WWW.MASH.DOBROTA.BIZ
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - онлайн публикации
 

«АРБАТОВА Надежда Константиновна НАЦИОНАЛЬНЫЕ ИНТЕРЕСЫ И ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА РОССИИ: ЕВРОПЕЙСКОЕ НАПРАВЛЕНИЕ (1991-1999) ...»

На правах рукописи

АРБАТОВА Надежда Константиновна

НАЦИОНАЛЬНЫЕ ИНТЕРЕСЫ И ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА

РОССИИ: ЕВРОПЕЙСКОЕ НАПРАВЛЕНИЕ (1991-1999)

Специальность: 23.00.02- «Политические институты, этнополитическая

конфликтология, национальные и политические процессы и

те.чнологии». Политические наук

и

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора политических наук

Москва-2003 г .

Работа вьнюлнена в Центре международных отношений Института Европы Российской Академии Наук

Официальные оппоненты:

доктор политических наук Максимычев Игорь Федорович доктор исторических наук Салмин Алексей Михайлович доктор исторических наук Уткин Анатолий Иванович

Ведущая организация: Московский государственный институт международных отношений (У) МИД РФ Зашита состоится « » марта 2003 года в часов на заседании Диссертационного совета Д.002.031.02 Института Европы РАН по адресу: 101999, Москва, Моховая ул., дом 11, строение 3-В

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке ИЕ РАН

Автореферат разослан « » 2003 года

Ученый секретарь Диссертационного Совета Кандидат исторических наук J~/ С^ К.С. Вяткин I

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИ1СЛ РАБОТЫ



Актуальность темы. Распад Советского Союза, ознаменовав­ ший крах биполярности, коренным образом изменил международные отношения в Европе и во всем мире. Выход России на международ­ ную арену как нового независимого государства со всей остротой по­ ставил перед российским руководством необходимость определения ее дальнейшей судьбы, поиска наиболее эффективной модели полити­ ческого и социально-экономического развития, национальной иден­ тичности, четкой внешнеполитической стратегии, основанной на яс­ ном понимании долгосрочных национальных интересов и адекватной оценке собственных возможностей для их обеспечения .

Актуальность проблемы обусловлена:

• новизной и сложностью задач, стоящих перед российской внешней политикой;

• противоречивостью внешнеполитических концепций в России и от­ сутствием внутриполитического консенсуса по вопросам внешней по­ литики в начале 90-х годов;

• отсутствием четкой стратегии Запада по отношению к России, ко­ торая предусматривала бы создание.максимально благоприятной внешнеполитической среды для системных демократических преобра­ зований постсоветской России;

• сохранением как в российской, так и в западной политологии тра­ диционных взглядов на мелщународные отношения, не угатываюших революционные преобразования в Европе конца 80-х - начала 90-х го­ дов;

• потребностями научного обоснования процесса формирования и осуществления внешней политики России .

Цель работы состоит в том, чтобы на примере европейского направления проанализировать цели, движущие силы и логику внешнеполитического развития России после окончания эпохи бипо­ лярности, а также ключевые проблемы в отношениях РФ с основными европейскими институтами .

Для достижения данной цели формулируется ряд конкретных задач:

I. выявить основные школы российской внешнеполитической мыс­ ли после распада СССР и основные этапы в российской внешней по­ литике, объясняющие логику внешнеполитического поведения Рос­ сии в 90-е гг.;



••-••.••;'.'..лльмлм{ Ь!!С.-1И0ТЕКЛ I С. Петербург,,^- ( ОЭЭООдакт/УД!

2. прояснить и оценить взаимосвязь между гюлитикой России на постсовестком просфанстве и ее отношениями с основными евро­ пейскими институтами;

3. исследовать феномен «советского синдрома» в отношениях России со странами Центральной и Восточной Европы и его влияние на софудничество РФ с основными институтами в Европе;

4. проанализировать роль идеологии и стереотипов, унаследован­ ных бывшими оппонентами от времен холодной войны, и их инерци­ онное воздействие на отношения России с ведущими странами и ин­ ститутами Европы;

5. выявить как теоретические, так и практические проблемы взаи­ модействия России с Европейским Союзом, НАТО, ОБСЕ и Советом Европы;

6. выяснить, насколько этот опыт может быть применим в даль­ нейшем при планировании долгосрочной европейской стратегии Рос­ сии;

7. разработать практические рекомендации для внешнеполитиче­ ских ведомств России, исходя из опыта первого десятилетия в рос­ сийской истории после распада СССР .

Методологической основой решения поставленных задач авгоро.м избран.метод системного анагшза, а также синтез и обобщение информации, содержащейся в официальных документах, научной, справочной и периодической литературе по исследуемой теме. Из­ бранный.метод позволил максимально обобщить внутри- и внешне­ политические и экономические факторы, оказывающие существенное в;шяние на процесс формирования внешней политики России в 1991годах. Без учета этих факторов представляется невозможным из­ бежать серьезных ошибок в исследовании поставленной проблемы .

Во главу угла поставлен ретроспективный анализ объективных ([шкторов становления внешнеполитического процесса в России и вы­ явления основных этапов в ее внешней политике, позволяющих по­ нять логику и движущие силы процесса принятия решений. В данном исследовании делается попытка избежать какой-либо идеологической или политической предвзятости,.максимально беспристрастно подой­ ти к рассмотрению поставленных задач, исходя исключительно из анализа объективных потребностей России на международной арене, и в первую очередь в Европе .

Автор использует метод сравнительного анализа в исследова­ нии основных внешнеполитических документов РФ и их интерпрета­ ции в зарубежной научной литературе .

Исключительно важным для разработки темы диссертации было изучение трудов исследователей отечественной научной школы по проблемам.международных отношений, различных аспектов европей­ ской интеграции и внешней политики России. G этой точки зрения не­ обходимо от.метить исследования, осуществленные в ряде российских научно-исследовательских институтов и центров, а также высших учебных заведениях, таких как ИМЭМО РАН, Институт Европы РАН, ИСК РАН, ИМЭПИ РАН, Институт всеобщей истории РАН, РИСИ, СВОП, МГИМО МИД РФ, МГУ и других .



В число авторов этих ис­ следований вошли такие известные российские ученые. как А.Арбатоп, В.Барановский, С.Благоволин, О.Быков, Ю.Борко, О.Буторина, И.Бусыгина, Л.Воронков, С.Глинкина, Л.Глухарев, Ю.Давыдов, Д.Данилов, В.Журкин, А.Загорский, И.Иванов, С.Караганов, М.Каргалова, Н.Ковальский, Е.Кожокин, А.Кокошин, И.Королев, Н.Косолапов, В.Кре.менюк, В.Кривохижа, И.Лешуков, В.Лукин, М.Максимова, И.Максимычев, А.Пикаев, Е.Примаков, С.Рогов, В.Рыжков, А.Салмин, А.Торкунов, Д.Тренин, И.Тголин, А.Уткин, Ю.Федоров, Б.Халоша, Е.Хесин, А.Чубарьян, П.Черкасов, В.Шемятенков, Ю.Шишков .

В ходе диссертационного исследования автор опирался на ре­ зультаты и выводы, представленные в трудах отечественных экономистов, специалистов по российской и мировой' экономике:

А.Аникин, О.Богомолов, В.Гутник, А.Дынкин, В.Мартынов, В.Шенаев, Н.Шмелев, Г.Явлинский .

Существенный вклад в разработку те.мы внесли зарубежные ис­ следователи; Л.Арон, Р.Алибони, С.Вудворт, Ш.Гарнетг, А.Дайтон, С.Де Спеглиере, Н.Гнезотго, Д.Гоуэн, Ч.Грант, К.Жан, К.Кайзер, М.Кремаско, Г.Киссинджер, Р.Легволд, Г.Ленци, М.Мандельбаум, Р.Нурик, Дж.Ропер, А.Д.Ротфельд,, С.Сильвестри, Х.Тиммерман, Л.Фридман, С.Эйзенхауер и другие. Вместе с тем следует отметить, что в большинстве работ рассматриваемая в диссертации тема не ис­ следуется с точки зрения ее взаимосвязи с самым широким спектро.м российских концепций внешней политики .

В качестве ипформагшонной базы использовались документы и официальные издания государственных институтов Российской Фе­ дерации (Послания Президента Федеральному Собранию, Внешнепо­ литическая концепция РФ, документы МИД РФ и др.), а также руко­ водящих органов ЕС, НАТО и ОБСЕ .

Научная новизна. В представленной диссертации автор впер­ вые рассматривает отношения России с Европой как систему и анали­ зирует ее с учето.м всех взаимосвязей и исторической динамики, дополняет и развивает существующие научные представления о предме­ те исследования, делает ряд новых научных выводов. В диссертации впервые вводится в российский научный оборот классификация ос­ новных этапов внещней политики России. Выявление основных ха­ рактеристик каждого из этапов позволяет применять их не только к европейскому направлению, но практически к любому направлению внешней политики России в период 1991-1999 гг., объяснять непонят­ ные с первого взгляда логику и движущие силы процесса принятия внешнеполитических решений .

В диссертации приведен критический анализ двух основных процессов в развитии постбиполярной Европы - расширения НАТО и расширения ЕС, традиционно рассматриваемых на Западе с точки зрения их взаимодополняемости, и их влияние на внешнюю политику России .

Вскрыта несовместимость стратегических целей европейской интеграции в сфере безопасности и традиционного евроатлантического партнерства после окончания эпохи двустороннего противостоя­ ния, что позволяет сделать вывод о превалирующих тенденциях в со­ временной систе.ме европейской безопасности .

На основе отечественных и зарубежных публикаций оценивает­ ся роль так называемого советского синдрома в подходах как евро­ пейских стран, так и европейских институтов к внешней политике России на посткоммунистическом пространстве в Европе .

Делается попытка на опыте последнего десятилетия определить стратегические цели России в отношениях, как с Европейским Сою­ зом, так и с НАТО .

Дополняются складывающиеся в российской политической нау­ ке представления об опыте сотрудничества России и НАТО на Балка­ нах. Впервые делается попытка определить основные параметры бу­ дущей.модели миротворчества и военного вмешательства в межэтни­ ческие конфликты в гуманитарных целях .

Даны практические рекомендации по обеспечению националь­ ной безопасности России в связи с расширением НАТО на страны Балтии .

Практическая значимость исследования. Выводы диссерта­ ции могут иметь практическое применение при разработке внешнепо­ литической стратегии России в отношении основных европейских ин­ ститутов Европейского Союза, НАТО, ОБСЕ и Совета Европы, а так­ же двусторонних отношений России с ведущими странами Европы .

Эти результаты могут быть использованы и для выработки решений по конкретным проблемам: принципы российского участия в миротворческих операциях, инициативы по обеспечению безопасности в связи с расширением НАТО на страны Балтии, проблеме Калинингра­ да в связи с расширением ЕС и НАТО .

Кроме того, выводы и материалы, представленные в настоящей диссертации, могут быть использованы в качестве пособия для препо­ давателей и студентов гуманитарных вузов, практикующих циклы лекций по вопросам международных отношений, внешней политики России, вопросам европейской интеграции и европейской безопасно­ сти. Научный анализ и рекомендации, содержащиеся в данной работе могут представлять интерес и для экспертного сообщества, иссле­ дующего аналогичные проблемы .

Хронологические рамки работы охватывают период с 1991 года по 1999 года - с момента возникновения Российской Федерации как самостоятельного государства при президенте Борисе Ельцине до конца его президентского правления. При этом основной интерес ав­ тора вызывает первая половина 90-х годов, в течение которых закла­ дывались основы внешней политики постсоветской России .

Апробация работы. Представленная диссертация подводит итог более чем 10-летиему периоду исследования автором становле­ ния и развития внешней политики России, а также основных тенден­ ций и международных проблем в постбиполярной Европе, неогьемлемой частью которой является РФ. Текст диссертации был обсужден на межотдельском заседании Института Европы РАН. Основные по­ ложения и выводы диссертации опубликованы автором в научных ра­ ботах объемом около 50 п.л. (список которых приведен в конце авто­ реферата). Они также отражены в выступлениях на научных конфе­ ренциях, семинарах и заседаниях Ученых советов, организованных Институтом Европы РАН, ИМЭМО РАН, ИМЭПИ РАН, Дипломати­ ческой Академии МИД РФ, Комитета «Россия в объединенной Евро­ пе» и др. Основные положения использовались автором в выступле­ ниях на слушаниях Комитетов по международным делам и обороне Государственной Думы .

Автор использовал результаты исследований по проблематике диссертации при подготовке аналитических записок и иных информа­ ционно-аналитических материалов для федеральных органов испол­ нительной и законодательной власти (Администрации Президента РФ, Совета Федерации и Государственной Думы Федерального Собрания РФ, Министерства иностранных дел РФ) .

ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ ДИССЕРТАЦИИ

Согласно целям и концепции исследования, диссертация состо­ ит из введения, пяти глав и заключения. К тексту прилагается список использованной литературы .

Во введении обосновывается актуальность темы, формулиру­ ются цели и задачи исследования, обозначаются хронологические рамки. Здесь же автор дает характеристику методологической основы диссертации и указывает основные источники, использованные при ее написании. Особое внимание уделяется обоснованию научной новиз­ ны работы, ее пракгической значимости и возможных путях исполь­ зования ее результатов .

