бол­ гарские и Жекотстии слаша к Аифалу, и взяша перемирие, и даша ему окупь с земли; Анфал же потому исплошися к ним, они же яша его лестию в Каме, а дружину его изеекоша, а инии разбегошася»80 .

Это свидетельство русского летописца дает основание утверждать, что жукотинские князья были самостоятельными и подчинялись не бул­ гарскому князю, а непосредственно хану Золотой Орды. Основываясь на отсутствии упоминания о других князьях булгарских, можно предпола­ гать, что других самостоятельных юняжеств тогда не было .

Итак, Булгария, во всяком случае в XIV веке, разделилась на два самостоятельных княжества: Булгарское и Жукотинекое (Джукетау) .

Какоа был удельный вес княжеств? Наиболее сильным все же оставалось Булгарское, на что указывает чеканка там монет. Меньшее значение име­ ло Жукотинское .

Существование этих двух княжеств прежде всего ставит вопрос о занимаемой ими территорий. Относительно территории, принадлежавшей кьязьям Джукетау, существуют две точки зрения: первая, высказанная С. М. Шпнлевским, который включал в состав Жукотина правый берег Камы до рек Кермени и Шумбута включительно, и вторая П. А. Поно­ марева, относившего к Жукотюну только примыкавшее к нему городище по левому берегу Камы51. Едва ли последняя точка зрения основа­ тельна. Жукотинское княжество, как рисуют его летописи, вовсе не было столь незначительным. Вероятнее всего, упоминаемое городище Джукетау являлось центром восточной части бывшего Булгарского царства .

Точнее определяется территория Булгарского княжества. Оно вклю­ чало в свой состав западную, южную и северную части прежнего Булгарского царства. Большое значение имела Казань. Не случайно этот город упоминается часто в русских источниках. Булгары ему придавали боль­ шое значение, как наиболее крупной северной точке княжества. Он был пунктом, откуда шло наступление на север, на Вятку. Оп был оплотом против Вятской республики, пытавшейся расширить свою территорию .

К сожалению, кроме нескольких строк Вятского; летописца, упомя­ нутых выше, мы не знаем' ничего, что проливало бы свет \иа историю этой республики и на ее отношения с южными ее соседями .

Большое значение, которое придавали Казани булгары, вызывалось также и тем, что расположенный вдали, в лесах, этот город мало при­ влекал внимание русских ушкуйников .

Находка надписи XII века и упоминание казанских булгар русскими летописями в 1157 году указывает на существование булгарских поселе­ ний по р. Казанке еще в XII веке. Эта область уже в домонгольскую эпо­ ху стала играть немаловажную роль. Она входила В состав Булгарского ' гсняжества и великий князь булгарокий был одновременно и ее князем .

Отсюда возникла путаница в терминологии, когда один и тот. же князь то выступает от имен!? булгар, то сталкивается с русским по вопросам казанских земель .

Более позцине летописные данные упоминают Казань пол. 1376 г., 'на­ зывая город Болгар Казанью. «Тое же зимы князь великий Дмитрен Кокстяіитиновичь' Суздалский посла детей своих, князя Василья и князя Ивана, на Болгары, рекше на Казань, а князь Дмитрей РГвановичь Мос­ ковский посла воеводу своего, князя Дмитрея Михайловичя Волыискаго и приидоша к Казани месяца Марта в 16 день. Казанцы же изыдоша из града противу их, стреляюше из луков и из самострелов, а инии гром пщающе з града, страшаще Русское воинство; а инии выехаша на верблю­ дах, кони Русских вой полошающе. И поможе Бог князем Русским, и вгониша их в град; князи же Казанстии Асан и Маахмат Салтан добиша че­ лом великому князю и даша окуп з града великому князю Д'митрею Ивановичю Московскому тысящу облев, а великому князю Дмитрею Констянтиновичу Суздальскому и Нижнего Новагорода I О О рублев, а О воеводам и ратемь 3 О О оублев, и всю свою волю сътвориша, и дорогу, и О таможника посадиша в Казани, и возвратившася въ свояси» б2 .

Это историческое свидетельство признавалось весьма важным, так как здесь впервые упоминается город Казань. Н. М. Карамзин58 и С. М. Соловьев 54 полагали временем' начала Казани 1376 год. С. М. Шлилевский правильно отметил некоторую несогласованность в этом вопросе летописных сводов. Под тем же годом Воскресенская Летопись, переда­ вая о походе русских князей на Болгар с большими подробностями, чем Никоновская, называет не Казань, а город Болгар: «Тое же зимы посы­ лал князь великий Дмитрей Ивановичь князя Дмитоеа Михайловича Во­ лынского ратию на безбожныя Болгары, а князь Дмитрей Константино1 вичь Суждалский посла сыны своа князя Василиа и князя Ивана, с ними ж боар и воя многи; и приидоша к Волга ром в великое говение марта 16. .

Князь же Болгарьский Асан, и Махмат салтан добйста челом великому князю и тестю его князю Дмитрию Констянтиновичю двема тысячма руб­ лен, а ратем их тремя тысячма рублев, а дарагу и таможника посадиша кяязя великого в Болгарех, и отъидоша прочь, много зла створивше по­ ганым', суды их и села и зимници пожгоша, а людей изсекоша»55. Так же сообщают об этом событии Львовская летопись и источники Татищева .

Несомненно, что в описании данного события речь идет не о Казани, а о Болгаре. Это следует хотя бы из того, что Болгар еще продолжал играть большую роль, он все еще являлся торговым центром, куда сходи­ лись все интересы окружающих государств. По сравнению с Болгаром Казань была незначительным городом и там не было смысла сажать таможенника; и наоборот, были все основания сделать это в Болгаоах .

Эти соображения заставляют принять точку зрения С. М. Шпилевского 8* .

Но сообщение Никоновской летописи все же нельзя сбросить со сче­ тов. Город Казань и булгары-казанцы не в первый раз упоми­ наются в этом своде. О казанской земле говорит летописец под 1229 и 1232 годами. Все эти материалы показывают, что город Казань, возник­ нув в XII веке, благодаря удобному стратегическому положению быстро развивался и в XIV веке достиг значительного расцвета. Только этим можно объяснить, что Никоновская летопись путает булгар и казанцев .

Нельзя согласиться со Шпилевским, который считал, «что так как нм один источник не упоминает о Казани ранее XIV века, то и свидетельство Никоновской летописи не доказывает существования Казани в 1376 году, нэ оно объясняет только в позднейшем, современном самому летописцу смысле, их город и землю» вт. Однако это ие совсем верно. Та же Никомовская летопись, описывая более ранние события, не упоминает о Каза­ ни и казанцах. Так, ш д 994 годом мът встречаем: «Ход?! Володимер ня

Болгары, и много оатовав их победи». Патриаршая летопнгсь говорит:

«На Воложские и Камские Болгары ходив и победи...». Путаница' ів обо­ значениях появляется только с XII века, а С. М. ШпилевскиА отмечает ее лишь с XIII века. Точно так же нет оснований не доверять сидетельств летописца о походах •новгородских ушкуйников в 1391 и 1409 гг .

ня Казань .

О походе 1391 года Никоновская летопись говорит: «Того же лета Новогородцы и Устюжане 0 прочий к тому съвокупишзся, и идоша в насадех и в вушкуех рекою Вяткою на Низ, и взяша Жукотин и Казань и пакы выидоши на Волгу» б8. Считая, что в данном случае слово Казань стоит ошибочно вместо Кашаи, Шпилевский пишет: «По точному смыслу этого места летописи выходит, что Казань вместе с Жукотиным были на Каме, потому что ехавшие вниз Вяткою, взявши эти города, из которых о Жукотиие известно, что он был на Каме, вышли на Волгу. Это невольно приводит к необходимости под городом, который назван здесь Казанью, искать другой гоірод. Этот город легко найти в соседстве с Жукотиным, т запад от которого, как было выше объяснено, на Каме стоял г. Кашан, который и должно разуметь здесь вместо Казани. Важным подтвержде­ нием этому представляется то, что в двух списках Воскресенской летогаси было написано не Казань, а Казнь, только в Карамзинском списке стоит Казань. Невозможно прйзнавать случайностью одинаковую опис­ ку, встречающуюся в двух списках. Очевидно, что было записано не Казань, и, может быть, не Казнь, как читает редактор Воскресенской летописи, а Каж, Кашь (Кашан)» .

Но если отбросить предположение С. М. Шпилевского и взять свиде­ тельство летописи, отнесясь к нему с доверием, так как нет причин подвергать его сомнению, то получим несколько иную картину. Какие нас основания искать город, упоминаемый летописью, на Каме рядом с Жукстиным? В тексте оказано о пути вниз по Вятке, о взятии города Жукотина и Казани (причем летописец ни слова не г о в о р и т о месте распо­ ложения обоих городов), и затем о выходе на Волгу. Ведь пть ушкуйни­ ков мог проходить несколько иначе, чем это рисует С. М. Шпилевский .

Спустившись вниз по Вятке, они вышли на Каму, взяли город Жукотии и, пройдя некоторый путь по Каме, напоавились по р. Меше и ее при­ токам к Старой Казани и оттуда по Казанке могли выйти на Волгу .

Такой пть не противоречит данным летописи и совершенно понятен, так как Казань к концу XIV века достигла большой степени благосостоя­ ния и могла представлять интерес для ушкуйников .

Помимо исторических и археологических сведений, дающих безуслов­ ное право утверждать заселение района Казанки в ХІГ веке, мы распола­ гаем еше фольклооным материалом, касающимся основания Казани .

Легенды, посвященные Казани, разноречивы и относят основание го-рода к разному времени. Довольно распространенным вариантом является предание о возникновении Казани на рубеже XIV—XV вв. .

связывающее это событие с нашествием Тамерлана. Легенда рисует кар­ тину, как после семилетней осады г о р о д Болгап был взят и его владе­ тель Абдуллах-хан бит, а сыновья его Гадым-бек и Алтн-бек бежали и спаслись в лесу. После этого они направились в Старую Казань. Догая легенда, записанная в казанской истории неизвестного сочинителя, отно­ сит основание этого города к более оаннем времени — царствованию хана Саина, который долго искал удобного места для постооения города и нашел его на Волге, на самой окраине Русской земли. Место это было «зело пренарочито искато пажитно и всякому и всякими земляными семены родимо и овощмы преизобильно и зверисто и рыбно и всякого угодья житейского полно».. .

Взаимная проверка археологических и исторических сведений дает больше оснований доверять второму варианту гиреДания, говорящему о более раннем возникновении города .

Конец XIII — первая половина XIV века были периодом расцвета Золотой Орды. Эпоха ханов Узбека и Джанибека была также периодом спокойного существования Булгарии. Для этого времени мы можем констатировать рост влияния булгаір іна завоевателей. Булгары, как бли­ жайшие соседи древ-ней Руси и восточных стран и знакомые с их куль­ турой, способствовали под властью Золотой Орды процессу развития городов и ремесел тта территории нижнего Поволжья. Являясь центром караванной торговли, территория Булгарии служила ярмаркой для встречного потока товаров, идущих из Руси. Восточной Европы, с Кав­ каза. да Персти, Средней Азии, Монголии и Китая .

С купеческими караванами в Сарай Берке приходили ремесленшш»

разнообразных специальностей. А. Якубовский уже высказал замечание, что в образовании городов Золотой Орды большую роль сыграли ремеслемштси из Ургенча, который ів начале ХЩ века достиг высшего рас­ цвета своей торгово-промышленной жизни. Во не одни выходцы из Ургенча способствовали процветанию этого города. Ибн-Батуга, наблюдавший в 1333 году жизнь Сарая Берке, отметил национальную пе­ строту населения города. Там жили татары, асы, кыпчаки, черкесы, рус­ ские, византийцы и ремесленники из восточных стран. Правда, мы не мо­ жем ставить знак равенства м'ежду булгарскими и хорезмийскими ремесленниками, и несомненно, что монголы при завоевании Булгарского государства получили возможность сравнить и по достоинству оценить обе эти культуры. Они прекрасно видели превосходство Хорезма и куль­ турную зависимость от него Булгарии, и совершенно естественно, что обратились к первоисточнику .

Но все же булгарские ремесленники жили в Сарае Берке, и там остались следы их деятельности. Доказательством может служить кера­ мика не поливная, пришедшая в монгольские города, как й в Булгарию, из Хорезма, а простая. Сравнение простой посуды Сарая Берке іиліи Пату с керамикой булгарских городов дает несколько аналогичных типом сосудов, совершенно однохарактериых по фактуре. Мы говорим не о по­ суде плохо обожженной, с черными в сечении стенками, желтого и чер­ ного цвета, встречающейся на довольно значительной территории. В при­ веденном ниже перечне описано несколько таких типов посуды, которые, встречаясь в материале булгарских городищ X—'XIV вв. в большом ко­ личестве, попадаются и в коллекциях из золотоордынских городов. К чис­ лу их неоібходнмо отнести черную, красную и коричневую посуду с поли­ рованной, вернее, лощеной поверхностью, с характерной штриховкой, на­ несенной широкой плоской палочкой, оставляющей узоры в виде сетки;

этот тип керамики весьма характерен для булгарской культуры, и ее нахождение в золотоордынских городах никоим образом не может быть объяснено’ только торговлей между городами, так как эта керамика пред­ ставляла рядовую посуду, привозной могла быть только поливная .

Из других вещей нужно отметить бронзовые замки в виде лошадок, баранчиков и собачек; эти замочки, отливавшиеся в виде двух полови­ нок, являются предметом типичным для булгарской культуры. Они най­ дены в Биляое и те. Волгаре, но обычны также в коллекциях из Сарая Бату, Сарая Берке, Увека и других мест. В золотоордынских городах работали и булгарские ювелиры, о чем можно судить по находкам пред­ метов, украшенных филигранью и чернью. Ювелирные предметы, изготоп ленные приемами булгарской техники, представлены рядом вещей исклю­ чительной ценности; на то, что часть таких вещей изготовлялась в самом Сарае Берке, указывает литейная форма, хранящаяся в собрании Госу­ дарственного Эрмитажа К числу вещей, которые можно сравнивать с булгарскими типами, принадлежат также зеркала с растительным орнаментом, поразительно напоминающие булгарские. Приведенный перечень вещей был бы н *е полон, если бы мы не отметили лемеха булгарского типа, хорошо извест­ ного по булгарским коллекциям, и плужные резаки .

Перечисленный материал показывает, что в жизни Городов ниж­ него Поволжья булгарские ремесленники играли довольно большую роль .

Наличие их в золотоордынских городах привело к тому, что культура булгарских городов XIII—XIV вв. получила много общих черт с городами нижнего Поволжья. Различие состоит лишь в меньшем богатстве бул­ гарских городов .