В первой главе «Взаимосвязь внутренней и внешней политики России; геополитические воззрения основных политических сил» ис­ следуются основные движущие силы и этапы формирования внешне­ политического процесса в России после распада СССР .

Первый параграф «Определение национальных интересов Рос­ сии после распада СССР» посвящен исследованию категории нацио­ нального интереса применительно ко внешней политике России в на­ чале 90-х гг. В первой части параграфа обосновывается важность ка­ тегории национального интереса в современных мелсдународных от­ ношениях вопреки существующему мнению о том, что концепция национального интереса была свойственна эпохе классического ба­ ланса сил и утратила свое значение с развитием интеграционных про­ цессов. Автор исходит из того, что национальные интересы и государ­ ственные интересы являются синонимами. Термин «национальный интерес», перешедший в нашу политологию из западной политиче­ ской литературы, - дословный перевод термина «государственный ин­ терес», поэтому в равной мере можно употреблять в качестве синони­ мов «национальный интерес», «государственный интерес» или «на­ ционально-государственный интерес». Вместе с тем, государствен­ ный интерес как национальный интерес не является тождественным интересам государства как института власти. В этом случае уместнее говорить об интересах государственной бюрократии, которая сама по себе, без постоянного и институированного влияния гражданского общества, не отралает интересов всей нации. При недостаточной раз­ витости фажданского общества и его институтов, призванных кон­ тролировать действия политической власти, эта власть, выступающая от имени всего общества, узурпирует полномочия гражданского об­ щества, формулирует за него задачи, в том числе в сфере внешней по­ литики, считая, что они наиболее полно отражают интересы страны и государства в целом. Представляется, что неразвитость гражданского общества в постсоветской России в 90-е гг. со всеми вытекающими последствиями явилась ({)актором, оказавщим решающее влияние на формирование внешней политики РФ .

Формирование внешнеполитических интересов государства яв­ ляется процессо.м осознания его потребностей в области международ­ ных отношений. При этом, разработка российской внешней полити­ ки, определение ее целей и приоритетов должно учитывать не только потребности, но и возможности государства, его ресурсную базу, а также принимать в расчет три фуппы взаимосвязанных интересов интересы имеющихся и вероятных союзников, предполагаемых оп­ понентов, и, наконец, общие или глобальные интересы.мирового со­ общества цивилизованных стран, к коим Россия себя причисляет .

Во второй части параграфа обозначаются национальные интере­ сы России после распада СССР. Неизменной содержательной состав­ ляющей главных или постоянных национальных интересов является обеспечение внешней безопасности государства, а также создание наиболее благоприятных внешних условий для его лшзнедеятельности, развития и процветания. После распада СССР безопасность Рос­ сии в решающей степени зависела от сохранения территориальной целостности Российской Федерации, успеха экономических реформ, строительства демократического правового государства, создания гражданского общества. Вместе с тем, демократические преобразова­ ния в России были невозможны и в условиях враждебной внешней среды, негативного отношения к России ведущих государств евроатлантического пространства. Следовательно, Россия заинтересована в предотвращении конфронтации с Западом и другими соседями (Ки­ тай, исламский юг), которая была бы губительна для внутренних пре­ образований. В этом императиве наиболее явно отражена взаимосвязь нашюнальных интересов во внутренней и внешней политике России .

В начале 90-хгг. интересам России отвечало максимальное ис­ пользование и развитие благоприятных внешних условий, предот­ вращение новых вызовов с Запада, прелще всего появления новых разделительных линий в Европе. В праш-ической плоскости это озна­ чало создание структур для постепенной, но последовательной инте­ грации России в основные европейские институты. В сфере безопас­ ности российское руководство было заинтересовано в формировании такой системы безопасности в Европе, которая органически включала бы. Россию, предусматривала бы равноправное взаимодействие с ней .

Регионализация.международных отношений как следствие крушения биполярной системы привела к возникновению к югу от границ оывп1его СССР зоны относительно крупных, но нестабильных государств, которые начали борьбу за большее влияние в мировых де­ лах, в том числе и на постсоветском пространстве. Вызовы, исходя­ щие из этой зоны, усиливались ростом нестабильности, образованием вакуума безопасности в бывшей советской Центральной Азии и За­ кавказье, распространением на них исламского фундаментализма .

Эффекгивный контроль над сит'ацией в регионе требовал гибкой ди­ пломатии, сотрудничества с Западом и с некоторыми региональными государства.ми, разделяющими обеспокоенность России ростом афессивного исламского фундаментализма .

Уменьшение потенциала России по сравнению с СССР поновому высветило роль Китая, более чем в два раза превосходящего Россию по ВНП. Сокращение численности российского населения за Уралом при наличии такого мощного соседа, испытывающего недос­ таток в жизненном пространстве, и постоянном притоке китайских иммигрантов создавало для России потенциальную угрозу потери Си­ бири. Китайский фактор объективно толкал Россию к сохранению по­ литической опоры на ядерное сдерживание и к стратегическому союзу с Западом .

Рост нестабильности на постсоветском пространстве и в приле­ гающих к не.му регионах (на юге и юго-востоке) при многонацио­ нальном составе Российской Федерации создавал опасность поддерж­ ки извне сепаратистских настроений и движений внутри России, прежде всего, в.мусульманских субъектах федерации, и развития дезиитеграционных тенденций на российской территории. Таким обра­ зом, главным национальным интересом Российской Федерации на гюстсопетском пространстве стало предотвращение конфликтов и хаоса и предупреждение появления государств или коалиций госу­ дарств, враждебных России .

Второй параграф «Роль экономического фактора в формирова­ нии внешней политики России» начинается с анализа глубоких изме­ нений в экономике и в экономическом положении РФ в 90-е гг .

Вследствие распада СССР и в результате глубокого спада, обуслов­ ленного вступлением России в период трансформации, ее экономиче­ ский потенциал сократился за последнее десятилетие XX века почти вдвое. Ее валовой внутренний продукт (ВВП) упал намного ниже уровня ведущих стран Европейского Союза .

Существенно изменилась роль государства в управлении эконо­ микой, поскольку вмешательство крупной промышленности и банков сга,чо оказывать решающее влияние на процесс принятия политиче­ ских реше]1ий в сфере эконо.мики. В 1992-1993 гг. стали складываться основные фуппы экономических интересов. Катализатором этого процесса послужило образование в России финансово-промышленных групп (ФПГ) в 1995-1998 гг., которые оказались в центре экономиче­ ской активности и поддерживали тесные отношения с властью .

Оформление интересов российского бизнеса в конце 90-х гг. стало мощным фактором давления на процесс формирования и осуществле­ ния внешней политики России .

Крупномасштабная внешняя задолженность России с 1992 г., когда российское руководство целиком взяло на себя прелний союз­ ный долг в обмен на активы бывшего СССР за рубежом, являлась од­ ной из наиболее острых проблем российской экономики, представ­ ляющих собой угрозу экономической безопасности страны. Одновре­ менно с этим росли ежегодные платежи по обслуживанию долга и за­ висимость от гфедитов Международного Валютного Фонда и Всемир­ ного Банка, которые ставили условием новых кредитов продолжение жесткого курса на сбалансированный бюджет и сдерживание инфля­ ции .

Признавая сложность задач, стоящих перед президентом России Борисом Ельциным и его окружением, нельзя не признать то, что за два первых года политики правительства Егора Гайдара, осуществ­ лявшего профамму так называемой шоковой терапии, спад в про­ мышленности достиг 40%, снижение реального потребления состави­ ло 40-60%, за гранью бедности оказалось 30% населения. Причем, структура экономики и экспорт изменилась в пользу добывающих от­ раслей .

При всей правильности абстрактной цели экономической по­ литики российского руководства в 90-е гг. - становление открытой рыночной экономики, - конкретные меры проведения ее в жизнь не­ сли колоссальные издержки. Несомненно, экономический фактор имел приоритетное значение в «ельцинской» внешней политике, главной целью которой стало добывание кредитов, которые поддер­ живали модели «шоковой терапии» и макроэкономической стабили­ зации, но реально не приносили ни экономического оздоровления, ни улучшения положения широких слоев населения .

Третий параграф «Основные политические фуппы, участвую­ щие в формировании внешней политики, и их эволюция в 90-е годы»

посвящен анализу основных школ внешнеполитической.мысли Рос­ сии. Существуют различные оценки на этот счет. Наибольшее распро­ странение на Западе получила точка зрения, согласно которой в пост­ советской России сложилось три основных школы внешнеполитичеCKoro.мышления: либеральная школа, у.меренно-консервативная и на­ ционалистическая .

Представляется, что реальная ситуация бьша гораздо сложнее .

После распада СССР, в России возникло, по меньшей мере, четыре внешнеполитических школы - две из них выражали идеалистические взгляды, в то время как две другие состояли из прагматиков, причем внутри этих школ существовали многочисленные подразделения и подгруппы .

Первая идеалистическая школа "радикальных супердемокра­ тов"- западников, наиболее яркими представителями которой были А .

Козырев, Е. Гайдар А. Чубайс и др., известна своей односторонне американоцентристкой политикой с сильным уклоном в сторону эконо.мического детерминизма. Основная идея сторонников этой школы, превалировавших в российском руководстве в начале 90-х гг., состоя­ ла в быстрой интеграции России в экономические, политические и даже военные структуры Запада. Взяв в принципе верный курс на со­ трудничество с Западом, сторонники этой школы недооценивали ни наличия серьезных проблем, связанных с переходным этапом разви­ тия России при ее масштабах и историческом (не только советском) наследии, ни значения ее нового геополитического положения, ни сложности и противоречивости политики самого Запада. Идея инте­ грации в евроатлантические структуры свелась, в конечном счете, к односторонним уступкам России по всему диапазону отношений, да­ же там, где позиции Запада были далеко не обоснованными. Это дис­ кредитировало саму идею сотрудничества с Западом и вызвало волну антизападных настроений в России. Иными словами, утопическая идея быстрой интеграции России в структуры Запада заменила собой хорошо продуманную стратегию и тактику внешней политики .



Вторая "идеалистическая" фуппа так называемых «интернацио­ налистов» (как они сами себя называли), или «непримиримых дер­ жавников», состояла, главным образом, из активистов компартии и неоимпериалистов (Г. Зюганов, В. Алкснис, К. Затулин, С. Бабурин и др.). В ближнем зарубежье они стремились к возрождению СССР, а в отношении дальнего зарубежья придерживались, в.целом, конфронтационных антизападных позиций. Эти люди не могли примириться с ([зактом распада Советского Союза, хотя они и не призывали осушествить воссоединение посредством только военной силы. В целом, они занимали более жесткую позицию по проблемам взаимоотношений с Украиной, Грузией, Молдовой и другими республиками, требуя, что­ бы Запад признал «особые права» России в ближнем зарубежье .

К) Из двух "прагматических" школ, первую можно считать демо­ кратически-прагматической. Ее представителей можно охарактеризо­ вать как гругшу «демократических государственников». Приверженцы этой школы, и в государственных институтах, и в академических кру­ гах полагали, 'гго сильное демократическое государство в России не­ обходимо как для решения сложнейших проблем, унаследованных от СССР, так и для проведения рыночных и демократических преобразо­ ваний. Будучи сторонниками тесного сотрудничества России с Запа­ дом и его основными институтами, они (в отличие от представителей первой фуппы) особо подчеркивали необходимость четкой поста­ новки внешнеполитических приоритетов с з'чето.м всех особенностей нового геополитического положения России и переходного периода в развитии страны, а также наличия разных течений в политике веду­ щих зарубежных стран .

Наконец, четвертая группа, реакционно-прагматическая, состояла из радикальных националистов и экстремистов таких, как В. Жири­ новский, А. Митрофанов, А. Макашов и др. Эти политики исповедова­ ли прагматизм совершенно особого рода. По сути, он бьш скорее уто­ пией и мало чем отличался от откровенно захваттшческого, циничного, и при этом архаичного, курса в духе территориальных захватов XIX (отсюда их увлечение геополитикой). Эта группа безраздельно по­ святила себя цели возрождения России как сверхдержавы на основе великорусского национализма, православия в его фундаменталистском варианте, антисемитизма и антизападного внешнеполитического кур­ са. Они были готовы восстанавливать Советский Союз с помощью во­ енной силы и выступали за экономическую блокаду и открытую ин­ тервенцию для восстановления империи под предлого.м поддержки русскоязычных общин в Прибалтике, Крыму, на Украине, в Молдове .

Четвертый параграф «Основные этапы внешней политики Рос­ сии» посвящен периодизации внешней политики России в 90-е гг .

Представляется, что во внешней политике России при президенте Бо­ рисе Ельцине можно выделить три основных этапа. Первый можно охарактеризовать как период «эйфории» (1991-1993 гг.), когда у руля российской внешней политики стояла школа «радикальных демокра­ тов». В течение первых двух лет независимости России ее внешняя политика была ориентирована главным образом на США. В указан­ ный период руководство России не выдвинуло ни одной более или ме­ нее крупной и реалистичной инициативы по созданию новой архитек­ туры безопасности в Европе, разрешению конфликтов, контролю над вооружениями и реформированию.международных организаций, сле­ дуя в фарватере курса США. Такая политика стала уязвимой мишеныо для напалок со стороны правой оппозиции, которая критиковала МИД за то, что интересы России "преданы" в угоду Западу. Кроме то­ го, эта политика не имела широкой поддержки внутри страны, что подготовило почву для национализма и антизападных настроений в российских политических кругах .