Кроме городов Золотой Орды тесные связи были у блгар с. насе­ лением правобережной Волги — мордвой и чувашами. Напомню, что еще в XII веке одна часть мордовских княжеств находилась в вассаль­ ной зависимости от русских, а другая от булгар. Пуреш был «ротник Юрьева», а князь Пургас — ротник булгарюкого князя. Тесная связь части мордовских земель с Булгарией продолжалась во всяком случае и в золотоордынскую эпоху. На территории Булгарии, не занятой морд­ вой, встречаются отдельные погребения, типичные для погребений мор­ довских женщин X — XIV вв. Это установлено, например, Поливановым' для Муранского могильника, где женщины лежат обычно на боку с полусогнутыми ногами; руки в большинстве случаев согнуты, причем кисти рук лежат под висками 6в .

Аналогичная картина наблюдалась в Аткарском могильнике. И здесь женщин хоронили на правом (преимущественно) или левом боку ч подогнутыми ногами и руками, согнутыми в локте и положенными с кистью перед лицом умершей. Мужчины погребались в вытянутом по­ ложении на спине, с немного согнутой левой рукой61. Такие же захоро* нения умерших на боку с подогнутыми ногами открыты около дер. Бемер, Казанского района (бьшш. Собакинской волости, Казанского уез­ да) 62. :* Подобные погребения были найдены и в саімом городе Болгаре .

При раскопках «Бабьего бугра» в 1920 году группой студентов Северовосточного археологического института был обнаружен ряд погребений, в одном из которых костяк оказался в скорченном положении. Он ле­ жал на правом боку, головой на запад, с подогнутыми ногами и руками, причем’ одна ладонь была положена под правый висок63. Погребения в этом могильнике являются обычными погребениями рядовых граждан, и не представляют ничего исключительного, так как присутствие морд­ вы в Болгаре и без того хорошо документируется рядом вещественных находок (сюльгам, височных колец) .

Особый интерес представляют исследования Ханской усыпальницы .

Это дюрбе, находящееся близ Малого минарета в Болгарах, сохранилось весьма плохо, так что для поддержания его свода пришлось поставить столбы. В 1914 г. Обществом археологии, истории и этнографии при Ка­ занском университете были произведены здесь раскопки. Исследованиями выяснено, что дюрбе состояло из ряда отдельных помещений: централь­ ного и примыкающих к нему восточного и западного. Здание было кра­ сиво оштукатурено, причем следы штукатурки в то время были еще хо­ рошо заметны. Часть поверхности стен была отделана поливными из­ разцами, покрытыми геометрическим и растительным орнаментом, пе­ ремежающимся с куфическим письмом. Изразцы выполнены в синих, голубых и белых красках. Ііа ряде изразцов имеются арабские надписи с благопожеланиями. Восточная и западная пристройки, как отмечают исследователи, были отделаны с той же роскошью, как и центральное помещение. Восточное здание имело еще дополнительную отделку в ви­ де различных гипсовых налепов .

Внутри сооружения было обнаружено несколько погребений. Три из них находились в центральном здании, восемь — в восточном и семь в западном. Все костяки лежали в ящиках четырехугольной формы, сколоченных из толстых деревянных досок больших размеров. Покой­ ники были положены на спине, лицом вверх, головой на запад, левая ру­ ка полусогнута и положена на грудь, правая протянута вдоль тела и кистью лежит на тазовых костях .

Отчет о раскопках дюрбе вместе с тем отмечает и некоторые откло­ нения, обнаруженные при изысканиях, от основного типа погребений .

5 Волжские булгары 65 Так, в центральном здании один костяк, заключенный в ящик, находился в скорченном положении на правом боку .

Над могилами в центральном помещении были возведены отштука­ туренные кирпичные надгробия, каждое из двух горизонтальных рядов кирпичей, лежащих один на другом. Вся обстановка погребений, бога­ тое дюрбе, красиво оформленные надгробия, дают право считать разва­ лины мавзолея усыпальницей каких-то знатных лиц .

Татарские предания говорят, что постройка, находящаяся у Малого минарета, заключала в себе ханские погребения. Роскошная отделка этого здания позволяет признать эти предания достоверными. Дмитриев в своей работе «Древние Булгары и татарские о нем предания* писал»

что, согласно легендам, в зданиях у мечети похоронены особо чтимые мужи 64 .

Археологические и фольклорные материалы дают полное основание утверждать, что в дюрбе у Малого минарета были погребены знатные люди, ханы. Нахождение в этом дюрбе погребения мордовки указывает на тесную связь булгарских ханов с мордовскими князьями, закреплявших свои политические союзы с мордвой брачными узами .

Если мы имеем крайне скудные и неполные сведения о социальнополитической жизни Булгарии X—XII вв., то в отношении золо­ тоордынского периода дело обстоит значительно хуже — мы здесь не располагаем даже отрывочными данными. Русские летописи, говоря о булгарских князьях, косвенно свидетельствуют о развитии феодаль­ ных отношений. Можно полагать, по аналогии с другими областями Зо­ лотой Орды, что булгарские князья получали ярлыки на княжение и бы­ ли обязаны выплачивать дань. Вероятно, отношение монголов к булга­ рам было таким же, каким его рисует Никоновская летопись, говоря о русских: «В лето 6792 (1284). Бе убо обычяй царем Ординским и князем его 'Н всей Русской земле дань взюмати; овогда же убо откупаху даньа скиа пошлины Русских князей, овогда же сами князи на своих княжениах збираху дани и отвожаху во Орду, овогда же Татарскна Ордынскиа гости своея ради корысти откупаху дани в Русских княжениах и тако корысть себе приобретаху»в5. Понятно, что основная тяжесть легла на покоренное крестьянское население. Дань и повинности в пользу своих феодалов привели к тому, что булгарская деревня, поскольку м можем ы судить о том на основании пока случайных находок, представляется нам мало прогрессирующей по сравнению с домонгольской эпохой .

Плано Карпини в своей «Истории монголов» пишет: «И вот чего татары требуют от них: чтобы они шли с ними в войске против всякого человека, когда им угодно, и чтобы они давали им десятую часть от все­ го, как от людей, так и от имущества .

Именно, они отсчитывают десять отроков и берут одного, и точно так же поступают и с девушками. Они отводят их в сівою сторону и дер­ жат в качестве своих рабов. Остальных они считают и распределяют»

согласно своему обычаю .

В бытность нашу в Руссии был прислан туда один сарацин, как го­ ворили, из партии Куйюк-хана и Батыя. И этот наместник у всякого че­ ловека, имевшего трех сыновей, брал одного, как нам говорили впос­ ледствии; вместе с тем он уводил всех мужчин, не имевших жен, и точ­ но так же поступал с женщинами, не имевшими законіных мужей, а рав­ ным образом выселял он и бедных, которые снискивали себе пропита­ ние нищенством. Остальных же согласно своему обычаю просчитал,, приказывая, чтобы каждый как малый, так и большой, даже однодневиый младенец, или бедный, или богатый, платил такую дань, именно»

чтобы он давал одну шкуру белого медведя, одного черного бобра, одно­ го черного соболя, одну черную шкуру некоего животного, имеющего пристанище в той змле, название которого мы не умели передать по-ла­ тыни, а по-немецки оно называется Ильтис, поляки же и русские назьь вают этого зверя дохорь, и одну черную лисью шкуру. И всякий, кто не даст того, должен быть отведен к татарам и обращен в их раба.. .

Баскаков или наместников своих они ставят в землю тех, кому, позволяют вернуться; как вождям, так и другим подобает повиноваться их мановению, и если люди какого-нибудь города или земли не делают того, что они хотят, то эти баскаки возражают им, что они не верны татарам и таким образом разрушают их город или землю» 6в .