Для руководства Б.Ельцина отношения с США имели особое зна­ чение, поскольку они были призваны акцентировать внутри страны и за границей серьезность и необратимость начатых перемен на началь­ ном этапе эконо.мических реформ, что давало повод Москве рассчиты­ вать на (1)инансову1о поддержку Запада. Подчеркнуто прозападный, проамериканский курс внешней политики России 1991-1993 гг. подпитывался и интереса.ми тех фупп, которые получили возможность строить свое благосостояние на операциях с долларом .

Внеишеполитический механизм на этом этапе также находился в стадии становления. Россия унаследовала от СССР Министерство ино­ странных дел, структуры внешней разведки, Министерство обороны.и другие ведомства. Задачи соподчинения и координации этих ведомств были решены путем непосредственного их подчинения президенту, что давало возможность восстановить внешнеполитический механизм почти в нрелшем виде, лишь заменив ЦК аппаратом президента, но именно в этом заключалось главное отличие. Специфика самого аппа­ рата, с1сладывающегося по принципу «царского двора», а также со­ стояние, квалификация и.методы работы самого президента РФ на протяжении ряда лет не позволяли справиться с этой задачей .

Второй этап в российской внешней политики можно определить как период международного «самоутверждения» России (робкого в отношении Запада и весьма претенциозного в отношении СНГ). Он апеллировал к (формировавшемуся внутриполитическому консенсусу по вопросам российской внешней политики. Основная внешнеполити­ ческая неудача России, так и не ставшей равноправным партнером Запада и не нашедшей своего места в процессе формирования.новой НАТО-центристской системы безопасности в Европе, подвела черту под периодом эйфории начала 1990-х гг. со всеми его большими о-жиданиями и разочарованиями .

Конец 1993 г. и начало 1994 г .

стшю периодом формирования консенсуса.между двумя основными школами внешнеполитического мьшшения: так называемыми "интернационалистами" или державни­ ками, с одной стороны, и грушюй демократов-государственников,. с другой. В апреле 1993 г. Борис Ельцин одобрил и подписал «Основные принципы внешней политики Российской Федерации». Приоритетные задачи внешней политики России бьши также сформулированы в спеШ1альном Послании Президента "Об укреплении Российского Госу­ дарства (основные направления внутренней и внешней политики)", с которым он обратился к российским парламентариям 24 февраля 1994 г .

В этих документах впервые были определены основные приори­ теты внешней политики: всестороннее укрепление связей с новыми независимыми государствами (ННГ) на постсоветском пространстве;

зашита прав русскоязычного населения в этих государствах; активи­ зация интеграционных процессов в рамках СНГ, включая создание эффективного миротворческого механизма. В отношении дальнего зарубежья было признано, что Россия должна восстановить отноше­ ния со странами Центральной и Восточной Европы, что в процессе продвижения НАТО на восток, а также углубления и расширения ЕС должны учитываться интересы РФ, что российско-американские от­ ношения должны развиваться на взаимовыгодной основе. Кроме того, особо подчеркивалось, что в азиатско-тихоокеанском регионе в число приоритетов внешней политики России входит развитие стабильных и сбалансированных взаимоотношений со всеми государствами этого региона и, в особенности, с Китаем, Японией и Индией .

Следует особо отметить, что в основе консенсуса по внешнеполи­ тическим проблемам в 1993-1996 гг., лежало не столько согласие в обществе по вопросу о том, как Россия должна вести себя на.между­ народной арене, а, скорее, единство представлений российской поли­ тической элиты о переменах в международной обстановке. Так, при­ знавалось, что-перемены, происходящие в евроатлантическом регио­ не, не создают благоприятной внешней среды для России .

Формирование консенсуса по внешнеполитическим вопросам в российской политической элите протекало на фоне перемен во внутриэлитных отношениях, в которых акцент с первоначального передела собственности власти был перенесен на закрепление итогов этого пе­ редела и на переход к преимущественно эволюционным изменениям в новом политическом классе, структуре собственности и политической системе Российской Федерации. Становление национального бизнеса корректировало сугубо прозападный курс «реформаторов» начала 90хгг .

Новую, активную роль.попыталась играть Государственная Ду­ ма после событий октября 1993 г., определивших оппозиционный на­ строй большинства депутатов руководству Ельцина. Однако ее роль подрывалась двумя объективными факторами. Во-первых, роль пар­ ламента ограничивалась Конституцией 1993 г., концентрирующей полноту власти в руках президента. Во-вторых, неразвитость политических партий, за исключением КПРФ, не давала возможность полно­ ценно представлять взгляды и интересы общества, в первую очередь его наиболее активных слоев, контролировать их осуществление госу­ дарством. По этим причинам политический класс России в целом был оторван от своих социальных корней, что позволяло элитным фуппировкам на самом верху избирательно воспринимать позиции основных политических сил по вопросам внешней политики, принимать их, если они отвечали интересам власти, или отвергать их, если они противоречили этим интересам .

Критически оценивая тенденции в становлении политической систе.мы России, российских национальных интересов, следует при­ знать, что многие трудности и шероховатости определялись тем, что Россия начинала строительство этой новой системы практически с нуля. Уже к середине 90-х гг. российская государственность приобре­ ла четкие контуры президентской республики. Внешнеполитический процесс был полностью замкнут на президента и его ближайшее.ок­ ружение. Процесс принятия решений отличался размытостью, по­ скольку не был прописан в законодательстве. По указу президента от 1996 г. координирующая функция принадлежала российскому. МИДу, но в действительности президентская внешняя политика вершилась в отрыве от министерства иностранных дел .

Третий этап в российской внешней политике в 1996-1999 гг. моле­ но охарактеризовать как российский «голлизм», который предполагал всемерное увеличение роли России в международных делах, жесткое отстаивание собственных национальных интересов, развитие отноше­ ний «по всем азимутам», продвижение доктрины многополярности, игру на противоречиях других держав и формирование новых альян­ сов в качестве противовесов американской мощи. Переход к новому этапу внешней политики России был официально закреплен в Посла­ нии президента Ельцина к российскому парламенту в 1997 г. Однако первым неоспоримым свидетельством наступления нового этапа во внешней политике страны было назначение Евгения Примакова на должность министра иностранных дел в 1996 г .

Основу внешнеполитической доктрины, как указывается в По­ слании, составляют несколько задач. Во-первых, Россия должна за­ щищать свои национальные интересы, избегая при этом возобновле­ ния конфронтации. Во-вторых, сталкиваясь с внешними угрозами и проблемами на.международной арене, Россия должна проводить хо­ рошо продуманную, долгосрочную внешнюю и оборонную политику, основанную на политическом консенсусе. В-третьих, Россия заинте­ ресована в том, чтобы всячески содействовать созданию системы международных отношений, основанной на принципе многополярности, а не на суигествовании одного доминирующего центра силы. Вчетвертых, Россия должна развивать равноправные отношения с крупнейшими мировыми державами, в соответствии со статусо.м и по­ тенциалом РФ. Иными словами, «голлизм» Кре.мля был направлен на TOi чтобы добиться более выгодных для России условий сотрудниче­ ства с Западом и создания максимально благоприятных внешнеполи­ тических условий для проведения реформ внутри страны .

В конце 90-х гг. после операции НАТО против бывшей Югосла­ вии стало очевидно, что российский «10)шизм» на уровне широких политических кругов приобрел более антизападный привкус, чем это ожидалось. В политических кругах, включая стратегическое сообще­ ство, возобновились дискуссии о выборе союзников и дальнейшем пу­ ти России в духе евразийства. Что же касается «царского двора», то его внешняя политика была по-прежне.му подчинена логике собст­ венных интересов и капризов. Так, например, решение Бориса Ельцина об отправке российских десантников в косовский аэропорт Слатина с тем, чтобы застолбить участие России в постконфликтном урегули­ ровании в Косово, бьшо принято кулуарно без оповещения МИД. Но самое главное, независимо от оценок этой акции, всего лишь.месяц спустя ее значение бьшо фаетически сведено на «нет» уступками рос­ сийской делегации в Хельсинки, получившей указание президента Ельцина наладить отношения с Западом до встречи «восьмерки» осе­ нью 1999 г .

В силу специфики принятия внешнеполитических решений в Рос­ сии в 90-е гг .

российский «голлизм», ставящий изначально правильные цели не был реализован в полной мере на практике. В СНГ преоблада­ ли центробежные тенденции, В отношениях с Западом статус России, несмотря на ее формальное участие в «большой восьмерке», встречах в верхах НАТО и ЕС, стремительно падал. Сокращалась ресурсная ба­ за внешней политики, унаследованная от СССР, - экономический и во­ енный потенциал, фундаментальные науки. Ослабление этой ресурс­ ной базы вызывало обеспокоенность российской политической элиты относительно территориальной целостности России, возможностей удержать страну от дезинтеграции и намерений Запада в это.м огношении .

Во второй главе «После распада Советского Союза: внешнепо­ литическая стратегия Россия на постсоветско.м пространстве» иссле­ дуются основные этапы и повороты внешней политики России в от­ ношении своего ближайшего окружения .

Парный параграф «Фактор СНГ во внешней политике России»

посвящен становлению [юлитики Москвы по отношению к странам, входящим в Содружество Независимых Государств (СНГ), и роли этой политики в отношениях России с Западом. Перед внешней по;штикой России в отношении стран СНГ стояло несколько важных задач. В концептуально.м плане перед Россией состояла задача найти правиль­ ный баланс.между уважением и признанием суверенитета новых неза­ висимых государств и обеспечением российских интересов на постсо­ ветском пространстве, не вызывая критики и подозрений междуна­ родного сообщества относительно неоимперских амбиций России. В праетическом плане важнейшими задачами российской внешней поли­ гики на этом направлении являлись поддержание стабильности на пространстве СНГ (профилактика и урегулирование конфликтов, за­ щита русскоязычного населения) и предотвращение появления в этом жизненно-важно.м регионе каких-либо антироссийских коалиций. Эта задача осложнялась поддержкой Россией сепаратистских движений в бывших республиках СССР. nepBTO коалицию, созданную в противо­ вес СНГ, 1УАМ (Грузия, Украина, Азербайджан и Молдова), состави­ ли именно те государства, где возникали серьезные конфликты подоб­ ного рода и где в ход этих конфликтов прямым или косвенным обра­ зом вмешивалась Россия. Отсутствие у российского руководства в на­ чале 90-х гг. четкой по;штики по отношению к бывшим советским республикам, в то.м числе по проблеме национальных меньшинств, бумеранго.м ударила по России во время войны в Чечне .

Развитие интеграционных процессов в СНГ представлялось руко­ водству России одним из главных направлений для обеспечения рос­ сийских интересов на постсоветском пространстве. Вместе с тем, разви­ тие экономической и валютной интеграции оказалось более трудным и противоречивым процессом, че.м это представлялось. Идея интеграции на постсоветско.м пространстве была воплощена в Договоре об экономическо.м и валютном союзе стран СНГ в 1994 г. Многие сторонники этой идеи в России говорили о модели Европейского Союза для СНГ, упуская из виду главную предпосылку: интеграция возможна между странами, имеющими примерно одш1аковый уровень экономического и социально-политического развития, правового сознания и культуры .

Кроме того, поддержка Кремлем интеграционных процессов в СНГ, в конечно.м счете, свелась к роли России как донора постсоветских ННГ (получение кредитов на выгодных условиях, льготных цен на энергоносители и т.д.) Это привело к тому, что во второй половине 90хгг., не отказываясь публично от целей интеграции на пространстве СНГ, российское руководство сместило акценты в своей политике в СНГ в сторону двустронних отношений .

Во втором и третъга параграфах «Ближнее зарубежье»: запад­ ное направление» и « Задачи на южном направлении: нестабильность и региональные конфликты» анализируются как вызовы безопасности России, так и конкретные проблемы в отношениях России с бывшими советскими республиками в западном регионе СНГ (Белоруссия, Ук­ раина, Молдова), в Закавказье и в Средней Азии. Очевидно, что по сравнению с западным регионом, "южное ближнее зарубежье", - За­ кавказье и Средняя Азия,- представляег большую важность с точки зрения национальной безопасности России перед лицом новых угроз, являясь ее геостратегической границей. Потенциальная нестабиль­ ность в этих регионах южного пояса объективно создает предпосылки для сотрудничества России, Европы и США. Вместе с тем, геополити­ ческое соперничество вокруг нефтяных и газовых богатств южного окружения России является источником серьезных препятствий для такого сотрудничества .

Проведенный анализ свидетельствует о том, что политика России на пространстве СНГ в минувшем десятилетии оказалась крайне не­ эффективной и противоречивой, несмотря на неоднократно провоз­ глашаемую приоритетность этого направления. Причина этого, как представляется, состояла в попытке выработать единую постсовет­ скую стратегию в отношении государств СНГ, не осознавая, что с рас­ падом СССР возросли как различия между этими государствами, так и их значение для российских интересов .

Третья глава «Россия и посткоммунистическая Европа» по­ священа процессу формирования внешней политики России в отноше­ нии стран Центральной и Восточной Европы. В ней исследуются при­ чины свертывания отношений России со странами ЦВЕ после распада СССР и оценивается значение этого региона для России в свете рас­ ширения Европейского Союза и НАТО .