Подобная обстановка не могла содействовать экономическому и культурному развитию страны. Приведенные слова Плано Карпики прекрасно объясняют причину застоя в булгарской деревне .

Однако в булгарских княжествах замечаются значительные сдвиги, Несмотря на тяжелые политические условия, к половине XIV века Булгария оправилась, что замечается хотя бы по развитию ремесла. Раскоп­ ками последних лет на городище Великие Болгары открыты литейные печи, выплавлявшие чугун. Это несомненный показатель роста произво дительных сил Булгарии в половине XIV ©ека .

Эта новая обстановка несомненно повлекла за собой ряд изменений в положении Булгарии. Стало заметным стремление булгарских князей к сепаратизму, к эмансипации .

Конец относительного спокойствия Булгарского царства под монгольской властью приходится на время начала смут в ЗолотоРі Орде. Как известно, в 1357 году Джанибек был убит в результате двор­ цового заговора. Его место занял его сын Бердибек, царствование ко­ торого продолжалось всего два года, с 1357 по 1359 год. С этого времени и начался период смут в Золотой Орде, когда отдельные эмиры стали править подвластными им территориями совершенно самостоятельно .

Так, Хаджичедес завладел окрестностями Астрахани, Урус-хан — сво­ ими уделами, Айбек-хан своими. В это время Мамай вступил в Крым, атоставил ханом отрока из детей Узбека, по имени Абдуллаха, и дви­ нулся на Сарай 67 .

Булгарские кчязья не остались в стороне и от дворцовой борьбы, ко ­ торая велась в Золотой Орде. П. С. Савельев, разбиравший монеты 771 года с именем князя Хасана, битые в Золотой Орде, опираясь на сви­ детельство русского летописца за 1370 год, отметил, что Хасан присвоил себе титул хана и завладел столицей царства Сараем. Свергнутый Ма­ маем, посадившим на царство «Мамант-салтаиа», Хасан снова вернул­ ся в Болгары. Против захватчика Мамай организовал экспедицию. В Вос­ кресенской летописи под 1370 годом сказно: «Мамай посади у себе на царство другой, царя Мамант-салтаиа. А князь Дмитрей Констяитиновичь Суждалский посла брата своего князя Бориса и сына своего князя Василия с многими вой, с ними же посол царев Ачихожа, на Болгарскаго князя Асана; Осан же выела противу их с челобитьем и с многими дары, они же дары поимаша, а на княжении посадиша Салтана Бакова сына и възвратившася в своаси» ® Однако, через несколько лет мы 8 .

снова встречаемся в летописях с именами Осана и Махмат-салтана .

Различные летописные своды связывают имена этих юнязей и с Бол­ гаром, и с Казанью. Вероятнее всего, что эти князья жили в двух горо­ дах — в Болігаре и в Казани, и этим объясняется путаница летописных сведений. Осаи был Казани, а Мамант-салтан в Болгаре. Я не думаю, в что свергнутый и изгнанный из Сарая князь мог так покойно устроить­ ся в центре Булгарского княжества. Для того, чтобы его сбросить, Зо­ лотая Орда обладала достаточной силой, а булгары не располагали даже отрядами, способными прогнать ушкуйников. Об этом времени кратко говорят русские летописи, отмечая: «Замятия велика в орде». В этой «замятие» принимали, невидимому, какое-то участие и булгары; может быть их стремление к самостоятельности заставило Булак-Тимура напо­ мнить булгарам времена Батыя. В 1361 г. «Бурлактемирь князь ординский Болгары взял и все городы по Волзе и улусы и от.кя весь Волж­ ский путь»®*' .

Относительно имени Булак-Тимура было высказано несколько то­ чек зрения. Так, В. Григорьев 70 признал возможным считать Булак-Тимура сыном Джанибека или каким-нибудь сильным вельможей, пытав­ шимся взять власть в свои руки. Он известен еще нападением на рус­ ских в 1367 году, когда он совершил поход на Нижегородское княже­ ство. Это нападение не сопровождалось разрушением Болгара, хотя несомненно, что город был взят и в какой-то мере пострадал, ко у нас кет никаких оснований говорить о полном его разрушении. Значитель­ ное число монет 60-х годов свидетельствует об интенсивной жизни Бол­ гара в эту эпоху .

Булгарская экспансия в Заволжье встретилась во второй половине XIV века с наступательным движением русских. В 1360 году новгород­ цы открыли целую серию походов ш Булгарию, чем положили начало планомерному наступлению русских на восток. Походы сопровождались многочисленными набегами ушкуйников: «Взяша Новгородци Жкжотин и много Бесермен посекоша мужий и жен»71 — так говорится в летописи .

Выше уже было отмечено, что Жукотин представлял собою богатый город. Эти богатства и интересовали новгородских ушуйников. Поход 1360 года представлял простой набег и не сопровождался ни отнятием территории, ни основательным разрушением города. Джукетау вскоре опять отстроился .

Никоновская летопись сообщает об этом походе более подробпог датируя его 1360 годом. «Из Великого Новагорода разбойницы приидоша в Жукотин и множество Татар побита и богатьство их взяша, и за то разбойничьство христиане пограблены быша в Болгарех от Татар. Того же лета князи Жуконетии поидоша во Орду ко царю и биша челом царю, дабы царь оборотил себя и их от разбойников, понеже много убий­ ства и грабления от них сотворяшеся беспрестани. Царь же Хидыр пос­ ла трех послов своих на Русь: Уруса, Каирбека, Алтынибея ко князем Русским, чтоб разбойников поймали и к нему прислали. И бысть всем князем съезд на Костроме: князь велики Дмитрей Констаньтиновичь из Володимеря, и брат его старейший, князь велики Андрей Константиновичь из Нижняго Новагорода, и князь Константин Ростовьский, и поиашз разбойников и выдаша их всех послом царевым и со всем богатьством их, и тако послаша их во Орду» 72 .

Не один раз русские летописи упоминают ушкуйников и разбойни­ ков, грабивших булгарские города. Кто были эта люди? В условиях рас­ тущей феодальной эксплоатации среди зависимого населения Великого Новгорода, а также и других русских княжеств, были энергичные, смелые люди, не мирившиеся с феодальным строем и уходившие на окраины искать лучших условий жизни. Именно этот общественный элемент при­ соединил к Великому Новгороду весь север и основал Вятскую респуб­ лику. Эти же люди совершали походы и по Волге, ведя партизанскую войну против татар. Русский летописец стоял в своих толкованиях собы­ тий на точке зрения господствующего класса и для «его все эти вольные люди, не подчинявшиеся существующему строю, естественно были «раз­ бойницы», за деятельность и набеги которых отдельные княжества и, Новгородская республика отвечать не могли .

Несмотря на принятые меры, нападения ушкуйников повторялись не­ однократно. Золотая Орда, раздираемая смутами, не могла бороться с набегами, а русские князья были заинтересованы в скорейшей гибели;

своих поработителей. 1, Следующий поход новгородских ушкуйников в 1366 году имел тот .

же характер: «Того же лета приидоша Волгою из Новгорода из Вели­ кого полтораста ушкуев с разбойники с Новогородскими, и избища по Волзе множество Татар и Бесермен и Армен и Новгород Нижний пограбиша... и поидоша в Каму, и проидоша до Болгар такоже творяще и воююще»73. Судя по тексту летописи, это был поход не на все побережье средней Волги, а только на торговые газани .