Первый параграф «Отношения России с бывшими союзниками по ОВД и партнерами по СЭВ: узлы противоречий и возможности»

охватывает широкий круг проблем в отношениях России со странами ЦВЕ. Анализ российской политики в Центральной и Восточной Евро­ пе в 90-е гг. свидетельствует об отступлении России из этого региона, который утратил приоритетное значение для России после распада СССР. Несомненно, существовали объективные причины для этого отступления, подготовленные внутренним и международным развити­ ем региона Центральной и Восточной Европы в конце 80-х гг. С окончанием биполярности экономическая и политическая переориентация стран ЦВЕ стала неминуемой. В основе эрозии советского влияния во второй половине 80-х гг., а затем и России в 90-е гг. лежа­ ло кардинальное изменение в соотношении сил и экономических по­ тенциалов.между СССР/Россией и ведущими странами Запада. Кроме того, прекращение холодной войны, устранение угрозы глобального конфликта объективно у.меньшили стратегическое значение Цен­ тральной и Восточной Европы как для Запада, так и для России. Вме­ сте с те.м, следует признать, что эрозия отношений России и стран ЦВЕ явилась следствием не только этих объективных причин, но и определенных внешнеполитических просчетов российского руково­ дства в начале 90-х гг .

А.мериканоценфизм в ельцинско-козыревской политике, игнори­ ровавший важность других внешнеполитических направлений, рас­ сматривался как «ключ» к дипломатическим успехам России на всех направлениях. Кре.мль не сформулировал четкого политического кур­ са в это .

м регионе, который существенно отличался бы от традицион­ ной стратегии СССР и отвечал бы интересам России. Не был исполь­ зован весь ресурс для того, чтобы преодолеть «советский синдром», существовавший в странах ЦВЕ в отношении России, который неред­ ко использовался ими для оказания давления на НАТО и ЕС. Россий­ ское руководство не сформулировало своей концепции постбиполяр­ ной архитектуры европейской безопасности, отвечающей новым реа­ лиям в Европе и учитывающей интересы и психологические комплек­ сы стран ЦВЕ, нередко проявляя неприкрытое высокомерие в отно­ шении этих стран. Кроме того, противоречивое внутреннее развитие России как в сфере экономики, так и в сфере политики (октябрьский кризис 1993 г., война в Чечне) давало повод руководству стран ЦВЕ говорить о непредсказуемости России и активизировать курс на всту­ пление в НАТО; Иными словами, если эрозия отношений России со странами ЦВЕ носила объективный характер, то степень и формы этой эрозии была обусловлена субъективными факторами .

Процессы расширения ЕС и НАТО на восток по-новому поста­ вили вопрос о характере взаимоотношений России со странамикандидатами, вовлеченными в эти процессы. Расширение НАТО на страны ЦВЕ, в то время как Россия оставалась за рамками этого про­ цесса, объективно повышало значение этого региона для Москвы с точки зрения национальной безопасности. Во второй половине 90-х гг. в российской политический элите сложился консенсус относитель­ но того, что расширение НАТО противоречило интересам России, создавало опасность новых разделительных линий. По вопросу же расширения ЕС преобладало мнение о том, что углубление и расширение европейской интеграции - объективная тенденция в европей­ ском развитии после окончания биполярности .

Вместе с тем, росло и понимание того, что Россия не могла оста­ новить эти процессы и ее задачей на направлении ЦВЕ являлись ми­ нимизация ушерба от процесса расширения НАТО, предотвращение превращения этого региона в «полосу отчуждения» и сохранения там российских экономических позиций, политического взаимодействия и культурных связей. В целом это способствовало смещению акцентов в российской внешней политике в регионе в сторону более прагматич­ ного сотрудничества со странами ЦВЕ .

Во втором параграфе «Россия в балтийском треугольнике» ис­ следуются отношения трех государств бывшей советской Прибалтики с Россией. Эти отношения бьши отмечены напряженностью практи­ чески с разу же после распада СССР. В большой степени это объяс­ нялось тем, что признание независимости прибалтийских стран в сен­ тябре 1991 г., состоявшееся после провала августовского путча, не имело четкой договорно-правовой базы и автоматически перенесло все старые проблемы в российско-балтийские отношения .

Фундаментальные разногласия между Россией и новыми балтий­ скими государствами в середине 90-х гг. сводились, главным образом, к положению русскоговорящих меньшинств в Латвии и Эстонии, на­ личию территориальных споров, перспективе в.чождения стран Балтии в состав НАТО и проблеме транзита в Калининградскую область че­ рез территорию Литвы в свете расширения ЕС и НАТО. Вместе с те.м, следует отметить, что, несмотря на претензии России к странам Балтии, политика российского руководства на балтийском направле­ нии во многом носила пассивный характер. Только в 1997 г. Россия выступила с «Предложениями о Пакте региональной безопасности и стабильности в Балтийском регионе», что бьию расценено балтийскими странами, лишь как попытка России предотвратить или замедлить их вступление в НАТО .

Во второй половине 90-х гг. сложились объективные предпосыл­ ки для некоторого улучшения российско-балтийских отношений. С одной стороны, формирование политического консенсуса в России по основным вопросам внешней политики перевело стрелку в российскобалтийских отношениях с разгоряченной риторики в плоскость праг­ матических подходов. С другой стороны, руководящие круги трех бал­ тийских стран стали осознавать тот факт, что для их успешной инте­ грации в западные струюуры им необходимы стабильные отношения с Россией. Однако главные проблемы в российско-балтийских отноше­ ниях не были разрешены. Более того, в конце 90-х гг. они дополниу лись проблемой Калининграда (см. гл.5, пара1раф 2, « Проблема Калинин1рада») в связи с предстоящим расширением НАТО и ЕС на страны Балтии, что с новой остротой поставило вопросы транзита в/из Кааининградской области и жизнеобеспечения региона .

В политическом отношении, Центральная и Восточная Европа будет оставаться важным фактором в отношениях России, Западной Европы и США оказывать самое непосредственное влияние па эти от­ ношения, тем более, если учесть интенсивный процесс интеграции Центральной Европы с постсоветскими государствами Восточной Ев­ ропы, непосредственно граничащими с Россией. Представляется, что Россия должна проводить такую политику в регионе, которая обеспе­ чила бы ей недискриминационный торгово-экономический режим в ЦВЕ и содействие ЕС взаимовыгодным общим проектам. В политиче­ ском плане российское руководство должно сделать акцент на то, что­ бы декларируемое странами ЦВЕ отсутствие антироссийской направ­ ленности получало конкретное подтверждение в учете озабоченностей России в политике расширения как НАТО, так и ЕС .

В четвертой главе «Роль Балкан во внешней политике России»

исследуется формирование балканского курса российского руково­ дства с точки зрения трех основных этапов внешней политики России .

Первый параграф « Характеристика ситуации в регионе после окончания «холодной войны» содержит анализ новой геополитической сит\'ации в регионе после распада Югославии и СССР. Во-первых, вследствие появления ННГ резко возросла взаимозависимость регио­ нов. Балканы как часть Восточного Средиземноморья оказались тесно связанными с Черноморским и Закавказско-Каспийским регионами .

По сути, это были части единого геополитического пространства с общими элементами - геополитическим и геоэкономическим соперни­ чеством (в котором особую роль играл нефтяной фактор) между вновь образовавшимися независимыми государствами, а также между Росси­ ей, западными странами и исламскими государствами; присутствием исламского населения, существованием открытых или латентных конфппктов .

Во-вторых, геополитический вакуум, образовавшийся в регионе по окончании биполярности, стали заполнять новые региональные "сверхдержавы", прежде всего Турция, которая стремилась распро­ странить свое влияние на мусульманские регионы бывшего Советско­ го Союза. В-третьих, вовлеченность НАТО в урегулирование Юго­ славского кризиса в добавление к планам расширения альянса на вос­ ток укрепило уверенность Москвы по поводу формирования в Европе НАТО-центристской структуры европейской безопасности, исклю­ чающей Россию в качестве полноправного члена .

Эти изменения ставили перед российским руководством задачу формулирования четких целей в регионе, определения союзников и возможных конкурентов и выработку внешнеполитического курса .

Во втором параграфе « Роль турецкого фактора» исследуется по­ литика России в отношении Турции в 90-е гг. как одна из главных со­ ставляющих балканского направления во внешней политике России .

Не вызывает сомнения, что сотрудничество между Россией и Турцией совершенно необходимо для поддержания стабильности в Черноморско-Балканском регионе. Кроме того, Турция стала одним из наиболее важных торгово-экономических партнеров России в регионе. В то же время, необходимо признать, что по окончании "холодной войны" региональные стратегии России и Турции основывались на прямо противоположных целях .

После распада СССР Анкара, руководствуясь как внутренними, так и внешнеполитическими интересами, поставила главной целью распространить свое влияние на постсоветские.мусульманские терри­ тории, включая некоторые районы Российской Федерации - Северо­ кавказский регион, Татарстан, Башкортостан. Россия, опасаясь роста националистических и антирусских проявлений в этих регионах, кото­ рые могли быть использованы третьими государствами, была заинте­ ресована в предотвращении этой экспансии .

Во второй части параграфа подробно исследуется политика Тур­ ции в отношении отдельных государств бывшего СССР, основанная на соперничестве с Россией, в которой не последнюю роль играл нефтя­ ной фактор. "Сделка века", заключенная в сентябре 1994 г. между пра­ вительством Азербайджана и консорциумом западных, российских и турецких компаний, а также азербайджанской государственной нефтя­ ной компанией по разработке трех нефтяных месторождений в Кас­ пийском море, давала возможность подорвать влияние России в Закав­ казье и усилить влияние Турции. Политика России в отношении Тур­ ции, как и другие направления ее внешней политики, прошла через три фазы - «эйфорию», «самоутверждение и «голлизм». Только во второй половине 90-х гг. после дипломатических потерь и неудач, которые существенно сузили возможности России в регионе, российское руко­ водство сформировало стратегию в отношении Турции .

Третий параграф «Взаимодействие России и Запада в югослав­ ском конфликте» охватывает широкий круг вопросов, касающихся участия России в урегулировании Югославского конфликта. Американоцентризм наложил жесткие рамки на роль России на этом направлении в первой половине 90-х гг., сделав ее заложницей ошибок США и отдельных стран Западной Европы, игравших определяющую роль в этом процессе. Отход от этой линии в середине 90-х гг. привел к охлаждению отношений России не только со многими странами ре­ гиона, но, прежде всего с США и ведущими странами Западной Евро­ пы, к.маргинализации роли России в выработке общей позиции по этому вопросу, имевшему для Москвы куда большее внутри- и внеш­ неполитическое значение, чем для любой другой державы .

Участие Москвы в урегулировании югославского конфликта вы­ явило серьезные разногласия мелсау Россией и Западом не только по сшуации на Балканах, но и по более широким вопросам европейской безопасности, в частности НАТОизации складывающейся системы безопасности в Европе. Если говорить «о западном срезе» политики России по урегулированию югославского конфликта, то ее успехом.\южно считать то, что России удалось избежать прямой конфронта­ ции с Западом и сохранить свое присутствие на Балканах, хотя и це­ ной односторонних уступок и существенного сужения ее позиций в регионе .

В последней части параграфа анализируется опыт совместного.миротворчества России и НАТО, который выявил множество проблем от отсутствия ехшной правовой базы в использовании вооруженных сил в.чоде операций по поддержанию мира до проблем оперативного управления.многонациональным контингентом вооруженных сил и финансирования.миротворческих операций. Вместе с тем при реше­ нии этих проблем в будущем боснийский опыт миротворчества даже в своих негативных уроках мог бы послужить для более эффективной подготовки совместных миротворческих операций России, Западной Европы и США .

Четвертый параграф «Косовский кризис: политика России по урегулированию кон(|)ликта) посвящен анализу взаимодействия Рос­ сии и Занада в разрешении конфликта в Косово, значение которого вышло далеко за рамки региона. В первой части парахрафа автор ана­ лизирует три измерения косовской проблемы -международное, ре­ гиональное и внутреннее - с точки зрения интересов России и ее за­ падных партнеров .

В период эскалации косовского конфликта в 1998 г. Россия, ев­ ропейские страны и США пришли к единому мнению лишь относи­ тельно регионального аспекта косовской проблемы, признав, что от­ деление Косово будет противоречить интересам региональной ста­ бильности и безопасности .

Что же касается международного аспекта, то натовские бомбар­ дировки поставили под сомнение основы миропорядка, складывающе­ гося после окончания холодной войны и вобравшего в себя общие достижения Востока и Запада предыдущих десятилетий. Фактически НАТО нанесла удар не только по Югославии, но и по новому полити­ ческому мышлению в постбиполярной Европе. Действующие между­ народные орга1шзации в Европе продемонстрировали неспособность справиться с проблемами, напрямую затрагивающими интересы Ев­ ропы. ОБСЕ не смогла взять на себя руководство в урегулировании косовского кризиса и предотвратить военное разрешение конфликта .

Совет Европы, который был создан для защиты прав человека, всего лишь пассивно наблюдал, как удары авиации НАТО разрушают Юго­ славию и убивают людей. ЕС, будучи экономическим гигантом, ока­ зался политическим карликом, предоставив НАТО право решения са­ мой важной проблемы европейской безопасности. Что касается НАТО, то ее военная акция против Югославии вызвала острейшую и самую опасную конфронтацию между Москвой и Вашингтоном На внутренний аспект косовской проблемы Россия и Запад смот­ рели по-разному. Для Запада это была, главным образом, проблема защиты прав этнических албанцев, грубо попираемых находящимися у власти сербскими националистами. Россия же, наоборот, видела в ко­ совской проблеме своего рода "сербскую Чечню", то есть угрозу тер­ риториальной целостности государства со стороны повстанцевсепаратистов. Эти принципиальные различия в подходах России и За­ пада отражались на их взаимодействии в урегулировании конфликта .

Следует отметить, что Россия, занимая, в принципе, правильную пози­ цию в Контактной фуппе, то есть пытаясь избежать эскалации кон­ фликта, не представила, тем не.менее, своего собственного плана мирного урегулирования .

Косовский кризис, явившийся апофеозом разногласий России с ведущими странами Запада в 90-е гг., продемонстрировал со всей оче­ видностью несовершенство механизма принятия внешнеполитических решений в ельцинской внешней политике, ведомственную разноголо­ сицу и несогласованность позиций, или - что еще хуже - произвол от­ дельных узких фупп интересов в политических кругах и государст­ венных органах .

В пятой главе «Динамика отношений России с основными меж­ дународными инститта.ми в Европе» выявляются особенности форми­ рования политики России в отношении НАТО, Европейского Союза, ОБСЕ и Совета Европы в 90-е гг .

в первом параграфе «Россия н НАТО: эволюция сотрудничества в 1991-1999 гг.» автор исследует развитие отношений России с НАТО, основные узлы противоречий и возможности сотрудничества .

Параграф состоит из четыре.ч частей. В первой части выделены основные этапы в отношения.ч России и НАТО, которые прошли не­ сколько фаз после распада СССР - ог короткого периода эйфории до взаимного разочарования и недоверия. Анализ отношений России и НАТО в первой половине 90-,ч гг. свидетельствует об отсутствии чет­ кой и последовательной стратегии российской стороны. Противоре­ чивые заявления президента Бориса Ельцина по поводу 'шенства Рос­ сии и отдельных стран ЦВЕ в НАТО, отстствие у российской сторо­ ны предложений в сфере безопасности, альтернативных экспансии НАТО на восток, посылали неверные сигналы руководству альянса, интерпретировавшего их как согласие Москвы на расширение НАТО .

Россия не сформулировала после крушения двухполюсного.мира сво­ ей концепции, своего видения новой систе.мы европейской безопасно­ сти. Серьезные ошибки были сделаны и внутри России: силовое про­ тивостояние в октябре 1993 г..между президентом Ельциным и Вер­ ховным Советом и первая чеченская ка.мпания подорвали на Западе доверие к формирующейся демократии в России. Те.м не менее глав­ ная ответственность за расширение НАТО на восток, заложившее ми­ ну под фундамент начинавшегося сотрудничества.между Россией и Западом, лежит на руководстве Атлантического альянса и США как лидера НАТО, просто проигнорировавших российские интересы .

Во второй части параграфа автор анализирует причины расши­ рения НАТО и его последствия для России в сфере безопасности. Ав­ тор исследует истоки расширения НАТО, связанные с изменениями самого альянса после распада СССР. В первую очередь, это вопросы адекватности НАТО, единственного военно-политического союза, ос­ тавшегося от времен холодной войны, постбиполярным реалиям. Для НАТО решение о расширении на восток означало, в конечном счете, победу традиционных взглядов на европейскую безопасность (несмот­ ря на всю риторику о неделимости этой безопасности после краха биполярности) и, по сути, демонстрацию неверия в демократическое бу­ дущее России .

В третьей части параграфа автор исследует последствия рас­ ширения НАТО для политики России в сфере безопасности. Мадрид­ ские решения о расширении НАТО на восток привели к тому, что вви­ ду слабости сил общего назначения (СОН) России, ядерное сдержива­ ние стало для нее главным инсфу.ментом в обеспечении национальной безопасности на западно.м направлении. Оценивая сит'ацию в целом .

2Г можно заключить, что за счет создания определенного политического климата в России расширение НАТО косвенно отразилось и на реше­ нии других вопросов, в частности в области разоружения и, в первую очередь, его финансовых аспектов. Общая стоимость выполнения до­ говоров и соглашений по ограничению и сокращению вооружений в течение ближайших десяти лет (1996-2006 гг.) оценивалась примерно в 15 млрд. долларов. Сталкиваясь с необходимостью сокращать общие расходы бюджета. Государственная Дума была вынуждена искать до­ полнительные способы сэкономить средства. В этом смысле, процесс расширения НАТО являлся политическим фактором урезания бюд­ жетных расходов по контролю над вооружениями ввиду необходимо­ сти выделения крупных средств на национальную оборону. Не менее 70 % вооруженных сил РФ по-прежнему было ориентировано на за­ падное направление .

Четвертая часть параграфа сфокусирована на кризисе в отноше­ ниях России и НАТО в связи с военной операцией НАТО против Югославии в марте 1999 г. Военная акция против Югославии вызвала острейшую конфронтацию между Россией и НАТО со времен Берлин­ ского и Карибского кризисов 60-х гг. прошлого века. Бомбардировки НАТО перенесли конфликт в совершенно иную плоскость. Они под­ няли локальный межэтнический конфликт до уровня международного политического и, потенциально, военного столкновения, грозившего выйти далеко за пределы Балкан .

Вооруженное операция НАТО против Югославии кардиналь­ ным образом изменила представления России о Североатлантическом альянсе и его новой стратегической концепции, которая стала рас­ сматриваться российским стратегическим сообществом через призму косовского опыта .

Главные опасения российской политической элиты и военностратегического сообщества после югославской операции НАТО бьши связаны с возможностью повторения этого сценария в непосредствен­ ной близости от границ России или даже на территории Российской Федерации. Это привело к серьезной переоценке как Концепции на­ циональной безопасности, так и Военной доктрины России, в которых был сделан еще больший акцент на эффективное ядерное сдерживание с усилением, прежде всего, тактических ядерных средств .

Второй параграф «Россия и Европейский Союз: развитие взаи­ моотношений после распада СССР» состоит из трех частей .

В первой части параграфа анализируется природа европейской интеграции, ее новые задачи после окончания эпохи двустороннего противостояния Востока и Запада, а также отношение России к этому процессу. Эволюция отношения России к процессам европейской интефации и Европейскому Союзу расс.ма1ривается через призму основ­ ных этапов в ее внешней политике в 90-е гг. Внешняя политика Ель­ цина-Козырева начала 1990-х гг. носила ярко выраженный проамери­ канский характер, и, следовательно, все западные институты, включая ЕС, рассматривались именно под эги.м углом. Кроме того, ельцинской дипломатии в целом бьшо присущ очень личный, персонифицирован­ ный подход к отношениям с ведущими странами Западной Европы и США. И, несмотря на общее ощущение Кремля о необходимости раз­ вивать связи с ЕС, упор делался в основном на двусторонние отноше­ ния с ведущими странами Западной Европы. Эта позиция отражала непонимание са.мой суги европейской интефации. Вместе с тем, в рус­ ле политики «большого скачка» в западные структуры, проводимой Москвой в начале 90-х гг., Россия на переговорах с ЕС о Соглашении о партнерстве и сотрудничестве добивалась соглашения, близкого к ас­ социации .

Смещение акцентов российской внешней политики в сторону Ев­ ропы во второй половине 90-х гг. было правильным шагом. Однако этот шаг определялся в первую очередь не стратегическими, а такти­ ческими соображениями российского руководства, делавшего акцент на ценности ЕС как альтернативы монополярности США .

Автор исследует проблемы, стоявшие на пути партнерства Рос­ сии и ЕС в 90-е гг., многие из которых сохраняют свою актуальность и по сей день. Одна из главных проблем состояла в том, что ни в.ЕС, ни в России не было четкого концептуального видения целей и сути долгосрочных стратегических отношений между Россией и Европей­ ским Союзом. Это было связано как с неопределенностью будущего процесса демократических и социально-политических преобразований в России, так и с эволюцией самого Европейского Союза, пережи­ вавшего период глубокой трансформации. Кроме того, препятствием для партнерства России и ЕС.может являться увеличивающийся экономический и социально-политический разрыв между объеди­ няющейся Европой и Россией, остающейся за рамками этого процес­ са .

Во второй части параграфа анализиртотся политические по­ следствия расширения ЕС для России, главным из которых является проблема Калининфадской области^ превращающейся в российский анклав внутри ЕС. Это столкнуло российское руководство в конце 90X гг. с проблемой жизнеобеспечения области и свободой перемещения российских граждан между ней и остальной Россией .

Следует признать, что политика российского руководства по отношению к Калининградской области на протяжении 90-х г. и про­ блеме Калининграда в контексте расширения ЕС и НАТО в конце 90-х гг. отличалась непоследовательностью и недальновидностью. Недос­ таточное внимание со стороны российского руководства к нуждам Калининградской области в первой половине 90-хгг. привело к ос­ лаблению экономических, социальных и культурно-психологических связей.ме}кду областью и центром. В свете предстоявших процессов расширения ЕС и НАТО эти проблемы приобрели новое звучание в конце 90-х гг. и породили в части политической элиты опасения отно­ сительно «посягательств Запада на территориальную целостности России», усилив антизападные настроения. Появлению таких на­ строений немало способствовал кризис вокруг Косово, отбросивший отношения России и Запада далеко в прошлое .

В третьей части парафафа анализируются перспективы сотруд­ ничества между Россией и ЕС в сфере безопасности, прежде всего в области миротворчества и военно-технической области. Очевидно, что, и Россия, и ЕС должны извлечь уроки из опыта противоречивых отношений России и НАТО за последнее десятилетие и подумать о юридической основе сотрудничества в сфере европейской безопасно­ сти, о конкретных направлениях военного и военно-технического сотрушшчества .

Третий параграф «Россия и ОБСЕ: в поисках новой.роли в постбиполярном мире» охватывает основные этапы, как в деятельно­ сти ОБСЕ, так и в политике России в отношении ОБСЕ. Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) рассматривалась российским руководством после распада СССР как организация безо­ пасности концептуально более приспособленная к постбиполярным реальностям, чем НАТО. Кроме того, ОБСЕ была единственной орга­ низацией в Европе, где Россия обладала полноценным правом голоса и возможностью прямо влиять на процесс принятия решений. Усилия России в 90-е гг., направленные на повышение роли ОБСЕ в Европе и на превращение ее в «европейскую ООН», были продиктованы также и разочарованием политикой НАТО на посткоммунистическом про­ странстве. Тем не менее, реформы ОБСЕ (создание ряда новых орга­ нов при сохранении прежнего.механизма принятия решений), пред­ принятые в начале 90-х гг., не привели к кардинальным переменам и повышению ее роли в решении конкретных проблем европейской безопасности, что было со всей очевидностью продемонстрировано на первом этапе югославского кризиса. Кроме того, российское руково­ дство продолжало настаивать на сохранении принципа консенсуса в принятии решений ОБСЕ из-за опасения остаться в.меньшинстве при решении важных для российских интересов вопросов. Таким обра­ зом, создавался заколдованный круг, когда Россия выступала против реализации новой модели ОБСЕ, сторонницей которой она сама явля­ лась .

Контрпродуктивным для российских интересов было и проти­ вопоставление ОБСЕ как альтернативы НАТО в качестве несущей конструкции европейской безопасности; Естественно, такая позиция вызывала жесткое сопротивление стран НАТО, и, прежде всего, США, выступавших против.международно-правового характера решений ОБСЕ .

Растущая конфронтация России и НАТО во второй половине 90-х гг. автоматически проецировалась на ОБСЕ, где страны НАТО при лидирующей роли США блокировали все инициативы России. Это не.могло не затрагивать сотрудничества России и ОБСЕ на постсовет­ ском пространстве. У российского руководства возникли подозрения в том, что основная задача ОБСЕ - ограничить свободу рук Москвы на территории бывшего СССР. Этим в большой степени объяснялась пассивная линия Москвы в Минской группе ОБСЕ по карабахскому конфликту .

Вместе с тем, следует отметить, что, невзирая на явную утрату интереса России к ОБСЕ во второй половине 90-х гг., особенно после косовского кризиса, поте1шиал этой организации далеко не исчерпан .

В интересах России усиливать свое присутствие в миссиях и институ­ тах ОБСЕ, искать союзников, хотя бы и на временной основе для ре­ шения практических задач российской внешней политики .

Четвертый параграф «Россия и Совет Европы» посвящен ана­ лизу взаимоотношений России с Советом Европы (СЕ), который явил­ ся единственной европейской организацией, распространившей свое членство на Россшо после окончания биполярности. В первой части параграфа исследуются основные этапы пути России в Совет Европы в 90-е гг .