Никоновская летопись передает некоторые интересные подробно­ сти об этом событии: «...И бысть их двесте ушкуев, и поидоша вниз Вол­ гою ірекою и иэбиша Татар и Армен в Новегороде множество, гостей су­ щих Татарьских, татсо же и Новогородцішх, и жены и дети их изб/иша, н товар их бесчисленно пограбиша, и суды их вся изсекоша, и паузки, и кербаты, и лодьи и учаны, и мишаны и бафхты, и струги и все огню предаша...»74 .

Новгородская летопись сообщает и имена руководителей налета:

« а 'воеводы Есип Варфоломеевич, Василий Федоровичу Александр Авва­ кумович...... Этот поход вызвал столкновения булгар с князем Дмитрием Московским .

Крупные отряды русских, разбившие булгар и захватившие огромные богатства, широко разнесли славу о своей легкой добыче, и скоро на Каму двинулись новые партии ушкуйников. Под 1369 годом Новгород­ ская летопись отмечает: «В лето 6877... той же осени шло Волгою 10 оушкуев, а инии шли Камою и биша их под Болгары» тз .

Сравнивая положение домонгольской и золотоордынской Булгарии, неизбежно обращаешь внимание иа легкость завоеваний, не известную истории X — XII вв., когда с булгарами справлялись только коали­ ции русских князей. Булгария XIV века, разделенные на два княжества, сильно ослабленная Золотой Ордой, не представляла уже большой воен­ ной силы и не могла отражать крупных отрядов ушкуйников. Ей по си­ лам были только небольшие их партии .

Еще об одном походе сообщает Новгородская летопись п в сле­ дующем 1370 году: «Двожды шли Новгородци Волгою и много зла сътвориша» .

Булгары, не имея возможности отбиться от крупных отрядов ушкуй­ ников, старались откупиться. Так было в 1374 году: «Того же лета идоша на низ Вяткою ушкунцы разбойницы, 90 ушкуев, и пограбиша Вятку и шедше взяшя Болгары, хотеша и город зажещи, и даша им окупа 300 рублев, и оттуду разделишася на двое: 50 ушкуев поидоша на низ по Волзе к Сараю, а 40 ушкуев поидоша вверх по Волзе, и дошедше Обухова пограбиша все Засурие и Маръкваш и -перешед за Волгу суды все изсекоша, а1сами поидоша к Вятке на конех и: много сел по Ветлу зе йдуще пограбиша» 7С .

Новгородцы, как мы видим, не ограничивались разгромом крупных булгарских городов. Их внимание привлекали и новые области булгар, Б 1379 году «Новгородцы и Устюжане и прочие к тому съвкупишася, и вдоша в насадах и рекою Вяткою на низ и взяша Жукотин и Казань и лаки въидоша на Волгу и пограбиша гостей всех, и так возвратишасн ®о свояси со многою корыстью и богатством» .

С шестидесятых годов XIV столетия походы новгородцев стали по­ стоянным явлением. Теперь их характеризует стремление к освоению новых территорий, пришедшее на смену поискам добычи. В этом про­ цессе столкнулись интересы двух феодальных государств — Новгорода и Болгара. Победа оказалась на стороне первого, как стоявшего на более высоком уровне развития производительных сил .

Ослабление Золотой Орды сказалось и на взаимоотношениях рус­ ских князей с булгарами. Видя полную безнаказанность ушкуйников, их постоянную удачу, русские князья снова поднялись на борьбу с булгароішми князьями, ту борьбу, которая красною нитью проходила через XI—ХП вв. На опыте событий 1370 года русские князья выяснили себе наличие враждебных отношений между булгарами и татарскими ханами и в 1376 году вторглись большими отрядами в Булгаршо .

Наступление на Булгары, закончившееся крупной победой, было хорошо подготовленным предприятием. Предварительно в 1372 году, рус­ скими на реке Суре был выстроен город Курмыш: «Того же лета князь Борис Констянтиновичь постави себе город на реце на Суре и нарече его именем Курмыш»77. .

Откупившись от русских и приняв таможенника, булгары в продол­ жении нескольких лет жили более или менее спокойно, если не считать набегов новгородских ушкуйников, отношения с которыми они никак не могли регламентировать .

В это время в Золотой Орде произошли крупные события. Дмитрий Донской ка Куликовом поле 1380 году нанес крупное поражение та­ в тарам. В том же году Мамая сменил ха,н Белой Орды Тохтамыш .

Приняв власть, Тохтамыш отправил в Москву посольство с требо­ ванием дани. В ответ на молчание Москвы он решил нанести удар рус­ ской торговле с булгарами. Об этом событии Никоновская летопись сообщает под 1381 годом: «Царствующу царю Тахтамышу на Вольжском царствии, и поморскими грады обладающу во Орде и в Сараи, и бысть в третие лето царства его, посла Татар своих во град нарицаемый Болгары, еже есть Казань на Волзе и повеле кристианьския купцы избитіі, а гости Русскиа грабити...78. Новгородская летопись об этом со­ бытии рассказывает иод 1382 г. более подробно: «...Того лета царь Тахтамышь посла слуги своа в град, нарицаемын Болгари, еже есть на Вол­ зе, и повеле торговцы Русскиа и гости крестьянскиа грабити, а соуды их и с товаром оу них отниматн и провадити к собе на перевоз; а сам... поиде изгоном* на великого князя Дмитриа Ивановича и на 'всю Русь, ведяще же ірать внезапу, из невести...» 70 .

Взятие Москвы Тохтамышем имело известное значение для булгар, так как русские их не трогали после этого в продолжении 10 лет. Только в 1391 году снова состоялся крупнейший поход против булгар новгород­ цев и устюжан .

В это время на юге быстро и неуклонно развивались события, кото­ рые вели к гибели Золотую Орду. Борьба между Тохтамышем и Тамерла­ ном закончилась победой последнего и взятием в 1395 году Сарая. Пер­ сидские историки рисуют яркую картину разграбления золотоордынских городов80. Однако никто, кроме Шериф-Эддина, автора XVI века, да та­ тарских легенд, не говорит о взятии Тамерланом города Болгара. И все ж е едва ли можно сомневаться в этом. Весьма вероятно, что жажда гра­ бежа увлекла отдельные отряды тамерлановокой армии на север, чтобы пограбить этот богатый город, широко известный на Востоке. Наоборот, было бы менее понятно, если бы вожди армии забыли про Болгар .

Шериф-Эддин, очень подробно передавший историю взятия города, рассказывает о богословском опоре, предшествовавшем катастрофе:

«...Итак господин Аюсак-Тимур, услышав упомянутые слова булгарцев, велел своим войскам стрелять из пушек. И сказал: «Клянусь величайшим господом я уничтожу этот город Болгар и уничтожу память о нем», и клялся: в три дня город Булгар он обратит в ничто, как будто и не существовало его. Сколько у него было войска, кроме всевышнего бога никому не ведомо. Приказав разбивать каменные укрепления тараном, бросил их на дно Волги; велел у Бигурихана и двенадцати его визирей отрубить головы, а девиц и женщин, подобных жемчужинам, обратив в рабынь, роздал начальникам войск» 81 .

О нашествии Тамерлана до сих пор рассказывают старики татары, передавая легенды о разгроме Болгар, Биляра, Жукотвдьа и Сувара .

Значение этого нашествия для Булгарии было сравнительно невели­ ко, так как почти одновременно, с разницей всего лишь в несколько лет, прокатилась волна русского завоевания. Этому завоеванию предшество­ вали политические события на Руси. По завещанию Дмитрия Донского, великое княжение перешло к его старшему сыну Василию. Напомню, что это было сделано без ведома татарского хана. Суздальский князь Семен Дмитриевич Суздальский пытался даже, опираясь на татарскую рать, завладеть великим княжением. Его попытка, как известно, но имела успеха, ко за нее дорого заплатили булгары .