Присоединение России к Совет}' Европы в феврале 1996 г. озна­ чало принятие трех основополагающих принципов Совета - плюрали­ стической демократии, принципу верховенства права и защите прав человека. Ратифицировав в 1998 г. Европейскую конвенцию о защите прав человека и Европейскую конвенцию по предупреждению пыток, Россия позволила впервые допустить беспрецедентное вмешательст­ во из-за рубежа в свои внутренние дела Очевидно, что этот процесс не.мог быть безболезненным для России. Право Совета Европы, занимающее особое.место в европейS ском правовом пространстве, основано на 177 договорах. Российская же правовая система находилась в процессе становления после распа­ да СССР. Участие России в.том или ином договоре Совета Европы требовало внесения изменений в российское национальное законода­ тельство. В соответствии с принятыми обязательствами Россия заяви­ ла о своем стремлении разработать новые Уголовный и Уголовнопроцессуальный кодексы. Гражданский и Гражданскопроцессуальный кодексы и Уголовно-исполнительный кодекс на ос­ нове принципов и стандартов Совета Европы. Вместе с тем ратифици­ руя Европейскую Конвенцию о защите прав человека и основных сво­ бод (ЕКПЧ), Россия внесла две оговорки в.мае 1998 г., которые были направлены на то, чтобы положения статьи 5 ЕКПЧ не препятствова­ ли применению на территории РФ Уголовно-процессуального кодекса 1960 года, закреплявшего решающую роль прокуратуры в системе уголовного судопроизводства .

Коллизия по вопросу об оговорках России в отношении статьи 5 как в капле воды отразила одну из основных проблем - несовмести­ мость российской правовой доктрины и системы с демократией и ев­ ропейской практикой. Устаревшие правовые механизмы являлись сильнейшим тормозом на пути развития демократических реформ, строительства правового государства .

Во второй части параграфа анализируется самая острая проблема в отношениях России и Совета Европы - проблема нарушения прав; человека в Чечне в период двух чеченских кампаний. Именно первая война в Чечне заставила отложить вопрос о приеме России в Совет Европы до 1996 г., хотя контакты между Россией и СЕ не были прерваны. В 1994 г бьшо установлено сотрудничество между Советом Европы и ОБСЕ. Российское руководство предоставило возможность наблюдателям из ОБСЕ и представителям СЕ осуществлять монито­ ринг по правам человека. Россия также согласилась на развертывание специальной миссии ОБСЕ - Группы содействия ОБСЕ в Чечне 4 ян­ варя 1996 г .

Особое внимание во второй части этого парафафа уделяется одному из аспектов чеченских кампаний, который так и остался непонятым ни Советом Европы, ни ведущими странами Запада - про­ блеме правового статуса российских вооруженных сил. Несомненно, что восстановление конституционного порядка может в качестве крайней меры сопровождаться применением силы, но на строго за­ конной основе. Согласно российскому законодательству применение вооруженных сил внутри страны допускалось только по закону « О чрезвычайном положении», которое может быть введено Президентом в соответствии со статьей 88 Конституции. Между тем, на момент первой чеченской войны действовал закон « О чрезвычайном положе­ нии» от 1991 г., не позволявший использовать вооруженные силы во внутренних конфликтах. Новый закон. «О чрезвычайном положении», принятый в 1999 г., бьш дополнен статьей 17, позволяющей использо­ вать вооруженные силы в исключительных случаях внутри страны, лишь в мае 2001 г .

Отсутствие четкого правового статуса российской армии, как и статуса всей зоны конфликта и самой операции, поставило российские вооруженные силы и другие войска в тяжелое положение, сказалось и на эффективности боевых действий, числе потерь личного состава и на масштабе разрушений и жертв среди мирного населения. По сути, российские военные стали заложниками политических ошибок выс­ шего российского руководства .

Оценивая позицию Совета Европы по чеченской проблеме, сле­ дует признать, что, несмотря на острые кризисные ситуации в отно­ шениях с Россией, в СЕ возобладало.мнение о том, что само членство России в этой организации поможет ей сохранить курс на демократи­ ческие реформы, исключить поворот к изоляционизму и антизападни­ честву .

При всех различиях в оценках целесообразности членства Рос­ сии в СЕ, следует признать, что yiacTHe РФ в.этом институте откры­ вает новые возможности в осушествлении государственно-правовой реформы в стране и интеграции России в европейское политикоправовое пространство. Кроме того, оно устанавливает определенные ориентиры для российского руководства в условиях переходного пе­ риода и дает новый правовой контекст для взаимодействия России с бывшими советскими республиками .

В заключении содержатся основные выводы проведенного ис­ следования. Они подразделяются на два крупных тематическихблока .

1. Общая характеристика становления и развития внешнепо­ литического процесса в России в 90-е гг. В целом, российское руко­ водство в своей внешнеполитической деятельности в 1991-1999 гг .

руководствовалось правильным принципом, отражавшим главный национальный интерес России, Bci-упившей на путь системной транс­ формации. Этот интерес состоял в том, чтобы не только избегать но­ вой конфронтации с Западо.м, 1ш и взаимодействовать с ним экономи­ чески и политически, те.м самым обеспечивая безопасность РФ. Од­ нако реализация этого интереса требовала продуманной внешнеполи­ тической стратегии, детально разработанной на каждом из ее направ­ лений. Формирование долгосрочных целей и приоритетов во внешней 3»

политике России прошло длительный путь, который можно подразде­ лить на три периода .

1991-1993 гг. («эйфория») Российская внешняя политика этого периода была целиком ориентирована на США как безусловного ли­ дера Запада и постбиполярных международных отношений. Ее ре­ зультатом были серьезные внешнеполитические провалы и просчеты, толкнувшие политический маятник России после всех разочарований в противоположнуто сторону - в сторону растущего антиамериканизма и желания возложить на США и на Запад в целом ответственность за неудачи, как во внешней, так и во внутренней политике .

И.менно в этот период были заложены основные проблемы для последующего внешнеполитического развития России в ближнем за­ рубежье, прежде всего на территории СНГ, в отношениях со страна­ ми Центральной и Восточной-Европы, в урегулировании междуна­ родных кризисов и конфликтов, в участии РФ в складывавшейся сис­ теме европейской безопасности. Главная цель внешней политики лю­ бой страны - создание благоприятных.международных условий для ее внутреннего развития - была под.менеиа целью получения лишь но­ вых кредитов от международных финансовых институтов, ставивших Россию в зависимое и неравноправное положение в международных делах, формировавших, ничем не оправданный комплекс неполноцен­ ности российской политической элиты, неоизоляционистские и даже реваншистские настроения. Не были полностью использованы благо­ приятные.международные условия после краха биполярности уменьшение военной угрозы и установление новых отношений с ря­ дом, государств, традиционно опасавшихся «советской угрозы» .

1993-1996 гг. («самоутверждение»). Некоторое выправление внешней политики РФ и переоценка американоцентризма происходит с конца 1993 г. по 1996г., в годы формирования широкого консенсуса в России по основным направлениям ее внешнеполитического разви­ тия. Именно в эти годы формулируются цели и приоритеты РФ на постсоветском пространстве; определяется отношение к таким тен­ денциям мс/кдународно-политического развития, как расширение НАТО на восток и складывавшейся НАТО-центристкой системе ме­ ждународной безопасности в Европе; делается упор на повышение роли России в урегулировании посткоммунистических конфликтов на пространстве СНГ .

Переоценка внешней политики РФ начала 90-х гг. способствова­ ла укреплению внутриполитической базы российской внешней поли­ тики, и принесла отдельные дипломатические успехи. Тем не менее, она не смогла переломить главного негативного последствия начала 90-х гг. - фактически безальтернативной экономической зависимости России от внешнего.мира по обслуживанию долга, по критическому импорту. Экономический фактор превратился в своего рода экономи­ ческий детерминизм, сужая возможности российской дипломатии в тех сферах, где затрагиваются национальные интересы России .

1996-1999 гг. («голлизм»). В период российского «голлизма» во, внешней политике делается упор на повышение международного пре­ стижа России и улз'чшение условий ее взаимодействия, прежде всего, с США и НАТО. На практике это означало перенесение акцентов на западном направлении с США на Европу, и в первую очередь на Ев­ ропейский Союз, что было принципиально правильным шагом. Тем не менее, несмотря на усилия.министра иностранных дел РФ Е.М.Примакова и на существование широкого внешнеполитического консенсуса в обществе, качественного сдвига в российской внешней политике не произошло. Причиной этого являлось отсутствие единой внешней политики и стратегической линии, кулуарное принятие внешнеполитических решений ближайшим окружением президента Ельцина, далеко не всегда руководствовавшимся национальными ин­ тересами. Стало очевидным, что внешняя политика России стала за­ ложницей определенного экономического курса, а также частных ин­ тересов лиц, находившихся у власти .

Становление внешнеполитического процесса в 90-е годы отража­ ло всю специфику процесса становления российской государственно­ сти, экономического и политического реформирования страны, формирования нового политического класса, оформления фупп давления, а также личные качества первого президента России, установившего особую систему отношений в высшем эшелоне власти .

Анализ европейского направления во внешней политике России в 90-е гг. свидетельствует о том, что помимо стратегии последователь­ ной демократической трансформации России, являвшейся главным условием успешной реализации любых стратегических и тактических планов, важную роль играла организация внешнеполитического про­ цесса. Это - реформы внешнеполитического механизма, освобождение процесса принятия решений от неформального влияния групп интере­ сов, восстановление роли и престижа МИДа, учреждение рабочего ор­ гана при Президенте для координации внешней политики во избежав ние разноголосицы, создания интеллект'ально - творческой базы для разработки внешнеполитической стратегии .

Важную роль в формировании внешней по;штики РФ в 90-е гг .

играл и внешний фактор. Непонимание ведущими странами Европы и США того, что необ.чодимым условием для успешного претворения в жизнь демократических реформ в России является, прежде всего, бла­ гоприятное внешнее окружение, не отторгающее Россию, а, наоборот, вовлекающее ее в основные процессы международного развития, соз­ дало опасность появления новых разделительных линий в Европе .

2.Выв()ды и рекомендации по коикретным направлениям европей­ ской политики России в 90-е гг .

Россия и СНГ. Главная ошибка российского руководства на этом направлении состояла в попытке выработать единую постсовет­ скую стратегию в отношении государств СНГ. Кремль не осознал, что с распадом СССР возросли как различия между этими государст­ вами, так и их значение для российских интересов. Ставка на интегра­ цию в рамках СНГ по типу европейской интеграции являлась утопией, поскольку интеграция возможна.между государствами, сопоставимы­ ми по уровню экономического, правового и культурно-политического развития. Очевидно, что российское руководство должно было бы четко определить сферы взаимодействия с отдельными государствами и группами государств в рамках СНГ. Тесная экономическая интегра­ ция с постепенным строительством политических институтов по типу европейской интеграции представляется возможной при определен­ ных условиях только с Украшюй и Белоруссией. Кроме того, интегра­ ции России с самыми близкими ей европейскими странами СНГ - Ук­ раиной и Белоруссией -.может стать взаимовыгодной и бесконфликт­ ной именно в более широких рамках европейской интеграции .

Необходима диффере1щиация российской политики на направ­ лении СНГ. Россия должна уделять особое внимание двусторонним отношениям в СНГ, где российские позиции по определению сильнее и где России легче формулировать свои интересы и цели, легче дости­ гать компромиссы по конкретным проблемам и легче контролировать исполнение решений. В контексте двустороннего сотрудничества рос­ сийско-украинские отношения остаются самыми важными не только с точки зрения стабилыюсти и безопасности на постсоветском про­ странстве, но и на всем евроатлантическом пространстве. В своей по­ литике в отношении Украины Россия должна, в первую очередь, стро­ го соблюдать "большой договор". Это не означает, тем не менее, что России запрещается поднимать вопросы, касающиеся нарушения прав русскоговорящих меньшинств и применять политические средства решения этой проблемы, однако при это.м Россия должна воздержи­ ваться от использования территориальные споров с целью оказания давления на Киев. Кремль должен четко осознавать, что любая кон­ фронтация с Украиной будет противоречить интееам безопасности российского государства. РОС. 1:,\ЦНОНЛЛЬ!1ЛЯ

БИБЛИОТЕКА

СПетербург 0 9 100 акт Россия и страны ЦВЕ. Эрозия отношений России и стран ЦВЕ явилась следствием не только объективных причин, но и определен­ ных внешнеполитических просчетов российского руководства в нача­ ле 90-х гг.. (американоцентризм в ельцинско-козы15евской политике, отсутствие четкой стратегии в этом регионе). • Несомненно, процессы расширения EG и НАТО на восток ставят по-новому вопрос о.характере взаимоотношений России со станами, вовлеченными в эти процессы. В целом в российской внешней пози­ ции по вопросам расширения НАТО и EG после 1996 г. были пра­ вильно расставлены акценты. Расширение НАТО на восток создавало угрозу новой разделительной линии в Европе, в то время как расши­ рение ЕС было объекгивным процессом в постбиполярном развитии Европы. России следует добиваться,, чтобы публично провозглашаемое отсутствие антироссийской направленности процессов расшире­ ния НАТО получало конкретное подтверждение в учете российских озабоченностей в ЦВЕ .

Для этого главной задачей российской внешней политики остает­ ся формирование такой договорно-правовой базы как со странами ЦВЕ, так и с ЕС и НАТО, которая исю1ючила бы в будущем любые негативные сценарии.международного развития для России .

Очевидна неотложность российской стратегии в отношении стран Балтии, которая была бы направлена на решение всего комплек­ са проблем, но, прежде всего, проблемы Калининграда: Одновремен­ но необходимо развивать позитивное взаимодействие со станами Балтии в тех сферах, где имеется потенциал для такого взаимодейст­ вия - заинтересованность стран Балтии в российском топливе и энер­ гоносителях, обслуживание транзита из России, сбыт в Россию сель­ скохозяйственной продукции и т.д .

Россия и Балканы. Анализ балканской политики России в 1991гг. свидетельствует о том, что ее просчеты были во.многом ре­ гиональной проекцией стратегических внешнеполитических ошибок российского руководства: отсутствие четких целей и приоритетов, а также подхода, учитывающего взаимозависимость Балканского ре­ гиона с соседними регионами (прежде всего, с ЧерноморскоКаспийским регионом), безынициативность, дезорганизованность и кулуарность принятия решений .

Американоцетризм, экономический детер.минизм и комплекс неполноценности во внешней политике наложили жесткие рамки на роль России в урегулировании конфликта в бывшей Югославии в пер­ вой половине 90-х гг. и привели к маргинализации роли Москвы в ре­ гионе, что проявилось в полной.мере во второй половине 90-х гг .

в своей политике на балканском направлении Россия должна ориентироваться, прежде всего, на свои собственные интересы (эко­ номические и военные интересы, включая транзит - в обход черно­ морских проливов - нефти), трезво оценивая свои возможности в ре­ гионе. Говоря о «западном срезе» балканской политики РФ, россий­ ское руководство должно максимально улучшать условия своего взаимодействия как с НАТО, так и с ЕС в сторону повышения статуса России и участия в программах политической и экономической ста­ билизации региона .

Россия и НАТО. Анализ развития отношений России и НАТО в 90-е гг. свидетельствует об отсутствии какой-либо ясной стратегии этих отношений у российской стороны. Очевидно, что Россия должна выработать такой курс, который исключал бы конфронтацию с НАТО, но надежно обеспечивал бы российские интересы в сфере безопасно­ сти. В конечном счете, или РФ должна стать полноправным членом НАТО, которая превратиться в принципиально другую организацию, или НАТО должна уступить место другим структурам безопасности, прежде всего, тем, которые формируются сегодня в ЕС. В свете рас­ ширения НАТО на страны Балтии, чему Москва не может противо­ стоять, Россия должна добиваться превращения этого процесса в неконфронтационный процесс, подразумевающий, преледе всего, уста­ новление принципиально новых отношений между НАТО и Россией .

В частности, РФ должна добиваться, чтобы риторика руководства НАТО о трансформации союза в «более политическую» организацию получила практическое подтверждение. Адаптация ДОВСЕ к новой ситуации в Европе путем существенного (например, до 50 %) сокра­ щения численности ограничиваемых Договорол! вооруясенных сил и вооружений на национальном и коллективном уровнях могла бы стать таким подтверждением. Учитывая расширение НАТО на страны ЦВЕ, было бы целесообразно разработать подход, согласно которому групповые.максимальные уровни стран НАТО сокращались бы с каж­ дым последующим расширением .

Россия могла бы выступить с инициативой полномасштабного договора с НАТО о неразмещении ядерного оружия на территории новых стран-членов в Центральной и Восточной Европе. Россия в та­ ком случае получила бы • проверяемые юридические гарантии нераз­ мещения ядерного оружия в новых странах-членах вблизи ее границ, а НАТО - гарантии неразмещения Россией ядерного оружия, например, в Белоруссии и Калининградской области .

При благоприятном развитии партнерских отношений России и НАТО крупным общеевропейским проектом.могло бы стать создание совместной системы противоракетной обороны театра, что миними­ зировало бы озабоченность России по поводу эрозии стратегической стабильности в связи с односторонним выходом США из Договора о ПРО. Также это было бы ответом на распространение ракетноядерного и ракетно-.чимического оружия по южному поясу Средизем­ номорья, Азии и Дальнего Востока и существенно способствовало бы формированию союзнических отношений России и НАТО .

Сотрудничество в.миротворческой сфере должно дополняться не только повышением статуса России, но и разработкой новой.модели.миротворчества, учитывающей совместный опыт.в Боснии и в Косо­ во, а также новую концепцию военного вмешательства в гуманитар­ ных и антитеррористических целях .

Россия и Европейский Союз. Как представляется, постепенный, тщательно спланированный и согласующийся с российской действи­ тельностью курс на партнерство с. ЕС является самым перспективным путем для России как с точки зрения ее внутренних реформ и нужд, так и с точки зрения ее.международных позиций и задач.на внешне­ политическом направлении. Развитие отношений России и Европей­ ского Союза в целом носило в 90-е гг. поступательный характер. Тем не менее, главным недостатком сотрудничества России и ЕС являлось отсутствие четкой концепции стратегических целей этого сотрудниче­ ства .

Не ставя нереалистичных в ближайшем будущем задач (таких, например, как членство России в ЕС), необходимо подумать о новой юридической основе отношений России и ЕС. Этой основой могло бы стать Соглашение о создании особой ассоциации между РФ и Евро­ пейским Союзом. Ассоциация с ЕС способствовала бы сближению политических, экономических и правовых систем России и ЕС, устой­ чивому росту экономики и развитию демократии в России, более тес­ ному взаимодействию партнеров на всех направлениях,- включая безопасность. Формулировка «особая ассоциация» подразумевает, что соглашение с Россией должно отличаться от существующих соглаше­ ний об ассоциации и учитывать вес и статус России, ее роль в оконча­ нии «холодной войны», ее вклад в антитеррористическую коалицию .

Такое соглашение позволило бы сократить существующий разрыв.между объединяющейся Европой и Россией, чреватый появлением новой разделительной линии на европейском континенте .

Учитывая, что политическое сотрудничество России и ЕС дале­ ко перешагнуло рамки Соглашения о партнерстве и сотрудничестве (СПС), возросла необ.чодимость в создании общей политической структуры России и ЕС. Регулярные саммиты «Евросоюз - Россия»

могли бы быть подкреплены специально для этого созданным советом министров Евросоюза и России. На более частых рабочих встречах этого совета участники могли бы вести обсуждение всего круга про­ блем, представляющих взаимный интерес. Решения, принятые сове­ том, министров, по одобрению их обеими сторонами-партнёрами - ЕС и Россией - должны становиться для них обязывающими .

Российское высшее руководство и Министерство иностранных дел сделали бы большое дело, если бы убедительно довели до сведе­ ния руководящих органов Европейского Союза, что процессы расши­ рения и углубления европейской интеграции (особенно в сфере безо­ пасности и обороны) должны иметь российское измерение, то есть комплекс соглашений, программ и мер, направленных на сокращение разрыва меисду объединяющейся Европой и Россией .

В связи с этим представляется важным, чтобы Министерство иностранных дел при содействии российского экспертного сообщест­ ва разработало меры, направленные на решение проблем в отношени­ ях России и ЕС в связи с предстоящим расширением Европейского Союза. Главный акцент должен быть сделан на решение всего ком­ плекса проблем Калининградского эксклава. Представляется, что оп­ тимальным решением было бы заключение специального соглашения между Россией и Европейским Союзом по Калининградской области .

Особое место в отношениях России и ЕС должны занимать ме­ ры, направленные на интеграцию России в общее европейское экономическое пространство. Эти.меры должны последовательно снимать с двух сторон политические и бюрократические заслоны как для про­ никновения российских компаний и банков на рынки стран ЕС и его будущих членов, так и прихода европейских компаний на российский рынок .

Отношение России к формирова!ШЮ военного измерения ЕС должно определяться тем, как этот процесс будет соотноситься с ме­ стом и ролью России в объединяющейся Европе. Подключение Рос­ сии в каких-либо (1)ормах к общей внешней политике и политике безопасности (ОВПБ) ЕС позволило бы лучше согласовывать позиции по важнейшим проблемам европейской и международной безопасно­ сти на всех уровнях, включая Совет Безопасности ООН, что представ­ ляется крайне важным для сдерживания и обуздания односторонних силовых действий США. Кроме того, интересам России и интересам ЕС отвечало бы развитие сотрудничества в каких-либо формах в сфе­ ре безопасности и обороны (участие в Петерсбергских миссиях, воен­ но-техническое сотрудничество). Параллельно Россия должна расши­ рять свое взаимодействие в военно-позштической области с ЕС в целом и со странами ЕС на двусторонней основе, в частности, в сфере стратегической мобильности, космических систем управления и ин­ формационного обеспечения, совместных сил быстрого реагирования для миротворческих и антитеррористических операций. Наконец, России следует добиваться своего участия в модернизации воору­ женных сил стран ЦВЕ .

В принципе этим целям должно быть подчинено и сотрудничест­ во РФ с НАТО, которое, прежде всего, важно для Москвы в свете эмбриональности военной составляющей ЕС. Поскольку большинство проблем РФ с США могут быть решены на двусторонней основе и от­ носятся к внеевропейским регионам, взаимодействие с НАТО для Мо­ сквы - это главным образом сотрудничество с Западной Европой и новыми членами союза в ЦВЕ, которые скоро присоединятся и к ЕС .

По.мере военно-политического измерения ЕС акцент в российской стратегии сотрудничества с Западом должен сместиться с НАТО на новые органы Европейского Союза .

Россия и ОБСЕ. Попытки России придать ОБСЕ функции «евро­ пейской ООН» не были подкреплены продуманной концепцией глу­ бокого реформирования самого механизма принятия решений. Наря­ ду с другими проблемами (прежде всего, отсутствием военных возможностей), это привело к постепенной маргинализации ОБСЕ в сфе­ ре европейской безопасности и к явной утрате интереса России к этой организации во второй половине 90-х гг. Несмотря на формально равноправное (по сравнению с другими странами) положение в ОБСЕ, Россия не смогла использовать этот институт для продвижения своей политики безопасности. Вместе с те.м, следует признать, что по­ тенциал этой организации далеко не исчерпан. Признавая ограничен­ ность возможностей Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе, России следует сделать акцент на разфаничении. функций ОБСЕ и других международных институтов - ООН, НАТО, ЕС и СЕ, с которыми российское руководство намерено сотрудничать .

Россия и Совет Европы. Само вступление России в Совет Евро­ пы в 1996 г..можно считать успехом российской дипломатии, по­ скольку Совет Европы - единственная западная организация, которая распространила свое чпенство на Россию после распада СССР. Член­ ство России в Совете Европы не только налагает на Россию дополни­ тельные обязательства, но и дает определенные и весьма существен­ ные преимущества. Присоединение России к СЕ предоставляет ей авторитетную.международную трибуну для заявления своей позиции и проведения в жизнь национально-государственных интересов, в ча­ стности в связи с дискриминацией русскоязычных обшин на территоS рии бывшего СССР. Оно открывает новые возможности в осуществ­ лении правовой реформы в стране и интеграции России в европейское политико-правовое пространство и устанавливает определенные ори­ ентиры для российского руководства в строительстве демократии .

Хотя, и в России, и в Совете Европы продолжаются дискуссии о целе­ сообразности членства РФ в этой организации, представляется важ­ ным не только сохранить участие России в СЕ, но и укрепить ее поЗ 1 И в этой организации. Решение Москвы о выходе из СЕ имело бы ИШ крайне негативное воздействие на отношения России как с отдель­ ными государствами, так и со всеми институтами евроатлантического региона .

Опыт становления внешнеполитического процесса в первое де­ сятилетие независимости России имеет непреходящее значение для настоящего и будущего российской внешней политики. Руководству Российской Федерации придется иметь дело не только с новыми проблемами, но и с теми, которые остались нерешенными прежним руководством. И главной среди нерешенных проблем остается вопрос об обретении Россией достойного.места в «большой Европе», где по­ нятия «востока» и «запада» все более становятся уделом только геофафии, а традиционные различия стираются под воздействием новых реальностей экономики, безопасности и информационной революции .

ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ ДИССЕРТАЦИИ

ОПУБЛИКОВАНЫ АВТОРОМ В СЛЕДУЮЩИХ

РАБОТАХ:

–  –  –

I.Арбатова Н.К.Средиземноморье: проблемы безопасности.-М.:Наука, 1990- 10,5 п.л .

2. Alexandrova-Arbatova N. Russia and Europe. The Foreign Policy of the Yeltsin Russia./ Forsvarshogskolan.- Stockholm, 2001.- 6,5 п.л .

(Россия и Европа: внешняя политика ельцинской России.-Стокгольм, 2001.-6,5 п.л.)

3. Alexandrova-Arbatova N. Inside the Russian Enigma.-Oslo, 1997.- 6 п.л .

(Внутри российской загадки.- Осло, 1997.- 6 п.л .

Статьи и главы в научных изданиях

4. Арбатова Н.К. Маастрихт II: буд'щее внешне политики и политики безопасности.// Мировая экономика и международные отношения .

ИМЭМО РАН.- М., 1996 - N 10 - 1 п.л .

5. Alexandrova-Arbatova N.The Maastricht Process: A Russian .

Perspective.//Europe at the end of the 90s./ ed. by JonBingen/ - Oslo, 1996.-1п.л .

(Маастрихтский процесс: российский взгляд.//Европа в конце 90-х гг./Подред. Иона Бингена.- Осло, 1996.- 1 п.л.- на англ. яз.)

6. Арбатова Н.К. Региональные интересы России и кипрская проблема.//Безопасность России. Черноморский регион. - М., «Интердиалект +», 1997. - 1п.л .

7. Арбатова Н.К. Международный механизм контроля над вооруже­ ниями государств, расположенных на территории бывшей СФРЮ.//Россия и международная система контроля над вооруженияг ми: развитие или распад. Разоружение и безопасность 1997-1998. Еже­ годник ИМЭМО. - М.: Наука. - 1997 -1,0 п.л .