О нападении суздальцев на Новгород и о последующих событиях рассказывает Никоновская летопись под 1396 годом: «Того же лета князьСемен Дмитреевичь Суздальский из Нижнего Новагорода собра воин етва своя, а с ним царевич Еитяк с Татары и прииде к Иовугороду Ниж­ нему, и стоя у града долго и града не взял, а тогда... Татарове преступиша роту свою и пограбнша весь Новъград Нижний и возвратишася г свою землю, в Казань, много зла сотворивше» 82 .

В ответ на это последовал разгром Булгарии. Летописец сообщает:

«князь велики Василей Дмитреевичь Московский и посла брата своего князя Юрья Дмитреевичя с силою многою ратью на Казань; они же, шедше, взяша град Болгары и Жукотинь и Казань, и Кеременчюх и иных много градов, и пребыша тамо три месяцы, воююще и пленяще землю их возвратишася со многим богатством во своаси» 83 .

и Новгородская летопись, описывая этот поход, отмечает, что «никтоже не помнит, толь далече воевала Русь Татарьскую землю» 8* .

Несомненно, что хозяйственная и торговая жизнь страны была осно­ вательно нарушена описанными событиями. Они много способствовали отливу населения в Закамье. Центр хозяйственной и культурной жизни стал все больше перемещаться на реку Казанку, к Казани,— «новому Волга ру» .

В 1409 году новгородцы предприняли еще одну военную экспеди­ цию: «Того же лета Новогородцкий посадник Аифал ходил «а Бол­ гары ратью Камою и Волгою. Камою рекой сто насадов, а Волгою ре­ кою полтораста -насадов, и Камски а насады переже поспели, а Воложокна насады іне поспели, и приидоша,на них Татарове и избиша, а Онфала яша я в Орду отіведоша» 85 .

В 1411 году булгары снова приняли участие в борьбе Москвы с Суздалем: «Бысть бой на Лыскове,— говорит Никоновская летопись,— князю Петру Дмитриевичу Московскому и князем Ростовским и Ярослав­ ским и Суздальским со князем Данилом Борисовичем из Нижнего Иов* города и с его братом со князем Иваном и с Болгарскими князьями и Жукотинским и бысть межу их сеча зла, и ту убиен бысть князь Данила Васильевич, а иные многие падоша от обеих сторон, сташаше на костех князи Новгородские Нижнего Новгорода и князи Казанские» .

В этом сообщении упоминаются и князья казанские. У нас нет осно­ вания думать, как полагает Шпилевский, что мы имеем дело со смеше­ нием понятий о булгарских и казанских князьях. Здесь дело проще: лето­ писец упомянул князей, оставшихся в живых, новгородских и казанских .

Позднее, в 1429 году, летопись говорит о (нападении татар на рус­ ские владения. «Приходиша Татарове к Галичю, града не взяша, а волоспі повоеваша; на Крещение же приидоша изгоном на Кострому, и поплепши ю отъидоша на низ Волгою. Князь же великы посла за ними дядь своих, князя Андреа и Констянтина, и с ними Ивана Дмитреевича с своими полкы доидоша же до Нижнего Новагорода, и ту не угонивші их взъвратившася. Князь же Федор Стародубьскы, Пестрой да Федор Константинович утаися у князей да у воевод, и с своими полки погнаша за Татары, и угониша да их биша, Татар и Бесермен, и полон весь отня­ та, а царевича и князя Алибабы не догониша»86 .

Татищев отмечает, что «приходиша Татарове Казанские». Шпилевсгсий возражал против «азвания этих татар казанскими, считая правиль­ ным называть их булгарскими. И это было бы.правильно, если бы речь шла о событях до занятия Казанского царства сыном Улу-Мухам* меда87. Но в данном случае нет никаких оснований не соглашаться с Татищевым, так как к этому врем’ ни жизненные центры булгарского е населения все больше передвигались в Закамье. Закамье меньше стра­ дало от неурядиц и, естественно, только там.могли сложиться отряды, принимавшие участие в междуусобной борьбе русских князей. Участие же ів ней этих отрядов показывает, что то время казанский край был в действительно довольно сильным, так как развитие хозяйственной и культурной жизни передвинулось сюда из Болгар .

При великом князе Василии II русские подчинили себе и Булгарское и Жукотинское княжества: «В 1431 году... Тое же весны князь велики Ва­ силей Васильевичь посылал ратыо на Болгары Волжскиа и Камскиа кня­ зя Феодора Давидовича Пестрого; он же шед, воева их и всю землю их плени...»88. Осталась самостоятельной только Казань .

Мы не имеем никаких данных — исторических, ни вещественных, :ни ни монетных, чтобы говорить о сколько-нибудь крупном значении горо­ да Болгара в это время. Уже прекратилась чеканка монет в Болгарах и последние из них относятся к 1420 году. Можно утверждать, что бул­ гарские города к югу от Кам’ почти перестали существовать. С этого ы времени русские князья стали считать Булгарию в числе подвластных им' земель.

Псковский летописец при описании смерти Ивана III отмечает:

«...князь великий Иван Васильевич Владимирский, Московский, Новго­ родский, Псковский, Тверской, Югорский, Пермский, Болгарский, Смо­ ленский и иных земель многих царь и государь всеа Русии...»

Процесс распада булгарского и жукотинского княжества в конце XIV—XV вв. стоит в тесной связи с усилением казанских булгар, кото­ рые сумели создать в короткий срок могущественное царство .

Было бы неправильным, как делают некоторые историки, евязы'вать возникновение Казани с именем Улу-Мухаммеда. Булга рские владения Н реке Казанке возникли еще в XII веке. Эта область меньше страдала іа от набегов и, оставаясь от них в стороне, успела укрепиться. В начале XV века Казань уже принимает участие в политической жизни булгар .

Не случайно поэтому Улу-Мухаммед обратил внимание на этот край и, заняв Казань своим отрядом' (с ведома или без ведома великого князя Московского — это «е важно), сумел объединить вокруг себя отдельных князей казанского края іі создать государство, которое на сто лет пре­ градило дорогу русским .

ПРИМЕЧАНИЯ

1 В. Н. Т а т и щ е в. История Российская, т. III, СПб., 177-1, стр. 456 .

2 Там же, стр. 457 .

* И. Б е р е з и н. Нашествие Батыя на Россию. ЖМНП, 1855, май, стр. 171 .

4 Там же, стр. 171 .

* ПСРЛ, т. X, СПб., 1885, стр. 125 .

* Ш и х а б - Э д д и н. История Казанских татар. См. С. М. Ш п н л с в с к и Г і .

«Древние города и другие булгаро-татарские памятники в Казанской губ.», Казань, 1877, стр. 39 .

Т В. П. Г р и г о р ь е в. Волжские болгары. Сборник «Россия и Азия». СПб., 1876, стр. 79 .

* В. В. Г о л у б о в с к и й. Болгары и хозары. «Киевская старина», 1888, т. XXIІ7 июль, стр. 57 .

* Великая Минея-Четия. Сентябрь, дни 14—24. СПб., 1869 .

1 Отчет Археол. комиссии за 1882— 1888 гг., СПб., 1891, стр. XXIII, 1 Там же .

3 Там же .

” Отчет Археол. комиссии за 1908 г., СПб., 1912, стр. 185 .

1 Отчет Археол. комиссии за 1912 г., Птгр., 1916, стр. 94 .