8. Alexandrova-Arbatova N.Political and Security Aspects of EU and NATO Enlargement: A Russian View.//In The South European Yearbook 1997-1998./ ELIAMEP, Athens, 1998. - 1 п.л .

(Аспекты безопасности процессов расширения EG и НАТО.//Южная Европа./Ежегодник ЭЛИАМЕП 1997-1998. Афины, 1998. -1 п.л- на англ.яз.)

9. Alexandrova-Arbatova N. Russia and NATO in South Eastern Europe.// Europe, the Mediterranean, Russia: Perception of Strategies. Moscow, .

«Interdialect +», 1998 - 0,9 п.л.( Россия и НАТО в Юго-Восточной Европе.//Европа, Средиземноморье, Россия: представления о стратегиях .

-М., «Интердиалект +», 1998 - 0,9 п.л.- на англ.яз.)

10. Alexandrova-Arbatova N. Russia and NATO.// Militaire Spectator.Den Haag,!999 - N 4. - 1 п.л. (Россия и НАТО.У/Военный обозреватель .

- Гаага, 1999 - N 4-1 п.л. на англ.яз)

11. Alexandrova-Arbatova N. Russia and the Balkans.// CEMISS. Rome, 1999.-2.5 П.Л .

(Россия и Балканы.//Военный центр стратегическитх исследований .

Рим, 1999 - 2,5 п.л. на англ. яз.)

12.Alexandrova-Arbatova N. Russia and Greece after the End of Bipolarity// Greece and the New Balkans/ ed. by Van Cbufoudakis, Harry J. Psomiades, Andre Gerolymatos. -. New York, 1999 - 1 п.л .

(Россия и Греция после окончания биполярности.// Греция и новые Балканы./ под ред. Вэна Куфудакиса, Гарри Псомиадеса, Андре Джеролиматоса. - Нью-Йорк, 1999 - 1 п.л. - на англ.яз.)

13.Alexandrova-Arbatova N. Security Studies and Democratic Control on the Armed Forces// Proceedings of Seminar on Security Studies, OSCE. Sarajevo, -1999 - 0,6 п.л. (Исследования в сфере безопасности и демо­ кратический контроль над вооруженными силами.// Сборник по ито­ гам семинара ОБСЕ, - Сараево, 1999 - 0,6 п.л.)

14. Alexandrova-Arbatova N. Russia and Turkey.// LiMess, Rome, 1999. - 1.5 п.л.(Россия и Турция.// Границы - Рим,.1999 - 1,5 п.л.)

15.Арбатова Н.К.Кризис в постбиполярных отношениях России и За­ пада: конфликт вокруг Косово.// Европа и Россия: проблемы южного направления.-М., «Интердиалект т-», 1999 - 0,9 п.л .

16. Арбатова Н.К.Отношения России и Запада после косовского кри­ зиса.// Мировая экономика и.международные отношения./ИМЭМО РАН, М.: 2000.-N6-1,5 п.л .

17. Alexandrova-Arbatova N.Russia-NATO relations after the Kosovo Crisis.// Russia and NATO/ed. by Yu.Fyodorov and B.Nygren.Forvarshogskolan, Stockholm, 2000 - 2 п.л. (Отношения России и НАТО после косовского кризиса.// Россия и НАТО./ под ред .

Ю.Федорова и Б.Нигрена.- Национальная академия обороны. Сток­ гольм, 2000. - 2 п.л. - на англ.яз.)

18. Alexandrova-Arbatova N. Russia and NATO: a Russian View./ZNATO after Kosovo./ ed. by Rob de Wijk, Bram Boxhoorn and Niklaas Hoekstra .

- Royal Netherlands Military Academy. - Breda, 2000 -1,5 п.л. (Россия и НАТО: российский взгляд.// НАТО после Косово./под ред. Роба де Вийка, Брэма Боксхурна и Николаса Хокстра. - Королевская военная академия Нидерландов. - Бреда, 2000. -1,5 п.л. - на англ. яз.)

19. Alexandrova-Arbatova N. Het buittenlands beleid van Poe.tin en de gevolgen voor het Westen.// Atlantisch perspectief- Den Haag, 2000 - N 6.- 0,5 п.л .

(Внешняя политика В.Путина и ее императивы для Запа­ да.//Атлантическая перспектива.- Гаага, 2000 -N 6 - 0,5 п.л. - на голландск.яз.)

20. Арбатова Н.К. На пути в большую Европу - проблемные узлы и перспективы развязки.// Материалы конференции Россия-Балтия II, СВОП,, Москва 2001 - 0,25 п.л .

21, Арбатова Н.К.Расширение НАТО; как ооойти Россию?// Ядерный контроль./ ПИР-Центр. М,, 2001.-декабрь -I п.л .

22. Alexandrova-Arbatova N. The post-Yeltsin Russia: The Main Trends in Domestic and Foreign Policy Evolution, // CEMISS, Rome, 2001 -3 п.л. (Постелышнская Россия: основные тенденции во внутренней и внешней полити­ ке России.// Военный центр стратегическитх исследований, Рим, 2001 - 2 п,л, на англ.яз.) 23,Alexandrova-Arbatova N.European Security after the Kosovo crisis.//Journal of Southeastern European and Black Sea Studies. - London, 2001. - Volume I, N 2, - 1 П.Л .

(Европейская безопасность после Косовского крнзиса.//Журнал южноевро­ пейских и черноморских исследований. -Лондон, 2001, -TO.MI, N2 - 1 п.л. на англ.яз.)

24. Alexandrova-Arbatova N. Macedonia and European Security.// European Security Forum «The Macedonian Crisis and Balkan Security».- Brussels, 2001.ESF Working Paper No. 2 -1 п.л. ( Македония и европейская безопасность.//Форум европейской безопасности «Македонский кризис и безопас­ ность на Балканах».-Брюссель, 2001, - Доклады фору.ма No, 2 -1 п.л. - на англ.яз.)

25.Alexandrova-Arbatova N. Perpetual partnership should include Russia.//Atlantlantisch Perspectief.-Den Haag, 2001.- Volume 25, No 4. -0,5 п.л .

(Долгосрочное партнерство должно включать Россию.// Атлантическая перспектива.-Гаага, 2001.-То.м 25, No 4. - 0,5 п.л. - на англ. яз.)

26. Alexandrova-Arbatova N, Russia and EU: Decade of Partnership after the end of the Cold War,// Research and. Development CenterIntercollege.- Nicosia, 2001 -1 п.л. (Россия и ЕС:десятилетнее партнер­ ство после «холодной войны».//Научно-исследовательский центр Интерколледжа.-Никозия, 2001.-I п.л.- на англ.яз.)

27. Alexandrova-Arbatova N. Russia and EU: Partnership after the Cold War.//Unity and Diversity.-Lyon, 2001,- 0,5 п,л,( Россия и EC после хо­ лодной войны,// Единство и разнообразие.-Лион, 2001,-0,5, п,л.- на англ.яз.)

28. Арбатова Н.К. Европейский Союз: Десять лет после Маастрихта.// Круглый стол «Экспертиза», Ме;1сд'11ародпый Фонд социальноэкономических и политологических исследований (Горбачев-Фонд).М., 2002. - 0,5 п.л .

29.Арбатова Н.К. Россия и Запад после 11 сентября. Круглый сто.ч в Институте Европы РАН.-М., 2002.Сборник докладов,- 0,3 п.л .

30. Арбатова Н.К. Македония и европе11ская безопасность.// Многоли­ кая Европа./ Под ред. М.В.Каргаловой,- М.: «Мнтердиапект ;», 2002. п.л .

31.Арбатова Н.К.Расширение ЕС на Восток: позиции стран Евросою­ за.// Под ред. Ю.И. Юданова.- ИМЭМО РАН. М., 2002. - 0,5 п.л .

32.Арбатова Н.К. Без победителей и побелсденных.// Пути к безопас­ ности.- М., 2002.- выпуск 1-2.- 0,2 п.л .

33. Арбатова Н.К.. Проблема нового мирового порядка и отношения России с объединенной Европой: к опенке перспективы.- Сборник ИМЭМО.-М., 2002. - 0,2 п.л .

34.Alexandrova-Arbatova N. Persistent Obstacles to Mutual Understanding: Security Paradoxes in the Baltic Sea Region./ / Cooperation or Competition/ ed. by Olav Knudsen.- Stockholm, 200Research reports 1/02 University College, SUA.- 1 п.л .

(Существующие препятствия для взаимопонимания: парадоксы безо­ пасности в Балтийском регионе.//Сортрудничество и Соперничество .

/Под ред. Олава Кнудсена.-Стокгольм, 2002.- Научные доклады 1/ 02, Стокгольмского Университета,

- 1 п.л.. - на англ яз.)

35. Alexandrova-Arbatova N. Russian-Western Relations after 11 September: Selective Cooperation versus Partnership: a Russian View./ / Sperterrorism: Policy Responses./ed. by Lawrence Freedman.- Oxford, 2002.- 1п.л .

(Отношения России и Запада после 11 сентября: избирательное со­ трудничество вместо партнерства (российский взгляд). Супертерро­ ризм: политика противодействия./ Под ред. Л.Фридмана.- Оксфорд, 2002. -1 п.л. стр. - на англ яз.)

36.Alexandrova-Arbatova N. The EU anfd NATO Enlargement: A Russian View/Яhe EU and NATO Enlargement./ ed.by Hall Gardner.- Paris, 2002 .

- 0,7 П.Л .

(Расширение EC и НАТО: Российский взглд.//Расширение ЕС и НАТО./ Под ред. Хэлла Гарднера.- Париж, 2002. - 0,7 п.л..-на англ) Подписано в печать 03.02.2003 Формат 60x84/16 Гарнитура «Ариал». Печать офсетная .

Объем 2,6 П.Л., 2,8 авт. л. Тираж 100 экз. Заказ 9

ИМЭМО РАН

117997, Москва, Профсоюзная, 23 2;oo#-^^ n '2:-9Щ






Похожие работы:

«Ермошина Инна Ивановна СОЦИАЛЬНО-ФИЛОСОФСКИЕ АСПЕКТЫ АНАЛИЗА ЭТНИЧЕСКОГО ВОЗРОЖДЕНИЯ Специальность 09. 00. 11 социальная философия АВТОРЕФЕРАТ ДИССЕРТАЦИИ НА СОИСКАНИЕ УЧЕНОЙ СТЕПЕНИ КАНДИДАТА ФИЛОСОФСКИХ НАУК Ставр...»

«МАЙСТАТ МАКСИМ АЛЕКСАНДРОВИЧ НАЛОГОВЫЙ ФЕДЕРАЛИЗМ В КОНТЕКСТЕ РЕАЛИЗАЦИИ РЕГИОНАЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ (ОПЫТ РОССИИ И США) Специальность 23.00.02 – политические институты, процессы и технологии АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата политических наук Москва – 2013 Диссертация выполнена...»

«ЮРКОВА Ольга Николаевна Неформальные практики в системе муниципального управления 22.00.08 – социология управления АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата социологических наук Белгород 2016 Работа выполнена на кафедре социальных тех...»

«БУХАРБАЕВА АСИЯ РАДОЛЕВНА П о л и т и ч е с к а я к о м м у н и к а ц и я в условиях л е г и т и м а ц и и и делегитимации власти в современной России Специальность 23.00.02 Политические институты, процессы и технологии АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соис...»

«АСЕЕВА Ольга Владимировна ВИРТУАЛИЗАЦИЯ СОЦИАЛЬНОЙ АКТИВНОСТИ МОЛОДЕЖИ В СЕТЕВЫХ СООБЩЕСТВАХ Специальность 22.00.04 – социальная структура, социальные институты и процессы АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата социологичес...»

«Ильдарханова Флюра Амировна Формирование и развитие государственной семейной политики в трансформирующемся обществе (региональный аспект) Специальность 22.00.04 социальная структура, социальные институты и процессы Автореферат диссертации на соискание ученой степен...»

«Кочетков Андрей Анатольевич ИНФОРМАЦИОННАЯ ПОЛИТИКА НАТО: КОНЦЕПЦИЯ И РЕАЛИЗАЦИЯ Специальность 23.00.04 политические проблемы международных отношений и глобального развития АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата политических наук Москва, 2003 Диссертация выполн...»

«Самсонова Татьяна Алексеевна УПРАВЛЕНИЕ РИСКАМИ И КРИЗИСАМИ В ОРГАНИЗАЦИОННОМ РАЗВИТИИ РОССИЙСКИХ КОМПАНИЙ Специальность 22.00.08. – "Социология управления" Автореферат диссертации на соискание ученой степен...»

«0050458"/ Богунов Сергей Сергеевич КОРРУПЦИЯ в СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ: ПОЛИТОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ Специальность 23.00.02 политические институты, процессы и технологии Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата...»

«Хитрук Екатерина Борисовна Онтологический статус пола в христианской антропологии 09.00.13 – религиоведение, философская антропология, философия культуры Автореферат диссертации на соискание.ученой степени кандидата философских наук...»

«МИХЕЕВА Марина Владимировна Архив С. В. Рахманинова в Петербурге как источник изучения творчества и биографии композитора Специальность 17.00.02 "Музыкальное искусство" АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата искусствоведения Санкт-Петербург Работа выполнена на кафедре древнерусского певческого искусства ФГО...»




 
2019 www.mash.dobrota.biz - «Бесплатная электронная библиотека - онлайн публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.