,1 П. М а л о в. Городище Старая Казань и город Арск. Записки Археол. о-ва, В т. V, СПб., 1835, стр. 116 .

1 Отчет Археол. комиссии за 1912 г.. Птргр.. 1916, стр. 94 .

1 Отчет Археол. комиссии за 1907 г., СПб., 1910, стр. 119 .

Т 1 Там же, стр. 119 .

1 Там же, стр. 120 .

2 Отчет Археол. комиссии за 1895 г., СПб., 1897, стр. 59—60 .

81 Отчет Археол. комиссии за 1903 г., СПб., 1906, стр. 173 .

82 А. В. В а с и л ь е в. Последние находки восточных монет в Болгарах. Матер, по охране, ремонту и реставр. памяти. ТАССР, т. III, Казань, 1929, стр. 41—42 .

33 Материалы по охране, ремонту и реставр. памяти. ТАССР, т. IV, Казань, 1930, стр. 52—53 .

2 4 Известия Археол. комиссии, прибавл. к вып. 42. СПб., 1911, стр. 127. (Плитг .

находится в 28 км от гор. Ульяновска) .

5 И. Г. П е р в у х и н. Эскизы преданий и быта инородцев Глазовского у., IV. «Вятск. губ. ведом.» за 1889 г., № 76, 77 .

г і Известия Археол. комиссии, прибавл. к вып. № 34. СПб., 1910, стр. 75 .

-1 Отчет Археол. комиссии за 1897 г. СПб., 1899, стр. 35 .

•5 Сборник «Пермский край», т. II, Пермь, 1893, стр. 37 .

Н. И. М а р т ы н о в. Удмурты в эпоху раннего феодализма. «Историч. сбор­ ник», т. I. Труды историч. ком. АН СССР, стр. 49 .

3 Труды Вятской губ. учен, архивн. ком., в. 3, Вятка, 1905, стр. 28—29 .

3 А. П. С м и р н о в. Финские феодальные города. Сборник «На удмуртские темы». М., 1931, стр. 36 .

3 Труды Вятской губ. учен, архивн. ком., в. 3, стр. 37 .

33 С. М. Ш п и л е в с к и й. Указ. соч., стр. 87—88 .

I 5 Там же, стр. 91 .

8 Там же, стр. 96 .

** Там же, стр. 97 .

ат В. В. В е л ь я м и н о в - З е р н о в. Памятник с арабско-татарской надписью в 'Башкирии. Записки Археол. о-ва, т. XIII, СПб., 1859, стр. 257 .

3 С. М. Ш п и л е в с к и й. Указ. соч., стр. 244—245 .

4 Там же, стр. 367 .

л Б. Г р е к о в и А. Я у б о в с к и й. Золотая Орда. М., 1937, стр. 122—123 .

Там же, стр. 121 .

* Там же, стр. 180 .

* * Вильгельм д е - Р у б р у к. Путешествие в восточные страны. ГІерев. Малеина .

* СПб., 1911, стр. 76 .

“ В. С. Т и з е н г а у з е н. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды, т. I — II, М., 1884, стр. 240 .

** Золотые динары индийских султанов были найдены в Болгарах близ сел .

Тенишево и на месте города Джукетау .

4 Историческое сочинение Иоанна де-П л а н о К а р п и н и, которого п а т Иннокентий IV послал послом к татарам в 1242 г. СПб., 1911 .

1 7 И. Н. Б е р е з и н. Булгар на Волге. Казань, 1853; Б. В. М и л л е р. Об армян­ ских надписях в Болгарах и в Казани. Изв. Гос. Акад. истории матер, культуры, т. IV Л., 1925, стр. 65—72 .

4 Имеются монеты, чеканенные в Биляре от 692 года Хджры (1292— 1293) .

4 ПСРЛ, т. XI, СПб., 1897, стр 215 .

" ПСРЛ, т. XV, СПб., 1863, стр. 485 .

“ Известия О-ва археол., ист. и этиогр. при Каз. унив., т. X, в. 6, Казань, 1892, стр. 486 .

8 ПСРЛ, т. XI, СПб., 1897, стр. 25 .

® Н. М. К а р а м з и н. История государства Российского, т. V, СПб., 1829, * стр. 24—25 .

84 В. Н. Т а т и щ е в. История Российская с самых древнейших времен..., в .

СПб.. 1768, стр. 348 .

" ІІСРЛ, т. VIII, СПб., 1859, стр. 24, 25 .

*" С. М. Ш п и л е в с к и іі. Указ. соч., стр. 178— 179 .

” С. М. Ш п и л е в с к и й. Указ. соч., стр. 179 .

88 ПСРЛ, т. XI, СПб., 1897, стр. 126 .

4 Б. Г р е к о в и А. Я к у б о в с к и й. Указ. соч., табл. XIV .

В. И. П о л и в а н о в. Муранский могильник. М., 1896, стр. 12 .

в Н. К. А р з ю т о в. Финский могильник XIII—XIV вв. близ Аткарска. Саратов, •929, стр. 5 .

* Известия Археол. комиссии, прибавл. к вып. № 34. СПб., 1910, стр. 75 .

* * В. Ф. С м о л и н. По развалинам древнего Булгара. Казань, 1926, стр. 75 .

* Известия О-ва археол., ист. и этногр. при Каз. унив., т. VII, Казань, 1889 .

вІ ПСРЛ, т. X, СПб., 1885, стр. 162 .

" П л а н о К а р п и н и. Указ. соч., стр. 33—35 .

0 Б. Г р е к о в и А. Я к у б о в с к и й. Указ. соч., стр. 42 .

* ПСРЛ, т. VIII, СПб., 1859, стр. 17 .

е8 ПСРЛ, т. VIII, СПб., 1859, стр. 11 .

Записки Археол. о-ва, т. И, СПб., 1850, стр. 51—61 .

1 ПСРЛ, т. IV, СПб., 1848, стр. 63 .



Pages:   || 2 | 3 | 4 |



Похожие работы:

«RETR0’2015 27.06 — 29.06.15 Crimea, Simferopol ПРОБЛЕМА ИЗГНАННИЧЕСТВА В РОМАНЕ ЛЕЙЛЫ СЕББАР "МОЛЧАНИЕ БЕРЕГОВ" Надежда Сергеевна Лесова-Юзефович Кандидат филологических наук, доцент кафедры романской и классической филологии Факультет иностранной филологии Таврическая академия ФГАО...»

«УГОЛОВНОЕ ПРАВО Ф. К. Иброхимов* Контрабанда в истории и действующем законодательстве таджикистана: уголовно-правовой и криминологический аспекты Аннотация. В данной статье рассмотрены основные этапы развития уголовного законодательства Республики Таджикистан,...»

«101 Мигранты в университетском городе Вестник Томского государственного университета. История. 2018. № 52 УДК 39; 801.81 DOI: 10.17223/19988613/52/17 Н.А . Тучкова СЕЛЬКУПСКИЙ ФОЛЬКЛОР О ФОРМИРОВАНИИ ЛОКАЛЬНЫХ ГРУПП СЕЛЬКУПОВ: ИСТОРИЧЕ...»

«Муниципальное казенное оздоровительное образовательное учреждение санаторного типа для детей, нуждающихся в длительном лечении. Санаторная школа-интернат р.п. Межевой Урок географии "Дальний Восток: край контрастов" 8 класс Подготовила учитель географии Мызгина Тамара Егоровна 2014 год Цели и задачи урока: Сформировать пре...»

«СТОЯНОВА Анна Афанасьевна Французские традиции винной журналистики ВЫПУСКНАЯ КВАЛИФИКАЦИОННАЯ РАБОТА по направлению "Журналистика" Научный руководитель – доктор социологических наук, профессор ПУЮ Анатолий Степанович Кафедра Международной журналистики Очная форма обучения Вх. №от Секретарь _ Санкт-Петербург Ог...»

«елена Волкова Соловецкий монастырь в воспоминаниях паломников и трудников (по материалам историко-этнографических экспедиций СГИАПМЗ)1 IV. РАБОТА В МОНАСТЫРЕ Связь монастыря с материком Хозяйство монастыря поддерживалось силами богомольцев, трудников по обету, а также наемных рабочих. Больш...»

«Список советских воинов, установленных по донесениям о безвозвратных потерях, медальонам и именным вещам, найденных и захороненных на мемориале "Большое Устье" Юхновского района Калужской области в ходе поисковых экспедиций ИАПЦ "Судьба" Л Лабудкин Прокоп Яковлевич. 1901г.р. Призван Бавлинским РВК, кр-ц, са...»

«Шарипов У. З. Концепция "Большого Ближнего Востока" в действии Москва, 2013 Шарипов Урал Зиятудинович, доктор политических наук, главный научный сотрудник Института востоковедения РАН, родился в городе Ленинграде 6 мая 1937 года. Детство и юность провел в городе Ташкенте. Там же окончил среднюю общеобразовательную школу и историческое отделен...»

«Раздел 5. ПУБЛИКАЦИЯ ИСТОРИЧЕСКИХ ИСТОЧНИКОВ В. П. Мотревич ХРИСТИАНСКИЕ КОНФЕССИИ И ОБЩИНЫ В СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ В ПОСЛЕВОЕННЫЕ ГОДЫ По материалам Архива УФСБ РФ по Свердловской области С сентября 1943 г., в связи с изменением политики Советского государства по отношению к церкви, перед Русской православной церковью открылись опр...»

«Евгений Голубовский Книжный развал Издано в Одессе Михаил Пойзнер Одесские песни с биографиями Одесса, ТЭС, 2016 Каждая книга Михаила Борисовича Пойзнера вводит в наше знание об Одессе и одесситах новые документы и...»

«ГИМН СЕВРО_РСО "ОТРЯДЫ СТУДЕНТОВ" Да, да, да! Мы идём вперёд, ломая преграды, да, И нам повсюду рады, У всех тепло в груди, горящие взгляды, да, Ведь мы же студотряды! Знаешь, знаешь, знаешь мы с огромными сердцами, Бойцовки на плечах на них нашивки с якорями. Мой лучший друг, здесь толпы вокруг, здесь много друзей, Много-мног...»

«УКАЗ ГУБЕРНАТОРА НОВГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ 24. 09.2018 № 410 Великий Новгород О внесении на рассмотрение Новгородской областной Думы проекта областного закона 1. Внести на рассмотрение Новгородской областной Думы проект областного закона "О внесении...»

«Л.Ю Зорина Н А ХО М О С ЬК ЁЙ СТОРОНЕ, или О ТО М, КАК Г О В О РЯ Т Ж И Т Е Л И Б А Б У Ш К И Н С К О ГО РАЙОНА ВО Л О ГО Д С КО Й О БЛ А СТИ (по материалам диалектологической экспедиции 2014 года) Особенности мироустройства и речи жителей Бабушкинского района Во­ логодской области с давних пор привлекают внимание историков, этногра­ фов, лингви...»

«Анна Евгеньевна Кром доктор искусствоведения, доцент кафедры истории музыки Нижегородской государственной консерватории им. М.И.Глинки E-mail: yannakrom@yandex.ru Anna Krom Doctor of Art, Associate Professor at the History of Music Department of the Nizhny Novgorod State Conservatory E-mail: yannakrom@yandex.ru ПОЛИФОНИЯ В ТВ...»

«Вестник ПСТГУ. Левинсон Кирилл Алексеевич, Серия IV: Педагогика. Психология. канд. ист. наук, 2017. Вып. 45. С. 41–56 вед. науч. сотр. Института гуманитарных историко-теоретических исследований им. А. В. Полетаева (ИГИТИ) НИУ ВШЭ 101000, Россия, г. Москва, ул. Мясн...»

«Национальный исследовательский университет "Высшая школа экономики" Программа дисциплины "Искусство Средневековья" для направления 50.03.03 История искусств подготовки бакалавра Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего образования Национальный исследовательский университет "Высшая школа...»

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФГБОУ ВО "Кубанский государственный аграрный университет имени И. Т. Трубилина" Д. А. Салфетников ИСТОРИЯ РОССИИ ХХ – НАЧАЛА XXI ВЕКОВ. Эволюция советского строя и становление новой российской государ...»

«ЕлЕна литвяк ЕлЕНа лИтвяк Художник Елена Поповская Москва. Издательство "Настя и Никита". 2015 Ц арское Село на самом деле никакое не село, а самый настоящий город, хотя и не очень большой. Со второй половины восемнадцатого века там располагалас...»

«Отрасль в современных условиях Л.М. ЛОСЬ, директор по общественным связям Центрального управления группы КНАУФ СНГ (г . Красногорск Московской обл.) Группа "КНАУФ": 20 лет инвестиций в России – уроки и перспективы "Мы стремились доказать преимущество для экономики страны свободного предпринимательства над административн...»

«Микромир и Вселенная 2018 Квантовые свойства частиц Строение материи Вселенная Галактики Звезды Планеты Вещество Молекулы Атомы Атомные ядра – электрон Протон, нейтрон Частицы (,,,.) Кварки, лептоны Переносчики взаимодействий (, 8g, W±, Z) История квантования 450 г. до н.э. Демокрит. Атом 1811 г. А. Авогад...»

«Ямало-Ненецкий автономный округ Научный центр изучения Арктики Уральская экспедиция на Обдорском Севере Приполярная перепись 1926–1927 гг. Екатеринбург УДК 39 ББК Т521(=665.1) У686 Редакторы-составит...»

«УДК: 947.088(571.6):339.9 DOI: 10.24411/1026­8804­2018­10033 Преодолетьграницы:поискновыхформ внешнеэкономическихсвязей дляразвитияДальнегоВостока в1985—1993гг. 1 АнатолийЕвгеньевичСавченко, кандидат исторических наук, заместитель дирек­ тора Института истории, археологии и этнографии народов Дальнего...»

«Учреждение Российской академии наук Институт истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока Дальневосточного отделения РАН ПРОГРАММА НАУЧНОЙ КОНФЕРЕНЦИИ "ТИХООКЕАНСКАЯ РОССИЯ В МЕЖЦИВИЛИЗАЦИОННОМ И ОБЩЕРОССИЙСКОМ ПРОСТРАНСТВЕ: ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ, БУДУЩЕЕ" VII К...»

«Нурмухамедова Альфия Кабировна учитель истории и обществознания Муниципальное бюджетное образовательное учреждение Средняя общеобразовательная школа № 20 г. Астрахань ОПИСАНИЕ МЕТОДИЧЕСКОЙ...»

«Размышления над новой книгой © 2001 г. М.Ф. ЧЕРНЫШ ОТ КОНТА ДО ГИДДЕНСА ЧЕРНЫШ Михаил Федорович — кандидат философских наук, ведущий научный сотрудник Института социологии РАН. Вышел в свет последний том четырехтомного издания по истории теоретической социологии1. Казалось бы,...»




 
2019 www.mash.dobrota.biz - «Бесплатная электронная библиотека - онлайн публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.